Лунные маги: Миры огня и отражений

В квартире было тихо и тепло. Я зябко поежилась. Только четверть часа назад ввалилась домой с улицы, промерзшая до самой последней косточки. Целый час проторчала на остановке, но нужный автобус словно сквозь землю провалился. Утешало одно, я разобралась со всеми запланированными делами и на улицу в ближайшие дни не вылезу.

Щелкнула кнопкой электрического чайника. Кухню озарил синий свет, со дна стеклянной колбы вверх поплыли пузырьки. Я обняла нагревающиеся стенки руками. Тело покалывало, озноб никак не проходил.

Вытащила из сумки новенькую пачку с молотым кофе. Непослушными пальцами насыпала его в кружку, кинула следом два кубика коричневого сахара. Колдовать над джезвой сил не было, пусть подождет до утра. Время еще не позднее, и я твердо решила почитать купленную на днях книгу. Кружку поставила на небольшой деревянный поднос, рядом тарелку с блинами. Осторожно ступая, отправилась в комнату. Прямо к широкому подоконнику. Пристроила поднос на краю, завернулась в теплый плед и уселась. Попивая кофе с блинами, смотрела на открывающийся из окна вид с седьмого этажа многоквартирного дома.

В сумерках на улице все становилось загадочным и таинственным. Темные силуэты тополей и лип, яркие кляксы фонарей и маячки светофора на ближайшем перекрестке. Сегодня вечером он ушел на покой и устало мигал оранжевым светом. Небо налилось тьмой, теряя последние полосы ярких цветов. По стенам скользили отсветы от фар проносящихся по дороге машин. Перевела взгляд на размытый призрачный морок, имеющий со мной отдаленное сходство. Вообще-то внешность у меня была самая обычная, но отражение размыло контуры лица, русые волосы выбелило, вместо глаз — темные провалы. Я показала отражению язык и уткнулась в книгу. Приключения главных героев набирали остроту.

Понемногу отогрелась, и меня начало клонить в сон. Нет уж, не спать! Книга очень интересная, долго ждала ее публикации и два месяца начала продаж в интернет-магазине. Да и до конца недели другого свободного вечера может и не быть. Заказами завалили: одни уши торчат, и те чуть-чуть. А сумки сами себя не сошьют.

Вздохнула, как же хочется перебраться хотя бы ненадолго в частный дом. За окном густой сад и звездное бесконечное небо. Улица в мягких, искрящихся на солнце сугробах. Хрусткий мороз, белый шлейф вьюги за окнами с теплыми пятнами вечерних фонарей.

Дернулась и проснулась, все-таки уснула с книгой в обнимку. Нащупала телефон, часы на экране показывали два часа ночи ровно. Переползла на диван и, свернувшись клубочком, уснула уже до утра.

Под старые любимые фильмы весь следующий день работала, собирая из разноцветных кусков кожи модный рюкзак. Из головы никак не выходила мысль о съеме частного дома. Тем более скоро Новый год.

Днем заглянула соседка, мы дружили с того момента, как я поселилась в этой девятиэтажке. Маленькая однушка три года назад досталась мне в личное пользование от дяди. О котором я до того самого дня ничего не знала. Мама с братом не общались больше двадцати лет. Она объяснила туманно, что характер у него был тяжелый. Других родственников у него не было. Ни жены, ни детей.

Сидя на горе мебели на первом этаже, ждала, пока грузчики перетаскают все наверх. Грузового лифта в доме не было, а в обычный влезли только стулья и полки. Мира пробралась мимо моих завалов к лифту. Разговорились. Оказалось, что она живет в квартире напротив. Подруга оказалась неоценимым помощником в сборке мебели. С тех пор мы постоянно бегали друг к другу в гости. Мира работала переводчиком, как и я, на дому.

Я поделилась с подругой своей идеей.

— Вперед! Жаль, что все новогодние праздники я буду разъезжать по родственникам. Вернусь поскучневшая и потолстевшая. Как обычно!

— Жаль, — повторила я и вздохнула.

О количестве родственников Миры, живущих по всей России, была от нее наслышана. Она все время на них жаловалась, но очень любила.

— Но! — она подняла указательный палец вверх. — Смогу улизнуть на Рождество. И привезу гору еды. Не одной же мне страдать от переедания!

— Урааа, — я повисла у нее на шее.

— Я уезжаю завтра к родителям в Архангельск. Две недели пробуду у них. Обязательно звони мне! — она строго на меня взглянула, я закивала.

— Позвоню! Не сомневайся! Завтра еще забегу к Нине, оставлю ей запасные ключи. Раз уж мы с тобой такие непоседы!

— А твои родители?

— Я не говорила? Они переехали в Краснодар… — я развела руками.

— В Краснодар?

— Угу, третий переезд за четыре года. Отца снова перевели.

— Перелетные птицы, они у тебя, — засмеялась подружка. — Все, переводы не ждут! А вот издательство — очень даже. Еще и в поезде сидеть в обнимку с работой. Главное, чтобы с соседями повезло.

Мира убежала домой. Пока не выдумала сто причин передумать, я открыла ноутбук и набрала в поиске браузера: снять дом. Весь вечер и часть ночи, отложив работу, изучала варианты и отсылала запросы риелторам. Многие отвечали сразу. К полуночи отсеяла до трех вариантов. Утром остался один. Старый перестроенный дом в небольшой деревне, а вокруг лес. Вода, газ, свет, канализация. Пришлось подписать аренду на месяц с 10 декабря по 12 января. И цена вышла на удивление приемлемая!

Позвонила родителям, предупредила, чтобы не волновались, ввалившись с незапланированным визитом в гости. Мама полчаса давала наставления по существованию зимой в частном доме. Чистить дорожки, не лить много холодной воды, канализация замерзнет. Осторожнее быть с газом… Откуда такие подробности знала потомственная горожанка в третьем поколении, непонятно.

Забежала к подруге детства — Нине. Вручила ключи от квартиры и торт. Тут же заловила ее толстенького рыжего кота. Уселась в кресло, почесывая его за ушами. Кот блаженно мурлыкал. Нина выслушала меня, хлопая глазами.

— Нет, Саш, это, конечно, романтично! Дом на окраине, сад, звезды… — но страшно!

Я фыркнула. Нина смущенно улыбнулась.

— Страшно? Шутишь? Наше движение на дорогах, это страшно!

— Ну да, — вздохнула она. — Праздники будешь встречать в одиночестве?

— Ага, моя мечта! Я ее исполню и придумаю новую… Отличный план! Как считаешь?

— Не поспоришь, — усмехнулась Нина. — А я после праздников поеду к своим на дачу.

— Вместе с котом? — подняла я удивленно брови.

Кот тоже вопросительно приподнял голову и мяукнул. Характером он был точная копия своей хозяйки — добрый, мягкий домосед.

— Хм… вопрос… он дачу не любит. Зато мои родители любят его. Откормят еще больше, назову Шариком. Вместо Рыжика.

— Отличное имя, моя бабушка утверждала, что котов нужно называть именами, содержащими шипящие. Шарик — идеально.

— Главное, чтобы Квадратиком называть не пришлось. Там без шипящих.

— Как и во всех остальных названиях геометрических фигур, — покивала я. — Не любили геометры котиков.

— Один любил! — засмеялась Нина. — И тоже толстеньких.

Мы проболтали больше часа, обсуждая, что пригодится в дороге и что взять с собой, отдыхая в суровой глубинке России.

Я вернулась домой и застонала. Сегодня восьмое, боже, у меня всего два дня на сборы.

— Ну, молодец, без приключений никуда! — бормотала я, носясь по дому и в ускоренном темпе собирая чемоданы.

Перед сном села за стол дочертить выкройку. Нервы разгулялись, адреналин в организме зашкаливал. В таком состоянии сложно засыпать. Проворочаешься без толку половину ночи. Выключилась примерно два часа спустя физиономией на выкройке. Утром на лбу обнаружилась надпись 150×200мм в зеркальном отражении.

Интересно, это количество мозгов или дури? Очевидно второе, так как спину ломило, шея от сна на столе не гнулась. Сегодня ночью нужно будет нормально выспаться. Завтра полдня за рулем, а сегодня мне еще нужно доделать срочный заказ. Простонав, заползла крючком в душ, спустя полчаса эволюционировала до прямоходящего человека, засела за работу.

Дошив кошелек и рюкзак, еще раз осмотрела собранное в дорогу. По уверениям риелтора, в деревне работал магазин, но я все равно насовала гору еды в один из чемоданов. Кожа, инструменты и одежда заняли второй.

Десятого с утра я загрузила чемоданы в багажник старенькой Лады и отправилась в новый дом. Добиралась более трех часов. С двумя остановками на заправках. Машина заправлялась бензином, я кофе. Путь, на удивление, прошел без приключений. Асфальтовая дорога местами сменялась на грунтовку, но моя машина без проблем преодолела все ямы и колдобины. Было заметно, что снег здесь расчистили совсем недавно. Последний отрезок дороги вел сквозь лес. Стволы деревьев мелькали за окнами, сливаясь в размытую линию. Солнце так и не выбралось из-за пелены снежных туч.

В час дня я въехала в небольшую деревню. Пара десятков улиц, небольшой магазин. Риелтор не обманула. Сверяясь с нумерацией домов, добралась до нужного — 28. Он выглядел один в один, как на фото. Двухэтажный, деревянный, с круглым чердачным окном. Пластиковые окна, широкое крыльцо под навесом. Зеленая деревянная входная дверь.

Настроение активно поползло вверх. Ожидания оправдались. Замечательный дом, вокруг сосновый лес прямо за забором. Перед домом в палисаднике пара небольших яблонь под снежными шапками. Морозный воздух с нотками хвои. Втянула его полной грудью.

Выключила двигатель и, вытащив ключ из замка зажигания, выскользнула из прогретого салона. Поежилась, мороз к ночи усилился. Натянула вязаные перчатки собственного изготовления и вытащила чемоданы. Захлопнула дверцу багажника, закрыла на ключ. Пикнула сигнализация. Дорожка к дому оказалась прочищена, интересно кем? Спустя пару минут я с чемоданами вползла на крыльцо дома. Руки отваливались, но лень победила. Бегать несколько раз от дома к машине и обратно — желания как-то не было. Достала из рюкзака ключ и ввалилась в дом, в прямом смысле слова — ввалилась! Колесо одного из чемоданов зацепилось за небольшой порог. Чудом не растянувшись на полу, замерла, переводя дыхание. И рассмеялась.

— Ловкость рук и чемоданов оставляет желать лучшего. Ох, как я спешу поселиться в новом доме.

По одному втянула чемоданы в прихожую и поставила у стены. Усилий не так уж много, а спина и голова мокрые.

Потопала ногами, стряхивая налипший на ботинки снег, привалившись к стене, стащила обувь и поставила у двери. Куртку и шапку повесила на вешалку. Прошла вперед, узкий коридор вывел меня в комнату, большую и просторную. Справа лестница на второй этаж. Три окна, в центре комнаты стол, два стула, кресло и диван. Пахло чистящими средствами и чуть-чуть сыростью.

За окнами постепенно начало темнеть, в углах комнаты сгустились тени. Нашла на стене выключатель, раздался громкий щелчок, под потолком загорелась трехрожковая люстра. С плафонами в форме цветов тюльпана. Подошла к окнам и задернула бутылочно-зеленые шторы. Чувствовать себя аквариумной рыбкой малоприятно.

В доме было тепло, я потрогала батарею — горячая. Свет есть, отопление работает. Отлично. Осталось проверить наличие воды. Можно, конечно, было проверить и на кухне, но я решила заодно осмотреть второй этаж. Ступеньки под ногами скрипели на все лады. На втором этаже обнаружились две закрытые двери.

Толкнула первую дверь — спальня! Панцирная кровать, неплохой матрац, комод, кресло, узкий одежный шкаф и ковер на полу. Светлые обои, несколько полок на стене у двери. Здесь было прохладнее, чем внизу, второй этаж прогревался медленнее. Ничего, моя теплая пижама выручала меня не один год в ожидании включения отопления в городской квартире.

Дальше по проходу располагалась ванная: душевая кабинка, раковина, синяя плитка на стенах, серая — на полу. Крашеный потолок белого цвета, еще одна дверь, санузел — раздельный. Подошла к раковине, открыла кран с холодной водой, быстренько отступила на шаг. Вода хлынула ржавым потоком с жуткими хрипами. Но постепенно хрипы прекратились, а вода посветлела. Кран с горячей повернула на пару миллиметров, принять душ из кипятка в одежде и на полу, так себе развлечение. Пальцем попробовала воду, горячая!

Затащила один чемодан наверх. Одежда и работа. Второй остался внизу, там еда и немного кухонной утвари. Устала неимоверно, долгая дорога давала о себе знать. Покопавшись в чемодане, нашла теплую пижаму с капюшоном, полотенце и банные принадлежности. Слила воду, дождавшись прозрачности. Душевая кабинка отлично сохраняла тепло, и я наконец-то прогрелась.

Облачилась в пижаму, теплые домашние угги. Натянула на голову капюшон. Спустилась на кухню, второй чемодан необходимо разобрать сейчас. Продукты в холодильник, банки с консервами и упаковки с макаронами и крупами рассовала по шкафам. Сахар и кофе поставила поближе, рядом кружку и пару тарелок. Остальную посуду оставила на столике. Завтра перемою и расставлю по местам. Охая, плюхнулась на стул. Поставила на стол упаковки с суши. Купила специально — отпраздновать! Достала смартфон, запустив аудиокнигу, с удовольствием сжевала ужин. На последних укусах отчаянно клевала носом. Заперла входную дверь, выключила на первом этаже свет. Положила смартфон в карман, не выключая книги. Заскочила в ванную. В спальне включила ночник, застелила постель, плюхнулась на кровать и мгновенно отключилась.

Утро началось в десять, сама от себя подобного финта не ожидала. Вообще-то я типичный жаворонок. Если вставала позже девяти, то большую часть дня бродила как лунатик. За ночь комната прогрелась, я стянула капюшон с головы. Переоделась в спортивные штаны и футболку, отправилась в ванную. Заглянула в зеркало, висевшее над раковиной. Вот так кикимора! Волосы стояли дыбом, едва расчесала. Мягкие и густые, они при каждой удобной возможности превращались в воронье гнездо. Глазищи ошалелые и все еще сонные. Чтобы окончательно проснуться, умылась холодной водой. Бросила взгляд в маленькое окошко. На улице разыгралась настоящая метель. Ветер кружил снежинки, пригоршнями швыряя в стекло. Значит, сегодня надо браться за расчистку дорожек и машины. Пожалела, что вчера поленилась и не загнала Ладу во двор. Делать нечего, найти бы только чем чистить.

Спустилась на кухню, засыпала кофе в джезву, добавила кайенского перца, имбирь и корицу. Вдыхая божественный аромат, перелила в любимую кружку. Минут семь потягивала напиток, таращась в окно на заснеженный лес. Вымыла кружку и джезву. Расставила все по шкафам. Пора на улицу. Вышла в прихожую, натянула ботинки и куртку. В кармане нащупала связку ключей. Всего их было четыре; один от входной двери и один от ворот. От чего еще два, пока оставалось загадкой. Щелкнул замок, я распахнула дверь и, спрятав лицо в шарф от ледяного ветра, шагнула на крыльцо. Ступени и дорожку к дому уже хорошенько замело. Я вздохнула, где же искать лопату?

Опустила голову и присела на корточки, на снегу отчетливо виднелась цепочка крупных птичьих следов. Распрямилась, пожала плечами. Рядом лес, и кто-то из пернатых залетел на огонек. Оглянувшись, заметила в углу крыльца веник. Отлично! Для ступеней в самый раз! Смахнула снег, вернула веник на место и, спустившись с последней ступеньки на дорожку, задумалась. Где обычно хранят лопаты и прочий инвентарь? Ну, конечно же, в сарае! Проваливаясь в сугробы по колено, обошла дом и оказалась на заднем дворе. Неподалеку обнаружился небольшой сарай. Кое-как добралась до него и уставилась на висячий замок на двери. Ха, я предусмотрительная! Извлекла из кармана связку ключей. Один из двух неизвестных — самый ржавый, подошел к замку. Пришлось повозиться, наконец, внутри замка щелкнуло, и он повис на открытой дужке. Потянула на себя хлипкую дверь и заглянула в темное помещение. Свет, льющийся из небольшого, с мутными пыльными стеклами окошка, едва рассеивал мрак. Я поморгала. Глаза постепенно привыкли к скудному освещению. Разглядела завалы садовой мебели и инвентаря. Громоздкие качели, шезлонг, лопаты, грабли, цветочные горшки, ком полиэтилена, старый комод и шкаф с одной дверцей.

О, а вот и лопата для чистки снега! Правда, она была завалена деревянной кадкой и неким железным предметом непонятного назначения. Осторожно ступая и глядя под ноги, не хотелось бы не заметить что-то убойное, например, грабли, добралась до искомого предмета. Потянула, но лопата не сдвинулась ни на миллиметр. Так, деревянная кадка такой тяжелой быть по определению не может… присмотрелась к железяке. Узнала древние тиски с небольшой наковальней, прикрученные к куску толстенной деревяшки. У деда в гараже стояли похожие, весили они приметно тонну. Поудобнее перехватила древко лопаты и, раскачивая, понемногу освободила из-под тисков… Звучит-то как! Героическое спасение лопаты! Улыбаясь, вышла из сарая, взвалив снегоочистительный инвентарь на плечо, сделала несколько шагов. Нога провалилась в снег, меня повело, лопата перевесила, и я спиной завалилась в сугроб. Лопата шлепнулась рядом с моей головой. Задыхаясь от смеха, кое-как встала, отдышалась, подхватила лопату и за ручку волоком потащила за собой. Взмокла как мышь. Перед глазами кружились цветные пятна.

Не очень умело, но справилась с чисткой дорожки. Машину тоже пришлось обмести специальной щеткой, невесть сколько без дела лежащей в багажнике. Машиной, подаренной мне родителями два года назад, я пользовалась очень редко и неохотно. Предпочитая передвигаться по городу общественным транспортом. Раскрыв ворота, загнала машину во двор и укрыла брезентом.

Бегом понеслась в дом. Замерзла ужасно, да и аппетит разыгрался зверский. На скорую руку сотворила макароны с луком и сыром. Умяла в минуту, запивая мятным чаем. Прошла в гостиную. Позвонила родителям, с восторгом обрисовала свое житье. Мама очень даже впечатлилась. Точно говорю, столько охов от нее я слышала в прошлом году, свалившись с жесточайшим гриппом.

Включила продолжение аудиокниги и до темноты кроила и шила. Около одиннадцати, зевая, искупалась и завалилась спать.

Разбудили меня странные звуки с улицы. Вскочила с кровати, подбежала к окну. Отвела в сторону ситцевую занавеску и выглянула на улицу. Мимо моего забора по кромке леса шел парень. Темные волосы торчали из-под ярко-синей вязаной шапки. Сугробы там были местами высотой в треть забора. Он рукой опирался о доски, чтобы не упасть. Как раз и издавал глухие стуки, которые меня разбудили. В снегу он был с ног до головы. Эдакий ходячий снеговик.

Уж не знаю, что щелкнуло в моей голове, но я, слетев на первый этаж, прилипла к окну на кухне. Доски забора были прибиты не встык, а с зазорами.

Почему-то очень захотелось рассмотреть парня получше. И удивленно подняла брови. Никого на улице, ни у забора, ни у леса не было! Куда он делся?

Обежала все окна на этажах, парень испарился. Куда, интересно? Действительно в лес сбежал? Любопытство разыгралось не на шутку. Разглядела из окна второго этажа калитку, ведущую в лес. Вчера я на нее не обратила внимания. Хм, заодно к ней дорожку почищу…

Но любопытство пришлось поумерить. Куртка и шапка у меня были в одном экземпляре и со вчерашней чистки еще не высохли. Эх! Повесила их на спинку стула, стул приставила к батарее. Уютно устроившись в кресле, дошила последний заказ. Неожиданно на это ушло много времени. Выкройка оказалась с подвохом.

Написала в мессенджере Мира, отчиталась, что добралась до родителей. Забросала меня вопросами о доме. Я старательно и подробно отвечала. Отправила несколько фото. Подружка оценила. На том и простились.

Я посмотрела на часы. Ничего себе! Половина пятого! Перекусила сыром и салатом и, попивая мятный чай, занялась приготовлением ужина. Закинула картофель и кусочки тыквы в духовку. Настрогала салат. К этому времени подсохла и куртка.

Снег на улице все еще шел, но мелкий. Ветер успокоился. День понемногу угасал. Прочистила дорожку к задней калитке, она оказалась закрыта на хлипкую металлическую щеколду. Смахнув снег, отодвинула засов и вышла прямо в хвойный лес. Вдыхая морозный воздух, наполненный ароматом смолы, прошла вперед вдоль забора. Ага! А вот и следы! Снег днем не шел, мне повезло, правда, пока я шла к калитке, пошел снова. Крупные хлопья кружили в воздухе. Значит, мне не показалось. Я точно его видела. Полазила туда-сюда по сугробам. И выяснила, что замеченный мной с утра парень действительно утопал в лес.

Шляться по лесу в сгущающихся сумерках, глупость несусветная. И я, вернувшись к калитке, двинулась к дому. Свернув за угол, замерла. На ступеньках крыльца кто-то стоял. Я присела и тихо подкралась ближе. Зачем разыгрывать шпиона, не понимала сама. Но, тем не менее, затихарилась у высоких перил, разглядывая посетителя. Невысокий дедок в ушанке набекрень, валенках и тулупе. Почувствовала себя идиоткой. Развела секретность на пустом месте. Крадучись, вернулась за угол, громко покашляла и промаршировала к мужичку.

— Вечер добрый!

— Ой, девонька, так это ты здесь живешь-то теперь?

Кивнула. С шапки свалился небольшой сугроб.

— А-то я и смотрю, вчера в окнах свет. Вот решил зайти, у нас тут редко жильцы-то объявляются. Чаще шантрапа местная хулиганит. Надолго приехала?

— Я сняла дом на месяц!

Дед удивленно похлопал глазами.

— На месяц? Ты одна, что ль? Ладно, буду приглядывать за тобой. Если что в доме не будет фурычить, обращайся. Подмогну. Кузьмич я. Живу вон там, — он махнул рукой. — Отсюдова через пять домов.

— Обязательно! Спасибо!

Он что-то пробурчал под нос и, прихрамывая на левую ногу, начал спускаться, почесывая шею. Звук вышел, словно наждачкой по железу провели. От него пахло табаком и сеном.

— Ой, подождите, — опомнилась я. — В деревне есть почта?

— Почта-то? Есть! Как же… От магазина, ежели к нему лицом стоять, три дома направо.

— А магазин каждый день работает?

— Ага, ага, кажный! Токма, когда Людка товар принимает закрыт, кажную вторую среду значится, а так с десяти и до шести, — он пожевал губами, потоптался на месте и, махнув рукой, похромал к калитке.

Застыв у крыльца, я смотрела ему вслед. Он явно хотел сказать еще что-то, но передумал. О чем же интересно? Кузьмич вышел за калитку и зашаркал вдоль улицы. Вскоре исчез из виду.

Я еще немного постояла на улице. Один за другим зажглись фонари. Снег вокруг засверкал оранжевыми искорками. Взглянула на телефон, семь часов вечера. Уходить не хотелось. Возникла гениальная идея. Забежала в дом — на кухню. Заварила свежий чай, прихватила конфеты и плед.

Вернулась на крыльцо, накинула на плечи плед. Прислонилась спиной к перилам. Жевала конфеты, запивая их чаем. Черные снежные облака низко нависали над печными трубами, торчащими из крыш деревенских домов. Домики казались игрушечными. В некоторых окнах горел свет, выплескивая на снег квадратные оранжевые лужицы. Я наслаждалась каждой секундой. Чай вскоре закончился, а я уже не чувствовала ног от холода. Работать и спать!

Проснулась опять поздно, но голова на удивление была ясной. Покофейничала и решила выйти в народ. Точнее, в магазин и на почту. Докупить хлеба, овощей и отправить заказы. Пришлось вытрясать из клиентов адреса. И уверять, что почта не подведет и ничего не потеряет.

Ночью снег не шел, чистить дорожки с утра мне не пришлось. Помахивая бумажным пакетом с упакованными на отправку заказами, двинулась вдоль улицы. Людей у домов было немного, и большинство не обращали на меня ни малейшего внимания, взрослые чистили дорожки, дети играли в снежки и строили крепость. Тянуло шашлычным дымком. Пара старушек и женщин со мной поздоровались, провожая после любопытными взглядами.

Добралась до нескольких обледенелых ступеней, ведущих в магазин, с превеликой осторожностью взобралась на верхнюю ступеньку и нырнула в дверь. Огляделась. Обычный сельский магазин. Широкий прилавок с кассовым аппаратом и терминалом, полки вдоль стен, заставленные товарами, и пара витрин-холодильников. Выбор неплохой.

И продавщица — одна штука. Симпатичная девушка лет двадцати семи. Если верить дедку, звали ее Людкой. Черная коса и карие глазищи. Она приветливо улыбнулась.

— Привет! Так это ты поселилась в крайнем доме?

— Разведка донесла? — намекнула я на деда.

Она засмеялась.

— Еще как донесла! У нас новые люди редкость. Вот и рады все новой теме для болтовни. На месяц?

— Угу… не привычно такое внимание.

— Из города?

— Да, — кивнула. — Решила пожить на природе.

— У нас хорошо! Чистый воздух, лес, — она понизила голос и с подозрением оглядела помещение. Как будто на пяти метрах торговой площади мог притаиться еще хоть кто-нибудь. За витриной с колбасой, например! — Только не слушай глупые россказни, — наклонившись над стойкой, прошептала она.

— Не о призраках ли, невинно убиенных предыдущих жильцах, надеюсь? — шепотом спросила я, решив немного подыграть девушке.

Она натянуто хихикнула, выдерживая паузу.

— Да ладно? — наигранно удивилась я.

— Ну хорошо, расскажу, — она вздохнула. — Не в доме, конечно, в лесу. Пропало несколько человек. Один летом, в самом начале, и один в сентябре. Первого особо и не искали. Думали, раз охотник, то мог далеко уйти и заплутать. А вот второго мужчину, искали всей деревней. Полиции понаехало, и несколько дней лес прочесывали…

— Не нашли?

Она помотала головой.

— Местность болотистая? — продолжила я расспросы.

При мне тоже парень в лесу исчез. Вдруг опять полиция пожалует?

— Болотистая, но не рядом с нашей деревней. Дальше, — она махнула рукой. — У Веселок. Это километров восемьдесят.

— М-да, топать далеко.

— Зачем? — не поняла продавщица.

— Чтобы утопиться в болоте! — пожала я плечами.

Она похлопала глазами. Я прикусила язык, достала список из кармана и начала диктовать. Девушка собрала все в пакет и вручила мне. Я поднесла смартфон к терминалу и расплатилась. В магазин вошла семья с двумя детьми. Дородная мать семейства не сводила с меня глаз. Дети носились по залу, отец замер у полки с вениками для бани.

Я, пробормотав здрасти-досвиданья, подхватила пакет и поспешила на улицу. Отсчитала три дома справа и точно: почта! Внутри царила тишина и полная клиентская безлюдность. Тетенька в окошке читала роман в бумажной обложке. Я быстро отправила посылки. Всегда бы так! И пустилась в обратное путешествие.

Пакет с продуктами с каждым шагом становился тяжелее. Пыхтя как паровоз, упрямо шагала домой. В голове крутились слова продавщицы. Люди, значит, пропали? Узнать бы подробности. Ну а на что нам дан интернет?

Сгорая от любопытства, разогрела вчерашнюю картошку и, хрустя соленым огурцом, открыла поисковик в телефоне. Задумалась, как правильно набрать запрос. В конце концов, напечатала: деревня Лужки, пропавшие люди.

Пока страница местной газеты загружалась, обдумывала, на какую букву ударение в названии деревни интереснее звучит? Лужки или Лужки?

Сайт загрузился с трудом, дважды пришлось обновлять. Нашла выпуски газеты за сентябрь. Одна мааааленькая заметка на второй странице. В деревне… угу… пропал… не найден. Если, по утверждению продавщицы, второе исчезновение наделало больше шума, то искать в газете информацию о первом пропавшем бессмысленно. Подумала и все же просмотрела все выпуски с конца мая. Вообще ничего!

Невидящим взглядом посмотрела в окно. И быстро сфокусировалась на темной точке у кромки леса. Знакомая шапка! Не пропал, значит. Молнией вылетела в прихожую и, одевшись, натянула сапоги. Заперла входную дверь и помчалась к калитке. Распахнула ее… и со всего размаха врезалась в вышеупомянутого обладателя синей шапки. Мы вместе улетели в сугроб.

— Ой, — донесся до меня низкий мужской голос.

Я забарахталась в снегу, пытаясь подняться. Сильные руки обхватили меня за плечи. Едва переводя дыхание, замерла. Подняла голову и наткнулась на ехидный взгляд черных глаз. Покраснела.

— Замри, — приказал мягко парень. — Если, конечно, не пытаешься добраться до дома по сугробам вплавь.

Я фыркнула и отмерла.

— Не любитель я экстремальных видов спорта!

Он легко поднялся на ноги и поставил меня рядышком. Я его, наконец, хорошо рассмотрела. Высокий, подтянутый, широкие плечи, черные взлохмаченные волосы, тонкие черты лица, ухмылка. Лет двадцати восьми, темно-карие глаза также пристально осматривали меня. Синяя шапка валялась в сугробе. Я подняла ее, отряхнула и, смущенно покраснев, протянула парню.

— Я здесь живу, — сказала я, махнув рукой на дом.

Парень кашлянул, маскируя смешок.

— Замечательно, значит, мы ближайшие соседи. Я живу там, — указал он на кирпичный одноэтажный дом, действительно рядом с моим. Я улыбнулась и протянула ему руку.

— Приятно познакомиться, сосед, Александра, — мы пожали руки.

Вернее, мокрые, замерзшие передние конечности. Перчатки-то я в спешке забыла дома и опять вывалялась в снегу. Не одна на этот раз, да и без лопаты. Достижение!

— Даниил, — кивнул он. — Или Данн.

— Очень приятно! Любишь прогулки по заснеженному лесу? — уточнила я, он с улыбкой покачал головой.

— Пойдем, провожу домой, здесь снега по пояс, — он подхватил меня под руку, развернул лицом к калитке и подтолкнул вперед. На автомате я прошла несколько шагов.

— Ты ищешь пропавших? — спросила заинтересованно и неожиданно даже для себя самой.

— Каких пропавших? — переспросил удивленно Данн.

— Ты что, не знаешь об этом? Двое пропали в лесу в июне и сентябре.

— Да? Как интересно? Но я никого не ищу, — покачал он головой.

— Это я уже поняла… Не поняла другое, почему ты не знаешь. Ты ведь здесь живешь, а мне в первую же вылазку в магазин все поведали! В подробностях!

— Вот оно что, очевидно, я не располагаю к откровениям, в отличие от тебя.

— Мы уже на ты?

— А как же! Дружеское купание в снегу сближает.

За разговором он довел меня до моего дома. Отпустил руку и отступил на шаг.

— Тебе лучше поскорее вернуться в дом, мороз крепчает. До встречи, — развернулся и был таков.

Даже моргнуть не успела. Умеет же человек мгновенно исчезать. Вздохнула, глядя на пустынный двор. Потопала ногами, сбивая снег с сапог, не помогло. Взялась за веник, по-хорошему, им нужно было промести всю меня, да помощник сбежал. Более-менее почистившись, нырнула в дом. Прямым ходом помчала к холодильнику. М-да, с таким аппетитом выкачусь через месяц отсюда колобком.

После перекуса поднялась на второй этаж и, случайно подняв взгляд наверх, разглядела в потолке люк. Чердак! Встала прямо под ним и огляделась. Ни лестницы, ни стремянки. Прошлась мимо комнаты и ванной в раздумьях. Спустилась вниз. В прихожей, в темном закутке за дверью обнаружила стремянку. Не искала бы специально, никогда не нашла. Высокая, больше двух метров, и легкая.

Она нещадно гремела при каждом шаге, но я не обращала на это внимания. Установила ее под люком, залезла и толкнула крышку, она легко поддалась. Несколько минут позора, и я на чердаке.

Пыль царствовала здесь всюду и повсеместно. Пыльные коробки на пыльном полу, пыльная мебель под пыльными простынями, все это едва освещал пыльный свет, просачивающийся на чердак сквозь пыльное круглое окно. Прошла вперед, осторожно коснулась верхней коробки, приподняла крышку и заглянула внутрь.

Старые пожелтевшие газеты, присыпанные слоем открыток с букетами цветов — у бабушки похожие видела. Подняла глаза и испуганно шарахнулась в сторону. Передо мной мелькнул размытый силуэт. Сфокусировала зрение. Да это же просто зеркало! Нервно засмеялась, отдышалась, опираясь рукой о стопку коробок.

Сняла верхнюю коробку, заглянула в следующую. Альбомы с фотографиями и книги. Чихнула, с коробок взметнулось облако пыли. Глаза заслезились, схватила коробку и вернулась к люку. Кое-как спустила коробку на широкую ступень стремянки и полезла вниз, руками держалась за раму люка. Ногами нащупала следующую ступеньку. Стремянку тряхнуло. Я замерла и, контролируя каждое движение, осторожно спустилась вниз. Стащила коробку и, беспрестанно чихая, занесла ее в спальню. Протерла пыль влажными салфетками. Прихватила сменную одежду, искупалась и вернулась на кухню за кофе. Поднялась в спальню, включила настольную лампу, принесенную из гостиной, села на пол у коробки.

Достала первый альбом. Пожелтевшие снимки незнакомых людей. Семьи, дети, старики, свадьбы.

Сколько же десятилетий назад сделаны были эти снимки? Надписей нигде не нашла. Вытащила несколько фото, на обратной стороне тоже пусто. Отложила альбом в сторону, взяла следующий: тяжелый, обложка обтянута зеленым бархатом с металлическими углами, снова фото — жизнь, десятки лет назад пойманная на объектив фотоаппарата.

Несколько книг, кулинарная - без обложки, с ятями. Открыла ее примерно на середине.

— Голуби жареные, — округлившимися глазами уставилась я в книгу. — Кулинария для котов, что ли. Хм… нет, еще рецепты мыла, кремов, м-да.

Пара томиков классики, в самом низу лежало что-то черное и меньшего размера, чем книги. Шкатулка деревянная, с цветами и листьями, вырезанными на крышке и по бокам. Тонкая работа. Попыталась открыть, вот только замка не нащупала. Крутила ее в руках минут десять и совершенно бестолку. Поставила шкатулку на пол, альбомы и книги (кроме экстремальной кулинарии) положила обратно в коробку. Завтра верну на чердак.

Попыталась подняться, со стоном потерла поясницу. Слишком долго сидела в одной позе. Потянулась, помахала руками.

— Все, уважаемые тайны, займусь вами завтра! — пообещала я. Налопавшись под книгу конфет с имбирно-лимонной начинкой, уснула.

Проснулась в темноте от странного шороха. Звук шел сверху, словно кто-то скребся в стену над моей головой, в комнате резко похолодало. У меня зуб на зуб не попадал. Прислушалась - тишина. Может, мне приснилось? Отодвинулась от стены и осмотрела ее при бледном свете луны. Стена как стена; обои белые с тонкими серебристыми узорами, едва заметными. Больше ничего и никого. Я сглотнула, накинула на себя одеяло и сунула ноги в угги. Не отрывая взгляда от стены, задом добралась до стоявшей на полу лампы и щелкнула выключателем. И правда, никого и ничего. Выдохнула…

Под окном громыхнуло, хрустнуло, и нечто врезалось в стекло. Дернулась и чуть не свалилась на пол. Может, это была… летучая мышь? Нет, даже если они здесь водятся, зимой они спят. Летучая мышь с бессонницей? Закатила глаза. И почему это в голову чушь одна лезет? Подошла к окну, но разглядеть в снежной колючей тьме ничего не смогла.

Шлепнулась в кресло, подтянула ноги. Нужно выйти на улицу и посмотреть, что там приключилось, или подождать до утра… и включить логику. За окном стояла тишина, я так уставала первые дни, что засыпала крепко, а сейчас заметила. Глухая, если подобрать самое мягкое определение. Любой звук наверняка разносится на далекое расстояние и слышен отчетливо. Мало ли что где грохнуло. В стекло же, возможно, врезалась птица, а я уже сочинила страшную сказочку. Ухмыльнулась и поискала глазами телефон.

Он остался лежать на полу рядом с коробкой и шкатулкой. Покинув теплое местечко, подняла его и ткнула в экран, а вот и часы — 2:09. Время подходящее. Как в мультике, можно сидеть и с удовольствием бояться!

Плюхнулась обратно в кресло. Какое-то время сидела, сычом тараща глаза во тьму за кругом света от настольной лампы.

Проснулась, свернувшись бубликом на полу, хотя точно помнила — из кресла не вылезала. Одеяло в нем и лежало, а вот я нет. Но что самое странное — я не замерзла. От ночного холода не осталось и следа. Ломая над этим голову, по-быстрому переоделась, умылась и поплелась на кухню.

В дверь громко постучали, я подпрыгнула и затаилась. Тихонько подошла к входной двери. Прислушалась.

— Александра, у тебя все в порядке? — донесся до меня голос соседа.

Я распахнула дверь. Он с тревогой на лице осмотрел меня снизу доверху. Не заметив ничего подозрительного, выдохнул и немного расслабился.

— С чего ты вообще решил, что я могу быть не в порядке? — уточнила, нахмурившись.

— Оденься, — попросил он.

Я последовала совету и спустилась за ним с крыльца. Данн завернул за угол дома, а я чуть не уселась в сугроб. Челюсть упала, дыхание перехватило. Задняя калитка висела на одной петле, болтаясь на ветру и тихонько поскрипывая. По сугробам возле нее словно стадо слонов пронеслось. Я закрыла рот, открыла, опять закрыла. Только вот весь словарный запас напрочь стерся из головы.

— Поэтому и спросил, утром пошел в лес и увидел твою калитку… Саш, ты в порядке? Бледная очень.

Я покрутила пустой головой. Он потянул меня за руку.

— Идем, выпьем чаю и все обсудим. Считай, что я сам себя пригласил в гости, пока ты не в состоянии этого сделать.

— Всё я в состоянии, — прорезался у меня внезапно голос. — Ночью слышала какие-то странные звуки.

— Примерно во сколько?

— Не примерно, я точно могу сказать! В два часа и пять или семь минут.

— Так чаем-то напоишь? — улыбнулся он озорно.

В темных глазах плясали лукавые смешинки, я не удержалась и улыбнулась в ответ.

— Чаем так чаем, прошу, — указала я на входную дверь. Он кивнул и вошел в дом.

Прошли на кухню, я украдкой рассматривала гостя без куртки. Высокий, стройный, в джинсах, сером свитере с воротником под горло, легкая темная щетина на скулах. Цитрусовый парфюм, волосы растрепаны.

— Чем помочь? — спросил Данн.

Сунула ему в руки хлеб, сыр, доску и нож. Он увлеченно приступил к сооружению бутербродов. Я занялась чаем. Покончив с совместным приготовлением завтрака, сели за стол друг напротив друга. Некоторое время молча жевали, я не понимала, с чего начать разговор. Данн спокойно пил чай и смотрел на меня, я крутилась на стуле, как уж на камнях.

— Что же произошло с калиткой, не знаешь? — осознав, что молчание затянулось, спросила я.

— Нет, я осмотрел снег вокруг: никаких следов - ни зверя, ни человека. Даже нечетких. Смахивает на небольшой локальный ураган. Налетел, сорвал калитку и расшвырял снег.

— Хм… — я задумалась, помешивая в кружке ложкой.

— Калитку я починю, заявление подавать в полицию вроде бы не о чем.

— Это точно, — покивала я и встрепенулась. — За калитку заранее спасибо.

— Согласен на оплату чаем, — он кивнул на кружку.

— Договорились, — я протянула ему руку, он ее пожал.

Мои пальцы утонули в его сухой и теплой ладони. Я смущенно куснула бутерброд. Он дожевал свой, допил остатки чая и поднялся.

— Пойду, я уже осмотрел калитку: работы на два самореза. Прикрутить нижнюю петлю.

Я кивнула.

— Скажи, если что-то придется докупить, я…

Данн фыркнул.

— Не переживай, мне перешел от предыдущих хозяев сарай, забитый инструментами и всевозможной скарбовой мелочевкой.

— Предыдущие хозяева? — удивленно переспросила, дожевав кусок.

— Да, я купил дом!

— Давно?

— Два месяца назад, — я произвела нехитрые подсчеты в уме.

— Ааааа… поэтому ты и не в курсе… о пропавших…

— Именно поэтому, — покивал он. — Я чужак и не очень общительный. За продуктами езжу в ближайший город. Соседей знаю только в лицо. Ну, всех, кроме тебя. А ты?

— Я сняла дом на месяц, — и уже к нему привыкла, мысленно закончила я.

— И уже привыкла, — озвучил он мои мысли, ухмыльнулся, заметив удивление на моем лице. — Это заметно, в тебе нет неуверенности временного жильца.

Данн двинулся в прихожую. Оделся, распахнул дверь и, спустившись по ступеням, пошел к задней калитке. Я постояла пару секунд в прихожей и, накинув куртку, рванула следом. Данн осматривал снег на дорожке.

Я затормозила за его спиной. Он опустился на корточки.

— И все же странно, — бормотал под нос. — На ветер не спишешь, забор и лес.

Я поняла, о чем он, действительно такой сильный порыв ветра возможен на открытой территории. Деревья гасят сильные порывы. Человек? Ну, если подумать, можно набедокурить и не оставить явных следов.

— А если не ветер?

— Люди? Да, если обернуть чем-то обувь. — Данн почесал подбородок.

Он прошел к калитке, я за ним. Осмотрел все вокруг, вышел из двора, походил вдоль забора, но из-за огромного количества наших вчерашних следов ничего разобрать не вышло.

— Иди в дом, — он вздохнул. — Я быстро прикручу петлю.

— Чай готовить на оплату к вечеру? — уточнила я, состроив серьезное лицо.

— Нет, — помотал головой Данн. — После ремонта уеду в город. Запланированные дела. Завтра утром, если ты не против?

— Не против, только позволь уточнить? Во сколько у тебя начинается утро?

Он засмеялся.

— У меня часов в десять. Нормально такое утро для визитов на чай? Как по-твоему?

— Совершенно с тобой согласна. До завтра!

Он коротко кивнул, я присела в книксене. Мы рассмеялись. Данн отправился за инструментом, я в дом.

После обеда впервые за эти дни выглянуло солнце. Дом словно залили золотым сиропом. Окна украсили морозные узоры. Ветер успокоился. Я взглянула на уличный термометр за окном кухни. Минус семнадцать. От окна тянуло холодом, я поежилась и увидела Данна. Быстрым шагом подошел к калитке, зафиксировал ее, подсунув под низ брусок, ввинтил отверткой саморезы, вытащил деревяшку и исчез из поля зрения. Я отошла от окна. Вздохнула. Ну и что теперь делать до утра? Заказы готовы и даже отправлены. Книга! Лучший способ скоротать время и отключить мозг. И вспомнила о коробке с чердака. Нужно вернуть ее на место и просмотреть остальные, пока светло. Самое время!