Маг дома Нар-Шах. Эпизод 1. Тайные желания

Удивительно, как быстро Алексиус научился уклоняться от плевков. Это был не просто вопрос ловкости: существовали правила, которым нужно было следовать, своего рода приоритеты. Очевидной целью было установить дистанцию от снаряда до своего лица. Любое другое место на теле было намного легче игнорировать, хотя предпочтительнее было бы попадание на землю около ног.

Алексиус довольно хорошо научился определять, хотел ли данный конкретный легионер (неважно демон или ангел, но откровенно говоря, ангелы занимались этим чаще) просто унизить, или в его сердце просто залегла глубокая ненависть. Первые обычно целились в землю, и их можно было запугать словами или своевременной искрой в пальцах. Вторые целились в лицо, и с ними кроткое смирение было самым надёжным способом избежать повторения.

В этот конкретный раз кровавый эльф был слишком поглощён своими размышлениями. Он шёл по внутреннему двору центральной крепости Нар-Шах от тронного зала к библиотеке, не особо обращая внимание на окружающую обстановку. Когда «Эй! Остроухий!» - донеслось до его ушей, он обернулся не задумываясь. Даже если бы он этого не сделал, рука на его плече остановила бы его продвижение вперёд.

Один быстрый взгляд подсказал ему, что этот легионер опасен. Во-первых, от него разило элем, как и от двух его соотечественников, несмотря на то, что сияние искусственного солнца едва обозначило полдень. Демоны прижали его к стене, зажали в проходе между лестницей и строительными лесами, которые виднелись в этом полуразрушенном замке тут и там, поймав таким образом в ловушку.

Он немедленно начал разрабатывать стратегию отступления. Они находились в относительно хорошем проходном месте во внутреннем дворе. Без сомнения, кто-нибудь должен был заметить их в ближайшие минуты. Тот факт, что легионеры были достаточно пьяны, чтобы загнать его в угол в таком очевидном месте, мог сыграть ему на руку. Они плохо соображали, иначе выбрали бы локацию получше. В глазах главного из них была жажда крови, но его друзья ухмылялись. Значит, смерть пока откладывалась.

Алексиус поднял бровь.

- Трое на одного, а, сэры? Не собираетесь ли мы сначала угостить меня выпивкой?

Один из троицы разразился хохотом. Тот, кто всё это затеял, хлопнул его тыльной стороной ладони по груди, чтобы заставить замолчать.

- Ты сам знаешь, что тебе лучше бы помолчать.

Не успел Алексиус моргнуть, как здоровенная рука демона закрыла ему рот. Им овладела паника. Большинство просто бросало несколько оскорблений, злословило, плевало в него и позволяло ему затем идти своей дорогой. В данном случае дело явно шло к насилию. Алексиус собрался с духом и на всякий случай призвал магию к готовности.

Легионер рассмеялся.

- Ты мог бы напугать разве что какого человечишку, отступник, но не меня. Я знаю, кто ты – просто отвратительный ушастый кусок дерьма.

На последней формулировке магия вытекла из пальцев Алексиуса, обдав напоследок тошнотворным холодом, оставшимся там, где выгорела его манна. Он никогда не чувствовал ничего подобного. Паника подступила к горлу, поскольку диапазон возможностей его защиты мгновенно сократился. Именно тогда комок слюны приземлился прямо над его правым глазом. Он почувствовал, как начинает капать и рефлекторно зажмурился.

Разъярённый легионер наклонился ближе. Алексиус чувствовал его пивное дыхание на своей щеке.

- Мы знаем, что делать с цыпочками из срединного мира, которые подставляют зад на обочине умоляя поделиться с ними крупицей силы, не так ли, парни?

Прежде, чем Алексиус смог подсчитать, сколько боли ему, вероятно, придётся вынести, тело и рука мужчины исчезли, по-видимому, отдёрнутые кем-то сзади. Алексиус открыл один глаза.

Леди Мейра и сенешаль Эштар стояли там плечом к плечу, если можно так сказать, учитывая насколько их плечи находились на разной высоте. Эштар был тем, кто держал легионера за вывернутую руку и сгибал пополам. Другой он держал его за загривок, как непослушную собаку.

Голос Мейры был опасно тих.

- Вы не могли бы разъяснить мне, в чём проблема, мои верные соратники? – она перенесла вес тела на одно бедро и на её сложенных вместе ладонях засиял, медленно разгораясь, шарик голубоватой магии. Демоница играючи перекидывала его из руки в руку.

Широкоплечий, массивный демон тщетно боролся с хваткой Эштара. Эштар тихонько зарычал и поднял его выше.

Полыхнули две магические вспышки и рядом материализовались Анника со своим старшим мужем Раймиром.

- Вечное Пламя, что тут происходит?

Алексиус вытер слюну с глаза.

- Все легионеры Бездны заводят друзей таким образом? Должен сказать, это немного не то, что может меня соблазнить.

Возможно это было только его воображение, но Алексиусу показалось, что он одновременно увидел вспышку страдания на лице Анники, и досаду в глазах Эштара. Раймир был явно на грани того, чтобы зарычать, и чтобы увидеть это, не приходилось сильно вглядываться – однако по давней договорённости он не трогал солдат, его влияние ограничивалось гаремом госпожи. Только Мейра оставалась всё такой же весёлой, и сиявшая на её остром лисьем лице улыбка заставила жемчужную кожу Алексиуса покраснеть.

Анника сориентировалась первой.

- Отведите их в камеры предварительного заключения. Я прослежу за наказанием сама, - она кивнула на остальных легионеров и Раймир, в мгновение ока подключившись к делу, помог Эштару обездвижить остальных. Через несколько секунд пространство вокруг почти полностью опустело, оставив только двух демониц и эльфа крови.

- Ты в порядке, ушастик? – спросила Мейра, наклоняя голову на бок, чтобы рассмотреть мага во всех деталях.

Алексиус пренебрежительно махнул рукой, затем поспешно опустил её, заметив, что она дрожит. Сильно. Тем не менее, следовало держать хорошую мину.

- Требуется нечто большее, чтобы меня расстроить.

Слава Древним Богам, его голос оказался твёрже, чем рука.

Лицо Анники выглядело серьёзным почти как никогда.

- Я не нахожу достаточных слов, чтобы извиниться, принц Алексиус, - сказала она, низко склонив голову в знак покорности. На молочной коже её щёк проступил румянец. – Даю вам слово, с ними разберутся, - в её глазах скользнула недобрая вспышка.

- Всё в порядке, - Алексиус выдавил слабую улыбку.

Мейра потушила свой голубоватый шарик.

- Давай, Лекси. Позволь мне угостить тебя выпивкой.

- Думаю, я откажусь, - отозвался Алексиус. Теперь, когда стычка подошла к концу, он почувствовал, как адреналин покидает его организм. Хотя ему отчаянно хотелось выпить, он не хотел делать это на публике. Вот для чего запасы вина хранились в его комнате. – Надо пойти умыться. Возможно, в другой раз.

Он промчался мимо них, не желая больше видеть выражение беспокойства на их лицах. Было достаточно сложно сохранять контроль над собственными эмоциями. Вид неприкрытой заботы о его благополучии, без сомнения, разрушил бы этот контроль. Он был совершенно уверен, что прилюдная истерика, возможно, со слезами и плачем, не поможет ему завоевать уважение в доме Нар-Шах.

2.

К следующему утру Алексиус отправился от недавнего нападения. Не, не столько «оправился», сколько «запер событие в ментальный сейф вместе со всеми остальными ему подобными». В любом случае, это было не более неприятно, чем то, к чему он привык в Сумрачных Землях. Проклятье, его собственный отец поступал с ним гораздо хуже, разве нет?

Так что Алексиус бодрым шагом направился из библиотеки в направлении приёмной леди Анники. У них была давняя договорённость вместе изучить небольшую магическую игру, которая была довольно популярна в империи древнейших эльфов, и которую Алексиус случайно отыскал в коллекции книг дома Нар-Шах. Ни он, ни Анника не любили слишком серьёзных и интеллектуальных развлечений – по крайней мере, насколько Алексиус это знал. Они оба были магами, хотя у Анники и было ещё несколько «камней», как называли это демоны. Однако сопровождая верховную демоницу дома в путешествиях, Алексиус заметил, что она скучает по возможности обсудить тонкости этой части своего дара, потому как основными спутниками её по большей части оказывались двое громил, Эштар и Раймир, помешанная на ядах Мейра… ну, и он. Кто-то же должен был забрасывать противников боевыми заклятьями, когда Аннике приходилось полностью уйти в роль целительницы – единственной, кажется, как в её небольшом элитном отряде, так и в крепости вообще. Сколько Алексиус помнил их путешествия, Анника почти всегда брала в них камень исцеления, и, кажется, двое других мужчин вообще успевали забыть, что когда-то она была боевым магом и даже прославилась своими особыми стремительными атаками, именно за них получив прозвище «Огненной бабочки».

Анника любила покопаться в библиотеке. Алексиус знал, что политика и любовь к приключениям не оставляют ей времени для серьёзных исследований, но она с удовольствием отыскивала в старых книгах любопытные факты и внимательно относилась к эльфийской истории, которая для самого мага была своего рода фетишем.

Многие эльфы тосковали по тем временам, когда их народ правил цепочкой срединных миров, но эльфы крови в этом всегда превосходили всех своих соотечественников. Они были едва ли не помешаны на том, чтобы вернуть своему народу былое величие. Алексиус не стал исключением, хотя его выводы о прошлом несколько отличались от популярных теорий. Поиски новых знаний стали одной из тех причин, которые привели его в Бездну. Некоторые упоминания в других летописях вели его к архипелагу Нар-Шах, и он был немало удивлён, когда, добравшись сюда, обнаружил это место наполовину разрушенным, стены пробитыми, а башни частично обвалившимися. Определённо, цитадель Нар-Шах походила на всю эльфийскую культуру, хотя и вряд ли была возведена одним из его сородичей.

Однако ссылки не обманули. Несмотря на общее запустение, которое Анника пыталась преодолеть всеми возможными средствами, в местной библиотеке сохранились редчайшие фонды. Позднее Анника рассказала ему, что они были запечатаны под замком, и её брат – правлению которого замок в основном был обязан своим потрясающим видом – просто не смог до них добраться.

Алексиус сопровождал Аннику в её путешествиях, она довольно явно ценила его таланты, но их никогда нельзя было назвать особо близкими друзьями. До тех пор, пока однажды утром эльф не застал её в своём собственном небольшом закутке библиотеки, читающей книгу по эльфийской истории. Сквозь окно на стол лились холодные серебристые лучи искусственного солнца, которое Анника запускала в небо над своим садом каждый день, не желая довольствоваться обычным для Бездны светом Алого Маяка Вечного Пламени. Рядом с полоской света на столе стояла початая бутылка вина и полупустой бокал.

Алексиус хорошо узнал то и другое. До сих пор он думал, что только он имеет склонность напиваться за книгами с самого утра.

- Хороший выбор, - заметил он тогда, усаживаясь в кресло напротив и морщась от непривычного угла освещения. Анника бросила на него быстрый смеющийся взгляд.

- Взаимно. Я пыталась купить эту бутылку в Джаве-Шар во время нашего последнего путешествия, но когда добралась до лавки, обнаружила, что кто-то её уже утащил.

- Что ж… - признал Алексиус. – Каюсь. Перешёл дорогу всемогущей Госпоже.

- Ну, я не против поделиться, - отозвалась та, извлекая из-под стола другой – его!  - бокал – и тоже наполняя его вином. Они разговорились, и так Алексиус узнал, что Анника пытается вычитать что-то о развлечениях древних эльфов. Он тут же вспомнил несколько эпизодов, которые понравились ему самому, и слово за слово они договорились попробовать вместе одну игру. Алексиус невольно отметил, что Анника была чрезвычайно красива, когда говорила о подобных вещах. Её лицо становилось почти детским, а в звонком смехе не было ничего демонического.

Он заставил себя отвернуться. Её яркая внешность и вычурная манера одеваться были совсем не в его вкусе. Эльфы предпочитали скромность и целомудрие, даже если это были эльфы, склонные к кровавым жертвоприношениям. Это было бы похоже на секс с дикой кошкой. Тем не менее, Алексиус любил флирт, и Анника очевидно была в этом лучшим оппонентом, чем скромные эльфийские девы, с которыми ему приходилось иметь дело раньше. Её невозможно было смутить, зато она сама умела вставить такую шпильку, что эльфу с трудом удавалось удержать самообладание. Определённо, это был вызов, и он собирался его принять.

Итак, спустя неделю они сыграли в ту первую игру, почти не разговаривая, слишком сосредоточенные на танце магических вспышек на игровом поле. А затем ещё в одну, на следующий день, с чуть большим количеством разговоров. А потом последовала ещё одна, и ещё. Они больше не договаривались об этом заранее. Алексиус просто появлялся в саду возле приёмной Госпожи. Затем они играли, весело болтая. Алексиус флиртовал, Анника весело отбивала его атаки и наносила собственные удары. Всё было идеально.

Сегодня дверь в приёмную Анники была приоткрыта, и Алексиус замедлил шаг, приближаясь.

Легионер, который плюнул в Алексиуса, стоял на коленях в центре просторного помещения, его голова была низко опущена, а руки скованны за спиной магической вязью. Анника, в походном кожаном костюме, состоявшем из узких брюк и плотного, но очень откровенного корсажа, наполовину обернувшаяся в демоническую форму, кружила над ним, покачивая в воздухе длинным кожаным хвостом, похожим сейчас на готовую к броску змею. Мужчина на коленях был бледен и вспотел, он твёрдо смотрел в пол у её ног. Анника двигалась вокруг него как хищная птица, готовая броситься на добычу. Её скулы заострились, глаза горели отблесками Вечного Пламени и на лице не было ничего похожего на её обычное игривое веселье.

Это была новая сторона Анники. Алексиус привык к легкомысленной, болтливой противнице по играм, к весёлой и шутливой спутнице, которая своей шуткой могла разозлить ледяную глыбу. Но женщина, которая сейчас планировала вокруг легионера? Она была Госпожой, и ошибки быть не могло. Она излучала силу, контроль и, честно говоря, это было более чем немного сексуально.

- Ты действительно думал, - проговорила Анника, и голос её прозвучал ещё более угрожающе от того, что был так близок к шёпоту. – Ты действительно думал, что это то, что поощряется в доме Нар-Шах? Угрожать тому самому человеку, который открылся нам, рисковал ради нас жизнью и пришёл нам на помощь в довольно сложные для нас времена?

- Госпожа! Нет, Госпожа! – автоматически выпалил легионер.

Анника остановилась напротив него и презрительно прищурилась.

- И всё же ты плюнул ему в лицо. Я прожила в Срединном Мире много лет, кхаш. Я была пленницей Небесного Свода. Возможно, тебе рассказывали обо мне?

- Госпожа! Да, Госпожа! – голос легионера теперь звучал ещё более напряжённо.

- Тебе рассказывали о том, как меня держали связанной для забавы белокрылых? Как мне оставили выбор: подчиниться им или гнить в их подземелье до конца дней? Как меня едва не скормили их великолепным сияющим… друзьям? – теперь голос демоницы звенел.

На сей раз легионер не ответил.

- Всё это правда. Но я была спасена. Один единственный ангел оказался в достаточной мере «Мужчиной» чтобы прийти мне на помощь, рискуя статусом и званием. Этот белокрылый освободил меня и отдал племени Кровавых болот, что бы эльфийские друиды выходили меня. Я была полностью в их власти, они могли продать меня белокрылым, отдать на посмеяние моим врагам или попросту убить. Но знаешь, что произошло потом?

Легионер, теперь заметно дрожа, покачал головой. Алексиус затаился, не желая прерывать разговор.

- Они вылечили меня. Как бы «чистокровные» наподобие тебя не ненавидели всех, кто обращается к нам, демонам, в поисках силы, как бы вы не ставили себя выше других. Никто из вас, рождённых в доме Нар-Шах, не пришёл меня спасти, в то время как племя проклятое и Небесами, и Бездной оказалось достаточно благородным, чтобы просто отпустить меня домой.

Анника сделала паузу, прежде чем продолжить.

- Вы все считаете себя лучшими. Вы называете их предателями, за то, что они сошли с так называемого пути, отказались от союза с Ангелами. Ангелы попрекают их этим, как будто древний народ был обязан им хоть чем-нибудь. Люди считают себя лучше, потому что они выжили на руинах разрушенных эльфийских королевств и научились пить из проржавевших эльфийских кубков. Вы, демоны, презираете их, считая себя дарителями, а их - попрошайками. Но вы на самом деле ничего не понимаете в их свободе и их пути. Вы не понимаете того выбора, который они сделали, и того бремени, которое теперь вынуждены нести. Итак, ты действительно думал, что я буду смотреть сквозь пальцы, когда ты нападёшь на эльфа, который пришёл спасти мою жизнь в третий раз? Эльфа, который рисковал милостью своей семьи, чтобы прийти сюда и глубже понять нас? Эльфа, который десятки раз прикрывал мне спину в бою, пока ты и твоя банда отребья напивалась в крепостном кабаке? Ты действительно думал, что я оставлю твоё преступление безнаказанным?

Легионер не ответил.

Анника покачала головой. Она перестала расхаживать из стороны в сторону, её глаза впились в лицо легионера.

- Я плохо слышу. И жду ответа.

- Нет, Госпожа, - прошептал мужчина.

- Я так и думала, - Анника кивнула, явно удовлетворённая. Она выпрямилась. – Ты доказал, что недостоин служить на архипелаге Нар-Шах. Тебя отправят патрулировать Чёрные Болота, - она повернулась к другому легионеру, стоявшему рядом по стойке смирно. – Сковать его силу магической привязью. Половина его энергии должна ежечасно уходить на нужды Дома. Дай ему почувствовать, что значит бессилие.

Легионер забормотал что-то в панике, пытаясь вырваться из рук двух ангелов, подхвативших его за плечи, чтобы увести.

Алексиус в шоке смотрел на заключённого. Демон был слишком напуган, чтобы ответить на его открытый взгляд. Очевидно, лишение силы было для него участью хуже смерти.

В этот момент Анника наконец заметила его присутствие. Её пристальный взгляд пронзил Алексиуса сильнее, чем любая зачарованная стрела. Алексиус почувствовал этот взгляд там, куда, как он знал, Анника не могла дотянуться. У него перехватило дыхание.

- Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, Алекс. Ты в порядке? – хотя её слова были вежливыми, в голосе всё ещё звенела накалённая ярость, такая же обжигающая, как огненная аура её магии. Это было более чем возбуждающе, тем более, что она говорила с ним так в первый раз.

- Я… Со мной всё в порядке, Госпожа, - Алексиус не мог не подчеркнуть последнее слово.

Анника внимательно посмотрела на него. Она медленно приближалась к Алексиусу, один шаг за другим. Выражение её лица не изменилось, хотя под челюстью дёрнулся нерв. Момент затягивался, и Алексиус начал чувствовать подёргивающий дискомфорт, как будто ему следовало отвернуться, опустить взгляд. Что, разбери её Бездна, происходит? Алексиус играл в эту игру бесчисленное количество раз. Если бы существовал приз, который можно было бы выиграть за горящие взгляды, он был бы чемпионом. Он был королём траха глазами. И теперь Анника – мягкая, добрая Анника – заставляла его член дрожать в его невероятно узких брюках?

Когда демоница преодолела всё расстояние и встала перед Алексиусом, она на мгновение остановилась, оглядывая мага с ног до головы. Пристальный взгляд никак не уменьшил напряжение.

Анника заговорила. Наконец.

- Ты не зайдёшь? – спросила она. – У меня есть несколько вещей, которые я хотела бы с тобой обсудить.

Алексиус обнаружил, что подчиняется без вопросов, и уже сидит в кресле напротив её стола.

Анника села, забросила ногу на ногу и, взяв со стола грифельный карандаш, повертела его в пальцах.

- Вчера. Когда на тебя напали. Это было не в первый раз, не так ли.

Это был не столько вопрос, сколько… обвинение?

Алексиус усмехнулся.

- Конечно, нет, - ответил он. – Столько легионеров кругом и ни одного смертного, чтобы можно было запугать? И вдобавок ко всему – эльф проклятого племени, которое предало и Бездну и Небеса? Я был бы удивлён, если бы этого не произошло.

Анника стиснула зубы и на мгновение зажмурила глаза. Она глубоко вздохнула.

- Почему ты мне не сказал? – её голос был ровным, но она, казалось, прилагала к этому невероятные усилия.

Алексиус поднял бровь.

- Я здесь, чтобы сражаться за дом Нар-Шах, а не сплетничать о мелких издевательствах со стороны нескольких безголовых легионеров. Хотя… Вчерашний день был немного хуже обычного, - признал он. – В основном на меня просто плюют. Он был первым, кто рассеял мою магию, - Алексиус вздрогнул. – Не самый приятный опыт.

- Он… что?! – Анника наполовину привстала со стула, перегнувшись через стол и упершись руками в дерево. Ярость, казалось, волнами исходила от неё.

Алексиус невольно съёжился, больше от неожиданности, чем от чего-то другого. Он никогда не видел Аннику в такой ярости – это было хуже, чем когда она наказывала легионера. Демоница практически вибрировала от гнева. Поразительно – она действительно ДРОЖАЛА. Анника стукнула кулаком по столу, заставив пергаменты и перья слегка приподняться в воздух. Затем резко выпрямилась, развернулась и встала лицом к окну, сцепив руки за спиной.

- Как часто это случается? – спросила она, не оборачиваясь к эльфу.

Алексиус колебался.

- Как. Часто? – повторила Анника отрывисто, почти по слогам.

- Не… каждый день, - неуверенно отозвался Алексиус.

Анника медленно повернулась, её лицо всё ещё было сердитым.

- Не лги мне, - сказала она.

Алексиус раздражённо фыркнул. Гнев и озабоченность Анники казались неуместными. Алексиус прекрасно справлялся со всем этим, большое спасибо за заботу. Внезапно он тоже разозлился, причём без всякой видимой причины.

- Прекрасно! Прекрасно, хочешь правду?! Это случается всякий раз, когда я один. За мной всё время наблюдают, представь себе. И не только легионеры – просто они единственные, кто ещё и действует. Большую часть времени я стараюсь не отходить от Мейры, или Кадира, или ещё кого-нибудь. Раймира или Эщтара, в конце концов, когда у них есть время на меня. Если все они заняты, я стараюсь оставаться в оживлённых частях замка, таких как библиотека. Вот почему я так часто бываю в саду. Я хожу туда только потому, что библиотека пустеет в обеденное время. Честно говоря, мне даже сад не нравится. От всех этих цветов у меня начинается сенная лихорадка, а потом мне приходится пить этот ужасный чай из веретёнки, просто чтобы не чихать всё время. И я ненавижу вкус веретёнки. Напоминает мне грязь, сваренную в старом носке.

К тому времени, когда он закончил свою тираду, гнев сошёл с лица Анники. Демоница начала смеяться, её обнажённые плечи затряслись. Гнев Алексиуса иссяк так же быстро, как и поднялся, утих, смятённый волной смеха, исходившей от её зелёных глаз.

Анника подошла к Алексиусу и опершись ладонями на его подлокотники нависла над эльфом.

- Алексиус. Пожалуйста, скажи мне, если это повторится. Это довольно важно. Я… Мы – пытаемся построить здесь что-то новое. Место, где никому не придётся жить в страхе. Но я не могу этого гарантировать, пока не буду знать, что происходит.

- Я не хочу быть обузой, - отозвался Алексиус упрямо. – Я могу позаботиться о себе.

Анника кивнула.

- Я прекрасно это знаю, - она усмехнулась. – Ты с боем прорывался в Бездну, чтобы добраться сюда. Я бы сказала, что ты более чем способен за себя постоять.

В груди Алексиуса происходило что-то странное, что-то вроде пульсации, которая не совсем объяснялась просто биением его сердца. Казалось, это было как-то связано с тем, что Анника смотрела на него, что она находилась так близко. Большая часть его мозга кричала: «это то место, где ты что-то говоришь!» К сожалению, эта часть не отвечала за речь, он открыл рот, но слов оттуда не вышло.

Улыбка сползла с губ Анники, хотя в её глазах остался её след.

- Я должна приказывать тебе сделать это? – голос демоницы немного понизился, напоминая то, как она обращалась к легионеру, хотя теперь в нём не было гнева.

- Ах… - Алексиус моргнул, поражённый немотой. – Я не… - он должен был сказать что-то важное. Хоть убейте, он не мог вспомнить, что именно. Он фыркнул, крепко зажмурив глаза. Было абсолютно невозможно, чтобы эта женщина оказывала на него такое воздействие. – Я просто…

Алексиус почувствовал как рука Анники в длинной кожаной перчатке касается его подбородка, уверенно поворачивает мага лицом к себе. Он открыл глаза.

Анника наклонила голову, на её лице появилось веселье.

- Алексиус.

Проклятая Бездна! Он слишком сильно реагировал на звук её голоса. Алексиус вскочил со стула, прежде чем его чрезмерно нетерпеливое тело предало его. Он повернулся спиной к Аннике и начал расхаживать, это действие, казалось, наконец помогло ему справиться с языком.

- Послушай, дело не в том, что я не хочу сотрудничать. Я хочу. Но не тебя преследуют. Ты не знаешь, на что это похоже. Разлетится слух, что эльф рассказывает небылицы, и тогда вдобавок ко всему остальному меня ждёт расплата за это. Вот как это работает, ты понимаешь? Поверь мне, я имею с этим дело с тринадцати лет. Я знаю, что делаю.

Алексиус упёр руки в бёдра, чтобы успокоиться. Со вздохом он посмотрел на потолок. День быстро превращался во что-то неприятное. Через мгновение он понял, что Анника всё ещё не ответила.

Он повернулся. Анника стояла, опершись бёдрами о свой стол и скрестив руки на груди. Она выглядела обеспокоенной.

- Что ты имеешь в виду, говоря, что имеешь дело с этим с тринадцати лет? Я думала, ты принц и всё такое.

Алексиус потёр виски.

- Дело не в том, что… Что… - он беспомощно взмахнул руками в воздухе, качая головой. Это определённо было не то, что стоило обсуждать с Госпожой дома Нар-Шах, с его командиром. На него обрушилось мгновенное осознание. Внезапно он почувствовал усталость. Алексиус был вымотан, всем этим, каждым днём. – Мне жаль, Госпожа. Я внезапно почувствовал себя не лучшим образом. Вам придётся меня извинить, - не дожидаясь ответа, он вышел из её кабинета и стремительно направился в свои покои. Их игра могла подождать до завтра.