Любовь, смерть и манекены.

- Просто фердипердозно! Повезло же тебе, подруга!.. – с восхищением произнесла Лена, поправляя юбку на манекене.

- Это ты о чём? – спросила Оля.

- Оу, нет, это я не тебе. Я этой крале. – Лена улыбнулась и кивнула в сторону манекена. – Стоит тут вся такая, типа идеальная красотка. Нос задирает. Так ещё и мужика такого же идеального отхапала. Блин, если бы у него между ног было хоть что-то… хоть какая-нибудь крохотулечка, я бы без зазрений совести домой его утащила.

- Эмм… ну, можно же и приклеить… я про «крохотулечку». – Оля с прищуром посмотрела на Лену.

Та прыснула со смеху и, стукнув себя по лбу, воскликнула:

- Как же я сама до этого не додумалась?!

Оля тоже засмеялась. И хоть она не собиралась помогать коллеге в выносе собственности магазина, одна мысль о Лене, пытающейся приспособить новый манекен под личные интимные нужды, прибавила ударную дозу эндорфинов.

Но даже без этой дозы поводов для радости у Оли хватало. С утра директор назвал её лучшей сотрудницей месяца и пообещал премию. А вечером Катя, ещё один консультант отдела женской одежды, вспомнила, что должна Оле смену и предложила поработать за неё завтра.

Это было очень кстати. Теперь Оля могла нагрянуть к своему парню и провести с ним время без спешки и тревожных мыслей об опоздании на работу.

- Фуфф… – выдохнула Оля. – Кажется, закончили.

Сделав шаг назад, она внимательно осмотрела манекены, а затем повернулась к Лене.

- Не такая уж она и красавица. Если мы это платье наденем, тоже все мужики обалдеют.

- Хмм… – Лена задумалась, а после покачала головой. – Про тебя может это и правда. Но моё пузико и такое платье ни разу не совместимы.

- Да ладно… Многим парням нравится, когда есть за что пощупать. А некоторые вообще скажут, что ты для них слишком худая.

Лена скривилась.

- Ага, знаю. Извратов всяких хватает…

Посмотрев с укором на Лену, Оля вздохнула. Она понимала, что той далеко до общепринятых канонов красоты. И всё же эта невысокая круглолицая толстушка была достаточно обаятельной, чтобы привлечь внимание противоположного пола.

- Блин, ну Лена! Хватит уже на себя наговаривать. На тебя тут частенько покупатели поглядывают.

- Да, помню. Интересовался один, что за «аппетитная булочка» рядом с кассой стоит. Потом просил дать надкусить.

- Вооот! Мужики при виде тебя слюни пускают, а ты ещё жалуешься.

- А потом в канализации найдут мои обглоданные косточки… – Лена вздохнула с наигранной грустью.

- Ну, с таким настроем ты точно какого-нибудь маньяка притянешь.

- Ээ... Настрой у меня что надо. Хоть и придётся утром, в отличие от некоторых, свою жопку снова сюда тащить, – сказала Лена.

Оля в ответ только загадочно улыбнулась.

- Эу, подруга, продай свои ямочки, – в который уже раз попросила Лена.

Но эта просьба была невыполнима. Ямочки, возникающие при улыбке, были неотделимы и шли в комплекте с остальным телом Оли. Конечно, Лена с удовольствием приобрела бы и спортивную фигуру коллеги, и ее тонкую талию, и кудрявые золотистые волосы. Однако подобное было возможно лишь в фантазиях, а потому Лене оставалось только театрально раздосадоваться и развести руками.

- Всё! Отпахали. Айда по домам, – сказала она.

- Ага. – Оля улыбнулась. – Я к Виталику.

Лена скривилась, изображая лютую зависть.

- Да ладно... Пойдём в пятницу в «Эльчаре», подберем тебе своего Виталика, – предложила Оля.

- Неа, пасиб, обойдусь без этих «Виталиков». В клубешник я, конечно, схожу. Но только чтобы релакснуть. А-то и так ползарплаты спустила на лекарства из-за моего бывшего козлика.

Оля хотела что-то сказать, но после получения последней порции информации задумалась. Она знала, что Лена от чего-то лечилась, но они не были настолько близкими подругами, чтобы задавать вопросы на подобные темы.

- Не волнуйся, я не заразная, – увидев замешательство на Олином лице, Лена поспешила объясниться. – Проехали… чего это мы всё обо мне? Давай о насущном. Нам же вчера бельишко привезли. Помнишь тот чёрный ажурный комплект?

Закатив глаза, Оля грустно вздохнула.

- Не напоминай. Может, когда-нибудь и наступит тот день, когда я смогу себе позволить брендовые вещи. Но это точно не сегодня.

Лена покачала головой, схватила Олю за руку и потащила в отдел нижнего белья.

- Вот смотри. – Достав ажурный комплект, Лена аккуратно сняла бирку. – Вишь, как легко. Просто приведи потом в порядок.

- А если Виталик порвёт что-нибудь в порыве страсти?

Посмотрев на Олю взглядом профессора, когда тому приходится учить первоклашку, Лена произнесла:

- Спишем на посетителей, продадим с уценкой… Как обычно.

- Обычно?

- Да ладно, если не хочешь… – В голосе Лены появились нотки обиды.

- Хочу, конечно! – Оля схватила комплект и мечтательно улыбнулась.

- Давай, иди уже. Или я сама к твоему Виталику наведаюсь, – типа пригрозила Лена.

Оля благодарно кивнула. Кажется, сегодня удача действительно была на её стороне. Оставалось только наведаться в дамскую комнату, освежить макияж и влезть в дорогое бельё.

Всё это заняло около получаса. Однако, когда Оля закончила, на улице уже стемнело, а Лены и след простыл.

- Уупсс… – прошептала самой себе Оля.

Кратчайший путь до дома Виталика лежал через сквер. И пускай освещение там было довольно сносное, и периодически дежурили патрули полиции, после захода солнца это место привлекало в основном лишь стрёмных членов общества.

Закрыв магазин и положив ключи в карман пиджака, Оля вышла на улицу. Вот она – свобода! Конечно, это было лишь ощущение. И длилось оно недолго. Но и этих мгновений, которые подарил столь желанный свежий воздух, оказалось вполне достаточно. После душного летнего дня и искусственной прохлады кондиционера тело словно обновилось. И теперь Оле казалось, что она способна на всё. Даже на прогулку по ночному скверу.

Однако вскоре запал потух. Деревья, отбрасывающие причудливые тени, будоражили воображение. А когда впереди возник силуэт чего-то или кого-то огромного, Оля замерла в нерешительности.

Она очень хотела поскорее добраться до любимого. А ещё она хотела жить. Желательно долго и счастливо. И всё же пока угроза казалась довольно призрачной. Поэтому, рискнув, Оля пошла дальше.

Постепенно угроза обрела очертания. Надо признать, довольно пугающие. Впереди на скамейке сидело что-то… И чтобы обойти это «ЧТО-ТО», надо было сойти с пешеходной дорожки и продираться сквозь кусты. Второй путь обхода, вернее отхода, вёл назад. Но идти по нему – означало потерять полчаса.

Оля оглянулась. Она почти решила вернуться. Но потом вспомнила, что удача сегодня на её стороне. Да и усталость начинала брать верх. Сейчас единственное, чего она хотела – это упасть на диван в объятия Виталика. А потому, набрав полную грудь воздуха, Оля быстро зашагала вперед.

«ЧТО-ТО» зашевелилось. Но Оля не затормозила. Напротив, она ускорилась, почти побежала. Сжав кулачки, она тряслась от страха. Пока не увидела пчелу… Ну, то есть не совсем пчелу, а человека в ростовой кукле. Тот сидел на скамейке и сканировал местность своими огромными пчелиными глазами.

Оля немного успокоилась. Пускай даже это псих, который собирается на неё наброситься. Всё равно его костюм слишком тяжёлый. А значит, Оля легко сможет убежать и позвать на помощь.

Но пчела не собиралась на неё набрасываться. Просто медленно подняла руку и помахала. Оля зачем-то помахала в ответ, а затем, не сбавляя шаг, поспешила к дому своего бойфренда. К счастью, пчела за ней не последовала.

Вот и дверь. Теперь можно расслабиться. Достав из сумочки ключи, Оля открыла замок и зашла внутрь.

Виталика видно не было. Он явно находился в комнате, откуда доносилась музыка. Очень кстати, учитывая тот факт, что на Оле было дорогое сексуальное бельё. Теперь она могла незаметно раздеться и сделать своему парню сногсшибательный эротический сюрприз.

Сняв верхнюю одежду, Оля подошла к зеркалу и довольно хмыкнула. Белье определённо стоило своих денег. Оно словно чувствовало тело, подчёркивая и украшая все его достоинства. Ощутив прилив сексуальности, Оля направилась в комнату Виталика. Толкнула ногой дверь, шагнула внутрь и взмахнула головой, отправляя в полет свои золотистые кудряшки.

- Я на тройничек не подписывалась, – раздалось из кровати.

Прилив сексуальности тут же превратился в отлив. Оля почувствовала себя жалким чучелом, вырядившимся в шмотки не по карману. Клоунессой, которую не ждали и не желали. Безуспешно пытаясь прикрыться, она попятились прочь из комнаты.

- Оля… Ты же не собиралась… – пробубнил себе под нос Виталик.

Он даже попытался встать, но, увидев лицо Оли, передумал. В её глазах можно было прочесть всё: стыд, гнев, растерянность; ненависть к человеку, которого ещё несколько секунд назад любила, и к пергидрольной блондинке, смотрящей так, будто перед ней не обманутая девушка, а какое-то дерьмо на огромной палочке.

Едва сдерживая слезы, Оля выбежала из комнаты. В спешке забралась в юбку, набросила рубашку.

- Слушай, только не сходи с ума, как обычно, – сказал выглянувший из комнаты Виталик.

Оля схватила так кстати подвернувшийся тапок и швырнула в своего теперь уже бывшего парня.

- Понял, – буркнул Виталик и скрылся, пока не пришлось уворачиваться от следующего легко опознаваемого летательного объекта.

Оля больше не могла здесь находиться. Но руки предательски не слушались. Впопыхах перебирая пуговицы, Оля пыталась застегнуть хоть одну из них. Безрезультатно. Пальцы дрожали слишком сильно. Тогда она просто схватила пиджак и побежала прочь. И лишь ночная прохлада, напомнившая, что пора бы надеть что-нибудь потеплее, заставила Олю притормозить, перевести дыхание и застегнуть, наконец, эти чёртовы пуговицы.

- Приехали!.. – в отчаянии вскрикнула Оля.

Она только что поняла, что забыла у Виталика сумку. А вместе с ней телефон и ключи от квартиры.

Выхода не было. Придется вернуться к Виталику и снова увидеть его наглую физиономию. Надев пиджак, Оля развернулась. Требовалось время, чтобы заставить себя сделать шаг и засунуть гордость в закрома подсознания.

А может выход всё же был? Почувствовав, что в кармане пиджака что-то есть, Оля достала ключи. И хотя эти ключи открывали лишь двери магазина, они предлагали решение. Крыша над головой, жестковатый диван, помойный кофе. Кажется, в холодильнике даже кусок сыра завалялся... Оля была так голодна, что одна мысль о еде, пускай даже с сомнительными вкусовыми качествами, вызвала протяжный стон желудка.

- За что?.. – прошептала Оля.

Внезапно почти все эмоции исчезли, осталась лишь боль. От обиды, от предательства, от пережитого унижения. И Оля заплакала. Она больше не собиралась возвращаться к Виталику. По крайней мере, не сейчас, пока там эта пухлогубая фифа.

Тогда Оля зашагала. Очень быстро. Почти побежала. Она хотела спрятаться, хотела поесть, хотела снять это проклятое бельё.

Раздалось жужжание, и взявшаяся невесть откуда гигантская пчела преградила путь. Инстинктивно отскочив, Оля завопила. Пчела тоже завопила. Но только не от испуга, а будто передразнивая Олю. А затем принялась пританцовывать и протягивать свои жуткие лапищи.

Развернувшись, Оля побежала назад. Она не сильно волновалась. Ведь ежедневные пробежки натренировали её ноги, а до круглосуточного гастронома оставалось метров триста.

- Поймал! – закричала пчела мужским голосом.

Голос этот, надо признать, оказался очень приятным – глубоким и бархатистым. И в иной ситуации Оля с удовольствием бы послушала речи его обладателя. Но сейчас было не до разговоров. Пчеломужик снова преградил путь, а затем поднял лапищи, словно ожидая обнимашек. Но судьба приготовила для него нечто иное. Разозлившись, Оля закричала и со всей силы пнула пчеломужика между ног. Тот застонал, схватился за «междуножие» и присел.

«Он не мог так быстро…», – подумала Оля, с ужасом смотря по сторонам. Она была уверена – нападающий был не один. И сейчас из-за деревьев покажется его сообщник или того хуже – сообщники.

- Ну зачем же так?! Я просто не хотел, чтобы ты плакала, – пробубнил пчеломужик своим потрясающим голосом.

Пытаясь отдышаться, Оля напряженно вглядывалась во тьму. Она была готова бежать при возникновении первого же подозрительного силуэта. Но пока никто не появлялся, а пчеломужик сидел на земле и тёр ушибленное место. Если бы не обстоятельства, то происходящее могло бы даже позабавить.

- Где второй? – спросила Оля.

- Кто второй?

- Не прикидывайся! Вы окружили меня. Это что – дурацкий пранк?! Где придурок с камерой?

- Что такое пранк? – на полном серьёзе поинтересовался пчеломужик.

- Проехали… – Оля закатила глаза.

Она решала – бежать в гастроном и там вызвать полицию или рискнуть и отправиться в магазин, где можно будет наконец отдохнуть.

Подойдя к пчеломужику, Оля схватила его за голову. Она хотела стащить эту часть костюма, чтобы посмотреть в глаза нападающему.

- Аааай! Больно!.. Хватит уже мучить меня! – взмолился пчеломужик.

Оля в ужасе отшатнулась. Ощущения от прикосновения не могли врать – это был не костюм. И глаза… такие живые.

- Давай мириться, – предложил пчеломужик, протягивая мизинчище.

Надо было убегать. А с утра первым делом записаться к психотерапевту. Но Оля никак не могла заставить себя отвести взгляд. Напротив, она протянула правую руку и ухватилась своим мизинцем за мизинчище пчеломужика.

Пчеломужик засиял от радости, подскочил и принялся отплясывать, не отпуская при этом Олин палец. Шок постепенно проходил, и мозг судорожно подыскивал логичное объяснение.

«Просто очень хороший костюм. Дорогущий, конечно. Но всего лишь костюм. И вообще хватит тут дёргаться, пора валить от этого придурка», – подумала Оля, вырывая свой мизинец.

Но стоило ей сделать несколько шагов, как любопытство взяло верх. Что именно только что произошло? Был ли пчеломужик на самом деле? Или он – лишь плод её воображения? Оля обернулась. И не увидела ничего необычного. Просто деревья, кусты, тропинка, фантик от «Коровки»… На всякий случай взглянув вверх, Оля перевела дыхание и поспешила в магазин.

К счастью, на этом неожиданности временно закончились. Оля съела весь сыр, запила кофе, который после пережитого показался не таким уж и помойным. А затем легла на диван.

- Ай! – вскрикнула она, ощутив под боком что-то твёрдое.

Оля засунула руку под подушку и к своему удивлению вытащила бутылку с жидкостью темно-золотистого оттенка. Почти полную.

- Ха! – обрадовалась Оля.

Кажется, теперь она сможет заглушить нескончаемые вопли нервной системы. И, может, даже останется для поднятия настроения.

***

- Ну и что ты молчишь… Брэд?! Да, это имя тебе подходит. Ты же красивый. Хоть и танцор никакущий. Вот соооовсем никакущий. – Включив ритмичную музыку, Оля таскала манекен по залу. – Но почему ты ненастоящий? А-то мог бы обнять меня. Утешить. Обнадёжить, что не все мужики козлы. Особенно красивые. Вот ты встречал красивого, чтобы он был и не козлом, и не геем? Чего молчишь? Вот и я не встречала.

Оля грустно вздохнула, а затем затрясла манекен.

- Давай, оживай! Ты, пластик бесчленный! Чего вылупился? Осуждаешь? – В голосе Оли появились нотки обиды. – Вот брошу сейчас, тогда поймёшь, каково мне.

Однако последние слова так и остались лишь угрозой. Даже будучи в состоянии подпития Оля не позволила бы себе причинить урон магазину. Поэтому она аккуратно положила манекен на пол и продолжила танцевать в одиночестве.

Наш мир жесток и корыстен. Он взимает плату за любое удовольствие. И не любит, когда люди слишком долго наслаждаются жизнью.

Наши улыбки мимолётны. Они исчезают с лиц, оставляя после себя лишь морщины. И рано или поздно сменяются слезами – медленно стекающими каплями, наполненными грустью и болью, за избавление от которых тоже придется заплатить.

Каждое лекарство имеет побочный эффект. А после бурной ночи всегда наступает похмельном утро.

- Ну нет… – пробубнила себе под нос Оля.

Она очень старалась открыть глаза. Но яркий свет пробивал их насквозь и со всего маху врезал по мозгу.

- Доброе утро, – произнес приятный мужской голос.

Задергавшись, Оля вскочила слишком быстро.

- Про...простите, – только и успела произнести она до того, как зашаталась и стала падать.

Сильные мужские руки обхватили её. А приятный голос прошептал прямо в ухо:

- Не волнуйся, всё хорошо.

"Какие твердые руки", – подумала Оля.

А ещё она подумала, что всё совсем не хорошо. Что она набухалась на работе, и теперь её обязательно уволят. Что ночью творилась какая-то несуразица, и она понятия не имеет, какие воспоминания реальны, а какие – плод её поддатого воображения.

- Ты такая мягкая. – Эти слова незнакомца не могли не привлечь внимание.

Оля выпрямилась и попыталась высвободиться. Она уже почти могла видеть. А растекающийся по венам адреналин избавил сознание от спутанности.

- Отпусти!!! – завопила Оля.

- Ладно, ладно, – испуганно выпалил незнакомец.

Он разжал руки и отстранился, чтобы не получить последовавший удар.

- Что за чёрт?! – в ужасе вопросила Оля.

Нет, конечно, это был не чёрт. У незнакомца не было ни рогов, ни хвоста. И всё же удивление Оли имело все основания. Стоящий перед ней незнакомец был точной копией манекена, с которым она давече танцевала.

- Приятно познакомиться. Брэд. – Манекен улыбнулся и протянул руку.

- Нет, нет, нет!.. Что вообще происходит?! Это розыгрыш? Где камера? Или я просто схожу с ума.

Растирая глаза, Оля смотрела по сторонам, но, кроме ожившего манекена, никаких других странностей замечено не было.

- Тааак, уже не смешно. Признавайтесь, как вы это провернули?

Оля с уверенностью подошла к манекену и ткнула в него пальцем. Недоверчиво посмотрела в место тыка, а затем ткнула снова.

- Офигеть, какие сейчас костюмы делают! – восхитилась Оля и потрепала манекен по щеке. – Это грим такой? Блин, ну хватит уже издеваться.

- Я и не думал издеваться. Просто хочу помочь, – сказал манекен.

- Тогда исчезни, как и появился. Ты – просто галлюцинация. Или дурацкий сон…

Зажмурившись, Оля сжала голову так сильно, что заболели руки. Но то была приятная боль – она сигнализировала о том, что Оля жива и при этом не спит.

"Как там проверяют, что вокруг реальность?" – Оля попыталась вспомнить инструкции осознанных сновидцев. Однако в голове была только каша из обрывков воспоминаний и необъяснимых образов, а на душе – боль от расставания.

- Не получается исчезнуть. Попробуй ещё раз. Когда ты ночью сказала "оживай", я услышал твой приказ и осознал себя как личность. Но похоже обратный процесс запускается иным образом.

- Че...го? – Не уловив суть сказанного, Оля открыла глаза.

Да, перед ней действительно стоял тот самый манекен. И он был достаточно живым, чтобы улыбаться и задумчиво почёсывать затылок.

- Вот накрыло, так накрыло. Реальная, блин, белка. Что было в той бутылке? Отдать бы на экспертизу, – чтобы сосредоточиться, Оля проговаривала свои мысли вслух.

- Пожалуйста, не надо на экспертизу. Я вернусь на своё место и буду просто стоять, – попросил манекен.

- Помню там ещё пчела была. Я ей по яйцам двинула. Нееее… Это точно было во сне, – не обращая внимания на манекен, Оля продолжала рыться в закромах памяти.

Однако, кроме какого-то бреда, там была только ненавистная блондинка.

- А чего ты тогда такой умный, если тебе несколько часов отроду? – вдруг спросила Оля.

- Спасибо. Я и не подозревал, что я умный. – На лице манекена проскользнула самодовольная улыбка.

- Хмм… Когда я в детстве смотрела «Историю игрушек», то думала, что всё так и происходит – игрушки на самом деле живые и только прикидываются, чтобы защититься от людей. Ты даже не представляешь, сколько я с ними разговаривала, как извинялась, когда нечаянно наступала или совсем не нечаянно запускала в стену. Но я же выросла. И теперь подобные разговоры караются вызовом психиатрической бригады и установлением опеки. Смотри...

Оля указала на дизайнерские часы, которые уже пару лет украшали стену. Ручной работы, исполненные в стиле сюрреализм, этот подарок директору магазина радовал глаз, но в остальном был попросту бесполезен. По крайней мере, свою основную функцию часы перестали выполнять практически сразу же после «повешения». Ремонт тоже помог не особо – стрелки соизволили зашевелиться, но делали это без связи с мировым временем. Поэтому, чтобы работники и посетители не путались, было решено извлечь батарейки, оставив часы лишь в качестве элемента декора.

- Оживай! – приказала Оля.

Но часам походу было пофиг. Они продолжали висеть и свысока поглядывать на мир своим искажённым подобием глаза. Других эмоций на ассиметричном семиугольном циферблате заметно не было. Как и движения многочисленных то ли лучей, то ли щупалец.

- Вот видишь, Брэд – это… полный бред, – Оля улыбнулась собственному каламбуру, а затем подошла к часам и, сняв со стены, взяла в руки. – Оригинальные… Я бы тоже такие хотела. Ну, оживайте и пошли со мной. Это же будет не кража, если вещь сама к тебе явилась?

Оля вопросительно посмотрела на Брэда. Она уже приняла тот факт, что иллюзорный манекен стал частью её реальности. И просто ждала, когда принятые галлюциногены выветрятся из головы.

Раздался визг. Просигнализировав таким образом о своём пробуждении, часы принялись барахтаться, размахивать «щупальцами» и вырываться.

- Ёб ти яхти! – прокричала какую-то белиберду Оля, отшвыривая часы.

Те с грохотом впечатались в стену и снова завизжали.

- Какого хрена?!

Брэд не знал, что на это ответить, а потому просто развёл руками.

- Всё, мне пора в больничку! – Оля зашагала к выходу. – Нет, нельзя. Уволят же за выпивон на рабочем месте.

Остановившись, Оля сделала глубокий вдох и с надеждой, что глюки испарились, обернулась. Но нет. Вместо этого перед её взором предстала почти идиллическая картина – Брэд играл с часами, как с собачкой, гладил, щекотал "брюшко". Что самое удивительное, часам нравилось. После каждого прикосновения они радостно повизгивали. И Оля не выдержала.

Нет, ну правда, когда ещё появится такая возможность? Рано или поздно галлюцинация рассеется. А вместе с ней пропадёт и волшебство, возвратив Олю в безразличие реальности.

- Это мальчик или девочка? – Прозвучавший вопрос поставил Брэда в тупик.

Он принялся рассматривать часы, но, не обнаружив половых признаков, пожал плечами.

- Да я пошутила, не заморачивайся, – сказала Оля и присела рядом.

Часы тут же подскочили к хозяйке. И чтобы выразить своё желание получить порцию ласки, принялись тереться о её ногу.

- Ау, больно! – вскрикнула Оля.

Соприкосновение с металлом было не так приятно, как с мягкой шерстью. Но всё же мелкие царапины казались невысокой платой за эти странные мгновения. Оля погладила часы, а затем взяла на руки.

- Такие забавные, – произнесла она с улыбкой.

- Ага! Давай оживим что-нибудь ещё, – предложил Брэд.

Азарт манекена передался и Оле. Продолжая почёсывать улюлюкающие от удовольствия часы, она принялась осматривать магазин на предмет новой «жертвы». Выбор пал на меховую сумку. Вполне логично, ведь гладить её было куда приятнее, чем холодные часы с острыми отростками.

Оля подбежала к сумке, прикоснулась, сказала «оживай» и побежала к кассам, где потрогала почти всё. Вот только больше ничего не ожило. Вздохнув, Оля вопросительно посмотрела на часы, которые по-прежнему держала в руках. Но те не прореагировали. Просто лежали и издавали смахивающие на храп звуки.

- Как-то здесь душно, – сказала Оля, после чего пошла открывать окно.

- А мне норм. Или нет… Не знаю. Наверное, я не способен чувствовать духоту. Ведь я не дышу.

В то время как Брэд рассуждал о своих возможностях и потребностях, Оля наслаждалась видом из окна. Пугающий по ночам сквер теперь зазывал прохожих своей зеленью. Солнце одаривало теплом и каким-то загадочным сиянием, отчего, вопреки тяготам жизни, люди казались неправдоподобно счастливыми.

- Ты чего здесь? – донеслось из реальности.

От неожиданности Оля швырнула часы в окно.

- Если ты передумала, могла бы позвонить. В любом случае, я приехала, так что больше тебе не должна.

Оля знала обладательницу этого голоса. А ещё она знала, что если Катя заметит любое нарушение, то обязательно доложит.

- Привет, – сказала Оля.

"Не обращай внимания на глюки. Не выдавай себя. Ты – дерево. Бесчувственное, безэмоциональное дерево. Просто придумай отмазку и свали. Директорские часы! Блин… Надо бы достать", – думала Оля, пока оборачивалась.

А когда обернулась, то с удивлением обнаружила, что глюк по имени Брэд исчез. И вообще в зале всё было почти как вчера, перед уходом. За исключением выброшенных часов, конечно.

- С тобой всё в порядке? – удивлённо спросила Катя.

- Да, – ответила Оля, подозревая, что надо срочно посмотреться в зеркало. – Просто забыла… телефон. Сейчас заберу и уйду.

- Ааа, ну ладно. Я пока кассами займусь.

- Хорошего дня! – пожелала Оля и поспешила в комнату отдыха.

Вот там точно было не как вчера. Разбросанная одежда, которую Оля примеряла. Пустая бутылка виски. Разбитая тарелка. И зеркало, на котором губной помадой была выведена излюбленная женская фраза: «Все мужики – козлы».

- Фааак, – протянула Оля.

Кажется, она влипла. Сколько времени потребуется на уборку? А когда Катя поймет, что поход за мобильным затянулся?..

Оля схватила бутылку и засунула обратно под подушку. Затем собрала осколки. Вытерла тряпкой следы "кутежа". Размазала по зеркалу помаду.

- Фаааак! – Оле пришлось зажать рот рукой, чтобы возглас не покинул пределы комнаты.

Она, наконец, увидела собственное отражение – остатки макияжа по всему лицу, частично застегнутая блузка, из-под которой выглядывала голая грудь, юбка, надетая шиворот-навыворот.

"Видос что надо. Катька точно воспользуется. А если рассказать про Виталика? Может, сработает женская солидарность?" – подумала Оля.

А ещё она подумала, что Катя тоже может оказаться ненастоящей. Ведь правда же? Если человеку уже привиделись говорящий манекен и визжащие часы, то и завистливая коллега вполне способна закрасться в череду глючных образов.

Но на всякий случай лучше было поспешить. Закончив с уборкой и приведя себя в более или менее приемлемый человеческий вид, Оля собрала одежду. Теперь оставалось быстро развесить её в зале и при этом остаться незамеченной. Не самая простая миссия, особенно в условиях видоизменяющейся реальности.

"Неужели Катя тоже была глюком?" – удивилась Оля, когда, прокравшись к нужному стенду, поняла, что коллеги нигде нет.

И действительно, в зале было пусто. Никого живого. Даже Брэд неподвижно стоял на постаменте и не подавал признаков жизни.

- Может, в туалет пошла? – прошептала Оля самой себе.

Повесив платье, она пригнулась и поспешила к следующему стенду. Вернула на место клатч, сложила мокасины, услышала кудахтанье...

- Да что за?! – Оля резко обернулась.

Только куриц сейчас не хватало. Или кудахтающих часов... К счастью, ни тех, ни других обнаружено не было. Зал был почти безглючным. Только Брэд пытался что-то сказать и пальцем указывал влево.

- Ну нееет... – простонала Оля, но всё же посмотрела налево. – Блин!

Брезгливо сморщившись, по залу шла Катя. А в её вытянутой руке Оля распознала тот самый ажурный комплект.

"Ну и скорчилась! Я же его не испачкала. Всего лишь поносила чуток. А она двумя пальчиками, будто... переполненный подгузник", – думала Оля, пока пряталась за вешалкой с платьями.

И что теперь? Унижаться? Объясняться и просить, чтобы Катя её прикрыла? Возможно, минуту назад работа и стоила того. Но сейчас, видя выражение лица коллеги, Оля не могла пересилить себя. А потому подождала, пока Катя окажется вне поля зрения, положила оставшуюся одежду на полку и незаметно покинула магазин.