Луна: покорить Арк-Сити

Если бы у Вселенной была задняя парта, куда бы она сажала своих самых нерадивых учеников, то планета Арк занимала бы там почетное место у окна. Не то чтобы она была совсем уж безнадежной… нет проблема Арк была в чем-то другом. В избыточном, маниакальном, совершенно нелепом стремлении к вертикали.

Спустя несколько тысячелетий разумной жизни на планете вырос город, точнее, один сплошной город-панцирь - Арк-Сити. Это был плотный, колючий лес из многоэтажек, которые тут же, не стесняясь, перерастали в сверх-, гипер- и «ой-мамочки-куда-влезли-этажи».

Архитектура напоминала результат драки в магазине строительных конструкторов между двумя гиперактивными детьми. Здания не просто стояли - они нависали, пронзали друг друга мостами-иглами, образовывали арки из собственных пожарных лестниц и в целом вели себя так, будто закон гравитации был просто скучной рекомендацией. Рекламные голограммы, как лишайник, покрывали все свободное пространство, навязчиво предлагая: ««Вертикальные сны» - койко-место с видом на соседний блок!», «Кислородные бары «Выше Неба» - почувствуй головокружение от чистоты!» или «Протезы для любителей скалолазания».

На уровне куда уже не доходил ни солнечный свет, ни сигналы быстрого интернета, ютились трущобы с коротким названием «бездна». Здесь в вечном полумраке, под каплями конденсата с трубопроводов, кипела своя жизнь: лавчонки, чинящие кибер-конечности для курьеров-верхолазов, подпольные салоны, где с помощью зеркал и проекторов создавали иллюзию горизонта, и бары, где подавали «Флэт-колу» - запрещенный напиток, намекавший на существование чего-то столь же дикого, как ровная поверхность.

А на самых верхушках, в районе «шпилей», где воздух был разрежен, а цены запредельны, обитала элита. Они с презрением взирали вниз, на муравейник под ногами, и строили планы, как пристроить к своей башне еще одну посадочную площадку - повыше, чем у соседа. Потому что в Арк-Сити смысл жизни, карьеры и всего сущего упирался в один простой вопрос: «А твоя крыша сегодня выше моей?». И ответ «нет» был хуже, чем отключение электричества на всех двух миллионах этажей.

И именно в этом мире вечных сумерек, где тень была царицей, а искра ирония - единственной валютой, позволявшей не сойти с ума, и начиналась наша история. С того, что в нижнем, самом темном ярусе, где даже плесень росла скучая, произошло нечто совершенно невозможное, немыслимое и вопиюще сказочное.

Сегодня Луна, впрочем, как и каждый предыдущий день уже на протяжении пяти лет, встала очень рано. До звонка будильника оставалось еще целых десять минут, но глаза девушки открылись сами - серые, как утренний смог над трущобами, и уже настороженные. Сегодня ей предстояло совершить то, чего она так ждала, кажется, целую жизнь и так боялась одновременно. Но это случится вечером.

А пока ее будил запах жареного синтетического мяса от соседей и глухой храп из-за тонкой перегородки. Дядя Кэп снова заснул у голопанели, транслировавшей бесконечные репортажи с «шпилей». Луна бесшумно выскользнула из своего угла-алькова, задернув занавеску с принтом ужасного, но манящего ровного леса - запретный подарок с черного рынка. Квартирка была крошечной, как скорлупка, забитая хламом двух жизней: старыми деталями от «пауков» - небольшого автотранспорта, консервными банками «Официального Пайка Арк-Сити», и стопками потрепанных бумажных книг - маниакальным хобби дяди в мире голограмм.

Девушка натянула потертые, но невероятно цепкие кроссовки с магнитовставками на подошвах - главную роскошь курьера. Потом - пошитые на коленке черные штаны из плотной ткани, простую черную майку, и главный предмет гордости: кожаную куртку, когда-то сворованную с груза, списанного по акту «некондиция». Кожа была в потертостях и царапинах, но на плече кто-то давно вывел аэрозолем стилизованную молнию. В этой куртке Луна чувствовала себя неуязвимой.

Последний штрих - перчатки с обрезанными пальцами. Кожаные ладони и открытые подушечки. Курьеру нужно чувствовать каждую выбоину, каждый поручень, каждый трос, ведь от этого могла зависеть жизнь.

- Эй, сорванец, - прохрипел за перегородкой спросонок дядя Кэп. - Не гоняй по струнам бездумно. Ветер сегодня с восточного шпиля, говорят, злой.

- Уж я-то с ветром знакома, - буркнула Луна, закидывая за плечо походный рюкзак не из умных, дорогих тканей, а из простого, невероятно прочного брезента. - Оставила тебе паек. Не забудь поесть.

Работа звала. Девушка не пользовалась казенными «пауками» из муниципального парка. Ее инструменты – это ее собственные ноги, цепкость, знание города как своих пяти пальцев и набор приспособлений на поясе: карабины, катушка с тросом-паутинкой и магниты на липучках.

Мир Луны был не кабиной, а открытым вертикальным простором.

Девушка вышла не через парадную, которой не существовало, а через «куриный лаз» - служебный люк на боковой стене, выходивший прямо в безумный интерьер Арк-Сити. Здесь, на уровне 578 (примерно), воздух гудел, как в улье. Рекламные голограммы лизали стены, предлагая «Вертикальный взлет за три кредита!». Где-то выше, в просветах между нависающими этажами, жалобно светилось подобие неба. Внизу уходила в черную пропасть межкорпусного пространства, мерцающая редкими огнями «бездна».

Луна потянулась, костяшки хрустнули. Первый заказ на браслете-коммуникаторе, перехваченном с открытого канала, мигнул: «Срочно. Блок Ж-87. Мастер Цзы. Био-груз. Оплата наличными, без вопросов.»

Идеально. «Без вопросов» - любимые заказы.

Луна подошла к краю, где бетонный выступ обрывался в ничто. Ветер, действительно злой и порывистый, трепал длинные красные волосы, вырывавшиеся из-под самодельной повязки, и девушка раздраженно вновь убрала их в длинный хвост. Девушка присела на корточки, проверила крепление троса на поясе и щелкнула карабином. Пальцы в обрезанных перчатках обхватили выступ. Серые глаза на мгновение зажмурились, а потом взгляд стал острым, собранным и целевым. Не было ни страха, ни восторга. Была работа. Точный расчет и мышечная память.

И она шагнула в пустоту.

Не вниз, а поперек. Тело Луны метнулось по дуге, кроссовки с глухим стуком встретились со стеной соседнего блока. Магниты, щелкнув, зацепились за арматуру. Девушка оттолкнулась, сделала рывок и схватилась за пожарную лестницу, которая тут же сама по себе отошла от стены, образуя мостик к вентиляционной решетке. Луна пробежала по ней, как по перилам, и, не сбавляя темпа, прыгнула на пролетающий мимо грузовой лифт-платформу, полную бочек с технической смазкой.

Платформа с грохотом пронеслась мимо, и Луна, как кошка, приземлилась на узкий сервисный карниз. До блока Ж-87 оставалось лишь пересечь «Игольное ушко» - головокружительный переход в виде двух натянутых тросов, между которыми когда-то была сетка. Сейчас от нее остались лишь рваные клочья, трепетавшие на ветру.

Девушка уже сделала шаг, чтобы зацепить карабин, как сбоку метнулась тень. Кто-то спустился по вентиляционной трубе сверху, и с грацией, вызывающей раздражение, мягко приземлился прямо на трос, слегка раскачав его.

- Простите, зеленый свет был у меня, - прозвучал насмешливый голос.

Парень примерно того же возраста выглядел так будто только что сошел с подиума. Он был одет в идеально облегающую темно-серую куртку из умной ткани, без единой царапины и высокие дорогие кроссовые ботинки. Волосы, уложенные в небрежный, но явно дорогой беспорядок, были неестественно серыми, и имели оттенок металлического тумана. Мужчина ухмыльнулся, и во взгляде его ясных, слишком ярких голубых глаз читалось веселое высокомерие.

- По правилам воздушного движения, приоритет у того, кто выше, красавица. А я, как видишь, был выше. Значительно.

Луна почувствовала, как у нее начинает дергаться левый глаз. «Красавица». Ее «любимое» обращение.

- Правила тут пишутся на ходу, - огрызнулась она, не двигаясь с места. - И пишут их те, кто быстрее. А ты мешаешь проходу. Сдвинься.

- О, горячая. Мне нравится, - незнакомец сделал преувеличенно задумчивое лицо. - Но, видишь ли, у меня тоже есть срочный заказ. Мастер Цзы. Блок Ж-87. Био-груз. Занятно, правда?

Вот черт. Конкуренция. И не просто конкуренция, а пафосный щеголь явно с больших уровней.

- Он уже заплатил мне задаток, - соврала Луна без тени сомнения. - Фактически, это мой груз. Ты опоздал. На… пять минут.

- Забавно, ведь он только что прислал мне подтверждение на браслет, - парень с игривой небрежностью поднял руку, демонстрируя дорогую модель коммуникатора с голографическим экраном. На нем явно светилось уведомление.

- Подделка, - отрезала девушка, ее пальцы уже постукивали по рукоятке троса-паутинки на поясе. - У мастеров с этого уровня нет денег на голо-рассылки.

«Седой» парень на секунду замешкался, и его ухмылка слегка потухла.

- Что ж, - сказал он, восстанавливая браваду. - Предлагаю цивилизованное решение. Кто первый доберется до мастерской, того и груз. Без подножек. Ну… почти.

Незнакомец бросил быстрый взгляд на шаткие тросы «Игольного ушка».

Луна медленно выдохнула. Ветер с восточного шпиля, как и предупреждал дядя Кэп, был действительно злой и коварный. Идеальный для того, чтобы сдуть зазнайку в бездну.

- Без подножек, - согласилась она, и в ее серых глазах мелькнула азартная искра. – Но, если что, ветер не считается.

- Игра началась! - крикнул конкурент и, не теряя ни секунды, рванул по тросу вперед, демонстрируя отточенную, спортивную технику.

Луна не побежала. Она понеслась. Ее потертые кроссовки не скользили, а буквально впивались в металл благодаря магнитам. Она не балансировала, она использовала каждый порыв ветра, каждое колебание троса, чтобы сделать резкий, нелогичный рывок. Она не бежала по тросу - она по нему скакала, как безумная белка, временами хватаясь руками за второй трос и перенося вес тела, чтобы не слететь.

Парень, обернувшись, на миг застыл от изумления, увидев, что девушка уже почти наравне с ним. Его идеальная техника дала трещину. Он закачался, пытаясь устоять против ее хаотичного, но очень эффективного стиля.

- Эй! Ты сказала без подножек! - крикнул незнакомец, когда Луна, раскачавшись, приземлилась на трос перед ним, заставив резко остановиться.

- Я и не подставляла ногу, - парировала девушка, уже отталкиваясь для финального прыжка к выходу с перехода. - Я просто использую среду. Рекомендую. Это бесплатно.

Она была уже на краю карниза блока Ж-87, когда услышала мужской смех - уже не насмешливый, а азартный и чуть сдавленный.

- Ладно, ладно, сегодня твой день, «Молния», - донесся голос несостоявшегося конкурента. Он разглядел рисунок на куртке Луны. - Но в следующий раз я надену магниты покрупнее!

- В следующий раз научись летать! - бросила девушка через плечо, уже скользя в темный сервисный тоннель, ведущий к мастерской Цзы. Уголки ее губ непроизвольно дрогнули. Пафосный, наглый, невыносимый… и, черт возьми, достаточно быстрый, чтобы не свалиться. Встреча оставила противный привкус конкуренции и странное, щекочущее нервы чувство азарта. Как будто в отлаженный, вертикальный мир вдруг врезался такой же безумец, только в дорогой упаковке.

«Ветер сегодня и правда злой, дядя Кэп, - подумала Луна, отыскивая в полумраке нужную дверь. - И принес он какую-то заразу».

День продолжился чередой заказов, ставших после утренней встречи чуть более пресными. Луна металась по вертикальным коридорам города, как стрелка на безумном циферблате: доставила контейнер с биодетекторами в госпиталь на уровне 1204, забрала сломанный нейроинтерфейс из лавки старьевщика в «бездне» и едва увернулась от патруля, проверяющего лицензии курьеров на скоростной магистрали для грузовых дронов.

В обеденный перерыв, устроившись на уступе вентиляционной шахты, она доела холодный паек, запивая его ледяным чаем из термоса, и снова поймала себя на мысли о сероволосом наглеце. Его ухмылка и слова «в следующий раз» отскакивали в голове, как назойливый мусор в воздушном потоке. Девушка сердито тряхнула головой, сгоняя наваждение. Ей было не до соперников ведь вечером предстояло Главное.

После полудня Луна взяла сложный заказ на доставку в самую что ни на есть толщу «шпилей». Поднявшись на внешнем лифте-платформе выше привычных маршрутов, она ощутила, как меняется мир: ветер становился холоднее и тоньше, голограммы - сдержаннее и дороже, а редкие прохожие в идеальных костюмах смотрели на ее потертую куртку с безразличным презрением, будто на пролетевшее насекомое. Грузом был маленький чип в защищенном контейнере. Луна сдала молчаливому привратнику в ливрее заказ, получила кредиты и, не задерживаясь ни секунды, отправилась в обратный путь, вниз, к своим сумеркам.

Обратная дорога заняла меньше времени. Девушка шла почти без остановок, двигаясь на автопилоте усталых мышц и выверенных годами рефлексов. Солнца здесь, внизу, не видели уже давно, и смена дня на вечер отмечалась лишь легким, едва уловимым посинением света в редких просветах между блоками и гулом включившихся неоновых вывесок.

Вернувшись в свой квартал, Луна не пошла домой сразу. Вместо этого она, как хищница, забралась на любимую «смотровую площадку» - ржавую техническую платформу у основания вентиляционного купола на уровне 612. Отсюда открывалась чудовищная и одновременно захватывающая дух панорама ярусов Арк-Сити. Вверх уходили, теряясь в смоге и иллюминации, бесконечные шпили. Вниз проваливалась черная, пульсирующая редкими огнями «бездна». И прямо перед девушкой, на гигантском фасаде небоскреба «Атлант», занимавшего весь соседний сектор, мерцала серая, безжизненная стена.

Именно на этом фасаде ровно в 20:00 по единому городскому времени должно было появиться ОНО. Объявление.

Сердце Луны билось с непривычной частотой, отстукивая последние минуты пятилетнего ожидания. Пять лет назад она была подростком, только начавшим лазить по вентиляционным шахтам, чтобы подработать. И тогда, случайно оказавшись на этом же самом месте, она впервые увидела Гонку.

То были не просто соревнования. Это был священный, кровавый и безумный ритуал всего Арк-Сити. «Вертикальный Рывок», или просто Гонка, проводилась раз в пять лет. Ее объявляли анонимные спонсоры с вершин «шпилей», и правила были просты и жестоки: старт на самом нижнем, заброшенном ярусе города. Финиш - на самой высокой объявленной точке, которая менялась каждый раз. Между ними - вся вертикаль Арк-Сити со всеми ее ловушками, секретными проходами, частными территориями, смертоносной инфраструктурой и дикими склонами гладкого полимера и хромированной стали. Можно было все. Нельзя было только одно - сдаться, не достигнув финиша. Но многие сдавались. Навсегда. Падая в бездну, сгорая в трансформаторных сетях, попадая под «очистительные» лучи частных охранных систем «шпилей».

Но тот, кто добирался до конца первым… Тот получал не просто деньги. Он получал «Ключ». Билет на самый верх, в закрытые элитные уровни, и сумму кредитов, которой хватило бы, чтобы купить там целый этаж и никогда больше не смотреть вниз. Для обитателей «бездны» это была сказка, мечта, цель. Возможно единственная. И ценой за нее была жизнь, ведь Гонка была не только с городом, но и друг с другом. Здесь топили, сталкивали, обманывали и предавали. Здесь стиралась грань между спортом и охотой.

И Луна ждала эту Гонку. Готовилась. Изучала старые маршруты, слушала легенды, лазила по заброшенным шахтам, которые могли стать коротким путем. Все ради этого вечера. Ради шанса вырваться. Ради дяди Кэпа, чьи легкие уже не справлялись с вечным смогом низов. Ради возможности однажды вдохнуть настоящий, не отравленный токсинами воздух и увидеть… нет, не солнце, его тут не видели никогда. Но хотя бы увидеть ту самую вершину, над которой никто не нависает.

На запястье девушки завибрировал старый, потрескавшийся браслет-коммуникатор, синхронизированный с городской сетью. 20:00.

Фасад небоскреба «Атлант» дрогнул. Серый бетон ожил, превратившись в гигантский экран. Раздался низкий, проникающий в кости гул, который почувствовали даже те, кто его не слышал.

На стене вспыхнула цифра: 5.

Потом 4.

3.

2.

1.

И в тот же миг экран взорвался светом.

Это была не голограмма, а настоящий, старомодный, ослепительный проекционный луч, резавший вечернюю мглу. На фасаде возник символ - стилизованная стрела, пронзающая бесконечную пирамиду башен. Потом поплыл текст, каждый символ в метр высотой, отлитый из чистого света:

ВЕРТИКАЛЬНЫЙ РЫВОК.

ЦИКЛ 47.

СТАРТ: НИЖНИЙ ПРЕДЕЛ, СЕКТОР «0», 00:00 ЧАСОВ ЧЕРЕЗ 72 ЧАСА.

ФИНИШ: ВЕРХНИЙ ПРЕДЕЛ - ШПИЛЬ «ОЛИМП», СМОТРОВАЯ ПЛАТФОРМА «ЗЕНИТ».

ВЫСОТА ПРЕОДОЛЕНИЯ: 18,447 МЕТРОВ.

ДОПУСК: ЛЮБОЙ.

ПРАВИЛО: ДОЙТИ.

ПРИЗ: «КЛЮЧ» ОТ «ОЛИМПА» И 50,000,000 КРЕДИТОВ.

Воздух вокруг Луны загудел по-другому. Не гулом машин, а низким, жадным ропотом, который поднялся из всех люков, окон и щелей «бездны». Миллионы глаз, прилипших к тысячам экранов и светящихся фасадов по всему городу. Миллионы сердец, в которых на миг вспыхнул и погас огонек невозможной надежды. Пятьдесят миллионов. Ключ от «Олимпа» - легендарного, самого высокого и закрытого шпиля, о котором ходили лишь слухи. Это был не просто приз. Это была путевка в другой мир. На самую вершину пирамиды, откуда, как шептались, иногда можно было разглядеть через разрывы в смоге настоящие звезды.

Луна стояла неподвижно, впитывая каждый пиксель информации. Ее лицо было каменным, и лишь в уголках губ играла тонкая, нервная улыбка. Шпиль «Олимп». Она знала его лишь по силуэту, венчающему весь город. Никаких публичных схем, никаких служебных входов. Последние километры вертикали будут абсолютной неизвестностью. Самый сложный маршрут за всю историю Гонок.

Ропот вокруг стал обретать форму. Где-то внизу раздался дикий, боевой клич. Кто-то уже праздновал, стреляя в воздух из дешевого энергопистолета. Где-то послышался плач - тех, кто помнил, как пять лет назад не вернулся кто-то из близких. Началась бешеная торговля на черном рынке: картами секретных ходов, краденым скалолазным снаряжением, допингом для реакций и ядами для конкурентов.

Луна глубоко вдохнула запах ржавого металла, масла и вечной сырости. Страх был. Огромный, леденящий, сковавший живот в тугой узел. Но под ним, как раскаленная сталь, текла ясная, неумолимая решимость. Это был ее шанс. Единственный.

Девушка уже собиралась спускаться, чтобы начать подготовку, когда движение на соседнем карнизе привлекло ее внимание. Кто-то забрался сюда, на эту высоту, и он был явно не из ее квартала.

Фигура в дорогой, темно-серой куртке, с небрежно-идеальной прической металлического оттенка. Он стоял, прислонившись к вентиляционной решетке, и смотрел не на объявление, а… на Луну. Его слишком яркие голубые глаза светились в полумраке знакомым насмешливым огнем.

Сероволосый наглец с «Игольного ушка».

Он медленно, явно для эффекта, похлопал в ладоши. Звук был едва слышен в городском гуле.

- «Зенит» на «Олимпе», - прокомментировал парень, свистяще выдохнув. - Круто. В этот раз они постарались. Я впечатлен.

- Что тебе надо? - холодно спросила Луна, не двигаясь с места. Ее рука сама потянулась к карабину на поясе.

- О, ничего личного, «Молния». Просто оцениваю конкуренцию, - мужчина сделал шаг вперед, и ветер распахнул полы его безупречной куртки. - Думаю, после утреннего забега мне стоит воспринимать тебя всерьез. Хотя, - незнакомец кивнул в сторону светящегося фасада, - на этой дистанции твои магнитики на подошвах могут не вытянуть.

- А твои начищенные ботинки - тем более, - парировала девушка. - Или ты думаешь, что на «Олимп» пускают по парадной лестнице?

Сероволосый конкурент рассмеялся, и в этом смехе снова сквозило не раздражение, а странное, живое любопытство.

- Дай угадаю. Ты уже мысленно проложила маршрут. Ищешь слабые места в силовых полях «шпилей», старые мусоропроводы, по которым можно просочиться… Мило.

- А ты, видимо, уже купил себе победу у спонсоров, - огрызнулась Луна, чувствуя, как этот разговор выбивает ее из состояния сосредоточенности, которое было так важно сохранить.

- Победу не покупают, «Молния». Ее выгрызают, - голос мужчины внезапно потерял игривость, став твердым и холодным, как полированный гранит. - И я намерен ее забрать. Предупреждаю, просто из спортивного интереса. На этой Гонке не будет никаких правил. Даже «почти». И ветер будет нашим меньшим врагом.

Парень посмотрел на Луну долгим, оценивающим взглядом, будто пытался запомнить каждую царапину на ее куртке, каждый оттенок усталости в серых глазах.

- До встречи на «Дне», «Молния». Постарайся не сорваться по дороге. Будет скучно, если ты не дойдешь до самых интересных участков.

Не дожидаясь ответа, незнакомец отступил назад к краю карниза, словно растворившись в тени, он просто исчез, сорвавшись вниз в идеально рассчитанном, бесшумном прыжке.

Девушка сжала кулаки так, что костяшки побелели. Ее мир, и без того готовый перевернуться, теперь получил четкое, наглое и опасное олицетворение. Конкурент. Тот, кто видел в ней угрозу. Тот, с кем, она чувствовала, им суждено пересечься не на шатком тросе, а где-то на ледяных склонах «Олимпа», где цена ошибки не просто потеря заказа, а падение с высоты в полтора десятка километров.

Она в последний раз взглянула на пылающий фасад. На цифру 50,000,000. На слово «ЗЕНИТ».

- Ладно, - тихо сказала Луна ночному ветру, уже гулявшему между башен. - Игра началась.

Повернувшись, девушка прыгнула в темноту своего яруса, чтобы за оставшиеся 72 часа сделать невозможное - подготовиться к тому, чтобы догнать не просто приз. А свою собственную судьбу, забравшуюся на самую высокую и недоступную вершину этого безумного мира.