Любовь проходит? - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Таня Балер (самиздат)

Как там говорится? Жена всегда узнаёт последней?

Так вот Катя не из таких жён.

Все годы брака за мужем не шпионила и подвоха не ждала, но она не какая-то там невнимательная клуша, зацикленная только на себя эгоистка или простушка в розовых очках, не замечающая того, что творится у неё под носом.

Когда что-то начало витать в воздухе, Катя принялась искать причины беспокойства, не в прямом смысле рыская по свету в исследовательской экспедиции, а мысленно проводя анализ.

На это ушло три недели.

Она думала об этом, разглядывая людей на остановке и пассажиров автобуса.

Думала, считая минуты, когда можно будет идти на обед.

Иногда она думала об этом, принимая душ или готовя ужин.

Иногда окуналась в мысли об этом, когда закрывала глаза, готовясь засыпать.

Но чаще всего она об этом думала, когда муж должен был вот-вот вернуться домой, почему-то делая акцент, что если он вдруг задержится, то это будет знаком, что беспокойство небеспочвенно. Он не задерживался, но беспокойство не уходило.

И никогда она об этом не думала, когда общалась с ребёнком.

Тут не надо быть Шерлоком Холмсом в юбке, чтобы проследить связь.

Вот вы же подметили детали?

И Катя подметила, что больше всего она ощущает беспокойство, когда её мысли касаются мужа. Не тогда, когда она выполняет должностные обязанности в банке, в котором служит уже двенадцать лет. Не тогда, когда общается с родными и друзьями, мерит давление и делает покупки. А тогда, когда вспоминает о муже. Мысли о нём создают ощущение надвигающейся тучи, которая испортит погожий денёк. Или даже не тучи, а шторма, града и грома одновременно.

Значит, причина в Косте.

Причина, незаметная глазу и не выбивающаяся из привычной картины мира, но заставляющая тревожиться.

На следующий день после того, как пришла к этому однозначному выводу, Катя бросила пробный камешек, спросив, как у него дела.

Вопрос самый простой и распространённый, но спустя годы в браке они перестали его использовать, предпочитая более конкретные формулировки. А часто и вопросы не требовались, супруги без них делились друг с другом интересными событиями и мыслями.

На простой вопрос, был получен простой ответ, что у мужа всё нормально. И ничего подозрительного в этом не было, поведение его не изменилось, а ситуация не прояснилась.

Надо бить более точечно, поняла она.

Выждав два дня, Екатерина сделала новую попытку, зайдя со стороны здоровья.

Они стояли в лифте, поднимаясь на свой этаж, так что вопрос не отвлёк Костю от чего-то важного, чтобы он мог отмахнуться, занятый другим, а не дать правдивый и полный ответ.

- Ты себя хорошо чувствуешь?

- Да. А что, плохо выгляжу?

- Как всегда неотразим, - ответила она, не заметив у него симптомов болезни или хотя бы ярко выраженной усталости. - У твоей мамы же диабет? Надо бы тебе сахар проверить.

- Ты забыла? Мы в прошлом году проверялись.

- В позапрошлом, а у тебя может иметься генетическая расположенность.

- Я здоров, свеж и светел.

- Что-то знакомое.

- Слова из песни.

Ещё через день Катя сделала ставку на работу.

- В офисе никаких брожений? - спросила за ужином.

- Некогда, все работают.

- И у тебя всё стабильно?

- Да, - уверенно ответил Костя, кивнув. - У вас изменения намечаются? Или опять кто-то воду мутит? - припомнил он события двухгодичной давности, когда Катя боялась попасть под сокращение, а по итогу получила большую премию.

- Нет, всё спокойно.

Хотя…

А вдруг её беспокойство вызвано работой?

А реагирует оно на мужа, потому что жаловаться на некомпетентность сотрудников и завышенные требования начальства Катя могла только ему. У неё были приятельницы из коллектива, и с бывшей коллегой она дружит, но с определённого момента женщина вынесла для себя, что если не хочет попасть в некрасивую ситуацию и не планирует менять место работы, нужно следить за словами. Мелкие беззлобные сплетни за обедом – допустимы, а вот осуждение порядков, критика и стоны, как она устала, и как всё надоело, нужно держать при себе и раскрывать рот только наедине с мужем, который если и не поймёт, то всегда выслушает, пожалеет и дальше никуда это не вынесет.

Следующие дни Екатерина прислушивалась и принюхивалась, отслеживая остановку, но всё было ровно. Не тишь да гладь, чтобы заподозрить, что это затишье перед бурей, а обычная рабочая слегка нервная атмосфера, держащая народ в тонусе. Ни одного признака, что тревожность связана с работой.

Прошла неделя, следовательно, Катя месяц провела в предчувствии чего-то малоприятного, что так и не постучало в дверь.

То, что беды не случилось, все живы, не было никаких непредвиденных расходов, урезания премий, плохих новостей, жалоб на самочувствие и подозрительных задержек мужа с работы, это хорошо. Но то, что беспокойство в принципе появилось и не растворилось, плохо.

- Не хочешь чем-нибудь новеньким заняться? - спросила Катя.

- Хочешь что-то попробовать? Надо двери закрыть, - сказал Костя.

Ну да, предлагать такое, лёжа в супружеской постели, не лучшая идея, если не имеешь в виду секс. В такой обстановке на ум приходит только одно.

- Я не про это, а про жизнь. Может, хобби найдём или кухню новую изучим? Если тебе чего-то хочется, то скажи. Я открыта для предложений.

- Только не начинай снова всё на пару готовить! - испугался он. - Если мне придётся каждый день покупать по две шаурмы и быстро их есть перед тем, как домой зайти, у меня язва появится.

Опять нытьё. Будто Кате в радость было отказаться от жареного и тушёного! Да она столько сил потратила на то, чтобы отыскать съедобные рецепты для пароварки, которые не будут похожи на что-то безвкусное или того хуже уже раз съеденное и частично переваренное. И ведь знает же, что всё делалось из-за диеты сына. Сам ему пообещал, что все вместе откажемся от вредного, а до сих пор вспоминает и жалуется. А ведь всего пару часов назад ел рагу со свининой вприкуску с белым хлебом, а сейчас шаурмой пугает.

- Спокойно, нам можно есть всё.

Расслабленно выдохнув, мужчина повернулся к жене спиной и почти заснул, когда…

- А о чём ты подумал?

- Что?

- Ты подумал, что я что-то в постели попробовать предлагаю. О чём именно ты подумал? Что тебя не устраивает?

- Всё меня устраивает, спи.

Ага. Уснёшь теперь, когда родной муж не удовлетворён их сексуальной жизнью и мечтает о чём-то новом.

Ладно, касательно «мечтает» доказательств нет.

И они никогда не ущемляли и не отказывали друг другу в близости, чтобы беспокоиться на этот счёт.

Подходили к интиму без дополнительных средств наподобие игрушек или костюмов, но разве это не плюс, если для удовлетворения мужчине и женщине достаточно быть вместе и голыми?

Кстати, о том, чем занимаются в постели. Может, это гормоны шалят? Они на всё влияют.

Климакс подкрался незаметно, вот ей и мерещится всякое?

Вот жуть! А она считала, что самым худшим проявлением старости у неё является седина. Из-за этого в блондинку покрасилась и теперь второй год волосы лечит. Но лучше каждый месяц седину закрашивать, чем менопауза!

Чтобы проверить, нужно сдать анализы, а делать этого Кате не хотелось.

Какая у них с Костей будет постель, если у неё уже сейчас климакс начнётся? Это ей следующие два десятилетия колоть что-то или таблетками закидываться, чтобы вести нормальную супружескую жизнь.

Они однажды смеялись, что, когда он станет старым дедом, то будет пить волшебные пилюли, чтобы удовлетворять свою жену, которая на целых четыре года и девять месяцев его моложе.

Но старость всегда виделась чем-то далёким, Катино тело не может подвести её так до обидного рано. Её мама держится бодрячком, бабушка по отцу год не дожила до девяностолетия, соответственно, у неё впереди три десятилетия активной жизни и минимум ещё одно десятилетие менее активной и наполненной воспоминаниями о былом.

Есть и другой вариант, но он не радостней.

Рак щитовидки тоже может влиять на гормоны и отражаться на психологическом состоянии.

Нет, о последнем даже думать нельзя!

Какой ей рак? У неё сын, муж, ипотека, с мамой холодок в общении, короче, половина жизни впереди и куча важных дел.

Пусть беспокойство будет вызвано чем угодно, но не болезнью! Ничего хуже быть не может.

Сама себя накрутившая Катя так испугалась, что не смогла уснуть, представляя, как тяжело её двум любимым мужчинам дастся её уход. Они не безрукие и не безмозглые, чтобы совсем без неё пропасть, как-нибудь выживут, но что это будет за жизнь?

Нечестно! Она не заслужила раннего ухода. Закон не нарушала (мелкие грешки не считаются, она систему не дурила ради собственного кармана, а делала свою работу, выполняя поставленные цели), чужого не брала, бед людям не желала и даже сильно никому не завидовала (в меру завидовала, но без фанатизма и ничьё место занять не мечтала). Нет, умирать ей рано.

И, чувствуя себя весь следующий день развалиной, волевым решением Екатерина запретила себе думать о всех этих предчувствиях.

И чего она на ровном месте завелась? Её интуиция ещё никогда не срабатывала.

Каждый раз, когда кто-то из близких куда-то летел, ей вечером было неспокойно, и воображение подкидывало сцены из сериала «Lost». Ну, помните, как самолёт упал на тайный остров посреди океана, где обитали белые медведи, чёрный туман и какие-то мутные люди? Чем по сюжету всё закончилось, Катя не помнила, а вот то, что самолёты падают, из памяти выкинуть не могла

И ведь никто никуда не падал, тьфу, тьфу, тьфу, и аварийных посадок не совершал. А рейсы, на которых она летала, никогда даже не задерживались. Всё штатно и по расписанию.

Ещё интуиция била ложную тревогу, когда на её телефоне оказывалось больше двух пропущенных. Неважно было ли это три одиночных звонка от сотрудников или все от сына, воображение сразу рисовало картину больших проблем, и всякий раз это было не так. Искали и звонили либо по какой-нибудь ерунде, либо по ошибке, набрав не тот контакт.

И пусть сейчас никто никуда не летел, и её смартфон не разрывался от срочных непринятых звонков, интуицию что-то волновало.

Но исходя из вышеперечисленного, доверять этому чувству не нужно. Волноваться стоит, когда предчувствия наоборот ждут чего-то хорошего.

Не спроста же появилась фраза, как гром среди ясного неба?

Так это было с Сашкой. Катя ведь тогда почти летала и точно о плохом не думала, поэтому они оказались совершенно не готовы к диагнозам сына.

К слову, о них. А вы слышали, какой огромный процент мужей уходят из семьи, если есть ребёнок с тяжёлой болезнью или инвалидностью?

Люблю, трамвай куплю, спасибо за сына, а потом БАХ! Извини, но я на такое не подписывался, мне тяжело, но я же вас не бросаю, жди алименты.

Какими же гадами бывают мужики. Не дай Боже столкнуться.

Но Катя не столкнулась, у Кати с мужем всё хорошо.

Так ведь?

Добро пожаловать, Читающие!

Тут рейтинг +18, но никакой жести, запрещёнки и разврата не планируется, но будет описание любви и нормальной супружеской жизни.

Мы помним, что красиво эротические сцены я писать не умею, поэтому, чтобы не разочаровываться, ждать чего-то горячего и яркого не стоит ;)

А анализы Екатерина всё же сдала.

Она же не страус, чтобы прятать голову в песок, а взрослая и, хочется думать, что здоровая женщина тридцати пяти лет.

Традиционно взяла три дня отгулов, чтобы пройтись с сыном по врачам, и заодно отдала шесть пробирок своей драгоценной крови и энной количество тысяч не то чтобы драгоценных, но честно заработанных рублей, чтобы проверить, не пора ли повесить на гвоздь кружевное бельё, раз все интересные желания скоро пропадут, а хлопковые панталоны это не только экономно, но и удобно, и начать самой плести кружева, чтобы было чем заняться перед сном.

Признаков менопаузы не выявилось.

Её вообще признали на диво здоровой, как выразилась гинеколог, к которой Катя записалась, перенеся ежегодный профилактический визит на три месяца раньше, чтобы удостовериться, что это не взбесившиеся яичники ей покоя не дают. Завтра в космос лететь не предложила и на олимпиаду не отправила, но сказала, что рожать ещё можно.

Хотя об этом пациентка врача не спрашивала, давно закрыв для себя с мужем вопрос второго ребёнка.

На радостях, что дряхление и увядание на ближайшей повестке дня не стоят, Екатерина купила дико неудобные для повседневной носки трусы и настроилась покрутить попкой перед мужем в качестве части прелюдии.

Помнится, когда они начали встречаться и перешли к близости, Костя любил проверять, как эта часть её тела полностью помещалась в его ладонях. Мял и каждый раз удивлялся этому обстоятельству. Но всё течёт, всё меняется, и обхват женских бедер не исключение, сейчас они на два размера больше.

И это не так уж плохо, ведь те одиннадцать килограмм, которыми Катя обросла за годы сытого и счастливого брака, могли уйти в щёки, второй подбородок, живот и лодыжки, а не как у неё: половина в зад, остальное равномерно по всему телу, придав фигуре… назовём это женственной мягкостью.

Костя оценил.

Так сильно, что фактически трусы она не сняла, они лишь были сдвинуты в сторону.

Тонкая резинка давила на живот и впивалась в бока, но зато муж под впечатлением от обновки представил себя ли то поршнем, то ли мощным молотом кузнеца и вколачивал благоверную в матрас с такой силой и скоростью, что стало страшно за простынь. Сколько ей лет? Как бы волокна ткани не разорвались под напором или не затлели от искры, вырабатываемой высеканием. Стой, причём здесь добывание огня? Это же не камни друг о друга ударяются, а мужчина и женщина…

Додумать Катя не успела, поддавшись вспышке, что короткой судорогой зародилась в её теле и перекинулась на Костино, усилившись в десятки раз, судя по его приглушённому рёву довольного самца.

Прикладывая карту к терминалу в женском магазине, она рассчитывала на что-то более томное и долгое. Чтобы платить не за десять минут в неудобных трусах, а за приятные ощущении после их снятия и горячие воспоминания, что будут всплывать в памяти, когда маленькая тряпочка попадётся на глаза в комоде с бельём.

Что ж, бывает.

Зато новенькое попробовали.

Условно новенькое.

Память тут же припомнила, что в белье у них уже было, когда они занялись любовью в машине. Но это произошло так давно, что не считается. К тому же они действовали не в порыве из-за особенного белья или романтичной атмосферы в салоне машины (что там может быть романтичного? Сплошное неудобство), а потому что жизнь прекрасна.

Но вот прошли годы, и жизнь всё также прекрасна, только что-то не так.

Неспокойно.

Тревожно.

Растерянно и нервно.

Носить это в себе Катя устала и поделилась с самым близким человеком.

А после четырнадцати лет брака этот человек муж.

В конце концов, она так долго в этом вариться, что он тоже должен был ощутить запах тревоги.

Декорации для разговора по душам были выбраны традиционные для вечера среды. После ужина супруги сидели на диване перед телевизором, одновременно смотря сериал про бравых следователей и оперов и передачу про бегемотов. Когда начиналась реклама, переключали на канал о животных и залипали там минут на десять, не сильно теряя в сюжетной линии сериала.

- Ты не чувствуешь, что что-то не так? Нет беспокойства? - как могла, описала Катя происходящее.

Расплывчато и непонятно, но услышь Костя про предчувствия и интуицию, то бы припомнил, что это с ней случается перед отлётами и не сбывается, и сказал расслабиться и выкинуть всё лишнее из головы. Мужчины в большинстве своём те ещё толстокожие жирафы, и даже самые замечательные представители сильного пола тонкие материи не замечают, и доходит до них долго.

- Ты про себя? - спросил муж. - Несколько недель уже.

- Я вызываю твоё беспокойство?

- Беспокоится пока не начал, но ты стала задумчивой. Подбородок вперёд выставишь, пустым взглядом в одну точку упрёшься и молчишь, - выдвинув вперёд нижнюю челюсть и прищурившись, показал он карикатуру и заулыбался, получив заслуженный шлепок по руки.

С одной стороны, муж ничего не чувствует, а с другой, заметил же, что её что-то волнует. От вселенной сигналы не распознаёт, но на жену настроен.

- Мне кажется, я умираю.

- Чего? - уставился он на неё хмурым взглядом.

- Я не так выразилась, - признала Катя, понимая, что переусердствовала в попытке показать, что её беспокойство серьёзная вещь. - У меня такое чувство, что что-то происходит, но этого пока не видно.

- Если произойдёт, то разберёмся.

Костя говорил верно, но раз уж она начала, то надо выпустить из себя всё.

- Ты уверен, что это не связано с тобой? Ты от меня ничего не скрываешь?

- Что я могу скрывать? Думаешь, у меня есть вторая семья, - кивнул он на плазму, намекая, что на мертвого персонажа сериала, заведшего себе ребёнка на стороне.

- Тайную семью бы я заметила, - поджала губы Катя. - У тебя кто-то есть?

- Беспокойная жена.

- Костя.

- У меня нет любовницы, я тебе никогда не изменял.

- Я тебе тоже.

Пусть Костя и не спросил, Катя всё равно прояснила этот момент.

А не спросил, либо потому что не допускает и мысли, что она может быть неверна, либо потому что ему всё равно.

Доверия или безразличие?

Ой, нет. Хватит с неё! Не хватало только саму себя до клиники неврозов довести.

Зная, что в пятницу задержится, Екатерина потратила на готовку весь вечер четверга, пожарив курицу с картошкой, сделав салат из капусты и огурцов и замариновав хорошенький шмат мяса, чтобы завтра запечь в тесте. По задумке его должно хватить и на ужин, и на сытные бутерброды, чтобы перекусывать в выходные. В общем, обычная жизнь работающей женщины, которой нужно накормить своих мужчин.

В субботу вечером она вынесла продукты на балкон и принялась размораживать холодильник. Среди ночи проснулась, чтобы проверить, не нужно ли менять подставленный под него для растаявшего льда противень и тряпку, а утром после завтрака хорошенько всё вычистила, подключив к процессу мужа и сына. Первый доставал тяжёлые стеклянный полки и промывал их под струями душа в ванной, а второй насухо вытирал бумажными полотенцами, следя, чтобы не оставить разводов.

Костя с Сашей что-то бурчали, высказывая друг другу, что не понимают, затем это делать, но с женой и матерью не спорили.

Сверкающий чистотой холодильник хотелось заполнить свежими овощами, фруктами, зеленью, большим жёлтым треугольником сыра и килограммом молочных сосисок. Чтобы открыл дверцу, а там всё такое яркое и сочное как с картинки.

Но не выбрасывать же уже имеющиеся сильно подъеденные, но качественно упакованные в пищевую плёнку продукты питания и полупустые банки с вареньем из смородины, домашним лечо, и солёными огурцами, которые никто есть не хочет, но выкидывать жалко, и рассол ещё может для чего-нибудь пригодиться? Хорошо, что декабрь не за горами, а к праздникам она без сожалений выкинет всё лишнее и заполнит холодильник по высшему разряду.

Можно уже потихоньку списки составлять, кому какой подарок найти, и что приготовить на новогодний стол, прикинула Катя, подсчитав, сколько осенних дней осталось.

И это она ещё не задумывалась, какая суматоха будет под конец года в банке.

Правильной женщине полагается уметь не только придумать себе проблему, но и вовремя задвинуть её куда подальше и отвлечься на что-то полезное. А иначе останешься на бобах. Либо всё проешь, заедая стресс сахаром, либо пропьёшь, ища успокоение на дне бокала, либо отдашь последнее психологам, а то и психиатрам, ожидая от них ответов на тревожащие душу вопросы.

Екатерина была женщиной и правильной, и умной, поэтому, помучавшись месяц и выговорившись мужу, она сама вытянула себя из тревожного болота, озаботившись насущными хлопотами.

Но вот какая незадача.

Свой рассудок и планы на день Катя могла контролировать, но по ночам подсознание берёт верх.

Нет, кошмара не случилось, и в час быка квартиру Зиновьевых не огласил женский крик. Все мирно спали.

А ближе к утру уже в полудрёме память перенесла её в прошлое.

Есть воспоминания радостные, счастливые и самые любимые, есть печальный и трагичные, есть болезненные, есть смешные и смущающие, а есть страшные, которые хуже кошмаров, ведь их не отбросить от себя, объяснив игрой воображения.

У Кати они не связаны с плохими людьми, неудачами и ошибками. Но они жуткие, горькие и от них хочется перекреститься и всплакнуть.

К счастью, обошлось без слёз, потому что память не швырнула хозяйку в грустные и как будто беспросветные эпизоды из прошлого. А закинула больше чем на четверть века назад, выбрав воспоминание, которое до этого дня и воспоминанием не считалось, потому никогда не сплывало.

Маленькая Катя случайно подслушала разговор мамы с подругой, и даже магическая составляющая не заинтересовала девочку в беседе взрослых, но история по какой-то причине отложилась в детском подсознании, и вдруг под утро память её воскресила.

Взрослая дремлющая Екатерина не ощущала себя ребёнком, поэтому услышанное сразу переводила на свой лад.

Картина выходила такой:

Тёте Свете изменял муж.

И главное, что изменять он не хотел, а был ласковым мужем и заботливым отцом их дочери, что на тот момент была старшеклассницей и виделась Кате совсем большой. Ещё он мастером на все руки и всегда был готов помочь. Так сказать, со всех сторон золотой души человек. Но одна женщина по имени Гульнара его приворожила. И поэтому периодически он пропадал на несколько дней у неё, а потом возвращался со следами попойки и на коленях просил у жены прощение.

Тётя Света и кодировала его, и в церковь ездила, но ничего не помогало, дольше полугода он не выдерживал, тёмные силы его подавляли, тело начинало слабеть, и мужчина мучился, пока в один день не пропадал, чтобы вернуться здоровым, но пьяным и с чувством вины.

А тётя Света расстраивалась, но прощала, потому что муж её любит, всё для неё и дочери делает, и это не он виноват, а приворот Гульнары.

Что на это отвечала мама, Катя не вспомнила, а, окончательно проснувшись, подумала, что усатый добрый дядя, который в её детских воспоминаниях подвозил их с мамой на своей газельке, тот ещё выдумщик!

А ещё она подумала, что если женщина хочет обмануться, то поверит в любую ерунду.

Переписка? Это номером ошиблись, или холостой друг телефон мужа брал.

Засос? Пчела укусила, или ворот натёр.

Царапины? Кошка на спину запрыгнула.

С бывшей встречался? У неё беда, а он добрый и помогал.

Не ночует дома? Завал на работе.

Поймала мужа на измене? Приворот.

Забухал? Это черти его с пути сбивают.

«Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» - у каждого своё.

Главное, что Екатерина не такая.

Катя не осуждала таких женщин, уходить или оставаться после измены личное дело каждого.

Но сама бы так не смогла.

Хм… И к чему этот сон-воспоминание?

Следующие дни мысли были под контролем, а интуиция заткнута, потому что декабрь сам по себе шумный, и предостерегающий писк уже не раз доказывающего свою некомпетентность чутья был легко заглушён.

О беспокойстве супруги больше не заговаривали, обсуждая обычную для этого времени года нервотрёпку и детство.

Не своё детство, а сына.

Когда на улицах появились первые ёлочные базары, Катя спросила у ребёнка, не хочет ли тот настоящую лесную красавицу, вместо искусственной, что ждёт своего часа в коробке на антресоли.

Наряжала елку всегда она, а Костя и Саша смотрели и давали советы, но любовалась результатом вся семья.

Польза от советчиков была в одном, они следили, чтобы семилетний Кеша не проявлял нездоровую активность в отношении ёлки. Несмотря на осознанный для кота возраст, тот иногда выкидывал что-нибудь глупое. Однажды от растерянности они сразу же на месте вытянули из питомца около тридцати сантиметров тонкой фиолетовой ленточки, не сообразив, что это может повредить кошачьи органы, и с тех пор дождик был вычеркнут из списка украшений.

Так вот о детстве.

Услышав о ёлке, Саша заявил, что ему без разницы, потому что он взрослый, давно знает, что Деда Мороза не существует, и вообще не видит смысла в этом празднике.

Если бы семиклассник верил в Дедушку Мороза, это стало бы поводом для беспокойства. Катя и Костя старались сохранить сыну веру в сказки, но критическое мышление никто не отменял, и они знали, что как только их обожаемое чадо пошло в школу, ему от более продвинутых сверстников начала доходить информация. Информация из серии: откуда берутся дети, чем родители занимаются по ночам, и кто приносит подарки. О последнем он знал уже лет пять и не забывал говорить спасибо, находя первого января под ёлкой подарок от доброго волшебника.

И тут на те вам: «Нет смысла в празднике».

А ощущение чуда?

После беспокойства, Катя мечтала поскорее окунуться в праздничную магию войти в новый год без тревог и дурных предчувствий.

И пусть её мечты - это только её мечты, а сын имеет право на свои, но ей взгрустнулось.

Действительно ребёнок так быстро вырос, а она не заметила, или Сашка только пыжиться, обманывая и себя, и маму?

- Ты знаешь, что твой сын против праздника? - спросила Катя мужа.

- Как это?

- Говорит, что вырос, что не верит, и смысла в нём нет.

- От подарка не отказался? - уточнил Костя, жена покачала головой. - Конфеты таскает?

- Таскает.

- Значит, всё нормально, праздник не отменяется.

С его умозаключением Катя согласилась.

А Костя ещё и сам включился в новогоднюю подготовку и без предупреждения приволок пятнадцатого декабря в дом двухметровую пушистую ель.

Сашка, увидев её в прихожей, побухтел, что не будет каждый день иголки убирать, но сам измерил ствол и поскакал за компьютер смотреть подставки под елку, и выяснять, можно ли на завтра оформить доставку в пункт выдачи, или нужно идти за ней в магазин. И этому мальчишке безразличен Новый год? Ну-ну.

А его родители уже вдвоём пустились в воспоминания. Катя рассказала, что у них дома ёлка стояла в сделанной папой из дощечек крестовине. За девять дней дерево сильно осыпалось, из-за чего при уборке иголки до весны откуда-то вылезали. А Костя вспомнил, что они дерево ставили в ведро с подсоленной водой, и оно даже успевало подрасти, пока стояло в квартире почти месяц.

Так потихоньку Зиновьевых закружила атмосфера главного семейного праздника.

К последней декабрьской неделе подарки для близких и миленькие сувениры для коллег были приготовлены, график посещения родных в первые дни января составлен, и холодильник ломился от деликатесов.

Сплошная красота!

И никаких беспокойств и странных воспоминаний из детства.

Пока Саша не рассказал вернувшейся с работы маме, что час назад к ним приходила девушка и спрашивала папу.

- Нашего папу?

- Да. Она сначала смотрела на меня и молчала, а потом спросила, дома ли папа. Я сказал, что ещё на работе, и она ушла.

Муж приехал через полчаса, сын повторил рассказ о девушке, но ситуация не прояснилась, потому что Косте никто не звонил, и визитов он не ждал.

Катю этот эпизод не взволновал, и она вполуха слушала, как муж спрашивает Сашу, как выглядела приходившая.

Тот запомнит только то, что та была выше него, в коричневой шубе и с хвостом на голове.

Описание выходило совсем безликим, и Катя попыталась помочь.

- Она красивая была?

- Кто?

- Шуба или девушка.

Сашка тут же надулся, почувствовав, что над ним посмеиваются, а Костя поддержал ребёнка, сказав, что для него она старая, поэтому её внешность он не рассматривал.

- Больше никогда дверь открывать не буду, сами своих знакомых встречайте, - пригрозил подросток и утопал в свою комнату.

Открывать дверь чужакам – это не то занятие, против отмены которого будут возникать родители. По-хорошему можно было бы и профилактическую беседу провести, напомнив, что открывать дверь незнакомцам нельзя, но семикласснику такие воспитательные речи точно не понравятся, он ведь и сам всё понимает.

Зато супруги, убедившись, что обидчивое чадо не услышит, ещё немного поострили на тему того, до какого возраста мальчики любят девочек постарше, а потом вырастают и засматриваются на тех, что помоложе.

Когда тебе идёт четвёртый десяток, шутить с сорокалетним мужем, что мужчины с определённого возраста предпочитают молодых девушек, странно. Будто каркаешь или дразнишь судьбу. Но Катя об этом не задумывалась.

Всё также никаких предчувствий и подозрений.

Она приготовила ужин, накрыла стол и собралась звать семью, когда как-то неуверенно постучали, а потом коротко позвонили в дверной звонок.

В прихожей Катя оказалась второй, когда муж уже распахивал входную дверь. И через его плечо она наблюдала, как перед ними появляется девушка в шубе.

В сапожках, кожаных брючках в обтяжку, короткой норковой шубке, с острым подбородком, скулами и широким лбом, над которым линия волос выступает треугольником.

В голове щёлкнуло, что именно про таких говорят «лицо сердечком».

- Я никуда не уйду, мы должны поговорить, - сказало это самое лицо, уперев в Костю стрелы своих глаз, украшенных длинными ресницами.

А потом растеряло прыть, а взгляд из уверенного стал растерянным, когда девушка рассмотрела их обоих. Наверное, рассчитывала, что Костя будет один?

И тут до Екатерины дошло, что эта миловидная девица уже второй раз за день наведывается к ним домой в поисках мужчины. Того, который Сашин папа и Катин муж.

Какого хрена происходит?

Как бы этой пигалице не пришлось улетать с лестницы, раз она решила никуда не уходить.

На мысли, что на пороге стоит причина всех тех недель, которые она страдала от беспокойства, Катя, вытянув руку, упёрлась ладонью в стену, в поиске дополнительной поддержки и опоры.

- Это к тебе? - обернулся к ней муж.

- Она у Сашки папу спрашивала, а не маму, - сначала ответила она и только после поняла, что означает его вопрос.

Костя визитёршу не узнал.

Тогда можно и вежливо поговорить.

- Здравствуйте! Вы два часа назад сюда приходили?

- Да, - вытянула девушка шею, разглядывая коридор Зиновьевых.

Общаться, стоя в дверях, было неудобно, но хозяева не спешили отойти назад и позволить девушке войти. С чего вдруг? Пусть она не выглядела опасной, но не объяснила, кто она и зачем пришла.

- Вы к кому? - спросил Костя.

- К Саше. Он здесь?

- Саш! Саня, к тебе пришли, - позвал мужчина сына, пока Катя переживала когнитивный диссонанс или мини-апокалипсис. Зря они смеялись над своим ребёнком. Теперь в её сознание сложилась безумная картинка: сын держится за руки с барышней в шубе и вот у неё начинает расти живот.

- Вы без меня дверь не можете открыть? - вышел из своей комнаты подросток.

- Тут к тебе пришли, - отодвинулся с траектории Костя, давая ему обзор.

- Я тут причём? Она тебя спрашивала, - развернувшись, снова скрылся у себя ребёнок.

- Девушка, мы вас не знаем, и у нас ужин стынет. Говорите, что вам нужно, и расходимся - теряя терпение, потребовала ответа Екатерина.

- А взрослого Саши нет?

- Вы Сашу видели, других у нас не водится.

- Первый подъезд, шестой этаж, слева кухня, дальше двери в туалет и ванну, справа комната с кроватью и другая комната с балконом. Я здесь была, я знаю.

- Расположение верное, - признала Катя.

- Три однотипных дома и в каждом по три подъезда, - нашёл объяснение Костя.

- А в подъезд как вошли? - заинтересовалась его жена.

- Ждала, когда кто-то с ключом входить будет. Запомнила, что домофона нет.

- Есть, - растянув провод, помахал трубкой мужчина.

- Он не переехал и не прячется, я не туда пришла?

- Вероятно, ошиблись домом. Следующий за нашим и напротив него такие же. Если придёте завтра днём, увидите, что дома практически одинаковые.

- Ясно. Я ошиблась.

- Бывает. С наступающим! - успела Катя сказать, прежде чем муж закрыл дверь, и поделился мнением:

- Дурында какая-то.

Ужин, получасовой телефонный разговор с подругой, переживающей ремонт, и душ, за время которого Костя разложил диван и расстелил постель. Забравшись к нему под бочок и накрывшись одеялом, Катя снова захотела пооткровенничать.

- Всё могло закончиться смертоубийством. Она когда имя сына сказала, я представила, что она нашего Сашку совратила, чтобы на нас своего ребёнка повесить. Думала затащить её в квартиру и выкинуть в окно.

- А через шесть лет ты должна будешь не выкидывать из окна, а сказать, чтобы она называла тебя мамой.

- Не хочу об этом думать.

- Я быстро сообразил, что она не туда пришла. Сашу позвал, чтобы она не попыталась в квартиру войти в поисках своего Саши. Через меня бы не прорвалась, но могла завтра прийти, когда он один будет.

- Мне показалось, что до неё дошло, приходить больше не должна.

- Я рассказывал, как получил зачёт автоматом, потому что преподавательница меня с другим Костей перепутала? А ещё был раз, когда мне сказали, что жена ногу сломала.

- Какая жена?

- Это ещё до тебя было на первой работе. Однофамилица моя упала, пока скорую ждали, выяснили, кто она, один услышал, второму передал, тот третьему, и так на меня вышли с новостью, что жену в больницу увезли. Я говорю, не поеду никуда, нет у меня жены, а меня ещё убеждают, что так говорить нельзя, даже если мы в ссоре, нужно человеку помощь оказать.

- Не поехал?

- Мне даже машину нашли, чуть ли отбиваться не пришлось, объясняя, что я не подлец, бросивший жену в беде, а не имею к покалеченной никакого отношения.

- Уж надеюсь. Не знаю, что хуже, муж скрывающий, что у него была другая жена, или тот, кто не поедет за тобой в больницу.

- По-моему всё очевидно, хуже второе. Бывшая жена это прошлое, оно ни на что не влияет.

- Если бы ты узнал, что у меня до тебя был другой муж, тебе бы было всё равно?

- Не было мужа. У тебя был только парень Дениска.

- Мужа не было, но мог быть жених. Просто я не хранила с ним фото и не знакомила с семьёй.

- Воображаемого бывшего жениха я тебе разрешаю, - проявил Костя великодушие.

- А я тебе нет. Бывшие должны оставаться в прошлом, а воображаемым и потенциальным места нет нигде.

- Кать, что за детская позиция? - приподнявшись на одном локте, спросил он. – Старые знакомые встречаются, рассказывают о своих делах, это абсолютно нормально.

- Ты с кем-то встречался, или с каких-то пор Новый год с бывшими ассоциируется? Я тут как дурочка за ощущение чуда борюсь, семейный праздник планирую, а у тебя на уме бывшие жёны.

- Какие жёны, у меня только ты, - с тяжким вздохом опустился муж обратно на подушку.

Катя, повернувшись к нему спиной, уставилась в тёмный угол, где стояла ёлка, украшенная сразу двумя гирляндами. Та, что с маленькими лампочками, горела разными цветами, а та, что покрупнее, сияла белым светом, то становясь ярче, то затухая. Сейчас удлинитель был выключен, поэтому елку было не видно, но женщина знала, что если переключить красную кнопочку, то угол комнаты будет переливаться разноцветными огоньками, создавая новогоднюю атмосферу.

Внутри Кати тоже были лампочки. Но другие. Тускло-желтые и мигающие.

Будто слабый сигнал тревоги. Может, неисправный и горевший по ошибке, а может правильный, вот только срок эксплуатации подошёл к концу, лампочки почти перегорели и проводки отошли.

Объективно Костя не произнёс чего-то возмутительного и принципиально неправильно. Это были просто рассуждения. И она сама начала тему, когда сравнила наличие бывшей жены в прошлом с нежеланием ехать в больницу к настоящей жене. Это уже после разговор коснулся общения между бывшими, и опять же всё было гипотетически, и муж никоим образом не пропагандировал двоежёнство и обман.

Спрашивается, чего Екатерина начала возбухать и обиделась на него?

Да как-то всё разом навалилось.

Во-первых, корпоратив в этом году решили не проводить, только раскидали премии на счета и отправили поздравительные письма на почту. С одной стороны, так хлопот меньше, и не нужно тратиться на новое платье и услуги мастеров в салоне, а с другой, последние два года всё было помпезно в самом лучшем смысле. Одним таким выходом Екатерина не только заряжалась положительными эмоциями, но и закрывала все свои потребности: и красоту навести, и с мужем в приличном месте потанцевать и начальству процветания пожелать, напомнив, как долго и плодотворно они все трудятся ради общего дела. А в этот декабрь выход в свет отменялся. Какое-то мероприятие организовывали, но без шишек, там уже и ресторан поскромнее, и вторые половины не приглашались, поэтому она деньги сдавать не стала и слегка расстроилась.

Во-вторых, в последнем разговоре с мамой снова всплыла история с квартирой. В полемику Катя не вступила, но перехотела звать родительницу встречать Новый год вместе. И то, что недопонимание не закончилось, и войдёт с ними в наступающий год, подпортило настроение.

В-третьих, она была немного капризна и раздражена из-за усталости. Острого упадка сил, чтобы снова подозревать страшные болезни, не было, но Катя ощущала себя белкой в колесе. Бежать может, но воодушевляющей цели не видит, а это выматывает.

Но всё это ерунда. В конце года ты всегда усталый и нервный, что теперь на родного мужа без причины бочку катить?

Подоплёкой всего стала ревность.

Банальная бабская ревность.

Пусть Катя меньше минуты рассматривала пришедшую к ним девушку под углом того, что она заявилась непосредственно к её мужу, потому что между ней и Костей что-то было или есть до сих пор, но и этого было более чем достаточно, чтобы почувствовать себя плохо и запомнить это отвратительное ощущение возможного предательства.

А когда на это всё наложились его рассуждения, что скрывать что-то (пусть и несуществующую бывшую жену) нормально, и можно общаться с кем-то из прошлого, Кате стало ещё неприятней.

Вот её и занесло.

Как не наводи чистоту заранее, а тридцать первого декабря всё равно найдётся, что надо помыть, убрать или вовсе выкинуть.

Дав задание сыну нарезать колбасу для оливье и позволив самому выбрать, какого размера должны быть кубики, Катя пронеслась по квартире с пылесосом. Вчера этим уже занимался Сашка, но он никогда не заглядывал под шторы и не поднимал коврик в туалете и ванной. И пользуясь тем, что мальчик занят в кухне, сунула нос в его шкаф и тумбочку под столом, проверяя, чтобы там не было припрятано грязных носков, фантиков или тарелок с чем-то недоеденным. Шурик не грязнуля и сам следит за порядком на своей территории, но по невнимательности или напавшей лени мог что-нибудь куда-нибудь сунуть и благополучно забыть. Несанкционированного найдено не было, и Катя вернулась к готовке.

Костя тоже не филонил. До трёх дня он работал, а сейчас ехал домой через магазин, так как внезапно обнаружилось, что закончилась приправа для птицы, и они забыли купить сливочное масло для бутербродов и колу для сына.

В восемь вечера утка с картошкой отправились в духовку, салаты настаивались, торт, залитый шоколадной глазурью, остывал на балконе, а Зиновьевы решали, идти ли после полуночи гулять, и если да, то куда.

Можно поехать в гости к Морковиным, у них в частном доме всегда устраивается что-нибудь шумное.

Можно доехать до центра и там прогуляться по площади

А можно пешочком пройтись до местного сквера.

Настроив грандиозных планов, как будет гулять всю ночь, Саша начал зевать, и был отправлен к себе чуть полежать, а Катя с Костей смотрели телевизор и лениво переговаривались.

За стол сели в половине одиннадцатого. Ели, говорили по очереди тосты, чокались и вспоминали, что происходило в этом году.

А потом куранты, пиликающие от поздравительных сообщений телефоны, уборка со стола на скорую руку: еда в холодильник прямо в мисках, грязная посуда в посудомоечную машину, тщательные сборы, чтобы не замёрзнуть, и выход на улицу.

Ветра не было, и мороз за щёки больно не щепал, с разных сторон доносились звуки салютов, и, взяв от дома хороший старт, они как-то незаметно дошли до горки. В темноте определить, насколько она безопасна было трудно, поэтому Костя был отправлен кататься вместе с сыном. А потом и Катя к ним присоединилась.

Покалечиться не покалечились, но домой поехали на такси, и в начале четвёртого уже сладко спали в своих постелях, не вспомнив о подарках под ёлкой.

Привет, Читающие!

В идеале магия писательского таланта должна была через повествование погрузить вас в нужную атмосферу.

На случай, если моего дара не хватило, проясним: у нас история о здоровых отношениях. Тут героиня не живёт в выдуманном мире и, только застав мужа с любовницей, вдруг прозревает и понимает, что её никогда не любили, а всю жизнь пренебрегали и обижали, а она не замечала. Зиновьевы – действительно крепкая семья любящих людей. И, читая о них, вы должны это чувствовать!) Чувствуете?

А через четыре дня Костя предложил жене заняться благотворительностью.

То есть деньги то они как бы одолжат, и те им вернутся, но это произойдёт нескоро и заверенной у нотариуса долговой расписки не будет, поэтому и 100% уверенности в возврате нет.

Тратиться муж был готов на брата жены.

И не по большой дружбе с шурином, а чтобы Катя не хмурилась, думая о матери.

Супруги всегда жили по своим средствам, не забывая откладывать.

Тьфу,тьфу,тьфу, в последние годы аварий и других крупных неприятностей на их долю не выпадало, поэтому накопления у них всегда имелись.

Отвезя сына в первый класс на новом автомобиле, за следующие пять лет они смогли скопить кругленькую сумму. На гречке и голых макаронах не сидели и раз год хотя бы на недельку куда-нибудь ездили, если не к морю и солнцу, то к лечебной водице и свежему воздуху. Но и деньги на них с неба не падали, оба работали, особенно Катя старалась после декрета и многочисленных больничных проявить себя, зарекомендовав хорошим специалистом, заслуживающим своё место и способным расти дальше.

Так вот о сумме.

С ней нужно было что-то решать. Вариантов было несколько, и все были по-своему значимыми и могли изменить их жизнь, поэтому всё растянулось на несколько месяцев, и суть обсуждения стала известна близким пары.

Когда, наконец, они определились и быстро выбрали строящийся жк, в котором купят студию, Екатерина, не откладывая, начала оформлять на себя кредит, пользуясь всеми дозволенными привилегиями банковского работника. Возраст позволял взять ипотеку на двадцать пять лет, но кредит в её положении был выгоднее, пусть и придётся затянуть пояса на следующую пятилетку. Уже осмотрев с мужем почти достроенный дом, близнец которого, где и будет располагаться их новая квартира, пока находился на стадии котлована, Катя сообщила матери, чем они заняты.

- Вы уже дом выбрали? Когда? Почему не сказала?

Указывать, что она самостоятельный человек и докладывать родителям о всех своих действиях и спрашивать на них разрешения не обязана, взрослая дочь не стала.

Хочется маме быть в курсе дел? Кате не жалко. Она ей всё расписала и совета спросила так, будто окончательное решение ещё не приято, и они могут выбрать квартиру в другом районе.

- Вы же только думали, тратить деньги или вкладом оставить.

- В воскресенье в обед ещё думали, а к вечеру решили. А что?

- Если вы свою квартиру менять не собираетесь, зачем вам ещё одна? Эти деньги можно потратить на жильё, в котором кто-то будет жить.

- В нашей тоже будут жить. Дом в любом случае сдадут, если не через год, то через три. Поставим сантехнику, наклеим обои и будем сдавать, пока Сашка не выучится.

- У вас есть, где жить, у Саши комната своя, а Петя с Дианой по съёмным углам живут. Если бы вы им эти деньги дали, они бы смогли в ипотеку себе квартиру купить. Так бы у вас всех был свой дом.

- Мам, мы не подарим свои деньги Пете.

- Не дарите. Ты наш ребёнок, мы с отцом вам насобирали, чтобы вы с Костей квартиру купили, а сейчас папа машину чинил, я зубы делала, у нас денег нет, а цены на жильё в два раза выросли.

Женщина ещё многое сказала, посетовав о том, как ей тяжко от того, что на смогла быть хорошей матерью, ведь только её старшенькая обеспечена, а младшенький вынужден снимать чужие квартиры. Она ещё и приписала Петьке познания женской и семейной психологии, сказав, что он не переезжает к ним, потому что не хочет, чтобы Диана ссорилась со свекровью, толкаясь в одной кухне. Ну да. Это же единственная причина, почему женатый двадцати восьмилетний сын живёт с женой вдвоём, а не переезжает к родителям в свою комнату, которую первые тринадцать лет своей жизни делил со старшей сестрой!

Мама гладко стелила, ничего не требуя, но взывая к родственным чувствам и ответственности старшей сестры за младшего брата. Катя знала, что мама больше печётся о Пете и не ревновала её к нему, но тут сорвалась. Она не стала напоминать, сколько денег подарила маме в день рождения «на зубы», сколько родители потратили на свадьбу Пети с Дианой, соревнуясь со сватами, и сравнивать 200 тысяч, выделенные ей пятнадцать лет назад, с тем, сколько они с Костей смогли отложить, но и одного неудобного вопроса было достаточно:

- Вы тогда сказали, что это подарок на свадьбу. А теперь я эти деньги отработать должна, купив Петьке квартиру?

После этого мать и дочь не разговаривали месяц.

Катя звонила отцу, но в гости не приезжала.

А когда общение родных женщин возобновилось, купленная студия повисла между ними стеклянной стеной, и каждая считала себя правой в своей обиде.

Сдача дома затянулась, а Катя признала, что могла бы помочь брату, если бы они с Костей купили вторичку. Тогда бы Петя мог жить там и обустроить свой быт, зная, что ближайшие десять лет его не попросят съехать. Но крохотная однушка в нормальном районе стояла дороже, чем коробка, что будет сдана в черновом варианте, плюс за счёт арендной платы хотелось погашать часть долга банку, а с родственников полную сумму не возьмёшь. Да и не полную тоже, мать бы за сердце схватилась, услышав, что Петя должен платить что-то выше коммуналки.

Что сделано, то сделано. Катя поступила так, как было оптимально и удобно для её семьи, состоящей из мужа и сына, а не других родственников. К тому же у родственников и без неё всё в порядке. Диана полгода назад родила Пете сына, и они уже занимаются оформлением ипотеки при участии материнского капитала, а мама помогает им с маленьким Максимом.

Таким образом, у всех всё хорошо. Только мать и дочь стали менее близки.

Подумаешь!

Катя выросла, давно живёт отдельно и не нуждается в материнском внимании и заботе. Она не плакала, не жаловалась и не позволяла себе сравнивать, какой любящей бабушкой была её мама с первым внуком, и какой со вторым.

Но Костя что-то для себя понял и решил помочь наладить мосты жене и тёще.

- Зачем? Тебе деньги некуда девать?

- Новый год семейный праздник, а ты к своей матери в гости идти не хочешь. Это поможет, - ответил Константин.

- Когда с рождением Максима поздравляла, на эмоциях пообещала Петьке помощь, - призналась в сентиментальном порыве Катя. - Сказала, что если прижмёт, пусть обращается, мы что-нибудь придумаем.

- Но он не обратился?

- Нет. Без маминой опеки он сам всё умеет. Мне кажется, она своей заботой ему мешала идти вперёд.

- Тебе видней. Я как лучше хотел.

В гости к родителям жены всё же Зиновьевы съездили, но эффектных щедрых жестов, чтобы завоевать расположение тёщи, не делали.

Ну, разве Костя не отличный муж? Само понимание, внимательность и готовность идти на жертвы, чтобы порадовать супругу.

Отличный муж, в этом и был его прокол.

Беспокойство не вернулось. С выходом Кати на работу после праздничных выходных её захватили подозрения.

Новогодние каникулы прошли замечательно.

Вроде ничего особенного они не делали, только проводили время вместе.

Иногда рядом были друзья и родные, чаще только они трое и кот, но нашлась пара возможностей побыть в квартире без ребёнка. А когда ты много лет в стабильных отношениях, внеплановый секс днём заряжает такой положительной энергией!

В последнюю ночь перед выходом на работу они разделили нечто особенное.

Оба были в нежном настроении, глаза в глаза, одно дыхание на двоих, и каждый толчок как молчаливое «я люблю тебя». Супружеским долгом или сексом такое назвать язык не повернётся. Это выше облаков.

А с началом будней мозг перезагрузился и выдал хозяйке анализ данных.

Её беспокойство возникло не на ровном месте. Всё дело в Косте!

В шутках, смехе, разговорах, сексе и заботе не было ничего подозрительного. Так они жили всегда.

Но накупавшись в этом за время праздников, Катя поняла, что успела соскучиться по такой близости.

Потому что осенью ей её не хватало.

Костя был рядом, разговаривал, участвовал во всех делах, но как будто не до конца. Он её слушал и рассказывал о пробке, совещании, несуразном повороте в сюжете фильма и даже потери носка, но вот мыслями не делился.

Словно какую-то часть себя он от неё закрыл.

Муж стал молчаливее или задумчивее, но не критично, поэтому Катя не сразу прочувствовала, что что-то изменилось. А почувствовав, не смогла распознать, что именно не так, ведь на первый взгляд, всё было как всегда, и Костя не пренебрегал своими обязанностями мужа и отца.

Плохой знак, что на мгновение Катя ощутила удовлетворение, придя к выводу, что осенью муж вел себя нестандартно и мог что-то скрывать?

Цели обвинить его в чём-то перед ней не стояло, они не соревновались, и его неудачи были их общими, потому что они семья. Тем не менее было облегчением понять, что не изводила себя без причины и не зажралась от спокойной жизни, а, как и подобает хорошей жене, отслеживает атмосферу в доме.

А потом мгновение прошло, и Катя осталась наедине с тем, что у мужа что-то происходило. Или происходит до сих пор, но он уже научился полностью это скрывать.

Версию с финансами она отмела сразу.

Неважно, по работе ли он бы влетел, влез в долги, стал жертвой мошенников, Костя не стал бы предлагать выделить деньги на материальную помочь её брату, зная, что у них уже имеется одна статься непредвиденных расходов. Это же совсем придурошным надо быть, чтобы, прикрывая свой косяк, для равновесия убедить жену потратиться на её родственников!

И здоровье мужа не вызывало вопросов.

Мучь его боли, и принимай он втайне таблетки, за проведённые дома дни Катя бы хоть разок это спалила.

Разве что это проблема не физическая, а психологическая? Нет, тогда бы Костя как-то проявил свою нервозность, стал плохо спать или без веской причины вышел из себя и повысил голос на неё, Сашу или Кешу. Уж коту бы точно перепало от мужчины в раздрае, если для остальных своих домашних он делал вид, что всё нормально.

Снова строить различные теории и потом проверять их, задавая мужу наводящие вопросы, Екатерина не захотела, решив, что сразу обрушит на Костю все свои выводы. А он, подтвердив, что ей не откажешь ни в наблюдательности, ни в умении тонко чувствовать окружающих, расскажет, что наглым образом скрывал от своей второй половины как минимум октябрь и ноябрь, а как максимум всю осень, а может и часть августа.

- Я всё знаю, - объявила Катя, когда после ужина Саша с кружкой чая и половиной шоколадки ушёл в свою комнату, сказав, что ему ещё надо прочитать параграф на завтра.

- Голова у тебя маленькая, всё не поместится.

- Голова у меня стандартного размера, а у тебя такими темпами нос расти от вранья начнёт, - сгустила она краски, будто поймала его на лжи. Вину Костя, конечно, не почувствует и не ощутит на своей шкуре то, в чём она варилась, долгими неделями живя с тревогой и беспокойством, но и не по головке же его гладить за то, что устроил жене встряску.

- В чём я соврал? Всё поклёп, меня подставили, - вместо испуга и покаяния, закинул он себе в рот последний кусочек колбасы и сожрал без хлеба.

И тут у Кати случился затор.

Как чётко выразить свои умозаключения? Разговор на эту тему у них уже был, и ни к чему не привёл. Спустя время до неё дошло, что пару месяцев муж был недостаточно болтливым. Кроме этого и своих ощущений ей предъявить ему нечего.

За годы знакомства Костя её в каком только состоянии не видел и чего только от неё не слышал, так что тут загвоздка не в стеснении или нежелании выставить себя перед ним невротичкой, а в том, что он выслушает, но всерьёз не воспримет, хоть и успокоит.

- У тебя проблемы?

- Если ты устроишь, - хмыкнул мужчина, как она и думала, не спеша откровенничать и в чём-либо признаваться.

- С тобой что-то произошло. Не сразу заметила, потому что ты ничего не говорил, но я знаю, что что-то было. Осенью или ещё летом началось.

- Что началось?

- Это ты мне должен сказать. Я имею право знать, что с тобой случилось.

- Кать, послушай себя. Ты сама понимаешь, чего от меня хочешь добиться? Я нет.

- Хочу узнать, почему до декабря ты вел себя не как обычно. Я не выдумываю, что-то с тобой происходило.

- Мне нечего тебе сказать. Всё нормально.

- Ты гей?

- Чего?!

- Кость, ты знаешь, какая я. Я не успокоюсь и буду перебирать все варианты. Ты этого добиваешься? Чтобы я искала в тебе признаки болезни, игромании, наркозависимости, проблем с законом?

- Твой муж наркозависимый игроман, преступник и немножечко голубой? Спасибо, милая.

- Я не утверждаю, что ты такой, а спрашиваю. Мы общаемся. Ты признаваться не захотел, мне приходится задавать наводящие вопросы.

- Про гея?

- Да ё-моё! Это я сказала, чтобы встряхнуть тебя. Успокойся, ты гетеросексуал, я в этом дважды в неделю убеждаюсь.

- На выходных было четыре раза.

Поднявшись, Катя сгрузила в стопку оставшиеся на столе тарелки и понесла их к мойке, бросив:

- Можешь продолжать уходить от ответа, этим ты подтверждаешь мою правоту.

Так оно и было. Когда живёшь с кем-то долго, нетрудно предугадать реакцию. Если бы Костя искренне не понимал, что она имеет в виду, то отреагировал бы иначе. Положил бы ладонь ей на лоб, меря температуру, пофыркал, а если бы она продолжила настаивать, то чётко опроверг все её подозрения, по пунктам объясним их несостоятельность, и сказал, чтобы она не втягивала его в свой бред. А Костя вилял.

Значит, что-то есть.

Константин не считал, что что-то есть.

Есть, но это не прям «ЧТО-ТО».

Да и поздно рассказывать.

Если бы сразу, то да, а сейчас Катя себя накрутила и может не так всё понять.

Надя честно не знала, откуда взялась эта маята.

Началась четвёртая весна со дня их с Владом знакомства. Трижды в год она ездила домой, и однажды мама с папой приезжали, чтобы своими глазами увидеть, где и как живёт их единственное чадо. Так что по родным девушка скучала, но не помирала от тоски от невозможности увидеться.

На работе проблем не было. Мелкие дрязги случались, но так как карьеристкой Надя не была и взаимодействовала с документами, а не людьми, на её долю разборок не выпадало, поэтому страдать от постоянного напряжения у неё причин не было.

Влад… ну, он тоже ничего плохого ей не сделал, чтобы она была несчастной и маялась рядом с ним.

С жиру бешусь, - поставила Надя себе диагноз.

А уж когда Влад объявил, что последнюю неделю мая и девять дней июня они проведут под турецким солнцем в отеле с трёхразовым питанием, она себя зажравшейся почувствовала.

Отпуск прошёл отлично. Хотя не тянул на медовый сразу по двум причинам. Во-первых, они не поженились, во-вторых, за пятнадцать дней занимались сексом дважды. То не было удобного времени, то настроения, то сил между экскурсиями и вечеринками до утра с соотечественниками, с которыми Влад познакомился ещё в первый день. Сама бы Надя предпочла лежачий отдых у бассейна с вечерними прогулками вдоль берега, но ей не хотелось, чтобы, взяв на себя всю оплату их отдыха, любимый был вынужден делать то, чего не хочет.

К июлю впечатления от отпуска поутихли, и вновь проступила маята. А вместе с ней и чувство своей неуместности что ли. Надя не нашла хороших друзей, не влилась в коллектив так, чтобы её звали развлекаться, а не только задержаться на полчасика для помощи с бумажками, и не стала своей для родственников Влада.

У неё был Влад, она жила с любимым, но чувствовала, что ей этого мало.

Не в том смысле, что она мечтала заполучить всё его время и внимание, а в том, что быть его приложением ей было не достаточно. У него тут все близкие, дом, работа, которую он хотел, и не выносящая мозг девушка. Всё, чтобы жить и радоваться.

А у неё для счастья был только он. И, похоже, этого для радости стало маловато.

Может, любовь померкла? Или Надя переросла свои чувства?

Кто знает, возможно с такими размышлениями к осени она либо бы вышла за него замуж, поставив условие, либо рассталась и вернулась домой. Но тут на сцену снова вышла Света. Точнее её обожаемый Ник.

Прикиньте, эта парочка сошлась!

Подруга после их разрыва успела повстречаться с другим и разбежаться, узнав, что тот не знает меры и, перепив, становится грубым. А он уезжал на родину, чтобы ухаживать, а потом хоронить маму.

- Он сто лет ничего не выкладывал, увидела знакомого, спросила, как дела. Рассказал, что Ник только вернулся и подрабатывает по вечерам баристой, чтобы быть занятым.

- Он остался сиротой? Наверно, ему очень одиноко.

- Да! Бедненький не знает, куда себя деть. Позвонила с соболезнованиями.

- Правильно, - похвалила Надя.

- Вчера на такси привезла ещё тёплые голубцы. Он совсем худющий стал.

- Очень добрый поступок, - пробормотала она, понимая, что будет дальше.

И не ошиблась.

К августу Света уже хозяйничала у него, взяв под контроль его быт и заодно постель. Для полного захватала территории ей оставалось только перевести свои вещи, но:

- Не хочу навязываться, он должен сам меня позвать.

- Лишь бы он тобой не пользовался. Он понимает, сколько ты для него делаешь?

- Конечно. Постоянно говорит спасибо.

- И всё?

- Деньги оставляет на такси, и если я что-то из продуктов захочу купить.

- А про чувства говорит? Что у него к тебе?

- Он не из тех, кто болтает о любви как твой Влад. Он не такой человек.

«Как твой Влад» - прозвучало не в положительном ключе. И вместо того, чтобы рассказать, что слова любви и комплименты стали редкостью, и вообще она сомневается, что хочет прожить с ним не то что всю свою жизнь, а ещё хотя бы год, Надя промолчала. Пусть она уже поняла, что Влад далеко не самый идеальный человек, но не Свете о нём так пренебрежительно отзываться. Пусть сначала на свои отношения посмотрит.

Как бы бредово это не было, обида на подругу помогла Наде дать себе ещё один шанс. Шанс на то, чтобы не опускать руки, сбегая от маяты, а побороться за будущее с Владом.

Шанс мог бы сработать, всё же иногда проще остаться, чем решиться снова кардинально поменять свою жизнь. Но буквально через неделю Света позвонила около полуночи, и её злой крик так громко и отчётливо звучал из динамика, что проснувшийся Влад пододвинулся ближе, чтобы услышать, что ей так эмоционально рассказывают.

- Козёл, какой же он козлина! Он на меня молиться должен, а не расставаться.

- Он тебя бросил?

- Сказал, что мне нужно заниматься своей жизнью. Мне! Да если бы не я, он бы руки на себя с горя наложил. Я бы сама его бросила, если бы не жалость. Веришь?

- Конечно. Ты ему помочь хотела, он неблагодарный, - произнесла Надя, чтобы поддержать подругу.

А когда звонок завершился, услышала в темноте вопрос:

- Сбежал от неё очкарик?

- А он носит очки? - спросила она, помня только то, что у молодого мужчины, чью аватарку ей показывала подруга годы назад, были светлые кучеряшки.

- Молодой препод должен носить, - предположил Влад. - Послал он её?

- Сказал, что они друг другу не подходят.

- Вежливый задрот. Крепко Света его достала.

- Перестань. Я про твоих друзей ничего не говорю.

- Потому что они все у меня нормальные.

- Она нормальная. Только очень влюблённая, - вздохнула Надя.

Это был подходящий момент для признания в любви. Неважно, серьёзного или шутливого. Сказать что-то типа: «Влюблённая как я» или «Я тебя люблю, но остаюсь нормальным». Но никто из пары этого не сказал.

Вроде ерунда.

Глупость.

Ничего не значащая мелочь.

Но Новый год Надя встречала с родными в статусе свободной девушки.

Тогда Надя этого не заметила, но вспомнила через два дня, когда ночевала одна.

Надо пояснить, что засыпала в одиночестве она не только в дни ссор. Также она ложилась одна в субботы, если Влад засиживался с друзьями в бане. Раз в месяц четверо парней собирались в частном секторе, где у одного из них жили родители, и устраивали посиделки с пивом и рыбкой. Для гостей оставался свободный диван, но Влад никогда не оставался на ночь, а возвращался к себе.

В тот вечер он задержался допоздна.

После десяти Надя ему позвонила. Он не ответил. За следующие полчаса она позвонила ещё трижды, и решила, что если до одиннадцати он не объявится, она начнёт написывать и названивать его друзьям.

Влад объявился без четырёх минут одиннадцать. Не своим возвращением домой, а вызовом на её номер.

- Матч смотреть сели, ложись без меня.

- Ты приедешь или до утра останешься?

- Не знаю, - ответил он. - Отвлекаешь. Давай. Спокойной ночи.

Влад её не обозвал и не проигнорировал, оставив мучиться в догадках, а дал понять, что жив и здоров.

Какие претензии? Разве что интонация могла быть помягче, но это если хочется придраться и найти повод для обиды, а мы уже выяснили, что это не в характере Надежды.

Однако в эту ночь в её голове медленно крутилась карусель воспоминаний. Не так чтобы все мысли перепутались, а как неспешная презентация, где слайды переключаются в таком темпе, что успеваешь рассмотреть всю информацию, прежде чем картинка смениться на новую.

Предпоследним слайдом стало воспоминание об упущенном моменте с несказанными словами о чувствах. Пусть не признание в любви. Достаточно было бы сказать что-то доброе или поцеловаться. А им не захотелось. Именно им, потому что крайнего во Владе Надя не искала, признавая, что ею саму не тянуло нежничать.

Последним кадром разум подкинул изображение весов.

На чаше с перевесом был Влад. Вернее всё, что у него есть с работой, перспективами, друзьями и семьёй. А той, что висела наверху, была Надя в платье невесты, которое ей совсем не шло, и с ярким макияжем а-ля 90е. Почему её подсознание выбрала уродский наряд, и вообще каким боком тут свадьба, Надя обдумывать не стала. Просто почувствовала, как несправедливо у них с Владом всё устроено. И винить тут некого кроме себя, ведь она по доброй воле на крыльях любви к нему помчалась и не смогла за три года стать настолько своей, чтобы считать его квартиру своим домом и их окружение своими близкими людьми.

Должно быть, она мало старалась.

Проблема в том, что стараться сильнее ей не хочется. Ей вообще не хочется больше стараться.

У неё полно ещё времени, чтобы жить так, как хочется именно ей.

Вот и всё. Выводы сделаны, и нужно действовать.

Но Надя не представляла, с чего начать.

Ей что сказать Владу: «Здесь не моё место, я возвращаюсь домой»?

Она так не сможет!

Но в итоге Клюкова вроде как смогла.

Сначала уехала домой, а потом сказала Владу, что останется там.

Так почему же они расстались?

Остыв, Влад с друзьями будет смеяться, что разбежался с Надей из-за бедра не первой свежести.

В некотором роде так оно и было.

-…будет операция, - повторила Надина мама, рассказав, что бабушка Нина, полгода не позволявшая отвезти себя к врачу по поводу болей, заставляющих её охать и кряхтеть, упала и теперь без операции никак.

- Я приеду!

Отговаривать от этой затеи женщина дочку не стала. Её матери было за семьдесят, а при таких вводных, нет гарантии, что она не останется лежачей, успешно отойдя от наркоза. И это если не учитывать, что операцию она в принципе может не пережить. Раз Надя хочет быть рядом, то это правильно. Ей самой хотелось увидеть своего ребёнка.

Отпуск Надя отгуляла летом, поэтому потребовалось брать отгулы с недельным запасом, выслушав причитания, что так не делается, и она подставляет коллег.

Возможность, что Влад поедет с ней, не рассматривалась. Во-первых, он не так близок с её семьёй, чтобы его присутствие помогало. Скорее наоборот, наличие в квартире постороннего человека доставит родителям неудобство. А во-вторых, он не предложил Наде себя в качестве сопровождения. Только спросил, насколько она собирается уезжать, отвёз на вокзал и пожелал здоровья её бабушке.

А через два часа ей позвонила его мама с предъявой, как же это она не рассказала о своей беде. Ольга не была знакома с бабушкой Ниной, и Надя абсолютно точно не нуждалась в её поддержке, ведь от общения с этой женщиной не получала положительного заряда. И она сказала то, что всегда крутилось на языке и никогда не срывалось, потому что это грубо.

- Извините, но это вас не касается, - нервно произнесла она. - И беды нет. Бабушке сделают операцию, и всё будет хорошо.

Операция была назначена на следующий день, так что вечером Надя успела навестить родственницу. И что сказала старая женщина внучке?

Вспомнила детей Африки? Нет. Она дала наставление.

- Не надо из-за фамилии замуж выходить.

- Ты о чём?

Дальше Наде напомнили, что в первом классе она собиралась выйти замуж в восемнадцать лет, чтобы перестать быть Клюковой.

- Тогда всем клички раздали, мне досталась Клюшка, - скривилась девушка и задумалась. - Влад Клыков. Клык лучше клюшки. И с такой фамилией не нужно менять роспись. Первые две буквы совпадают, а дальше у меня неразборчиво. Так ты считала, что я ради фамилии с Владом? Бабушка, мы четвертый год вместе! А клюшкой меня с пятого класса не зовут.

Заверив бабушку, что не будет выходить замуж по расчёту ради фамилии, Надя проехала на маршрутке три остановки, и ещё час шла пешком. Устала и замёрзла, зато по родному району прогулялась, подметив изменения, и отвлеклась от тревог.

Следующим вечером, поговорив с очнувшейся пациенткой по телефону, семья из трёх человек устроила совет. Вернее они озвучили то, что висело в воздухе. Бабушка не может жить одна. Как минимум первые недели после операции за ней нужен присмотр. Выход напрашивается простой: забрать её и поселить в комнате Нади, но появилась альтернатива.

- Я могу пожить у неё.

- Пожить? А как твоя, - начала мама.

- Если считаешь, что можешь, то давай, - не дал ей договорить папа. - Это наилучший вариант. Мы согласны, да? - посмотрел он на жену.

- Да.

Так Надя убедилась в своём предположении, что родные хотят видеть её не женой Влада, а рядом. Пусть даже одинокой и безработной.

Это было эгоистично с их стороны, они ведь должны желать ей счастья в личной жизни.

А с её стороны такой поступок будет эгоистичным и безответственным, если она объявит Владу и на работе, что задержится до конца месяца. Для работодателя это повод задуматься, стоит ли держать такого ненадёжного сотрудника, а для Влада… Ну, ей бы не понравилось, если бы он единолично принимал такие решения, они вместе и должны обсуждать такие вопросы.

И всё же Надя поступила как безответственная эгоистка. Или как любящая внучка.

За следующие недели о маяте она не вспоминала. Но нельзя сказать, что её самочувствие стало в разы лучше.

Первые дни она очень переживала за бабушку, крутилась рядом, помогала вставать, развлекала разговорами, следила за приёмом лекарств и за тем, чтобы родственница не перенапрягалась.

Остальные дни она делала то же самое, исключая пункт с переживаниями. Трудно переживать за того, кто над тобой издевается.

Понятно, что бабушка не специально её изводила ворчанием, наставлениями, отсутствием аппетита и нежеланием проветрить комнату. Хорошо, что хоть против душа не выступала, позволяя приходящим к ним родителям помочь с этим. Надин папа переносил тёщу через бортик ванны, а мама помогала раздеваться, держать лейку, вытираться и одеваться. В общем, отдыхом период ухода за бабушкой не назвать.

Она лишь раз смогла встретиться с подругой.

И не только из-за своей занятости. У Светы хватало забот, она ведь оказалась беременной и готовилась съезжаться со своим парнем. Парнем, а не женихом.

- Не хочу потом позориться и с младенцем на развод подавать. Попробуем пожить, дальше видно будет, - сказала она, не ответив на вопрос, готов ли будущий папашка жениться. А обалдевшая от новостей Надя не стала возвращаться к нему. Пусть сами разбираются. Не ей кого-то учить, когда в невестах не первый год ходит.

После операции прошло восемнадцать дней. Надя решила, что двадцать дней – это достойный срок. Бабушка Нина уже успела связать ей варежки на зиму и принять у себя в гостях сватов, напоследок сказав папиной маме, что её запеканка перестала быть пресной, и рассказать внучке, что после смерти деда, которого та не помнит, так как была малышкой, она встречалась с двумя приличными мужчинами. Эта информация подалась под соусом, что даже в статусе бабуси, она имела поклонников, поэтому Наде не нужно бояться остаться одной.

Короче, по всем признакам бабушка восстановилась и вернулась пусть не в свою относительно здоровую форму до начала болей, но к себе привычной.

Поэтому Надя зашла на сайт, чтобы посмотреть билет, а уже потом сказать близким, что едет назад.

И тут на экране телефон всплыл вызов от Влада.

- Надь, тебя три недели нет, что за дела? Мне надоело объяснять, что ты уехала за бабушкой ухаживать, а не бросила меня.

- Кто-то так считает? Это твоя мама?

- Нет, она думает, что отъездом ты меня провоцируешь на свадьбу. А ребята ржут, что столько за бабушками не ухаживают даже ради наследства.

Это юмор, обижаться тут не на что, парни между собой на все темы могут шутить и подкалывать друг друга, а вчера как раз была банная суббота. И Ольгу можно понять, женские ухищрения и не такие бывают.

- А ты спровоцировался? - без умысла просила Надя.

- Собираешься там сидеть, пока я за тобой с кольцом не приеду?

- А ты бы приехал?

- Поженимся, когда хочешь, - ровно произнёс Влад. - Лучше ближе к лету.

- Ты меня любишь?

Помните, что ещё пять минут назад Надя находилась в процессе покупки обратного билета? Она собиралась вернуться к нему, кроме него её там ничего не держит. А вопрос про любовь вылетел сам. Все вопросы были экспромтом, а не манипуляцией.

Ему лишь надо было сказать: «люблю, скучаю». Раньше же он ей это говорил. Про скучаю – когда она ещё не переехала к нему, а про любовь в последний раз было в отпуске, когда она помогала ему утром пережить похмелье. Но говорил же!

- Тебя родителя накрутили? Чего ты от меня добиваешься?

- Просто спросила.

- Не надо играть со мной в эти игры, я не буду прыгать по команде.

- Влад, я ничего такого.

- Этот город на тебя плохо влияет. Нагостилась, возвращайся, дома поговорим, - перешёл Влад на команды.

- Не надо говорить со мной в таком тоне. Я этого не заслужила.

- Кинула меня, забила на работу, занимаешься там непонятно чем почти месяц, а теперь признания в любви требуешь. Мне это не подходит, я тебе не пацан. Мы либо как взрослые живём нормально, либо расходимся.

Надя отключилась. Будь она хоть на толику менее сдержанной, она бы телефон в стену швырнул, в прямом смысле бросая трубку, но ей хватило выдержки не портить вещи.

Надо пояснять, что Клюкова выбрала второе «либо»?

Дальше случилась поездка на поезде, парочка напряжённых бесед с Владом, увольнение, сбор вещей и обратный путь на машине с приехавшими за ней двоюродной сестрой и её мужем.

Надя их об этом не просила. И им было под сорок, из-за чего всё выглядело так, будто они соцзащита, приехавшая забирать ребёнка у нерадивого опекуна, но от своей семьи Надя такое вмешательство сносила легче. Хотя, конечно, было супер неловко.

Так закончилась её история любви с Владом.

Привет, Читающие!

По канонам в любовных романах всё рушится из-за появления третьих лиц. Но в жизни так не всегда.

Но как выяснилось, это было не так.

Точнее, это был не конец истории любви с Владом, а в целом конец любви.

На эмоциях расставание и обратный переезд, являющейся возвращением домой и в лоно семьи, она перенесла сносно.

Перед увольнением отработала одиннадцать дней. Выплатили ей как за восемь, но зато начальница к ней претензий не имела и пожелала удачи. Влад, уяснив, что она не пытается его прогнуть и что-то доказать, позволил последнюю неделю жить одной в его квартире, перебравшись к семье.

Чем не образцовый цивилизованный развод неженатой пары?

Потом Надя с большим чемоданом, двумя сумками и сотней пакетов оказалась у родителей и заново привыкала к обстановке и училась жить с ними под одной крышей.

Забот хватало, поэтому времени, чтобы погрустить и поплакать, оставалось мало. Пока то да сё, декабрь перевалил за половину, и нужно было готовиться к празднику, проведя генеральную уборку у себя и у бабушки, накупив подарков для всех родственников, что соскучились и в ультимативной форме ждали у себя в гостях, составив расписание, когда и к кому Надя пойдёт в первые дни нового года.

Но в январе девушка медленно опускалась на дно, погружаясь в мрачное озеро сожалений и безнадёги. И делала это добровольно, потому что родственники, явно сговорившись, при ней в разговорах не затрагивали её отношения с Владом, беременная подруга говорила только о себе, а сама она просматривала вакансии и ходила на собеседования, так что её тоску никто и ничто не провоцировало, не считая её собственных чувств и мыслей.

Хотя был ещё один вопрос.

Света узнала о беременности где-то через месяц после того истеричного звонка с потоком оскорблений в сторону Ника. А теперь с растущим животом жила с другим парнем. Как тут не заинтересоваться, точно ли она определила того, от кого неожиданно залетела? И Надя на правах подруги могла бы тихонечко спросить, если бы не боялась расстроить Свету, ставшую особенно чувствительной и уже напомнившей ей, что та будет свидетельницей на её свадьбе.

Свидетельницей Надя была, а через два месяца стояла у роддома с цветами и шарами, помогая мужу подруги Саше встречать жену и новорождённую доченьку Леру.

В ту минуту Надя позавидовала.

Одновременно гордый и взволнованный Саша распространял волны своего счастья, да и Света, перед самыми родами успевшая у мастера нарастить ресницы и сделать брови, выглядела такой довольной, что не позавидовать молодой семье было нельзя. Особенно если ты могла бы быть на их месте, если бы поднадавила на своего жениха, а не помалкивала, сидя на попе ровно, а потом и вовсе ушла.

- … я сейчас к ребёнку не готова. И Саша мне внешне не нравится. У него бычья шея. Раскачался только сверху, шея толще ног. Но они выглядели такими сплочёнными и вдохновлёнными. Я тоже так хочу, - поделилась Надя.

- Будет, - пообещала бабушка. - Надо ходить и общаться, чтобы встретить кого-то.

Надя ходила и общалась. Ходила к бабушке, с ней и общалась. Два вечера в будни, а по субботам вместе с папой заходила за ней, чтобы помочь прогуляться до их дома, где происходил семейный обед. Операция позволила старушке остаться достаточно подвижной, чтобы самостоятельно передвигаться по квартире, но прогулки без надзора могли закончиться новым падением, ведь от трости и ходунков она отказалась. То в руках не хватало силы, то суставы начинали болеть, а ещё из вредности и нежелания выглядеть самой немощной из соседок.

Получается, Надина жизнь была в треугольнике дом-работа-бабушка. Она не сидела на месте и почти не бывала в одиночестве, но и интересной такую жизнь не назвать.

- Потому что ты с родителями живёшь.

Надя не жаловалась на отсутствие мужского внимания и свой годичный целибат, но подруга сама подняла эту тему, сказав, что это неправильно. И не потому, что Надя умница и милашка, которая не может быть одна, а из-за правила, что расставшиеся после многолетних отношений без штампа люди обычно быстро находят новых партнёров, женятся и создают семьи. Объяснить, откуда это правило взялось, или хотя бы назвать больше одного примера не из кинематографа Света не смогла, но говорила убеждённо.

- Ты с мужем живёшь, а больше мне снимать квартиру не с кем, - подмигнула Надя.

- Помню, - рассмеялась Света. - Уговор в силе, достанут меня мои, сбегу к тебе. Слушай, а как Влад? Жениться не собирается?

- Не знаю.

- Надо посмотреть. Должны быть фотки у его друзей.

- Я тогда на них не подписывалась, у меня страница новая.

- Ты говорила про его сестру. Её найти можешь? Если была свадьба, точно фоточки будут, - протянула она свой айфон. - Давай с моей страницы, чтобы случайно от тебя просмотра с лайками не оставить.

Профессионала сразу видно.

- Чувствуется большой опыт слежки, - усмехнулась Надя, придержав при себе упоминание того, кого подруга сталкерила со времён студенчества.

Надя нашла младшего брата Влада, но его страница оказалась закрыта, а вот с сестрой повезло. Отчёта о помолвке или свадьбы старшего брата у неё не было, зато за последний год имелось с десяток новых фото с членами семьи. На трёх был Влад, никак не изменившийся внешне.

- Вон руку видно. Кольца нет.

- Значит, нет правила про скорую свадьбу после расставания, - указала на просчёт подруги она.

- Значит, оно работает только в одну сторону, - не сдавалась мамочка в декрете. - Он останется один, а новую любовь встретишь ты. В этом году встретишь.

- Ты знаешь, какое сегодня число?

- Хорошо. Ты его увидишь в этом году, а всё остальное попозже закрутится. Это твой последний год у родителей, в следующем съедешь однозначно.

А ведь так оно и вышло!

Нет, Надя не встретила новую любовь ни в декабре, ни в следующие двенадцать месяцев.

Она понимала, что жить с родителями и чувствовать себя самостоятельной и взрослой сложно. Но снимать поблизости к семье квартиру и откладывать на собственное жильё её зарплаты не хватало. Поиск среди знакомых тех, у кого на примете имеются путешественники, ищущих тихую и организованную квартирантку, что поселится у них за кварплату с условием соблюдать порядок и даже ухаживать за растениями или питомцами, результата не принёс. А единственная приятная кандидатура на роль соседки, чтобы жить вдвоём, арендовала квартиру на другом конце города и менять апартаменты на что-то поближе не собиралась. Так что в своём возрасте Надя спала в своей детской.

Хотелось бы сказать, что второй год с расставания с Владом она ни с кем не встречалась только из-за стеснённых жилищных условий и нежелания отчитываться перед родителями о своих свиданиях, а так она та ещё красотка, и каждый второй представитель сильного пола готов кинуться на её завоевание, ей надо только подмигнуть.

Но это не так.

Надя не искала пару, мысленно примеряя к себе каждого свободного мужчину в радиусе пятидесяти метров, и не замечала пристального интереса, выходящего за рамки шутливого флирта. Она не охотница и большим спросом не пользуется, это факт.

По словам одногруппницы Сони, с которой она восстановила связь после своего возвращения, Надя имела на лбу печать: «У меня всё нормально. Не трогайте, пожалуйста».

- Как табличка: «Не влезай. Убьёт!»?

- Нет. Там бы вместо лица морда зверская была, а у тебя вежливая моська.

- Не понимаю, что это значит.

- Волны от тебя энергетические идут нейтральные. Не отталкивают и не притягивают. Как от пальмы в горшке.

- Ясно, - не захотела Надя углубляться.

Правда, навещая бабушку, она вместе с ней прошла тест и выяснила, что они обе похожи на острый перец. Оно и неудивительно, родственницы же.

И раз уж повествование уже коснулось бабушки… За пять дней до Надиного двадцать шестого дня рождения та сама себе вызвала скорую, была госпитализирована и через день скончалась в больничной палате.

А через неделю после похорон Надя узнала, что она перед операцией на бедре подписала дарственную, отписав ей свою квартиру. А её бабушка купила после смерти деда, продав ту, где выросла Надина мама, чтобы переехать поближе к единственной дочке, внучке и зятю.

- Зачем? Это твоё наследство, - держа в руке файлик с документами, обратилась девушка к маме.

- Чтобы не морочиться с переоформлением, - ответил за неё папа. - Приданое твоё.

Так Надежда не встретила любовь, но заимела возможность съехать от родителей.