Любимая адептка Его величества 2

Дорогие читатели! Это вторая книга.
Первая доступна БЕСПЛАТНО по ссылке в аннотации.

ПРОЛОГ

- Вообще-то я не беру плату с красивых девушек, - заявил Псих, - но ты, Марго, исключение. Будешь должна услугу!

С этими словами в мою ладонь вложили увесистый медный кругляш.

- А это что? – оторопела я.

Поступок портальщика был неожиданным, ведь я ничего у него не просила. А ещё эти слова про услугу – очень не хотелось снова оказаться должной, причём какую-то неведомую фигню.

- Это уникальная и очень нужная тебе вещь, Маргарита, - Псих кивнул на кругляш. – Мы называем его локальный телепортатор.

Я посмотрела вопросительно, и парень добавил:

- Или микро-телепорт, если по науке.

Я всё равно не поняла.

- Ну тебя же заперли, - заявил Псих. - Четвёртый этаж и бдительный сторож внизу. Ни вздохнуть, ни выйти.

- Это ты про общежитие и комендантшу?

Старшекурсник кивнул.

В общем, мне вручили ключ к свободе. Небольшая, имеющая ограниченное количество зарядов самоделка могла перенести из комнаты под стены общаги и обратно. Псих расщедрился потому, что иначе мне, обитательнице отдельных апартаментов, после десяти часов вечера не выйти. А значит и на самое интересное, на нелегальные магические бои, не попасть.

- Но зачем тебе это? – спросила я.

- А почему нет? – Псих зубасто улыбнулся. – Зачем нам все эти драки, если без леди? Вы украшение мероприятия!

Логично, но…

- А услуга-то от меня зачем?

Этот момент напряг. Ведь в моей жизни уже была похожая ситуация, но тогда от обещания услуги было не отвертеться, а сейчас… Возможность выходить из общаги после комендантского часа – это хорошо, но всё-таки излишество. Как кусочек шоколадного торта перед сном.

Без телепорта я не умру! А вот отдавая долги, можно вляпаться по самую шею.

- Да ладно, что ты так кипишнула? – старшекурсник опять заулыбался.

Действительно, чего это я?

Выдохнув, я отбросила лишнюю серьёзность и благодарно кивнула. Тут же услышала:

- Новая встреча сегодня в полночь, возле малой тренировочной площадки. Сама найдёшь или проводить?

При словах о площадке я скривилась, в голову снова полезли специфичные воспоминания. Именно там его величество Георг пытался «простимулировать магией» мою специализацию Тени. Потом подарил два кольца из комплекта «Стеклянной защиты», после чего на Георга напал Жрец.

- Знаю, - ответила я. – Дойду.

Подумала и уточнила:

- А МикВоя приглашаете?

- Конечно. Твой нудный друг уже в курсе.

Нудный друг? Отличное определение для правильного, но стремящегося к приключениям Ботаника.

Но вслух я сказала о другом:

- Не такой уж он и нудный.

Псих фыркнул и, поправив сумку, поспешил догнать свой уходящий по коридору курс.

Ну а поздно вечером, когда за окнами стемнело, я опробовала подарок… Вообще говорили, что на территории столичной Академии магии телепорты не работают, но студенческая дурь, как часто бывает, победила зло.

После нажатия на небольшую выемку в центре медной бляшки, меня перебросило из комнаты в ближайший куст. Я даже взвизгнула, напоровшись рукой на колючую ветку.

Зато бдительная коменданта перемещения не заметила. Светильники не вспыхнули, и никто не выскочил меня ловить.

Потом была встреча возле малой площадки с Джимом МикВоем и безпроблемное обнаружение полога. В отличие от прошлого раза мы не ходили кругами, а, увидав одного из старшекурсников, ринулись за ним.

Мы практически ввалились в завесу, призванную спрятать нарушителей от бдительного взора начальства. Спустя ещё несколько минут начался первый из трёх запланированных боёв.

Стихийник против боевого – я смотрела, приоткрыв рот и затаив дыхание. А чуть позже отвлеклась на странное ощущение… Показалось, будто кто-то стоит за спиной и жаждет меня придушить.

Не смертельно, а так. Слегка! Чтобы глупостей больше не делала и по нелегальным сходкам не ходила.

Я даже ощутила тепло протянутых к моей обнажённой шее пальцев! Ещё примерещился аромат королевского парфюма. Но Георга тут точно не было – при таком скоплении талантливых старшекурсников, его бы однозначно засекли.

Возвращалась я тоже весело, в обнимку с взыгравшей паранойей. Казалось, что кто-то идёт рядом. Причём вальяжно так, ничего и никого не боясь.

А ещё мне слышалось раздражённое клацанье зубов! Поэтому, когда добралась до места, на которое меня телепортировало при побеге из общаги и нажав на выемку в медной бляшке, я испытала искреннее облегчение.

Но за секунду до переноса паранойя достигла высшей точки, и мне примерещилось хмыканье! И едва различимое:

- Ну-ну.

Затем были душ, кровать и забравшийся под одеяло кот-нелегал монструозной наружности. Однако теперь, учитывая повадки защитника и уникальную способность работать зарядкой и вайфаем, Жрец ну совершенно не раздражал.

Я даже подтащила хвостатую тушку поближе, чтобы согреть собственным телом, и так уснула. Впереди ждал новый день, наполненный лекциями, семинарами и прочими прелестями учёбы. Знаниями о магической реальности, в которую я умудрилась попасть.

На моё счастье, в нашей элитной Академии работали очень здравомыслящие люди. Они понимали ценность домашнего образования, которое получили большинство адептов, но абсолютных знаний от нас никто не ждал.

В смысле, нас собирались учить не только магии. В программу были включены и история с математикой, и логика, и даже факультативы по местной литературе. Ну и многое другое, в том числе «Политическая география», которую вёл магистр Гримс.

Сегодняшняя лекция была первой, и я, увидав Гримса, мимолётно скривилась. Мы не конфликтовали, но было стойкое чувство, что препод меня невзлюбил. Ещё во время вступительных испытаний он смотрел так, что хотелось втянуть голову в плечи, а войдя в аудиторию тоже отыскал взглядом. Прицельно!

Я приуныла. А потом нам начали давать материал.

Темп был не просто бодрым, а стремительным! Гримс развернул поверх доски огромную карту и принялся тыкать в неё указкой с невероятной быстротой. Диктовал ещё быстрей, и кто-то даже успевал записывать, только я в число счастливчиков не входила.

Просто все названия были для меня новыми! Я вообще запуталась в этих их бесконечных странных словах.

А потом прозвучало:

– Так хорошо! А теперь беглый опрос. Кто скажет, из-за чего началась первая война между Кастонией и Хафиром?

МикВой радостно поднял руку.

– Слушаю вас, адепт, – кивнул Гримс.

– Официально конфликт начался из-за женщины. Принцесса Кастонии, которая была обещана новому королю Хафира, вступила в тайный брак с послом Немара. Но истинной причиной являлись ресурсы – Хафир претендовал на корабельные леса Кастонии и только ждал повода, чтобы развязать войну.

Преподаватель удовлетворённо хмыкнул и задал аудитории ещё несколько вопросов. Они, как я понимала, были простыми – этакие общеизвестные факты, не знать которые мог лишь полный профан.

Я слушала и пыталась запомнить хоть что-то, а в какой-то момент прозвучало:

– Адептка Сонтор!

Я не расслышала.

Вернее не восприняла этот оклик, потому что – а при чём тут я? Хорошо же сидим! В смысле, народ отлично отвечает на вопросы, так зачем трогать мою скромную персону?

Однако Гримс считал иначе:

– Адептка Сонтор, а расскажите, пожалуйста, где пролегает актуальная граница между Немаром и вольным королевством Биорм?

А-а-а! За что?

Следуя примеру «предыдущих ораторов», я поднялась и уже приготовилась опозориться, когда ноги над туфлёй коснулось что-то прохладное.

В следующую секунду с моего языка слетело:

– Актуальных границ две. Первая проходит по реке Бирме, а вторая по малому немарскому каналу.

Гримс, выслушав ответ, поморщился и отстал.

Я же вернулась на место со вздохом облегчения. Прислушалась к постороннему ощущению в районе щиколотки и позвала мысленно:

«Зора, это ты?»

Сущность ответила не сразу:

«Я. Кто же ещё?»

И я выдохнула снова, радуясь тому, что забыла надеть кольцо, блокирующее телепатическое вмешательство. Моей единственной защитой осталась татуировка отдалённо похожая на змея, но с ней Заучка давно договорилась. Вмешательствам Заучки Шарш не мешал.

«Спасибо!» – мысленно прошептала я.

«Есть за что, – фыркнула Зора с долей знакомого высокомерия. – Странно и даже неприлично не знать такую элементарщину».

Ответа на этот выпад у меня, конечно, не нашлось – не признаваться же сущности, что я из другого мира? Что знаний о всяких Немарах у меня вообще не может быть.

Но это ладно, куда больше зацепил тот факт, что обитающая в академии всезнайка снова пришла на помощь. Если сейчас мне выкатят требование новой услуги, то я нецензурно пошлю. Причём не только Заучку, но и Психа с его мини-телепортатором, потому что я категорически отказываюсь снова очутиться в центре событий.

Я от прошлого раза с добыванием шифра и побегом от слежки ещё не отошла!

Мы помолчали немного, слушая возобновлённую лекцию Гримса, а потом я всё-таки спросила:

«Зора, а с чем связана твоя помощь?»

«Ни с чем, – фыркнула сущность. – Просто не выдержала, наблюдая твой тупизм».

Да-а-а? Вообще-то она подсказала до того, как я начала этот «тупизм» демонстрировать.

«Ой, ну мы обе знаем, что без меня ты бы не ответила!»

Я шумно вздохнула. А потом не выдержала и всё-таки спросила:

«Как шифр? Ты расшифровала спрятанные знания, всё выяснила?»

«Выяснила-выяснила…» – последовал ворчливый ответ.

А дальше опять тишина! Делиться подробностями Зора не спешила, а я, невзирая на взыгравшее любопытство, прикусила язык. Просто подумалось – вдруг спрошу и ка-ак выясню что-то мне ну вообще не нужно? Ведь не зря создатель Зоры что-то там шифровал.

Моё внимание вновь вернулось к доске, но тут в дверь аудитории постучали. Затем она открылась, и на пороге возник высокий худосочный адепт. Он был из старшекурсников, и рядом с ним, прямо в воздухе, висели две внушительные стопки книг.

Вообще применение магии вне специально отведённых для этого помещений не приветствовалось, но тут был особый случай. Гримс благосклонно назвал адепта по имени и велел:

– Заходи!

После этого нам начали раздавать учебники, которые не входили в обязательный и уже выданный нам перечень. Факультативное, так сказать, чтение.

– Я хочу, чтобы вы изучили, – заявил Гримс, – и получили… несколько иное представление о наших основных союзниках и врагах.

Что «иного» было в книге? Во-первых, там имелись картинки, а с ними составлять представление действительно проще. Во-вторых, описывались разные исторические факты, которые, по мнению Гримса, могли «расширить наш взгляд».

Никто против дополнительной нагрузки не возражал, я тоже отнеслась спокойно. Пока Гримс вещал, я, повинуясь стадному инстинкту, принялась пролистывать страницы, и тут мой взгляд застыл.

Иллюстрация. Цветная, выполненная в небрежной манере и поразительно знакомая. Я даже зажмурилась в уверенности, что мне мерещится, и если закрыть глаза, то всё пройдёт.

Но не прошло. Грозный замок, размещённый на вершине скалы, никуда не делся и сохранил свою поразительную похожесть. Просто у нас дома, в рамочке, висел точно такой же… Нет, сама-то иллюстрация была другой, и манера написания иная, но ракурс и сам замок один в один.

«Что ты там пыхтишь?» – насторожилась Заучка.

Я промолчала, вчитываясь в расположенную под рисунком надпись. «Королевство Биорм, резиденция короля». То самое государство, про чью границу спрашивал сейчас магистр Гримс?

Все мысли из головы разбежались, осталась только одна – совпадение поразительное! На картинке, которую я видела всё свое детство, и которую после смерти бабушки мы оставили у себя, изображался этот же объект.

И если с иллюстрацией в книге всё ясно, то откуда взялась наша? Я же правильно помню, что её рисовала бабушка? Причём бабушка Альбина не была художницей, та… даже не картина, а именно картинка, была единственной, чему я отдельно удивлялась.

Бабушка вообще не рисовала! А вот этот замок…

Та-а-ак…

Откинувшись на спинку скамьи, я вспомнила о позавчерашнем разговоре с мамой. Ещё вспомнилась королева Мирра со своим артефактом, проверяющим родство.

Артефакт признал меня родственницей Филинии, но ведь в подписанном нами магическом контракте тоже есть про родство. По документам я точно родственница? Но что если артефакт сделал вывод на основании каких-то иных вещей?

По телу побежали мурашки, но от прозвеневшего звонка стало легче. После Гримса мы отправлялись на практикум по медитации, которому я была рада как никогда.

Отличная возможность посидеть и подумать! Этим я и занялась, когда весь первый, ещё не разделённый на специализации курс, плюхнулся на коврики. Заодно ощутила как Зора соскользнула с ноги – подозреваю, что дальше она просочилась сквозь пол.

Прежде чем преподаватель дал команду погрузиться в своё я, Джим МикВой шепнул:

– Марго, ты бледная. С тобой всё в порядке?

Я конечно кивнула, потому что… Да, порядок. Между мной и Филинией не может быть настоящего родства.

Разве что моя бабушка Альбина приходится Филинии, например, сестрой и переместилась в наш мир по каким-то неведомым причинам. И почему-то осталась там.

Но это невероятно, правда? Так не бывает!

То что я в другом мире – это возможно, а с бабушкой Альбиной…

– Адептка Сонтор! – окликнул вдруг преподаватель. – Все пытаются войти в расслабленность, вы могли бы не бормотать?

Я могла. Чем и занялась, и успехи были внушительными. Что касается ситуации с рисунком, бабушкой и её возможным не земным происхождением, это не укладывалось в голове.

Промучившись почти час, я выдохнула и решила, что поразмышляю над этим позже. А вот вариант спросить у Филинии почему-то вызвал сильный внутренний протест.

В этой ситуации задавать вопросы лучше после того, как сама что-то узнаешь. С другой стороны, будучи как бы Сонтор, я не могу быть не в курсе семейных историй, а следовательно и спросить у кого-то кроме Филинии не могу.

Для всех остальных это будет подозрительно. Внучка может не знать лишь в том случае, если Филиния скрывает какую-то страшную тайну.

Но таких тайн у столь приятной леди быть не должно?

Следующая лекция прошла как в тумане, а к обеду я очнулась. Просто желудок уже бурчал и изворачивался, а ещё один из сотрудников столовой слишком уж пристально на меня смотрел.

Засекли, что ворую еду? Так вроде у нас не запрещено? А если нельзя, так может я из тех, кто кушает по ночам, и кого безопаснее накормить, чем перевоспитывать?

Именно с этой мыслью я положила на свою тарелку целую стопку нарезанной кружочками колбасы.

Под конец учебного дня я чувствовала себя радостной, но уставшей. Мне нравилось получать новые знания, только от обилия информации гудела голова.

Я уже представляла, как завалюсь на кровать в своей комнате, чтобы отдохнуть и снова сесть за учебники, когда в аудиторию, за полминуты до финального звонка заглянул ректор.

– Леди, не расходитесь, – велел он.

Все девушки, включая меня, насторожились.

А потом дружно скисли, потому что нам назначили принудительный факультатив.

Вместо долгожданного отдыха нам пришлось тащиться на всё ту же малую тренировочную площадку. Ну а там, широко улыбаясь, ждал очередной сюрприз.

Брутальный высокий брюнет с поломанным носом был мне знаком – Тонс! Близкий друг короля, которого я когда-то приняла за телохранителя.

При виде него моя татуировка не сильно, но зазудела. Зато остальные леди пришли в тихий, но весьма заметный восторг.

Лица просветлели, спины выпрямились, глазки засверкали… Тонс ответил дамам улыбкой истинного ловеласа. Потом хлопнул в ладони и заявил:

– Так! Леди, вы не поверите, но преподавательская комиссия посовещалась и решила, что все эти годы уделяла слишком мало внимания вашей физической подготовке. Пока ищут достойного преподавателя, заниматься вами буду я!

«Вы не поверите» – обычный речевой оборот, но я не поверила реально.

Остальные тоже удивились.

– Физическая подготовка? – переспросила одна из сокурсниц. – Но у нас есть занятия по физической подготовке. Они начинаются со второго курса.

– Этого мало, – возразил Тонс. – Но дело не только в этом. Понимаете, вы все… очень хрупкие. При этом вы будущая магическая элита, а всякий маг, даже боевой, должен уметь за себя постоять не только магией.

Я не понимала к чему он клонит до тех пор, пока не выяснилось, что факультатив Тонса – это не физ-ра, а уроки самообороны.

Тут девушки не выдержали и зафыркали, даже симпатия к высокопоставленному вельможе не помогла.

– Зачем нам это? – прямо спросила печально знакомая мне блондинка Брогс.

– На всякий случай, леди. Чтобы вы могли защититься даже при пустом резерве. А тех, у кого проявится мирная специализация, это касается особенно.

– Да что может с нами случиться? – продолжила возмущаться блондинка.

Тонс не дрогнул:

– Да мало ли. Всякое бывает. Вдруг какой-нибудь идиот решит сбросить вас в пропасть? А вы и понятия не имеете, как сделать перехват и бросить в пропасть его самого.

Я неуместно покраснела и тут же поймала мимолётную насмешку от нового препода. Зато остальные не поняли и явно испытали коллективное желание покрутить пальцем у виска.

– Вы сейчас пошутили? – уточнила ещё одна леди.

– Нисколько. Вы слишком юны и не испорчены, поэтому просто не представляете какие ситуации могут случиться с молодой хорошенькой леди.

Про хорошенькую точно была лесть, причём обращённая ко всем, но никто не купился. Тогда Тонс, заложив руки за спину, принялся ходить вдоль нашей нестройной кучки и объяснять.

Он принялся перечислять такое, от чего всем поплохело. Воры, убийцы, маньяки, психопаты – все вдруг стали настолько близки к будущим магичкам, что хоть прямо сейчас бери палку и превращай её в боевой шест.

– Вы должны быть готовы! – торжественно заключил Тонс. – И именно готовности я буду учить вас на своём факультативе. К следующему занятию прошу всех подготовить удобную одежду, а сегодня позанимаемся так.

После этого нам представили «ассистента»...

По жесту Тонса к нему подошёл высокий тщедушный парень с зализанными волосами, который отирался всё это время на границе площадки.

– Это Рик Брайт, – сказал «телохранитель». – Он будет помогать и выполнять роль наглядного пособия.

– А это как? – не выдержала уже я.

В моей душе происходила локальная битва – смущение сражалось с возмущением, и последнее медленно побеждало. Ведь этот выпад про пропасть означал, что нас всё-таки вычислили! И как вообще жить?

Когда каждый твой шаг известен заинтересованным лицам – это очень неприятно! И с этим нужно что-то делать, потому что смиряться с ситуацией нельзя.

– Это очень просто, адептка Сонтор, – просиял Тонс. Повысил голос и добавил: – Леди, кто готов оказаться в опасной для жизни и достоинства ситуации?

Вперёд после некоторых колебаний вышла Брогс. Радостный «преподаватель факультатива» пригласил её на середину площадки, поставил напротив неё Брайта и сообщил последнему:

– Ты злой, но не слишком умелый наёмный убийца с ножом. Нападай!

Я не знала грустить мне или смеяться в голос. С одной стороны, я искренне сочувствовала Рику, а с другой – его побили все, и это было дико смешно.

Первокурсницы оказались не такими уж безобидными и каждая хоть как, но достала. При этом я сама очень надеялась избежать вызова на «арену», но ушлый Тонс возможности не дал.

Мне достался не «умышленный злодей», а просто «психованный придурок». И мне не показалось, это однозначно был намёк!

Он разозлил, слишком явно напомнив о королевской слежке и следствии. эта злость вкупе с полным незнанием рукопашного боя и поставила меня в неловкое положение.

Я промахнулась, и удар ногой в колено прошёл мимо. Зато я поскользнулась и почти упала, к счастью «наглядное пособие» в лице Рика успело меня поймать.

При этом моя ученическая мантия распахнулась, а артефактная подвеска выскочила из декольте и блеснула в лучах уже устремлённого к закату солнца.

У Рика глаза расширились. Увидавший подвеску Тонс тоже прифигел.

Лицо брюнета вытянулось, брови приподнялись, а я пожала плечами и, снова спрятав рубин под одежду, вернулась в условно боевую стойку.

– Надо же, – не выдержав, прокомментировал королевский побратим. – Неожиданно.

– Да сама в шоке, – не сдержавшись буркнула я.

Собралась, сосредоточилась, и… всё-таки врезала условному обидчику по коленной чашечке. Брайт был сильно растерян, поэтому удар пропустил, и тут же рухнул на землю, издавая громкий вой.

На этом занятие закончилось. Нас похвалили и отпустили «по домам». Лично я помчалась в общагу вприпрыжку, неся раздобытую в обед колбасу бедному, заметно схуднувшему за последние дни котику.

Тот, конечно, всё сразу сожрал, оправдывая данную ему кличку, но выглядел при этом как-то странно. Был подозрительно нахохлен и даже надут.

Ещё я зметила лёгкий беспорядок, устроенный котом, но ругать животину, конечно, не стала.

– Нужно заказать тебе нормального корма, верно? – спросила у кошака вслух. Жрец высокомерно моргнул.

Затем я заглянула в ванную и проверила лоток – он оказался совершенно чист, в смысле Жрец лотком так и не воспользовался.

Учитывая отсутствие в комнате луж и неприятных запахов, изначальный вывод с улицей подтвердился. Жрец выбирался из комнаты и спускался по плющу вниз, чтобы сделать свои антисанитарные дела.

Но главная ценность страшного вида зверушки заключалась, конечно, не в этом.

Едва мы закончили с кормлением, я вытащила спрятанный в платяном шкафу телефон и устроилась на кровати в обнимку с котиком. Было страсть как интересно посмотреть на родной мир, узнать что там и как.

И я узнала. Только на сёрфинг в интернете мне дали всего десять минут. После этого Жрец отвоевал гаджет и каким-то невероятным образом, в пару кликов, забрался в видео-сервис и включил видео с кошачьими приколами.

То, с каким выражением Жрец смотрел видео, было достойно отдельной съёмки! Но увы, снять было нечем – телефон-то всего один.

С тяжким вздохом мне пришлось засесть за учебники. Сначала я готовилась к завтрашним занятиям, потом, перед ужином, бегала к воротам, чтобы отправить записку в особняк с просьбой передать форму и корм для кота.

Я, конечно, подозревала, что специализированных кормов в этом мире нет, но вдруг? Боюсь на одной только колбасе Жрец просто загнётся.

Далее в моём личном расписании шли ужин, воровство буженины и снова домашка. В этот раз я отрабатывала материал, на который указал магистр Номан. Мой личный репетитор, с которым встречалась вчера, и который по-прежнему не понимал, как мне удалось сдать вступительный тест.

Перелистывая страницы учебника, я не то чтоб надеялась, но всё-таки ждала появления Заучки. Ведь она посетила меня на лекции. Почему бы ей не прийти и теперь?

Второй неоднозначный момент – дополнительный учебник, который выдал магистр Гримс…

Меня подзуживало мрачное любопытство, руки сами тянулись к книге, но к моменту, когда я закончила с обязательной программой, силы иссякли. Единственное на что меня хватило – душ и постель.

Я уснула раньше, чем голова коснулась подушки, зато полночи мне снились горы, а ещё река Бирма с малым немарским каналом. Мне хотелось раскрыть эту загадку, но я боялась в неё шагнуть.

Георг

– М-да, – произнёс я, глядя на двух суровых стражей, стоящих возле Великого Древа.

Я обошёл святыню раз десять, пытаясь понять, чем могла заинтересоваться здесь Маргарита, но не преуспел.

Единственным моим достижением стало то, что стражники стали раз в сто напряжённее, чем обычно, и уже держались за оружие.

Пришлось показать им пустые ладони, но это не помогло. Возможно их расслабленности мешало выражение моего лица.

Парням стало легче лишь после того, как я отступил и, в последний раз окинув иссушенные ветви взглядом, направился к лестнице. Она вела выше, к самому храму, и пока я поднимался по ступеням, в голове вертелась внезапная и совершенно нелогичная мысль.

Я думал о том, что обнаружь я сейчас на дереве набухающие почки, я бы не удивился. Ведь тут была девушка, вокруг которой происходит слишком много странного!

К тому же она по второй линии из Вейзов, а их отношения с Древом всегда были своеобразными.

Есть даже не хроники, а скорее легенда… Мол, однажды к ещё живому Древу пришли охотники за ценностями и срубили несколько веток. Старый Вейз об этом узнал.

Он застал негодяев на границе магического искажения и отделал так, что врагу не пожелаешь. А потом лично лечил дерево. В благодарность Древо, уже по собственному желанию, вручило Вейзу кусок коры.

Позже этот кусок был вставлен в рукоять легендарной шпаги, которая воткнута сейчас в камень и хранится в часовне.

Есть ещё несколько известных предметов с элементами древесины, но несколько веток пропали без следа.

Не сказать, что древесина давала какую-то особую магию – в известных предметах она служила скорее символом. Но не учитывать наличие частицы святыни артефакторы и летописцы просто не могли.

Моя фантазия с лёгкостью нарисовала цветущее Древо, а под ним Маргариту Сонтор. Но спустя миг видение развеялось, я вернулся в обычный мир.

Задрал голову, чтобы увидеть – на вершине лестнице уже поджидают. Настоятельница. Вообще я старался избегать этих встреч, но сегодня пройти мимо не мог.

Преодолев последнюю ступень, я вежливо поклонился одетой в скромную робу немолодой женщине. А вместо приветствия услышал:

– Георг, что с рукой?

Поморщившись, я попытался отмахнуться, но настоятельница Флория не отстала.

– Рана? С каким-то особым ядом?

– Никакого яда, просто небольшие царапины.

– А зачем тогда бинты?

Я поморщился, а царапины, словно расслышав, что речь о них, неприятно заныли. Я невольно схватился за истерзанное предплечье, сжал перевязанную ладонь.

– При твой регенерации… – произнесла Флория и замолчала не договорив.

Ну да, при моей регенерации такого быть не должно, но мы имеем то, что имеем.

– Ничего особенного, пройдёт, – буркнул я.

Флория поджала губы.

Она была бесцеремонной столько, сколько я её помнил. А по отношению ко мне всегда вела себя как любимая до колик тётушка или наречённая мать.

Вот и теперь…

– Пойдём, Георг, – повелительным тоном сказала Флория.

Со вздохом я подчинился. Нам всё равно нужно поговорить, в любом случае придётся идти.

Мы очутились в строгой, хорошо освещённой келье. Пока две младшие служительницы разматывали бинты и ужасались уже вполне поджившим ранами, настоятельница задумчиво хмыкала.

Она насытила своё любопытство и теперь перешла к другой теме:

– Помнишь наш последний разговор?

Я кивнул.

Мы говорили о магии. О том, что она медленно утекает из нашего мира. Флория считала, что это связано с умиранием Древа, но точного ответа никто не знал.

– Мне поступают тревожные сведения, – сказала настоятельница, – семена дара возвращаются в семьи всё реже. Причём жалуются не селяне, не мельники с их скромными зачатками, а те, чья сила может поворачивать реки вспять.

Я снова кивнул – всё правильно, магическая аристократия вырождается.

Семена дара, принадлежавшие сильнейшим магам, возвращаются не всегда, и это многих тревожит.

– Я боюсь это начало конца, Георг, – сказала Флория с болью. – И я не понимаю, что делать.

Я тоже не понимал.

– Пока мы можем только беречь тех, кто есть, – произнёс после паузы.

– Ты сам знаешь, это лишь временная мера. Нам нужно искать решение. Всем нужно. Особенно королям.

После этого Флория завела уже слышанную песню – о теориях, версиях и том, какой ужас нас в итоге ждёт.

Она отчасти драматизировала, но во многом была права – без магии наша цивилизация вернётся в дремучие времена выживания. И мы понятия не имеем, как решать проблему.

Разве что…

– Попробовать обязать всех сильных магов передавать семя своего дара ещё до смерти? – произнёс я и сам же от своих слов скривился. Увы, это очень нелегко.

Оказаться без магии после того, как жил с ней два столетия, а то и больше? Это всё равно что броситься на камни с высокого утёса.

Становясь обычным человеком, маг ощущает себя немощным. Жизнь, продлённая самим фактом присутствия в теле магии, начинает стремительно утекать.

К тому же сам дар – чем дольше он прожил в каком-либо теле, тем неохотнее с ним расстаётся. Максимальный «безболезненный» срок два года. После двух лет извлекать дар из тела очень нелегко.

Но допустим. допустим я возьмусь за дело и выпушу такой указ, но что дальше? «Ликвидируя» сильнейших магов раньше времени, я ослаблю своё королевство. Я на это не готов.

Да и проблемы одно-единственное королевство не решит. Если делать, то нужно договариваться всем.

Тут я скривился пуще прежнего, потому что подобные общие договоры хуже ноющей зубной боли.

– Я не знаю, Георг, – вернула в реальность настоятельница. – Не знаю что именно, но нужно что-то делать. Иначе однажды магия окончательно уйдёт.

Ответом Флории стало моё шипение – одна из служительниц прижгла рану слишком сильно.

Когда вспышка жгучей боли прошла, я ответил:

– Хорошо, я попробую поговорить с союзниками.

– Очень надеюсь на тебя, Георг.

С настоятельницей мы расстались на доброй ноте. Ещё одну приятную новость я получил по возвращении во дворец – спецы доложили, что вокруг Академии всё спокойно. В попытках побега и влипания в неприятности леди Маргарита Сонтор замечена не была.

Ну и последний штрих – Тонс. Побратим, которого я внедрил в Академию, доложил о проведённом у первокурсниц занятии, а потом выпалил возмущённо:

– Георг! У неё твой камень!

Я нарочито равнодушно пожал плечами.

– Как он к ней попал? – продолжал отстаивать мои же интересы побратим. – Тоже «перебежал»?

– И да, и нет. Лично я склонен рассматривать это как плату за поцелуй.

Тонс резко замолчал, а потом выпалил:

– Ну и расценки у этой девицы! Георг, не многовато ли? У неё ничего от таких «гонораров» не треснет?

– Пока, как видишь, не треснуло, – я развеселился ещё больше, потому что подобный артефакт за какой-то поцелуй – действительно запредельно.

– Страшно представить сколько будет стоить всё остальное, – не выдержал Тонс.

Тут я кашлянул, прерывая ставший неприятным разговор.

Нет, вообще ничего такого, мы с Тонсом всегда обсуждали женщин, часто в деталях, но в случае Маргариты подобные разговоры были недопустимы.

Почему? Понятия не имею.

Просто недопустимы, и всё.

Маргарита

Историю государств, которая шла первым занятием, тоже вёл Гримс, и мои нехорошие предчувствия по поводу этого магистра подтвердились буквально сразу.

Не успел прозвенеть звонок, как неприятный старикашка сказал:

– Так, а кто мне ответит…

Затем был вопрос и, невзирая на лес поднятых рук, едкое:

– Адептка Сонтор!

Я украдкой выдохнула, потому что ответ знала. Я ведь готовилась к лекции, прочитала аж три параграфа, и что-то в голове всё-таки улеглось.

Я встала и ответила.

Потом так же спокойно озвучила ответ на следующий вопрос.

Лишь после этого ощутила прохладное прикосновение к щиколотке левой ноги – да, меня опять посетила Заучка.

«Привет,» – сказала сущности мысленно.

Та промолчала, зато мне ответил Гримс:

– Хорошо, адептка Сонтор. Можете сесть.

Я вернулась на скамью и замерла, пытаясь уловить ментальные слова Зоры.

Но всезнающая сущность молчала так долго, что закралось подозрение – а она ли это вообще?

Может к ноге приклеилось что-то другое? Какая-нибудь склизкая гадость, которая проедает прямо сейчас мою кожу, чтобы впиться в мясо?

В миг, когда я собралась запаниковать, в голове прозвучало:

«А ты молодец, не растерялась. Учила?»

«Так я предупреждала, что не лентяйка, – ответила я, ощущая тень гордости. – Учила, учу и буду учить.»

Зора одобрительно хмыкнула, но с ноги не слезла. А я и не собиралась её прогонять! И вообще!

«Слушай, а ты за пределы главного корпуса выходить можешь?» – спросила я, проверяя одну догадку.

«Нет. У меня привязка… ну ты видела к чему».

Воспоминание об этаком колодце с невысокими бортиками, из которого поднимается исполинская, сотканная из тягучей чёрной массы фигура, неприятно царапнуло нервы. Общаться с «кусочком Зоры» было безусловно лучше, чем контактировать с Зорой целиком.

И хотя магистр Гримс уже начал лекцию, а я старалась записывать и впитывать знания, не отвлекаться не получалось.

В итоге я задала вопрос, который мучил уже давно:

«Зора, а почему ты помогла мне с вступительным испытанием? Неужели не нашлось кого-то более подходящего для добывания шифра?»

«Дело в другом».

Короткая пауза и поистине неожиданное:

«Изначально я вообще не собиралась просить с тебя ответную услугу. Я просто почувствовала, что обязана помощь”.

«Помочь?» – переспросила я тупо.

«Да. Причём любой ценой».

Мы замолчали. Не знаю, о чём думала Зора, а я пребывала в шоке. И почему-то вспоминала артефакты Георга. Они магические. Зора тоже магическая. Не в этом ли соль?

«Но потом я подумала и поняла, – внезапно продолжила сущность, – что за глупости? С чего бы я должна оказывать безвозмездные услуги?»

«А если бы я не справилась? У Древа, знаешь ли, стояла охрана, меня могли поймать с капсулой, а может вообще впаять какую-нибудь статью за святотатство».

«Тогда я бы придумала иную плату», – спокойно ответила Заучка.

Ну торгашка! У меня изумлённо приоткрылся рот.

Я надулась и какое-то время целиком посвятила себя выступлению Гримса. Но слова о непреодолимом желании не выходили из головы.

Шифр тоже не забылся, но это любопытство я снова запихнула подальше. Меньше знаешь – крепче спишь! И дольше живёшь.

Разве что…

«Слушай, Зора, а в нашей библиотеке есть книги с генеалогией?»

«Конечно есть. Какой конкретно род тебя интересует?»

«Древний,» – выдохнула я, а в следующую секунду прозвенел звонок.

Вторая лекция прошла спокойно и без эксцессов. Затем мы перешли на практикум, в медитационный зал.

Тут я невольно расслабилась, ведь занятие вёл благоволящий ко мне Номан. Тема тоже была крайне интересной:

– Сегодня поговорим о специализациях, – объявил магистр.

Я приготовилась слушать в оба уха, но следующим, что услышала стало:

– Перечень специализаций, в которые может преобразиться ваш пока ещё новорожденный дар, вам и так известен. И все вы знаете свои предрасположенности – мы определяли их при зачислении. Сейчас я хочу отметить, что… Изначальная расположенность ничего не гарантирует. На данном этапе мы можем лишь предполагать!

Номан кашлянул в кулак и продолжил:

– Форму, которую примет ваша магия, мы узнаем к середине второго курса. По статистике, к этому времени специализация определяется уже у всех. Но работать с ней можно начинать и раньше, чем мы с вами сейчас и займёмся.

Здесь я снова приободрилась, даже села прямее.

– Практика, которую сейчас покажу, позволяет установить контакт с собственной магией и иногда ускорить её созревание.

Я всё-таки не выдержала и, подняв руку, задала принципиальный вопрос:

– Магистр, простите, а на выбор специализации можно как-то влиять?

Глупая реплика. Я точно знала, что ответ отрицательный. Но есть в моём окружении один индивид, который считает иначе. Просто не может смириться с тем, что существует нечто, на что не распространяется его монаршая власть.

– Только в теории, адептка Сонтор, – ожидаемо сообщил Номан. – В теории, если сильно хотеть стать… ну, например, боевым магом, подкреплять своё желание действием, быть последовательным, то боевым магом ты, вероятнее всего, станешь.

Что такое «быть последовательным» я примерно представляла. Но не важно. Меня вдруг заинтересовало другое – а какая специализация у нашего короля?

Я едва не задала вопрос вслух. Вовремя прикусила язык, потому что из моих уст он бы звучал странно.

Об интересе ко мне его величества знает уже вся Академия и демонстрировать ответный интерес – глупо.

В общем, я замолчала, а Номан повторил:

– Если очень сильно чего-то хочется, то в теории всё возможно.

Отлично. А как исключить из вероятностей ту специализацию, которую я не хочу?

Но этот вопрос тоже остался невысказанным, я сосредоточилась на описании практики. Номан предлагал расслабиться, направить взор внутрь себя и отыскать прорастающее зерно.

Затем пообщаться с ним в любой форме: словами, образами, эмоциями – как получится. Такая практика, по мнению магистра, действительно способна помочь. И она же пригодится в дальнейшем, чтобы гармонично развивать свой дар.

С важностью никто не спорил, все адепты первого курса дружно принялись выполнять полученные инструкции. Зора к этому моменту с моей ноги слиняла, так что не отвлекало ничего.

Сидя на вполне себе удобном коврике, я обратила взор «внутрь» и стала искать зерно. Я помнила, как мерцающее семечко входило в моё тело в районе груди – на этой части и сосредоточилась.

Сначала дар молчал, а потом я вдруг ощутила приятное тепло.  Поколебавшись немного, я в это тепло нырнула и попыталась слиться с ним в едином порыве. Думала как начать разговор о себе, о нас, о специализации, но в голову ничего не шло.

Я продолжила концентрироваться на ощущении тепла, потом к моему восприятию добавился цвет – он был алым. И словно откуда-то издалека донёсся голос Номана:

– Если вы обнаружили зерно, позвольте ему распуститься. Позвольте освободить силу. Пусть сила превратится в текущий по вашему телу поток.

Мой «поток» течь никуда не хотел. Я сначала мысленно предлагала, а когда он «отказался», вообразила исходящие из него алые лепестки, которые почему-то сразу превратились в толстые нити.

Миг наслаждения этой странной визуализацией, а потом откуда-то издалека донёсся визг и исполненное паники:

– Осторожно!

Р-раз, и визг усилился. К нему добавился громкий мужской ор.

Какая-то часть меня понимала – то, что я сейчас слышу, не нормально. Другой части, и она пока побеждала, было плевать. Она упивалась ощущением свободы и одновременно гармонии, которые давали выпущенные из семени-зерна нити.

– Адептка Сонтор! – звук где-то на грани сознания. – Маргарита! Прекратите!

А дальше совсем странное:

– Кто-нибудь, позовите ректора!

– Ректора? Да при чём тут он? Зовите короля!

Упоминание Георга отрезвило, но не сильно. Куда больше задело ощущение второго объекта в районе моей груди. В отличие от огненного «семени», оно было небольшим, бледным и имело вокруг серебристое свечение.

Сосредоточившись на «маленьком», я вдруг поняла, что перепутала. Что-то алое – вовсе не моя магия. Это подвеска. Королевский артефакт!

Далёкий девичий визг стал как бы ближе, дружный мужской ор тоже приблизился.

– Это штука! Та штука у неё на шее! – голос кого-то из сокурсников.

Ответом ему стал рёв Номана:

– Вы не знаете значение слова «эвакуация»? Или вам нужно отдельное приглашение? Эвакуация, я сказал!

Шок. Я выпала из своего медитативного видения, распахнула глаза и с ужасом поняла, что вокруг всё рушится. Только я сижу в этаком стеклянном шаре, и… А собственно всё.

– Вызывайте короля! – включился новый голос. Это был ректор, Калтум. – Срочно!

– Так уже.

Протрезвевшая от лишних эмоций, я зажмурилась и… начала втягивать выброшенные по моему желанию нити обратно в рубин. Не очень-то понимала как это делаю, но нити подчинялись.

О том, во что они превратили аудиторию, лучше было не думать. Но я чуяла – даже примени я какое-нибудь забористое заклинание амнезии, забыть мне не дадут.

Георг

Это был один из тех случаев, когда приходится держать суровое выражение лица, а на самом деле хочется размазывать по щекам слёзы смеха. Маргарита взломала рубиновый артефакт. Именно взломала, а не подчинила! Просто р-раз, и атака, достойная полноценной войны!

А ещё Калтум с Номаном. Они напоминали взъерошенных, искупавшихся в пыли воробьёв, в то время как на леди учинённая разруха вообще не отразилась. Её прикрыли столь удачно подаренные мною кольца стеклянной защиты.

Когда мы с юной леди Сонтор очутились наедине, в моём преподавательском кабинете, я выложил на стол ещё одно.

Кольцо на палец руки сразу же поползло к ней. Маргарита смотрела на передвижение артефакта хмуро, а потом выдала:

– Это что? Подкуп?

Я искренне удивился.

– Ваше величество, – Маргарита гневно прищурила свои фиалковые глаза. – Признайтесь, ведь это вы подговорили подвеску устроить такое?

Я, конечно, понимаю, что лучшая защита – это нападение. Но не до такой же степени!

– Нет, любезная моя, всю катастрофу устроила лично ты.

Марго, которая сидела в кресле напротив моего стола, надула губы.

Третье кольцо из комплекта стеклянной защиты тем временем прыгнуло к ней на палец. Хоть бы поблагодарила! Никакого воспитания у этих вылезших из провинции девиц!

– Георг, знаешь… – Марго перешла на ты, а моё имя в её устах прозвучало весьма завлекательно. – Это не смешно.

– Что не смешно?

– Всё! – разгневанно заявила Маргарита.

Так-так…

И тут она применила классическую тактику увиливания – перескочила на другую тему:

-Ты меня преследуешь. Следишь! А то, что произошло в карете – вообще недопустимо. Как только вернётся Филиния, я ей обязательно расскажу.

Веселиться сразу расхотелось, я поморщился. Филиния, с её-то характером, точно будет в ярости, сразу начнёт выедать мозг.

Раз так, нужно услать престарелую леди подальше. Она же теперь в парламенте, а там не только протирают дорогущие кресла штанами и платьями, в парламенте нужно работать.

В том числе выезжать на места для ознакомления с актуальными проблемами. И кому как не леди Сонтор ехать? Она отсутствовала так долго, у неё единственной из всех сохранился свежий взгляд.

– Что ты задумал? – влёт прочитала меня Маргарита.

Я, разумеется, не признался.

А адептка…

– Я протестую против твоего произвола, Георг! – и это было всерьёз.

Судорожный вздох и продолжение:

– Если хочешь видеть меня своей Тенью, то учись доверять мне прямо сейчас.

Ах ты маленькая манипуляторша.

– Я требую, чтобы ты снял с меня слежку.

– Это не слежка, а охрана.

– Георг! – гневно, с нажимом, воскликнула она.

Ну вот, приехали. А как хорошо всё начиналось. Какие чудные перспективы открывало разрушение идеально защищённой аудитории. Какой простор для давления и шантажа, а что теперь?

Поморщившись, я откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову.

– Я свободный человек, – заявила Марго, – и я требую, чтобы ты прекратил. И чтобы одёрнул своего друга – он подкалывал меня упоминанием «психованных придурков, сбрасывающих всех в пропасть».

Кстати, а вопроса как я узнал о ситуации возле Храма не последовало. Ну и ладно, не суть.

– Марго, – попытался начать я, но она зыркнула так, что всё внутри завяло.

Кажется, договориться будет сложно. Но попробуем.

– Допустим я убираю охрану, – произнёс я после паузы. – А дальше что?

Вообще я надеялся услышать уверения в том, что после этого Марго сидит тише мыши, в неприятности не ввязывается, и дальше по списку. Но…

– Я живу своей жизнью, в рамках принятых в Академии и обществе правил. Учусь, осваиваю магию, готовлюсь к тому, что моя магия примет полезную для тебя форму.

– Какую именно? – уточнил на всякий случай.

– Тени, разумеется, – ответила Марго слишком поспешно. Уж в чём, а в этом она лгала.

Зато по остальному… Она была искренна, а желания были всё-таки разумными. Я, конечно, могу следить за ней вечно, до конца наших дней, но зачем?

Доверие… Тут скорее не моё доверие к ней, а доверие самой леди ко мне. Если не дам ей чуть больше свободы, рискую получить фаворитку, мечтающую придушить меня подушкой при первой возможности.

– Хорошо, – выдавил я в итоге. – Охрану уберу, слежку тоже. Но ты поклянёшься быть хорошей девочкой и не шляться непойми где со всякими Храфсами и МикВоями.

Она надулась снова. Обиделась за такое определение в адрес своих приятелей?

– Не поклянусь, – заявила тихо, но нахально.

Я уже начал вскипать, и тут Марго добавила:

– Не поклянусь, но буду вести себя максимально разумно. Я не собираюсь где-то «шляться», но выйти в свой выходной в город без шпионов за спиной я могу? Георг, я хочу нормальной студенческой жизни…

Теперь я фыркнул – знаем-знаем какой бывает эта жизнь.

Но юная Сонтор оставалась непреклонна, и мне не оставалось ничего иного как согласиться.

Из кабинета вышел не победителем, а этакой жертвой ловкого карманника. Марго обобрала меня до нитки. Добилась всего, что я не собирался ей давать.

А тут ещё поджидающий в коридоре Калтум подскочил:

– Ну что? Ты забрал артефакт?

– Нет, не забрал. Ты не понимаешь всей «глубины» наших с адепткой Сонтор.

Калтум не обрадовался.

– Георг, она едва не поубивала половину курса! Это скандал. Недопустимая ситуация. Родственники и попечительский совет будут в ярости.

– Артефакт не опасен для моих подданных, если они не проявляют явную агрессию в мой адрес, – напомнил я. – Никакой опасности для адептов не было.

– А стены? А обрушение тяжёлых кусков штукатурки с потолка? – возразил ректор.

– Но все же спаслись? Значит проблемы нет.

Калтум посмотрел яростно, и я добавил:

– Всех недовольных отправляй ко мне. Артефакт остался у Сонтор, но подобного больше не повторится.

– Откуда такая уверенность? – взвился Калтум.

– Оттуда. Слово короля.

И ректор замолчал, а я продолжил путь по коридору. Не оборачивался, но спиной чувствовал, как Марго выскользнула из кабинета и, под суровым взглядом ректора, тоже поспешила прочь.

Объективно она не виновата. Никто не виноват, это просто совпадение. На данном этапе артефакт сильнее её зреющего семени дара, вот и откликнулся первым. В следующий раз Маргарита будет осторожней. Да и рубиновая подвеска не позволит с такой лёгкостью себя взломать.

Ведь рубин – это не столько атакующий артефакт, сколько защитный. Он пробуждается и бьёт при явной угрозе владельцу, а чтобы использовать его именно как оружие, нужно, для начала, подчинить.

То есть всё хорошо. Отлично, за исключением будущих воплей попечительского совета и предстоящих расходов на ремонт аудитории. Ремонт, который придётся оплачивать с моего счёта, ведь артефакт-то мой.

Будущая фаворитка-Тень – тоже моя.

Маргарита

Победа. Она была такой неожиданной и такой явной, что хотелось приплясывать от счастья. Однако, учитывая устроенное разрушение, приходилось вести себя прилично. Зато о подвеске и о том, что принадлежит она королю, знали теперь все.

Стоило вернуться из кабинета Георга, как вокруг меня возникла этакая зона отчуждения. Народ, и особенно сокурсники, буквально шарахались. Когда я вошла в аудиторию, где шла очередная лекция, и заняла обычное место в середине, многие просто отсели.

Только верный МикВой не дрогнул. Улучив момент, Ботаник наклонился ближе и спросил:

– Ты как?

«Ок,» – написала на тетрадном листе я.

Парень, конечно, не понял, а я испытала желание хлопнуть себя по лбу. Пришлось объяснять словами:

– Это аббревиатура, принятая в герцогстве Сонтор. Она означает, что всё хорошо.

Вот теперь МикВой кивнул. Он был напряжён, но во взгляде читалось восхищение.

А на обеде, когда мы с Джимом сидели одни, в окружении пустых столов, к нам присоединилась вторая и весьма неоднозначная фигура. Растрёпанный улыбчивый Храфс, он же Псих, бесцеремонно поставил свой поднос, плюхнулся рядом и заявил:

– Ну ты, Маргарита, зажгла!

Старшекурсник хмыкнул и принялся даже не есть, а буквально всасывать первое. Столь же быстро уничтожив второе в виде мясного жаркого, Псих подчёркнуто-культурно промокнул губы салфеткой и сказал:

– Марго, я тут подумал… Может нам провернуть одно интересное дельце?

С ответом меня опередил МикВой:

– С ума сошёл? Маргарите и так сегодня досталось, какие дела?

Псих замолчал и задумался, но продлилось «благоразумие» не долго. Он зашёл с другого края:

– Марго, понимаю, ты аристократка, в деньгах не нуждаешься, и вообще в нашей среде предложения подзаработать не приняты…

Увы, он меня зацепил.

Ведь аристократка я только по документам и ничего зазорного в желании заработать не вижу. Вообще не понимаю, как можно относиться к работе с пренебрежением. Одна проблема – мы с другом мире, а Храфс, как я успела убедиться, реально Псих.

– Но там очень хорошие деньги, Маргарита, – сообщил старшекурсник после паузы.

– Она не согласна, – ответил за меня Джим.

Псих не смутился. Окинул Ботаника каким-то почти плотоядным взглядом и заявил:

– Не волнуйся, тебя тоже возьмём.

Джим побагровел, и тут мне открылась неожиданная, ускользавшая до этого момента истина:

– Хотя после твоего стукачества, – продолжил Храфс, обращаясь к МикВою, – тебя нужно не на дело брать, а закопать под ближайшим кустом.

– Что-о-о? – взревел ботан.

Я не поняла, и даже жевать перестала. Теперь сидящие друг напротив друга парни мерялись взглядами, напоминая хмурых баранов, встретившихся на узкой горной тропинке.

После продолжительного молчания Псих «объяснил»:

– Если не ты, то кто тогда проговорился Георгу, что мы ходили к Храму? Лично я не сказал ни слова. Но тебя-то тоже допрашивали. Только не надо петь, что это Маргарита нас сдала.

Я очень порадовалась тому, что успела не только прожевать, но и проглотить. Иначе бы точно подавилась.

Момент с допросом действительно выпал из поля моего зрения, а тот факт, что Георг поинтересуется прошлой вылазкой не только у меня, но и у парней был логичен. Но МикВой ни слова мне не сказал! Псих – тоже. А теперь – вот.

– Подождите, – вклинилась я. – Вас допрашивали?

Вспомнился собственный допрос, который проходил в затопленной полумраком карете, и я неуместно хихикнула. Просто вообразилось, как Георг пересаживает к себе на колени сначала МикВоя, потом и Храфса…

– Что? – дружно спросили не понявшие моего веселья парни.

Я отмахнулась и с усилием натянула маску серьёзности. После этого Ботаник сказал:

– Георг действительно спрашивал, но я молчал. Даже намёка не дал! Невзирая на всё его неудовольствие и завуалированные угрозы.

Прозвучало искренне, причём настолько, что Псих поверил.

Новая пауза и новый вопрос:

– Как же тогда его величество узнал? – и оба сообщника уставились на меня.

Я не говорила королю тем более! Но его осведомлённость была слишком явной.

– Шпионы в самом Храме? – предположила я. – Либо в нас опознали подданных Георга и пожаловались?

Учитывая важность Великого Храма, это было возможно. Хотя, по большому счёту, возможно было вообще всё, любая комбинация.

– Не знаю, – подумав и тряхнув головой, заявил Псих. – Теряюсь в догадках, хотя это, если Ботаник не стукач, не так уж важно.

– Я не Ботаник! – протестующе взвился МикВой.

– Угу, – усмехнулся Псих.

Но на этом разговор иссяк. Предложения не прозвучало, Храфс свёл всё к шутке. Но вечером, когда я возвращалась от ворот со свёртком хитро промаринованного мяса, Псих меня подловил.

Старшекурсник мотнул головой в сторону одной из тропинок, и мы пошли. Вот тут-то он и вывалил на меня весьма неоднозначную информацию.

– Марго, – начал он. – Понимаю, что ты не нуждаешься, но это не только деньги, это ещё бесценный опыт. Глупо не воспользоваться моментом, когда в твоём распоряжении такой сильный артефакт.

Оказалось, приютивший меня мир не так уж однозначен. Что он отличается от родного не только наличием магии – здесь есть кое-что ещё.

– Возле одного городка, расположенного на нейтральной территории, есть лес, – сказал Псих. – В нём водятся опасные, но очень ценные твари. Убить их обычными методами сложно, но прибыль с них запредельная.

– Запредельная – это какая? – уточнила скептично.

– Понимаешь, у них пластинки. Небольшой мешочек таких пластинок стоит сотню золотых.

Сотня? Конечно вспомнился контракт, мой гонорар и пересчёт этого гонорара на земные деньги. Получалось, что местные сто монет золотом – это примерно сто тысяч. Отличная сумма. Но…

– Эти пластинки используют для украшений и брони, – продолжил Псих. – У ювелиров они ценятся наравне с драгоценными камнями. С одной твари можно снять до трёх небольших мешков. Убьём три твари, потом продадим всё, и получим по три сотни на каждого.

Три твари и по три сотни? То есть…

– МикВоя тоже берём?

– А ты готова идти без него?

– Конечно нет.

Псих замолчал, а я даже думать не стала. Сумма привлекала, но слишком уж авантюрно звучал предложенный старшекурсником проект.

–  Твари опасные, – снова подал голос он. – Терроризируют местных жителей, затаскивают в чащу и убивают. А земли нейтральные, не принадлежат ни одному государству, и защитить людей некому. Истребление даже одной твари заставляет остальных отступать, они забиваются глубже в лес, и оставляют людей в покое на какое-то время. И вот скажи мне, Марго, неужели ты не хочешь помочь бедным жителям?

Я прикрыла глаза, понимая, что мною нагло манипулируют.

– Если это не только нажива, но и благородный подвиг, то почему мы? Где другие герои? Где взрослые, опытные маги?

– Они суются туда, но редко. Говорю же, убить тварей сложно.

– Значит зрелым опытным магам сложно, а нам, адептам, двое из которых вообще без специализации, раз плюнуть? – да, уровень моего скепсиса пробил потолок.

Но Псих не растерялся:

– Артефакт, Марго. Артефакт у тебя бронебойный. Пара ударов, и карум падает кверху лапками.

– Карум?

– Так называется тварь, – пояснил Псих.

Угу. Каракум, блин!

– Нет, – решительно ответила я.

Парень помрачнел, и я уже решила, что аргументы у него закончились, но тут прозвучало:

– Ладно. Кроме тварей там есть менее прибыльная, зато куда более безопасная штука. Мелкие белые цветочки для алхимии. Серьёзные сборщики ими заниматься не любят, потому что срок годности очень маленький, доставить вовремя почти нереально. Но с вами портальщик, поэтому… – Псих картинно развёл руками.

Ну а я взяла и спросила в лоб:

– Зачем тебе деньги?

Пауза, и он всё-таки признался:

– На ставках наших боёв немного задолжал.

Это «немного» прозвучало настолько небрежно, что стало ясно – сумма внушительная. Второй момент: цветы – это не твари, их не надо долго, сложно и с неизвестным успехом убивать.

С другой стороны, для сбора цветов мы Психу не особо-то нужны, разве что в качестве компании, чтобы не скучно.

Третье, и тоже важное, путешествие на нейтральную территорию – это возможность посмотреть мир, а любопытство всё-таки жгло.

– Я против, – озвучила предварительный вердикт, – но я подумаю. И спрошу у МикВоя. Но только без карумов!

На последнее Храфс промолчал.

Ну а следующим утром, когда я перед лекцией коротко объяснила Джиму суть предложения, на меня неожиданно обрушился целый ураган:

– Ты что, Марго? Какие цветочки? Нужно идти за карумом! Это же подвиг! Настоящее, достойное исторической хроники приключение!

– Мы с тобой вообще ещё не маги, – напомнила я. – А Храфс – портальщик, а не метатель смертоносных молний.

– Какие молнии, Марго! – продолжил эмоционировать тот, кого я ещё пару минут назад считала благоразумным. – Зачем? У тебя же амулет Георга!

Я глухо застонала, искренне жалея о своём желании посоветоваться. Оно казалось правильным, честным, а вышло как всегда.

Следующие минут пятнадцать я слушала поток аргументов разного уровня адекватности. А на большой перемене МикВой притащил из библиотеки книгу, где имелась гравюра с изображением той самой твари, которую нужно убить.

Карум оказался исполинским жуком, с лапками, выдвижной челюстью-ножницами и покрытый прочным хитиновым панцирем.

При виде рисунка, у меня волосы на загривке зашевелились, но МикВой «успокоил»:

– Зато он очень медлительный. Ну, относительно.

Вдох, и…

– Нет! – безапелляционно сказала я.

Эта учебная неделя пролетела быстро, буквально в мгновение. Я и опомниться не успела, как на горизонте замаячил наш единственный и очень желанный выходной.

Из неприятного – Филиния до сих пор не вернулась, лишь прислала письмо, в котором сообщала что задерживается и спрашивала, как я там, то есть тут, поживаю. Письмо передал слуга вместе со вторым свёртком хитро промаринованного мяса.

Жрец, к слову, уничтожал это мясо с урчанием голодного тигра. Казалось, сунь к миске руку, и лысый котик тебя просто порвёт.

Я написала ответ, избегая упоминания неприятностей, и тут же отнесла обратно к воротам. Я не собиралась скрывать от бабушки все события, но какой смысл говорить о них прямо сейчас?

Вот вернётся в столицу, тогда и расскажу. А пока пусть занимается герцогством и не нервничает о том, на что повлиять пока не в силах.

Один раз я созванивалась с дядей, используя для этого котика-антенну. Ещё списывалась через мессенджер с подругой, но пообщаться как следует Жрец не давал. У вредной животинки имелся свой, практически наркотический интерес. Видео-контент!

Оторвать Жреца от просмотра было практически невозможно. Ещё он умудрялся ставить лайки! Спасибо хоть комментарии пока не писал.

Теперь, учитывая полезность лысого чудовища, мы жили мирно. Зато у меня появился второй раздражающий фактор – объединённый дуэт Псих и МикВой.

В последний день учёбы оба встретили меня в столовой, прямо на завтраке, и принялись молчать предельно выразительно. Потом МикВой не выдержал:

– Мы уже придумали как уйти от слежки.

И чёрт меня дёрнул ответить:

– Зря старались. Мы с Георгом договорились, за мною больше не следят.

Парни удивились, и Храфс уточнил:

– Уверена?

Я кивнула. Может глупо, но я ни секунды не сомневалась, что Георг сдержит слово. В конце концов это слово короля.

Да и при последнем визите к воротам никого там не видела. Не гарантия, конечно, но реальный шанс.

– Тогда тем более, Марго, – шепнул Храфс искушающе.

Я так же решительно отказала. Ну а следующим утром…

Следующим утром мы покинули Академию очень рано. За окнами висела серая предрассветная хмарь, желудок, не получивший завтрака, ещё не проснулся, поэтому молчал.

Мы выскользнули из калитки под сонными взорами стражников и тут же нырнули в ближайший переулок. Следуя за Психом, попетляли как следует, а потом старшекурсник открыл портал.

Мощёная камнем улица сменилась другой – тоже мощёной, но более извилистой и узкой. Дома тоже были другими – с соломенными крышами вместо черепичных и компактнее раза в два.

Я завертела головой, Джим тоже принялся оглядываться, а Псих сверился с какой-то бумагой и пихнул её во внутренний карман куртки. Храфс был одет как этакий профессиональный походник, в куртку, защитного цвета штаны и высокие ботинки на шнуровке.

Мы же с МикВоем напоминали двух лохов. Джим, конечно, старался приодеться, но всё равно выглядел по столичному, особенно впечатляли начищенные до блеска модные сапоги. Я же и вовсе нарядилась в костюм для верховой езды – другого брючного комплекта, увы, не было.

Псих окинул нас насмешливо-скептичным взглядом, но от комментариев воздержался. Вместо этого указал на самый богатый из ближайших домов и заявил:

– Это дом старосты, здесь можно перекусить.

И мы пошли. Невзирая на ранний час, хозяева уже не спали, а к нам отнеслись со сдержанным удивлением.

Переговоры вёл Храфс. В результате нас почти сразу усадили за стол, а потом староста поинтересовался:

– Молодые люди, а с какой целью вы явились в Перекрестье?

– Травы собирать будем, – заявил наш главный, не моргнув глазом.

Староста тут же воспрял:

– Зачем собирать? У нас и так есть!

После этого началась жёсткая, зубодробительная реклама. Мол, жители этого забытого богами поселения всё лето готовились к большой осенней ярмарке и насобирали массу полезного.

Все травы, цветы и корешки, какие только можно встретить в этой местности. Всё не только собрано правильным образом и в правильное время, но ещё высушено в соответствии с высокими стандартами травников. За разумную цену нам готовы предложить такое, о чём мы не могли и мечтать.

Мы слушали. Я изображала восторженную, уже клюнувшую на рекламу покупательницу.

Но Храфс разбил фантазии старосты суровым:

– К сожалению, их, – кивок на нас с МикВоем, – профессору сушёное не подойдёт. У нас инструкции, проверочная работа, собрать должны сами, а потом ещё написать общий реферат по каждому образцу – как выглядит в дикой природе, в каких условиях произрастает.

Староста понял не всё, но суть уловил мгновенно. Взгляд немолодого мужчины стал прохладнее, но реклама пошла на второй круг.

Храфс отбрыкивался минут десять, потом от нас отстали. Только сказали напоследок:

– Будьте осторожны. Лес у нас богатый, но тварей в последнее время развелось.

Тут я не сдержалась:

– Это вы про карумов?

– Ага, – отозвался мужчина с тенью злорадства.

Я обречённо промолчала. Уже решили, что охотимся, так зачем ёрзать туда-сюда?

Почему мы скрыли истинную цель визита? На умеренной лжи настоял Псих – заявил, что население, увидав наш непрофессиональный и не слишком-то грозный вид, не одобрит. Что нас вообще могут не пустить, усомнившись в наших умениях – ведь если картума не убить, а раздразнить, то твари не уйдут глубже, а наоборот.

Почему при таком раскладе мы не переместились сразу в лес? Почему не обошлись без визита в окраинное поселение? Особенности процесса. Во-первых, у Психа не было других координат, а во-вторых, эти земли являлись ничейными не просто так.

Там за лесом начинались какие-то разломы, создающие искажения магического поля. Вот эта деревня считалась последней гарантированно стабильной точкой, а телепорты и координаты – такая штука, с которой лучше не шутить.

Расплатившись за деревенский завтрак, мы покинули дом и направились к окраине. Именно в этот миг я ощутила себя героиней этакого классического фэнтези, этакой Зеной королевой воинов.

Мы отличались, пожалуй, одеждой, ну и тем, что здравый смысл Зены вряд ли ныл, предлагая вернуться обратно.

Наша компания шла уже не по мощёной, а простой утоптанной дороге. В конце, перед входом в лес, обнаружилась интересная штука – круговая каменная канава, заполненная неким остро пахнущим веществом.

– А это что? – тут же поинтересовался МикВой.

– Зелье, – махнул рукой Псих. – Оно отпугивает карумов, не позволяет им приближаться к деревне.

– Вот бы оно и нас от приближения к карумам отпугнуло, – не сдержавшись, прокомментировала я.

В меня вперились два недовольных взгляда. В итоге я «одумалась». Расправила плечи и сказала себе: всё получится! Более того, это действительно уникальная возможность. Ну где ещё я познаю такие приключения? В родном мире чудовищ, усыпанных дорогими пластинами, нет.

И мы пошли. Миновали канаву, прогулялись по опушке и начали углубляться в зелёные заросли. Растительность была необычной – деревья вроде простые, но породы незнакомые. Никаких клёнов и берёз, хотя какое-то сходство есть.

Сначала я вздрагивала и вертела головой, а через полчаса устала. Обычный лес, птицы поют, всё прекрасно. А монстров, судя по всему, даже близко нет.

Потом мне попался гриб! Огромный боровик с великолепной бархатистой шляпкой…

– Маргарита, что ты делаешь? – окликнул МикВой, когда я застыла как заворожённая. Разве можно пройти мимо такой добычи?

– Марго, не ной, – Псих расценил мою заминку по-своему, – скоро привал.

Пришлось вздохнуть и забыть про гриб. Неуместно и не факт, что поймут. И вдруг в магическом мире эти деликатесы вообще ядовиты?

Спустя ещё несколько минут, когда в глазах началась рябь от бесконечных деревьев, мы вышли на широкую поляну. Она была усеяна теми самыми ценными цветочками, которые предлагались как альтернатива каруму.

– Отдыхаем! – скомандовал Храфс.

Я уселась на поваленное бревно, а МикВой с Психом пошли что-то рассматривать. При этом Псих передал Джиму флягу, но неудачно.

– Эй! Ты меня облил! – взвизгнул МикВой.

Храфс извинился, и они отошли.

А вернулся Псих один, причём со странным вопросом:

– Марго, ты, если что, по деревьям лазать умеешь?

Умела я плохо, даже отвратительно, о чём и сказала. Но какие ещё «всякие случаи»?

– Не знаю. Если амулет вдруг не подчинится, – ответил на это Псих.

– Сплюнь, – выдохнула я.

– В смысле? – удивился портальщик. – Зачем?

Увы, он всё-таки сглазил! Вот только поняла я это не сразу… К концу нашего отдыха, когда уже собрались встать и продолжить углубляться в чащу, послышалось тихое частное щёлканье. А за ним и треск.

Я сразу догадалась, что это оно. Звук был слишком противоестественным для привычного мне леса.

– Та-ак… – протянул Псих.

Ботаник побледнел, как растущая на соседнем пне поганка.

– Джим, ты остаёшься, – скомандовал вдруг Храфс. – А ты, Марго, быстро за дерево.

– А почему это я остаюсь? – поразился МикВой. По его камзолу в районе груди растекалось бурое, остро пахнущее пятно, оставшееся от пролитого напитка.

Напитка, который, кстати, мне вообще не предлагали!

– Потому что карум останавливается, когда видит неподвижную добычу. А если добыча движется, то и он бежит.

Сам Псих тоже начал пятиться к дереву, а немного заторможенному Джиму потребовалась целая минута, чтобы сообразить:

– Я что, приманка? – Взгляд на пахучее пятно на груди, и… – Ты чем меня облил?

Вопль МикВоя всполошил птиц, а щёлканье, которое оказалось ни чем иным, как звук, издаваемый мощными челюстями жука-переростка, усилился.

Несколько секунд, и шокированная финтом Храфса, стоящая за деревом я, увидела ту самую зверюгу, которую предлагалось укокошить.

На картинке карум был меньше. Там он равнялся по росту с человеком и имел длину три-четыре человеческих роста. А тут…

– Мамочки, – прошептала я, зажимая рот ладонью.

МикВоя затрясло, он начал медленно отступать.

– Стой где стоишь, – одёрнул Ботаника Псих. Он успел присоединиться ко мне, прятался теперь за соседним стволом. – Карум сейчас замрёт, у Маргариты будет время для удара.

И уже мне:

– Марго, крошка, доставай амулет!

Амулет-то я достала, но пальцы дрожали жутко. В голове в страстном поцелуи сцепились две мысли. Первая – что мы натворили? Вторая – Псих он же в самом деле псих!

– Целься, Марго, – гневный шёпот.

В этот миг жук медленно выполз на поляну, он был огромен, МикВой выглядел на его фоне таракашкой.

– Ммм-марго, – проблеял уже МикВой.

Я резко собралась, сосредоточилась, крепче сжала артефакт, и… ничего не случилось. Мой мысленный призыв и визуализированный алый луч, направленный в похожие на гигантский секатор жвала, не появился.

– Ммм-марго… – Джим не выдержал и снова начал пятиться.

Новая попытка, и третья, и… снова ноль!

Карум в это время привстал на передних лапах, заводил мордой, словно нюхая воздух.

– Марго! – на этот раз Псих, и в его обычно наглом голосе прозвучало беспокойство.

– Не получается, – в панике призналась я.

Ещё секунда, и главарь нашей маленькой группы самоубийц принял важное решение:

– Бежим! – рявкнул он.