Лу-лу снова в деле

— Ну и? — обвёл нас недовольным взглядом канцлер. Судя по тому, что мужчина щеголял по кабинету в красных штанах с золотыми лампасами и белом мундире, он, как и мы, только недавно вернулся с бал-маскарада. — Рассказывайте! Как вы умудрились во всё это вляпаться?

Новогодний бал во дворце закончился для нашей компании крайне неожиданно. Не успели отгрохотать устроенные адептами магической академии фейерверки, а мы — Серж Вейн, Алекс Бринье и я, Розалинда Свейн с маленьким псом в руках — уже стояли в кабинете главы канцелярии. Выглядела наша троица с собакой, мягко говоря, паршиво. Ещё бы! Только час назад мы танцевали, веселились и пили шампанское, не думая, что в первые же часы Нового года будем получать нагоняй от вышестоящего руководства. Это когда мечтаешь о медалях за проделанную работу, а вместо этого получаешь по шеям. Кто ж знал, что желания под ёлкой надо было загадывать не про любовь.

Несмотря на внешнее спокойствие, хозяин кабинета был раздосадован. Канцлер явно планировал провести утро в кровати с женой под боком, а вместо этого приходилось отчитывать нерадивых подчинённых.

Я смотрела на него и никак не могла понять, что мы сделали не так — убийцу поймали, при задержании никто не пострадал, настоящая баронесса могла спокойно возвращаться домой. Мы ещё и контрабанду обнаружили. Чем канцлер недоволен, спрашивается? В голове у меня был такой бедлам, словно там поселилась воронья стая и никак не могла рассесться по своим местам, поэтому ответа на вопрос там не было.

— Вы сейчас о чём? — вежливо уточнил Серж и перекатился с пятки на носок, а потом обратно.

Я проследила за его телодвижениями. Может это специальное упражнение, чтобы мозги заняли правильное положение после бессонной ночи и выпитого шампанского? Похоже, не только у меня были проблемы с головой.

— Я о чём? — недобро прищурился канцлер и смерил своё чадо многообещающим взглядом. — Да о новогодних плюшках! Какого лешего вы влезли в чужой дом и устроили там обыск?!

— Что?! — подскочил Серж. — В чей, простите, дом?

— В чей?! С ума сойти! — Начальство прищурилось, нервно запыхтело и сжало кулаки, стараясь взять себя в руки и не поколотить своего отпрыска. — Вы что, так часто это делаете, барон, что даже вспомнить не можете?

— Могу! — вытянулся Серж. — Но не так быстро. Просто хотелось бы уточнить. Вы сейчас про что? Это по поводу нашего последнего расследования? Или это касается моих похождений…

— Да причём здесь это, господин Вейн! — воскликнул канцлер. — Если бы я каждый раз вызывал вас по поводу ваших ночных вторжений в чужие дома, то вы бы, барон, отсюда вообще не выходили.

— Но должен же был я уточнить…

— Не надо, — перебил его Алекс. — Кажется, я понял, о чём вы, господин канцлер. Всё дело же в чёрном мешочке, что мы недавно передали вам?

— Какая дальновидность, — хмыкнув, седовласый хозяин кабинета остановился напротив Бринье и уставился на него.

Таким же взглядом мой бывший сосед Джеки одаривал своих свиней, выбирая, какая из них украсит праздничный стол.

— Мы, действительно, следили за виконтом Виполем… — осторожно начал Алекс.

— …и доследились, — раздражённо перебил его канцлер. — Это я уже понял. Меня интересует другое. Почему вы устроили обыск без моего разрешения? Чтобы устраивать такое, должны быть веские основания. У вас они были? Уж от кого-кого, а от вас, граф, я такого разгильдяйства не ожидал.

«Граф?» — вытаращилась я на Алекса, пытаясь вспомнить: я что-то пропустила в этой жизни? Не могла же я забыть, что Алекс Бринье знатного рода? Или могла?

А может, я настолько привыкла, что вокруг меня вьются маркизы, графы и бароны, и потому просто не придала этому значения. Я мельком взглянула на Алекса и поняла, что во всём виновата Ребекка и Лу-лу. Это из-за них я стала воспринимать мужчину иначе.

Дьявол! Сердце ухнуло вниз и забилось подстреленной птицей. Я как-то совсем упустила из виду, что он тоже может быть из числа знати. С чего я взяла, что он простой детектив? И с чего я взяла, что ему нужна простая секретарша? И вообще, меня на работу-то взяли? Это сколько же вопросов и ни одного ответа! Мысли пронеслись в голове, подобно табуну, и так же резво исчезли, оставив меня отбиваться от нападок канцлера.

— Мы не вломились! — решила я восстановить справедливость, не отводя взгляда от графа Бринье. Предаваться стенаниям, времени не было. В воздухе ощутимо пахло неприятностями. Вот только какими, я пока не поняла. — Виконт Виполь сам пригласил нас посидеть за чашечкой чая.

— Чашечкой чая, значит? — развернувшись ко мне, канцлер смерил меня недоверчивым взглядом, в котором явно читалось: ты ври, да не завирайся. Я с самым честным видом, на который только была способна, кивнула. — После полуночи?

— Ну, хорошо, — решила сознаться я. Большая я девочка, в конце концов, или нет? — Не чая. Нас позвали на рюмочку коньяка. Так лучше? А в чём, собственно говоря, дело? Пить чай с коньяком сейчас запрещено?

— Нет, госпожа Свейн, пока что не запрещено. А вот убивать хозяина из-за чашечки коньяка вам не следовало.

— Что? — спросили мы одновременно.

— То! — рыкнул на нас канцлер. — Виконт Виполь был убит в своём доме три дня назад. А нашли его только этой ночью. Случайно, заметьте. Он распустил всех слуг. И если бы кухарка не вернулась за забытыми подарками для внуков, то мы бы ещё про это не знали. Но самое неприятное, что есть свидетели, которые вас там видели. Ни неизвестную никому Розалинду Свейн, а баронессу Винзодор с компаньонкой и собакой. Вы хоть представляете масштаб скандала, что сейчас поднимется, стань это достоянием общественности? К тому же вы ещё умудрились вынести из дома алмазы!

— Подождите, канцлер, — нахмурилась я. — Но когда я уходила, виконт спал, словно младенец. И он был жив. Серж, почему ты молчишь?
Я развернулась к барону, который всеми силами посылал мне какие-то знаки, усиленно играя бровями.

— Серж? — раздражённый глава канцелярии повернулся к барону Вейну. — А что ты должен сказать? Уважь начальство, соври что-нибудь.

Барон не выдержал и закашлялся. Мне захотелось подойти и хорошенько врезать ему по спине. Он что, перепутал капли и подсунул мне вместо снотворного яд? Помнится, он уже присылал канцлеру вместо образца крови трусики куртизанки.

— Простите. — Серж, наконец, справился с приступом. — Отец…

— Канцлер, — перебил его хозяин кабинета. — Отец я тебе дома. И если бы мы сейчас были там, то я бы тебя уже чем-нибудь стукнул. Радуйся, что ты мой подчинённый, и я не могу заниматься рукоприкладством. А потом раз уж ты взялся работать на Правительство, то будь добр соответствовать. Так что ты должен был мне рассказать?

— Кхм, — прочистил глотку Серж. — Мы прорабатывали возможных убийц. Всех, кто проявлял излишнюю заинтересованность к Лу-лу Винзодор, необходимо было проверить. Виконт был одним из тех, кто пытал к ней определённые чувства, — Серж тщательно подбирал слова. — Вот мы и решили этим воспользоваться. Должны же мы были как-то определиться: наш он клиент или нет?

— Надо было оговорить это со мной, барон Вейн, а не заниматься самодеятельностью!

— Гав, — тявкнул Барончик.

— А ты вообще лучше молчи! — строго отчитал начальник пса. — Лохматым слова не давали.

Канцлер мерил кабинет шагами, явно недовольный происходящим и кидал косые взгляда на моего пушистого дружка. Тот радостно перебирал лапами и облизывался, явно принимая происходящее за игру и ожидая вкусняшку.

Если откровенно, то я бы на месте канцлера тоже злилась. Только хотел отдохнуть, а здесь такой «подарочек» со стороны сына и его коллег. «Бедный Ник Виполь, — подумала я. — Его всё-таки убили. Вот к чему приводит занятие контрабандой. А ведь Алекс говорил, что этим всё и закончится».

— А когда бы мы согласовывали?! — искренне возмутился Серж. Мне даже на мгновение показалось, что его тёмно-каштановые волосы от возмущения приподнялись.  — Мы вообще работали с наскока.

— Вот и наскочили, — буркнул канцлер.

— Что?

— Ничего! Продолжай, говорю.

— Да у нас информации было по минимуму! А главное —  у нас не было времени. Но к Виполю мы попали на законных основаниях.

— И что? — Отец и сын стояли друг напротив друга, и я в очередной раз подивилась: насколько же они похожи! — Он разрешил вам устроить у себя обыск?

— Не совсем, — выпалил Серж. — Виконт прилёг отдохнуть на это время. Внезапное недомогание, так сказать.

— Вы его усыпили? — догадался канцлер. — Ещё лучше!

— Самым лёгким средством, — быстро добавил Серж. — Совершенно безобидным.

— Совершенно безобидное средство — это слабительное, — буркнул канцлер, — и то не всегда. Нельзя превышать дозировку. А ты это своё снотворное пробовал, что так уверено об этом говоришь?

— Я пробовала, — решила поддержать напарника. — Перед тем как предложить виконту выпить на брудершафт, сделала из своего бокала маленький глоток.

— Вы и яды на себе предварительно опробовать будете? — с плохо скрываемой усмешкой взглянул на меня канцлер.

— Просто я не знала, как подсунуть снотворное, — созналась я. — Вот и сделала вид, что мне эта идея пришла в голову неожиданно.

— Сами-то не уснули?

— Не до того было. — Скромно промолчала я об истинных причинах. Не рассказывать же ему, что мне пришлось вытягивать Алекса из ловушки, в которую он угодил из-за надетого в целях маскировки платья. Роль Ребекки, моей компаньонки, не всегда давалась ему легко.

— И что теперь с вами делать? — канцлер окинул нашу компанию изучающим взглядом. — Спасибо, что настоящей баронессе так понравился наш план, что она укатила в Сплохию искать себе жениха, и возвращаться, пока не планирует. Видимо, воинственные сталаны заинтересовали её куда больше, чем родственники. А вот если бы она приехала сегодня — это была бы катастрофа! Что я должен был ей сказать? Баронесса, простите, но я должен вас задержать? Или, баронесса, извините, но вы теперь подозреваемая. Что молчите? Хорошо, что вы хоть что-то нашли у виконта Виполя. А если бы он оказался чист?

— Как его убили? — Алекс, по всей видимости, решил перевести разговор в другое русло.

— Как убили? — усмехнулся канцлер. — А он просто не проснулся после вашего снотворного. Вы понимаете, что сами сознались в убийстве?

Мы переглянулись. По моей спине пополз противный холодок.

— Но мы этого не делали! — не выдержал Серж.

— Присаживайтесь! — кивнул нам хозяин кабинета на стулья и направился к своему месту.

— Хорошо, хоть не садитесь, — нервно хохотнул Серж усаживаясь.

— Договоришься! — прищурился его отец.

— Да я вообще нем как рыба.

Я села рядом между Алексом и Сержем. Взглянула мельком на хмурое лицо графа. Он явно был озадачен, не меньше моего. «Кто же мог отравить Ника?» — в сотый раз спросила сама себя. Что-то такое промелькнуло в сознании, и я ухватилась за ещё не сформировавшуюся мысль.

— А где его нашли?

— Как где? В спальне, конечно, — посмотрел на меня канцлер. — Где ещё спят нормальные люди?

По всей видимости, сейчас он нам намекнул, что мы ненормальные.

— Постойте! — радостно воскликнула я. — Но когда я уходила, он лежал на диване. Мы с ним не добрались до спальни.

— Да, знаю я, что это не вы! Сейчас там работают криминалисты. Скоро будет понятно, что явилось причиной смерти. Плохо то, что вас видела старая маркиза Дудль.

— Как она могла нас видеть? — не поняла я. — Мы были в доме одни.

— Маркиза Дудль вздорная старуха, поселившаяся напротив Виполей года три назад! — поморщился канцлер. — Живёт она одна. Ну, не совсем одна. Прислуга у неё, конечно, имеется. Она у нас женщина небедная и очень деятельная. У меня от её кипучей энергии куча заявлений. Надо было вам на неё нарваться! Когда-то она решила, что ей скучно живётся, и купила себе увеличительную трубу. Но это ещё не всё. Маркиза до сих пор заседает в Попечительском совете при академии. Вы поняли, о чём я?

Я покачала головой.

— Она дружит с артефакторщиками, — усмехнулся Серж. — Я уже про это слышал.

— Старуха не просто дружит, она их опекает. А потому у неё очень много всяких полезных и не очень штучек, которые она очень ловко пускает в ход, когда ей надо, — вздохнул канцлер, — или когда скучно. Как бы то ни было, но вы каким-то образом попались ей в тот вечер на глаза.

— Барончик, — прошептала я. — Это он принялся лаять, когда ты вышел из кареты, — я посмотрела на Алекса.

— И она очень красочно описала ваш отъезд, — усмехнулся канцлер. — Что вы там делали?

— Выбирались из ловушки, — всё же пришлось сознаваться мне. Алекс молчал, судя по ходящим желвакам, эту тему обсуждать он не хотел.

— Кто попал? — поинтересовался глава канцелярии.

— Я, — созналась я в том, чего не делала. Не подставлять же Алекса. — Граф Бринье сказал, чтобы я сидела на месте, но я не послушалась.

Взглянув мельком на Бринье, я заметила, что он смотрит на меня в упор. Особой благодарности на его лице я не разглядела. Вот и пойми этих мужчин! Что не сделаешь, они всё недовольны.

— В общем, так, — хлопнул ладонью по столу канцлер, — то, что нашли убийцу — хорошо, а вот то, что попали в историю — плохо. С баронессой Винзодор я договорился. Она вошла в наше положение и любезно согласилась слегка задержаться в Сплохии. Теперь нам надо как-то выкручиваться. Придётся вам ещё немного побыть в этом образе, госпожа Свейн. Убийц Виполя надо найти.

— Убийц?! — вытаращилась я на него. — Вы считаете, что их было несколько?

— Я пока не знаю точно, но моя интуиция меня редко подводит. Предположения есть, за что убили виконта?

— Есть, — Алекс взял со стола какой-то лист бумаги и нервно переложил на другую сторону. — С ним, скорее всего, покончили из-за алмазов, которые мы забрали. Возможно, это был долг, который он пытался вернуть. А может, он был посредником, передавал крупные партии через контрабандистов. На этом можно заработать гораздо больше, чем просто на роме.

— Вот и я так думаю, — хлопнул по столу маркиз. — Алмазы!

— Мы не знали, что в мешочке, — не смогла промолчать я. — Алекс, то есть граф Бринье, не разрешил мне его открывать.

— И правильно сделал. А то бы вы сейчас с нами здесь не сидели.

Я примолкла. Иногда длинный нос до добра не доводит. Спасибо Алексу, что вовремя меня остановил.

В агентство мы вернулись часов в десять. Чёрная карета канцелярии без всяких опознавательных знаков остановилась прямо напротив нашего крыльца.

— Влипли так влипли, — Серж, не раздеваясь, прошёл в кабинет, уселся за стол и нервно застучал пальцами по столешнице.

— Не стучи, — Алекс повесил своё пальто и устроился за своим столом напротив, а я осталась стоять. Своего места у меня в агентстве пока не было. Мне не успели его выделить. Сразу, как пришла, пришлось отправляться на задание в роли подсадной утки. — Розалинда, извини! — через минуту мужчина опомнился и вскочил. — Я сейчас поставлю тебе стул.

— Давай пальто, — предложил Серж.

— Бароша, беги, — я опустила своего пёсика на пол и, сняв верхнюю одежду, уселась рядом с мужчинами.

— Идеи есть? — потёр переносицу барон Вейн.

— Пока нет, — буркнул Алекс.

— Кто же к нему приходил? — взлохматил волосы Серж. — Надо наведаться к старой маркизе. Вдруг она ещё что видела?

— Канцлер бы об этом сказал.

— Я не знаю, кто к нему приходил, — не смогла промолчать я, — но он точно той ночью никого не ждал. Он собирался провести её со мной.

— А убили его когда? После полуночи. Потому что до этого в доме были мы. Правильно?

Алекс взял лист и стал писать. Я с любопытством следила за мужчиной.

— Со слов моего отца, — добавил Серж, и Алекс сделал приписку.

— Кошмар! — не удержалась я. — Это что же получается, если бы я осталась, меня бы тоже того…

— Розалинда, вы маску не хотите снять? — предложил Серж. — Я закрыл дверь в агентство, так что никто вас здесь не увидит.

— Ой! Если честно, я про неё забыла, — не удержавшись, я улыбнулась.

Когда мне сказали, что нас ждут в канцелярии, я схватила брошенную кем-то чёрную маску с небольшой вуалью, прикрывающей нижнюю часть лица. Она была настолько удобная и лёгкая, что я её не чувствовала.

— Всё-таки к маркизе надо сходить, Алекс, — продолжил Серж. — Вдруг она вспомнит что-нибудь? Заодно послушаю, что про вас расскажет. Как вы там возвращались, не хотите меня просветить?

— Много будешь знать, скоро состаришься, — буркнул граф.

— Ой, да ладно, — усмехнулся барон. — Всё равно не раньше, чем ты. Так что там с маркизой?

— Я думаю, что ничего. Отец твой сказал, что попросил её на эту тему не распространяться.

— Ты в своём уме, Алекс? Когда у меня не получалось побеседовать с женщиной. Да я выпотрошу из старухи всю информацию. Ты же меня знаешь!

— Ну, попробуй, — ухмыльнулся Алекс. — А мне надо попасть в дом виконта. Посмотреть место убийства. Кстати, Серж, а помнишь, я тебе передавал порошок, что нашёл в доме? Напомни, что там было?

— А я тебе разве не говорил? Там была пыль порошка счастья, Алекс.

— Ник употреблял эту гадость? — нахмурилась я. — По нему не скажешь.

— Или у него был кто-то, кто эту гадость любил, — задумчиво проговорил Алекс.

— А Барончик нанюхался и так сладко спал.

Я повернулась и посмотрела на своего пёсика, весело бегающего из угла в угол.

— У каждого счастье выглядит по-своему, — усмехнулся Серж. — Твой пёс решил просто выспаться. Эх, Барон, знал бы ты, как я тебя понимаю!

Серж и Алекс ушли, а я осталась ждать карету. Баронессу Винзодор никто не должен был видеть в агентстве «Зеркало истины». Я сидела, смотрела в окно и вспоминала, как попала сюда.

Казалось, что это было давным-давно, а на самом деле всего несколько дней назад. За это время произошло столько всего, что будет, о чём вспомнить в старости. А то вся моя за жизнь до этого укладывалась в несколько предложений. Детство. Родители, не желающие учить своих детей. Светлым пятном во всём этом был мой сосед — старый преподаватель магической академии, обучивший меня наукам.

Потом было неудачное замужество. Ворошить прошлое не хотелось. А кому приятно вспоминать мужа, которого и выкинуть нельзя, и куда пристроить — не знаешь. Свекровь всегда говорила: хороший мужик на дороге не валяется. Конечно, не валяется! Здесь я была с ней совершенно согласна. Он валяется на диване, или с соседкой на сеновале, или ещё где-нибудь, например, на лавочке в таверне.

Пока мой супружник прохлаждался, я месила тесто, занималась выпечкой, таскала мешки с мукой, закупала пряности и сладости, и в нагрузку терпела вредную свекровь, которая могла брюзжать, словно несмазанное колесо с утра до вечера. И никакой тебе любви и ласки. Всё это продолжалось до тех пор, пока я не овдовела. Только деваться мне было некуда, пришлось оставаться при пекарне бесплатным работником. Очень выгодным для свекрови и свёкра. И всё из-за моего дара таскать тяжести! Я его не особо скрывала, считая, что в этом нет ничего удивительного. А вот когда поняла, что это не так, окружающие уже приняли это как данность. Прошло немного времени, и донна Фланенто стала от меня требовать работать больше. Тяжёлый для многих физический труд стал для меня нормой. Я играючи поднимала тяжести, а потому была при пекарне незаменимым работникам.

Не знаю, как долго бы это продолжалось, не отправься я за предновогодними покупками в столицу. Вот там мне и попалось на глаза объявление о приёме на работу. Сыскному агентству «Зеркало истины» срочно требовался секретарь, а мне — свободная жизнь. И я решила рискнуть.

Риск, говорят, дело благородное. Не знаю у кого как, а я сразу влипла в историю. Кто же знал, что я похожа на некую очень богатую и взбалмошную баронессу Винзодор, планировавшую приехать в столицу на праздники. И в этом не было бы ничего из ряда вон выходящего, не заведись в столице маньяк, убивающий состоятельных женщин.

Чтобы обезопасить баронессу, а заодно поймать убийцу, мне пришлось на время стать Лу-лу — вздорной богачкой с длинным хищным носом, приехавшей из солнечной Бриварии. Теперь у меня должно было быть много денег, драгоценностей и умопомрачительных нарядов. И обязательная в таких случаях компаньонка, которой неожиданно для меня стал Алекс Бринье. В нагрузку я получила толпы поклонников, желающих приобщиться к чужому богатству. И даже мой длинный нос отпугивал не всех.

Когда преступника поймали, я думала, что всё закончилось, он понесёт заслуженное наказание, настоящая баронесса приедет к своим родственникам, а я наконец-то усядусь в агентстве за стол, буду принимать посетителей, заваривать начальникам крепкий чай и кофе. Но…

Всё изменилось, и мне придётся вновь возвращаться в дом графа Акрона, опекающего двух племянниц. Граф так привык к особняку в центре столицы, что расставаться с ним уже не желал.

И здесь я увидела, что к крыльцу подъехала карета. Время воспоминаний прошло. Я накинула шубку, плащ с капюшоном, чтобы никто не узнал, позвала своего чёрного пушистика и вышла на улицу. Пора вновь становиться Лу-Лу Винзодор.

****

— Тётя! — не успела я переступить порог дома, меня чуть не снесла с ног одна из племянниц. — Тётя! Дядя назначил нашу свадьбу через десять дней!

— Это же хорошо, Софи? Ты же мечтала выйти замуж за своего Бонифаса. Надеюсь, что теперь ты счастлива?

— Тётя, — вытаращилось на меня голубоглазое создание, — какие десять дней?! Мы же не успеем сшить платье так быстро. Да одна только материя будет ехать две недели.

— Софи, я не поняла, ты хочешь за Бонифаса замуж, или нет? Или он так и будет натирать мозоли?

— Конечно, хочу! — подскочила племянница. — Тётя, ты можешь потише про мозоли? Вдруг дядя услышит.

— А ты думаешь, он проспался? Я не уверена. Так что насчёт свадьбы? Десять дней?

— Свадьба бывает раз в жизни, и я хочу быть неотразимой, — вздёрнула плутовка свой аккуратный нос.

— Не боишься, — усмехнулась я, — что твой суженный не дождётся тебя и сбежит? Или дядя передумает. Мало ли как могут измениться обстоятельства. У него может обостриться геморрой, разыграться подагра, в конце концов, элементарное расстройство пищеварения может спутать все карты. И всё! Он не сможет сидеть, стоять, расстаться с отхожим местом, а ты останешься не у дел. Так что я бы на твоём месте не вредничала. Давай мы закажем платье в салоне мадам Трюго?

— Мадам Трюго? — нахмурила светлые бровки девушка. — Что-то я про такую модистку не слышала.

— Я думаю, ты много ещё про что не слышала, дорогая.

— Кстати, тётя, а где ты была? Я не смогла найти тебя на балу.

— А я и не хотела, чтобы ты меня нашла, Софи. Могут у меня быть свои дела? Может, я, как и ты, целовалось под омелой?

— Ой, тётя, вы видели, — изобразила Софи смущение.

— Целоваться посреди зала, не надев даже маску? Софи, ты в этот момент считала себя невидимой? Или загадала, чтобы все вокруг ослепли? Если да, то спешу тебя огорчить — твоё желание не сбылось.

Софи надулась. Я не стала смотреть на её недовольную физиономию и отправилась к себе в комнату. После столь нервного утра и бессонной ночи хотелось отдохнуть. Переодевшись, я отослала служанку и пристроилась на диван. Но стоило мне прилечь, обнять притихшего Барончика, как в голову полезли всякие мысли. Кто убил виконта Виполя? Неужели это всё из-за меня? А если бы я не нашла тот злополучный чёрный мешочек с алмазами, он был бы жив? Тысяча вопросов и ни одного ответа.

И что это за отдых получился? За полчаса я передумала столько, что моя голова распухла. Я даже её потрогала. Пришлось вставать. И здесь меня осенило. «А съезжу-ка я сама к старой маркизе Дудль. Поговорю. Вдруг узнаю что-нибудь?»

Что-то мне подсказывало, что старая маркиза, вооружённая арсеналом всевозможных штуковин, знает куда больше, чем можно было предположить. Только вот засада, к виконту Виполю нас вёз его экипаж, а потому адреса я не знала.

Я нашла дворецкого и попросила заложить карету. Примерное место я всё же помнила. Не зря же топала там в валенках.

— Баронесса! — окликнул меня Пунч, когда я уже отправилась к себе. — Простите, а можно кое о чём спросить?

— Спросите, — милостиво разрешила я.

— Помните, вы здесь недавно говорили про нетрадиционную Бриварийскую медицину?

— Вас заинтересовал крем со слюной обезьян? Вы хотите избавиться от морщин? — поинтересовалась я, пытаясь скрыть улыбку.

— Да нет же, — отмахнулся дворецкий и перешёл на шёпот. — Мне бы настойку из вытяжки, — замялся он, — сами понимаете чего. Ну, этого, что есть у самцов обезьян.

— Ах, вы вот про что, Пунч! Проказник! — я погрозила ему пальчиком. — Решили порадовать жену?

— У меня нет жены! — напомнил он мне. — А это правда, что за Ребеккой можно приударить?

— Конечно! Моя компаньонка просто обожает, когда за ней ухаживают мужчины, — добавила я, понизив голос, и обернулась на дверь. Вдруг там вошёл Алекс и мне надо срочно ретироваться?

— Сэм, а вы не знаете, где живёт виконт Виполь? — решила поинтересоваться у дворецкого.

— Простите, баронесса. Знаю, что на Цветочной улице. Но точный адрес сказать не могу. Так что насчёт бриварийской настойки?

— Обязательно вам закажу, Пунч. Нетрадиционная бриварийская медицина способна даже мёртвого поднять, не то что решить вашу проблему.

Наш милый диалог прервал стук в дверь. Пока дворецкий открывал, я боролась с желанием улизнуть. Вдруг это Ребекка вернулась? Не хватало, чтобы Пунч принялся объясняться ей в любви при мне. Но я ошиблась, передо мной стоял полковник. Один из моих верных ухажёров.

— Баронесса! — воскликнул он, едва увидел меня. — Я едва не помер от беспокойства. Куда вы подевались? Я вас обыскался на балу! Как я могу исполнять обязанности телохранителя, если отсутствует тело?

— Что отсутствует? — не совсем поняла я.

— Простите, Лу-лу. Это я после бессонной ночи. Стресс, понимаете ли. Вы что, не поехали на бал-маскараде?

— Аскольд! Ну, что вы в самом деле? Кто же ходит на бал-маскарад так, чтобы его узнали? Конечно я там была! И вы три раза прошли мимо меня. Я даже подумала, что это вы меня незаметно охраняете, и решила не путать вам карты.

— Но вы-то меня узнали!

— Простите, полковник. Всему виной ваше героическое ранение, а вовсе не костюм Весёлого кузнечика из детской песенки. Кстати, кто надоумил вас его надеть?

— Я же не мог оставить вас одну в таком людном месте! А то, что бал костюмированный, и иначе не пустят, я узнал поздно. Это было единственное, что оставалось в магазине. Правда, штаны оказались коротковаты.

— А я думала, что это вы специально щеголяете с голыми щиколотками. Завлекаете, так сказать, женщин.

— Да вы что, Лу-лу! Какие женщины? Рядом с вашими бри… прелестями меркнет любая из них. Вы же знаете, как я к вам отношусь!

Хорошо, что в это время появился дворецкий, и это избавило меня от необходимости отвечать. А то я бы могла рассказать, что хорошо он относится к моим деньгам, а не ко мне.

— Баронесса, карета подана, — бодро доложил Пунч.

Полковник тут же сник. Он явно планировал у нас перекусить.

— Вы куда-то собрались, Лу-лу? Кстати, а где Ребекка? Она разве не едет? — засыпал он меня вопросами.

— Моя компаньонка с утра хотела пройтись по магазинам. У неё закончились пудра и румяна. Вы хотите поехать со мной, Аскольд? Я думала наведаться к маркизе Дудль.

Два раза упрашивать полковника не пришлось. Он был готов сопровождать меня куда угодно, лишь бы там кормили. А если бы там давали ещё и выпить, он был бы просто счастлив.

****

Вскоре мы катили в чёрной карете по направлению к Цветочной улице. Город после ночных гуляний был непривычно пуст. Магазины и лавочки закрыты.

— Лу-лу, а помните, как вы называли маркизу Дудль в молодости? — Озадачил меня Аскольд вопросом. Как я могла об этом помнить, спрашивается?

— Старой кошёлкой? — выпалила я первое, что пришло в голову.

— Точно! А я думал, что вы забыли. А помните за что?

— Ей не нравился мой нос? — предположила я.

— Да! Она сказала, что с таким крючком вы рискуете остаться старой девой, потому что мужики не рыбы, чтобы на него ловиться.

— Маркиза не угадала, — усмехнулась я. — Правда, Аскольд? Рыб вокруг в достаточном количестве.

— Да я вообще не пойму, что она так уж взъелась на ваш нос. По мне, так очень даже ничего. Нос как нос. Мне нравится.

— Мне тоже, — согласилась я с ним. «Во всяком случае, благодаря ему, я получила работу». — Барончик, — приподняла я своего мохнатого питомца, — а тебе нравится мой нос?

Мой пёс чуть не лизнул меня в лицо, выражая полнейшее одобрение моей внешности.

— Вот, мой друг с вами полностью согласен, полковник. А почему вы про это помните, Аскольд? Вы часто общались с маркизой Дудль?

— Я и сейчас с ней общаюсь, — буркнул он. — Правда, редко. Это моя двоюродная тётка. У неё прескверный характер. — Я вытаращилась на мужчину. Нет! Я всё-таки прибью своих напарников. Почему они не сказали, что маркиза Дудль тётка полковника? Мало ли что я могу ляпнуть. — Что с вами, Лу-лу? Вы про это забыли?

— Я? Нет, конечно. Я просто внезапно поняла, на кого вы так похожи.

— Вы находите?! — удивился мужчина.

— Я это образно, Аскольд. Знаете, иногда родственники похожи неуловимо. Какие-то жесты, движения, фразы, голос. Кстати, а вы давно у неё были? Я слышала, что она состоит в попечительском совете при академии?

— О да. Между нами, баронесса, тётка совсем свихнулась. Она уверяет, что весь её дом напичкан следящими жучками, глушилками и прочей дребеденью, которые изобретают артефакторщики.

— Это же интересно, — не согласилась я с ним. — И они работают, эти глушилки и следилки?

— Никогда об этом не думал. О! Мы почти приехали, баронесса.

Я вылезла из кареты и осмотрелась. Особняк виконта стоял как раз через дорогу. Надеюсь, что ни с Сержем, ни с Алексом я не встречусь. А то будут возмущаться, почему я не поставила их в известность о своей поездке.

Дом маркизы был построен из светлого камня. Я, наверное, в предыдущий раз была сильно озабочена предстоящим свиданием с Ником, раз не обратила внимания на это строение, фасад которого украшали декоративные ложные арки с резным обрамлением. Высокие окна, колонны с капителями на входе. Особняк маркизы был настолько белым, что казался слепленным строителями из снега. Судя по всему, старушка не бедствовала.

Дверь нам открыл дворецкий в красной ливрее и пригласил пройти в прихожую, которая по размерам больше походила на зал. Покосившись недовольно на моего пёсика, мужчина ушёл сообщать хозяйке о нежданных гостях. Через пару минут он вернулся, сообщив нам, что хозяйка готова нас принять. Мы отдали вещи подоспевшей прислуге и проследовали за ним в просторное уютное помещение.

— Маркиза Дудль сейчас подойдёт, — сообщил нам дворецкий и удалился.

Я уселась в мягкое кресло, полковник присел в соседнее, и мы принялись ждать.

— На самом деле тётя — ещё та язва, — прошептал Аскольд. — Так что сильно не обижайтесь.

— Постараюсь, — пообещала я.

Маркиза появилась минут через десять. Поздоровавшись, я с интересом рассматривала старуху. Худая и прямая, будто палка, пожилая женщина гордо держала свою седую голову, несмотря на возраст. Одетая в чёрное глухое платье, она выглядела этаким эталоном строгой монастырской наставницы.

— Каким ветром, баронесса вас занесло ко мне? — поинтересовалась она. — Пришли продемонстрировать свой нос? Хочу сказать, что он у вас за это время ничуть не уменьшился.

— Как и ваш язык, дорогая маркиза Дудль, — ответила я быстрее, чем успела сообразить. Хозяйка удивлённо округлила глаза и усмехнулась.

— Из вас выросла колючка, баронесса. Могу узнать, каким ветром вас занесло ко мне?

— Попутным. Вот, решила навестить вас. Так сказать, слегка развеяться, а то вокруг сплошная фальшь. Нужно немного отрезвляющей правды, чтобы совсем не зазнаться. А то ещё немного и сама себя признаю первой красавицей.

— Однако, — усмехнулась старуха, усаживаясь напротив нас. — Берта, принеси гостям чая.

— А можно мне кофе? — попросил полковник.

— Аскольд, кофе портит волосы. Тем более что у тебя на голове их почти не осталось, впрочем, как и мозгов внутри.

— Спасибо, тётя, — надулся полковник. — Ты всегда умеешь поддержать добрым словом.

— Поддерживать надо штаны, чтобы они не сползали, Аскольд, а добрые слова необходимо заслужить. Что так долго не появлялся у меня? Обиделся, что вычеркнула из завещания?

— Нет, тётя Мэри, просто был занят. Сама понимаешь…

— Понимаю, — усмехнулась маркиза. — Пытаешься окучить баронессу?

— Тётя! Ну как ты можешь такое говорить! — возмутился полковник и покраснел. — Я работаю у неё.

— И кем же, позволь узнать?

— Телохранителем! — гордо заявил Аскольд.

— Телохранителем? Это правда? — повернулась она ко мне. — Вы взяли вот этого хромоногого, телохранителем? — я, скрывая улыбку, кивнула. — Милочка, я всегда говорила, что вы страшненькая, но я никогда не думала, что вы ещё и глупая.

— Тётя! — вскочил Аскольд. — Это невозможно! Ты знаешь, что про тебя говорят из-за твоего языка?

— Не знаю, — усмехнулась старуха. — Они же говорят за спиной. Значит, об этом в курсе только моя… Не важно! Говорить надо в лицо, дорогой племянничек. Кстати, я надеюсь, что ты не поддерживаешь эти разговоры?

— Нет, — уселся обратно полковник.

В это время служанка принесла поднос с чашками и чайником. Разлив душистый чай, она удалилась.

— Тётя, ты бы хоть печенье или пирожные предложила, — пробурчал полковник, беря в руку фарфоровую чашку.

— Сладкое портит зубы, а у меня их не так уж и много. Всего тридцать три, так что их необходимо беречь.

— Тридцать два, ты хотела сказать, — поправил ей Аскольд, делая глоток чая.

— Тридцать три, дорогой племянничек. Лишний зуб у меня с ядом, чтобы кусать таких бездарей, как ты.

— Ну знаешь, тётя! — вновь вскочил полковник. — Это уже слишком. Я подожду вас на улице, баронесса.

— Погуляйте заодно с Барончиком, Аскольд, — попросила я, вручая ему свою собаку.

Полковник ушёл, а я пригубила напиток, настоянный на травах и прекрасно пахнущий.

— Какой удивительный чай, — не удержалась я, — с ароматом летнего леса. Где вы его берёте, маркиза?

— Вы же не про это пришли поговорить, баронесса? — выгнула тонкую бровь старуха. — Наверняка вы хотите узнать, как много я знаю про ваши похождения. Но не беспокойтесь. Я не из тех, кто выносит задаром мусор из своего дома.

— И сколько вы хотите за мусор?! — Я с удивлением смотрела на маркизу. Неужели ей мало денег? Или это уже старческое?

— Я хочу, дорогуша, чтобы вы мне рассказывали, как идёт расследование.

Добила меня «милая» старушка. Я даже на мгновение испугалась, решив, что она поняла — я не Лу-лу.

— Но я не собираюсь его проводить. Этим займётся канцелярия, маркиза Дудль.

— Не обманывайте, баронесса, а то я изменю о вас своё мнение, а мне не хочется. Ваша хватка мне нравится. Раз вы со своим носом-крючком умудрились заполучить лучшего мужчину Бриварии, то думаю, у вас получится выпутаться и из этой истории. Понимаете, я в том возрасте, когда становится скучно жить. Детей у меня нет, зато полно́ родни, пытающейся заполучить мои деньги. Мне импонирует, что вам нет дела до моего состояния, потому что у вас достаточно своих денег. Я не верю, что вы убили несчастного мальчика. Ник, конечно, был не подарок, но он не заслужил столь ранней смерти. Так что я помогаю вам выйти сухой из воды, а вы мне — не пропа́сть от скуки. Как вам такое соглашение?

Я с минуту смотрела на старуху. «А что я теряю? Не такая уж и плохая сделка. Маркиза со своим арсеналом, действительно может оказаться нам крайне полезной. Кто знает, вдруг мы найдём с ней общий язык?» И я решила рискнуть.

— Я согласна, маркиза, — улыбнулась я и отсалютовала ей чашкой чая. — За содружество!

— Так что вас интересует конкретно, баронесса?

— Можно просто Лу-лу. Видите ли, про себя и компаньонку я и так всё знаю. Меня интересует, вы помимо нас видели ещё кого-нибудь?

— Нет, — поджала губы маркиза. — Я не видела.

— А есть ещё кто-то? — с замиранием сердца спросила я.

— Не кто, а что, Лу-лу. Вы наверняка слышали про то, что я опекаю артефакторщиков. Есть очень талантливые молодые адепты, которые делают удивительные вещи. — Старуха сунула руку в карман и достала жука. Нечто похожее я видела в салоне мадам Трюго. — Знакомьтесь. Это Голанд. Он может передвигаться и следить за происходящим столько, сколько вам потребуется.

— Он живой? — я смотрела на насекомое.

— Когда-то был, — маркиза повертела жука в руках. — Адепты поместили внутрь артефакт слежения. Очень удобно, между прочим, вы видите всех, а вас — никто.

— А вы откуда знаете, что он видел?

— Баронесса, но кто-то же убил младшего Виполя? Значит, убийца там был. Я всё раздумывала, кому мне отдать Голанда, а здесь как раз подвернулись вы. Его надо прижать к виску. Это самое неприятное из всего. Как только он почувствует ток крови, он передаст вам всю информацию, что собрал. Хотите посмотреть?

— Хочу, — я протянула руку и, нисколько не сомневаясь, приложила жука.

Через минуту мой висок прострелила резкая боль, и вспыхнула картинка. Сюжеты мелькали в голове очень быстро. Я увидела тёмную улицу и нас с Алексом, выходящими из дома. А ещё я обнаружила то, что не заметила раньше. Дальше по улице стояла белая карета. Может, именно поэтому мы и не обратили на неё внимания? Обычно извозчики передвигались на чёрных, белые были личными. Когда мы скрылись из виду, оттуда вышел мужчина и направился к дому виконта. Неожиданно картинка приблизилась, и я рассмотрела незнакомца. Средних лет. Суровое лицо с резко очерченными скулами и сведёнными к переносице чёрными бровями. Нос прямой, с небольшой горбинкой, как после удара. Губы узкие, подбородок квадратный. Я его не знала. Он вошёл в дом виконта и вскоре вышел. Сел в свой экипаж и уехал. Больше на улице никого не было. Потом наступил рассвет и картинка погасла. Я медленно отняла жука от виска и посмотрела на маркизу.

— Узнали? — поинтересовалась старуха.

— Первый раз вижу. А кто это?

— Если бы я знала, милочка, я бы не стала с вами связываться. Жизнь стала такой пресной, так хочется отчего-нибудь офигеть. Например, от чьей-нибудь жадности. Или наглости. Можно даже жестокости. Что вы на меня так смотрите, баронесса? Я общаюсь с молодёжью и нахваталась от них разных словечек. Так что не удивляйтесь, если услышите. Догадываетесь, за что его убили?

— Судя по всему, он занялся чем-то противозаконным, — шёпотом произнесла я. — Я узнала, что он недавно рассчитался со всеми кредиторами, а значит, у него появились деньги, и немалые.

— Ник всегда любил тратить больше, чем имел. Так что ничего удивительного нет, что он решил свернуть с правильного пути.

— Маркиза Дудль, к вам ещё один посетитель, — бесшумно возник на пороге дворецкий.

— Кого это несёт на этот раз? — удивлённо посмотрела на дворецкого маркиза. — Похоже, у меня сегодня день незваных гостей.

— Барон Вейн, маркиза. Что прикажете ему сказать?

«Кажется, фортуна от меня отвернулась, — подумала я. — Серж всё-таки решил, не откладывая в долгий ящик, посетить маркизу».

— Приглашай! Наш третий ретировался, а нам для компании срочно нужен ещё один. Вы знакомы с бароном, Лу-лу? Ужасный повеса. Даже отец не может приструнить его. О, барон, а мы как раз про вас говорим. Проходите, голубчик.

— Доброе утро, маркиза. С Новым годом! Баронесса Винзодор, не ожидал вас застать здесь в первой половине дня, — он многозначительно посмотрел на меня.

— А мне, как и вам, барон Вейн, не спится.

— Послушайте, барон, — переключилась на нового гостя старуха, — вы ещё не женились? Так и бродите от одной юбки к другой и никак не зацепитесь.

— Я просто ещё не нашёл ту единственную, что была бы безупречна, маркиза. Это нелёгкая задача, должен вам сказать.

— Дорогой барон, искать женщину без недостатков может только мужчина без ума. Вы же сдохнете, простите за выражение, от скуки. Она же будет, как рыба.

— Не, мне такие не нравятся. Я люблю задорных и весёлых.

— Но такие дамочки обычно своевольны, барон. И не любят, когда их воспитывают. А значит, будут вам перечить. А вы говорите: должна быть безупречна.

— Вот потому я и не женюсь, маркиза. Лучше уж быть одному, раз не нашёл свою вторую половинку.

— Барон, вы меня пугаете. Скажите откровенно, вы собираетесь создать семью или задницу?

— Э… — завис Серж, не зная, что ответить.

— Так я и думала. Надо сказать вашему отцу, чтобы он вас срочно женил, пока вы не испортили себе жизнь. Кстати, вы ко мне по делу или просто мимо проезжали?

— У меня к вам конфиденциальный разговор, маркиза. Вы не могли бы уделить мне немного времени?

— Я, пожалуй, пойду, — я встала.

— Лу-лу, я буду вас ждать. Постойте, — она встала и, подойдя ко мне, прошептала: — Оставьте у себя то, что я вам дала.

— А как же…

— У меня есть ещё, — подмигнула она мне. — Захотите его использовать, капнете на него кровью. И запомните: картинку можно посмотреть только один раз.

****

Вернувшись, я поняла, что очень устала. Раздевшись, улеглась в постель и сразу провалилась в мягкие лапы тревожного сна. Снился Алекс. Его губы, сильные руки, блуждающие по моему разгорячённому телу, страстные поцелуи. Очнулась взбудораженная почти реальными ощущениями. Было немного обидно, что не дошли с ним до финала. Надо было так не вовремя проснуться. Как всегда, только размечтаешься, и бац, какой-нибудь облом.

В дверь тихонько постучали. Обычно так скреблась служанка, проверяя, на месте я или нет. Я отправилась открывать. За дверью оказалась не Бланш, а Ребекка.  Алекс снова стал моей компаньонкой с каштановыми волосами, аккуратным носом и тонкими губами. Только тёмно-серые глаза остались его.

— Какая приятная встреча. Думала, что уже и не увижу вас, Ребекка, — не смогла промолчать я.

— Это признание, что вы за мной соскучились, Лу-лу? — с усмешкой поинтересовалась она.

— Вам очень идёт это платье, компаньонка, — окинула я взглядом строгий серый наряд, единственным украшением которого служил ряд мелких пуговичек. — Вы в нём такая стройняшка. Ни талии, ни груди.

— Розалинда…

— А мы можем спокойно разговаривать? — намекнула я на его артефакт, создающий помехи подслушивающим. В ответ мне коротко кивнули.

— Уж и не чаяла увидеть вас в таком виде, — продолжила я невинным голоском.

— Я тоже думала, что больше это не надену, — буркнула Ребекка, подёргав свои юбки. — Снова эти платья! Как вы их носите? Я постоянно путаюсь в этих многочисленных тряпках, которые так и норовят попасть между ног.

— Зато у вас наверняка опять самые красивые туфельки и ножки.

— Прекрати, Розалинда, — едва слышно прошипела моя компаньонка, — а то поплатишься.

— Как страшно, граф. Кстати, а почему вы мне не сказал, что знатного рода?

Я, как и он, перешла на шёпот. Вдруг это тайна?

— А это что, так важно? — выгнул он чёрную бровь.

— Я бы с тобой не целовалась! — выпалила я то, что крутилось с раннего утра на языке.

— Вот те и раз! — опешил мужчина. — Как это влияет на поцелуи?

— Не хочу растрачивать их впустую, — буркнула я, понимая, что это всё выглядит по-детски глупо и злясь от этого ещё больше.

— Мы поговорим об этом позже, Розалинда. Сейчас не время. Нам сегодня вечером надо сходить в одно место.

— Обычно так говорят про туалет! — выпалила я, всё ещё кипя внутри.

Я взглянула на свою компаньонку. «Не понимает он! Как можно не понимать, что мы не пара? А с чего я взяла, что он серьёзно ко мне относится? — А вот думать об этом было больно. Ребекка спокойно взирала на меня. Под её ухоженной внешностью трудно было разглядеть мужчину, которого я полюбила. — Ужас», — испугалась я своих мыслей о непрошенном чувстве.

Самое обидное, что я даже не заметила, в какой момент это произошло.

— Лу-лу, вы сегодня какая-то нервная, — перешёл опять на официальное общение Бринье. — Может, вам стоит выпить?

— Я так с вами сопьюсь. То вы, то полковник, постоянно предлагаете мне выпить.

— Я про успокоительное. Не хотите узнать, что я нашёл в доме Виполя?

— Ничего вы там не нашли, — брякнула я в сердцах.

Что там можно было найти, если там работал профессиональный убийца? Я думаю, что виконт даже не понял, что его убили.

— А вы откуда знаете? — уставилась на меня моя компаньонка.

Я не хотела говорить про свою поездку к маркизе, но потом решила, что Серж всё равно расскажет. Лучше я буду первой.

— Я была утром у маркизы Дудль, и она мне кое-что показала.

— Надеюсь, вы забрали у неё это кое-что?

— Нет! Не забирала. Она сама любезно предложили взять. — Я вытащила жука их кармана платья. — Вы в курсе, что это такое?

— Артефакт, — спокойно ответил Алекс. — Подобные устанавливают для глушения разговоров или для прослушивания.

— Это другой. Он может следить за тем, что происходит вокруг, а потом передавать образ.

— Забавно, — Ребекка аккуратно подняла жука с моей ладони. — Дай отгадаю. После нашего громкого появления, маркиза Дудль решила узнать, что будет дальше? Да? — Я кивнула. — Я могу посмотреть?

— Нет. Он показывает картинку только один раз. И я этот раз уже использовала.

— И что вы увидели? Вы же что-то видели, да?

— Мужчину средних лет, — попыталась описать я незнакомца, — достаточно высокого роста. Похож на военного, широкоплечий такой. Одет был в чёрное пальто и меховую шапку, так что про волосы я ничего сказать не могу. Да, он ещё был такой скуластый, — я попыталась изобразить лицо руками, — и у него брови сходились на переносице.

— Иностранец? Глаза у него какие были? Узкие?

— У него были такие брови, что я не обратила на глаза внимания, — задумавшись, произнесла я.

— Негусто, — покачала головой Ребекка. — Брови можно было и приклеить. Но это лучше, чем совсем ничего.

— Кстати, он приехал на белой карете. Наверное, мы потому и не обратили на неё внимания.

— Постой, а я же её видел. Она стояла за три дома от нас. Я тогда подумал, что кто-то приехал в гости и решил остаться на ночь. Самое поганое во всей этой истории, Лу-лу, что он нас, по всей видимости, тоже видел.

— И что? — не поняла я. — Да мало ли гостей приходило к виконту.

— Да вся беда в том, что уходили мы с тобой в странном виде — это раз, Виполь был усыплён — это два, и наш гость не мог это не заметить — это три, а главное — пропали алмазы.

— Это четыре, — досчитала я за него. — Какая-то нехорошая картина вырисовывается.

— Да уж. Прокол так прокол.

— Нас убьют? — Сердце так колотилось в груди, что казалось, этот стук был слышен в коридоре.

— Не думаю. Им нужны камни, а если нас убить, мы не сможем рассказать, где они.

— Мне бы не хотелось, раньше времени отправиться к прародителям. — Страх внутри меня приподнял голову и потрогал когтистой лапкой мою душу. Неприятное чувство. — Может, сбежим?

Мечтать же невредно. Деньги за это платить не надо. Поедем с ним в тёплые страны, будем загорать. Я посмотрела на Алекса с надеждой. «Он сильный, смелый, — уговаривала я себя, — он обязательно что-нибудь придумает».

— Я думаю, что им надо дать нас схватить! — выдал мой работодатель.

— Что?! — выпалила я. Позагорали, называется! Как-то не на это я рассчитывала, когда пела ему дифирамбы. — Схватить? Да они нас с тобой сразу убьют, как только поймут, что не получат назад свои алмазы.

— Что ты так переживаешь, Лу-лу? Они же не знают, что у нас их нет. Пообещаешь им отдать свои, а там и Серж подоспеет с камнями.

— Ага, — скептически хмыкнула я, — если только не зависнет в каком-нибудь увеселительном заведении с очередной красоткой.

— А иначе мы их не найдём. Контрабанда драгоценных камней — дело очень прибыльное, но затратное. Каждый камешек больших денег стоит, а потому люди там серьёзные. Решайся! Всё будет нормально. Ты же не побоялась идти в дом графа Акрона.

— Да граф по сравнению с контрабандистами просто душка. Обязательно его расцелую, как увижу.

— Мне ревновать? — выгнул бровь Алекс.

— И что нам надо делать? — Не стала отвечать на его вопрос. Сейчас я себя чувствовала курицей. Бегаешь, скачешь, зёрнышки клюёшь, а над тобой зависла хозяйка с топориком. Знала бы, не рассказывала бы ему про карету и странного мужика.

— А ничего. Живём, веселимся как ни в чём не бывало, — пожала плечами Ребекка. — Они сами всё сделают.

— А одно место, куда нам надо сходить?

— Часа через три поедем, — подмигнула Ребекка. Весело ей, понимаешь ли.

Разозлившись, я забрала у него жука, что дала мне маркиза. Он понимающе усмехнулся и отдал. Я почти вытолкала компаньонку за дверь, сказав, что мне надо переодеться. Просидев минут двадцать на диване, слегка успокоилась. Я же сама захотела работать в детективном агентстве, так что винить некого. Надо было Алекса слушать, когда он меня брать не хотел. С другой стороны, я же устраивалась секретарём, а не подсадной уткой.

Успокоил меня Барончик. Всё-таки удивительный мне достался пёс. Залез на руки, потёрся, словно кот, и вся злость куда-то улетучилась. А вместо неё пришла уверенность, что всё будет хорошо. Глаза пуговки заглянули в лицо, будто спрашивая: ты что это, хозяйка, в свои силы не веришь?

— Верю! Пойдём ужинать, — предложила я ему. Пёсель обрадовался, спрыгнул с колен и закрутился вокруг ног. — Заодно напомню всем о моём существовании.