Лорд для леди: игра в обман

– Вы на мне женитесь! – выпалила, беспардонно вламываясь в чужой кабинет.

Я ожидала чего угодно: негодования, шока, злости – любой яркой эмоции, которая заставит лорда обратить на меня внимание и хоть немного заинтересоваться.

Увы, мои надежды не оправдались. 

Лорд лениво взглянул на меня поверх утренней газеты. Даже не удосужился в сторону ее отложить.

– Заявление интересное. Только вам в очередь нужно будет встать.

Обычно это к незамужним девушкам выстраивалась кавалькада из жаждущих породниться, но с графом Иеноморте все было не так, как у нормальных людей.

– Простите! – вслед за мной в кабинет вбежал запыхавшийся лакей. А я думала, что он после подставленной мною подножки уже не поднимется! – Ради Светлейшего, простите, она меня не слушала, просто взяла и побежала!

Я вздернула подбородок. Леди может себе позволить не отчитываться перед прислугой! Даже если она чужая.

– Уважаемая, как я полагаю, мисс, хочет за меня замуж, – с ехидцей в голове пояснил лорд, – скажи, Этьен, какое это по счету предложение за этот месяц?

– Второе! – отрапортовал лакей, – Но не расстраивайтесь, сегодня всего лишь седьмое июня!

– Спасибо большое за заботу, – хмыкнул мужчина, – леди, я на сто процентов уверен, что вам нечего мне предъявить. Мы точно с вами не встречались: не в вертикальном, не в горизонтальном положении, а значит, нет никакой причины, по которой я должен на вас жениться. 

Рассерженно прищурилась. 

Мне достался взгляд сытого хищника, совершенно незаинтересованного ланью–самоубийцей, которая добровольно пытается залезть ему в пасть. 

– А если я скажу, что причина есть?

– Удивите меня, – он сделал приглашающий жест рукой.

Ну ладно. Я, в принципе, хотела, чтобы наш разговор не длился слишком долго, иначе эффект неожиданности сойдет на нет. Мне нужно его сбить с толку, дезориентировать – и пока он будет в нокауте, заставить принять мое предложение.

– Мне известно, что вы, граф,  являетесь…

Кем он там является договорить не успела. Он словно понял, что именно я хочу сказать, и температура в кабинете как будто резко стала ниже. 

Лакея какая–то неведомая силы вышвырнула за пределы кабинета, двери сами по себе захлопнулись, а газета, которую лорд читал, наконец, упала на стол.

Во рту вдруг пересохло. Оказывается, это очень неприятно, когда все его внимание направлено на меня. Зря я так этого желала.

– Итак? Какую ужасную тайну вы узнали? – и вот он вновь абсолютно расслаблен и спокоен.

Лорд не выглядел как человек, беспокоящийся за какие-то свои скелеты в шкафу, наоборот, был готов с радостью их всем показать, еще и плату взять за просмотр. Я замешкалась. Может, все неправильно поняла? Но даже если так, у меня не один аргумент, а целых два.

– Вы, господин Иеноморте, нежить! – произнесла четко. – Незарегистрированная нежить, имеющая титул. А вы знаете, что это значит?

– Просветите, – на выдохе сказал он, складывая ладони замком и опираясь на них подбородком. Лорд ожидающе глядел на меня снизу-вверх, но это ничуть не успокаивало. Мои знания его не пугали, не заставляли нервничать хотя бы немного, хотя обвинение было серьезным. 

– Отсутствие регистрации у аристократа карается законом. Если об этом узнают, вас посадят в тюрьму минимум на десять лет, а все имущество вместе с титулом будет конфисковано. – может, он так спокоен, потому что этого не знал?

– И чтобы этого избежать, я должен взять вас в жены, я правильно понял? – голос у него был ласковый, мурлыкающий, от него по затылку вниз к задней стороне шеи побежали крупные мурашки, сбившие с толку. И только спустя секунду до меня дошло, что слова были сказаны мне на ухо. 

Я дернулась, уходя от него в сторону и чуть не упала, запутавшись в юбках. 

– Что такое, вам нехорошо? – с фальшивым сочувствием спросил лорд.

Непонимающе посмотрела вбок, но рядом никого не было. Перевела взгляд вперед: господин Иеноморте все так же сидел за столом, даже позы не поменял. Тряхнула головой, пытаясь понять, что это сейчас было. Иллюзия?

– Нет, все в порядке, – произнесла медленно, – отвечая на ваш вопрос: да.

– Ну хорошо, – он прищурил темно-карие глаза, – и почему же такая красивая, воспитанная, утонченная, любимая обществом леди хочет выйти за такого… прекрасного меня?

Я, уже успевшая открыть рот, чтобы возразить против его аргументов насчет того, что он меня недостоин – по началу фразы я думала, что дело идет к этому – тут же захлопнула его обратно. Скромностью этот мужчина не страдал. 

– То есть вы принимаете мое предложение? – уточнила с надеждой.

– Нет, хочу послушать ваши невероятные доводы, – криво усмехнулся лорд.

– Вы скандальная личность с большим влиянием при дворе, – думаю, он о себе и погрубее вещи слышал, – если кто и согласится на такую авантюру, то только вы.

– Но я не соглашусь, – он поменял позу, теперь вальяжно откинувшись на спинку своего кресла, – в мои планы не входит скоропостижная кончина от брака, уж извините.

Многие знатные (и не очень) особы пытались женить на себе графа. Кажется, эта традиция пошла еще с его отца – такого же сногсшибательного красавчика-повесы, который чуть ли не с ноги вошел в высшее общество, тут же наведя там огромный переполох. Неверные жены, обесчещенные дебютантки, молодые вдовы – все начали требовать немедленной свадьбы, чтобы очистить свое попранное имя. Но Иеноморте все время удавалось выходить сухим из воды. А в один момент он просто исчез из виду. В столице сразу стало скучно. Поговаривали, что король все-таки не выдержал и отправил его в ссылку. Кто-то же утверждал, что лорд сам пресытился жизнью в столице. Правду я не знала, ведь тогда еще не родилась.

Об Оскаре Иеноморте не было ничего слышно несколько десятилетий, пока не прогремела печальная новость: лорд скоропостижно скончался, оставив после себя единственного наследника. Новоиспеченный граф не желал сидеть в глуши и в скором времени перебрался в Яльрендо. Город вновь всколыхнуло – сын взял от отца все самое лучшее (или худшее, это с какой стороны посмотреть). Он был так же красив, нагл, беспардонен и гениален. Может, только из-за последнего пункта король его и терпел. 

– Если вы забыли, о чем я говорила, то повторюсь…

– Да-да, незарегистрированная нежить, – покивал он головой, – Но тут вы неправы. Мой отец был нежитью. В те времена для таких существ только начинали разрабатывать правила, но уверяю, без регистрации он бы точно не получил статус графа.

Я не сдержала торжествующую улыбку.

– А я про вашего отца ничего и не говорю, – сделала шаг к столу и оперлась руками на темное отполированное дерево. Может, смотрелось не совсем женственно, но зато уверенно, – речь идет про вас, лорд. Регистрация не передается по наследству, вы должны были сами ее получить. 

Граф склонил голову набок и задумчиво постучал указательным пальцем по губам.

– Интересно. Как зовут вас, юная шантажистака?

– Лучианна Контеро, – представилась спокойно. Если он, наконец, заинтересовался моим именем, то значит, степень угрозы стала до него доходить.

– Знакомая фамилия, – лорд увел взгляд в потолок, что-то вспоминая, – случайно не дочь маркиза Контере? А старший брат служит в личной гвардии Его Величества… Значит, с королем семья близка, не так ли?

– В какой-то мере, – ответила уклончиво, – какая разница?

– Обдумываю вариант просто убить вас, – пояснил он, – но боюсь, внезапная пропажа такой леди вызовет много шума.

Мне стало не по себе от его слов. Они были сказаны таким спокойным тоном, словно он и правда был готов совершить преступление. А я вдруг поняла, что никого не предупредила, куда и зачем пошла. Не взяла с собой никого из слуг, и даже приехала не на семейном кэбе, а в наемном. То есть если пропаду, найти будет сложно. Да и станут ли искать после того, что со мной произошло?

– Вы побледнели, – заметил лорд. Криво усмехнулся, – Значит ли это, что никто не знает, что вы поехали ко мне?

О, нет. Он и правда может?..

Я выпрямилась и немного дрожащими руками открыла маленькую сумочку, которая все это время висела у меня на плече. Достала небольшой флакончик и поставила его на стол.

– Что это? – подозрительно осведомился мужчина. Пусть не притворяется, я знаю, что он заметил серебристое клеймо на стеклянном боку.

– Мой второй аргумент. 

Длинные пальцы потянулись к флакону, но я накрыла его ладонью.

– Не так быстро, лорд Иеноморте, – помедлила, рассматривая странный цвет его ногтей. Они были немного заострены и словно обуглены на концах, черный цвет заходил и на кожу, плавным градиентом переходя в нормальный человеческий оттенок.

Он, заметив, что я рассматриваю, быстро одернул руку.

– Повторюсь, – теперь граф выпрямился и впервые в его взгляде проснулось что-то, похожее на серьезность. – Что это такое?

– Вы же знаете, не увиливайте. 

– А вы все равно мне расскажите, – не сдавался он.

– Это флакон вашей компании по производству эликсиров. “Дэльартэ”, я ведь права? – постучала по клейму.

– Предположим, – согласился лорд.

– Так вот, господин Иеноморте, – протянула я. Как только речь заходила об эликсире, на меня тут же накатывала злость. Но леди умеют сдерживать эмоции, так что тон не повысила ни на долю, хотя было желание наорать на этого самодовольного жулика. – Две недели назад я выпила ваш эликсир и после этого начала превращаться в…

– Кого?

– Чудовище! – выпалила зло. – Как-то по-другому назвать это не могу.

– Надо же, – он каким-то неуловимым движением все-таки отобрал у меня флакончик, – Клеймо здесь и правда мое. Напиток, если судить по этикетке, совсем неопасный, всего лишь делает тон кожи ровным, и на этом все. Так какие у вас претензии?

Ох, я как бы мне хотелось сейчас взять и располосовать его на мелкие лоскутки, особенно это слишком красивое и самодовольное лицо. 

Надо ему показать. По-другому как-то объяснить не смогу. 

– Дайте мне серебряный, – я вытянула ладонь вперед. 

Лорд удивленно выгнул левую бровь, но просьбу мою исполнил.

– Так вы за деньгами или за замужеством пришли? – мне в руку упала монета.

Едва она соприкоснулась с кожей, ее тут же болезненно зажгло, как будто кислоты плеснуло. Я зашипела, но мужественно осталась на месте, борясь с желанием выронить монету. Ногти вдруг начали удлиняться и загибаться внутрь, превращаясь в настоящие острые когти. Кости захрустели, меняя свое положение, и тут я все-таки не выдержала. С рычанием, вырвавшемся из горла против воли, я одернула руку, не в силах больше выдерживать такую пытку. 

– Ну-ка, посмотрите на меня? – заинтриговано попросил мужчина.

Я подняла на него глаза, зная, что он там увидит. Вертикальные зрачки, которые теперь появлялись, стоило мне начать испытывать боль или что-нибудь такое же сильное, были весьма нетипичны для обычного человека.

– Надо же, – восхитился лорд Иеноморте, – так вы сама – нежить. Нехорошо сдавать своих, а, леди Контере?

– Вот только не путайте мягкое с теплым, – голос не спешил возвращаться в норму, а поэтому получилось рявкнуть словно шавка, а не достойно ответить, – Это все из-за вас. Я выпила зелье и почти сразу же все это началось. 

– Мои эликсиры могу избавить вас от прыщей, отрастить шевелюру до, извините меня, задницы, сделать красивое лицо и даже помочь сбросить лишние килограммы, – перечислил граф уверенно, – но превратить вас в существо другой расы – это невозможно. 

– Но это происходит! Вы разве этого не видите?

Он  с сомнением покосился на флакон от зелья. Поднял его к глазам, высматривая что-то.

– Может, вы купили подделку? 

– Нет.

– Смешивали с чем-то?

– Нет. 

– То есть на сто процентов уверены, что дело в моем эликсире?

– Верно, – я кивнула, – и если вы мне откажете, то я на всю страну ославлю ваше доброе имя зельевара. Никто больше не будет покупать ваш товар. 

– С этой угрозы и надо было начинать, мисс, – ухмыльнулся лорд, – она куда страшнее какой-то там тюрьмы. 

– Только вот вы совсем не выглядите напуганным, – заметила со вздохом. Разговор с ним был совершенно непредсказуем. Я все меньше и меньше верила в то, что он согласится. 

– Просто все еще обдумываю вариант с вашим убийством, – признался Иеноморте, – это решит все проблемы… но создаст новые. 

Взглянула на него исподлобья. Если вдруг действительно попытается причинить мне вред, я его за собой утащу. В конце концов, Академию магии закончила.

Граф что-то обдумывал. Его немного расфокусированный взгляд блуждал от меня к флакончику из-под зелья и обратно. Я молчала, опасаясь сбить его с мысли, и тихо молилась Светлейшему. Мне больше не к кому пойти. Славные наследники уважаемых семейств только на первый взгляд такие дерзкие и смелые. Играют в карты, ходят в веселые дома, тратят родительское наследство и ни перед кем не пресмыкаются. Но они никогда не женятся на ком-то против воли родителей, не согласятся организовать помолвку за сутки с незнакомой девушкой. На это может пойти только один аристократ. Тот, за кем не стоят родственники, тот, кого не волнует общественное мнение, без невесты, с которой обручен с детства. 

– Хорошо, – граф кивнул в такт своим мыслям, – я согласен. 

– Правда? 

– Да, – он вытянул руку над столешницей, предлагая мне по-взрослому скрепить сделку рукопожатием. У меня никакого доверия этот жест не вызывал, но…

Осторожно коснулась его руки. Он крепко сжал мою ладонь, не давая даже шанса выбраться из хватки.

– Я на вас женюсь, леди Контеро… – лорд вдруг поднялся с кресла, выпрямляясь во весь рост, и мне отчаянно захотелось, чтобы он сел обратно, потому что мужчина был чрезвычайно высок. Я даже и не думала, что настолько. 

Он вдруг дернул мою руку на себя, заставляя потянуться к нему навстречу. Пышная юбка и вовремя подставленная свободная рука смягчили удар о край столешницы, но я все равно испуганно ойкнула. А стоило графу чуть наклониться, чтобы наши лица стали примерно на одном уровне, и мне окончательно стало не по себе. В хитрых глазах, в глубине которых плясало кровавое пламя,  я неожиданно увидела свой собственный приговор. Думала, что шантажом заставлю его плясать под свою дудку? Это была огромная ошибка.

Он был близко. Слишком близко. Кажется то, что нас разделял целый стол, лорду абсолютно не мешало.

– … Но взамен у меня будет несколько условий, – эти слова он сказал, почти что касаясь моих губ. И голос опять стал таким тягучим, рокочущим, что у меня просто резко пропали все силы ему сопротивляться.
***
Добро пожаловать в новую историю! 
Если вам понравилось начало, не забудьте поставить книге лайк и  добавить в библиотеку, чтобы не потерять! Ну и пара слов в комментариях мне тоже будут приятны)
Напоминаю, что у меня действует акция "Книга в подарок" - за активное комментирование есть возможность получить историю бесплатно, когда та уйдет в подписку.

– К-какие? – голос против воли дрогнул, да и в самом теле поселилась какая-то неведомая мне слабость.

– Вы мне… – он знал, что делает и явно наслаждался моей реакцией, которую сама я никак объяснить не могла, – Все расскажете.

Лорд отпустил мою руку и указал жестом куда-то позади меня. Там откуда-то появилось еще одно кресло, в которое я почти что рухнула, потому что ноги не держали. 

Правду некоторые леди говорили: господин Иеноморте владеет какими-то чарами, сводящими с ума любую девушку. 

Он усмехнулся словно опять каким-то образом понял, о чем я думаю. Тоже сел, привычно сплетя пальцы в замок. 

– Все. С самого начала, со всеми подробностями. С момента, как вы выпили зелье и до того, как решили пойти ко мне. Почему вам необходимо замужество, какую выгоду вы собираетесь извлечь из этого союза?

– Хорошо…

– Погодите, – он меня перебил, – это только первый пункт. Второй – мы составляем брачный договор. Без этого никакой свадьбы. Кстати, сколько вам лет, уважаемая леди шантажистка?

– Двадцать два.

– Надо же, – хмыкнул граф, – А чего это вы так с браком тянули? Насколько помню, наш уважаемый и чрезвычайно умный король брачный возраст аж до семнадцати опустил. 

– У меня был жених, и мы с ним никуда не торопились, – мрачно ответила ему. 

– Еще и жених, – он покачал головой, – бывший, я так понимаю?

– Станет. Завтра, – обрадовала я своего почти будущего мужа. 

Немного озадачить его все же удалось.

– М-м, – протянул лорд, – только не говорите, что наша с вами помолвка тоже завтра.

– Все верно! – для пущей убедительности закивала головой.

Он расхохотался. Я, успевшая начать переживать, что он, поняв, в какую помойную яму его тащат, тут же заберет свое согласие, немного расслабилась. Графа все происходящее только веселило. 

– Ну хорошо, – улыбка так и осталась на его красивых губах, но из веселой стала какой-то предвкушающей, – тогда мое третье условие: вы позволите изучить вас. 

– Что, простите? – переспросила, надеясь, что как-то не так поняла. 

– Как вы сами сказали, мое, – он особенно подчеркнул последнее слово, – зелье сделала из вас чудовище. Я намерен понять, что же произошло. Но мне мало взять образцы, сохранившиеся на стенках флакона. К тому же, если это было две недели назад, то все важные вещества уже могли испариться. Значит, нужно понять, что именно повлияло на вас, каким образом. То есть я должен осмотреть вас, начиная от макушки, заканчивая кончиками пальцев на ногах.

Я инстинктивно поджала те самые пальчики, про себя порадовавшись, что длинное платье скрывает туфли. Почему последняя фраза звучала так неприлично?

– Заглянуть вам в душу, – а он все не останавливался, – пробраться под кожу…

– Прекратите! – я вцепилась пальцами в подлокотники кресла. Меня от его слов бросало в жар. – Лорд Иеноморте, учтите, я спать с вами не собираюсь. 

– …Взять немного крови… Что? – граф выплыл из каких-то своих странных грез. Одарил меня возмущенным взглядом. Я почувствовала себя так, словно что-то у него своровала.  – А как же супружеский долг? Нет, я тогда не согласен!
***
Книга является самостоятельным произведением, но события происходят в мире истории . Очень прошу, дорогие мои, те, кто читал Любовь, постарайтесь пока не спойлерить в комментариях❤️

В меру насладившись моим лицом, на котором был написан весь спектр эмоций: от негодования до растерянности, лорд любезно продолжил:

– Не переживайте, я просто шучу. Не хотите в мою постель, ну и пожалуйста. Вы все равно не мой типаж. 

Конечно. Знаю я, кто его типаж. Девушки, необремененные моральными принципами.

– Не угадали, – весело отозвался граф, – у меня другие критерии. 

– Да как вы это делаете?! – я все-таки не выдержала, – Я же не вслух сейчас говорила.

– Вы слишком громко думаете, – и сказано это было с такой ухмылочкой, что я сразу все-все поняла. 

Захотелось ругаться.

– Менталист? – спросила упавшим голосом. Так вот почему мне в начале встречи показалось, что лорд рядом со мной стоит. Он мне в голову залез.

– Ага, – признался довольно, – Но я больше не буду читать ваши мысли, честное слово. 

Конечно-конечно. Я судорожно возводила ментальные щиты, пытаясь выудить из памяти все, что про них знаю. В Академии училась совсем на другом факультете, но основы вроде как знала. Демоны, может, дома есть какой-нибудь защитный артефакт?

– Знаете, – быстрый взгляд на настенные часы, и лорд резко поскучнел, – Начнем со второго условия. Брачный контракт. 

Двери кабинета вновь сами по себе распахнулись, заставив меня вздрогнуть.

– Этьен, – негромко позвал граф, и лакей возник на пороге словно из воздуха.

– Да, Ваше Сиятельство? – ему достался глубокий поклон, а мне - недовольный взгляд. Кажется, подножка при встрече задала неправильный тон нашим дальнейшим отношениям. 

– Подготовь и принеси леди несколько шаблонов брачного договора. У нас вроде где-то были, верно? 

– Да, конечно, поищу.

– Пока меня не будет, леди Контеро будет составлять самый важный документ в ее жизни, – он начал медленно складывать бумаги на своем столе, – Вернусь, и мы все подпишем. Если меня, конечно, договор устроит.

– Куда это вы? – я не поняла.

– К сожалению, наша сегодняшняя встреча не была мною предусмотрена, а вот свое расписание мне нарушать не хочется, – мне досталась неискренняя извиняющийся улыбка, – так что буду вынужден на пару часов вас оставить. Кстати, Этьен, прикажи запрячь карету часам к семи вечера. Надо будет сопроводить леди домой.
Что-то не так... мне не понравилось его враз изменившееся настроение. 

– Нет, - произнесла уверенно.

– Что значит – нет? – удивился лорд, бросая в мусорную корзину у стола утреннюю газету.

Я расправила плечи и уверенно произнесла:

– Я остаюсь у вас, господин Иеноморте. Как будущая жена.

Судорожно перекроила свои планы, чувствуя, как начинает пухнуть голова от попыток придумывать что-то гениальное на ходу и при этом держать защиту от графа.

– Вы серьезно? – он посмотрел на меня с явным скепсисом. Не верил.

Отлично, то, что надо! 

– Абсолютно! Завтра мы должны попасть в храм Светлейшего рано утром, а значит, мне нет никакого смысла уезжать.

На мгновение он прекратил имитировать бурную деятельность. Кажется, я уже  немного его  поняла. 

Лорд подумал, что примерно меня разгадал – его интерес немного поутих. Он в своей голове  просчитал мои ходы, составил примерный портрет и решил, что все ему понятно. И стоило мне поступить так, как он не ожидал, как созданная картинка начала меняться.

– А платье для помолвки и последующего шокирования своего бывшего жениха вы с собой захватили? – с иронией спросил граф.

– А зачем мне будущий муж, если он  не может купить новый наряд? 

Слуга, тихо стоявший у двери, издал протестующий звук – он явно был против, чтобы какая-то девица тратила состояние его господина.

Не очень-то вежливый стук прервал мой напряженный мыслительный процесс.

Я раздраженно покосилась на появившегося в дверях Этьена. Он ответил мне взаимностью. 

– Скоро будут подавать ужин, на вас накрывать? 

– Да, пожалуйста. А граф еще не вернулся? – за окном уже постепенно начинало темнеть, а от него до сих пор не было ни слуху, ни духу.

– Еще нет, мисс, – чинно отозвался слуга, – господин – весьма занятой человек.
“Не то, что вы”, – я почти что услышала продолжение фразы, но Этьен был хорошо воспитан для таких дешевых замечаний. 

– Ладно… Когда спускаться к ужину?

– Я вас позову, – сообщил лакей и вышел, прикрыв за собой дверь.

“Нечего вам по чужой территории разгуливать”, – уверена, это он тоже очень хотел сказать.

Покачала головой. Меня так просто не напугать, дома как раз похожая атмосфера. Пусть Этьен развлекается. Думает, я здесь не останусь? Ха, это он зря. Раз уж я все еще нахожусь у графа после всего того, что ему наговорила, значит, мои шансы остаться весьма высоки. Ну ничего, лакей еще поймет, что со мной лучше дружить. 

И все же, где же так задержался лорд Иеноморте? Ну не мог же он из собственного дома сбежать? 

После моего абсурдного заявления насчет того, что граф должен мне новое платье, ничего страшного не случилось.

– Будет вам платье, – усмехнулся он, – и остаться можете. Только потом не пожалейте, что решили форсировать события. 

Я ответила гордо вздернутым подбородком, и на этом мы разошлись. 

Этьен с неохотой отвел меня в какой-то кабинет – занимать хозяйский в его отсутствие я не имела права. Причем, сообщил он это, встав в дверях, словно ожидал, что наглая гостья в моем лице попытается штурмовать помещение. Я, конечно, делать это не собиралась. На первом месте стоял договор. И мне совершенно было все равно, в маленьком или большом кабинете его писать. Хотя желание порыскать по углам в поисках чего-нибудь интересного, присутствовало. Но решено было оставить его на потом. 

Задумчиво прикусила губу, водя перьевой ручкой над тремя почти полностью исписанными листами бумаги. Стандартный договор меня не устроил, поэтому я решила немного его дополнить. К тому же граф сказал “шаблоны”, а значит, он был не против некоторых изменений. Но в юридических формулировках я была несильна, поэтому по нескольку раз перечеркивала написанное, пытаясь сформулировать фразы так, чтобы к ним нельзя было подкопаться.

К уже написанным пунктам по типу совместного и раздельного имущества добавила еще: будущий супруг обязывался выплачивать каждый месяц мне пособие в n-ом количестве золотых (здесь оставила немного пустого места, пока не особо понимая, насколько сильно можно наглеть). Я же молчу о его секретах, верно? А молчание – золото.
За все его сделки и какие-то дела, начатые в браке ответственности я не несу. В правах и обязанностях прописала, что ни одна из сторон не должна вторую принуждать к чему-либо.

Немного подумав, добавила, что супружеская верность необязательна. Хотелось обозначить, что наш брак с ним только деловой, я не хочу ограничивать графа. Да и надо быть идиоткой, чтобы подумать, что он может задержать свое внимание лишь на одной девушке дольше недели. Но!

“Весь высший свет должен быть уверен, что между супругами настоящие чувства, о возможных связях на стороне не должно быть известно никому”,  – это предложение мне не нравилось, но я не понимала, как его переделать, чтобы звучало нормально. 

Вот тут здесь была проблема в репутации лорда. Точнее, в ее отсутствии. Но в моих планах было заставить всех поверить, а значит, моему будущему мужу придется прекратить свои похождения по постелям знатных женщин и перейти на дам не таких серьезных, а еще поменьше появляться в Веселом квартале. 

И еще один момент меня волновал.

“Настоящий Договор вступает в силу с … до…”.

Я все никак не могла определиться с временным промежутком. Лорд Иеноморте же сообразил, что за брак мне от него нужен, верно? Или же нет? До конца жизни с ним жить точно не собираюсь, думаю, и он тоже не особо настроен видеть постоянно одну и ту же девушку.  И то,  лорд как легко согласился с тем, что мы не будем делить постель говорит, что все мужчина понял. Если же нет, будет грустно. Значит, этот лист я прочитаю самым последним, до этого осторожно выяснив, думаем ли мы с графом в одном направлении или нет. 

И все же… год – наверное,  слишком мало. Шумиха еще не успеет улечься, а я не скоплю нужную мне сумму для того, чтобы сбежать. К тому же, сколько времени может уйти на изучение того зелья и моей проблемы? И как быстро лорд сможет вернуть мой обычный человеческий облик?

О том, как нам потом обыгрывать развод, я старалась не думать. Тут бы сначала со свадьбой разобраться.

На стол, закрыв листы, легла ладонь в жемчужной перчатке. Вторая оказалась на моем плече, заставив наклониться чуть влево. Висок обожгло – холодом – чужое дыхание.

Ой.

– Хотите расскажу, что я узнал? – ласково проговорил граф, каким-то образом бесшумно войдя в кабинет.
Не хочу. Хочу, чтобы он, не глядя, все подписал, и мы поскорее поженились. Но вряд ли такого ответа от меня ждут.

– Что? – я скосила глава в его сторону, про себя отмечая, что лицо его находится уж слишком близко к моему.

Он стоял, чуть нагнувшись, удобно держа меня в ловушке из полу объятий. И совершенно нельзя было понять, в каком он настроении. Что было хуже всего.  

– Говорят, вас собираются в монастырь отправлять. Интересно выходит, как думаете, леди?
Я даже дышать на мгновение перестала. Где он это услышал? Это точно не выходило за пределы моего дома и обсуждалось только между тремя людьми: мной, мачехой и отцом.
Лорд просто не мог случайно об этом разузнать.

Нет-нет… Он меня из колеи таким заявлением не выбьет. Пусть даже не пытается.

– И кто говорит? – спокойным тоном поинтересовалась у графа. Даже устроилась на стуле поудобнее, чтобы не подумал, что очень меня напугал. При этом получилось, что затылком я немного оперлась о него, но менять позу не стала.

– Мачеха ваша беспокоится, – он с удовольствием поделился информацией, – уже вечер, а вас все дома нет и нет… Неужто, сбежали? 

– Вы что же, с ней говорили? – меня начало подташнивать. Кэприсия могла кого угодно ввести в заблуждение, даже лорда Иеноморте. Не удивлюсь, если бы он вернулся со стойким убеждением в том, что я самый плохой человек на свете.

Если он вел беседы с мачехой, тогда, наверное, внизу уже ждет запряженная карета, которая увезет меня домой. 

– Просто немного подслушал, – отозвался он. Я тут же представила себе графа в дорогой одежде, притаившегося в кустах под окнами дома. Он этим весь вечер занимался?

Ладонь на плече сдвинулась в сторону шеи, и я замерла, очень надеясь, что следующим движением он мне ее не сломает. Нет, тут, конечно, преувеличиваю, разнервничалась слишком. Это уже было бы чересчур.  – Итак, леди, у меня возник важный вопрос: из нас двоих кто кому нужен больше? Вы – мне, или я – вам? 

Его пальцы, одетые в приятный на ощупь прохладный атлас, легонько надавили на кожу, разминая напряженные мышцы. Я выдохнула, не решаясь прямо на него посмотреть. Казалось, поверну голову, и случится что-нибудь нехорошее. 

– Только честно ответьте, – попросил лорд, – я не люблю, когда мне сильно врут. 

– А немного можно? – голос вдруг куда-то пропал, и ответить получилось лишь шепотом.

– В пределах разумного, – разрешил граф, – ну так?

– Смотрите, я все равно разрушу вашу репутацию, даже если после отправлюсь в монастырь, –  сдаваться я не собиралась, – Вы останетесь в проигрыше, да и к тому же не поймете, что же не так с вашим зельем. Значит, больше нуждаетесь… вы?

Непрошенный массаж резко завершился. Ой.

– Почему я вас, такую занимательную, раньше не видел? –  хмыкнул мужчина, выпрямляясь и выпуская меня из ловушки, напоследок проведя едва ощутимую линию от основания шеи вверх. – Все пытался вспомнить, встречались ли мы на приемах, но даже не уверен, были ли когда-то представлены друг другу. 

– Я просто вела тихую светскую жизнь, – незаметно повела плечами, сбрасывая фантомное ощущение того, что он все еще ко мне прикасается. 

– Зря, – цокнул лорд, – у вас же явно не тот характер.

Мама мне тоже когда-то говорила, что я буду самой яркой звездочкой высшего света, и я сама с нетерпением ожидала этого события. Ее не стало за год до моего дебюта, но она была права. Первые полгода были действительно замечательными: я блистала на балах, обзаводилась поклонниками и была весьма довольна жизнью. 

А после появилась мачеха, и все поменялось. Я старалась вести себя все тише и незаметнее, чтобы не провоцировать скандалы, которые дома начинались по любому поводу. Разлюбила пышные приемы, на которых новая жена отца всегда старалась показать себя с самой лучшей стороны, выезжая за мой счет. Все многочисленные  поклонники куда-то делись, но, на мою удачу, один остался. И я очень старалась его не потерять.

– Пойдемте, – граф понял, что продолжать дискуссию по поводу моего темперамента я не собираюсь, – ужин уже накрыли. 

Он собрал со стола исписанные мною листы:

– Почитаю как раз за трапезой. 

– Лучше не портите себе аппетит, – пробормотала себе под нос, поднимаясь на ноги. 

Значит, сейчас будет пробежка-передышка до трапезной, а потом очередной бой.

– Поверьте, это весьма сложно сделать, – отозвался лорд Иеноморте, конечно же, услышав, – и можете прекращать нервничать, раз сказал, что согласен на сделку, значит, так оно и есть. Мне все равно, куда там вас хотят упечь. Было просто интересно собрать полную картину происходящего. 

– Ох, боюсь, вы даже половины пока что не знаете, – вздохнула я, пораженная таким откровением. То есть, мне больше не надо тут из платья выпрыгивать, стараясь его заинтриговать?

– Верно. С нетерпением жду возможности собрать полный паззл. – он галантно подал мне руку, предлагая на ужин идти как пара. 

В моей жизни было много ужинов, наполненных напряженной тишиной, отбивающей всякий аппетит, но сегодняшний определенно был готов побить все рекорды. Кусок не то что в горло не лез, мне становилось дурно, стоило просто на тарелку взглянуть. А на ней, как назло, было положено столько всего, что можно было троих человек накормить. Это хозяин дома решил от всей души за мной поухаживать и самолично отрезал от каждого блюда, до которого дотянулся, по кусочку. 

– Угощайтесь, – разрешил он.

Только вот не было у меня аппетита. Во-первых, потому что сидела я по правую руку от графа, уже из-за этого сильно нервничая. А во-вторых, у него в руках был брачный контракт, который он с увлечением читал, иногда отвлекаясь, чтобы глотнуть что-то из высокого бокала, сделанного из черного непрозрачного черного стекла. Тарелка лорда была почти пуста, резко констатируя с моей. 

Пусть он сказал мне не волноваться, я все равно ожидала подвоха. Ведь господин Иеноморте был мужчиной, и этим все было сказано. 

– Хочу добавить еще один пункт: вы никому не имеете права рассказывать информацию, касающуюся меня. Которую вы уже узнали или узнаете, – проронил лорд, пробегаясь глазами по строкам.

– Конечно, – мне не было резона болтать о нем направо и налево, если свадьба состоится, – только… а с чем еще таким страшным я могу столкнуться? 

– Не знаю, – он загадочно улыбнулся, – знаете, в этом доме столько всякого, иногда я даже сам диву даюсь. И мне совсем не хочется, чтобы какие-то мои секреты были известны в высшем свете. Ах, еще добавляю пункт об изученни феномена вашего превращения, верно? На всякий случай, вдруг вы забудете о нашей договоренности.

– Я буду держать язык за зубами, – пообещала, очень надеясь, что потом не наткнусь случайно на какую-нибудь комнату, забитую чьими-то телами. – И не собираюсь я забывать ничего. Хотите – впишите. 

– Договорились. – бумага засветилась мягким светом – это граф магией вписывал обговоренный нами пункт, – что касается ежемесячного содержания…

Ну вот сейчас начнется: “А с какого перепуга я вообще должен вам что-то платить?”

– Какая сумма вас устроит? Вижу тут пропуск. 

Клянусь, в этот момент я почти в него влюбилась. И, судя по тому, как он удивленно приподнял бровь в ответ на направленный в его сторону взгляд, в моих глазах чуть ли не сердечки заплясали. 

– А сколько готовы дать? – я тут сделала милое личико, кокетливо хлопнув ресницами.

– Деньги любите? – хмыкнул граф, – Это хорошо, я тоже. Пятьсот золотых в месяц вам хватит?

– О, – от удивления чуть не вышла из образа. Вообще-то я рассчитывала на двести, ведь это уже были весьма большие деньги. Если считать в платьях, то на пять сотен золотых можно заказать дюжину нарядов, расшитых драгоценными нитями и усыпанными камнями. – Да, хватит.

– Так и запишем. Что у нас дальше? Никакого принуждения, ага… Надо же, вы разрешаете мне ходить налево? А направо можно?

– Хоть вперед-назад, мне все равно, – я не особо хотела слушать про предпочтения лорда в постели. 

– А к вам можно?

– Нет!

– А если вы вдруг захотите? 

– Нет! 

– Ну а вдруг? – он откровенно веселился.

– Господин Иеноморте! – я стиснула в руке вилку.

– Ладно-ладно, но вы даже не знаете, от чего отказываетесь…. Эх,  я думал, мы с вами будем скандалить насчет того, кого можно укладывать в постель, а кого нет, – театрально расстроился граф, – Жаль-жаль. А что же вы не поставили дату окончания нашего великолепного, полного любви, брака? Думаете, сможете скоротать со мной жизнь и потом стать богатой вдовой? Вы учтите, у меня генетика хорошая, я вас точно переживу.

Ага, то-то его отец так внезапно умер. Тоже мне, генетик. 

– Вы вот не верите, а знаете, как моя фамилия переводится? – он уловил невысказанный скепсис с моей стороны.

– “Победивший смерть”, – отозвалась легко, – но знаете, у всех знатных родов Яльрендо фамилии что-то значат. Но это ни о чем не говорит. 

– Пусть будет по-вашему, – сказал он загадочно, – так сколько времени вы хотите провести со мной под одной крышей?

– Два года? – побыстрее наколола на вилку лист салата и отправила его в рот, чтобы не сказать что-нибудь едкое, что точно испортит налаживающееся общение. 

Граф задумался. Просчитывал, сколько придется свои любовные подвиги от общественности скрывать.

– Хорошо. Пусть будет два. 

Он пододвинул ко мне лист с готовым договором. Ничего в красивых ровных строчках с вензелями не напоминало, что черновик был совсем не так аккуратен. 

– Перечитайте. Если согласны, то подписываем и ставим магические печати. У нас же тут все серьезно, верно?

– Да… – на самом деле, я не ожидала от него предложения насчет печатей. Сама думала, как буду уговаривать его заверить ими договор. Потому что любой документ в таком случае становился настолько сильным, что нарушить его могли попытаться только совсем не дружащие с головой люди. 

– И когда мы наедине, думаю, можем перейти на “ты”, – лорд в очередной раз сделал глоток из своего загадочного бокала, – Можешь звать меня Оскаром. 

– Не обидно быть просто продолжением, тенью своего отца? – вырвалось у меня помимо воли. Никогда еще я с кем-то так быстро не переходила из формального общения в неформальное. – Вы так похожи… он даже назвал вас в честь себя. 

– В каком-то смысле он был эгоистом, – легко согласился граф, – но что в этом плохого? У меня богатство, слава, восхитительная внешность, в конце концов. 

– Отсутствие моральных принципов… – продолжила список. 

– В общем, не страдаю, – завершил Оскар, – подписывайте.

В воздухе появилась черная перьевая ручка. Она медленно слевитировала на стол, упав ровно на договор. 

Перечитав для пущей уверенности документ еще несколько раз и не найдя там никаких под шумок вписанных пунктов, я взяла ручку и поставила росчерк напротив моих инициалов внизу листа. Потянулась к шее, чтобы расстегнуть витую серебряную цепочку, на которой висел родовой перстень. Для моих пальцев он был слишком большим, и я боялась его потерять. Посильнее прижала кольцо к бумаге, оставляя на ней мерцающий след.

– Ваша очередь.

Он, подписал, не глядя. И так же поставил печать. Плоское кольцо-печатка из черного золота весьма хорошо смотрелось на его пальцах. 

Облегченно выдохнула, стоило договору перестать светиться. Готово. Я в безопасности. И почти замужем, но об этом страшном факте лучше пока не думать.

– Во сколько завтра прием, на который мы должны прийти? – деловито осведомился граф, передавая документы подошедшему Этьену. Претендовать на них я не стала – пусть спрячет куда подальше, думаю, он это умеет. При желании найти договор смогу, след от печати приведет, куда надо. 

– Я ничего вам не говорила про прием, – ответила удивленно. 

– Но собиралась ведь?

– Да, – пришлось признаться, – изначально мы с женихом должны были объявить дату свадьбы во время семейного пикника, но…

– Что-то пошло не так, и он намерен завтра очень громко объявить о том, что разрывает помолвку, – проницательно продолжил Оскар, – В результате леди Контеро опозорена. И не будет никого, кто согласился бы жениться на бедняжке, так что вскоре девушка решит посвятить себя служению Светлейшему и отправится в монастырь. Я правильно построил цепочку событий? 

– Верно.

– И все же одного я не понимаю, – он задумчиво постучал пальцами по столу, – Что же ты такого натворила? 

– Поступила как крайне распущенная особа, – я опустила голову вниз, нервно заламывая пальцы. Знала, что придется об этом говорить, но отчаянно не хотела все это вспоминать. 

– Насколько? – тут же заинтересовался Оскар.

– А можно… можно я все расскажу завтра? – умоляюще взглянула на него, – после пикника, когда все будет позади. У нас же все равно будет много времени. 

Сейчас лучше будет, если мы, наконец, разойдемся. Сколько можно говорить, в конце-то концов? 

Тем ближе подбиралась ночь, тем сильнее нарастало напряжение внутри меня. Но прямо попросить закончить нашу беседу я не решалась. Ведь тогда возникнет резонный вопрос “почему?”. Аристократы зачастую ложились спать далеко за полночь, так что вечерние беседы были абсолютно нормальны.

Он склонил голову набок, наблюдая за мной. Будет настаивать – его право, но…

Нет, скажу, что устала, и все. 

– Хорошо, – лорд неожиданно отступил. Я успела заметить, как он едва уловимо нахмурился. Что-то не так с моим лицом? Быстро провела салфеткой по губам, боясь, что могла оставить на них каплю соуса от салата. – Так во сколько завтра нам нужно прибыть на “торжество”? 

– Все начнется в пять часов вечера. 

– Модистка с платьем придет в одиннадцать, где-то в два мы отправимся в храм Светлейшего, – протянул Оскар, – думаю, успеем. К слову, а венчаться тебе можно при наличии старого жениха?

– Он забрал кольцо и сжег бумагу, выданную служителями, так что можно. 

Так он все-таки не забыл про платье? И сам озаботился выбором? Честно говоря, когда просила, ожидала, что мне просто выдадут какую-то сумму, чтобы можно было сходить в ателье. И когда стало понятно, что никто из дома выпускать меня не собирается, решила, что мужчина лишь для вида согласился исполнить мой каприз.

Было ужасно любопытно, что же за наряд решил презентовать мне граф, но расспрашивать его сейчас не стоило. 

– Радикальный молодой человек, – хмыкнул Оскар, – тем же лучше для нас. Ты есть не собираешься?

Я так почти что ничего и не съела. Зато за время разговора умудрилась опустошить целый графин воды. У меня постоянно пересыхало в горле, да и жар потихоньку начинал подниматься. Скорее бы уже остаться одной…

– Простите, аппетита нет, – положила приборы на тарелку параллельно другу, обозначая, что трапезу я закончила. 

– Ну ладно, – он залпом допил то, что у него было в бокале,  поставил его на стол и поднялся, – тогда пойдем, провожу тебя до твоей спальни. 

– А слуги это сделать не могут? – в обязанности хозяина дома вроде как не входило расселение гостей. 

– Уже слишком поздно, – отозвался Оскар, – пойдем. 

Отнекиваться и настаивать на том, чтобы меня проводил хотя бы тот же Этьен не стала, хотя так было бы куда спокойнее. Ладно, главное – побыстрее с лордом распрощаться, остаться одной. Потому что бывало, что меня ближе к ночи начинало лихорадить, и лучше бы в этот момент рядом никого из мужчин не было. 

Как-то не обдумала я этот вопрос, когда собралась жить с лордом под одной крышей. Но ничего! Он, надеюсь, уяснил, что держаться я хочу на расстоянии. А потом возьмет, расколдует меня, и жизнь опять будет хороша. 

– Моя спальня в конце коридора, – объявил Оскар, приведя меня на третий этаж, – это на всякий случай. 

Думаю, если бы он мог, то светящиеся стрелки к своим покоям установил, чтобы я случайно не заблудилась. 

– Поняла, в ту сторону не хожу, – мило ему улыбнулась, – а здесь, значит, моя?

Разделяло нас целых три двери, что, в принципе, было неплохо. Хотя я бы предпочла вообще на разных этажах жить. Но жаловаться не стоило.

– Верно, – он оперся плечом о стену, сложив руки на груди. Эта расслабленная поза невероятно ему шла. Хотя не знаю даже, что бы в этом мире ему не шло. Такой уверенный в себе, видно, что сильный, и при этом крайне изящный. Цдаг, куда свернули мои мысли? Я замерла, не зная, чего еще он ожидает. – Сама уснешь, или тебе помочь?

– В каком плане? 

– Успокоительные нужны? – расшифровал Оскар, – У тебя зрачки вертикальные уже минут десять. Я так понимаю, черты нежити неконтролируемо проявляются ближе к полуночи?

– Д-да, – я поскорее схватилась за дверную ручку, желая спрятаться в комнате, – Не стоит беспокойства, у меня все нормально. 

Ну почему мое демоново уродство все норовит вылезти, когда его никто не просит?

– И все же, – похоже, вежливые отказы для него не существовали – отлепившись от стены, он легонько дотронулся до моего плеча, проверяя какую-то свою теорию. 

Клянусь, я пыталась уйти от прикосновения, но он оказался быстрее. По телу словно шаровой молнией ударило, изо рта вырвался какой-то совсем неприличный звук, и я уже двумя ладонями вцепилась в ручку, чтобы не натворить дел. А эта позолоченная зараза все никак не желала впускать меня в спальню!

– Так вот оно что, – Оскар сжал пальцы в кулак и снова расслабил, как будто тоже что-то почувствовал, – все куда глубже, чем простое изменение облика. Можно?..

– Спокойной ночи! – не знаю, что он там собирался еще сделать и в каких местах меня потрогать, но у меня, наконец, получилось победить непослушную ручку, и я пулей залетела в комнату, громко хлопнув за собой дверью.

Да, неприлично, но уж лучше так!
***
Тут у моей коллеги стартовала обалденно горячая новинка!

Меня продали в храм удовольствий, но я не собираюсь становиться жрицей любви. Для побега мне нужен редкий артефакт. Его хранитель — могущественный темный маг, у которого на меня свои планы. Что ж, господин лорд, посмотрим кто кого переубедит.

Оскар Иеноморте

На часах было уже далеко за полночь, а она все не могла уснуть. Наматывала круги по комнате – он слышал глухие шаги, звук которых скрадывал мягкий ковролин, покрывающий весь пол той спальни, что он отдал леди Контеро. Оскар не знал, что у него было за помутнение сознания, когда он решил, что темно-бордовое покрытие всей комнаты – это отличная идея. Его этот мягкий ворс под ногами начал раздражать буквально через минуту после того, как его положили, и вскоре он решил перебраться в другие покои. 

Можно было, конечно, просто все вернуть, как было, но картинка-то красивая получилась. Кровать из темно-красного дерева, роскошный балдахин, на стенах светлые деревянные панели, резной потолок… Жалко. Хорошо, что теперь спальня не будет просто так простаивать.

– Хотя, может, стоило ее положить в спортивном зале? – задумчиво произнес он, прислушиваясь к шуму. Она любительница ходьбы? Если завтра Оскар увидит на ковролине протоптанную дорожку, он даже не удивится. В принципе, если так упорно наворачивать круги, можно в конце концов и с третьего этажа на второй спуститься, минуя лестницу.

Хмыкнув, он перестал концентрироваться на доносящихся звуках, переведя их в категорию ненавязчивого шума. Оскар подслушивал не специально: что поделать, у нежити зачастую чересчур развитый слух. Но все же было интересно.

То, что он почувствовал в момент, когда коснулся плеча Лучианны, очень сильно его взбудоражило. Всего лишь секунда, но он успел ощутить, с какой скоростью бежит кровь по ее венам, ощутить весь спектр эмоций, которые были в несколько раз сильнее, чем когда пожал ее руку утром в кабинете. Оскар не был голоден, но такой волнующий коктейль он бы отведал. 

А как она среагировала на его прикосновение… Он отчетливо видел в заострившихся чертах нечто звериное, дикое и соблазнительное. И по брызнувшим в его сторону эмоциям, которые не мог ни один ментальный щит скрыть, сразу понял, что же означало ее загадочное “Поступила как крайне распущенная особа” за ужином. 

Если бы он вошел в спальню следом за ней – а сделать это было весьма и весьма просто, все-таки его дом – они бы точно… познакомились поближе. 

Оскар задумчиво прикусил губу, разглядывая темный потолок.

– Нет. Просто и нечестно, – сказал сам себе, убеждая собственную бесстыдную натуру, – В конце концов, я же обещал. 

Он опять прислушался. Леди упорно продолжала ходить по комнате. Наверняка пыталась успокоиться. Оскар бы предложил в таких случаях ледяной душ, но вряд ли она оценит, если он сейчас зайдет с этим невероятно нужным советом. 

Может, просто вырубить ее? Ему ничего не стоит применить силу менталиста, надо будет только подойти поближе к комнате. Все-таки такими темпами завтра с утра девушка будет напоминать не невесту, а труп. Хотя Оскару по жизни как-то встречались весьма симпатичные трупы…

– Ай, к цдагу, – он легко соскочил с кровати, и как был – без рубашки, в одних только льняных штанах, вышел в коридор. Его этот почти незаметный, но монотонный топот тоже уже начал надоедать. Все-таки в доме почти никто, кроме него, не жил достаточно долгое время, поэтому все эти звуки немного действовали на нервы. На, конечно, крепкие и стальные, но все же нервы. 

Он подошел поближе двери, за которой уже весьма порядочное количество времени назад исчезла его почти что невеста. Кто бы мог подумать, что у него когда-то она вообще объявится. Этот факт Оскара весьма веселил. Он не чувствовал себя обманутым или пойманным – вся ситуация казалась ему весьма забавной. Если все два года будут такими же интересными, как сегодняшний день, то сделка весьма и весьма неплоха.
Так. Все еще ходит. Оскар качнул головой, отбрасывая ненужное и сосредоточился.

Чтобы заложить в мысли человека какое-то слово, нужно было лишь увеличить радиус действия ментальной магии и послать небольшой импульс. Всего лишь одно четкое: “Спать”, и мозг воспринимает это как приказ, тут же отключаясь. 

Послышался приглушенный звук удара тела о злосчастный ковролин. 

– Неловко вышло, – цыкнул Оскар, сообразив, что вырубил девушку на ходу. 

С другой стороны, на полу же не холодно. И для спины полезно. 

А с третьей, это весьма неплохой повод зайти в спальню. 

– Анна?! – изумленные возгласы жениха и мачехи слились в одно, и я, не ожидавшая такого громкого приветствия, дернулась в сторону, инстинктивно желая убраться куда подальше.

Оскар покрепче прижал к себе локоть, не давая моей руке выскользнуть и сделать ошибку. Это движение мигом привело меня в себя, и в следующую секунда я уже мило улыбалась, здороваясь с двумя недородственниками. 

– Здравствуйте, Кэприсия, Лука, – вежливого полуреверанса им будет вполне достаточно.

– Добрый день, – мой спутник этикет тоже нарушать не стал, – Чудесно выглядите, леди Контеро.

– Граф Иеноморте, – мачеха нервно раскрыла веер и пару раз им обмахнулась, прогоняя недостойный румянец с щек. Ох, неужто они близко знакомы? – Вы же ответили отказом на приглашение, что мы вам посылали. 

– Верно, – согласился Оскар, – но я получил еще одно, от вашей дочери.

– Что?.. – в меня вонзились два одинаково разозленных взгляда. 

– С матушкой вы, очевидно, знакомы, – я не дала паузе затянуться надолго, – А это Лука Джиордано, мой… знакомый. Лука, это граф Оскар Иеноморте, мой личный гость.

Уже бывший жених от такой наглости аж дар речи потерял. Знакомый? Да это он должен был опускать меня на глазах у всех, а не наоборот! Я буквально читала в его глазах негодование и желание поставить меня на место. 

Как я посмела явиться на пикник не в его сопровождении, а вместе с каким-то посторонним мужчиной!

Впрочем, Лука быстро вернул себе самообладание. В глазах промелькнуло торжество. Наверняка сейчас думал, что его обличающая речь будет звучать еще лучше после того, как все увидят, с кем я пришла. 

– Очень приятно, – он широко улыбнулся, протягивая вперед руку, – Наслышан о вас, лорд. Меня зовут Лука Джиордано.

Подумайте только, какой вежливый… 

– Рад знакомству, – отозвался Оскар, вежливо кивнув, словно и не заметив предложения рукопожатия, – А вы, случайно, не потомок знаменитой Паолы Джиордано? Великолепная была певица.

– Да, ее племянник, – улыбка чуть поугасла, но Лука все еще старался сохранить лицо, – вы были знакомы?

– Не довелось, но много слышал о ней от отца. Ах, простите, – едва уловимая усмешка промелькнула на красиво очерченных губах, – у меня руки заняты. Не подумайте, что я нарочно вас игнорирую. 

Действительно, на правый локоть Оскара опиралась я, а в левой ладони он держал красивую изящную трость с серебренным набалдашником. У меня было подозрение, что он специально ее взял, чтобы в похожих случаях ни с кем не здороваться.

– Ничего страшного, – Лука поскорее опустил руку, чтобы не позориться, – Добро пожаловать. Позвольте, провожу вас до шатра.

Моя семья каждый год в начале лета устраивала пикник в Хрустальном парке. Приглашалась чуть ли не половина высшего света, устанавливались арочные белые шатры, приглашались музыканты и артисты – в общем, это был веселый прием на свежем воздухе. В первых числах июня как раз начала зацветать хрустальная вишня, в честь которой и был назван парк. Цветы ее всегда распускались позже всех, а лепестки были полупрозрачными и с острыми гранями лепестков, словно были вырезаны из камня. 

Я обожала семейные пикники, но в прошлом году пропустила, так как сильно простудилась накануне. А в этом году мероприятие обещало стать по-настоящему скандальным. 

Покосилась на Оскара. Еще ничего не началось, а он уже собирает на себе злые взгляды. Как бы его мачеха в сердцах не прокляла, когда наш маленький секрет станет известен всем. 

Красивое помолвочное кольцо я попросила пока скрыть иллюзией, чтобы шум не начался раньше времени. Оскар был не против подыграть. У него вообще с утра было прекрасное настроение, словно сегодня намечался какой-то праздник. Даже священнослужитель, что регистрировал нас в Храме, как-то подозрительно поглядывал на графа. Мне кажется, все были уверены, что если лорд Иеноморте и решит связать себя узами брака, то это будет точно не по его воле. Так что такое довольное лицо бедного священника несколько смутило. 

Но это не шло ни в какое сравнение с моим смущением, от которого я не могла отделаться с самого пробуждения. Потому что мне приснился сон с участием Оскара, и я все утро не могла никак от него отвязаться. При этом я абсолютно не помнила, как заснула, как дошла до кровати и по какой причине решила уснуть в платье. Зато с голове очень четко зафиксировалась непонятно откуда взявшаяся картина.

Полуголый лорд, нависший над кроватью с очень задумчивым лицом. 

Вроде бы ничего такого, даже почти прилично, если не считать его голой груди, но с момента пробуждения меня то и дело бросало в жар, стоило об этом подумать. Но это точно был сон. Никого в спальне не было, когда я проснулась. Дверь была заперта на замок, да и сам Оскар за завтраком ни словом о чем-то таком не обмолвился. Кажется, я с этим зельем совсем уже с ума сходить начала. 

– Лука, ты проводи графа, а я бы хотела с дочкой поговорить, – промурлыкала Кэприсия, хватая меня под локоток, – Лучианна, ты так вчера внезапно исчезла, мы жутко перепугались! Где ты была, милая?

Меня от ее приторного тона чуть не перекосило.

– А я бы хотел, чтобы леди познакомила меня и с другими родственниками, с вашего позволения, – Оскар отпускать меня не собирался.

– И все же… – 

– Анна! – к нам навстречу спешил мой брат. 
***
А не хотите ли отправиться на планету мечты?)
Однажды попав на борт межзвёздного крейсера, сёстры Мира и Слава оказываются на пороге новой жизни.
Но для того, чтобы добраться до далёкой сказочной планеты, им предстоит столкнуться с различными сюрпризами, которые способен преподнести суровый космос.
И что ни говори, а сражаться с обстоятельствами гораздо приятнее, если у тебя рядом есть надежное плечо близкого человека. И не только сестры...

Еще чуть-чуть, и его быстрый шаг можно было назвать бегом, что весьма не приветствовалось, особенно на глазах других аристократов. 

– Слава Светлейшему, ты в порядке! – выдохнул Самуэль, своими широкими плечами оттесняя в сторону бывшего жениха. – Позволите?

Оскар без возражений сделал шаг назад, давая брату порывисто меня обнять.

– Получилось? – шепнул он, излишне крепко прижимая к себе.

Я быстро кивнула, про себя ругая его за излишнюю эмоциональность. 

Самуэль выпрямился, ободряюще сжал на совсем короткий миг мое предплечье и переключился на графа. 

– Оскар Иеноморте, если не ошибаюсь? Рад вас видеть. 

Ему руку лорд пожал, заставив Луку сжать зубы так, что на челюсти заиграли желваки. 

– И я, – кажется, это даже было сказано почти искренне, – Мы с вами вроде были представлены друг другу?

– Верно, – кивнул Самуэль, – в начале прошлого сезона, если не ошибаюсь. К сожалению, я редко могу себе позволить развлекаться на балах, так что не особо много с кем общаюсь. Рад, что вы меня запомнили.

– Сэмми. –  Кэприсию из строя можно было вывести максимум на минуту, потом она опять брала все в свои руки. Конечно, ее удивило внезапное появление брата, он, вообще-то говорил, что не сможет прийти на пикник из-за службы. Специально, чтобы мачеха не брала его в расчет. – Как я рада, что ты пришел! Вы с лордом пока поговорите, а я…

– Матушка, лучше мы с Анной пойдем поздороваемся с отцом! – Самуэля скрючило почти так же, как меня, когда мачеха называла “милой”. – Мы быстро. Ваша Светлость, вы не против, если ваша спутница ненадолго вас оставит? 

Оскар ответил едва заметным кивком головы. Ну да, он же менталист, чувствует, от кого исходит опасность, а от кого нет. Надо будет брату сказать, чтобы получше держал ментальные блоки. Хотя у гвардейцев короля хорошая защита в этом плане. Вроде бы даже амулеты специальные им выдают… К слову, может, попросить один такой? А то не уверена, что мои щиты надежны. Особенно во время сна.

Самуэль уверено схватил меня за руку и зашагал к шатрам, абсолютно не реагируя на Кэприсию и Луку, которые пытались его остановить. 

– Мегера цдагова, – выругался он сквозь зубы, – чтоб у нее волосы нарощенные отвалились!

Между старшим братом и мачехой отношения были еще более натянутыми, чем у меня. Настолько, что Самуэль уже давным-давно жил от нас отдельно, предпочитая обычные казармы нашему великолепному дому. Был даже момент, когда он подумывал отречься от семьи, но его останавливало беспокойство за меня и крохотная вера в то, что наш отец рано или поздно одумается и перестанет идти на поводу у Кэприсии. Она же в свою очередь тоже не спешила разрывать отношения. Все-таки служба брата в королевской гвардии делало нашу семью более значимой в глазах высшего света. 

– И зубы выпали, – добавила я.

Он согласно сжал мои пальцы. 

В середине парка было установлено несколько шатров. Один – самый большой, внутри которого были расставлены столы и снова туда-сюда слуги, расставляя подносы с едой. Неподалеку уже тихонько играла скрипка – музыканты готовились к выступлению. Слева была шатер поменьше, здесь можно было поговорить маленькими компаниями, при этом не теряя из виду артистов, что собирались выступать на полянке перед главным шатром. А еще – мое самое любимое, можно было устроиться на земле, укрытой мягкими коврами. И третий находился совсем позади. Он, в отличие от остальных был закрытым, белые тканевые стены закрывали происходящее внутри от посторонних глаз. Личное пространство для семьи.

– Ты же несерьезно? – я затормозила, пытаясь остановить Самуэля, – Я к нему не пойду!

– Мы не туда, – успокоили меня, – надо просто сделать вид…

Почти у самого входа в закрытый шатер, брат резко вильнул в сторону, заворачивая за угол, а после перешел на бег, увлекая меня за собой. Мы побежали, виляя между стволами цветущей вишни, пока не нырнули еще под один тент, на этот раз кремового цвета. Этот оттенок обозначал, что здесь на время пикника работает прислуга. Чтобы не смущать аристократов такие шатры тоже были закрытыми.

– Чего творишь? – зашипела я, быстро оглядываясь по сторонам. На счастье, здесь никого не было. – А если кто-то увидит? Нельзя нам по таким местам ходить.

– Это раздевалка тире кладовая, никто в ближайшее время сюда не заглянет, – Самуэль, наконец, отпустил мою руку и громко выдохнул, расслабляясь, – Не бойся, Лучиа. 

Мое длинное имя обычно (при более близком знакомстве, конечно) все сокращали до Анны. Анна звучала величественно, серьезно и гордо, а Лучиа, скорее, подходило какой-нибудь веселой девчонке из провинции. Так только мама и брат называли наедине. 

Со вздохом опустилась на какой-то высокий ящик, перед этим ладошкой его протерев. Эль был прав, вокруг были лишь уже явно сейчас ненужные коробки, пустые бочки, на полу в рядок стояла чья-то обувь, а в самом углу кучей валялись фартуки. Прислуга здесь переодевалась, чтобы выглядеть красиво, прислуживая господам.

– Ты почему не предупредила, что к Иеноморте поедешь? – спросил брат, приземляясь рядом, – Ладно Кэприсию с отцом в неизвестности оставила, а я чем провинился?

– Мог бы и догадаться, – фыркнула я, – у меня же из вариантов только он и был.

– Я-то догадался, – он легонько пихнул меня локтем в бок, – когда приехал домой, а там все на ушах стоят. Договаривались же, что я тебя до него довезу. Честно говоря, сначала подумал, что ты просто в бега податься решила. 

– С чего бы это?

– “Я одна к этой мразоте озабоченной и на километр близко подходить не хочу”, – процитировал меня Самуэль, – или не ты это говорила?

– Ты даже не представляешь, насколько он мразота, – выдохнула я. 

На самом деле, по нашему плану мы действительно вместе должны были ехать к графу, но день начался настолько ужасно, что я не выдержала и рванула к нему сама. Потому что службу брат заканчивал в шесть вечера, а Кэприсия вывела из себя еще с самого утра, когда перед завтраком приказала служанкам начать складывать мои вещи в сундуки. “Анна, собираться надо начинать уже сейчас, ты же не хочешь, чтобы столица поливала тебя презрением больше нужного?” – сказала она, и у меня просто пелена перед глазами опустилась. 

– Ну, на письма он отвечает весьма вежливо, – хмыкнул Эль, – я вечером послал вестника с просьбой уточнить, не у него ли находится моя любимая сестра. Он ответил очень быстро. 

Интересно, как брат отреагирует, если я скажу, что Оскар вчера угрожал меня убить? К слову, не стоило тогда так пугаться, хоть я и правда никому ничего не сказала, Самуэль у меня умный, быстро понял, куда я делась. И в случае чего лорду бы ой как не поздоровилось.  

– Какой молодец, – сыронизировала вяло, а потом серьезно спросила, – Эль, что такое? 

Он бы не стал просто так сбегать посреди пикника. Хоть и четкого плана действий у меня не было – будущее, особенно несколько дней назад, представлялось весьма зыбким, мы договорились, что все должно быть естественно. Главное – мачеха не должна понять, что мы с Самуэлем что-то затеяли за ее спиной. А сейчас он, фактически, сдал себя. Хотя она может подумать, что он просто очень сильно за меня переволновался. 

– Вы же уже в храме были, верно? – вопросом на вопрос ответил брат, – Кольцами обменялись, свои имена в книгу внесли и далее по тексту?

– Ага, договор даже заключили. 

– Это хорошо, – он немного расслабился, – А то тут такое дело… Ходят слухи, что ты беременна, Лучиа. 

Я от такой новости чуть с ящика не навернулась.

– Чего?!
***
Кстати, про детей!)  Интересная новинка от Евы Кофей

Кто особенная девушка для властного генерала-дракона? Кого он призвал в свой мир, кому спас жизнь, с кем провёл ночь?
Все дамы на отборе судачат о наших с драконом отношениях.
И какая им разница? Мы же на отборе нянь, а не невест!
В отличие от остальных, я здесь, чтобы воспитывать маленьких сорванцов. Так что генерал с его пожирающим взглядом меня совсем не интересует… Ну разве что чуть-чуть.
Пусть только наши парные метки перестанут так сильно жечься. Они же точно появились из-за ритуала призыва?
Или тут что-то более интимное?

Оскар Иеноморте

Он вроде бы где-то видел эту Кэприсию раньше. Когда она еще не была замужем за маркизом Контеро. Только цвет глаз у нее тогда был другой и брови более прямой формы, ну была она немного моложе. Либо леди увлекается зельями, либо это его начинает память подводить. 

– Кхм, – неловко кашлянула маркиза, растеряв большую часть уверенности, как только слабая жертва в лице падчерицы была уведена прямо из-под носа, – Граф… И почему же Анна привела вас в качестве гостя? 

Так и хотелось что-нибудь сболтнуть такое компрометирующее по типу: “Мы с ней провели ночь под одной крышей, и она не смогла меня отпустить”, – но Оскар мужественно сдержался. Весь цирк должен начаться чуть позже, он не хотел никаких фальстартов. 

– Думаю, леди сама вам скоро все расскажет, – он легко подхватил Кэприсию под локоток и чуть наклонился, шепнув ей на ухо, – лучше проведите мне небольшую экскурсию. 

В голове женщины как по заказу замелькали воспоминания, связанные с Оскаром. Он поскорее от них отгородился, испытывая острое желание срочно отлучиться, вынуть мозг из черепушки и где-нибудь по-быстрому его прополоскать, чтобы там этих фрагментов из прошлого не было. Что же его раньше на таких особ тянуло-то? 

– К-конечно, – уважаемая маркиза немного побагровела, но вырываться не стала, лишь опять заполошно начала обмахиваться веером. 

Лука остался один. Оскар специально не обращал на него внимания, Кэприсия же была несколько дезориентирована. Ей и за собой как-то сложно было уследить, не то что за этим обнаглевшим грызуном.
Потомок Джиордано был похож то ли на зайца, то ли на крысу – пока не определился. 

Оскару он с первого взгляда не понравился. Веяло от него чем-то неприятным. Вроде бы смазливый, но весь какой-то неприятный. Жаль, в голову его с наскока не залезешь – мальчишка нацепил на себя артефакт. К слову, Кэприсия тоже при себе имела нечто похожее, без каких-либо затруднений он смог уловить лишь те образы, что касались непосредственно его самого. Чтобы пробиться дальше, нужно было или коснуться как-нибудь получше, либо уже внаглую ломать защиту. Но ничего удивительного, многие аристократы подвержены паранойе и носят амулеты, думают, что все только и мечтают, чтобы прочесть их мысли. 

Что же, в какой-то мере их опасения не беспочвенны. 

– Я  пойду проверю родителей, – произнес Лука просто лишь для того, чтобы хоть что-то сказать и показать свою занятость. 

– Лорд, не опаздывайте к началу банкета! – встрепенулась Кэприсия, выплывая из грез, – А я действительно покажу графу окрестности…

Она подарила Оскару томный взгляд, он ответил широкой улыбкой. Хотелось еще клыки показать, но это уже лишнее. 

– Господин Иеноморте, вам говорили, что вы очень похожи на отца? Мы встречались с ним как-то… 

И ради чего она все это начала? Неоригинально и скучно.

– Да, мне многие об этом твердят, – согласился Оскар, – шутки мироздания, знаете ли…

Он уже давно привык. Королю вон тоже в свое время пришлось про причуды природы рассказывать, правда, тогда делал это в допросной под прицелом нескольких магов. Просто у Его Величества была стойкая аллергия на род Иеноморте.

– Я встретила его на своем первом балу, представляете? Скромная дебютантка, и он – мужчина, разбивший столько сердец, что страшно представить! Это было настоящее счастье, когда она вдруг обратил свое внимание на меня. Казалось, мы полюбили друг друга в один миг.

Оскар едва сдержал ехидный смешок. О, да.

– А потом он исчез… – Кэприсия тяжело вздохнула, но быстро встрепенулась, – Ах, что это я. Давайте лучше познакомлю вас с…

Он не нуждался в экскурсиях, как и в вежливых приветствиях с другими аристократами, которых на квадратный метр становилось все больше, но это было куда лучше, чем воспоминания “о былом и прекрасном”.

Оскар хотел отвлечь маркизу от Лучианны, и у него это, конечно, получилось. Интересно, о чем его невеста сейчас разговаривает с братом?

Пока Кэприсия, воодушевленная призрачным образом Оскара-старшего, щебетала что-то про историю парка и программу пикника, Оскар-младший неспешно собирал в общую картину имеющиеся факты. Жених и мачеха явно близко общаются, может, даже вместе затеяли эту ерунду с монастырем. Но если примерные мотивы маркизы он понимал, то зачем это Луке? Запал на даму в возрасте? Хотя если она маг, то что для нее каких-то сорок лет, еще самый расцвет. 

Но где же глава дома? И на чьей он стороне? Оскар был завсегдатаем различных приемов, но держался подальше от тех, на которых присутствовал король. А видимо, именно на такие и стремилась попасть семья Контеро.  Вчера он собрал некоторую информацию об этих аристократах, но ничего особо интересного не обнаружил. 

Обыкновенные аристократы, не участвующие ни в каких скандалах, приближены к Его Величеству, что было несомненным минусом. Единственное громкое событие – смерть супруги маркиза, после которой он всего через год обзавелся новой женой. Горевал, значит, недолго… А вот дети, судя по всему, до сих пор не могут справиться с потерей, хоть и прошло уже почти шесть лет. 

– Ваша Светлость! – к ним спешила Лучианна и при этом чуть ли не дымилась то ли от смущения, то ли от возмущения. Чуть позади нее шел Самуэль, на лице которого застыла обреченность. Он не мог остановить сестру, хотя очень этого хотел, но судя по всему, сейчас затормозить ее аккуратно было просто невозможно. А схватить ее в охапку не позволяло наличие зрителей. – Куда вы пропали?

Для других это было незаметно, но Оскар уловил недовольный блеск глаз, когда девушка увидела, что он держит под руку Кэприсию. Уже взыграло чувство собственничества? Как мило.
– Прогуливались по парку, – он умело избавился от маркизы, при виде падчерицы надумавшей было прижаться к нему поближе. Ах, кажется, она забыла, что у нее уже есть муж. Ничего, Оскар найдет время об этом напомнить. – Вы поздоровались с отцом, все в порядке?

– А?.. – на секунду она, казалось, немного потерялась, – Да-да, конечно! Все хорошо, пойдемте, я провожу вас к нашим местам.

Она уже привычно подхватила его под локоть и вдруг прижалась поближе, вызвав у Кэприсию шквал негодования.

– Анна! Ты что делаешь?! Это же чужой мужчина!

– Так не ваш же, – отпарировала девушка, – граф, ну что же вы медлите!

Даже сквозь поставленные блоки он ощущал, как невеста взбудоражена. Кажется, шоу вот-вот начнется. 

– Оскар, – стоило немного отойти от маркизы, как Лучианна приподнялась на цыпочки, быстро зашептав ему на ухо, пытаясь успеть до того, как мачеха их нагонит, – Они будут многое про меня говорить. Пожалуйста… не верьте.
– Вы знаете, я вообще мало кому в этом мире верю, – отозвался он так же тихо. Очень захотелось положить руку на ее тонкую талию и привлечь к себе, чтобы она еще что-нибудь сказала, обдавая прохладную кожу прерывистым дыханием, но сейчас это было бы неуместно.
Ничего, ждать Оскар умел.

Мне очень хотелось усадить рядом с собой Оскара, но так было нельзя. Все-таки все ждали, что сегодня будет объявлена дата свадьбы, а значит, по левую руку должен находиться Лука. Я хотела, чтобы зрителей у скандала было как можно больше, а поэтому пока ничего не предпринимала.

Судя по довольному лицу, жених думал, что все пройдет именно так, как он задумал. Ну-ну, пусть тешит себя, пока может.

Оскару пришлось сесть чуть подальше, около Самуэля, но он не особо по этому поводу страдал. Кажется, даже завел какой-то бессмысленный разговор с леди, что сидела рядом. Вот же уж, не может, что ли без женского внимания хотя бы полчаса пробыть? Даже мачеху умудрился под ручку взять, пока меня не было. Ну это уже совсем перебор!

– Не передумала еще? – шепнул Лука, чуть наклонившись в мою сторону. 

– К цдагу катись, – процедила сквозь зубы, наблюдая за тем, как гости занимают свои места. Почти все пришли, а отца все не было. Может, все-таки стоило его проведать? 

Музыканты уже вовсю играли что-то ненавязчиво-красивое, в воздухе витал аромат цветущей вишни, а я с каждой секундой нервничала все больше. Самуэль, сидящий справа, то и дело тихонько меня одергивал, шипя: “Убери оскал!”

А как его убрать, если очень хотелось кусаться?

– Сама себе яму роешь, – неискренне вздохнул Лука, – И зачем притащила этого развратника, графа? Решила окончательно растоптать свою репутацию?

– У меня идеальная репутация! – вскинулась гневно.

– Да-да… – он согласно покивал.

С-скотина! Это ведь он разнес слухи о моей так называемой беременности? Либо он, либо мачеха. Ожидают моего падения? Такого удовольствия им доставлять не собираюсь. 

– Маркиз идет! – пронесся шепоток. 

Я тут же выпрямилась, напоследок от души наступив каблучком Луке на ногу. Он дернулся, но вслух орать не стал, чтобы не привлекать внимания. Зашипел только по-змеиному, что я еще поплачусь за свои выходки. Ой, боюсь-боюсь!

– Приветствую, дорогие гости, – отец легкой походкой прошел к своему месту, на ходу здороваясь со всеми.

Сел на свое место, невесомо коснулся виска Кэприсии, здороваясь и с ней. Кивком поприветствовал Самуэля, перевел взгляд на меня и… теплота из глаз куда-то исчезла, сменившись безразличием. 

Я всегда думала, что ненависть – одно из самых убивающих эмоций, с ней почти невозможно справиться. Она отравляет, распространяется все дальше и дальше, и остановить это нельзя. Но… иногда мне казалось, что лучше бы папа меня ненавидел. Кричал, ругался, злился, но обращал хоть какое-то внимание, а не делал вид, что дочери просто не существует.

Так ведь было не всегда. Маркиз любил своих обоих детей одинаково, никогда не выделял кого-то сильнее, и никто бы даже подумать не мог, что когда-то он вычеркнет из своего сердца младшую дочь. 

Впрочем, высший свет об этом и не знал.

– Здравствуй, Анна, – улыбнулся мне отец.

Для всех мы были идеальной семьей. 

– Рада вас видеть, – я склонила голову. Только мне известно, что улыбка его фальшивее даже тех, которыми он одаривает конкурентов в Совете.

– Сегодня отличный день для нашего ежегодного пикника, – маркиз поднял в воздух хрустальный бокал, призывая последовать его примеру, – То, что из года в год аристократия находит время и возможность вместе с семьей Контеро поприветствовать пришедшее лето, делает меня по-настоящему счастливым.  

Он умел красиво говорить, умел к себе располагать. Лорд Элайджа Контеро до сих пор, несмотря на подбирающийся седьмой десяток, оставался одним из видных мужчин столицы. Он был умен, справедлив, добр, насколько это возможно для военного министра. А еще до верен своим принципам и семье. Маркиз не терпел обмана и предательства. Человек, замешанный в чем-то таком, просто переставал для него существовать. 

Я поскорее отпила из своего бокала, чтобы не предаваться грустным мыслям. 

Музыканты заиграли еще активнее, послышались восторженные хлопки и ответные комплименты в сторону хозяина вечера.

– Ваша Светлость! – Лука, словно что-то почувствовал, начал действовать куда раньше, чем ожидалось. – Я бы хотел кое-что сказать, если вы позволите.

Обеспокоенно нагнулась над столом, повернув голову в сторону Оскара.

“Пожалуйста, не подведи!” – надеюсь, он услышал.

Лорд моментально столкнулся со мной взглядами и подмигнул. По его губам промелькнула такая гаденькая улыбочка, что я сразу же успокоилась. Он точно был готов.
– Виконт, – отец благодушно кивнул бывшему жениху. Он относился к Луке, скорее, даже хорошо, чем равнодушно. Наверное, потому что не мог дождаться пока тот заберет меня из дома.
– Я…
– Если позволите, мне тоже нужно кое о чем объявить! – Оскар без зазрения совести прервал Луку, поднявшись со своего места. – Это касается вашей дочери, маркиз Контеро.
***

Рекомендую вашему вниманию!
Бесплатная юмористическая история
Уснула старушкой, а проснулась... Юной девушкой, на которую охотится властный дракон! Он взял меня в плен и требует наследника. Но не на ту напал. Я сбегу и сама буду решать свою судьбу, не зря же мне дан второй шанс. Тем более, у меня есть секрет, о котором никто не должен узнать.

Отец удивленно вскинул брови, сосредотачиваясь на невоспитанном наглеце, что лезет в беседу без разрешения.

– Вы?..

– Лорд Оскар Иеноморте, – церемонно поклонился граф.

Эта фамилия ничего хорошего не говорила – судя по сдвинутым к переносице бровям о слухах, ходящих вокруг Оскара папа был осведомлен. Или они знакомы лично?

– Я прошу прощения… – вмешался было Лука.

– Прощаю, – легко отозвался граф, – можно мне договорить?

Бывший жених захватал ртом воздух, не зная, как на такое откровенное хамство реагировать. 

– Кто вас пригласил, лорд Иеноморте? – по отцу нельзя было понять – он злится или нет, но вопрос был однозначный. Я бы так его перевела: “Какой придурок пустил на мое мероприятие второго придурка?”

Сознаваться не хотелось.

– Леди Лучианна меня пригласила, – его ничего не могло смутить, – И я не нашел причин, чтобы ей отказать. 

– Зачем же? – маркиз принципиально на меня не смотрел, даже когда прозвучало мое имя. 

– Понимаете…

– Ваша Светлость! – возмутился Лука, – Позвольте сначала договорить мне. 

– Погодите, – отец поднял ладонь, заставляя мужчину замолчать, – я хочу дослушать графа.

– Спасибо, – царственно кивнул Оскар, – здесь находиться у меня есть всего один резон. Дело в том, что мы с вашей дочерью заключили помолвку. Об этом мы и хотели сегодня сообщить всем присутствующим.
– Что?!

Мачеха, не сдержавшись, вскочила с места. Гости дружно ахнули, кто-то даже бокал в руке не удержал, но драматичного грохота стекла не последовало, мягкая трава смягчила все звуки. Фальшиво зазвучала виолончель – это один из музыкантов не справился с удивлением. А потом музыка и вовсе стихла, придавая моменту еще больше напряженности. Брови отца окончательно сошлись на переносице, светло-голубые глаза потемнели, обещая грозу. 

Так, ну пора и мне встать. 

– Это правда, – подтвердила невероятное.

– Анна, что вы такое говорите?! – Лука вцепился в мое плечо, разворачивая к себе, – Вы помолвлены со мной. 

– Вы, лорд Джиордано, сами забрали у меня помолвочное кольцо, – я поморщилась от не слишком-то ласкового прикосновения, – разве не помните?

– Вы что-то путаете, – засмеялся бывший жених, по какой-то причине начиная юлить, – разве вы не знаете, зачем сегодня все здесь собрались?

Он бросил быстрый взгляд на отца, ища помощи в его лице, но маркиз пока никак не реагировал, словно спектакль смотрел, к которому никакого отношения не имел.

– Пожалуйста, не трогайте мою невесту, – вежливо попросил Оскар, появляясь за моей спиной и отцепляя пальцы Луки, – ей неприятно.

– Анна! Объяснись! – срывающимся голосом потребовала Кэприсия, – Что за представление?

– Это не представление, все серьезно, – я вытянула вперед руку, демонстрируя появившееся как по заказу кольцо с красивым полупрозрачным камнем, – мне сделали предложение, матушка. И я решила не отказываться. 

– Но я – ваш жених! – Лука повысил голос, – Вы с ума сошли? 

– Точно-точно, бедняжка, от стресса потеряла рассудок, – подхватила мачеха, – Элайджа, ну скажите же что-нибудь!

– У меня с собой документ, выданный священнослужителем Храма Светлейшего, – судя по его голосу, Оскар просто наслаждался происходящим, – все совершенно законно. На момент заключения помолвки леди не была связана никакими обещаниями, я специально проверил. 

– Дайте мне, – словно нехотя проронил отец. 

– Пожалуйста. – туго перевязанный ленточкой свиток пролеветировал в сторону маркиза. 

Гости, затаив дыхание, проводили его горящими взглядами. Ох, сегодняшний пикник точно станет темой номер один на всех балах в ближайшие несколько месяцев. 

– Не читай! – всполошилась Кэприсия, пытаясь первой поймать документ.

– Тихо! – прикрикнул на нее маркиз, и мачеха тут же присмирела. 

– Действительно, помолвка заключена, – подтвердил папа, развернув пергамент, – сегодня днем. Виконт, будьте добры, объяснитесь. Вы забрали кольцо у моей дочери и не потрудились сообщить мне?

Лука начал багроветь. Почему вообще начали отчитывать его?

– Милорд! Я не… Вы-ы! – взвыл бывший жених, невежливо тыкая пальцем в Оскара, пытаясь сделать из него козла отпущения, – Вы украли мою невесту! Приворожили, обманом заставили нарушить ее данное мне слово и внушили, что я забрал у нее кольцо. Это все вы!

– Да нет же, – вмешалась я. Лука хотел выставить себя в лучшем свете, чтобы все вокруг подумали, что он никогда меня не бросал, и вообще был самым лучшим, самым прекрасным женихом. Сейчас ход с тем, что он объявляет об отмене свадьбы, был не к месту.

– Или это ты? – Никогда не видела его таким взбешенным. 

Даже в ту ночь, когда сбежала из его спальни, а потом он застал меня целующейся с каким-то стражником. А я думала, что тогда увидела самую высокую степень его ярости. И ведь вполне могу его понять – будь я мужчиной, тоже бы с такой особой разорвала побыстрее все договора.

Но точно не стала бы потом шантажировать, предлагать унизительное место любовницы и издеваться. А ведь никак не объяснить, что я всего этого не хотела. Да я ненавидела себя из-за произошедшего! Это эффект цдагова зелья толкал меня на столь ужасные поступки. Если бы Лука тогда меня послушал, не наседал, я бы, может, не убежала от него, не столкнулась с бедным стражником, и всего этого не было. Но он ничего не хотел знать, просто решил, что я, ко всему прочему, еще и умом тронулась. К тому моменту стало окончательно ясно – он настолько зол, что если в попытке доказать Луке, что я не виновата, покажу клыки или когти – это только все усугубит. 

– Ты! – продолжил бывший жених, теперь тыча мне в лицо своим дурацким пальцем. – Ты мне изменяла с самого момента помолвки, верно? Что, решила себе новую партию найти? Ты, грязная…

Он размахнулся, собираясь дать мне пощечину, но его остановила твердая рука.

– Не смейте трогать мою невесту, – тон Оскара приобрел опасные металлические нотки. 

Быстрым движением граф задвинул меня к себе за спину, загораживая с собой. 

Проблем было две: первая – Лука от ярости совершенно перестал думать о том, что за ним много кто наблюдает. Вторая – него осталась одна свободная конечность. Которой он со всей дури отвесил Оскару оплеуху. 

Наступила тишина. 
***
Кому-то сейчас прилетит... или нет, как думаете?)
А еще мы узнали маленький кусочек истории, ставшей причиной, по которой Лука решил бросить Анну. Но прошу сильно не судить героиню, она сама об этом сожалеет. Чуть позже Лучиа все подробно расскажет, и, надеюсь, найдет понимание)
А пока предлагаю вашему вниманию интересную историю:

Я молодец! И редкий минерал для курсовой добыла, и от красавца дракона, поймавшего меня в заповедной зоне, смогла удрать.
Только одного не учла. Этот драконище появился в нашей академии в числе новых адептов. Что ему здесь надо? Я? Да не может быть!

Долго мгновение ничего не происходило, а потом Лука вдруг с шипением схватился за свою щеку, словно пощечина ему вернулась, да еще и в двойном размере. При этом граф не сделал ни единого движения.

– Похоже, вы только женщин бить и обучены, – голова Оскара даже в сторону не дернулась, хотя сила удара была приложена большая. Я заметила, как пальцы лорда сжали трость крепче, чем нужно, словно он намеревался ею в ответ огреть зарвавшегося Луку.

– Да вы!..

Блеснула металлическая полоска – серебряный набалдашник был ничем иным как навершием шпаги или рапиры. Так уж сразу и не понять. Только не это! Обнажать оружие без угрозы для жизни было запрещено законом. Становиться невестой уголовника мне совсем не хотелось.

– Еще одно оскорбление, виконт, и… – угроза так и сочилась в его голосе, но действовать лорд не спешил. Хотя Лука, ожидая, что ему воздастся за удар, поспешил сделать шаг назад, словно это как-то могло в случае чего его спасти.

– Никаких дуэлей, – резко вмешался отец, – успокоились. Оба.

– Поверьте, я и не волновался, – усмехнулся Оскар, переводя взгляд на маркиза. Тот недовольно прищурился. Ему не нравилось, что какой-то молодой выскочка так спокойно с ним говорит. На равных. 

Граф небрежно оперся на трость, показывая, что ему на все абсолютно плевать. Легонько коснулся свободной рукой пострадавшей щеки и хмыкнул. Словно его только что не оскорбили прилюдно. И такая аура уверенности шла от него, что побитым почему-то в этой ситуации казался Лука. Я попыталась было выйти из-за спины Оскара, но он, это почувствовав, поднял правую руку в сторону, намекая, что еще не время.

Даже удивительно, насколько хорошо мужчина вжился в роль жениха. 

– Заканчивайте это, – распорядился лорд Контеро, тяжело откидываясь на спинку стула, – рассаживайтесь обратно по своим местам. Не время и не место устраивать сцены.

Так мог поступить только отец. О каком продолжении вечера может идти речь после произошедшего?

Лука был того же мнения. Он только что обрел настоящего врага, и просто не мог оставить это просто так. 

– Вы, мерзавец!.. – он схватил со стола салфетку, намереваясь ее использовать вместо отсутствующей под рукой перчатки, чтобы кинуть в Оскара, и вдруг замер на месте. Я не видела, что с ним произошло, но несколько леди за столом вдруг поднесли в ужасе ладони ко рту, скрывая испуг.

“Магия!” – воскрикнул кто-то.

Граф подался вперед и с уничижающей интонацией сказал:

– Да, я мерзавец. А вы будете мертвецом, если посмеете бросить мне вызов. Хотите?

– Н-нет…

– Тогда прочь отсюда. Быстро. 

Он приказывал виконту, словно он был каким-то дворовым псом, а не аристократом с громким именем. А Лука не посмел возразить, что-то, наверное, было устрашающее во взгляде Оскара. Что-то, чего я не видела. 

Пробормотав какие-то ругательства, бывший жених попятился назад, а после, резко развернувшись ко всем спиной, быстро зашагал прочь. Вслед за ним, скомкано извинившись за поведение сына, откланялись его родители. А после еще несколько человек спешно встали из-за стола, вдруг найдя какие-то крайне важные причины, из-за которых они должны были срочно уехать.

Но многие остались. Полетели шепотки. Сначала совсем тихие, потом все громче и громче, пока не превратились в гомон голосов.
Это напоминало нарастающую лавину, а я была тем самым маленьким снежком, который, неудачно упав, ее спровоцировал. 

Маркиз безмолвствовал, находясь то ли в глубокой прострации, то ли в крайней степени бешенства. Я не знала, все еще прячась за спиной Оскара, которая сейчас казалась самой крепкой стеной на свете. Ловила любопытствующие взгляды лордов и леди, от которых уши нестерпимо горели, и просто не могла перестать нервно улыбаться. Хотелось то ли сесть, то ли упасть, но при этом меня прочно пригвоздило к одному месту, и, кажется, даже если бы я и попыталась сделать хоть один шаг, то не смогла.

Мачеха пыталась что-то сказать срывающимся голосом, брат в срочном порядке убежал останавливать артистов, которые, еще ничего не зная, начали собираться на поляне перед шатром.  А отец все молчал. 

А может, переборщила я немного со своим гениальным планом?

Семья Контеро никогда не была в эпицентре скандала. Семья Контеро славилась идеальной репутацией. И все это было разрушено в один миг. Честно говоря, мне было немного стыдно.

Но что поделать, если это был единственный способ себя спасти?

Оскар вдруг посторонился, перестав работать моим щитом. Зато неожиданно положил руку мне на талию, крепко обняв и прижав к себе. Я даже возмущенно пикнуть не успела. 

– Ну что же вы молчите, милорд? – поинтересовался он игриво. Все, что для меня сейчас казалось настоящим ужасом, для него было лишь игрой. Липовые угрозы, напыщенные благородные семейки, ненастоящие отношения. Он отыгрывал все замечательно, но графа это абсолютно не трогало.  – Благословите нас?

Это стало последней каплей. Кэприсия истерично замахала веером, а отец вдруг побагровел, взвился с места и тяжело уронил:

– Боюсь, пикник окончен. Приношу свои глубочайшие извинения, но на этом на сегодня все.

После такого недвусмысленного объявления, сидеть за столом больше никто не осмелился. Всего несколько минут, и всех аристократов словно веником смело. От гостей остались лишь вразнобой отодвинутые стулья, да полупустые бокалы.
А мы с графом все продолжали стоять в обнимку. Я пыталась незаметно отклеиться от него, но это было просто невозможно. Да и с каждым мгновением это сделать было все труднее. Ладонь жгла мне кожу даже сквозь несколько слоев ткани, температура тела начала стремительно подниматься, а ноги так же стремительно подгибаться. Да зачем же он меня так держит?

– Вы двое. – к сожалению, даже ледяной голос отца не смог меня отрезвить. – За мной.
***
А вот еще историю про фиктивные отношения вам принесла)

Ух, какая я злая! Отец решил выдать меня замуж за старика? Но свадьбы не будет! Сбегу и обязательно найду решение этой проблемы.
Ну и что, что он обаятельный и властный дракон, да к тому же что-то скрывает? У нас всего лишь безобидная сделка. Он притворяется моим женихом, а я ухаживаю за его мантикорой. Так, теперь, главное, не влюбиться...

Я ненавидела, когда отец вызывал меня на личный разговор. Даже когда в семье все было хорошо, вызов в кабинет означал только одно – я сильно где-то оплошала.

Хорошо, что сейчас вместо просторного кабинета, пропитанного тяжелым древесным запахом, мы находились в личном шатре семьи. Хорошо, что я была не одна. Плохо, что маркиз был зол в несколько раз больше, чем когда-либо, сводя на нет все перечисленные плюсы. 

– Для чего вы это делаете? – он бросал в Оскара короткие рубленые фразы, и еще бы чуть-чуть, и это можно было бы назвать грубостью. – Ради наследства?

– Не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите, – отозвался Оскар, закидывая ногу на ногу, – Разве ваш наследник – не старший сын?

Шатер не был предназначен для столько важных бесед. Здесь было поставлено два низких диванчика для отдыха и небольшой столик, их разделяющий. И по-хорошему отец должен был сидеть, а мы стоять в знак уважения. Но граф не собирался быть тем, кого за что-то отчитывают – произнес весьма формальное “Разрешите?” и, не дожидаясь ответа, уселся на один из диванов, увлекая меня за собой. 

Никакой возможности отцепиться! Я уже мысленно его звала, сделав щиты чуть слабее – должен был услышать!

“Хватит меня удерживать! Ты его только еще больше злишь!”

Никакой реакции, словно он вдруг мысли читать разучился. 

Но тут дело было не только в папе. Просто если он продолжит так меня прижимать, я просто с ума сойду. И так рот открыть боялась, так как вырваться оттуда могло совершенно не то, что я бы хотела. Позориться перед собственным отцом еще больше не хотелось. 

“Это всего лишь рука. Рука в перчатке. Что ты с ума сходишь? – пыталась мысленно себя усовеститься, – Ничего такого, отчего стоило бы так дрожать”.

Ага. Пальцы на талии, а бедром прижимаюсь к его бедру из-за того, что сидим слишком близко. Сейчас же еще не поздний вечер, почему я так неадекватно реагирую?

Лорд Иеноморте… Демонов ловелас! Он же наверняка чувствует, как меня трясет. Зачем все это?

– У Лучианны есть свое наследство, оставленное матерью. Не говорите, что не знали. Во внезапно вспыхнувшие чувства я не поверю. Особенно от такого человека как вы, – слова отца, которому ничего не оставалось, как сесть на диванчик напротив, были пропитаны ядом.

– Вот как? – хмыкнул Оскар, – От такого, как я – это какого?

– Я знаю вас, господин Иеноморте. Вы законченный бабник, поверхностный наглец, простолюдин по крови, ведь ваш отец получил титул за заслуги перед королевством, а не родился аристократом. Всю жизнь прожили в глубинке, вылезли оттуда и думаете, что можете купить весь высший свет своей разноцветной водичкой в баночках, – презрительно произнес отец.

Это было весьма грубо. Обычно он куда более сдержан.

– Вы во всем правы, – Оскар даже не обиделся, – Но я действительно могу всех вас купить. Если захочу. 

– Хвастаетесь? – поинтересовался мрачно маркиз. 

– Немного. Мое состояние, – цокнул, что-то прикидывая, – оценивается в несколько миллионов золотых. Как думаете, насколько сильно я отстаю от короля? Или, может, спокойно могу его подвинуть?

– Вы говорите опасные вещи…

– Суть в том, что мне абсолютно неинтересно наличие или отсутствие у вашей дочери какого-либо состояния, – подытожил граф, – поэтому я сделал ей предложение от чистого сердца. 

Как же гладко стелет…   Но когда же все это закончится? Девушке полагалось сидеть тихо при важном разговоре двух мужчин, пока ее не спросят, поэтому мое молчание отца не волновало. А вот то, как мы близко сидели с женихов, очень даже его раздражало. Но пока ничего на этот счет не говорил, надеясь, что пойму намек по грозным взглядам, что он на меня периодически кидал. 

И я-то понимаю, но сделать ничего не могу… Оскар, ну отпусти же, наконец! Мне казалось, что даже воздух вокруг уже нагрелся до какой-то неприемлемой температуры. Я готова была воспламениться. 

Нужно отвлечься. Раз пощечина Луке, два, три…

– Сделали предложение, зная, что она уже помолвлена? К слову, где вы познакомились? Анна почти не посещала балы в последнее время. 

Хорошо, что все возможные нюансы нашей фальшивой истории мы с графом обсудили утром. Нужно было быть готовыми к такому допросу.

Пощечина пять, шесть…

– На открытии весеннего сезона, – не задумываясь, ответил Оскар, – мы обменивались письмами долгое время, и я был по-настоящему покорен этой девушкой. Лучианна написала мне, что ее собираются отдать замуж против воли, и я решил, что вот он – мой шанс. 

– Вы с ума сошли? – поинтересовался отец пугающе спокойно, – Я бы никогда не стал…

Пощечина номер девять, десять…

– Анна!

Вздрогнула, испуганно поднимая голову. 

– Ты правда спуталась с лордом Иеноморте за спиной у законного жениха? – и сколько же разочарования!

– Вы просто не знаете… – мне как-то хотелось оправдаться перед ним, но никакой возможности это сделать просто не было. Что сказать? Я ведь сама схватилась за Луку, единственного оставшегося поклонника, убеждая папу, что он отлично подойдет на роль моего мужа. Увы, но для благородной леди единственный способ уйти из отчего дома – стать чьей-то женой. 

– Конечно, куда мне, – съязвил отец, на мгновение прикрывая глаза, – Не знал, что ты желаешь быть опозоренной на всю столицу. Еще и всех нас так подвела. Молодец, просто умница.

– Это все Лука! – взвилась я, – Он хотел всем рассказать…

– Довольно, – оборвал маркиз, – Мне все равно. После такого выступления не остается никакого другого выхода. Собралась выйти замуж – хорошо. Но вы, граф, подпишите бумагу о том, что не претендуете на наследство, а так же обязуетесь выплачивать Лучианне ежемесячно сумму на ее содержание. 

– Конечно, – согласился Оскар.

– Дата свадьбы с виконтом Джиордано уже назначена, – продолжил отец, – приготовления уже идут, поэтому отменять все не вижу смысла. Вы поженитесь через две недели. Это ясно?

Мне очень хотелось возмутиться. Сказать, что я не переходящий приз, и хочу свою свадьбу сама устроить, но поняла, что просто не выдержу еще одного разговора. 

– Да, – ответили мы с лордом в унисон. 

– Благословение я свое не дам, – припечатал папа напоследок, – надеюсь, понятно, почему. 

– Знаете, мне лично оно и не нужно, – бросила я, – если вам больше нечего сказать, то мы, пожалуй, откланяемся. 

Стало вдруг еще жарче. Просто до невыносимого. Кажется, злость только ухудшала мое состояние. 

В глубине души я надеялась на то, что он все же меня выслушает. Или хотя бы выскажет недовольство Лукой, который оскорблял меня прилюдно. Но это, видимо, было что-то из разряда несбыточного.

– Верно, – поддакнул Оскар, – на улице уже темнеет. 

Взгляд маркиза вдруг как-то потускнел, он открыл рот, намереваясь что-то сказать, но лишь махнул рукой:

– Прощайте.

Я каким-то невероятным чудом высвободилась из хватки Оскара – а может, это он просто не видел смысла больше меня удерживать, и как можно быстрее убралась из шатра, даже не попрощавшись в ответ.

– Так полагаю – домой? – он вышел почти сразу за мной. 

– Да, – отозвалась, поворачиваясь к нему и сцепляя руки за спиной, чтобы не сделать что-нибудь, о чем пожалею, – Исправлять то, что вы натворили.

– Я? – он склонил голову набок, как будто ничего не понимал.
***
Давно у нас тут драконы не пролетали. Особенно с большим... чем?)

Уснуть в своей постели, а проснуться в другом мире, да ещё и в теле какой-то девушки? Нет, не так планировала я провести свою заслуженную пенсию!
Мало того, я теперь няня для пятерых детей дракона, который непонятно чего хочет: то критикует, то жаркие взгляды бросает. Испепелить пытается? Не на ту напал! Тело у меня, может, новое, но характер старый, закалённый! Так что посмотрим, кто кого!

– Ну и чего ты рычишь? – поинтересовался Оскар. Будто бы сам не знал. 

– Я молчу вообще-то, – оповестила его, стараясь не встречаться с мужчиной взглядами. Когда уже мы доедем до дома, в конце-то концов?

– Но мысленно-то рычишь и ругаешься.

“Грр!”

Он был на редкость прозорлив. 

– Я же тебе помог, Анна, зачем обижаешься? – тон был на редкость дружелюбным, но я-то знала, что он опять развлекается в своей странной манере.

– Наверное, потому что изначально не стоило меня так хватать, тогда и помогать бы не пришлось, – я перевела взгляд в окно – дома за стеклом двигались ужасающе медленно. Ох, ладно! Он же не отстанет. – Спасибо. 

– М-м-м, этого и я ждал, – воодушевленно заявил Оскар, – Обожаю, когда меня благодарят. 

Еще он, наверное, любит, когда ему в ноги падают.
Я не выдержала.

– И все же зачем стоило так неприлично обнимать меня? Вызвать негатив со стороны отца? И я же тебя просила остановиться, разве ты не слышал?

– А если да, то какая разница? Он и так не особо тебя жалует, насколько я успел понять, – он неторопливо расстегнул первые две пуговицы темной рубашки, убирая всю строгость из образа. Вид у него сразу же стал по какой-то причине куда более бесстыжий. – Ну смотри, я хотел показать, что мы близки, а еще посмотреть, насколько сильна твоя выдержка. Ты же с ума сходишь, когда тебя мужчины касаются, я прав? Мне было интересно – сможешь ли ты себя контролировать. 

Кажется, у меня даже волосы воспламенились от его заявления. Когда он это понял? Еще вчера или по моей сегодняшней реакции на объятия? Или все еще читает меня как открытую книгу?

– Можно эти эксперименты проводить дома?! – от полноты чувств пнула его ногу носком туфельки. – А еще желательно спрашивать перед этим!

– На будущее учту, – усмехнулся он, никак не среагировав на пинок. А я по хитрым глазам видела, что лжет! – Ну из хорошего: я ситуацией не воспользовался, верно? Хотя предложение от тебя поступило интересное.  А насчет последнего… я же пообещал в голову тебе не залезать. 

– Да я просто!.. – у меня слова от возмущения закончились. Еще немного, и действительно вслух зарычу.  Как же, не залезал он… Просто решил проигнорировать мои призывы. 

Хочу его задушить.

– Еще успокоительного? – предложил Оскар, зажигая на конце указательного пальца полупрозрачный голубоватый огонек. 

– Нет, спасибо, – пробормотала я, оскорбленно отворачивая лицо к окну. 

Мое требование поехать домой и исправлять все то, что граф натворил, можно было легко принять за что-то неприличное. Даже я спустя всего секунду, как это сказанула, мысленно залепила себе затрещину. Оскар вполне мог просто меня за руку взять, и я бы окончательно потеряла голову. 

Когда он подошел ближе, одновременно обрадовалась и затряслась. Где-то в голове пульсировала мысль, что в договоре был прописан пункт о том, что никто никого не будет принуждать, но проблема ведь в том, что меня до состояния “я на все согласная” очень легко довести!

Надо было формулировать этот момент по-другому. 

Но Оскар лишь стянул с правой руки перчатку и легонько коснулся пальцами основания моей шеи. В этом месте кожа будто бы мгновенно заледенела, а на меня словно ведро холодной воды вылили. Внешне ничего не произошло, но примерно так ощущалось это воздействие. Пожар, пылающий внутри, резко затих, и я смогла, наконец, вернуть себе самообладание. 

– О, хорошо, что сработало, – он с интересом сжал и разжал ладонь, – я это заклинание только что придумал. 

Невыносимый! Я была для него каким-то неизведанным полем для экспериментов.

– Итак, – он не желал сидеть в тишине, – что за размолвка с маркизом? Об этом нигде нет никакой информации. Все уверены, что в семье Контеро тишь да гладь. 

Я поджала губы. Ну почему мы так медленно движемся? Была надежда, что пока мы едем до дома, никаких серьезных разговоров не предвидится, но кэб ехал настолько медленно, что еще минимум полчаса нам с Оскаром придется сидеть в тесном закрытом пространстве. 

Все из-за ремонта дорог, который буквально поглотил город. Мощеные булыжником улицы заменяли на ровное покрытие, которое предполагало, что транспорт будет ездить куда быстрее, а трясти его будет куда меньше. Не знаю… На данный момент из-за всего этого скапливались целые пробки, чего раньше никогда не бывало, и приходилось делать огромные крюки, чтобы добраться до места, путь до которого раньше занимал максимум минут двадцать.

– Если тебе сложно говорить, можешь сесть рядом, я тебя морально поддержу, – Оскар приглашающе похлопал по сидению рядом с собой.

– Вы специально? – осведомилась с раздражением.

– Немного, – он свел вместе указательный и большой палец, показывая степень этого своего “немного”, – Ну так что? Или мне начать гадать? 

Его предположения точно были бы на грани, поэтому пришлось сдаться:

– Да все просто. Он решил, что я не его дочь. 

– А это так?

– Конечно же нет! Моя мама никогда бы так с ним не поступила! Она любила только его, всегда была верна ему. Это… Кэприсия вложила в голову отца такие ужасные мысли.

– То есть разлад начался после того, как она появилась в вашем доме?

– Да.

– Но ты ведь и правда не очень похожа ни на маркиза, ни на брата, – заметил Оскар, привычно подпирая висок ладонью, локтем упираясь в стенку кэба, – Светлоглазая и светловолосая, нет горбинки на носу, что явно заметна у мужчин семьи. Может, твой отец прав?
Он говорил спокойно, словно не видел никаких проблем в том, что я могу быть незаконнорождённым ребенком, а моя мама – неверной женой. 

– Волосы я покрасила одним из ваших зелий, – не сдержала усмешки, – неужели, не распознали? Что же касается глаз… Моя мама тоже была голубоглазой. Это ничего не значит. Такие подозрения меня оскорбляют, знаете ли. 

Имираль – страна, находящаяся на южной побережье континента. Зимы здесь не суровые,  а солнце радует свои присутствием целых десять месяцев в году. И в большинстве своем жители ее отличаются темными волосами и такими же глазами. Мне кажется, брюнетов среди населения чуть ли не восемьдесят процентов. Конечно, дамам хочется выделяться, быть не такими, как все. Века два назад с этой задачей справлялись парики – хвала Светлейшему, я это время не застала. Потом наступило небольшое затишье, а после у нас появился граф Иеноморте, и его зелья. Можно было поменять, что хочешь: цвет глаз, волос, сделать кожу светлее или, наоборот темнее. Некоторые снадобья можно было принимать только в присутствии специально обученного целителя, который мог направить действие зелья именно в ту сторону, которую было необходимо. Леди азартно меняли свою внешность до неузнаваемости, тратя на это все больше и больше денег.

– Странный выбор, – заметил Оскар, – серебристые волосы… Словно оттенок волчьей шерсти. Почему  именно этот цвет? Не помню, чтобы у меня было зелье, дающее такой эффект.
Он как будто на что-то намекал... Но я никак не могла эту мысль уловить.

– Захотелось, – отрезала сурово, – и я просто смешала два разных эликсира. 

Это произошло после очередной ссоры. Отец вдруг приказал убрать все мамины портреты с глаз долой, хотя они до этого спокойно висели в галерее и никого не трогали. 

– Видеть ее не желаю. 

– Но папа! – я пыталась его образумить, – она же ни в чем перед тобой не виновата! Ты и сам это прекрасно знаешь. Зачем ты слушаешь эту…

– Анна! – он грохнул кулаком по столу. – Я никогда не принимаю поспешных решений, ты меня знаешь. И на чужие слова не полагаюсь. Сам все проверил. Так что выйди вон, будь добра. И в ближайшее время не попадайся мне на глаза, будь добра.

Я вспылила и в тот же вечер сменила цвет волос, пытаясь сделать что-то похожее на тот, который был у мамы. Правда, получилось куда светлее, но все равно отца перекосило. Потому что уж очень я стала похожа на его первую жену.

Может, это пробудило еще большую ко мне неприязнь с его стороны, не знаю. Но я не жалела. 

– Посмотрите, кто сидит напротив меня, – восхитился иронично Оскар, – начинающий зельевар. Может, и выпила ты тоже какую-то смесь из эликсиров, и теперь только зря меня обвиняешь? 

– Конечно, это мой коварный план по заполучению вас в мужья, – съязвила в ответ, – думаю, получилось отлично, как считаете? 

Он широко ухмыльнулся. В глазах заплясали демоны.

– Просто великолепно. И все же. Почему ты так уверена, что маркиза Контеро ни с кем не связалась за спиной у твоего отца? – и добавил, больно полоснув словами по сердцу, – Ты ведь своему жениху тоже изменила.
***
Не разговаривайте со странными котами, иначе окажетесь в другом мире! А там вам на голову свалится загадочное поместье, мрачный красавчик-дракон и работа...  Правда, стоит быть осторожной, ведь все не то, чем кажется.

Оскар Иеноморте

– Я… – она смяла пальчиками ткань платья, не зная, что поделать с охватившем ее стыдом. – Это…

– Была не ты, – подсказал Оскар, – действовала на проснувшихся инстинктах, которыми противостоять было очень сложно.

Лучианна кивнула, кинув на него растерянный взгляд. Словно не ожидала, что он поймет. Ну, в таком случае он был бы совсем глупцом. Зачем устраивать драму на пустом месте? Ну потерялась немного девушка, с кем не бывает.  Оскар не видел ни одной причины, по которой нужно было провоцировать скандал. Хотя, возможно, дело в том, что никогда у него не было невесты или любимой женщины и преданным бывать ему не доводилось? Впрочем, неважно.

– И я знаю только один вид существ, у кого просыпается такая… тяга к другим, особенно ближе к ночи, – продолжил он.

Оскар мог бы сказать все более прямо, но ему уже было немного жаль девушку. И так день сегодня выдался непростой. Для нее. Он-то чувствовал себя великолепно. 

– Кого? – спросила она осторожно.

– Оборотни, – отозвался граф, – и прежде чем ты начнешь со мной спорить, послушай вот что. Силы нежити всегда увеличиваются к ночи. Нас всех зовет нечто темное, скрывающееся в ней. Но голод у всех просыпается разный. Личей манит энергия, получаемая от смерти живого существа, вампиры и упыри жаждут крови, оборотни – вожделеют близости. И так далее. Итак, убивать ты не хочешь, кровью не интересуешься, зато с ума сходишь, стоит только в поле зрения появиться мужчине. Ну и всякие другие моменты: звериные повадки, вертикальные зрачки, когти... Может, скоро и хвост с ушами отрастишь.

Он улыбнулся, наблюдая за тем, как смелая леди заливается густым румянцем, начиная от шеи, заканчивая мочками ушей. Кажется, даже оголенные плечи от смущения немного порозовели. 

– Неправда, – Анна попыталась отмазаться от недостойного воспитанной девушки описания, – Это не так! И ты меня что, женщиной легкого поведения сейчас назвал?

Она наконец перешла на “ты”. Конечно, такие темы обсуждать формально было невозможно.

– Я такого не говорил, – возразил Оскар, – это просто твоя природа просыпается, и с этим трудно совладать, особенно поначалу. 

– Н-ничего я не вожделею, – она гулко сглотнула, – ты что-то неправильно понял. Просто странно реагирую, вот и все…

– Уверена?
Честно, удержаться было сложно. И не хотелось.

Он подался вперед и одним быстрым движением пересадил девушку на сидение рядом с собой. Приобнял за плечи, мешая испуганно взбрыкнуть и забиться куда-нибудь в уголок подальше от него. 

– Это не “странно”, – зашептал Оскар ей на ухо, касаясь губами нежной кожи, – это желание. То самое, что просыпается где-то внутри, постепенно разгораясь пожаром, поглощая все посторонние эмоции и мысли. И все, чего ты хочешь – прижаться поближе, поскорее слиться в одной целое, чтобы, наконец, почувствовать удовлетворение, погасить нестерпимый жар, который все не прекращает тебя терзать. 

– Прекрати! – взвилась Лучианна. От нее полыхнуло таким взрывом возмущения пополам с возбуждением, что у Оскара на мгновение немного помутнело в голове. А следом прилетела весьма ожидаемая пощечина. – С ума сошел?! 

Может, Оскару не стоило ее подначивать и дразнить. Но в таком случае Лучианне не надо было связываться с ним. Потому что он просто не мог себе позволить упустить такую возможность. Но хорошего понемногу – Оскар убрал руки и девушка тут же села обратно, по пути во второй раз пнув его ногой, на этот раз прямо от души. 

– Мы же договаривались! – она обхватила себя руками за плечи, пытаясь успокоиться.

– А я ничего и не делал, – заухмылялся он, потирая пострадавшую щеку. Сегодня прямо день пощечин. Впрочем, вторая была куда болезненней чем та, которой его одарил тот слизняк, именующийся виконтом. – Мы с тобой просто наслаждались беседой, верно?

– Ты!.. – Анна не знала, куда себя деть. Тело била крупная дрожь, а в эмоциях был такой сумбур, что он даже на секунду пожалел, что решил так подшутить. Правда, всего лишь на секунду. 

– Спокойно, – Оскар пустил в ее сторону синий огонек, разом успокаивая девушку. Хорошо быть гением – можно быстро придумать подходящее заклинание за несколько часов. – Я просто показал тебе, что происходит. Ты вспыхиваешь спичкой даже от слов, так где я неправ?

– Я не оборотень. Ты ошибаешься… – она устало прижалась затылком к стенке кэба, длинно выдыхая. Оскар задумчиво наблюдал за медленно вздымающейся и опускающейся грудью, обтянутой голубой тканью. – Это все зелье. Странные побочные эффекты от твоих эликсиров.

– Может, что-то в составе могло спровоцировать обращение во взрослом возрасте, только факт остается – в твоих жилах течет кровь оборотней, – он не ожидал моментального принятия такой шокирующей информации, так что понимал такую негативную реакцию. – Завтра я возьму с собой в лабораторию тот флакон, что ты мне отдала и постараюсь восстановить состав находящегося там зелья и все станет немного яснее, но не решит твою проблему.

– Нет, ты поймешь, что ошибаешься, – припечатала Анна, – Это невозможно. Весь мой род – чистокровные люди. Я не могу быть чудовищем по рождению

– Потому что это унизительно? – поинтересовался Оскар.

– Мерзко! Я вообще не понимаю, почему всем этим мертвым, всей этой нежити дали возможность так спокойно жить среди нормальных людей!
Она почти прокричала эти слова, выплескивая на собеседника весь накопившийся негатив.
Ого. Неожиданно.

– М-м-м, – многозначительно протянул Оскар.

Глаза невесты испуганно округлились, когда она поняла, в присутствии кого сейчас все это сказала.

– Ох, извини! Я не это имела в виду…

– Ничего страшного, мне абсолютно все равно кем ты там нас всех считаешь, – Оскар все-таки не удержался и обнажил клыки. Давненько его мерзостью не называли.
Лучианна тут же притихла, испугавшись его реакции. И это они еще не прояснили вопрос, касающийся его природы – весьма глупо со стороны девушки. Наверное, когда она узнает, то еще больше пожалеет, что с ним связалась. Что же, надо думать было получше.
А впрочем... в чем она неправа? Он усмехнулся, в очередной раз думая, какого цдага все еще цепляется за эту излишне категоричную во всем страну. 
– Приехали! – послышался голос кучера. Кэб затормозил, останавливаясь прямо напротив ворот дома.
– Пойдем? – спросил Оскар, – Или вдруг появилось острое желание возвратиться к жениху?
***
Приглашаю вас в свой 
Эксклюзивные новости, визуалы персонажей и просто хорошая атмосфера ждут вас