Лиз против магии

Там, за лесами и холмами, откуда можно было добраться из торгового городка Чиомонт на поезде, либо, воспользовавшись особыми средствами, располагалась Магическая Академия святого Ефлиа Уастибург Крогоу. По обычаю, то ли привычке, коротко именуемая — Ефлиа, в честь первого из создателей (просто, потому что выговорить это название было крайне непросто для обычных обывателей). Она принимала в себя учеников разных сословий, обладавших хоть небольшой толикой магического потенциала.

В этом мире, где все механизмы крутятся благодаря «держащим столпа» — особого круга высших магов, держащих в мире равновесие, каждая девочка и мальчик, живущие в этой стране, мечтают получить своего фамильяра — магическое животное, призванное защищать и даровать силу своему хозяину. По истине великий дар богов! И крайне редкий…

Получить такого можно было только двумя способами. Первый из них был довольно прост на первый взгляд — родись в семье аристократов, в чьи привычки, как закон, вошло совокупляться с себе подобными. Звучит грубо, согласны.

Их семьи тщательно избирают партию для своих детей, заключая браки скорее не по любви, а по расчету, но даже тут иногда везло. Их чадо рождалось с фамильяром буквально на руках: животное появлялось почти в тот же миг, как трепетали реснички новорождённых. Таких малышей называли «Истинными». Но лично, по нашему мнению, это обычные избалованные засранцы, которым засунули золотую ложку далеко не в рот.

И был второй способ: каждый год дети из обычных семей проходили своего рода обряды, на которые они приходили по началу с родителями, а после, будучи подросшими, должны были самостоятельно явиться на аттестацию в ближайший городок, в котором она проходила. Таких ребятишек называли «Одарёнными».

Дар, как правило, давал о себе знать годам к пятнадцати и, если его было достаточно, подросток уже мог подать заявку на обучение в академии. Безусловно, престижнейшей из них была Ефлиа Уастибург Крогоу, о которой дальше и пойдет речь.

— Папа, давай быстрее! Где огнепорошок? — нетерпеливо топает ножкой молодая особа. Едва ли стукнуло восемнадцать, она уже стояла на каменной платформе для телепортации и ждала, пока отче — Доминик Иалея, выдаст ей заветный мешочек. Будущая волшебница сильно переживала, ей не терпелось попасть в учебное заведение, ведь для дочери сельского врача обучение в академии самого Ефлиа было шансом на миллион выбиться в свет и вытащить родню.

— Куда ты так торопишься, Элизабет? Разве такому я тебя учил? — возмущается отец: — В терпении…

— В терпении познается истинная мудрость, да-да! Но если я опоздаю в первый же день — меня просто засмеют! — вздергивает та курносым носиком на веснушчатом лице, и поправляет на голове кипу светлых волос, — Мам, ну скажи же ему!

— Нечего ему говорить! — вспылила женщина и поднесла дочери бордовый мешочек из шелка, завязанный золотыми ниточками. Матери было непросто осознавать, что её дитя, доселе не покидающая надолго родной дом, уезжает куда-то на целый год.

— В путь дорогу! — сложила она ладони у груди, будто молится, прежде чем прикрыть глаза и кивнуть дочери.

— Ох, мамочка, папочка! — девушка кинулась обнимать родителей. — Я так буду по вам скучать! Но год пролетит, вы и не заметите, а я уже буду тут как тут! — выпаливает та, едва сдерживая слёзы. Блондинка, прощаясь и обещая привести гостинцев к приезду, сжимает мешочек покрепче и, пока не передумала, отходит от мамы с папой подальше, разворачивается, собираясь духом.

Глубокий вдох и медленный выдох, девушка приводит мысли в порядок, концентрируясь, и, приподнимая ручки с подолом ткани, посыпает немного золотого порошка на руку, затем бросает себе под ноги.

Яркая вспышка, тело окутывает дым и вот она уже переносится в главный холл академии, который оснащён светлыми мраморными колоннами и многочисленными картинами выдающихся художников страны. Однако, счастье длилось недолго и ладно бы приземлиться как надо, а не на чью-то дурную голову, проходящую спешной походкой мимо.

В шоке усевшись на чужой груди и уперев о неё же руки, блондинка смотрит большими глазками вниз и ресницами хлопает. Волосы лохматые из-за резкого приземления, а щёки покрыты лёгким румянце.

— Из-Извините! — смущенно восклицает.

— Извините? — подаётся грубый голос того, кому не повезло принять на себя тяжелую тушку девицы. Вопрос проносится эхом по всему холлу, и Элизабет невольно радуется тому, что здесь кроме неё и молодого мужчины никого больше нет. А человек этот был никто иной, как Эйден Лонг.

Брюнет, на вид лет двадцати шести-семи, убрал руки с талии девушки и глянул на неё недобро. Конечно, а кто из факультета хищников по-доброму на других смотрит? Особенно, если спешишь на свою новую должность, ранее занимаемую покойным отцом, не желая опоздать.

— Долго сидеть будешь, девочка? — смотрит на нее своими холодными глазами и будто сканирует. — Боже мой… Еще и одаренная. Встань. Живо.

Блондинка как по приказу подскочила на ноги в тот же момент, поправляя на себе мантию.

«Как он понял, что я не из Истинных? Потому что у меня нет фамильяра?» — подумала она и опустила виноватый взгляд на плиточный пол.

— Я н-ненарочно! В-впервые перемещалась с огнепорошком самостоятельно, наверное, что-то напутала… И вообще! — девчонка хмурит брови и ставит руки в бока, устремляя строгий взгляд на брюнета. — Вы сами виноваты! Не смотрите по сторонам! Могли бы и заметить!

Раздраженный мужчина молча встал с пола, глянув на блондинку ещё раз оценивающе, а после развернулся к ней спиной, отряхиваясь в ходьбе от пыли, и холодно произнёс:

— В порядок себя приведи. Ужасно выглядишь, — тот хмыкнул, щелкнув пальцами, и по обеим плечам блондинки поползли чёрные паучки-близнецы. Мохнатые лапки бегали по ткани серой жилетки, и на секунду даже показалось, будто бы те ей этими же лапками приветливо помахали. Но разве такое возможно?

Девушку даже передернуло, но совета она прислушалась.

«Ну вот… Первые пять минут в академии, а уже села в лужу задницей…» — подумала Лиз, так ее звали друзья, впрочем, коих было не так уж и много, и направилась на поиски уборной.

К церемонии призыва девушка, конечно же, опоздала. Встав к кучке учеников, количество которых насчитывало не более дюжины, та стала изучать всё вокруг, в ожидании, когда всё начнётся. По обе стороны от абитуриентов также стояли группы учеников, уже разделенных по своим факультетам. Всего их было три: Вэнэнис, Вэнатор и Мэдикус. Все названия были на латыни, как, впрочем, и заклинания, которые изучались в Ефлиа.

Учащиеся на факультете «Вэнэнис» были обладателями ядоносных животных и насекомых. Фамильярами могли быть, к примеру, змеи, пауки, жуки – все, кто несет токсичные компоненты в себе. Обладатели таких зверушек обязаны были знать всё о токсикологии для своего же блага: бывали нередкие случаи нападения животинок на своих хозяев. И не только в «Вэнэнис» – на факультете охотников, «Вэнаторе» тоже такое случалось, хотя зверьки там были на первый взгляд безобидные: хорьки, ёжики, лисы, выдры и так далее. Мягкошерстные малыши не раз прокусывали артерии своим хозяевам, когда те делали что-то не по их тяжелому нраву.

Не стоит забывать и про «Мэдикус», где обучались лекари и зельевары. На биологическом факультете тоже можно было получить, например, от обычного росточка тюльпана, который, в случае чего, мог сразу обвить всё тело и начать душить, вырастая в размерах практически со скоростью света, пока фамильярка белочка льет зелье роста или жизни на его корневище. В общем, жизнь в академии была не так проста: учащимся было необходимо следить, как за своими животными, так и за своей магией, делая её сильнее и сильнее.

У каждого факультета был свой куратор: на сотню человек всего один преподаватель, от которого, при неподобающем поведении, можно было отхватить на кураторском часу. А причины для необразцового поведения были: обучающиеся должны были ходить на лекции по тем дисциплинам, к которым их направление никак не относится. Так сказать, для общей теории. Практика Истинным была не нужна, поскольку те учились азам с самого рождения, чего нельзя было сказать об Одаренных: им было необходимо усваивать невообразимое количество материала, от которого шла кругом голова.

И вот, на церемонии звучит голос высокого седоволосого директора академии. И, что бы ты ни думал, дорогой читатель, он совсем не был похож на Дамблдора. Мужчину зовут мистер Смит, и для своих восьмидесяти двух он выглядит очень даже неплохо: короткая стрижка, темно-зелёный костюм и извечный аксессуар – рубиновое кольцо на пальце, в котором была заключена вся сила трёх факультетов. Директор приветствует новоприбывших и представляет новый учительский состав.

В прошлом году много старых преподавателей погибло по причине несчастного случая с одним из учеников, поэтому пришлось брать на пустующие должности их же наследников. Среди них был Эйден Лонг, с которым Элизабет столкнулась минутами ранее. Ох, и несладко ему придется, учитывая шушуканья смущённых учениц о привлекательности брюнета.

Наконец, начался процесс дарования. Парней и девушек вызывали поименно. Блондинка нетерпеливо топталась на месте, кусая щечки изнутри, и перебирала пальцами ткань своей мантии. Пока что основное количество стоящих рядом с ней уходило в Мэдикус. Крольчата, бельчата, мышки-норушки… все для пользы дела. Кому-то повезло попасть в Вэнатор, получив кошек, собак, а один даже выделился своим медвежонком – стоял там гордый, как орёл, держа несмышленыша, которого вскоре нужно было начать обучать. Блондинка смотрела на медвежонка, прикидывая через сколько лет тот станет полноценным огромным хищником, подпитавшись силой своего хозяина.

— Элизабет Иалея! — выкрикнула профессор по травологии, — Иалея!

— Здесь, здесь… иду… — минуя толпу, пищит девушка, чем только больше привлекает внимание к своей скромной особе.

— Подойдите ближе… Опустите руки в чан, соберите энергию в шар… А после, когда почувствуете шевеление — поднимайте…

Девушка делает, как было велено: подходя ближе к столу с серебренной ёмкостью, смотрит на голубоватую жидкость внутри и опускает руки в глубокий чан. Волнение заставляет снова кусать губы. Вокруг кистей рук и пальцев собирается энергия, словно ниточки, перетекая в ладони и превращаясь в сгусток.

— Поднимайте, если готовы! — повторяет профессор, видя, что ученица нервничает. Та послушно поднимает. В руках, опоясывая кисти, появляется чёрная змея.

— Чёрт! — вскрикнул девушка и бросила ту на пол.

По толпе перекатился смех. И даже Эйден захлопал в ладоши, смеясь своим грубым голосом. Чёрная змея, казалось, пискнула от боли, но подползла к девушке вновь, она принадлежит Элизабет, и никак иначе быть не может. Фамильяр оказался у ног девушки, а после на руках у директора, который спокойно гладит её по голове, расслабляя бедную змейку своими касаниями. И в этот момент зверушка на пару секунд перестаёт казаться блондинке злобной и коварной.

— Элизабет, я вижу в твоих глазах вопрос, — обращается директор к ней и качает головой. — Нет, отказаться от того, кто достался тебе нельзя. Но и не невозможно – если она настолько тебе противна, занимайся с мистером Лонгом.

Тот ей рукой помахал, показав, что он все слышит и слушает, а после руки в карманы мантии засунул. Та щурится в его сторону недовольно, а после смотрит на змею и на директора.

Брюнет ей рукой помахал, показав, что всё слышит и видит, после прячет руки в карманы мантии. А девушка щурится в его сторону недовольно и переводит взгляд на змейку с директором.

— Извините, я ни в коем случае не хотела отказываться! Для меня это большая честь, просто… — она чуть приблизилась, чтобы перейти на шепот, — я боюсь змей… — и также отстранилась. Смотря на руки мужчины, затем на свои, оттопырила карман на мантии, приглашая своего фамильяра: — Ну, змейка! Полезай, давай! Обещаю, больше не буду кидаться… Хорошо?

Животному не хватало двух цветочков на висках, как в Кунг-фу панде, – настолько милой она была со своими стрелочками на глазках. Доверчивая змейка полезла к девушке в карман. Она её прекрасно понимала, слышала и знала, о чем девушка думает: «Мокрая, склизкая и страшная». Но была уверена, вскоре Элизабет поймет, что всё не так, как ей кажется.

— Что же, приглашаем всех в зал для праздничного ужина! Прошу всех учеников пройти к кураторам. По пути в зал, они вам покажут ваши территории!

Блондинка прошла к своим будущим одногруппникам, косо поглядывая на брюнета, что шел впереди. «Ты глянь, весь из себя такой ехидный, аж бесит! Небось радуется, что я так опозорилась!» — фырчит та, раздражаясь ещё больше, и даже не замечает молодого человека, идущего рядом, случайно задевая того плечом.

— Ой, прости! — тут же извиняется та. Худощавый, несимпатичный, в очках, еще хорек этот чуть лохматый на плече.

— Ну… Ничего… Страшного? — спрашивает он ее. Этого парня звали Сэмюэль Смит. Но всего его звали просто Сэм. Все — это те, кто мог с ним общаться. И нет, он не был родственником директору. По крайней мере сам так заявлял.

— М-может, познакомимся? — тот потянул девушке руку так, словно та сейчас её отгрызает. К слову, змея Элизабет очень хотела бы это сделать, но предпочла не высовываться из глубокого кармана мантии. — Я С-Сэм… Сэм Смит. Из Вэнатор.

— Элизабет Иалея! Из Вэнэнис, хотя, наверное, меня теперь все запомнят… так опростоволосилась! — та нервно посмеялась, а после спешно протянула ему руку и радостно ее пожала, — Приятно познакомиться! Надеюсь, мы подружимся!

На этих словах фамильярка девушки, всё же проиграв любопытству, высунула голову из кармана, сразу же получив долю негодования от хорёчка по имени Фрэнк. Змейка глянула на него, после на хозяйку и скучающим видом вновь «заехала» в глубокий карман. Благо, она была не особо больших размеров и весила примерно два-три килограмма, так что Элизабет не было в тягость носить зверушку.

Куратор провел ребят из Вэнэниса по лужайке, выделенной для их факультета, рассказал чуточку об истории этого места, что было всем ясно из пелёнок. Всем, кроме «одаренных», конечно же. Но на самом деле Эйден говорил об академии только чтобы его девушки не перебивали со своими идиотским вопросами, на которые он отвечать не хотел.

Ученики прибыли в огромных размеров зал с огромными длинными столами, сделанными из темного дерева. На них уже стояли разные вкусности и напитки, ожидая своих гостей.

Отдать должное профессорам данного заведения — ученики могли сидеть так, как им хотелось и с кем, потому, пройдя через проем между столами, блондинка подошла к новому знакомому.

— Снова привет! Не против, если присяду рядом?

Он сидел почему-то один. Вокруг все расселись кучками.

— Са-Садись, — кивает Сэм с неловкостью девушке. Хорек заметушился, бегая меж посуды девушки и парня, а там и других блюд. Не нравилась ему эта змея, что из кармана Лиз выползла и подлезла к этому хорьку, раскрыв пасть.

— У-Убери ее от Фрэда… — Смит тянется к своему животному, а темному «хвосту» все хочется того поглотить.

— Ой, прости! — тут же извинилась блондинка, — Наверное, они из-за разницы видов не ладят! Ты голодная? — спрашивает Лиз, смотря на змею, а после берет с тарелки кусочек мяса, маленький такой и подаёт ей.

Та смотрит только на нее, но мяса не принимает. Ей бы чего-нибудь живого. Например, вот этого хорька, а не то, что было приготовлено со специями в соусе. Она сразу поняла, что лучше спрятаться, чтобы не натворить делов дальше. Девушке и так досталось с этими падениями, что до сих пор ее обсуждают.

— Фух… Какая же она противная… — тихо говорит паренек и Фрэду дает кусок курицы вареной. — Не люблю змей… Извини…

— Все нормально, я тоже особо их не жалую, но… похоже, к этой придется как-то привыкать. А ты… не участвовал в получении «дара», значит, твой… — та припоминала имя зверька, — Фрэд с тобой с рождения? Ты вроде как… Истинный?

— С- Совершенно верно, — поправил Сэм очки длинным худощавым пальцем и взглянул на хорька, что был взволновал из-за животного Элизабет. Усадил его себе в карман и принялся ужинать.

— Но то, что я истинный, не знач… Не значит, что имею авторитет… Здесь… Никому до этого дела нет…

— Я так и прикинула… Все кучками сидят… Очевидно, по своим кругам. А почему ты один? — та уложила себе на тарелку овощей и мяса, рядом придвинула фруктов на десерт и бокал с пуншем, но периодически смотрела на нового знакомого.

— С ботаниками… Никто не дружит… — грустный «хмык» носом, и его рука лезет к тарелке с курицей вновь, чтобы выудить кусок для хорька. — Также… Я был лучшим в школе… Учителя меня хвалили, но я не был подлизой… А ребята все равно… Эх…

— Ну… Не мне судить! — девушка пожала плечами, — Я пока не могу точно сказать, но мне кажется, что ты не такой уж и скучный! И точно не подлиза…

Он глянул на нее немного устало, но что-то было в этом взгляде ещё. Что-то странное и неуловимое. Легкая благодарность, возможно?

— Нам будет сложно общаться… Разные факультеты… Это всегда проблема… Разные территории… Только завтрак, обед, ужин и лекции — в это время мы сможем контактировать…

— Ну… Разве ж это проблема? — та пихает его в плечо, — Я как-то общалась с девочкой, которая приезжала к нам в деревню раз в год, летом, к бабушке и дедушке. Иногда посылали друг другу письма, но в целом больше не общались! Так что… Если тебе не противит дружить с неуклюжей девчонкой — я совершенно не против.

— С-Совсем нет… — поправляет он на себе рукав. Не от того, что противно от касаний девушки. Просто любит, чтобы складка к складке была. Болеет этим порядком, за что, собственно, и частенько получает от сверстников смешки.

— Ну и отлично! Тогда… — девушка подняла бокал с пуншем и предложила стукнуться, — За нашу долгую дружбу и пока злые преподаватели нас не утащили в темные омуты!

Парень неловко посмеялся, подняв бокал с яблочным соком и стукнулся, звеня стеклом. Отпив глоток, он поставил его на стол, а хорек сам нашел путь к тому, к чему ему нужно.

В остальном прием пищи прошел спокойно, старосты групп проводили учеников по комнатам. В одной могло жить по несколько учеников, но, дабы «Истинные» не пострадали от «Одаренных», вторым обычно выделялось место с их подобными. Повезло девушке или нет, но она была в комнате одна.

Сев на кровать, посмотрев на пустую напротив, та оттопырила кармашек.

— Ну, здравствуй… Давай знакомиться?

Змейка вылезла из кармана и поползла по поверхности кровати. Слишком противно это выглядит, будь ты не любителем подобных рептилий. Блондинке не особо повезло: фамильяр не подходящий, куратор тот, на которого она упала, и известность, свалившаяся не из-за лучшего случая.

Змея «сложилась» по удобному и морду на тело свое положила, смотря на хозяйку. Блондинка мнет мантию, явно не зная с чего начать.

— Ну… Эм… У тебя есть имя? Или… Я должна его сама придумать? Можешь просто кивнуть…

Та снова на нее смотрит. Но кивает непонятно на какой вопрос. На самом деле, ей все равно, и ей точно не захочется общаться с ней.

— Так… Ну… Тогда начнем с имени да? Как насчёт Триа? Фу… Звучит паршиво, да? Беатрис? Нет… Будто портовая… К-хм… Давай может как-то… Поможешь мне?

Стоял один вопрос. Как? Но змея решила поиграть с той. Подползла ближе к стене и стала по ней кончиком хвоста водить, вырисовывая буквы:

«З», «Е», «С», «Т», «А».

Странное, однако, имя у нее, но она ведь змея. Лиз наблюдала внимательно.

— Зес-Та… Зеста? — повторила та целиком и похлопала в ладоши, словно что-то превосходное произошло в жизни. Со своим фамильяром надо дружить или плохо кончишь.

— Ну что же… Зеста. Предлагаю тогда нам с тобой улечься спать? Чтобы завтра начать плодотворное сотрудничество! Или… Хочешь… Чем-то заняться? — она, правда, пыталась подружиться, несмотря на то, что по коже бежали мурашки от одного только вида.

Была змея человеком — цокнула бы и глаза закатила. Она перебралась к изголовью кровати, после к стулу, полезла наверх, и оказалась на подоконнике, подальше от начала кровати, чтобы девушка не ругалась, увидь ее ночью спросонья.

— Ну… Или так… — пожала плечами блондинка. Она поднялась с кровати и переоделась ко сну, а после снова посмотрела на своего фамильяра.

— Знаешь же, что, если меня убьешь — тебя распылят на магические частицы? Так что нам обоим выгодно оставаться в дружественных отношениях, да?

Зеста только морду прикрыла телом, что свернулась в кольцо и закрыла глаза, не ответив ничего блондинке. Сойдет за ответ.

Утром девушка опаздывала на первую дисциплину, которую ведёт ее куратор, еще даже не поднявшись с постели, но и он тоже не особо спешил. Эйден прогуливался по лужайкам, высматривая учеников, ребят, что готовятся к турнирам и просто обычных зевак в стиле хиппи.

Змея носом стала тыкаться в руку Элизабет, что висела снизу. Как-то же ее нужно разбудить. Та ворочается в постели, а потом открывает глаза. Вздрогнула. Потом выдохнула.

— А… Это ты… Что такое? — блондинка смотрит в сторону окна, — МАТЬ МОЮ! Я ПРОСПАЛА!

Она подскочила с кровати и начала наспех одеваться, подхватила мешок с принадлежностями, одновременно расчесывая волосы, сменила расческу змеей, схватив ее и сунув в карман мантии, и выбежала из комнаты.

— Блин, блин, блин!

Зеста трясется у той в кармане и проклинает тот день, когда вылезла к ней, мечтая вернуться в небытие.

Тем временем, блондинка входит спустя минуту после того, как Лонг был за трибуной. И тут без издевок не обошлось. Сэм махнул рукой Элизабет, чтобы та подошла к нему.

— Прекрасно… Первый день и уже опоздание. Что же… Я нашел того, кто будет учиться невербальной магии только для того, чтобы драить парты каждый месяц, — послышался смех, но он быстро утих, когда мужчина рукой махнул. — Насчёт дисциплины «невербальная магия»… Это магия, которая используется без помощи палочек. Которые как раз любит Мэдикус. Им будет сложнее всего, ведь у них держать палочку — в крови заложено. Собственно… У каждого есть книга. По ней мы будем учиться. Но сегодня я решил, что у нас будет вводное занятие, так как у нас есть одаренные, и у них наверняка есть вопросы…

«Да я же на минутку опоздала! Тиран» — подумала блондинка и плюхнулась на свободный стул рядом со Смитом. Она достала из мешка местами потрепанный учебник, что выдали перед началом учёбы, и принялась листать его без особого энтузиазма. Злилась на себя, то ли на брюнета.

Эйден коротко посмотрел в сторону опоздавшей и после прошёлся взглядом по рядам.

— Вопросов нет? Тогда пройдитесь по темам, чтобы понять, чему вы будете обучаться.

— Эй, Зеста! Что будем изучать? Мысли есть? — шёпотом спрашивает Лиз, листая страницы, — Тут столько всего-о!

Змея остановила ее на той странице, которая ей была нужна. Будто знала весь учебник наизусть, и ткнула сидя у нее в кармане. Заголовок страницы был таким: «Некромантия».

Для нежных душ это слово было как гром среди ясного неба. Но это именно то, что нужно Элизабет. Сэм глянул на страницу, что была придержана кончиком мерзкого черного хвоста, а после глянул на Лиз и спросил:

— Д-Доверяешь выбор змее?

— А что? — она смотрит на нового друга, — Она же мой фамильяр. И ее жизнь от моей зависит в той же степени… Что моя от ее. Если она думает, что нам нужно это. Значит… Будем учить это. Хотя… Если так подумать, тут и выбирать не особо есть из чего. Все, что проходит наш факультет — смертельно опасно.

Девушка пожала плечами и придержала страницу одной рукой, на вторую приглашая змею. Ещё трясётся, но нужно привыкать. Зеста ползет на парту и сворачивается вновь. Совсем опасности для нее не представляет, хоть и кажется по цвету своему чем-то таким, что убьет тебя, только глянь на нее.

Хорек шипит и тычется в карман хозяину. Не нравится она ему, что-то плохое от нее исходит.

— Фрэд, хватит, — тихо проговаривает ботаник и очки поправляет, пряча своего друга в карман, подальше от этой чешуйчатой дамы.

— Наверное, ему нужно просто привыкнуть. Думаю, они позже поладят… — девушка придвигает учебник к краю стола, когда видит, что профессор приближается к их парте, осмотрев остальные с умным кивком и раздав советы на какие занятия записаться.

— Подруга подсказала или сама выбрала? — интересуется Эйден у девушки, смотря на животное, а после на нее. Хорек снова шипит, только уже на мужчину, пока выглядывает из кармана.

— Охотники, такие охотники… — тот руку тянет к животному и получает укус болючий, что аж кровь с пальца идёт. Но Лонгу хоть бы хны.

— Хорошие у вас животинки… — отходит мужчина от стола, вытирая палец о бедро, покрытое брючной тканью.

— Ты глянь какой! — шикает блондинка и склоняется к парнишке, — Спорим, его и яд не берет! — пошутила та тихо и хихикнула со своей же шутки.

— Ой, а я смотрю малыш Сэми завел себе подружку?! — пошутил кто-то из ребят с компанией в стороне. Лохматые каштановые волосы, наглое смазливое лицо. Лайл Самберс, младший из семейства Самберс. Чистокровный гавнюк.

Его второй братец Джозеф, что был на пару лет старше, хватает со стола змею и рассматривает ее, хмыкнув носом. Паренёк похож на младшего, но по большей части помалкивает. Сэм что-то мямлит под нос, но после выдает:

— Н-Не подружка, а п-подруга… Это же разные вещи! — хорька тот прячет, чтобы не было с ним той же участи, что и с Зестой, которая руку Джозефу обвивает, но тот ее отряхивает. Змея злится, нечего ему ее трогать.

— А ну ручонки свои пахабные держи при себе, или укорочу! — блондинка шипит ничуть не хуже своего фамильяра, поднимаясь с места и ровняясь лицом с парнишкой. Она очень не любит, когда трогают то, что людям не принадлежит. А уж обижать слабых тем более не позволит. Лонг наблюдает за их перепалкой молча. Ну прямо интересно, кто все-таки одержит верх в споре.

— Я смотрю, тебе не особо важна эта змейка… — он животному пасть двумя пальцами сжимает и смотрит на Элизабет, — Может быть… Обменяемся? Я тебе черную вдову, а ты мне ее… Она будет очень полезна для меня… А тебе, «одаренной», — обозначил он девушке ее место, — паука будет достаточно… Укусит и сдохнешь…

Девушка хмурится, у нее прямо щеки краснеют от злости. Взмах руки и на щеке старшего красный след. Она чуть ли не ломает тому пальцы руки, сильно выгнув в другую сторону, и второй рукой забирает свое сокровище. Лайл шикнул, приложив кулак ко рту, представляя как первому больно, но отошёл в сторону, позволяя девушке пройти мимо.

Она вышла в коридор, прижимая змею к себе, прошла к окну и остановилась. Взяла ту за мордочку и осмотрела.

— Ты как?

Змея ответить ей никак не может, но ее состояние было вполне себе нормальным. Конечно, парень сдавил хорошенько ее, что глаза чуть ли с орбит не выпали, но в целом — держится огурцом.

— Прошу прощения, одаренная… Но кто позволил тебе покинуть аудиторию? — рядом с блондинкой оказывается Эйден, складывая руки у груди.

— Прошу прощения мистер сама серьёзность, но куда смотрели вы, когда эти два… Индивида… Пытались навредить моему фамильяру? — она смотрит на него, сдвинув брови, — Или это у вас тут правила такие?

— Я не заметил, чтобы твоей змее досталось… — наклонил Лонг голову набок, рассматривая этих двоих. — Марш в аудиторию, борец без особого ума…

Девушка на такую наглость даже ответить не могла. Стоит, пыхтит что-то, дует щеки, но, прижимая к себе змеюку, всё-таки проходит мимо Лонга в сторону двери, чтобы вернуться обратно.

Вот уже и змею трогает без особого напряга тела и дрожи в нем. А всего потребовалось натравить на девушку кого-то, чтобы этот кто-то тронул то, что принадлежит ей! Как ещё бы ее заставили привыкнуть к животному, что будет готово защитить ее в любую минуту своей жизни?

Эйден вернулся следом, усевшись за массивный стол. Перекличка не имела в этот день никакого веса, поэтому мужчина решил просидеть оставшееся время в разборе бумаг.

— Все хорошо?.. — задал вопрос ботаник, когда блондинка оказалась рядом с ним.

— В полном порядке! — та нервно улыбалась и почти шипела эти слова, смотря в спины ребят, что их задирали совсем недавно. — Ты как?

— Я уже привык… И тебе бы этому научится… Терпеть и быть привыкшей к таким ситуациям… Это Ефлиа… — пожал парень плечами и вздохнул.

— Да уж… А в вестнике о ней писали во всех красках! Мол, высокий рейтинг! Профессионалы своего дела! — размахивает она рукой в воздухе, — Кругом одно вранье. Но знаешь что? Я привыкать не буду! Я такая какая есть! И пришла сюда учиться управлять тем, что где-то там пока прячется! Так что в этом смысле мы все равны!

Сэм кивнул ей головой и вздохнул коротко, но забавно, что аж очки упали слегка.

На обеде в зале собрались все факультеты. Шумно так, обилие еды и животинки рядом. Только насекомых не особо распускали, они сидели в слишком маленьких переносных террариумах на время таких посиделок.

Фрэд все никак не мог угомониться, находясь рядом с Зестой. Она была ему словно триггер. А та была спокойной, как море после бури. Лежала себе свернутая, и курицу варёную топтала.

— Фрэд… Достаточно. Полезай в карман… Что же никак не успокоится?.. — Сэм неловко посмеялся и взял с блюда кусочек мяса, отдав тот хорьку. — Кстати, ты не думала принять участие в турнире? Там очень много конкурсов. От плаванья до постройки хижины в лесу. Правда… Нужны хоть какие-то азы в магии, но… Если держать при себе книгу, то вполне что-то получится.

— Турнир? Что-то по типу… Кто из студентов умнее, ловчее и способнее? Не думаю, что из меня выйдет особо что-то толковое. Я не могу заставить себя утром проснуться в положенный час, и пройти, ни разу не споткнувшись… А ты мне про постройку хижины. Или… Есть за что побороться? — та хитро прищурилась и чуть приблизилась, — Колись!

— К-Комнаты… Фотография на доске почета… В общем, лучшие условия… Тебе ведь хочется вырасти в глазах тех, кто насмехается над тобой? — тянется Сэм к бокалу с соком и делает глоток, смотря на блондинку, а после на высунутую голову из ее кармана и чуть кривится.

— Тогда будешь мне помогать! — заявила блондинка, — Давай вместе поучаствуем? — снова пихает его в бок, — Ну-у-у же! Дава-ай! Не откажи!

— Я не могу участвовать с другими факультетами… Только если за свой… — пожал плечами тот коротко и резко. — В любом случае, тебе придется всему учиться… Почему бы одиночную игру не принять за шанс стать чуточку сильнее?

— Даже если будешь участвовать за свой факультет, что мешает нам друг дружке помогать, да? Не игра же это на выживание! Или… на выживание?

— Нам в школе рассказывали, что… Что это может обернуться травмами… Но не смертью… Не сказал бы, что это слово… «Выживание» подходит… Скорее, просто проверка твоих сил… И… Я попытаюсь тебе помочь, если твой фамильяр подпустит меня к тебе на турнире… Они, как правило, чувствуют дух соперничества на ином уровне…

— Отлично! Тогда так и договоримся, да? — та протягивает парнишке руку, предлагая ее пожать. — Ну, что ты какой зажатый? Давай! Не кусаюсь же я!

— Ты — нет… Она — да… — ткнул он пальцем на змеиную голову, торчащую из кармана, но руку все-таки протянул девушке, чтобы пожать, она ее быстро-быстро потрепала, а после он ее убрал.

— Турнир начнется через неделю… У тебя есть время изучить правила и взять необходимые пособия в библиотеке…

— Конечно, конечно! Все как скажешь! — согласилась та, — А теперь давай вернемся к еде и на занятия, пока этот мистер скряга нас не отругал!

Следующим предметом этих бедолаг были практики со своими кураторами. А значит, им нужно было находиться по раздельности. Лучше бы зельеварение проходило лекцией…

Эйден кружил возле одаренной и смеялся над тем, что у нее что-то загоралось или разливалось. Змея шипела на него, и даже разок пыталась укусить, но получила по голове от Лонга.

— Приручи ее. Сделай воспитанной и покорной… Если будет на всех кидаться — ее у тебя заберут.

— А вы ее не провоцируйте, и ей не придется шипеть! Или мне делать это вместо нее прикажете? Может, меня тогда тоже запрут? Знакомы без году неделя, как мне ей подобное запретить? — Бурчит девушка, снова наливая что-то в котелок, — Лучше б помогли, вместо того чтобы умничать! Ой!

Вода в котелке стала голубой, потом синей и становилась все темнее, пока не бахнула облаком грязи в лицо профессора. Девушка вовремя увернулась, и на нее не попало. С губ сорвался тихий смешок, лицо того было перепачкано в грязи, а сам стоял недовольный как черт.

Брюнет дышит через нос так, что ноздри разъезжаются по сторонам. Он смотрит не-по-доброму на блондинку вновь, а после на змею, что хвостом его ударила, когда с гордо поднятой головой повернулась к хозяйке, чтобы ближе к ней подползти. Разве обычные змеи так делают? Странная эта животинка, не находите?

— Я лично… — рычит тот внутриутробно, стиснув зубы, — Буду следить за твоей успеваемостью… Если у тебя будут пробелы… Плохие баллы… Ты будешь их отрабатывать днями и ночами… Но так, чтобы не пропустить ни единой лекции и практики… Как, спросишь ты…? А я отвечу, — наклонился он к девичьему лицу, — мне плевать как…

Эйден отстранился от Элизабет и прошел к своему столу, минуя целые ряды парт. Взял что-то из ящика стола, похожее на платок и вышел из аудитории, крикнув учащимся:

— Работаем!

— Ну и чего такой вредный, будто съел горстку лимонов на завтрак?! — бурчит блондинка ему вслед, — Один раз на него с потолка свались — потом как клоп! Не вывести! — она смотрит на котелок, потом на змею и переводит взгляд на недавних задир. — Че уставились?

— Ждем, когда ты свалишь… Обычно, девчонки не выдерживают свалившихся на них проблем и убегают из академии… Кстати о проблемах… — говорит загадочно Джозеф, но после объясняется, — Девочкам другим не особо нравится то, что к тебе такое внимание от главного красавчика преподавательского состава… Поаккуратнее со своей змейкой… Вам может и двоим достаться…

— А уж не приглянулся ли он тебе самому часом? Слишком уж ты… Выглядишь заинтересованным! — Девушка сложила руки на грудь и одну бровь изогнула в вопросе. Ну, прямо издевается! Или напрашивается? Впрочем, одно другому не мешает.

— Я по девушкам, — глянул он на нее с прищуром, — Конечно, такие как ты не в моем вкусе, но… Шучу, Эли-за-бет, — играется парень с именем девушки и смеется затем, — Я правда тебя предупредил… Турнир ведь не за горами, а уже врагов себе нажила в виде мерзкой толпы глупых девчонок…

— Ой, спасибо за заботу! — язвит та в ответ.

— Да у вас прямо любовь-любовь! — смеется с них Лайл, не упуская возможности подшутить над братом, — прямо искорки в воздухе летают!

— Тебе заняться нечем? — Лиз не выдержала, переключая внимание на него, — Котелок свой потри!

Зеста зашипела вновь, но больше, как будто бы останавливая девушку, чтобы не нарывалась на большие проблемы. Больше, чем толпа разъяренных студенток, смотрящих на нее, как на врага народа.

После практики все разошлись по своим комнатам. Не исключением были Лиз и Зеста, которая, по дороге в комнату, словила белую крысу и тут же ее слопала. Ей ведь как магическому атрибуту, так сказать — нужна подпитка.

— Фу, ну и вот почему именно крыса? А если это был чей-то фамильяр? Как прикажешь потом смотреть в глаза его владельцу? — отчитывает блондинка свою подопечную, идя по коридору и заставляя мантию развеваться от создаваемого потока.

Остановившись в дверном проеме, ведущем в холл, где на магической доске можно было внести себя в список участников турнира, Лиз призадумалась. Простояла так с минуту, но все-таки пошла туда.

«Я должна добиться хороших высот, чтобы мама и папа гордились мной! Иначе никак!» — уверила себя та, подошла к расписной доске с белым как снег пергаментом. Она берет в руку перо, стоящее в прозрачной колбочке с какой-то блестящей жидкостью, и вознесла над «холстом».

— Ну что, ни пуха да? — взмах руки, второй, третий и вот, написанное полупрозрачными чернилами имя — растворяется на нем.

— Обратного пути нет, да?

Змея то ли кивнула, то ли просто повела головой.

По коридору шел Эйден, и, увидев девушку, он остановился. Зеста тут же нырнула в карман, когда увидала двух пауков на плечах мужчины.

— Добиться высот на турнире хочешь? Потянешь, не имея сил? — гладит он пальцами паука, что по руке вниз пополз. Блондинку от такого жеста даже передернуло. Ну не любит она всяких гадов ползучих цеплючих!

— А что? Есть какие-то особые правила? Я-то думала участвовать может любой желающий!

— Я не в том смысле, что запрещаю… Одаренные не особо стремятся «выпендриться» на подобном конкурсе. Они сидят и учатся, нарабатывая материал и получают силы… А ты… Собралась как действовать, когда нет даже теоретических знаний в бытовых моментах? Допустим… Построение хижины с защитным полем.

— Обороняться палкой и жить в шалаше! Чем не хижина? — она сложила руки на груди, с вызовом смотря на преподавателя.

— Посмотрим, как ты противостоишь палкой… — посмеялся Эйден коротко. Могло казаться, что он школьник, задирающий девушку, но все было совсем не так. Он просто не видел в ней кого-то, кто может сражаться с чем-то большим, чем оборонять свое жилище от комаров ночью.

— Вместо того, чтобы глумиться, могли бы и помочь! Вообще-то это вы куратор нашего потока. Так что мой провал… Это позор на вашу головушку! — тыкнула она ему пальцем. Лиз, Лиз… А просто попросить помощи, нет? Зачем постоянно бросать вызов? Так и Эйден не особо с ней любезен.

— Сейчас моя помощь заключалась в том, что я тебе указал на твое место, так как ты можешь лечь в лазарет после всего конкурса. Но… Уже поздно. Твое имя вписано, и тебе придется выживать. Может быть, змейка твоя тебе поможет?

— Это вообще не помощь! — топает она ногой от возмущения и кажется, сейчас взорвется от негодования, но что уж тут поделать. Умом ее видно обделили…

Девушка делает глубокий вдох и выдох, а после делает бровки домиком, жалобно так смотря на Лонга.

— Вы можете мне помочь?

— Могу. Максимум обучить небольшому защитному полю. Построить себе домик у тебя не получится. Так как этому учатся месяцами. Знаешь… — играет он пауками на руках, смотря как те ползают, — Если подпитаешь свою змею, то она тебе поможет. Найди ей что-нибудь, а после приходи ко мне в аудиторию. Только после ужина.

«Звучит как приглашение на свиданку… — подумала про себя девушка, — или грохнуть меня решил? Так… чтоб без свидетелей?»

Но вслух она конечно же ничего из этого не произнесла и просто коротко кивнула.

— Хорошо… — та собралась уходить, а после обернулась, — А чем подпитать то?

— Мыши. Живые лучше. От них больше энергии. Можешь словить белку, кошку… Что-нибудь мясное, — говорит он абсолютно серьезно. — Что? У тебя змея. Привыкай к такому.

Та скривила недовольную моську, но делать было нечего. Придется идти.

Сев на полу на четвереньки, блондинка нагнулась пониже, заглядывая в щели в старинной стене. Кто увидь ее в таком положении — непременно отпустил бы пошлую шутку.

Паутина, пыль, какой-то мелкий мусор, но ни единого намека на хоть одну живую душу.

— Кц-кц-кц! Мышки! Ну, где вы все? — спрашивает та шепотом, а после садится на задницу, отряхивая руки.

— Сдаюсь! Это невозможно!

Каштанововолосый пихает брата в плечо и кивает на девицу с тихим смешком.

— Молится что ли?

— Нет. Просто идиотка, — Джозеф проходит к девушке, берет змею в руки снова и на ее хозяйку смотрит. — Пытаешься напитать энергией змею? Могу помочь в обмен на двадцать золотых монет…

Местная валюта, которая позволяет ребятам покупать магические артефакты. Целых пятьдесят выдается каждый месяц, даже если твой балл ниже среднего. Остальное можно заработать за хорошие отметки и особые достижения. Старшим группам учителя выдавали задачи по охоте на монстров за пределами академии, либо на выращивание редких видов растений, требующих особого внимания и заботы.

— И где бы мне, по-твоему, их столько взять? У меня за котелок десять вычли… — поднимает она на него голову, но продолжает сидеть на полу, смотря снизу вверх. Вроде не проказничает с ее фамильяром, так что пока можно немного расслабиться.

— Всем выдают пятьдесят. Это минимум. Даже одаренным. Всего двадцатка, — играется змеей Джозеф, легонько ее с руки на руку перекидывая. — Это на пять монет меньше, чем половина от суммы.

— Так выдают то после первого месяца учебы. Первые обычно идут на расходы по книгам. У меня столько нет… Или в долг работаешь?

— Аванс возьму. Всего один глаз твоей змеи. Когда у меня на столе будут монеты — верну глаз, — змея смотрит на девушку, а после на парня, который ею играется, перекидывая плавно туда-сюда на руки.

— Нет уж, спасибо… — отказалась Лиз, поднялась с места и забрала у того пресмыкающееся, прибирая в карман: — Такую помощь врагу не пожелаешь… Сама как-нибудь…

— Что, если я помогу тебе на турнире? Просто дай глаз. Мы ведь на одном факультете, а также у нас змеи… Втроем справимся, да, Лайл? — смотрит парень на брата, но остается серьезным. В мыслях даже нет ее обмануть.

— Ага, а потом и остаток монеток запросишь, нет уж! — она отошла от него на шаг и прошла к стене, вовсе отвернувшись.

Лайл пихнул брата в плечо, ехидно смеясь и сделал «чмок» губами, мол: «А ты попроси за оплату кое-что другое». И снова тихо посмеялся. Вот же крыс!

Джозеф повернул голову в сторону девушки, продолжая держать черную змею в руках.

— Поцелуй, и помощь у тебя в кармане. Заслужишь уважение на турнире, благодаря нам. Также помогу раздобыть настоящую энергию для змеи, а не созданную с помощью магии.

Девушка поджала губы.

«Чокнутый что ли?» — подумала она про себя, перевела взгляд на змею в руках. В одном он прав, также как и Лонг — ей не протянуть.

«И что прикажете делать?»

С губ сорвался тихий вздох, а после она поднялась с места и развернулась. Стремительным шагом девушка преодолевает расстояние между Джозефом и кажется, будто сейчас ударит его, снова, но она тянет его за край мантии, заставляя чуть наклониться вперед, и быстро касается его губ своими.

Отстранившись, блондинка протерла свои тыльной стороной ладони и посмотрела на Самберса, нахмурив брови. Лайл стоял, опустив челюсть. Реально поцеловала? Он-то хотел посмеяться над тем, как брату снова прилетит.

— Поможешь — поцелую по нормальному. Нет — лучше тебе не знать, какой я могу быть, если меня разозлить.

Старший только посмеялся, кивнув Элизабет головой.

— Ну вот! Она еще и братьев Самберс ухватила! Вот же! — возникает какая-то девица в кругу из таких же, что были возле окна.

А блондинка снова принимается к ловле мышей. Конечно, ей удалось поймать парочку, но на это ушло слишком много времени.

Занятия подошли к концу. Пропустив из-за своей охоты несколько из них, Лиз направляется по коридору в кабинет зельеварения, чтобы получить помощь от Лонга. Правда, сомнения, конечно, ее одолевали в том, что пары мышей вкупе с одной крысой — необходимый предел.

Эйден сидел за столом и вычитывал что-то со старой бумаги. Обучать одаренных сложно, особенно если ты совсем не умеешь преподавать. Чёртовы правила наследия.

— Корми змею и принимайся читать заклинание. Вот правила произношения на латыни. Когда получится прочитать правильно — по рукам пойдет ток. Несильный. И да, советую записывать произношения, подбирая правильные.

Девушка принимает из его рук учебник. Потрепанный местами, с какими-то пометками карандашом, но определенно полезный. Такого точно не найти в библиотеке.

Пройдя к первой от учительского стола парте, Элизабет усаживается за нее. Она помогает змее устроиться рядом, чтобы той было комфортно и принимается сначала шепотом перебирать слога, чтобы после повторить слово погромче целиком.

Зеста метушится, ползая по парте, под партой, по ножкам стула, по полу, а Лонг только сдерживает смех. Кто бы мог подумать, что то, что читает Элизабет — скажется на смешном недуге для змеи.

— Да что с тобой? — прикрикнула блонди, отвлекаясь от чтения и смотрит на своего фамильяра. — Настолько плохо, да?

— Боже! Нет, я больше не в силах сдерживаться! — смеётся преподаватель. — Ты ее щекочешь, да очень сильно своими заклинаниями!

— Смешно вам?! — Лиз смотрит на него, снова супит носик и оттого становится только забавнее прежнего. — Да. Я не знаю латынь. Кто вообще в здравом уме будет ее изучать? Откуда мне было знать, сидя в своей деревне, что окажусь тут! О таком месте детки только мечтают, хотя вам-то откуда знать! Только и умеете, что язвить и грубить! — девушка высказалась, а на уголках глаз собрались слезы. Довел девочку. Молодец.

— Кричать на меня не нужно. Не особо это люблю. — Это все, что он ей ответил. У него самого детство выдалось не особо ярким и радостным. По закону жанра из строгих семей вырастают такие, как Эйден.

— Держи, — подносит он ей амулет из серебра с камнем внутри темно-голубого цвета.

— Вот эти строчки прочтешь… — переворачивает мужчина страницу своими длинными пальцами и тычет на начало строки, — до этого слова… И защита у тебя в кармане. Ясно?

Она внимательно следит за каждым его жестом, впитывая, вернее пытаясь, впитать в мозг необходимую информацию.

— Поняла… Поняла… — произносит она больше самой себе.

— Сейчас я не шучу, Элизабет. На данном этапе твоего нахождения здесь — змея твой друг. Используешь заклинание, подпитаешь ее, и на пять часов тебе защиты хватит. Остальное… Я думаю, она, — ткнул мужчина пальцем на змею, что глядела куда-то, высунув язык, — сделает.

— Я же сказала… — она смотрит уже на мужчину, после нервно сглатывает от того, насколько тот близко и кивает, — Я поняла… Спасибо…

— Скажешь спасибо, когда выберешься живой и невредимой, — развернулся он к блондинке спиной и прошел к своему столу, сказав:

— Не забывай за подпитку змеи, и вырви лист с заклинанием…

— Вырвать? А если… Конечно, я сама не настолько сильная, чтобы сделать, но может, просто поможете переписать? — предложила девушка, — жалко портить…

— Помочь? — вскинул он вопросительно брови. — Настолько «одаренная», что не умеешь пользоваться обычной ручкой? — Эйден вытягивает канцелярскую принадлежность со стакана и показывает ее блондинке.

Та цокает языком.

— Вот, вроде взрослый дядька, а будто не знает, что такие вещи нужно писать волшебными чернилами, а не обычными. Какой в них толк, если эффект не тот же? Увижу, будто впервые, и придётся начинать сначала!

— Тебе нужен только текст, свалившееся ты мне на голову чудное дарование… — явно с издевкой произносит старший: — Какой тебе толк в магии, если ты не умеешь ею пользоваться? Это только азы. Тебе их будет достаточно.

— Эм… Ну… Ладно? — согласилась девушка и придвинула к себе ближе пособие, принявшись его переписывать под пристальным взором Лонга. Она поднимает взгляд на него.

— Что-то не так?

— Я впервые вижу человека, который пока пишет, бормочет что-то. И явно, это что-то — направлено в мою сторону.

Брюнет ставит на стол мешок, в котором кто-то пищит. И их штуки три-четыре внутри.

— Просили передать, — намекает он на Джозефа.

Девушка поднимает взгляд на предмет, а потом переводит на змею и кивает ей. Пальчики тянут за шнурок, ослабляя его, и показывается первая моська.

Змея ползет довольная, прямо, кажется улыбка до ушей, но с прищуром диким. Мужчина открывает той мешок сильнее, и Зеста сразу же троих мышей хватает за хвосты, после прикусывает им задние ножки, чтобы не так быстро бегали. После все предельно ясно. Но только та доела — как вылезли два близнеца-паука, и змея поспешила к хозяйке. Боится их что ли?

— Ну… Вот и поела… Уже что-то! — похвалила девушка ту, а потом подняла взгляд на преподавателя, — Да. Все ещё побаиваюсь, но, в конце концов, дайте время!

— Такая змея у тебя странная. Моих пауков никто не боится, — хмыкнул Лонг и щелкнул пальцами, по звуку которых «животные» разбежались.

— Желаю удачи… И да… Извини, но практики у нас с тобой не будет. Амулет действует только снаружи и… Тебе не рекомендую практиковаться у стен академии. Это все может нанести разрушение.

Девушка водит губами из стороны в сторону, размышляя как начать говорить.

— Значит, это все ваше напутствие?

— Чего ты еще от меня хотела? — оперся он о стол рукой, а на нее смотрит с наклоненной головой набок. — Объятий и слов о том, какая ты молодец?

Та даже дёрнулась от отвращения его предложения.

— Ну вы… И умеете настрой испортить! — цокает блондинка языком, оглядывая преподавателя недовольным взглядом: — Могли бы и поддержать ради приличия!

— Элизабет! — пищит тот девчачьим голоском, — Поддерживаю тебя! — сложил он ладони вместе и к плечу одному приложил, подняв одну ногу к ягодице, согнув ее в колене. — Блесток для эффекта добавить? — встал Эйден в ту же позу, в которой стоял до этих действий. Она смотрит на него равнодушным лицом, которое приличнее было бы назвать «кирпич».

— Нет… — холодно ответила девушка, — вы просто ужасный человек!

— Не удивила, — на этих словах его прикусила Зеста. Чуть-чуть совсем, как будто котенок, что не оставила даже следов, а после поползла к Лиз. — Ай… Взять бы твою змейку и на костер… Пробовала когда-нибудь змеиный суп?

— А вы, очевидно, пробовали… — произносит та, — Вот я бы попробовала паучий! — с прищуром ответила девушка, явно намекая, что может тоже плохо отнестись к его фамильярам.

— У пауков нет мяса, — играет он с ней в гляделки.

— Крупненькие на вид… Думаю… В ногах мало мяса, а в голове и теле — «нежное белое мясо внутри». Конечно, есть и те, кому не понравится текстура живота, поскольку она содержит коричневую пасту, состоящую из органов, возможно, яиц и экскрементов… Но в целом нельзя списывать их со счетов как еду…

— Генри и Августин очень быстрые ребята. Не думаю, что у тебя получится их схватить. Будь ты даже великим магом… Эти пауки нечто большее, чем просто членистоногие животные…

— Поймать можно все что угодно. С отцом нам как-то пришлось питаться тем, что найдем в лесу, потому что сумку с едой унесло горной рекой при переправе… Среди них были и птицееды… — зачем-то сказала девушка и тут же завершила разговор, вернувшись к написанию символов на бумаге.

— Очень интересно… — закивал мужчина головой, повернувшись к Лиз спиной, а после уселся за стол и что-то начал читать. Старая книга, обычный роман.

Они просидели в тишине с час, после чего хлопнул старый учебник в руке девушки, потому что она его закрыла.

— Все… Закончила.

— Молодец, — водит мужчина глазами по строчкам, но после прерывается, чтобы взглянуть на блондинку. Взгляд вверх, вниз, по бокам, а затем останавливается на ее лице, — Напутствия ты мои помнишь, поэтому ступай.

Ей от такого внимания отчего-то стало не по себе. И нет, это не какой-то там страх перед ним. Это что-то другое. Чего уж греха таить, Лонг довольно хорош собой! А тут еще эта секретная атмосфера, когда они наедине друг с другом.

— Эм… Да! Конечно! — Девушка поднялась с места и протянула змее руку: — Можешь просто обвить ее… Так тебе будет проще держаться!

Зеста рада стараться. Это намного удобнее, чем лежать в темном кармане и через каждые пять минут выныривать из него, чтобы вдохнуть воздуха и посмотреть, что происходит.

Лонг провел взглядом этих двоих и спокойно уселся так, как ему было удобно: ноги на столе, одна на второй, а кресло стало вмиг мягче, словно на перине сидит. Магия полезная штука.

Прошла неделя. Каждый день блондинка лазала то по кладовкам, то складам, то по подвалам в поисках мышей, крыс и другого съестного для своего фамильяра, что казалось вечно была голодна. Почти каждый раз ей это давалось с большим трудом. Нужно было не прогуливать учебу. Потому в комнату она возвращалась, едва ли поспевая до комендантского часа, а потом еще долго-долго сидела над домашним заданием, которое никак не хотело усваиваться. Слишком уж обучение здесь дается непросто.

— Зеста… Я погоню мышь туда… А ты ее лови, ладно? — очередной вечер в сыром грязном подземелье.

Змея головой водит отрицательно. Решает к той подползти, забраться ввысь по ее ноге, и кончиком хвоста указать на выход, обвив руку блондинки.

— Да мы успеем! Не переживай, ладно? — уверяет ее Элизабет. Надо же накормить животинку, — Она же точно тут, пищит где-то… Ну-ка!

Лиз поднялась на ноги, но, услышав чьи-то голоса, кивнула змее, чтобы забралась в карман. Они прижались к стене, чтобы не было видно и слышно и притаили дыхание.

— Если используем пыль — половина отключится еще на начале! — шепчется девица с кем-то.

— А если узнают? — голос второй.

— Подкинем чудачке! Все равно вылетит еще на первом круге.

Лиз была зла. Точно понимала, что говорят о ней, но вот чтобы прям такого мнения! Подставить ее? С ума сойти можно! Зеста тоже показала свое недовольство, сидя в кармане. Не нравилось ей отношение остальных к Элизабет. Они у нее попляшут на этом самом круге.

После девичьих голосов послышался и голос Джозефа, что прогуливался со своим змеем. Побольше Зесты будет.

— И чем же вам так девочка насолила? — с усмешкой спросил их тот, — Тем, что Лонг уделяет ей особое внимание?

— А ты смотрю, тоже на ее сторону встал! Неужто решил побороться за внимание? Что… С девушками своего круга наскучило — решил деревенщине голову подурить? — Рыжеволосая, а это была Мелин Де Лакруа из семьи министра Де Лакруа, что служила при короле, сложила руки на груди. Волнистые, местами непослушные локоны ниспадали с плеч.

— Никому я не собирался ничего дурить, — спокойно отвечает старший Самберс, смотря на змея, который намеревался шипеть на девушек, но щелчок пальцем по носу его остановил.

— Раз вам так интересно, значит… Нуждаетесь в моей помощи?

— И что? Прям вот поможешь ее приземлить? — спрашивает другая — темненькая, Вивьен. Подружка Мелин с которой те были не разлей вода чуть ли не с пеленок. Она всегда встревала с той в различного рода авантюры.

— А лучше вообще избавиться! — шикнула Де Лакруа.

— А то вы мне предложите? — продолжает он играть змеёй в руке. Что-то этот парень задумал, но по морде его не заметно.

Бедняжка за углом сейчас лопнет от злости, стоит там щеки дует. Значит, гавнюк играет на два фронта? А строил из себя саму любезность, соглашаясь ей помочь! Вот тебе и целуй его после этого!

— А что хочешь? Золота, девушек? — спрашивает рыжая, — скажи только сколько! Знаешь же, мой отец богатый!

— Мне нужны наши монеты. Из академии. Всего лишь… Месячная доля. Пятьдесят, — а этот Джозеф любит деньги. Да только зачем они ему, если вылазка в магический городок будет только после турнира? Стабильно раз в неделю студенты получали остатки выплат за различного рода задания и могли отправиться за покупками для учебы или досуга.

— Эти то? — та даже скривилась, причмокнула губами, а потом кивнула, — Окей! Но тогда… выведи ее из турнира! А еще лучше до него! Желательно… — рыжая сверкнула зелеными глазами, — В госпиталь, с чем-нибудь настолько серьезным, чтобы после не смогла вернуться к обучению! По рукам?

Самберс не смог сдержать смешка. Будет ли он это делать? Конечно же нет. Но девчонки такие доверчивые!

— Монеты, — напомнил он ей и прошел мимо, пока змей глянул в сторону двери, почуяв что-то знакомое. Он ткнулся в шею парню и сверкнул глазами, глядя на тех девушек.

Лиз опустилась на пол, приложившись затылком к каменной поверхности. Она тяжело дышала то ли от того, что задерживала дыхание, чтобы не издавать звуков, то ли от того, что сейчас расплакаться готова была. Рука забралась в карман, подобрала змею и прижала к груди, поглаживая пальчиком головушку. Так она пыталась успокоить саму себя. Сидит, закрыв глаза, и пытается понять, где она свернула не туда.

Змее было ее жалко, но показываться она в своем обличии ей не хотела. Еще не время. Та только носок ткнула в амулет, чтобы таким образом показать, что нужно готовиться к завтрашнему дню.

— Точно-точно… — уверяет ее та, — Нужно хотя бы попробовать, верно? Иначе, какой в этом смысл?! — та смеется и поднимается на ноги, а после, забыв про мышь, что уже пробегала мимо, направилась на верхний этаж.

Выходя из коридора к лестнице, блондинка чуть не врезалась в молодого человека, стоящего там.

— Мать твою! — шикнула та, сделала шаг назад, смотря на змею, что как браслет опоясала руку. Она выдохнула и спокойно произнесла:

— Пройти дай…

— Да кто же не даёт? — он ступает шаг в сторону, а змей его к Зесте лезет носом, а после к хозяйке. — Советую держаться подальше тех, кто много о тебе говорит. У них на тебя большие планы…

— Ага… Как и у тебя посмотрю! — кинула она ему не по-доброму, — Можешь забыть, о чем мы договаривались… Сама как-нибудь разберусь!

Она прошла мимо него, придвигая Зесту к себе плотнее.

— Ты слишком много болтаешь, — поворачивается Джозеф к блондинке, — Может быть тебе рот заткнуть? — он змея поглаживает по голове, а тот все тянется к Зесте.

— Вот… Даже Арон к вам тянется. Что-то больно вы ему понравились… А мне тебе рот хочется заткнуть!

— Чего? — девушка обернулась, смотря на того с раздражением, — Себе рот заткни! Чего несешь?

— В принципе, и такая формулировка подходит, — Самберс ступает несколько шагов к девушке, и вмиг касается ее губ своими, утягивая в нежный поцелуй, после которого кусает ее за губу. А Арон тоже времени зря не теряет и к Зесте близится своей мордой, но та неприступная скала. Что же это за парни такие, которые делают, что хотят? Даже змея с катушек слетела!

Лиз широко распахивает глаза, смотря в его полуприкрытые. И как он может быть таким? Зачем соглашается на подобные деяния в ее сторону, а после целует? Она не сразу пришла в себя одурманенная ароматом его парфюма, делает шаг назад, но спотыкается о ступеньку лестницы.

Джозеф подлетает к той и за край одежды на себя тянет.

— Откуда ты взялась такая неуклюжая? — поправляет он ворот ее мантии и ступает сам по ступеням. — Миссис Грин не любит, когда мантии не поправляют, а ты целый день ходишь с воротником до небес… Следи за внешним видом и рот держи закрытым. Или повторю, — он повернулся к ней полубоком и направился по лестнице наверх. Соскочил с последней ступени, шагая в сторону сада.

Она смотрит в его спину даже несколько растерянно, после неумышленно поправляет на себе ткань одежды и снова берет змею так, чтобы той было удобно.

— Вот же… Нахал! — бурчит та, заливаясь краской. Вот так взял и поцеловал!

Змея кончиком хвоста коснулась рта, показывая хозяйке, что ей забавна ее реакция. А Джозефу нормально. Получил пятьдесят монет, связался с «поставщиком», который работает через голубиную почту и получил что-то похожее на палочку мэдикуса. На кой черт она ему? Но это точно нужно для будущего турнира.

— Смеешься надо мной? Смешно ей! — фыркнула та, — вот отдам тебя на растерзание его змее! Наделаете там змеят — посмотрю на тебя! Пошли… Надо еще доклад по зельеварению дописать… А то не выспимся к завтра.

Турнир начался с десяти утра. Много кто решил скучковаться, много поодиночке действует, а кто-то, как Сэм, подходит в сторону другого факультета и шепчет на ухо блондинке:

— Утро доброе… Я услышал, что Мелин хочет использовать зелье, вызывающее паралич… — предупреждает он подругу и после в толпе растворяется, подбегая к своему потоку.

«Значит, паралич…» — подумала про себя девушка, а потом посмотрела на свою помощницу, что сидела нижней частью в кармане, а верхней обвивала руку, смотря по сторонам.

На турнир давалось три дня. Пересечь лес, подняться в гору, и сплавиться по реке, сделав тем самым круг. Использовать можно любую магию, так и подручные средства, но все стартуют одинаково: сумка с легким пропитанием, с лекарствами, в том числе противоядия, бинты, факела разных цветов для обнаружения. Зелёный, если потерялся по маршруту, красный, если нашёл раненого, чёрный — выводит тебя с эстафеты.

Подруга Мелин, которую звали противным именем Сьюзи — сидела в кустах и наблюдала за Элизабет. Зеста отползла тихонько от хозяйки и оказалась через минуту позади девушки.

— Ай-ай-ай… — вырастает девичья фигура: высокая брюнетка в черном платье по половину бедра, что обтягивала тело и ошейник с черной лентой, что окольцовывал ее шею. — Какая гадость… Исподтишка решила напасть?

Не дождавшись ответа, Зеста той хлопает по шее, чем вырубает и та падает на траву. Увидев, что Лиз собирается повернуться на шум травы с кустами — девушка вновь в змею превращается и ползет к ней.

— Где бродишь? Старт уже дали… Идем! — та присела на корточки и взяла фамильяра в руку. Надо же, привыкает, больше не боится как прежде, хотя к другим змеям доверия как не было, так и нет.

По поляне все шли также кучками, но стоило зайти в лес, словно разбрелись.

— Так… Нам надо идти все время прямо и не сворачивать. Сэм сказал, это самый короткий маршрут.

Вот та и пошла, но уже через несколько часов устала и присела отдохнуть.

— Бесконечный он что ли? — шикает та, сев на зад и потирает ноги. Через минуту откуда-то слышится крик, и девушка оборачивается по сторонам.

— Что за.? — спрашивает то ли себя, то ли «подружку» и идёт туда.

Неподалёку, за кустами, истекая кровью, с капканом на ноге, сидела темноволосая девушка в очках. Кажется из мэдикуса.

— Ты в порядке? Черт… Вижу, что нет… давай помогу? — предложила блондинка, подходя к той.

— Кто же ставит капканы?.. — скулит девчонка, а Зеста тем временем в сторону смотрит. Джозеф идет, словно прогуливаясь со своим змеем по личным имениям. В руках палочка мэдикуса, и можно было подумать, что это его рук дело.

— Оу… — останавливается он возле девушек. — Кто капканы ставит? Давай помогу? — обращается он ни то к девушке в очках, ни то к Элизабет. Зеста ползет куда-то в кусты, лишь бы с Араном не контактировать. Это что за змеиные игры вообще?

— Иди куда топал! Видно же, что ты постарался и такой типа непричем! — Лиз присела перед раненой на колени.

— Я? С чего бы? — Джозеф змея отпускает и присаживается рядом с блондинкой, чтобы девушке помочь. У него-то сил больше.

— Так… Я сейчас разожму, а ты… Тяни ногу, только осторожно, ладно? — говорит Лиз, но Джо ее опередил. Разжав капкан, он девушке помог затянуть раны с помощью палочки. Нелегальной палочки. Но кто вякнет — тому Аран прокусит задницу.

Элизабет помогает той подняться с травы.

— Будь осторожней, похоже, некоторые слишком хотят победить.

— Да что ты на меня все спихиваешь?! — крикнул Джозеф и подозвал к себе Арана. — Эй! Ты где там?! — смотрит он по сторонам.

— Не хотелось вмешиваться, но… Это был точно не он… Капкан появился, благодаря магии… — вступилась темноволосая, — Магии вэнатора… А у него мэдикус… Только откуда вообще?

— Эй, Джоз! Где пропал там? — крикнул Лайл тому, появляясь откуда-то из-за кустов, — Чего отстал? Решил один идти? Вроде с этими собирались! — говорил он о «подружках из подвала».

Старший Самберс закатил глаза и словил своего змея, что по пятам… Кхм… По хвостам полз за Зестой.

— Так… Вали отсюда, пока эти не пришли, — обращается парень к Лиз.

— С чего бы…? — та вспомнила его угрозу о том, что если будет открывать рот — тот повторит, топнула ногой и, подхватив своего фамильяра пошла по маршруту вперёд, бубня что-то под нос. Лайл посмотрел той вслед с лёгким подозрением, а потом на брата, но не стал ничего говорить. Потом спросит его, когда будет более подходящее для того время.

— Не смотри таким взглядом на меня, — решил тот заставить молчать младшего брата, даже визуально. — Я ведь пообещал ей помочь. А Мелин и ее подружки просто… Опоздали, — пустил смешок короткий и змея на руку намотал. — Аран за той змеей бегает все время… Может она что-то злое несет?

— Ты слишком заинтересован в этой особе. Ты знаешь правила Джозеф… Тебе с ней ничего не светит. А теперь пошли… Хайзер говорит, — его огненная саламандра, что в виду токсичности в основном сидела у него за воротником, — что скоро дождь начнётся… А после опустится туман. Надо будет сделать привал, чтобы не заплутать…

— Проверишь Арана, — не слушает старший. — Мне не нравится, что он за той гоняется… Принесет бед еще, не дай Бог… — он шлепнул змея по голове двумя пальцами и пригрозил ему, что еще раз он подлезет к черной змее — высосет ему глаз.

Как и сообщила вышеуказанная особь — вскоре начался дождь. Да такой проливной, что стоял стеной, и идти было куда-либо просто бессмысленно. Стоя мокрая до нитки, под деревом, Лиз проклинала преподавателя за то, что не посоветовал ей выучить заклинание для призыва зонтика.

— И как дальше? Будем сидеть, и ждать, пока закончится? — спрашивает та Зесту, прячущуюся под мантией у воротника. Та ответить ей не может, но может отползти в кусты, чтобы перевоплотиться, улечься на траву, наколдовать зонт и мантию потеплее, а после уже змеиным хвостом потеребить веточки куста, что закрывал ее полностью. Призвала так хозяйку, называется. И когда только всему этому научилась? А может, всегда умела?

— Ого! Где ты все это нашла? — спрашивает Лиз, раскрывая зонтик, — Неужели кто-то оставил? — после снимает мокрую мантию, кладёт ее на землю и, накинув на себя другую, садится. Под зонтиком, как под грибочком.

— Голодная? Мышей, конечно, нет, но краюху хлеба выделить могу. Припрятала…

Зеста головой мотает, а после смотрит в сторону и подлезает ближе к Элизабет, когда замечает ту самую группку людей, о которых говорил Лайл. Там и Джозеф тоже был.

— Давай-ка спрячемся немного… — Шёпотом произносит блондинка и, поджав под себя ножки, свернувшись калачиком, прижимается к земле. За кустами и под таким дождищем — все равно, что камень большой лежит. Тем то хорошо. Идут сухие, рыжая держит в воздухе руку, заставляя держаться над ними большой прозрачный купол.

— Я ведь говорил, что Элизабет здесь нет. Она как проворная крыса. Тут и там, а поймать ты ее не можешь, — подает голос Джозеф, кинув мимолетный взгляд в сторону «камня», куда спряталась та, на которую рыжая охотиться.

— Чую ее тут… Магичил кто-то!

— Так она ж не умеет ни черта! — удивилась ее подруга.

— К черту… Дальше пойдёмте… — шикает Самберс младший, — Скоро дождь кончится, ляжет туман! — тянет Лайл, смотря за братом, тоже на кусты, но ничего не говорит.

— О, да… Это еще больше помешает в поисках Элизабет, — ухмыльнулся Джо, пряча морду Арана, прикрыв ее рукой. Что же этого змея к ним тянет? Влюбляться вроде животные такого типа не умеют.

Слышатся шаги и те удаляются.

— Слышала? Туман… Надо идти дальше. А то потом стемнеет, и вообще застрянем в лесу. Многие, наверное, уже точно прошли половину леса…

— Элизабет! — слышится голос Сэма, что хорька к себе прижимал. Можно было поклясться, что Зеста закатила глаза, когда увидела этих двоих. — Мне сказали, что видели тебя сегодня с Гердой. Т-ты в порядке?..

Та стоит вся мокрая до нитки, от того что на земле лежала, с зонтом этим. Кивает.

— Живая… А ты чего тут? Отстал от своих или… Меня искал?

— Я… Кхм… Увидел тебя, — вытирает тот пальцами под носом капли и прокашливается, — Я все равно… Сам по себе… Искал ночлег с Фрэдом и вышел… К вам… — посмотрел тот на змею, когда хорек стал шипеть.

Девушка смотрит по сторонам.

— Можем пойти вместе, если хочешь… Только от меня толку почти никакого. Я не маг от слова совсем. Заклинания — сколько ни учу — только боком выходят…

— Пойдем, поищем чего-нибудь? Заклинания в такую непогоду не… Не действуют, — парень поправляет зонт на плече, прижав его щекой, а хорек шипит и шипит, но только тот его в карман уложил — успокоился.

— Идем… — согласилась Иалея.

Они шли должно быть несколько часов, дождь уже закончился и поднялся туман. Все как и «говорила» саламандра.

— Все. Стой. Не могу больше… Давай сложим зонты на кусах и укроем мантией? Получится маленький шалаш! — предложила девушка, указав на кусты неподалёку.

— Мы з-заболеем… — с дрожащими от холода зубами произносит Сэм, но ему остается только согласиться. Это вам не Джозеф, который хоть в такую и непогоду, но построил для остальных хижину, ведь понимал, что среди группы их людей есть девушки, которым заболеть ни в коем случае нельзя. Только Элизабет повезло с таким напарником. А он все ее выискивал. Надеялся, что набредет на их лачугу.

На том те и порешали. Одна мантия на землю, вторая на «крышу», поверх зонтов. Оба внутри, в штанах да рубашках с жилеткой поверх. Прохладно, тесно, пришлось не сидеть, а лежать, но надышали быстро, стало тепло, хоть это хорошо.

— Давай… Обнимемся? Так будет потеплее! — предложила девушка, повернувшись лицом к парнишке. Лежа на боку занимаешь меньше места.

— Эм… Ну… — краснеет ботаник, поправляя свои очки. Змея смирно спит в углу, пока хорек прячется между этими двумя, чтобы потеплее было. — Д-Давай.

Получив дозволение, блондинка придвигается ближе. Она почесала хорька за ухом, приглашая лечь в ложбинку между животов и, просунув ножку между ног парня, обнимает его руками, упираясь грудью в его грудь. Сэм на пол головы выше, но даже так на его фоне она выглядит миниатюрной.

— Ты всегда обо мне спрашиваешь, но ничего не рассказываешь о себе. Но мы же друзья…? Так что это как-то неправильно.

Сэм лежал неподвижно, стараясь не выдавать языком тела, что ему слишком неловко.

— Я тебе в… Первый день все рассказал… Я отличник, у меня н-нет друзей… Что еще?

— Ну… Ты меня про семью спрашивал. Как мы время проводим… Про увлечения. Неужто тебя кроме книг ничего не волнует?

Волнует Лиз, очень, физиологическое состояние, дамочка, что лежит рядом, смотрит ему куда-то в шею и дышит туда же, обжигая дыханием.

— Н-Нет… В книгах знание… А оно мне при-пригодится… — признается Смит и хорька ближе к своему лицу подтягивает. Хоть что-то, чтобы не смущало так близкое нахождение лица блондинки.

— Понятно… — чуть немного сонно произносит та, — Когда… Будут каникулы… Обязательно… Приезжай в гости… — говорила та все тише и тише, пока и вовсе, пригревшись к нему, так не уснула.

Утром туман рассеялся. По лужайке были раскинуты палатки, которые студенты себе наколдовали. Вернее, их остатки. Конечно, в плохих погодных условиях те не получались. Но дом Джозефа, откуда все повыходили довольными — являлся особняком среди остальных обиталищ.

— Пусти Хайзера на поиски Лиз, — тихо проговаривает Самберс младшему брату, держа на себе змею, что вырывалась поползти за теми, но хозяин не разрешал. Саламандры ведь быстрее, чем змеи, а значит, Зеста того не цапнет.

— С чего бы? Отстала, небось, порядком… Или так и осталась под кустом спать. Соня же! — тот посмеялся, но видя серьёзное лицо брата, коротко кивнул и присел на корточки, что-то шепча своему фамильяру.

Тот вернулся минут через десять, когда все уже закончили завтракать.

— К юго-востоку отсюда… Где-то в километре… С очкариком из вэнатора. Пойдёшь?

— С кем? — прикрыл тот глаза, нахмурив брови. И с чего бы ему так реагировать? Это же всего два поцелуя их связывали! — Веди этих девчонок в лес с тварями разными… Я иду за Лиз…

Джозеф говорил с братом тихо, чтобы Мелин и ее друзья ничего не слышали. Тот поднялся со скамейки и только шаг ступил, как Арон пополз за ним.

— Его забери, — хватает он янтарного друга и отдает его брату.

Ему ничего не остаётся, кроме как смотреть на того в недоумении, придерживая животинку.

Лиз спала как маленький ребёнок, причмокнула пухлыми губками, продолжая прижиматься к другу.

— Фрэд… ты упираешься мне в живот… — произносит та сонно, не открывая глаз. А Фреда ведь рядом с ней не было. Сэм с красным лицом повернулся на другой бок и прижал к себе хорька.

— Что-то… Он прилип к тебе… — поджал после сказанного Смит губы и зажмурился, словно его бить собираются. Уж так устроена физиология мужчины, с этим ничего не поделаешь.

— Ничего страшного… — произнесла блондинка, а после спросила:

— Вставать надо, да?

— Думаю уже пора, но я пока полежу… Ты там… Сходи на речку или… Ягод поищи, а после займемся магией в лесу… Нужно получить монеты…

Тем временем Джозеф уже подбирался к месту ночлега девушки и парня. Почему пришел? Для чего? Сам не знает.

Она выбирается из «палатки» на четвереньках. Потягивается ручками к небу, разминая спину. Делает полуповороты и пару наклонов, а потом смотрит по сторонам в поисках того, что ей сказал искать Смит. По закону жанра именно в этот момент ей нужно было встретиться взглядом с Самберсом. Стоит такая чуть лохматая, во влажной от дождя одежде, верхняя пуговица рубашки расстегнута. И чем эти двое там занимались?

— Мг… Вот и получается — наша Элизабет провела ночку с ботаном… Интересно… — тот кладет руки в карманы мантии и сверлит ее взглядом. — С милым рай и в шалаше?

Девушка переводит взгляд на ночлег, потом на Джозефа, снова на ночлег и снова на него.

— С УМА СПЯТИЛ?! — воскликнула та.

— Я? Возможно, — ресницами он хлопает, а после локон чуть длинных волос поправляет, убирая его пальцами назад. — Мать твою… — перевел он взгляд на грудь девушки, а после посмотрел в ее глаза. — Это кто тебе дал? — он ткнул пальцем на свою грудь, указывая ей на амулет.

— Неважно. Отвали! — махнула она на него рукой, а после, застегнув пуговицу на рубашке, направилась в другую от «палатки» сторону. Надо было поискать ягод.

— Вот дура! На тебя с этим амулетом в лесу нападут! Все твари! Понимаешь? — топает он следом за ней. — Сними его сейчас же!

— Да что ты пристал то ко мне? Больше не к кому? Иди своей рыжей косматой…- девушка не договорила, споткнулась о камень и полетела в овраг. Катилась кубарем и приземлилась пластом. Джозеф даже среагировать не успел. Стоит сверху и на нее вниз смотрит.

— Черт… — шикает та от боли и принимает положение сидя, смотря на перепачканные в грязи штаны, подранные в области ниже колен.

— Это только начало с этим амулетом, — цокнул он языком и стал спускаться вниз. Девушке руку тянет и стоит, смотрит. — Добровольно на меня запрыгнешь или мне тебя потянуть на себя? Я здесь лечить тебя не буду.

Она смотрит на него недовольно.

— Обойдусь! — рычит, складывает руки на груди и отворачивает перепачканную моську. На макушке листва, на одежде тоже. Свинья везде грязь найдет.

«Всегда неуклюжей была… С чего бы амулету приносить мне неудачи? — подумала блондинка: — Это все его уловки, чтобы меня надурить…»

— Я тебе серьезно говорю. Такие амулеты легко спутать с помощниками.

Помощники — амулеты, которые помогают, что, как ни странно, судя по их названию.

— Этот же плюется своей недоброжелательностью. Тот, кто тебе его дал, точно знал, что ты не узнаешь об этом, — он подходит к ней ближе и закидывает ее себе на плечо, неся чуть дальше оврага, чтобы найти подъем.

Девушка болтается на плече как ковер, свернутый для стирки в рулончик.

— Я же уже сказала, что наша сделка аннулирована! Чего привязался? Или решил облегчить своей подружке задачу и скинуть меня откуда-нибудь повыше?

— Теперь ясно почему ты шипишь на меня, — Джо усаживает Элизабет у дерева на ровной полянке с мягкой травой. Берет палочку из кармана и что-то шепчет, заживляя тем самым ее раны. — Я просто получил монеты и купил себе эту штуку. Разве есть что-то плохое в обмане, который приведет меня к тому, что я хотел?

— Исходя из твоих слов — какой смысл мне доверять тебе, если можешь сделать то же самое? — задает она вполне логичный вопрос.

— Я уже получил от тебя поцелуй. Хочешь предложить еще? — наклонил он голову набок, смотря на нее. — Мне от тебя по сути ничего больше не нужно.

Она снова сложила руки на груди, отвернув голову. Дует обиженно губы, будто есть за что, а потом машинально прижимается к земле, опершись рукой о землю.

— Самберс. Не. Двигайся…

— Что не так? — тот застывает, но смотрит на нее чуть округленными глазами. Справа от парочки доносится недовольное рычание.

— Похоже, мы заняли чужую лужайку…- шепотом говорит блондинка, — И кажется… Хозяин не слишком доволен нашим шумом…

— Замечательно. Вставай и уходи, — Джо слишком спокойно реагирует на происходящее. Перепугался только лишь за эту неумеху, но вида не подавал.

— Чего? — возмутилась она, — Спятил? Мне тебя просто тут кинуть?

— Я справлюсь, а ты нет. Повторяю еще раз: вали отсюда… — слышит он рык, но животное особо не спешит нападать. Один ведь спиной стоит, а значит, ему давали такое правило: не бей того, кто стоит спиной. — Монеты отдам тебе. Видишь, у него на шее веревка? Одержу победу — монеты твои.

Девушка осторожно приподнимается, но получает предупреждающее рычание в свою сторону, дергается, закрывая глаза и тихонько выдыхает.

— Я лучше тут посижу… — произносит она, почти пропищав. Еще бы, такую тварь увидеть! Слюной брызжет, когтищи как лезвия, лохматое и грязное похлеще нее!

— Чертов твой амулет, — с такими словами Джозеф оборачивается резко в сторону и кидает палочку зверю прямо в глаз. На его руках появляются какие-то темные символы с узорами, после которых он может стрелять магическими шарами и стрелами из «огня» в существо.

Блондинка поднимается с места, чтобы не мешаться тому, прячется за деревом, выглядывая, дышит тяжело. Шары летят туда и сюда, Джозеф уворачивается от когтей, но животное и не думает отставать.

— Хрен с ним… раз помочь так не могу… — девушка снимает с шеи амулет и, размахнувшись со всей силы — бросает в тварь, чтобы ее отвлечь. Это работает, потому что морда существа с палочкой в глазу поворачивается на нее, а после то прыгает в ее сторону.

Джозеф не дает тому сделать этого, путь к Элизабет и прикрывает своим телом, после чего получает когтями. Как ножи, но тот выстоит и вылечится, хоть сейчас тяжело об этом думать.

Парень снова что-то шепотом говорит, и из леса ползут сотни змей, которые станут поражать соперника своим ядом, во время того, как Самберс будет кидаться в того хоть уже и не слишком сильными шарами энергии.

Лиз прижалась к стволу дерева спиной, зажмурив глаза. Что еще она может? Будет только мешаться. От страха дрожат колени, но она молится, перебирая губами какие-то слова.

«Боги… Больше не буду плохо о нем отзываться, пусть только выиграет, а!»

Джозеф и правда старается, но все тяжелее и тяжелее ему это дается. Раны дают о себе знать, и черт, в какой не подходящий момент. Змеи подлезают к лапам монстра кучами, кусая его, чтобы выпустить яд в тело. На такую мохнатую махину тысячи уйдут.

Существо рычит, отбивается, но спустя всего две минуты — падает замертво. Самберс, тяжело дыша, проходит к монстру и вытаскивает палочку, отмывая ее от крови монстра, а после на девушку смотрит устало. Глаза темные, волосы свисают, закрывая половину лица, сам сгорбленный стоит.

— Говорил же свалить. Не слушаешь совсем, — говорит он снова спокойно, будто не он сейчас кровью истекает.

У нее по щекам слезы текут, а сама она не может заставить себя двинуться с места, только скатывается на землю и начинает рыдать. Именно рыдать.

— Какого черта, Элизабет? — цокает Самберс языком и водит палочкой по воздуху, чтобы хотя бы немного остановить кровь. Подходит после к ней и тянет на себя, плюхнувшись на задницу, усаживаясь на землю. — Держи. Успокоишься, — он ее руку разжимает и вкладывает туда веревку с монетами. Сто золотых, это две месячные выплаты академии. Неплохо.

Она откидывает их на землю и прижимается к нему всем телом, цепляясь пальцами в его мантию, и продолжает рыдать. Испугалась? Ещё как испугалась, что из-за нее тот мог погибнуть. И сама она.

— Прости…

— Отлипни, — он ее немного отстраняет от себя. — Испачкаешься же, — его рубашка стала красной уже давно, а ее еще хоть как-то, но белый цвет сохранила. — Все. Вставай и иди. Мелин если найдет, то нам обоим достанется.

Девушка отстранилась, смотря на него как кот жалобно, вся дрожит. Она быстро смотрит по сторонам, а после чмокает его в губы, подскакивает на месте и даёт деру, оставив монеты на земле. Не нужны они ей.

Парень опешил, смотря куда-то в чащу леса. Поднял монеты, а после и поднялся сам, кряхтя как старый дед. Досталось ему слишком сильно, но Джозеф не Джозеф, если не пойдет по своим делам, не смотря на то, как он себя чувствует.

Сэм сидел у ночлега в ожидании блондинки.

— Что-то она задержалась, да? — гладит он своего хорька, который мирно спит у того на бедрах. Зеста просто лежит в ожидании хозяйки и глаза прикрывает.

Та не заставила ждать себя ещё дольше. В грязи, крови, чуть хромает от того, что снова оступилась. В руках кулек ягод, завернутых в широкий листок.

— Прости! Ягод много не нашла… Похоже, кто-то уже пособирал.

— Ч-Что с тобой? — оглядывается Смит по сторонам. — Они добр-добрались до тебя? Нам нужно тогда уходить скорее… Монеты также заработать… А если они здесь, то… т-то нам грозит опасность.

— Наткнулась на кое-кто… Но Самберс взял его на себя, и я улизнула! Так что не беспокойся!

— Все равно нам нужно уход-уходить отсюда…

Зеста, увидев хозяйку — подползла к ней и потыкалась носом в ногу, чтобы та ее заметила и взяла на руки. Лиз склонилась и подняла ее, а потом кивнула другу.

Было решено немного перекусить хлебом и ягодами, что та собрала на обратном пути, а потом они пошли дальше.

Преодолев лес и сдав свои отметки, пара двинулась в гору. Они поднимались несколько часов. Элизабет покраснела в щеках, ее взял жар, но она не жаловалась.

— Нормально-нормально…

Зеста набирает много-много яда, а после кусает девушку в шею, подползя по ее руке. Нужно хоть как-то облегчить ее тяжёлое состояние.

Сэм только глаза вытаращил и змею схватил за хвост, потянув ее на себя. Но было поздно, та ее уже укусила.

— Вы что?! Не ладите?! Нужно срочно найти кого-то из мэдикуса!

Лиз смотрит на своего фамильяра, а после тянет руку к Сэму и забирает фамильяра, прикладывая другую руку к ранке, что быстро затягивается.

— Нормально-нормально… Идем.

— Я не понимаю… Как тебе нормально, если… Она тебя укусила? За это ее сожгут! — вскрикнул Сэм и хорька к себе прижал сильнее, боясь, что Зеста нападет на его Фрэда.

— Думаю… Она пытается помочь… Если честно… Как только мы на гору начали подниматься — я себя отвратительно чувствую… — произносит девушка, — выпила зелье, но оно не помогает. Слышала, среди ядоносцев иногда такое бывает… Типа… неуязвимости к яду, а с ним и к зельям.

— Я в-впервые с таким сталкиваюсь… Тебе лучше вообще?.. — он обеспокоенно смотрит на нее и хорька от нервов гладит.

— Немного полегчало… — признается Лиз. — Ноги чувствую! — смеётся та, — Надо идти дальше! Отстали от остальных! А ещё до реки… Всего десять лодок на пятьдесят учеников… Маловато. Придётся идти пешком или плыть, если не повезёт…

— Я п-попробую использовать магию, но… Не уверен, что у меня получится…

Сэм вообще не был ни в чем уверен. Это была размазня, которая никак собраться не может, которая ожидает, что кто-то за него что-то сделает. Ему ведь нужно хранить энергию, и он боится, что, если кто-то нападет — он не сможет защититься.

Уже у реки оставалась одна лодка, и по закону жанра — она стояла между Сэмом, Лиз и Мелин с командой, в которой были Самберсы.

— Вы же понимаете, что эта лодка наша? — подаёт голосок подружка Мелин.

Джозеф наклонил голову набок, чуть подняв подбородок вверх, указывая Иалея куда-то в лес. Подготовил для нее и для ее дружка лодку. Кто запретит? Никто, так как никто и не знает об этом.

— Ой, валите! — махнула Лиз устало. Сама на ногах еле стоит, но спутнику молчит. После с места шагает и идёт вдоль по берегу, смотря чётко вперёд.

— Сэм! Идешь? Можешь поплыть с ними! Ты щуплый… Не перевесишь! Что со мной станется?

— Я не поеду с ними… — машет он головой и следует за девушкой. — Куда ты идёшь? Почему мы идём в лес?..

— Скоро закат… Ещё только второй день. Надо переночевать… — ответила девушка, смотря назад. — Почему не поплыл с ними?

— Почему ты не поплыла с ними?.. — ответил он вопросом на вопрос, — Зачем мне проситься к тем, кто меня унижает?.. Это же неправильно и странно… Но разве мы не работаем в паре?

— Поэтому и отказалась. Я не могла оставить тебя на берегу… — девушка остановилась и вздохнула, — Но почему-то допустила мысль, что ты можешь, прости… Так. Давай думать? Лодки делать умеешь? — спрашивает девушка, направляясь в сторону горы. Там монстров нет, это точно.

— Я не справлюсь… — опускает парень голову стыдливо и вздыхает. — У меня нет сил совсем. Я слишком худой и слабый… После того подъема не набрался сил и вообще… Не получится…

— Тогда… Просто пойдём пешком? Вторые сутки только! Ещё день впереди. Отдохнём немного и пойдём дальше. Давай сейчас наберём еды… Ну, поищем…

— Я могу обойтись без еды ещё день…

Сэм даже не переживает о том, что есть девушка, которой как бы стоит питаться, чтобы не отключиться. Но нет, ему это не интересно. Он только ждёт от нее каких-нибудь решений.

— Тогда так… Пойдём искать еду… Поищем ягоды, съедобные растения… Встретимся к полудню здесь же… Если нет — идём вдоль реки к поляне в сторону академии. Идёт?

— Х-хорошо, — кивает Сэм Лиз и смотрит по сторонам, чтобы запомнить примерное местоположение.

Зеста к девушке в карман ползет и там же засыпает. Это будет долгое «путешествие».

Гуляя по окрестностям в поисках съестного, девица забывает счет времени. Ноги ноют от боли и тело отказывается работать при жаре, который накрывает почти сразу. Она опирается о дерево и смотрит вперед себя, пытаясь удержать состояние стояния, но видит перед глазами, как чей-то фамильяр вздымает в воздух поднятием руки человека в мантии и капюшоне, а после растворяется в нем. Бедолажка, что обладала им — падает на траву. А после, почти сразу за тем и Лиз.

***

— Впервые такое, что кто-то из студентов не вышел из турнира, но и так долго не добирался до финиша.

Преподавательский состав во главе со студентами, что не участвовали, наблюдали за финальной площадью. Тут, к слову, и Самберсы, и их подружки, там и Сэм подоспел, но не хватало приличное количество.

В небо взмыл черный дым.

— Что такое?

— Чертовщина какая-то… Мы ведь договаривались, что у ребят не должно быть ничего с собой во время турнира… Раз черный — значит на выбытие, но отчего? — сложа руки у груди произносит Эйден.

Перетянутый бинтами Джозеф — смотрит в небо, а после на команду.

— Мы почти пришли, вернусь и гляну, что там случилось. Если монстра убили и лежат монеты, а убийц нет, то монеты наши.

Но этого не произошло.

Прошли еще сутки. Академия стояла на ушах. Чей-то фамильяр был убит, его силы поглощены, а владелица лежала в коме, без надежды на дальнейшее обучение. Турнир было приказано прервать.

Элизабет лежала на койке, напротив найденной рядом с ней особой. Она была истощена. Физически и морально.

— Правда думаете, что не ее рук дело? — спрашивает док, косясь на блондинку, которую оккупировала змея.

— Она даже не знает подобных заклинаний и не может управляться со своим собственным фамильяром, о какой краже идет речь? — возмущается заместитель директора — статная дама в возрасте.

— Но все-таки… кто-то же похитил… — пытается вразумить того медлекарь.

— Уверяю вас, эта девочка, хоть и наполовину пуста, но не имеет никакого к тому отношения!

— Она латыни даже не знает. О чем речь вообще?! — вспылил Эйден Лонг. Во-первых, гонят всех лошадей на его ученицу, а во-вторых, это чёрное пятно обсуждений скажется на его репутации.

— Ставлю руку на отсечение, что Элизабет — не виновна, — Лонг серьёзен как никогда. — И, если окажется это ложью — я отдам своих фамильяров.

— Ну-Ну! — вразумляет всех директор, — Я не думаю, что первокурсник способен на такое… Тем более из одарённых, что даже не знает своего потенциала! К тому же… Без посторонней помощи. Переведите подвергнувшуюся куда полагается. Высший совет уже ожидает… А что касается юного дарования… Она настолько пуста, насколько бы кто-то забрал ее силы, но способна к обучению. Будем надеяться — скоро придет в себя.

Через час зал опустел. А ещё через сутки к больной пустили посетителей. В лазарете Лиз была одна. Джозеф был вторым, кто пришел к ней. Первым был Сэм, и он пришел ненадолго. Причиной быстрого посещения было сильное желание прочесть книгу за один день.

Самберс пришел со своим змеем и уложил его рядом с Зестой, что мирно спала в ногах хозяйки.

— Навела ты шуму на пятьсот человек… — уселся парень на стул, возле кровати девушки.

— Ну уж извините… — хрипло ответила девушка, не раскрыв глаз, словно спала. Губы потрескались, хотелось пить, но она лежала так, будто её не подвинуть, — Что не всю академию… Раза в четыре надо да?

— Глупая, — он из кармана достает бутылку воды, но необычную. Со змеиным ядом, хоть и каким-то странным. У Арона совсем другая мощь.

— Налить или боишься?

Девушка коротко кивает, не смотря на него. Ну что он ещё может? Специально сказал за магический амулет, чтобы усыпить ее внимание? Слишком мелочно. Мог позволить той твари ее убить, что уж говорить о монстре, что они встретили!

— Так хочется… Можно?

— Я ведь не просто так ее достал, верно?

Он пальцами щёлкнул, и на столе появился стакан, в который тот налил воды и протянул ей.

Девушка приподнимается, обхватывает его пальцы и делает несколько жадных глотков. Только после ложится обратно и приоткрывает глаза.

— В следующем полугодии я им покажу, да? — смеётся та тихо.

— Конечно… Когда снимешь этот чертов амулет, — почти прошипел парень и поставил стакан с водой на стол. — Я ведь его… — девушка смотрит на грудь, но на той в точности такой же амулет, как и прежде.

— Не знаю, почему именно я тебе об этом говорю, но будь осторожна. Те, с кем ты контактируешь — могут быть вредны для тебя. Даже я.

— Ладно. — Произносит та, — Хорошо. Я поняла. И знаешь, раз уж тем или иным способом я прошла турнир — монеты передам позже. Можешь идти и не волноваться. Я умею держать слово.

— Ты сказала, что наш уговор аннулирован. Мне не нужны твои монеты, — он глянул на своего змея, а после потянул его за хвост на себя и уложил так, что тот обвил ему шею, как шарф. — Что же… Убедился, что ты жива, моргаешь и дышишь… Могу идти. Надеюсь, ты быстро полностью восстановишься.

— Только за этим пришёл?

Казалось, этот вопрос был не только в ее голове. Он витал в воздухе. И с его стороны тоже. А иначе для чего? Наверное, сказать, что она ничего не должна! Или нет?

— Можешь радоваться… Ты был прав. Мне не выиграть турнир… Даже в десятку не попасть.

— Но ты же попробовала. А это дорогого стоит. Тебя определенно будут выделять. Также как и всех одаренных, которые принимали участие. В начале года никто из таких как ты не выигрывал. И да, это поддержка, — Джозеф хмыкнул носом коротко, легонько улыбнувшись.

— Ой, прям так и поверила! Смешно просто! Я слышала… Даже в двадцатку не попала… Не утешай!

— И все же, — пожал он плечами, — Кстати, не думаю, что твой друг придет к тебе на неделе. Может быть тебе чего-то принести? Мне несложно. Если, конечно, это не то, что нужно намагичить. После ранения только стаканы появляются и прочая чепуха.

Девушка прикрыла глаза, с пару секунд размышляя.

— Не стоит себя утруждать! — произнесла она, — А если… Будешь вредить Сэму, лучше тебе бояться моего возвращения…

— В моих планах не было пункта о причинении вреда для ботана… Но что если я всё-таки ему испорчу денёк, то ты быстрее придёшь в норму?

Девушка снова вздыхает.

— Вот пристал, будто денег должна! Сказал ведь, что квиты?! — бурчит та, а потом приподнимается, — Кстати… А… Как ты вообще? Не то чтобы… Мне особо есть… Дело… Просто…

— Вот если дела нет, то не спрашивай, — снова он легко улыбнулся. — До встречи на лекциях…

Девушка приподнимается выше почти что машинально, цепляясь за рукав его мантии, но тут же отпускает и ложится на койку. Раз не хочет говорить, значит, дела нет?

— Что с той… Девушкой? Не слышал?

— Её не стало.

Взгляд у Джо холодный, словно не заинтересован в таких темных делах, и делах академии в общем.

— К-как это? О-она же… Была жива! — у девушки даже лицо побледнело. Еще вчера она слышала, как девушка говорила с лекарем, а теперь что она слышит?

— Не кричи. На тебя и так думают… — хлопнул паренек той по лбу ладонью. — Что-то в академии происходит, но я не знаю, что и для чего… По ночам будь осторожна, пока не выйдешь из лазарета. Никто не знает, что и когда может напасть.

Девушка ложится обратно, после на бок, спиной к нему.

«Мог вообще не приходить… И то лучше было бы. Зачем вот пришел?» — смотрит она не Зесту, а после гладит ту по макушке.

— Ты развернулась ко мне спиной… — призадумался о чем-то Джозеф, приложив палец к подбородку, — Это значит то, что ты меня видеть не хочешь. Я прав?

Она краснеет в щеках, явно заставшаяся врасплох его вопросом.

— Ты же пришел убедиться, что я жива, моргаю и дышу… И вроде бы все?

— Но ты невежлива… Хорошо, я тебя понял, Лиз, — поправил он змею и ступил шаг назад, оставаясь к ее спине лицом. — До встречи.

— Зачем помогал? — спросила она, переводя взгляд в стену. Вопрос вырвался сам, но эти несколько дней тут, что она была — думала об этом.

— Я аннулировала сделку… Но ты все равно мне помог. И денег не взял… Зачем тогда?

— У меня появилось обычное желание помочь, — пожал он плечами, но она этого не видела.

— Понятно… Но такой ответ даже лучше… До встречи! — она сказала и закрыла глаза. А на какой ответ она рассчитывала? Тоже странная девица.

— Стоп. А какой ответ был бы хуже? — щурится он, глядя в ее спину, очерчивая глазами после ее тело полностью.

В этой больничной сорочке, едва ли прикрытой сверху тоненьким одеялом, было особенно на что посмотреть.

— Никакой… — ответила она, — Подумалось, что просто пришел закончить начатое.

— Что я начинал? Договаривай. Мужчины не все способны думать и додумывать, — пустил он смешок.

— Пришел отработать свои монеты перед подружкой… — произнесла она тише.

— Я уже говорил тебе в лесу, что я ее обманул, — говорит тот с улыбкой, что было понятно по его интонации. — Или ты хочешь получить долю? Так я с радостью поделюсь.

Блондинка недовольно фыркнула.

— Звучит так, будто ты просто ищешь повод задержаться? К своим не пора?.. «Шарфики» на шею вешать…

«Боже, что я несу? Почему выглядит так, будто я ревную? Или… ревную?» — подумала девушка, кусая щеку.

— Я не услышал ответа, но… Может быть тебя просто поцеловать? У нас не было третьего раза. Два… Это какая-то некрасивая цифра, согласись.

Лиз сжалась в плечах и только сильнее закрыла глаза, будто бы есть куда. Ее бы воля — втянула бы в себя покрасневшие от смущения уши, только чтобы не слышать, что он говорит.

Слышится короткий смех Самберса, а затем тот в один широкий шаг, который их отделял друг от друга, подходит к кровати вплотную. Он давит ей на плечо, переворачивая на спину, а сам нависает над ней, поставив одно колено на край кровати.

— Я снова не услышал ответа.

Она смотрит своими большущими глазами в его и кажется, будто губки уже приоткрылись для поцелуя, но на самом деле она просто хотела отдышаться. В груди что-то трепещет такое непонятное! Она ждет?

— Т-ты чего? — тихо пропищала та.

— Я? Я ничего. Я в полном порядке? Ты же, наверное, думаешь, что мне так легко взять и поцеловать кого-то… В этом ты права. И сейчас мне легче лёгкого это сделать, но я жду твоего ответа. Поцеловать?

Девушка нервно сглотнула. Хочется и колется, а он так близко, что сейчас одним своим взглядом убить может.

— Мистер Самберс, что это, по-вашему, вы делаете? — слышится голос медсестры, что принесла медикаменты для девушки.

— Проверяю зрачки, — повернул Джо лениво голову на женщину. — Реагируют. Все в порядке, — он отстранился от блондинки и разглядел ее лицо мельком. Совсем не засмущался этот парень. Его вообще что-то ставит в неловкое положение?

— Ага! Как же! — та посмеялась, — Цветов бы хоть принесли! Пришли навещать с пустыми руками! Так… Занятия через час — ну-ка к себе в аудиторию! Мисс Иалея пора принимать лекарства.

На подносе стояли только какие-то травы, коренья, чайник. Женщина подошла к столику и поставила на него предмет.

— Поскольку магического происхождения зелья на вас не действуют — необходимо лечиться… как обычному человеку. Мистер Самберс, вы все еще тут?

— Да. Я здесь. А какие цветы вы любите, мисс Иалея? — смотрит Самберс на Элизабет, поглаживая своего змея.

Та на него еще удивлённее прежнего смотрит, мол, спятил?

— Ромашки… — ответила она растерянно.

— Ромашки… Хоть один ответ на мой вопрос… — он рукой ей помахал и вышел из лазарета. Принесет ли он ей цветы? Да. Разве это не просто цветы, что растут где-то? Хоть порадует ее чем-то в такой сложной ситуации.

Лишь бы не перестараться.