Любовь по контракту

Первое, что ощущаешь, входя в мою цветочную студию «Алые Лепестки», — это запах сырой земли и тонкий запах свежесрезанных цветов. Мне всегда нравилось, как нежный запах, стоящих на витрине роз и лилий, создают атмосферу уюта в мой студии.

Утро в конце октября было серым, неприятным и мокрым. Капли дождя собирались на стеклянном фасаде, искажая вид на тротуар, по которому спеша каждое утро проходят люди, погруженные в свои дела.

Я стояла на стремянке, пытаясь дотянуться до верхней полки, где хранились мои самые дорогие, самые капризные орхидеи. Мне двадцать восемь, и я должна была бы уже давно не стоять сама на пластиковой стремянке, пытаясь сэкономить на зарплате стажера, а закончить престижный вуз, работать по специальности и возможно обзавестись семьей. Когда-то я мечтала стать моделью и даже отправляла свое портфолио на многочисленные кастинги. Отец в те времена никогда не упускал шанса сказать, как я была красива. Но долги не спрашивают перед появлением о твоих планах на жизнь.

—Эва, ты опять в облаках? — голос моей единственной помощницы, Лены, всегда звучал как настойчивый звон будильника.

—Я не в облаках, Лена, а в процессе переговорах с новым поставщиком. Вернее, пока только пыталась до них дозвониться. Пробормотала я, осторожно протирая лист орхидеи. Мои руки, привыкшие к нелегкой заботе о цветах, были покрыты мозолями, и совсем не похожи на руки тех изящных женщин, что иногда заглядывают к нам за роскошными букетами.

«Алые Лепестки» были основаны на остаток наследства моего отца и на чистой, как роса, вере, что смогу создать нечто прекрасное посреди этого бетонного города. Но одной верой в прекрасное не заплатить за аренду. Три месяца назад мне пришло уведомление, что мой текущий кредит пересматривается. Буквально на днях я должна внести первый крупный платеж, иначе арендодатель, связанный с каким-то жадным воротилой из мира недвижимости, отнимет у меня мою студию. Я не могу этого позволить. Моя студия — это единственное, что есть в моей жизни. Я давно потеряла связь со всеми моими знакомыми и остатками родных. После того как мое финансовое положение ухудшилось, друзья ушли из моей жизни и осталась только моя помощница в студии – Лена. Я полностью посвятила себя работе и закрылась от внешнего мира. Из жизнерадостной, невероятной красоты девушки я превратилась в потухшую злую на жизнь женщину.

Я соскочила со стремянки, и в животе предательски скрутило. Я посмотрела на стопку неоплаченных счетов, лежащую на старинном дубовом прилавке, который я выкупила у разорившегося антиквара.

— Лена, у нас есть сейчас текущие заказы?

— Семья Крючковых, двадцать белых лилий для их годовщины. И… О, да. У нас еще один клиент. — Протянула неторопливо Лена. Я немного удивилась, с тех пор как начались финансовые трудности, многие поставщики разорвали с алыми лепестками контракты и у нас просто не хватало ресурсов для больших заказов.

— Лена, не мучай меня, говори скорее!

— Огромный заказ, как раз хотела тебе сегодня сообщить. Одна ландшафтная компания заказала у нас композиции для оформления лобби. Говорят, это для Воронова.

Мое сердце сделало неровный кульбит. Максим Воронов. Имя, которое шепталось в новостях с придыханием и страхом. Строительный магнат, чьи небоскребы протыкали небо, как острые иглы. Я активно следила за новостями в сфере недвижимости, когда подбирала подходящую локацию для студии и он стал для меня синонимом власти и холодного расчета.

— Воронов? У нас не может быть сейчас таких больших контрактов на оформление лобби, Лена, мы просто не найдем столько цветов в сжатый срок.

— Я им так и сказала. Но потом он сам перезвонил и сказал, что хочет увидеть того, кто умеет работать с неординарными композициями и что он собирается заплатить за работу флориста, а не за сами цветы. Странный он.

Я нахмурилась. Звучало как чудачество миллиардера. А я всегда была слишком горда, чтобы унижаться перед богачами. Но если на кону действительно большой заказ, то я готова засунуть свою гордость поглубже.

— Хорошо. Я разберусь с ним сама. Перезвони и назначь встречу на ближайшее время.

Прошло минут пятнадцать прежде, чем Лена подошла ко мне с ошеломлённым видом и сообщила о том, что Максим Воронов лично подъедет сегодня как освободиться от встречи. Я не поверила своим ушам, к чему такая спешка? Почему такой богач как Воронов обратил внимание на мелкую почти разорившуюся студию? Моя интуиция вопила о том, что здесь что-то не так, но я так же помнила о большом заказе, который принесет не малые деньги, что сейчас является необходимостью.

Я пошла в подсобное помещение, чтобы переодеться. Сбросив фартук, я натянула темно-синее, строгое платье, купленное на распродаже, которое должно было выглядеть дорого, но не кричаще. Я нанесла минимум косметики, стараясь скрыть усталость под глазами. Я не хотела, чтобы Воронов увидел мою уязвимость. Возможно мы и не люкс бутик, но мой цветочный это бизнес, который я построила с нуля своими силами, Хотелось, чтобы он увидел профессионала.

Когда я вернулась в зал, Лена, бледная, словно гортензия, стояла у двери.

— Эва… Он здесь.

Я подняла глаза. Дверь в студию открылась, и вместе с потоком холодного уличного воздуха в помещение вошел Он.

Максим Воронов словно захватил собой пространство. Высокий, в идеально скроенном темно-сером пальто, он выглядел так, будто сам был отлит из дорогого мрамора. Его волосы были темными, а взгляд…. Глаза были цвета грозового неба над морем — серые, пронзительные и изучающие. Они скользнули по мне, задержались ровно на секунду дольше, чем нужно, и я почувствовала, как по спине пробежал электрический разряд.

Он не улыбался. Он даже не выглядел заинтересованным. Он выглядел так, будто пришел забрать то, что ему причитается по праву. Это конечно немного пугало, но еще больше это вызывало во мне странные ощущения, словно у меня что-то скрутило в районе живота.

— Вы Ветрова? — его голос был низким, с легкой, едва уловимой хрипотцой, от которой у меня перехватило дыхание.

—Я. А вы, полагаю, Воронов. Если вы хотите обсудить оформление, лучше присесть.

Я указала на небольшой столик, но он даже не пошевелился. Его взгляд снова сфокусировался на мне.

—Я не собираюсь ничего обсуждать, Эва. Я пришел предложить вам сделку.

Он сделал шаг вперед, и я инстинктивно отступила на шаг, уперевшись спиной в прилавок. Внезапно тот самый аромат роз показался мне слишком сладким и приторным.

—Какую сделку? — спросила я стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.

Воронов медленно снял перчатки, обнажая сильные руки.

—Ту, которая спасет ваш маленький цветочный оазис…