Лучше бы тебя не было

Лучше бы тебя не былоЯна Павлова

И что я скажу? Что? Сейчас позвонит мама, спросит, пришла Ирочка домой? Нет! Не пришла! Не пришла, мама, не пришла эта сволочь домой, и где ее опять искать я не знаю. И как сказать это маме... не знаю. Да что же делать-то, что? Звонок телефона остановил мое кружение по квартире, я замерла и уставилась на телефон, как на ядовитую змею. Казалось, если я возьму трубку - она обожжет мне руку.

Мама в больнице, у нее четвертая степень рака груди. Операцию сделали, но врач сказал мне, что никаких гарантий нет, точнее - надежды нет. Надо обеспечить правильное питание, и ни в коем случае не нервничать. И то и другое сделать трудно. Например, нужно пить сок свеклы. Но у нас в Норильске легче найти ананасы, чем свеклу. А про волнение и нервы...Как может мама не нервничать, когда я скажу ей, что моя сестра опять не пришла домой?

Скоро Новый год, 1989, чей он там по восточному гороскопу? Год земляной Змеи. Очень в тему. Лучше не придумаешь. Впервые в жизни я не жду Нового года, не жду праздника, который так любила, не хочу доставать елку с антресолей, не хочу, не хочу...

-Да, мамуль, как ты? - тряхнув головой, беру трубку.

-Нормально, Ленусь, вот очень бодро дошла до телефона. Спасибо за сок, за рыбку, все съела. Иринка вернулась уже?

Ну, зачем я отпустила сестру в больницу одну? Почему я это сделала? Мама просила, вот почему.

-На тебя все свалилось - и работа, и я, и Ирина. Отдохни хоть один вечер. Пусть Иринка сама прибежит, а ты побудь дома, дочка.

Побыла.

-Да, мам, не беспокойся, я ее в магазин отправила. Соседка сказала, что в "Енисее" свеклу выбросили и яблоки. Но, очередь в три вилюшки. Так что ты больше к телефону не ходи, ложись спать. А завтра утром я забегу к тебе перед работой. А вечером Ира придет, как сегодня.

-Хорошо, доченька. Спокойной ночи. Целую вас, мои родные.

Я положила трубку и подняла глаза на зеркало. Отшатнулась. На меня смотрело перекошенное в бешенстве лицо, со сведенными бровями, нездоровым блеском в зеленых глазах, и губами так плотно сжатыми, что казалось, их не было вовсе.

-А-а-а-а, - вой вырвался из горевшей от злости и бессилия груди. Хотелось ругаться, крепко, витиевато и долго, как плавильщику упустившему печь.

Моя сестра. Ей всего шестнадцать, и она достала всех вокруг. Кто хоть немного знает нашу семью, поражается, как могут у одних и тех же родителей быть такие разные дети. Можно было бы подумать, что ее перепутали в роддоме, так нет, она похожа на маму как две капли воды. Ангельская внешность - голубые глаза, белокурые кудряшки, худенькая, но при этом с формами. Вот только у Ирки мозги отсутствуют напрочь. Забыли вложить в черепную коробку хоть немного серого вещества. Мама главный бухгалтер треста "Энергомонтаж", и ее безмерно уважают за профессионализм, папа был очень образованным, добрым, очень много читал. Он погиб на стройке три года назад, несчастный случай. Я, без ложной скромности, отличница по жизни, школа с медалью, институт с красным дипломом. За четыре года работы продвинулась от лаборантки до начальника химической лаборатории. А Ирина ненавидела школу с первого дня, любила только наряжаться, петь и танцевать. А потом стала сбегать из дома. Уйдет в школу и пропадает. И мы с мамой ходим, ищем, возвращаем.

Почему она такая? Ведь ее любили, воспитывали так же, как и меня, папа ей читал те же книги, что мне, да только Ира слушать не хотела, книги рвала. Мама пыталась ее увлечь хоть чем-то, да какое там. И к психологу ее водили, и в кружки-секции, результат - ноль.

Ладно, хватит рефлексировать, мне надо найти сестру до утра. В прошлый раз я вытащила ее из квартиры, больше похожей на притон. Пойду туда для начала, потом к ее подруге, такой же шаболде.

Хорошо хоть погода сжалилась, не метет и мороз всего -30 градусов. Город такой праздничный, красивый, переливаются гирлянды, на проспекте светятся украшенные витрины магазинов. Люди улыбаются, что-то несут домой в пакетах, праздник же...

Я свернула с проспекта и, поскользнувшись, чуть не упала, но меня поддержали крепкие руки.

-Мы с вами раньше не встречались? Мне знакомо ваше лицо.

-А у меня лицо такое типическое-типическое, - вызверилась я, понимая что парень ничем не виноват, он меня спас от падения, но настроение такое, что разорвать хочется всех.

-Ну что вы, Алена Игоревна, какое же у вас "типическое" лицо? - засмеялся он.

Ненавижу, когда меня называют Алена, мое имя Елена, но откуда он узнал? Господи, да что со мной, это же из "Чародеев", он так ответил на мое "типическое", а у него есть чувство юмора. Я посмотрела на мужчину, попыталась улыбнуться, вышло плохо, судя по тому, что у него улыбка сползла с лица.

-Спасибо, - сказала и высвободилась из его рук.

-У вас что-то случилось?

-А вы, действительно, хотите это знать? - зло бросила я и пошла дальше.

Но он не отставал, взял меня за локоть и пошел рядом. Двинуть что ли ему этим локтем. Но не стала, еще драки с мужчиной мне не хватало.

-Я, действительно, хочу знать, - спокойно и уверенно сказал.

Я остановилась, посмотрела в темные, под пушистой енотовой шапкой глаза, хмыкнула и выдала.

-Моя мама лежит в больнице после операции, а сестра смылась в очередной раз из дома. И я до утра должна ее найти. Она мотается так с четырнадцати лет, в школу не ходит, вообще с детства всех ненавидит. Меня особенно. Почему? А не знаю я, такая вот она уродилась.

-М-да, - поправил он шапку, - И куда вы идете?

-В притон.

-Одна?

-А вы здесь еще кого-то видите? - опять начала злиться я, - Вы удивитесь, но как-то неудобно втягивать друзей в свои проблемы и приглашать прогуляться со мной по притонам.

-А отец, муж? - да он что мне тут допрос решил устроить?

-А нет никого. А теперь, еще раз спасибо и до свидания.

-Если друзей вам втягивать в проблемы неудобно, то можете втянуть меня, - пожал он достаточно мощными плечами в модной дубленке.

А что? С мужчиной будет проще. Пусть идет, раз такой отзывчивый. Я еще раз внимательно на него посмотрела, провела рукой по песцовым ушам шапки и ответила.

-А пошли!

Шли молча, только перед входом в подъезд мой спутник сказал.

-Может, познакомимся? Меня Игорь зовут.

-Их знали только по имени, - пробормотала я, - Елена. Кому сообщить в случае чего? - добавила, входя в подъезд.

-Чего? - уставился он на меня.

-Не чего, а кому, - подмигнула я сразу двумя глазами, - Мало ли что может случиться, семья же должна знать, где вы геройски сложили голову.

Всё! Кажется, я его добила, он почесал шапку, повел плечами, ну думаю, сейчас скажет "привет" и смоется. Ошиблась.

-Я в Норильске один, вся моя семья в Вильнюсе живет. Если что, сообщите на работу. Я на никелевом заводе работаю.

-Скажете, что работаете в милиции, - отчеканила я, и мы поднялись на второй этаж, остановились возле обшарпанной двери из-за которой был слышан шум и музыка. Я бухнула кулаком по двери раз, другой, на третьем ударе дверь открылась, и перед нами предстало тщедушное существо предположительно мужского пола в майке и джинсах.

-Какого...

-Милиция, - грозно сказал мой спутник, и отстранив меня и парня вошел в квартиру. - Всем оставаться на своих местах, - добавил он еще голоса. Нам нужна..., - повернулся ко мне.

-Ирина Морозова.

Я осмотрела комнату и не увидела сестру, на продавленном диване с сигаретой в руке сидела ее подруга. В квартире висела дымовая завеса, подростки и совсем уже не подростки смотрели на нас с полным безразличием, некоторые продолжали танцевать, другие выпивали. Всего в комнате было человек десять, но может я и ошибалась.

-Ирки здесь нет, - протянула Лариса, - она у Заура, в общаге.

Было такое чувство, что меня долбанули по голове, сильно.

-Какого Заура? - еле выговорила я.

Лариса пренебрежительно хмыкнула, и тут вмешался мой новый знакомый.

-Отвечайте, а то сейчас все в отделение поедете, кто хозяин квартиры? - один из парней поднял руку. При более тщательном рассмотрении он оказался не пареньком, а мужичонкой лет этак сорока, со следами всех мыслимых пороков на мышином лице. - Что за общежитие, где находится?

-Мужское общежитие, за "Кавказом". Комната 305, - проблеял он.

-Пошли, - Игорь опять взял меня за локоть и вывел из квартиры.

-Прибью, найду и прибью, - зло повторяла я. - Совсем уже...Какой еще Заур, нет, ну обалдеть просто...

-Хватит причитать, - вдруг осадил меня мой спутник, я удивленно на него посмотрела, - судя по всему, по мужским общежитиям вы ее еще не находили.

-Нет. Два раза из этой квартиры забирали. Иногда от подруги ее, Ларисы. Есть еще несколько подобных квартир, куда она ходила. Один раз ее неделю не было..., - тут меня пробило, а что это я ему здесь все выкладываю? - Послушайте, Игорь, спасибо за помощь, но не надо лезть в мои дела. У вас своих дел нет? Новый год через два дня. Всё, до свидания. Дальше я сама.

-Вы всегда такая? - он что-то этакое изобразил лицом.

-Всегда я еще хуже!

Он кивнул, и дальше мы продолжали идти молча. Я больше не пыталась отделаться от мужчины, в конце концов - хочет помочь, пусть помогает. Почему мне так тяжело принять чью либо помощь? С самого детства я привыкла отказываться от помощи. Это стало стилем жизни, и я нахожу теперь множество рациональных доказательств для правильности своего поведения. Я привыкла все делать и за все отвечать сама. Так меня воспитывали. Сама я всегда готова была прийти на помощь, а вот принять и уж тем более попросить помощь...проблема, одним словом.

Когда зашли в общежитие, мое состояние можно было сравнить с натянутой тетивой арбалета. Натягивать струну в арбалете трудно, сложно и даже опасно. А когда оружие выстреливает, то сбивает наповал.

-Встала, оделась и домой! - рявкнула я, врываясь в комнату, дверь которой была открыта.

-Ты кито такая, - молодой парень поднялся с кровати и встал передо мной. Был он на голову ниже меня, но крепкий, с приличными бицепсами, волосатой грудью и лохматой головой. Черные глаза смотрели зло.

-Я ее старшая сестра! - Ирка не торопилась. - Я не ясно сказала?

-Да лучше бы тебя не было! - выплюнула она и потянулась за свитером.

-Ты чего распоряжаешься? - опять встрял парень. - Она совершеннолетняя, сама может решать, где ей быть.

-Да что ты говоришь? Ей шестнадцать, - обернулась к моему, немного обалдевшему от моих действий, сопровождающему. - Объясните гражданину, товарищ майор, что бывает в таких случаях.

-А много чего бывает, - быстро включился Игорь, - вам все статьи перечислить?

Заур растерялся, переводил взгляд с нас на Ирину. Та фыркнула, показала нам язык, и натянула брюки.

-Надеюсь, вы сделали выводы, гражданин, - строго сказал Игорь, сдвинув брови, парень кивнул и отвел взгляд.

Я грохнула дверью с огромным желанием, чтобы та слетела с петель.

-Я провожу вас до дома, - только я хотела возразить, как он добавил, - По долгу службы.

-Ну, ты даешь, сестричка, - презрительно хмыкнула Ирка, - Мента себе завела. И сразу майора. Офигеть.

-Помолчи, а, - устало сказала я. Натянутые нервы отпускали, и наваливалось какое-то безразличие.

Игорь проводил нас до самой квартиры. Я открыла дверь и затолкнув сестру в коридор, повернулась к нему.

-Спасибо вам за все, одной мне было бы сложнее и...страшнее.

-Обращайтесь, милиция всегда готова прийти на помощь, - шутливо приложив к пушистой шапке руку, ответил он. - Как вы лихо меня в майоры произвели, - покачал он головой, - я всего лишь лейтенант запаса, после института. Елена, - он замялся, - а может вы дадите мне свой телефон.

-Нет у нас телефона, - грубо оборвала я его. Не до телефонов мне, не до знакомств, и уж тем более не до встреч всяких, - До свидания.

Я проскользнула в квартиру и закрыла дверь. Услышала, как приехал лифт, и опустилась на пол в коридоре. Ирка вышла из кухни с бутербродом в руке.

-Руки бы хоть помыла.

-Заколебала ты своими указками, - бросила она и вернулась в кухню.

-Знаешь что, сестра моя дорогая, или ты будешь выполнять мои указки, или..., - Ирка смотрела на меня с наглой улыбкой, типа и что ты сделаешь? - Или я тебя замуж за этого Заура выдам!

Сказала и сама не поверила своим словам, откуда только такая мысль в голове родилась?

-И-к, и-к.

-Водички выпей. Я не шучу. Тебе никого не жалко. Ладно я, но мама, - комок встал в горле. - Неужели ничего в душе у тебя нет? Она же в больнице, после операции, ей волноваться нельзя, не понимаешь? - я сорвалась на крик. - Прекрати икать!

Сил говорить с сестрой больше не было, с тем же успехом можно разговаривать со шкафом, даже больше понимания найдешь, наверное. Посмотрела на часы, уже двенадцать. Приняла душ и легла в кровать. Но сон не шел. Лежала и вспоминала его улыбку, ямочку на подбородке и глаза, сначала они показались мне темными, но потом я рассмотрела, глаза у него были янтарные, коричневые с солнечными отблесками, от его взгляда как-будто тепло шло...Так Лена, хватит. Романтические бредни не для тебя. Думай о работе и о том, как Ирку дома удержать.

Когда я училась в Питере, в Техноложке была у меня любовь, как я считала на всю жизнь. Мы встречались с первого курса, а на пятом он женился на ленинградке, дочери нашего завкафедрой. Вот и вся любовь. С тех пор мое сердце не склонно к романтике и доверию.

С утра я приготовила сырники, положила маме свекольный сок, Ира спала без задних ног. Оставила ей записку: "Сырники на столе, в холодильнике суп и куриные окорочка. Телефон не отключай, вдруг мама позвонит, я звонить не буду. Дверь закрою на верхний замок. Не пытайся его открыть. До вечера". Я недавно установила такой замок, который изнутри не открывается. А что еще делать? Разве что, правда, замуж выдать.

Хорошо, что мы живем в центре, в новом девятиэтажном доме за "Воркутой". До больницы быстрым шагом всего десять минут. Вообще-то у меня есть своя квартира, ну как квартира - гостинка. Комната 17 метров, маленький коридорчик-кухня и санузел с сидячей ванной. И в своей квартирке я создала кусочек Прованса, увидела этот интерьер в журнале и он меня просто заворожил. Я сама поклеила обои на стены, сделала небольшие панно из сухих цветов, покрасила полки в белый цвет и "состарила" их наждачкой. На пол положила белый пушистый ковер. Купила большие настольные лампы и переделала на них абажуры. Стало красиво, уютно и мне вполне хватало пространства. Я очень любила возвращаться в свою "Францию" после работы, и когда за окном завывала вьюга и трещал мороз, у меня пахло травами и пряностями. Но когда мама заболела, я вернулась в квартиру родителей.

-Ленусь, да обошлась бы я, это во сколько тебе вставать приходится, чтобы мне готовить? Ты похудела и круги под глазами, - мама погладила меня по голове. Перед тем как зайти в палату я минуту настраивала лицо, надевала спокойную улыбку и убирала тоску из глаз. - Как там Иринка? Вечером пусть прибежит, ты же сегодня отмечать на работе будешь?

-Похудела - это хорошо, круги под глазами добавляют мне интересности, - я кокетливо помахала ресницами, мама засмеялась. - Ира молодец, вот свеклы вчера купила, видишь? - протянула ей бутылку с соком. - А вечером она, конечно, придет. А мы, действительно, будем сегодня отмечать на работе Новый год. В этом году видишь, как удачно совпало, 31 декабря - суббота, выходной. Мамуль я договорилась с врачом, завтра после капельницы я подъеду на такси и мы поедем домой, а первого вечером я тебя верну назад.

Мама обрадовалась, я поцеловала ее и побежала на автобус. В лаборатории сегодня никакой работы не было. Девочки резали салаты, раскладывали мандарины и конфеты. У нас маленький коллектив вместе со мной восемь человек. И занимаемся мы производством химического анализа примесей драгоценных металлов в пробах, которые привозят в лабораторию на проверку.

-Лен, а к нам ребята хотели из управления никелевого зайти, - лукаво улыбаясь, обратилась ко мне Валечка, - Ты не против?

-Я не против. Валя, сегодня ничего не привозили?

-Так 30 декабря же, кто сегодня работает?

-Шахтеры и металлурги, - ответила я, - У них процесс непрерывный, а еще энергетики, хлебзавод, магазины...

-Понятно, - махнула она рукой, - нет сегодня проб, а вчерашние мы все обработали, - что-то меня царапнуло, когда Валечка сказала про ребят с никелевого.

Игорь сказал, что работает на никелевом. А я даже не спросила где... Всё, не думать о нем. Но, черт побери, срабатывать эффект "белой обезьяны". Если вы зададитесь целью не думать о каком-то конкретном предмете, например о белой обезьяне, то, как назло, ваши мысли будут неотступно вертеться именно вокруг этого предмета, вокруг этого экзотического животного — так уж устроена наша психика. Ну, может чья-то так и устроена, но не моя.

Взяла расчеты лаборанток, начала проверять и составлять отчет, так увлеклась, что с первого раза и не услышала, что девочки зовут меня к столу. Настроение ниже нуля, но не обижать же коллектив. Нацепила улыбку и посмотрела на моих лаборанток. Валечка и Тоня, молоденькие, смешливые, у них только парни на уме. Таня и Оля -замужние женщины, у обоих по двое детей, мужья работают на обогатительной фабрике. У них вечные проблемы и разговоры вокруг детей, выпивающих мужчин и что приготовить на обед. Марине Николаевне через полгода на пенсию и она собирается переезжать в Ярославль, про который и рассказывает частенько. Кажется, про этот город я уже все знаю, и если попаду в него, не заблужусь. И Вера, которая достает меня своей небрежностью в работе. Ей почти сорок, она развелась с мужем, и что интересно, виноваты в этом почему-то все вокруг.

-С наступающим Новым годом, желаю вам хорошо его встретить. И чтобы в будущем году у вас прибавлялась зарплата, и убавлялись проблемы. Чтобы сбылись ваши мечты и чтобы как можно чаще случались минутки счастья.

-Ура!

Я немного посидела за столом, и стала собираться домой.

-Елена Игоревна, ну куда вы так рано, сейчас ребята придут, - сделала попытку Тоня, она единственная называла меня по имени-отчеству, наверное, потому что пришла в лаборатории недавно и ей всего 18 лет.

-Лена, подожди, дай я тебе с собой салатиков положу, мы тоже потом все разберем, не оставлять же, - Таня принялась накладывать мне еду в пакеты.

На работе были не в курсе всех моих проблем, знали, что мама в больнице, не более того. Не люблю сочувствующих взглядов.

-Ира, одевайся, пойдем к маме, - сестра, как и не слышала. - Я к тебе обращаюсь, одевайся, пожалуйста.

-На фига я потащусь, если ты тоже пойдешь? Сходи сама, - не отрываясь от телевизора, пробурчала она.

Хотелось заорать, схватить за шкирку и ударить. Но...

-Мама тебя ждет, я внизу подожду, а ты сходишь. Скажешь, что я еще на работе, отмечаю. А завтра я маму домой заберу на Новый год.

-А этот мент вчерашний ничего так, симпотный, - хихикнула сестра. - Что у тебя с ним?

-Ничего, - устало ответила я, - пошли.

-Ир, помоги мне, последи за кремом, - я пекла «наполеон», а сестра валялась на диване. Мама всегда пекла «наполеон» на Новый год, вот она завтра удивится, увидев торт на столе. Кухня, честно говоря, не самая моя сильная сторона, а точнее - ее темная сторона. Я очень хорошо могу сварить пельмени, порезать колбасу, как-то не было необходимости готовить, но пришлось научиться. А так как я все делаю тщательно и с полным погружением, то получалось неплохо.

Сестра с недовольным видом пришла на кухню.

-И на фига ты столько готовишь? Гостей не будет. Будем втроем сидеть, скукота.

-Ирин, мама порадуется, что мы с тобой сами все приготовили. Новый год семейный праздник, вот и посидим семьей, - говорила я, доставая очередной корж из духовки. - Потом на елку с тобой сходим, да?

-Да пошла ты, - было мне ответом.

-Ну чего ты злишься, чего ты хочешь? Ирина, когда до тебя дойдет, что надо в жизни чего-то добиваться, к чему-то стремиться. Надо школу закончить, профессию получить. Неужели тебе нравится шататься по этим, кх-м, квартирам и общагам? Ты же очень красивая, и голос у тебя хороший, и двигаешься ты замечательно, могла бы в театральный попробовать поступить, но для этого учиться надо.

-Как же вы все достали! С детства слышу - надо учиться, надо учиться! Ну, выучилась ты и что? Сидишь в какой-то лаборатории, фу, - фыркнула она. - Можно подумать без учебы устроиться нельзя в жизни.

-Можно, - кивнула я, - но школу надо закончить, согласна? Осталось всего полгода. Хочешь, я помогу, позанимаемся с тобой.

-Только не это, - выставила руки перед собой Ирина. - Аттестат, понятное дело, надо получить, скажу - мать тяжело болеет, вот-вот на тот свет отправится, учителя мне и так оценки выставят.

Все, разговаривать больше с ней не хотелось. Я доделала торт, сделала селедку под шубой и легла спать. И вдруг пришло чувство ожидания чуда. Как будто кто с неба протянул лучик надежды. Проснулась с улыбкой, достала елку, игрушки, разбудила сестру, и мы нарядили елку, повесили гирлянды. Иринка улыбалась, и я залюбовалась сестрой. Какая она все-таки красивая.

-Ирин я за мамой, ты со мной? - спросила просто так, зная, что откажется.

-Да, я сейчас быстренько оденусь, - чудеса начинаются, подумала я и мы весело, толкая друг друга, обули унтайки и, схватив шапки, поехали за мамой.

-Ой, девочки, как же дома хорошо, - мама села в кресло и осматривала комнату, - Елочку поставили, огоньки повесили, красиво-то как, - мама заплакала.

Я обняла ее, присев на подлокотник, Ирина села с другой стороны.

-Все будет хорошо, - уверенно сказала я, и в это время раздался дверной звонок.

-Кто это может быть? - посмотрела на меня мама.

-Сейчас увидим, - я пошла открывать.

Я посмотрела в глазок и увидела смешной красный колпачок с белым помпончиком, подумала, сынишка соседки пришел, а когда открыла – он выпрямился и, широко улыбаясь, сказал.

-Здравствуйте, - янтарные глаза блеснули в тусклом свете подъездной лампочки, - я зашел узнать, все ли у вас в порядке? По долгу службы!

-Да тиши ты! - прошипела я, с перепугу перейдя на ты. Сердце билось часто, часто. - Мама... мама дома, и она же ничего не знает.

В коридор выпорхнула сестра. Скривилась, и выдала.

-Явление мента народу. Я что, теперь на учете?

-Нет, не на учете, я просто зашел узнать...

-Девочки, кто там? - раздался голос мамы из комнаты.

-А это Ленкин парень пришел! - крикнула Ирка, а у меня подкосились ноги, глупее ситуации не придумаешь.

-Что же вы держите человека в дверях, - мама вышла в прихожую и пригласила Игоря. - Проходите, молодой человек, извините мы в таком виде, по-домашнему. Тамара Витальевна, - протянула она мужчине руку.

-Игорь, - он пожал руку и слегка поклонился. А у мамы опять появились слезы в голосе.

-Так звали и моего мужа, папу девочек, Игорь Иванович..., - она справилась со слезами и улыбнулась. - Леночка, что же ты не сказала, что у нас будут гости? - повернулась ко мне мама, - или ты уходишь? - тут же насторожилась она.

-Нет, мама, что ты! Я никуда не ухожу. А Игорь, - я лихорадочно соображала, придумывая, откуда вдруг взялся у меня парень, и почему я ничего не сказала заранее. - Он сегодня улетает на материк, вот зашел попрощаться.

Куда он может улетать? Время десять часов, через два часа Новый год, а ночных рейсов из Алыкеля нет. Надеюсь, мама не заметит несостыковок.

-Ты представляешь, необходимость в моей поездке отпала, - радостно сообщил он. - И я не стал звонить, - при этом он ехидно улыбнулся в мою сторону и кивнул на стоящий на тумбочке телефон, мол, сама телефон не дала, - Решил сюрприз сделать. Примете меня в свою компанию? Я с подарками, - он поставил на пол объемную сумку.

-Какое счастье, - фыркнула Ирка и тут я была с ней солидарна, счастье стучалось в мою душу, настойчиво, громко, но притаившаеся обида и недоверие не хотели его пускать.

-Замечательно, - сказала мама, - Будет кому шампанское нам открыть, - Ирина прими дубленку у Игоря, покажи где вымыть руки, проходите, проходите.

Пока наш гость пошел мыть руки, мама наклонилась ко мне и прошептала.

-Ленусь, какой приятный молодой человек. Статный, вежливый, что же ты скрывала?

-Э-э...мы недавно познакомились, рано о чем-то рассказывать.

"К тому же и рассказывать нечего", - подумала про себя.

Мужчина вышел из ванной, и показав на сумку спросил.

-Куда выложить припасы?

-Пойдем, - кивнула я на кухню, и когда мы зашли, добавила, - Что за шутки такие, зачем ты пришел?

-Я рад, что мы уже на «ты», - улыбнулся он, - Пришел потому что хотел тебя увидеть, - он выкладывал на стол продукты, а я смотрела на его руки - длинные пальцы, аккуратные ногти, запястья, на которых крепко посажены часы, вены, уходящие под манжет рубашки. Эти руки удержали меня от падения и, наверное, они могут крепко обнять...Тьфу ты, что за мысли.

-Куда столько? - сказала я, показывая на банку с икрой, осетрину, колбасу, конфеты, ананас, мандарины, узкую синюю бутылку вина и коньяк.

-Я много ем, - он смешно взъерошил волосы, и мне стало легко, отпустило напряжение и мой внутренний голос сказал: "Да расслабься ты, Новогодняя ночь, почему бы нет?"

-Так девочки, нам надо переодеться, - командовала мама, - Игорь, мы оставим вас на пару минут.

Хорошо хоть на мне были нормальные спортивные брюки и футболка, а не короткие шорты и майка - моя любимая домашняя одежда.

-Лена, надень свое бархатное платье, тебе оно очень идет, и жемчуг. Ирина, а ты вот это - синее, а я надену длинное платье, - мама так оживилась, даже румянец на щеках появился, и от этого мне было радостно и больно одновременно.

Я загадаю одно желание на Новый год, чтобы мама жила. И я сделаю все, что в моих силах для этого.

-Какие вы красивые, - сказал Игорь, когда мы вернулись в гостиную.

Пока мы суетились, время уже было начало двенадцатого.

-Давайте за стол, - сказала я, - Проводим старый год.

-Леночка в этот раз все готовила сама, - нахваливала меня мама. - Я, к сожалению, приболела.

-Выглядит все очень красиво, - отозвался наш гость, - Сейчас попробуем.

Ирина, на удивление, вела себя как примерная девочка, улыбалась, не возражала на каждое слово, и это настораживало, я чувствовала, что она что-то задумала. Игорь открыл вино, разлил по бокалам.

-В этом году я познакомился с Норильском и с прекрасной девушкой. И за это я благодарен уходящему году.

Я не знала что ответить, этот год не принес мне ничего хорошего, пусть уже уходит, но я не стала этого говорить.

-Да, давайте выпьем за все хорошее, что было в этом году, - поддержала тост мама, - Лена в этом году получила должность начальника лаборатории, - удивленный взгляд в мою сторону, интересно, а он думал, кем я работаю? - Пусть следующий год принесет нам счастье.

-Очень вкусно, - накладывая себе еще салат, сказал Игорь, - А это что, безжалостно проткнутое зубочистками?

-Фаршированный сыром и грецкими орехами чернослив, запеченный в полосках ветчины, - сказала я, отмечая про себя, что мне нравится, как он ест, как он ведет себя, да он мне вообще нравится!

Елочка наша мигала огоньками, по телевизору шел концерт, а за нашим столом сидел мужчина, так неожиданно появившейся в моей жизни. И, кажется, каменная стена, так старательно выстроенная мной вокруг сердца, готова была рухнуть.

-Игорь, так вы совсем недавно в Норильске? А откуда вы, если не секрет?

-Конечно не секрет, я полгода назад приехал, - отложив вилку, отозвался Игорь, - Я из Ленинграда, окончил экономический, - при этих словах Ира тихонько хихикнула, - Моя семья переехала в Вильнюс, на родину. Там сейчас начинаются какие-то события непонятные, вот родители и решили вернуться домой. А меня пригласили в Норильск. Я на никелевом заводе работаю.

-Как интересно, - встряла сестра, - И кем же вы работаете?

-Я специалист по экономической безопасности, - просто ответил Игорь, - Это новая структура на комбинате, сейчас я проверяю никелевый, потом перейду на медный.

-Игорь, так вы литовец?

-На четверть, бабушка из Польши, - ответил он.

И вдруг опять звонок в дверь. Мы переглянулись.

-Мы никого не ждем, - ответила я на вопросительный взгляд мужчины, - Пойду, посмотрю.

-Давай я, - подскочила Ира, но я всё равно поднялась и пошла за ней.

Сестра распахнула дверь и я увидела ...Заура.

-Здравствуйте, - смущаясь, с небольшим акцентом сказал он, - Мне вот Ирина позвонила, сказала можно прийти. Вы не думайте, у меня намерения...

Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать, я была ошарашена. Вот почему Ирина была такая тихая и что делать?

-Это уже слишком, - выдохнула я.

-Ага, как твой мент, который и не мент вовсе, приперся - так милости просим, а как мой парень - так слишком!

Мама с Игорем не усидели за столом, я обернулась и увидела удивление в глазах мамы и вопрос в янтарных глазах. Игорь подобрался и, как мне показалось, готов был действовать решительно.

-Мама, - прощебетала Ирка, махая ресницами, - А это мой парень, Заур. Проходи, не стесняйся, это моя мама - Тамара Витальевна, моя сестра - Елена и ее друг Игорь. Да не стесняйся ты, все в порядке. Давай быстрей, до Нового года десять минут!

-Очень приятно, - осторожно сказала мама, переводя удивленный взгляд на меня, я слегка пожала плечами, - Вы извините, мы несколько растерялись, Ирочка нас не предупредила. Заур проходите, Ирина подай тапочки, Лена поставь еще прибор.

Без пяти минут двенадцать мы сели за стол. Ира всем вручила бенгальские огни, а Игорь приготовился открывать шампанское. Такого Нового года я никак не ожидала. Думала мы посидим втроем, а тут сразу двое гостей, да еще и мужчины. Один высокий, светловолосый, в белой рубашке, джемпере и черных брюках, второй невысокий, черноволосый, сегодня, кстати, волосы коротко подстрижены, в водолазке и джинсах.

Ну, надо же, я прям зауважала этого Заура. Решиться прийти в дом после того, как я орала на сестру в его комнате, а ему грозила всеми мыслимыми статьями уголовного кодекса.

-Десять, одиннадцать, двенадцать, с Новым годом! - пробка вылетает из бутылки, и пенный напиток льется в бокалы, искрятся бенгальские огни, я закрываю на мгновение глаза и загадываю свое самое заветное желание, и ощущаю на своей щеке его губы, открываю глаза и встречаюсь с его взглядом и сама не понимаю как это происходит - целую его в ответ, так же в щеку.

-С Новым годом, - говорит Игорь, - Пусть исполнятся в нем наши желания.

-Ура! - кричит Ирка и отпивает из бокала.

-С Новым годом, - говорит мама, - пусть он принесет нам только хорошее.

А потом мы ели приготовленное мной мясо по-французски, запеченную семгу и мама теперь расспрашивала Заура.

-Я из Владикавказа, - сказал Заур. - Осетин. В Норильске много наших, из Владикавказа.

-Вы правы, Заур, - поддержала его мама, - много специалистов на комбинат приехали после Северо–Кавказского горно–металлургического института. Наши друзья Каргиновы из Владикавказа. А вообще Норильск, наверное, самый многонациональный город. У нас проживают 77 национальностей, представляете, хотя у нас не интересуются национальностью, как-то не принято это в Норильске, - улыбнулась мама. - А вы тоже закончили этот ВУЗ во Владикавказе?

-Нет, я повар, работаю в ресторане "Горняк", но мы с дядей хотим свое кафе в Норильске открыть. Кооперативное. "Пловная", знаете на Ленинградской? - мы с мамой кивнули. - "Дастархан" хотим назвать.

-Очень красивое название, - сказала я, - Заур, вы ничего не едите, не нравится?

-Все очень вкусно, спасибо, - он улыбнулся, а я про себя отметила, какие у него белые зубы.

Мама устала, и я проводила ее в спальню, уложила в кровать.

-Лена, что ты думаешь про Заура?

Что я думаю? С мыслительным процессом у меня что-то разладилось, но собралась.

-Неплохой парень, кажется. Может и хорошо, если они будут встречаться. Я с ним поговорю при случае. И с Ирой тоже, ты не переживай, мамуль, все наладится. Закончит школу, определим ее на курсы какие-нибудь. Главное ты выздоравливай. Ты так нам нужна.

-Хорошо, Ленусь, дай-то Бог, чтобы все так и было. Ты иди, Игорь мне очень понравился. Иди, на елку сходите, - подтолкнула меня мама, - А я посплю. А потом разбуди меня, по Москве встречать будем и чай пить.

Я вернулась к столу. Ирина танцевала под какую-то дикую песню Понаровской. Танцевала красиво, повторяя движения певицы, Заур завороженно смотрел на нее. Я посмотрела на экран, мама дорогая, рыжий стог сена на голове, мужской пиджак пятьдесят шестого размера. Правда, красивую женщину даже этот нелепый наряд не испортил.

А потом полилось...

Кто-то нам дарит талант мы его не ценим, Ах, как играл музыкант на подлунной сцене. Звал своей скрипкою он в мир святой и чистый, Но был в гитариста город наш влюблен. И он взял мою руку и шепнув:"Можно тебя пригласить", обнял за талию и мы танцевали, а может просто стояли обнявшись, не знаю, Лайма пела про скрипача на крыше, а моя голова кружилась, как будто на краю этой крыши стояла я. Все мне казалось нереальным, его близкое дыхание обжигало, его руки нежно казались бархата моего платья...

-Пошли на елку, - сестра прервала магию нашего танца веселым криком. - Вы же ни разу не были на нашей елке? - обратилась она к мужчинам, те как по команде помотали головами. - У-у-у, одевайтесь, там здорово!

На елке было весело. Я помню все городские елки. Главная норильская елка — настоящая кочевница. Вслед за растущим городом она переезжала с одной площадки на другую. За свою историю норильская елка побывала на четырех площадях Ленинского проспекта. Мама с папой рассказывали, что в 1950–х ее ставили на Гвардейской. Наша семья - коренные норильчане. Мама и папа родились в Норильске, поженились и мы с сестрой уже третье поколение. Наши бабушки и дедушки, которых мы не застали в живых сидели в Норильлаге. Хотя говорить об этом родители не любили.

На площади Металлургов было просторно. В этот раз построили самые длинные и высокие ледяные горки, и избушки на курьих ножках, и ледяные лабиринты, и целую армию снежных зверей: слоны, чебурашки, медведи. Гремела музыка, взлетали фейерверки, люди выпивали, пели, катались с горок вместе с детьми. И мы влились в общее веселье. Игорь смотрел на все удивленными глазами.

-Не видел такого? - со смехом спросила я.

-Нет, в Питере мы никогда ночью на елку не ходили.

-А в Норильске традиция, - схватила его за руку и потащила на горку, с которой с визгом скатывалась моя сестра.

Замерзнув, все-таки на улице -40 градусов, вернулись домой. Мама не спала, ждала нас. Мы встретили еще раз Новый год с Москвой, попробовали мой «наполеон», и я намекнула гостям, что им пора откланяться. Ира порывалась пойти отмечать дальше, но я убедительно на нее посмотрела, да и Заур не выразил намерения брать ее с собой.

-Тамара Витальевна, спасибо что позволили встретить Новый год с вами, мне очень понравились ваши Норильские традиции, а стол выше всяких похвал, - откланялся Игорь, а когда мы вышли с ним в прихожую добавил. -Теперь ты дашь мне свой номер телефона?

Я написала на бумажке наш номер и протянула ему. Он задержал мою руку дольше положенного и слегка сжал ее. По телу разлилось тепло и по спине побежали мурашки.

-Я позвоню, - он наклонился и опять поцеловал меня в щеку, - завтра.

-Хорошо, - ответила я. - С Новым годом.

Выглянула на площадку и позвала сестру домой.

-До свидания, Заур.

-До свидания.

Зайдя в комнату, я села за стол и завороженно смотрела на елку, в мерцании фонариков мне чудился блеск янтарных глаз, и я до сих пор ощущала тепло его губ на своей щеке.

-Давай есть, - села напротив меня Иринка, - а то я не наелась совсем, вроде неприлично уплетать за обе щеки при мужчине.

-Это почему? - невпопад спросила я, находясь еще в своих видениях.

-Странная ты какая-то, Ленка. Влюбилась что ли? Нет, ну классно вы нас развели. Я ведь поверила, что этот твой на самом деле мент. Вид у него такой, - Ира подняла глаза вверх, - серьезный.

Я вернулась в реальность.

-А ты когда Заура пригласить успела?

-Да как только поняла, что Игорь никакой не майор милиции, - она хмыкнула. - Быстренько позвонила на вахту, что тут от общаги идти-то, пять минут и он у нас.

-А не подумала, что может и скандал получиться?

-Ой, не начинай, а. Ты ж у меня культурная, образованная, - ёрничала Ира. - А мама и подавно, - махнула она рукой, - она не умеет скандалить, ты же знаешь.

Знаю, они с папой никогда не ругались, во всяком случае, при нас. И нас наказывали только углом и запретом смотреть телевизор, да еще гулять не отпускали. Ни разу никто из родителей не поднял на нас руку. Может, и надо было приложить иногда к одному месту ремень, но уж такие они у нас, ничего не поделаешь.

-Ирин, зачем ты все это делаешь? Неужели тебе это доставляет удовольствие?

Я вспомнила, как страшно мне было каждый раз идти за ней в детский сад. То она отказывалась спать, то измазала соседку по столу кашей, то не хотела лепить со всеми, то порвала кому-то платье. Когда она пошла в школу, я уехала учиться в Ленинград. Папа сидел с ней часами, родители нанимали репетитора, который сбежал с третьего занятия, посоветовав не мучиться, и оставить ее в покое. Причем тексты песен Ирина запоминала прекрасно, даже на английском пела, не понимая ни слова. Ее попытались определить в музыкальную школу, да какое там. Мама отвела ее в танцевальную студию, но Ира не хотела выполнять упражнения, она хотела сразу на сцену, и ходить туда не стала.

Мама очень переживала за Ирину, особенно после того, как у ее сотрудницы дочь сбежала из дома. Отец выпорол девочку после родительского собрания, где ее наперегонки ругали все учителя. Ее изуродованное тело нашли только летом, когда снег растаял.

-Знаешь, Ленка, с детства тебя терпеть не могу. Везет детям, которые одни в семье. Никого в пример не ставят, ни с кем не сравнивают. И все только для единственного ребенка. А я только и слышала, ах Леночка, ах умница. В школе все Леночку помнят, какая ученица, ах-ах-ах, в Ленинградский институт поступила, краса и гордость школы! А дома? Леночке надо сапожки купить, а Ирочке не надо? - зло зыркнула она на меня.

-Ты о чем, Ира, - грустно сказала я, - с тобой носились, как с писаной торбой, тебя любили и всё, что необходимо, и даже гораздо больше, у тебя было. А я, между прочим, в институте подрабатывала, то в лаборатории на кафедре, то в столовой студенческой и стипендию получала повышенную.

-Образцово-показательная неудачница, - фыркнула сестра.

-Ладно, оставим меня в покое. Скажи, как давно ты знаешь Заура? Ты его любишь?

-А тебе что? Хочешь от меня избавиться поскорей? Замуж не собираюсь. А он мне нравится, и деньги у него есть. В общаге он временно живет. Скоро дядя ему квартиру найдет. Отстань от меня, лучше о себе подумай, тебе уже двадцать шесть, все твои подружки замужем, а ты все одна.

Я убрала со стола, помыла посуду и заглянула к маме, она спала. Ирина тоже пошла спать. Я разобрала диван в гостиной и легла. Смотрела на елочку и сердце сладко замирало, позвонит он завтра или нет?

Не позвонил, ни завтра, ни послезавтра. Я ждала, каждый день вечером смотрела на телефон, гипнотизируя аппарат и уговаривая его зазвонить. Телефон исправно звонил, но это были звонки друзей, маминых коллег по работе, Иринкиных подружек, только не его. Что ж, не случилось чуда, и такое бывает, мне ли не знать. "Значит так, дорогая, стену назад и больше никаких глаз, вздохов, ожиданий. Что такое опыт, это когда наступаешь на те же грабли, но ты уже в каске", - говорила я себе, а по ночам видела янтарные глаза.

Маму выписали и дали направление на консультацию к профессору в Москву.

-Скажите доктор, нам смогут там помочь?

-Надежды мало, но вы сказали, что готовы использовать любой шанс, - врач тяжело вздохнул, - профессор - светило в этой области, может и поможет.

Мы слетали в Москву втроем, оставлять сестру одну дома не решились. Маме сделали облучение на каком-то новом аппарате, назначили химиотерапию. Но ей становилось хуже. Ирина, на удивление, вела себя нормально. Ходила в школу, вечерами мы пытались даже что-то учить. С Зауром они встречались, но в десять она была дома. Парень все больше мне нравился, он иногда заходил к нам, когда провожал Иру, и мы разговаривали.

-Я хочу в кафе все сделать так, чтобы люди захотели прийти еще. Дядя скоро семью привезет, у него жена очень умная женщина, она белоруска, будет всеми финансами руководить, дядя строитель, ну а я готовить буду. Елена, ты разрешишь Ире петь в кафе?

-Школу закончит, потом определимся, - уходила я от прямого ответа.

Мама часто спрашивала про Игоря, куда пропал.

-Ему все-таки пришлось уехать, мамуль, - с улыбкой отвечала я.

-Как жаль, такой приятный молодой человек и влюблен в тебя, я же видела, как он на тебя смотрит. Да и тебе он понравился, Ленусь, да?

-Понравился, мам, но что поделаешь, обстоятельства оказались непреодолимой силы, - пыталась смеяться я

Пролетел январь, и февраль уже приближался к концу, а Новый год все никак не хотел стираться из моей памяти.

Мама уже не вставала. Ее коллеги и начальник треста мне здорово помогали. Они понимали, сколько денег у нас уходит, поэтому мама после больницы как бы вышла на работу, а потом опять оформили больничный. Девочки из бухгалтерии постоянно ее навещали, советовались по работе, и мама чувствовала себя нужной. А потом начался ад. Уколы не снимали боли, мама впала в полубессознательное состояние. Я взяла отпуск и не отходила от нее ни на шаг. Ирина ухаживать за мамой не могла, морщилась и кривилась.

-Почему ты не отправишь ее в больницу?

-Потому что это не поможет, и там не будут за ней ухаживать, - устало отвечала я.

-Так ты ходить будешь, не могу эти стоны слышать уже, - затыкала уши сестра.

Один раз я не выдержала.

-Заткнись, - рявкнула я на сестру. - Лучше молчи, а то я тебя ударю!

На какое-то время мама приходила в себя и тогда говорила мне.

-Леночка, ты только Иринку не бросай. Пообещай мне, доченька.

-Обещаю мама, - сдерживая изо всех сил слезы, отвечала я. При маме я старалась не плакать, улыбаться, а когда она забывалась тревожным сном, ревела и рвала зубами подушку.

-И не плачь, не грусти по мне. Когда меня не станет - живи полной жизнью, обещай, - продолжала мама.

-Обещаю, мама, - это было невыносимо, но я держалась. - Но это случится очень не скоро.

-Скоро, Ленусь, скоро, - слабо улыбалась мама. - Ко мне папа приходит часто, зовет. А я ему говорю, подожди немного, может, до лета дотяну, чтобы землю не взрывать для могилы.

Не взрывали, но могилу готовили 30 часов, отогревали землю, долбили отбойными молотками. На меня навалилось какое-то оцепенение, я не могла принять то, что мамы больше нет. Три года назад мы хоронили папу, а теперь и мама...Папа ушел такой молодой, сильный, красивый. Они проводили ремонт на руднике "Таймырский", папа спустился, чтобы определить, как делать водоотлив, и в это время произошло обрушение горных масс. Когда их откопали, было уже поздно...

-Людмила Николаевна, Алексей Иванович, спасибо вам большое, - я благодарила начальника треста и заместителя мамы за помощь, собрав в кулак все свои силы, я старалась не реветь. - Вы взяли на себя всё, без вашей помощи мне было бы очень тяжело.

-Ну что ты, Лена, Тамару Витальевну все любили и уважали, - обнимая меня, сказала Людмила Николаева. - Ты же видела, весь трест, все рабочие пришли ее проводить. Ты держись, что уж теперь...Да, вот еще что, я выпишу расчетные, там приличная сумма. А памятник мы от предприятия закажем.

Когда после поминок, которые тоже организовали от треста, мы пришли домой, я села на стул в прихожей и не было сил даже раздеться. Ира что-то говорила, не слышала. Очнулась только тогда, когда хлопнула дверь. Осмотрелась, сестры не было. С трудом разделась и добралась до ванны.

-Мама, мама, - смотря на себя в зеркало, повторяла я. - Почему? Я же загадала, чтобы ты жила, почему не исполнилось? Почему?

Мне показалось, что из зеркала на меня смотрели мама и папа, они улыбались и были счастливы.

-Не спрашивай, доченька. Всему свое время, так было суждено. А ты будь счастливой, и помни, ты обещала...

Мне стало жутко, видение пропало. Это, наверное, от успокоительных, подумала я и еще раз посмотрела в зеркало. Увидела в нем только себя. Потухшие глаза, бледное лицо, обросшая стрижка, ничего нового.

-Знаешь что, сестра! Если ты не будешь жить по моим правилам, если ты еще раз не придешь домой ночевать или пропустишь школу - я откажусь от попечительства и ты, дорогая моя, отправишься в детский дом. В Дудинку!

-Ты этого не сделаешь, - с наглой ухмылкой ответила Ирка.

-Посмотрим, - что-то, наверное, в моем голосе такое прозвучало, что сестра прониклась, села и сложила руки перед собой.

-И что ты от меня хочешь?

-Во-первых, школа. Остался месяц до экзаменов. Заниматься каждый день, школу не пропускать...

-Ой, да поставят мне, сиротке, трояки, не волнуйся..., - начала сестра, но посмотрев на меня замолчала.

-С Зауром, я так понимаю, ты больше не встречаешься?

-Ага, - кивнула она, - Пошел он куда подальше, говорит:"Школу закончишь и поженимся". Ща-а-ас ему. На фига мне этот хомут на шею? Потом еще в его кафе вкалывать. Знаю я - сначала петь, потом убирать, подавать, а потом вообще дома запрет. В общем, гудбай май лав гудбай, - пропела Ирина.

Мне было жаль парня, он искренне относился к Ирине, но с другой стороны, может так и лучше. У него всё-таки несколько другие взгляды на брак и женские обязанности, чем у моей сестры.

-Значит так, давай определимся, что ты будешь делать после школы. Я предлагаю ПТУ № 17, на лаборанта-аналитика.

-Я хочу в 57, на официантку или продавца, - отозвалась сестра, - чтобы мозги не парить.

-Хорошо, теперь дальше. Ты наводишь порядок в своей комнате, моешь за собой посуду, выполняешь мои поручения и самое главное - ты не шляешься где попало и в десять часов ты дома. Понятно?

Сестра молчала.

-Что-то не понятно?

-Какая же ты, - она задумалась, подбирая с кем бы меня сравнить, - синий чулок ты, вот кто! Правила, правила, сама как монашка и меня туда же?

Наверное, она права. За последний год я отгородилась от всех. Подруги пытались вытащить меня хоть куда-нибудь, но получая отказ за отказом, оставили в покое. Вся моя жизнь - это была работа, уход за мамой, забота о доме и сестре. Теперь осталась работа и сестра. Тоска накрывала меня с головой и порой я злилась на весь мир, но вспоминала видение в зеркале и жила дальше.

-Не будешь выполнять правила - отправишься в аналог монастыря, - спокойно сказала я. - В Дудинку. А теперь иди, наведи порядок в своей комнате. А я пойду, разберу мамины вещи.

Вчера исполнилось сорок дней, как нет мамы. Второго мая, в Норильск пришла весна. Солнце заливает город, с крыш текут ручьи, вчера было всего минус 2 градуса, правда, сегодня немного похолодало, и пошел снег.

Справили поминки дома, пришли самые близкие друзья мамы и папы, и ее девочки из бухгалтерии. До этого дня в комнату мамы я не заходила. И только я открыла дверь спальни, как раздался звонок в дверь.

-Кого еще принесло, - пробормотала я, открыла дверь и непроизвольно замахала руками, как будто прогоняя злое привидение. На пороге стоял он, дальше не помню, уши заложило ватой, все закружилось, очнулась я на диване. Рядом сидел Игорь, и стояла Ирина.

-Лена, это я, прости, напугал тебя, - мягко заговорил он. - Мне Ирина все рассказала. Прими мои соболезнования.

-Зачем ты пришел? Почему? - еле выговорила я, горло пересохло. - Я что упала?

-Ага, - кивнула сестра, - почти. Игорь тебя подхватил, а то могла головой о трюмо шарахнуться. Я пойду, чай поставлю, а вы тут поговорите.

Игорь молчал, взял мою руку и смотрел своими янтарными глазами, а мое глупое сердце забилось, затрепетало. "Надень каску, - встрял мой внутренний голос, - Грабли рядом".

-Выслушай меня, пожалуйста, - попросил он.

-Ты не позвонил.

-Я не мог. Когда я вышел от вас и пошел домой, на меня напали. Ударили сзади по голове, сбили с ног, дальше не помню, очнулся в больнице, с трудом сказал кто я такой. С работы сообщили моим родителям, и они прилетели в Норильск. В голове образовалась внутримозговая гематома, у меня плохо работали руки и ноги, нарушилось зрения, нужна была операция. Еще наложилось переохлаждение, очаговые обморожения, да много чего. Родители увезли меня в Москву, там сделали операцию, а потом в Вильнюс, - он говорил отрывочными фразами, а я не знала что сказать, слезы лились не останавливаясь.

-Я не знала, я же ничего не знала..., - моя гордость не позволила мне самой разыскать его, а потом стало не этого. Четыре месяца, вечность...

- Я просил отца найти тебя и сообщить, бумажка с номером телефона была в дубленке, которую с меня сняли, а я только визуально помнил твой дом, как-то адрес не запомнил, - он пожал плечами, а я отметила как он похудел. - Отец сказал, что на это нет времени и он попросил моего коллегу найти Елену Морозову. А потом, когда я спрашивал о тебе, все что-то придумывал. Мне потребовалась повторная операция, и я провалялся в стационаре три месяца.

-Тебе же нельзя летать, - выговорила я, - как же ты, зачем?

-Я хотел тебя увидеть и все объяснить.

-Мог бы сам попросить коллегу...

-Мог, но хотел сам...

-Вот, - бухнула поднос на журнальный стол сестра. - Чай, печенье "Суворовское" Ленка вчера в "Таймыре" покупала, "Мечту" я съела, лимон вот еще и колбаса.

-А хлеб? - автоматически сказала я. - Ира, порежь еще хлеба и сыр. А может, ты хочешь лапшу? И еще котлеты есть и рыба.

-Не откажусь, я же прям из Алыкеля, - улыбнулся Игорь. - Есть хочу жутко.

Я встала, он тоже. Мы смотрели друг на друга, я в порыве обняла его за шею и притянула к себе, а он коснулся моих губ легко, почти невесомо, но меня обожгло словно огнем, голова закружилась, еще не хватало опять грохнуться в обморок.

-Я поставила лапшу разогревать, - заглянула сестра, - И пошла убирать свою комнату, Дразнят Золушкой меня Оттого, что у огня Силы не жалея... В кухне я тружусь, тружусь..., - запела она и я в очередной раз подумала, вот как она песни запоминает, а формулу воды запомнить не может. Может ей песню из формул сочинить?