Любовь на всю голову. Заноза для темного

— Нарушать правила академии запрещено! — раздался брюзгливый голос ректора. Вещал он с трибуны. — Выбрасывайте поцелуйчики из головы. Застану адептов — накажу так, что до выпуска не забудете. Адептку и магистра — выгоню из академии обоих! 

Я устало вздохнула. Нас собрали в большом зале, чтобы поздравить с днем Всех Влюбленных. И если большинство адептов пришли по своей воле, то ленивых темных заманили коварством и обманом. 

— Это прекрасный день, — тянул ректор. За его спиной на сцене зевали преподаватели. Темный магистр в эбонитово-серой мантии стоял без движения уже минут пять. Капюшон наброшен, лица не видно. 

— Может он болванку какую-то вместо себя оставил? — уже начали перешептываться темные адепты. — Или манекен. А сам сбежал с этой скучищи. 

— Вот же, теперь тоже такую мантию хочу. Буду на занятия магистра Иден Теер надевать, — хихикали адепты. 

— Кстати, где Иден? — заинтересовалась я. 

Среди преподавателей магистра Теер не было, среди адептов — тоже. После бала психолог залегла на дно. Не мстила, не скандалила, не вызывала к себе адептов. Похоже, готовила что-то грандиозное. 

Стоявший рядом со мной Эаран Ла Вирр пожал плечами. 

— Поняла, что всех замучала и перевоспиталась, — предложил он идею. 

— Сам веришь? 

— Нет, — честно признался старшекурсник. 

Мы продолжили слушать ректора. Маркус Доррен цедил сквозь зубы поздравления, адепты откровенно скучали. А когда речь зашла про дружбу и взаимную любовь факультетов, некоторые скривили носы. 

— Ни за что бы не стала встречаться с некромантом, — фыркнула девушка из лекарей. Это была невысокая блондинка с длинными, роскошными золотыми волосами. Фарфоровой кожей и нежно-розовыми губами. 

Подружки с ней согласились. 

— Никогда бы не обратил внимание на светлое уныние, — парировал ни к кому вроде бы не обращаясь один из старшекурсников некромантов. Высокий парень с черным ежиком на голове и узким, худым лицом, — Например, на лекарку. Зачем лечить, если можно откопать? 

Кто-то из темных хихикнул. Алхимики и травники зашептались. Остальные просто прислушивались к разговору. 

— Представляете, что у этих любителей скелетов в голове творится? — повысила голос светловолосая красавица. 

— С ней же помереть от скуки можно, — продолжал рассуждать некромант. — Первое свидание — и сразу тоска зеленая. Залечит до смерти. 

Адепты уже вовсю веселились, толкая друг друга локтями. Ректор был забыт. 

Девушка сжала кулаки и с яростью уставилась на парня. Тот снисходительно подмигнул ей. 

— Сейчас они друг друга убивать будут, — предположила я. — А я попкорн забыла. Незадача. 

— Не-а, — хмыкнул Эаран. — Они взглянут друг другу в глаза и влюбятся на всю жизнь. 

Мы дружно рассмеялись. 

Ровно в тот же момент зал тряхнуло. Будто слабое землетрясение произошло. Все начали недоуменно переглядываться. 

А лекарка с некромантом уставились друг на друга, растерянно хлопая глазами. И тут девушка бросилась к парню с криком: “Любовь моя”! 

Кто-то нервно хмыкнул, думая, что шутка продолжается. 

— Перебор, — гнусаво заявила одна из ведьм. 

Я ожидала, что некромант увернется или даже оттолкнет лекарку. Они поссорятся. Девушка начнет надменно унижать парня. 

Но адепт неожиданно схватил ее в объятия и поднял над полом, воскликнув: “Я ждал тебя всю жизнь”! 

У меня начала медленно отвисать челюсть. 

— Что-то не то происходит, — занервничал Ла Вирр. 

— Всем глаза в пол! — взревел ректор. — Друг на друга не смотреть! Никого не целовать. Даже слова противоположному полу не говорить. 

Кто-то испуганно послушался, а кто-то уже вовсю обнимал новоявленную вторую половину. Лекарка и некромант страстно целовались. 

Я поискала взглядом темного магистра, но Демиана на сцене уже не было. Магистр Дарро исчез. 

Эаран легонько ткнул меня в бок. 

— Лучше смотри вниз, — прошептал он. 

— Это что, массовый приворот? — осторожно спросила я. 

— Скорее проклятие, — буркнул изящный, аристократичный Ла Вирр. 

На него нежно взирала первокурсница боевого факультета. В руках она держала молот. 
___ 
Дорогие друзья! Рада видеть вас в третьей серии =) 

На следующее утро я лениво сидела в постели, прямо в пижаме, и подбрасывала мячик. Иногда кидала в монстрику. Кинлири ловил и приносил обратно. 

Из комнат нас не выпускали уже почти сутки. Даже еду приносили на подносе и ставили под дверь. Так что на прикроватном столике у меня поселилась чашка с остывшим зеленым чаем и банка с печеньем на которую зарился кинлири. 

За сладким я, конечно, сбегала сама. Прокралась на кухню темных и выпросила у поварихи. Надо же кормить свое маленькое чудовище. Но в остальном академия пустовала, делать там все равно было нечего. С момента происшествия в главном зале мы должны были безвылазно оставаться в своих спальнях. Чтобы не контактировать с противоположным полом. 

И ненароком не влюбиться. 

Узнав это, темные мгновенно возмутились — нас учили сопротивляться навязанным извне чувствам и мыслям. Но Демиан Дарро неожиданно согласился с ректором, что лучше всем переждать и отправил адептов в комнаты. 

Поговорить с ним мне не удалось. Это раздражало. Мы все же больше, чем магистр и адептка. А он ведет себя так, будто мы почти не знакомы. 

— Если бы у меня был доступ к родовой магии, — в очередной раз пожаловалась я кинлири. Монстрик сочувственно вздохнул. — Знаешь, там есть заклинание, которое позволяет… 

В этот момент в дверь постучали. Что позволяет заклинание кинлири так и не узнал. Ко мне заявился Эаран Ла Вирр, и я выбросила все из головы. Что толку страдать без родовой силы, если есть Тьма Демиана Дарро. 

Даже если сам Демиан Дарро ведет себя так отстраненно. 

— Она меня доконает, — без приветствия заявил Ла Вирр и плюхнулся в кресло. Взял со столика банку печенья и бездумно покрутил в руках. Кинлири возмущенно оскалил зубки и прижал ушки. 

— Кто? — спросила я. И тут же добавила, — Нам нельзя общаться друг с другом, — напомнила, аккуратно закрывая за парнем дверь. 

— Да? Боишься влюбиться? — хмыкнул старшекурсник, ставя банку на место и показывая кинлири пустые руки. — Освежу твои воспоминания, мы — темные. На кого ты смотрела, когда сработало любовное проклятие? 

— Не знаю точно, — пожала плечами я, возвращаясь к кровати. — На тебя? 

— Да? — заинтересовался Ла Вирр. — Влюблена? Хочешь броситься ко мне в объятия, поцеловать и принадлежать до конца жизни? 

— Возможно, — неопределенно ответила я и остановилась, задумавшись. 

Ощущение действительно было. Как зуд, как шепот в голове, как безумие, что подкрадывается из темноты. Поэтому я старательно его игнорировала и сосредоточенно наблюдала за собственными эмоциями. Настоящими. 

— Вот и я о том, — кивнул Ла Вирр. — На нас привороты действуют иначе. Чувствуем, но не поддаемся. Если… не хотим поиграться, — хмыкнул он. 

— А ты на кого смотрел? — заинтересовалась я. 

— Да так, — Ла Вирр неопределенно махнул рукой, — а вот девушка с боевого факультета, та, с молотом, помнишь? Вот она точно “положила глаз” на меня. 

— Почему уверен, что дело во взгляде? 

— Потому что мы с той красоткой не знакомы. И я разузнал про нее. 

— Что? — спросила я, наблюдая, как кинлири забирается на кровать, чтобы добраться до печенья. Увидев его в руках Ла Вирра монстрик решил действовать быстрее и заполучить вожделенную сладость. 

— Достаточно, чтобы понять, парень из темных — крах всей жизни для этой светлой. Она на такое не пойдет по своей воле. А кроме взгляда мы никак не контактировали. До вчерашнего дня, — хмыкнул Эаран Ла Вирр. 

— А что было вчера? 

Кинлири, решив, что его никто не видит, крался по матрасу к банке. 

— Ты лучше спроси, что было ночью? 

Я ошарашенно плюхнулась на кровать. Матрас был упругий, Кинлири зашатался и, потеряв равновесие, свалился на пол. 

— Да нет, — отмахнулся Ла Вирр, — не подумай ничего. Просто девушка вечером, пробралась ко мне в спальню. Представляешь? Разбила окно. Влезла. А я далеко не на первом этаже живу. 

— И… и что сделала? 

— Разбудила. Полезла целоваться. 

— А ты? 

— Отправил обратно. Ушла только с обещанием, что утром у нас свидание. 

— И поэтому ты здесь? — рассмеялась я. — Прячешься? 

Кинлири с тоской смотрел на недоступное печенье, потирая ушибленный хвост. 

— Я еще не решил, что с ней делать, — задумчиво ответил Ла Вирр. 

— Ничего, — пожала плечами я. — Снимут приворот, девушка придет в себя и забудет влюбленность. 

— Да-а, — неопределенно кивнул Ла Вирр. 

Мне показалось, что он что-то задумал. 

— Фе таким быть, — сказала я с намеком. — Не порть ей жизнь. Если кто-то узнает, что вы были наедине после запрета, светлой несдобровать. Даже если между вами ничего не было, пойдут слухи. 

— Не смотри на меня так, — лукаво улыбнулся парень. — Я все же темный. Плести интриги и играть чувствами — моя натура. 

Темный. Точно. А Демиан темнее всех темных вместе взятых. Он-то, что задумал? Поцеловал. Вскружил голову. На каникулах настаивал отправиться в мой замок — встретиться с родителями. 

А я отказалась. Знала, что дух замка Арадэй на пару с мамой нас тут же поженить захотят. А вот папу уговаривать придется. Но эти двое его убедят. 

Демиан выглядел так, будто хочет жениться без раздумий. А если темный магистр согласится, нам тут же свадьбу организуют. Не отходя от замка. Прямо на каникулах. 

Вот я и отказалась ехать домой. Страшно. Не готова я к такому. 

А теперь Демиан отстранился. 

Я встала и задумчиво прошлась по комнате. И только сейчас почувствовала — стало темнее. И холоднее. Так всегда было в присутствии темного магистра. 

Тьма подкрадывается незаметно, неслышно, но ощутить шестым чувством ее приближение можно. 

— Демиан идет сюда, — занервничала я. 

— Нельзя, чтобы нас застали во время запрета, — пробормотал Ла Вирр. — Нельзя, чтобы Он нас застал. 

Мы переглянулись. Раздался стук в дверь. 

Ла Вирр нервно вскочил с кресла. Бросил взгляд на окно, прикинул, что слишком высоко и дернулся в сторону кровати. Намереваясь, похоже, спрятаться там. Кинлири, заметив это движение, испуганно зашипел – он, как настоящий монстрик, жил у меня под кроватью. И гостей не ждал. 

Старшекурсник с мольбой взглянул на кинлири. Монстрик подумал-подумал, подпрыгнул к шкафу и с приглашающим жестом открыл дверцу. 

Да, чудища в шкафу мне еще не хватало. 

На мгновение я задумалась, не заставить ли Демиана ревновать? Может тогда он перестанет вести себя так отстраненно? 

Но что он сделает? Влюбится снова или… разозлится? 

Плевать. В любом случае сдвинемся с мертвой точки, и я перестану изнывать от невозможности понять этого… этого… Демиана. 

Пока мы метались, дверь бесшумно отворилась. 

На пороге ожидаемо стоял темный магистр. Мы замерли. 

Я – в пижаме, с взлохмаченными волосами и рядом со смятой постелью. Эаран – испуганный, в попытке спрятаться в шкафу. Кинлири – довольный. Печенье и логово были спасены от загребущих лап старшекурсника. 

Увидев темного магистра Эаран с достоинством вытащил ногу из шкафа и выпрямился. Лицо приобрело надменность высокородного аристократа. На нем читалось: “Вы меня застали? Ну и что?” 

Демиан невозмутимо смотрел на нас. Капюшон серой мантии был снят, длинные белые волосы вновь собраны в высокий хвост. Глаза — две черные лужицы Тьмы. 

Я вспомнила наш первый поцелуй — тогда я увидела настоящий цвет глаз темного магистра. Эбонитово-серый с фиолетовым отливом. Цвет черного винограда. Я судорожно вдохнула. Мне хотелось броситься в объятия этого мужчины и поцеловать его. А затем прибить. 

Поэтому я замерла. 

Я ждала. Что он сделает? Ревниво полезет в драку? Швырнет обиду мне в лицо и убежит, хлопнув дверью? Пафосно вызовет Эарана на дуэль? 

Первым игру в гляделки не выдержал монстрик. Кинлири смущенно отряхнул лапки и прикрыл дверцу шкафа. За ним последовала капитуляция Эарана. 

— Темный магистр, — вежливо приветствовал он гостя. Будто и не пытался только что спрятаться в шкаф. 

– Брысь, – с прохладной ленцой сказал Демиан. 

– Ладушки, – согласился Ла Вирр. 

Вот нахал! 

Кто из них? Да оба! 

– А может я не хочу, чтобы он уходил, – разозлилась я. – Мне с ним, может быть, тут хорошо было. 

Ла Вирр побледнел. Демиан некоторое время изучающе меня разглядывал. 

– Нет. Не хочешь, – наконец сказал он. – Запрет снят. Я пришел, чтобы забрать тебя на занятия. Одевайся. 

— Сама дойду, — отрезала я. — Спасибо, что сказал… сказали, — подчеркнула я формальность наших отношений. 

На лице Демиана промелькнуло удивление. И тут же исчезло. Демиан кивнул — и вышел из комнаты, подхватив Ла Вирра за шкирку. 

— А… как же скандал? — растерялась я. Но слова ударились в закрытую за темными дверь. Мы остались наедине с кинлири. Тот под шумок добрался до вожделенной банки и счастливо грыз печенье. Пустая банка валялась на полу. 

— Ладно, — махнула я рукой. Сразу и на все. — Разберемся. Я темная, а значит тоже могу играть не по правилам. Пусть сейчас ведет Демиан, но я дождусь своего хода. 

Одевшись, я задумчиво повертела на руке браслет. Артефакт, что должен защищать меня от отравления родовой магией. Но браслет почему-то не работал. Сколько я не билась, опрашивая адептов артефакторов, преподавателей и даже декана артефакторики — никто ответа не знал. 

Приходилось довольствоваться заклинаниями, что я изучала в академии. Это ужасно меня ограничивало. 

Я не сдавалась, но причин поломки все равно не находила. Если бы браслет действовал… Все было бы гораздо проще. Я бы призвала темного духа и заставила, не знаю, выяснить, что чувствует ко мне Демиан. Почему он то на руках носит, то не замечает. 

Одевалась я долго и вышла из спальни не рассчитывая, что кто-то из этих двоих темных все еще ждет меня. Но Демиан был там. Как ни в чем не бывало стоял в коридоре, сливаясь с тенями. 

Что-что, а выжидать он умеет. 

— Идем, — вкрадчиво сказал Демиан, протягивая мне руку. 

Меня окутал аромат горьких трав со сладкими нотами цветов. Теперь я уже знала, что их запах напоминает мне — черный виноград. Гроздь спелых конфет, от которых невозможно оторваться. 

Я вложила свою ладонь в его, ощущая прохладну кожи колдуна. 

На занятие мы с темным магистром пришли как раз вовремя. 

После снятия запрета, в аудиторию забились измученные скукой и бездельем адепты. Среди серых и чёрных мантий попадались яркие пятна одежды провидцев, стихийников, лекарей, и все места были заняты. Я с трудом уместилась на краешке скамьи. 

Столы стояли полукругом, создавая своеобразный амфитеатр. Окна закрывали бархатные портьеры. Здесь было сумрачно. 

Кинлири сунул мне стопку книг, которые таскал для меня, залез под скамью и занялся своими монстрячьими делами. 

Учебники я положила на стол. Старинный такой. Тяжёлый. Я задумчиво провела пальцами по рифленой поверхности дерева, покрытого лаком. Он казался мягким, если касаться осторожно и оказывался твердым, если нажать. Прямо как Демиан. 

Тому, что мы появились вместе, уже никто не удивлялся. Сначала, сразу после бала, все шушукались, а потом, через пару недель нашли новые поводы для сплетен. Адепты ведь не знали, что Демиан резко охладел ко мне. 

Так что шептались сегодня не обо мне. Но я все равно прислушалась. И не зря. 

— Точно тебе говорю, это Иден Теер устроила переполох с массовым приворотом, — шептал один из некромантов другу, сверкая глазами.  

— Мстит за пунш? — поинтересовался собеседник. 

— Да у магистра психологии силенок не хватит, — вклинилась девушка с боевого факультета.  

— Может одноразовое заклинание использовала? — с сомнением предположила ее соседка алхимик. 

— Не настолько они мощные, чтобы на всю академию подействовать! — отрезал портальщик с заднего ряда. 

— Тогда не она это! — припечатал кто-то из зала. 

— Она! — возмутился некромант. — У Иден единственной есть мотив. Месть! 

— Говорят, — смущенно вклинилась одна из ведьм, — что Иден хотела не мстить, а как лучше сделать. 

Все повернулись в сторону девушки. Ведьмочка покраснела. 

— Чушь какая-то, — пробормотал некромант. — Как это по-твоему должно работать? — начал он, но, заметив зловещий прищур ее подружки ведьмы, сразу передумал, — впрочем, это тоже интересная версия, — закивал парень. На лице явно читалось: “Прошу, только не проклинай меня”. 

Темный магистр прошел в центр аудитории. Сейчас он напоминал конферансье, который готовит зрителей к представлению. Адепты замолчали в предвкушении. Лишь спорщики на задних партах продолжали свое противостояние, да тройка незнакомых светлых адепток очарованно вздыхали, глядя на магистра. 

Любовное проклятие сыграло с ними злую шутку. Девушки, похоже, так боялись темного колдуна, что прежде всего взглянули именно на него, когда заклятие сработало. Думали, наверное, это его рук дело. И теперь влюбились по уши. 

На секунду мне даже стало интересно, как магистр Дарро будет с этим разбираться. Но затем занятие началось, все зашикали на спорщиков, и я обратилась в слух. 

— Тьма любит обманывать, путать и пугать. Тени выдают себя за то, чем не являются и скрывают то, чем оказываются на самом деле, — вкрадчиво сказал темный магистр. — Но это не значит, что вы должны поддаваться на уловки. 

Демиан щелкнул пальцами, и от его фигуры в сером балахоне растеклась черная лужица. Потекла по полу, поползла по стенам, съела потолок. Мы погрузились в темноту. Затем появился свет, из теней выступили невысокие силуеты. 

Я почувствовала укол страха. Темные адепты заозирались, а светлые и вовсе задрожали. 

— Магистр Дарро, — пискнул кто-то из светлых адепток, — а разве нам можно перемещаться между мирами? В миры… в миры Тьмы? Мы… уже готовы? — дрожащим голосом спросила она. В вопросе явно читался ужас. 

— Ваша задача, — глухо произнес Демиан, — отличить опасное от безопасного. Наблюдайте. За тем, что вне вас и за тем, что внутри вас. 

Я оглянулась. Фигуры приближались. 

Вместо аудитории мы теперь стояли в пещере, укрытой сумраком. Столы и скамейки превратились в камни и валуны. Книжные полки — в заросли растений, едва подсвечивающие стены флуоресцентным, магическим сиянием. Сине-зеленые, с белым отливом, они придавали красоты этому месту. 

А вот жители — мрачности. Невысокие, не выше метра, но тела сильные, крепкие. Серо-зеленая кожа и мелкие злые глазки. Уши длинные и заостренные. Из одежды — грубая ткань, обернутая вокруг тела у одних и кожаные, плохо выделанные доспехи у других. 

Гоблины. Не простые, приятные создания, что соседствуют с людьми, эльфами и драконами. А темные гоблины. Эти живут в пещерах темных миров. И дружелюбием не славятся. 

Была ли это иллюзия или темный магистр перенес нас в миры Тьмы? Нет. Невозможно. Нас слишком много для такого заклинания. 

Кинлири выскочил из-за камня, в который превратилась наша скамейка. Увидев гоблинов, тут же ощерил острые акульи зубы и скрючил пальцы, показывая длинные коготки. Хвост монстрика нервно ходил ходуном. 

Адепты судорожно доставали оружие — кто-то кинжалы, кто-то шептал заклинания, а кто-то уже создал боевые шары своих стихий. Все готовились защищаться. 

Я и еще несколько темных адептов не двигались. Я — в который раз пожалела, что у меня нет доступа к родовой магии. Так, могла бы набросить аркан. Не на всех, но ближайших бы остановила, связала и обезоружила. 

Нет, заклинание-то я сотворить могу. И оно даже подействует. Но вот последствия… отравление Тьмой Холодной пустоши не заставит себя ждать. А артефакт, что должен меня защищать от этого — не работает в академии. Аркан даже на одного гоблина — это огромные затраты магии. А гоблинов здесь несколько десятков. И сколько еще скрывается в темноте? 

Я просто не справлюсь с магическим откатом. Придется пользоваться тем, что изучала весь семестр. 

Но задумавшись об этом, а потом перебрав в уме возможности, я вдруг поняла, что что-то не так. Во всей этой сцене, что-то неправильно. И решила бездействовать. Понаблюдать. 

— Почему вы замерли, адепты Ферр, Ньюмоун, Гротти? — лениво спросил темный магистр. 

Он перечислил не всех, но большинство и без этого знали, что он заметил, и стушевались. 

— Так это, это же иллюзия? — осторожно предположил кто-то из некромантов. 

Послышались облегченные вздохи светлых. 

— А если нет? — вкрадчиво поинтересовался темный магистр. 

Светлые снова напряженно уставились на гоблинов. 

— Они же не нападают, — сказала я, поняв, наконец, что меня смутило. 

— Слушаю, — заинтересовался Демиан. 

— Мы сейчас сторонние наблюдатели, — я обвела рукой пещеру. — Смотрите, вон те ребята в доспехах — воины. Вот эти, с глиняными горшками — ремесленники. А те, что разделывают птиц — готовят всем обед. Всему клану. Они явно здесь живут. А мы просто наблюдаем за ними. Как гости. 

— А с чего вы решили, что они не нападут на незваных гостей? — голос магистра едва различался в шуме жилой пещеры. Гоблины здесь стучали толкушками о камни, растирая специи и скрежетали металом о метал, затачивая оружие. Звенели клинками тренирующиеся невдалеке бойцы. 

— Потому что… потому что, — лихорадочно соображала я, — потому что здесь нет тотема! — я чуть не подпрыгнула от собственной догадки. 

— Тотема? — удивилась светлая с боевого факультета. 

Мимоходом я отметила, что это та девушка, влюбленная в Ла Вирра. 

— Да, — обрадовалась я, — когда темные гоблины идут в бой, всегда есть тотем. Он нужен для устрашения. Как у викингов. 

— Каких викингов? — заинтересовалась эльфийка с факультета алхимиков. 

— Это из мира людей, — подсказала одна из ведьм. 

— Да, — согласилась я, — были такие мореходы в средние века. Когда они устраивали набеги, то звались викингами и вешали на корабли щиты и морды чудовищ. Все сразу понимали, кто они, и так боялись, что это помогало в сражении. Страх обезоруживал противника. 

— А почему не постоянно с такими украшениями плавали? — поинтересовался один из некромантов. Как раз тот, что влюбился в светлую во время проклятия. Сейчас парень держал за руку свою возлюбленную. А та преданно смотрела на своего некроманта. 

— Чтобы торговать, — пояснила я. 

— А зачем им торговать вместо набегов? — не поверил кто-то из темных. 

— Потому что так они могли разузнать слабые места противника, — хмыкнула я. — Пройти в поселение и посмотреть изнутри, что да как. 

— Прекрасно, — хлопнул в ладоши темный магистр. — Но это логика, а где чувства? Вы должны уметь ориентироваться и на них, — заметил он. 

Я не знала, что ответить. Чувства кричали мне, что здесь опасно и… безопасно. Одновременно. Но этого не могло быть. 

— Здесь безопасно, — неуверенно сказала светлая, державшая за руку некроманта. — Это ведь… иллюзия. 

— Чувства, — напомнил темный магистр, — ощущения. 

— Я.. не чувствую опасности, — пожала она плечами. И нежно взглянула на своего некроманта. 

— Эффект любовного проклятия, полагаю, — кивнул Демиан. — Занятие окончено. Ваше домашнее задание — узнать о кланах гоблинов в темных мирах. Их взаимодействии, культуре, языке. Напишите эссе к четвергу.