Маг двух стихий

– На колени, – раздался голос отца. 

– Это не… 

– Замолчи.

Отец был в бешенстве. Тот, кто его не знал, не заметил бы этого, но вот Корн имел счастье общаться с ним довольно долго, чтобы понимать, что сейчас ему лучше не перечить… Голубые глаза смотрели холодно, хотя на губах застыла улыбка. Корн опустил взгляд. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Он прикусил губу и встал на колени. 

– Корн, – голос отца дрогнул. Наверху зашуршало, Корн поднял голову и увидел, как отец разворачивал свиток. 

В голове эхом отдавался стук сердца, Корн глубоко вдохнул, надеясь успокоиться. Но ничего не вышло. “Не может же отец…”

– Я, глава семьи, Стедд Массвэл, в присутствии всех наследников, лишаю тебя своей фамилии и изгоняю из семьи.

Сердце болезненно кольнуло. Слова отречения эхом звучали в голове Корна.

За полчаса до этого

– Сэн тебя опять доставал? – сочувственно спросила симпатичная девочка.

Мальчик, которому был адресован вопрос, смутился. Он не хотел, чтобы его сестра спрашивала о таком.

– Неважно. Кидай, – он передал ей три кинжала.

Она прищурила синие глаза, задержала дыхание… Мелькнули три серебряных молнии, и послышались глухие удары. Все кинжалы вошли по рукоять в ствол дерева, они вонзились близко друг к другу, но не коснулись красной точки. 

– Да! – радостно воскликнула девочка, резко оборачиваясь. 

Дети были очень похожи. У обоих были яркие синие глаза, длинные чёрные волосы, бледная кожа и худощавое телосложение. Сложно было бы определить их пол, если бы не одежда: девочка носила синее шёлковое платье до колен и того же цвета сапожки, мальчик – чёрные штаны и алую рубашку. Под ней угадывался кулон, из-за ворота виднелась широкая золотая цепь. На вид им было около десяти.

– Ты великолепна, сестрица, – хмыкнул мальчик. 

– Ещё бы, – девочка приосанилась, и её улыбка стала шире. 

– А я так пока не могу, – грустно вздохнул её брат.

– У тебя всё впереди, Корн!

– Спасибо, – он подошёл к дереву, взялся за рукоятку одного из кинжалов и попытался вытащить, но лезвие не выходило. Тогда он схватился двумя руками и упёрся ногой в ствол, поднатужился и… 

– Давай я, – девочка подошла сзади и с лёгкостью вытянула два других кинжала. 

Корн со вздохом оставил попытки и грустно смотрел на то, как Корнелия без труда достаёт последний. 

– Держи, – она передала ему оружие. Корн молча взял кинжалы и вернулся к исходному месту. 

Он прищурился. Серебристыми рыбками из тонких пальцев выскользнули лезвия и впились в ствол. Кинжалы задрожали, и один из них, скользнув по стволу, упал на землю. Оставшиеся два застряли на два пальца вглубь, близко к друг другу – они делили красную точку в самом центре ствола.

– Вау! – протянула Корнелия. Корн печально улыбнулся и пошёл забрать кинжалы. 

Неожиданно налетел ледяной ветер.

– Бр-ра-та-та-та, – застучала зубами Корнелия. – Вот же холодрыга… Откуда такая непогода? – она подняла голову. Небо застилали тучи. – Будет дождь. Бежим! 

– Ага, – кивнул Корн, не отрывая взгляда от Рэи*, окончательно скрывшейся в серой мгле. 

(Рэя* – дневное светило мира).

Они побежали в сторону огромного белого дома, издалека виднеющегося на пригорке. Вскоре деревья закончились, они пересекли поле и попали в парк с фонтанами, лишь когда стал накрапывать дождь.

– А-а-а! – завопила Корнелия. Она очень не любила мокнуть под дождём, потому что ей потом приходилось долго распутывать волосы и сушить одежду. Хоть она ещё и не выросла в прекрасную девушку, она уже внимательно следила за своим внешним видом.

– Беги, не жди меня, – прокричал Корн, не поспевающий за сестрой. 

Он был благодарен ей за то, что она бежала рядом, и в то же время ему было неловко. Ведь он мужчина и должен быть сильнее и выносливее её, а на деле всегда уступал сестре. Обидно. 

– Но как же ты? – Корнелия обернулась, покусала губы и вновь встревоженно посмотрела на небо. Дождь усиливался.

– Я не боюсь вымокнуть, – хихикнул Корн. Сестра виновато улыбнулась, кивнула и умчалась вперёд. 

Дыхание сбилось, холодный воздух врывался в горло, царапая его, волосы спутались и закрывали лицо. Корн  согнулся, опираясь руками в колени и пытался отдышаться. Он не боялся промокнуть, просто не хотел отставать от сестры. Теперь же было незачем спешить. Никакого смысла.

Он увидел, что сестра уже скрылась за высокой позолоченной дверью. Корну же до неё было бежать ещё минуты две, но он решил просто дойти. Ветер ерошил волосы, которые, намокая, закрывали глаза, мешая видеть дорогу. Ледяные струи воды попадали за шиворот.

Корн мгновенно промёрз до костей. Зря он не поторопился, хотя… всё равно бы не успел. 

Когда до заветного тепла оставалось шагов двадцать, из внезапно открывшегося окна выглянул старший брат Сэн. Ему исполнилось пятнадцать, и он был уже выше отца, хотя это скорее из-за слишком низкого роста последнего… У Сэна были голубые глаза и короткие светлые волосы. Он всегда казался немного вялым, как будто не выспался. 

Встретившись взглядом с младшим братом, он зловеще улыбнулся. Сэн вытянул вперёд руку, выставив ладонь в сторону Корна.

Нет, только не это! 

Корн сорвался на бег, но было поздно. Ветер многократно усилился, неожиданно сильный порыв ветра отшвырнул Корна от заветной двери. Холодные потоки воздуха пробирали до дрожи. Как ему теперь дойти до дома? Шаг за шагом он продвигался всё медленнее. Силы таяли. 

Ветер стих так же внезапно, как и начался. Корн посмотрел в ещё открытое окно и увидел, что Сэн говорит с дворецким. Недовольно поджав губы, брат сверкнул глазами в сторону Корна, и окно будто бы само по себе захлопнулось. Обошлось.

Корн дошёл до дома,с его одежды и волос ручьями стекала вода. У дверей в просторный белоснежный холл его встретила сестра. Она провела руками, засветившимися голубыми искрами, вдоль тела брата, и вода на теле Корна собралась в небольшой водяной шар, зависший перед его носом. Одежда и волосы полностью высохли, по телу расползалось тепло. Корн улыбнулся. Похоже, она не заметила Сэна и то, что он делал, что не удивительно, ведь окно, в которое он выглянул, находилось далеко от холла. 

– Извини, что пока не могу прикрыть от дождя… – пробормотала сестра, выкидывая шар в стоящий рядом горшок с длинным кактусом. Корн с улыбкой помотал головой. Корнелия воспряла. – Идём на кухню.

Он пошёл вперёд. Сестра последовала за ним. Через пять минут они сидели за столиком в небольшой гостиной и пили чай.

– Смотри, что мне отец купил, – Корнелия вытащила из кармана небольшую отполированную шкатулку и, повернув к брату, раскрыла её.

На чёрном бархате лежала небольшая, с мизинец размером, заколка. Серебряный вытянутый контур, три маленьких синих камня на равном расстоянии друг от друга. Она выглядела слишком просто, чтобы быть интересной Корнелии. Корн вопросительно поднял бровь и уставился на сестру. Та хитро улыбнулась.

– Сейчас покажу, – она собрала часть волос, откинула их назад и скрепила заколкой. 

Как только щёлкнул замочек, причёска Корнелии стала меняться. Волосы росли, пока не достигли талии. Затем посветлели до золотистого цвета. Сестра встала и покружилась. 

– Ну как тебе?

Корн взял очередное пирожное и расплылся в улыбке. Корнелия нахмурилась:

– Ты смотришь?!

Под её пристальным взглядом Корн прожевал кусочек пирожного, запил его чаем и сказал:

– Удивительная вещица. Дашь потрогать? – Корн потянулся к волосам сестры, она чуть подошла, чтобы ему было удобнее. Он ощупал их и воскликнул: – Они настоящие! Как это работает?

– Не знаю, – пожала плечами Корнелия, сняла заколку, и её волосы в то же мгновение изменили цвет и длину на прежние. Теперь они вновь стали чёрными, чуть ниже плеч. – Отец и его работники что-то придумали. Но, как видишь, настоящих волос это не касается. Наверное, иллюзия…

Глаза Корна зажглись интересом. 

– Дашь мне? – он жадно посмотрел на заколку.

Корнелия положила украшение в шкатулку, закрыла её и прижала к груди, опасливо поглядывая на брата:

– Не дам! Ты её на кусочки разберёшь!

– Ах, как жаль… – понуро опустил голову Корн, а затем перевёл взгляд на малиновое пирожное, покрытое взбитыми сливками, и улыбнулся. 

– Мало же тебе для счастья надо, – рассмеялась сестра.

Послышались шаги, и в гостиную вошёл Сэн. Их с Корном глаза встретились, и Корн тут же отвёл взгляд. Пока он не мог противостоять ему.

– Отец сказал собраться в главном зале, – Сэн одёрнул красный с жёлтым узором пиджак.

Недавно старший брат открыл вторую стихию, которая очень сочеталась с его первой. Теперь он мог пользоваться и огнём, и воздухом. В их семье, владение несколькими стихиями было нормой, но для остальных магов это было неслыханное чудо и большая редкость. Корнелия пока управляла только водой. Это было нормальным показателем для их возраста. Но вот Корн… он сильно отставал от принятой нормы, не имея магии вообще. Именно поэтому Сэн просто не мог выносить Корна, и с каждым днём его недовольство младшим братом становилось сильнее. 

Корн никогда не обсуждал ни с кем вопрос отсутствия у себя магии, но он его тяготил. Почему у него до сих пор её нет? Что с ним не так? Он хотел быть сильным и надёжным. Но в итоге был слишком слаб.

Когда отец так внезапно позвал, у него возникло нехорошее предчувствие.

– Ты уверен? В Главном? – переспросила Корнелия. – Празднество же завтра, зачем нам туда сегодня?

– Приказ отца, – хмуро ответил Сэн и перевёл тяжёлый взгляд на Корна.

– Идём, – Корн взял Корнелию за руку и потянул в Главный зал. Сэн следовал за ними.

Главный зал был просторным, отличаясь от остальных помещений чёрно-золотой цветовой гаммой. Хотя в оформлении использовались, в основном, тёплые оттенки, всё же он казался холодным и мрачным. 

Бежевые стены покрывала золотая лепнина в форме зверей и птиц, причудливо отражавшая свет. С потолка свисали тяжёлые бронзовые люстры. 

По чёрному лакированному паркету посетители подошли к возвышению, на котором стояло кресло из тёмного дерева с высокой резной спинкой, очень похожее на трон. К нему вели обсидиановые ступени. 

Отец в официальном красно-жёлтом костюме сидел с прямой спиной и холодно смотрел на подходивших к нему детей.

Сэн замер первым, поклонился. Корнелия повторила его движение. Когда Корн собрался последовать их примеру, вмешался отец:

– Замри.

Корн так и застыл со склонённой головой: “Что происходит? Почему отец прервал его?”

*****
Приветствую, дорогие читатели, на страницах моей книги. Приятного чтения. 
Подписаться, чтобы не пропустить обновления и всё интересное, можно, нажав кнопку ниже.

– Займите свои места. 

Корнелия украдкой поймала взгляд Корна, вопросительно подняла бровь, мол, что ты учудил? Корн чуть заметно помотал головой. Он и сам не понимал, в чём провинился. 

Сэн, поднявшись по обсидиановым ступеням, встал за правым плечом отца, Корнелия – за левым. В глазах брата читалась насмешка, в глазах сестры – испуг. Корн остался на месте, лишь выпрямился, стараясь не смотреть вверх. 

– На колени, – раздался голос отца. 

Корн нахмурился: “С чего бы ему стоять на коленях, даже перед отцом? Он точно ни в чём не виноват”. Поэтому он не собирался делать что-то настолько постыдное. Он хотел объясниться:

– Отец, это не… 

– Замолчи, – оборвал его отец. Корн не понимал, что происходит, поэтому нарушил этикет, поднимая взгляд.

Отец был в бешенстве. Тот, кто его не знал, не заметил бы этого, но вот Корн имел счастье общаться с ним довольно долго, чтобы понимать, что сейчас ему лучше не перечить… Голубые глаза смотрели пристально и холодно, хотя на губах застыла улыбка. Корн опустил взгляд. Сердце бешено заколотилось, в горле пересохло. Он прикусил губу и встал на колени. 

– Корн, – голос отца едва заметно дрогнул. Наверху зашуршало, Корн поднял голову и увидел, как отец разворачивает старинный свиток. 

В голове эхом отдавался стук сердца, он глубоко вдохнул, надеясь успокоиться. Но ничего не вышло. “Не может же отец… Ведь не может же…”

– Я, нынешний глава семьи Массвэлов, Стедд Массвэл, в присутствии всех прямых наследников, лишаю тебя своей фамилии и изгоняю из семьи.

Сердце упало. Слова отречения эхом звучали в голове Корна. Он посмотрел на развернутый свиток с изображённым на нём семейным древом Массвэлов. Его имя, написанное рядом с именами Сэна и Корнелии, вспыхнуло и исчезло. Отец убрал свиток.

– Отныне у меня лишь один сын и дочь. Ребёнок, который в девять лет так и не стал магом, – величайший позор для нашей семьи. Ты волен идти, куда вздумается. У тебя есть пять минут на сборы, потом тебя выведут.

Отец спустился с возвышения и прошёл мимо Корна, как будто того уже не было в зале.

Корн поднялся с колен и взглянул на брата с сестрой. Сэн не смотрел на него, а словно сквозь, как будто на этом месте никого не было. Затем он спустился с возвышения и, почти пройдя мимо, остановился:

– Это было предсказуемо, – его рука легла на плечо Корна и чуть сжала, он понизил голос и со смешком добавил: – Спасибо тебе за столь лёгкое получение титула наследника. Признаться, я немного разочарован… Но всё же, благодарен, – он оглянулся на Корнелию: – Мне кажется глупостью, что я тебе напоминаю – но… чтобы ты не сделала ошибки, я скажу: нам запрещено общаться с этим простолюдином, – он особенно выделил последнее слово.

Сэн толкнул Корна в плечо так, что тот чуть не упал, и вышел из зала. Корн потерянно смотрел в пустоту, всё ещё не веря в произошедшее. Послышался лёгкий стук каблучков, шуршание юбки… Проходя мимо, Корнелия шмыгнула носом и что-то вложила в руку Корна. Её холодные пальчики аккуратно сжали его руку, заставляя удержать гладкую деревянную поверхность прямоугольного предмета. 

Она ничего не сказала, а Корн не смог взглянуть ей в глаза. Корнелия ушла, и только тонкий аромат лилий напоминал о том, что она здесь только что находилась. 

Корн выдохнул и потеряно взглянул на герб Массвэлов, изображённый на стене за троном. Золотой щит с огромной жемчужиной в центре, и летящие со всех сторон четыре разноцветные стрелы: красная, жёлтая, синяя и зелёная.

Он опустил глаза и увидел в руке знакомую шкатулку, ту, в которую Корнелия убирала новую заколку. Корн убрал её в карман и вышел из зала.

Он понял, что не успеет собрать вещи. 

Дом словно вымер, у Корна возникало ощущение, будто здесь никогда никого не было. А он, на самом деле, давно и жил здесь один, словно призрак… Хотя память воскрешала недавние картины прошлого.

Вот здесь, на этом постаменте, раньше стояла дорогая ваза, до тех пор, пока он случайно не уронил её. Его даже не сильно ругали за это, правда, одного из слуг уволили. 

Здесь Сэн создавал свой первый огненный шар, он тогда плохо контролировал силу, поэтому на полу до сих пор есть след от подпалины. Корн этого не помнил, потому что был слишком маленьким, но слуги часто рассказывали об этом. А Сэн смущался и требовал сменить тему. 

Здесь Корнелия разбила коленку и ревела навзрыд. Корн взял её на руки и поднял до второго этажа, пока не прибежали слуги, а мать не отругала его за то, что он чуть не надорвался… Мать…

Корн уже дошёл до холла, но обернулся в нерешительности. Он так редко её видел. Отцу не нравилось, когда дети навещали мать. Но теперь его это не касалось! 

Корн помнил, что ему дали всего пять минут, которые, скорее всего, уже почти истекли, поэтому он бросился к покоям матери, ворвался без стука. 

Темноволосая женщина стояла у окна и смотрела на дождь, льющий стеной. В серой комнате всё казалось мрачным и душным. Единственное, что здесь было тёплым, это сама женщина и запах лесных ягод. 

– Мама, – робко позвал Корн. 

Она обернулась. На её безжизненном бледном лице появилась улыбка: 

– Мальчик мой, Корн, ты пришёл… – она раскинула руки, ожидая, что тот кинется к ней.

Но Корн не делал так уже очень давно, с тех пор как ему исполнилось семь. Но сегодня он, всхлипывая, бросился в объятия женщины.

– Корн? – удивилась она. – Всё в порядке? 

Он ничего не ответил, лишь сильнее обнял её. У входа послышалось покашливание слуги:

– Я должен вас проводить. 

Корн отстранился от матери и натянуто улыбнулся:

– Не волнуйся. Я просто на время уеду. Но обещаю, я вернусь, – он стиснул зубы и решительно взглянул в синие глаза. 

Мать тревожно посмотрела на него, потом мягко кивнула:

– Хорошо, – широко улыбнулась она. – Я буду ждать тебя. 

Корн кивнул и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Слуга проводил его до выхода, накинул плащ и сунул в руки чемодан. Корн с удивлением поднял на него взгляд. Вряд ли отец разрешил такое… Слугой оказался молодой мужчина Мит, он часто помогал Корну и был ответственным за него. Он подмигнул своему бывшему господину и шепнул:

– Я тоже буду ждать, – и открыл дверь, ведущую прочь, в холодные струи дождя. 

Корн гордо выпрямился и ответил, делая шаг за порог:

– Жди.

Спустя шесть лет
Стройный молодой человек с волосами до плеч, стоял среди множества людей. Все, запрокинув голову, с интересом смотрели, как снижается летающий остров, на котором находилась знаменитая Академия магии. Сначала тень поглотила всё вокруг, и стало прохладно, а затем запахи земли и цветущих трав разлились вокруг. 

Корн, а это был именно он, носил простую серую форму из грубого хлопка, одежду детей его приюта. Ему исполнилось пятнадцать – по законам Аталии он официально считался взрослым и более не нуждался в опеке. Теперь юноша был полностью в ответе за свою судьбу. Хотя… как будто когда-то было иначе.

Когда его изгнали из семьи, поскольку отцу стало очевидно, что Корну стихию не открыть, юноша, несмотря на сотни изученных книг, так и не нашёл решения проблемы. Академия Ниро стала последней надеждой. Если ему и здесь не помогут, то уже нигде.

Корн смотрел на длинные верёвочные лестницы, свисающие с края острова, к которым уже начали стекаться молодые люди, и влился в их поток, некоторые девушки задерживали взгляд и краснели... Аккуратно лавируя в толпе, он оказался первым в очереди желающих попасть на остров. 

– Вы не против? – он обернулся, но молчание было ему ответом. Корн пожал плечами и взялся рукой за перекладину. 

Это было непростым делом – подняться по ней, мало кому это удавалось. Считалось, что только те, в ком высок магический потенциал, могут забраться наверх и стать студентом Академии. Но Корн знал секрет. Ведь именно его семья сделала эти верёвочные лестницы.

Он знал их особенность. Никто не мог оценить потенциал будущего мага, лестницы проверяли лишь решимость человека, который лез по ней, сбрасывая недостойных, а вернее, не желающих попасть в Академию. Корну хватало и желания, и решимости. Он был готов рискнуть жизнью, если это хотя бы немного приблизило его к цели.

Корн спокойно и уверенно встал на нижнюю ступень, вскоре он уже спокойно поднимался, удерживая равномерный темп, лишь иногда его нога или рука соскальзывали, но он быстро находил опору и медленно, но верно двигался. 

Вот и последняя ступенька. Корн оказался на поверхности острова и встал в полный рост. 

– Поздравляю с поступлением, молодой человек, – слегка кивнул молодой преподаватель, по виду маг земли.Об этом говорила ярко-зелёная форма, состоящая из пиджака и брюк. Цвет означал стихию, а яркость – учителя. 

Преподаватель улыбнулся и больше ничего не добавил. Корн посмотрел на два роскошных дворца, стоявших на небольших холмах, и, несмотря на то, что те находились очень далеко, даже отсюда было понятно, что они огромны и как минимум в несколько раз больше прежнего дома Корна. 

– У вас уже есть открытые стихии? – спросил маг.

Корн покачал головой. 

– Вы хотите обучаться в Белом или Чёрном дворце? 

– А в каком находится кабинет лорда Ниро? – Корн, наконец, взглянул на собеседника. Преподаватель чуть нахмурился, но ответил:

– Его кабинет находится в Чёрном дворце, но он является главой всей Академии.

– Тогда в Чёрный. 

– Там обучаются боевые маги. Если вы не уверены в своём решении, я советую пересмотреть его. 

– Я уверен.

Преподаватель недобро посмотрел на Корна и чуть поджал губы:

– Вам туда, – он указал в сторону Чёрного дворца. – Там будет проводиться отбор.

Корн кивнул и отправился к дворцу. Преподаватель проводил его недовольным взглядом.

Оказалось, что придётся подождать, пока все желающие залезть на остров попробуют свои силы. Поэтому Корн подошёл к раскидистому дереву и расположился в тени. Через минут двадцать к учителям подошёл белокурый парень и с улыбкой что-то спросил, после чего преподаватель в жёлтом указал в сторону Корна. Парень кивнул и направился к нему. 

– Привет! Мне сказали, что придётся дожидаться остальных и ты пока единственный, кто сегодня выбрал боевое направление. Так что я примощусь здесь? – и, не дожидаясь ответа, присел рядом. – Ты же не против? – с ухмылкой спросил он у Корна, который, даже не взглянув на него, чуть нахмурился и промолчал.

– Я Сур, приятно познакомиться, – наглец не протянул руку, так как сидел плечо к плечу с Корном, а просто легонько толкнул его.

Корн пересел к другому дереву. Сур удивлённо посмотрел, оставшись неподвижным, но через несколько минут, он вновь подошёл к Корну. 

– Я понял, что ты не слишком общительный, но тут слишком скучно! Нам тут ещё полдня маяться. Давай поговорим! 

Корн неохотно посмотрел на возмутителя спокойствия. Парень был невысокий, со светлыми кудрявыми волосами. Улыбка, чуть вздёрнутый, в веснушках, нос и мягкие черты лица, серьга в форме небольшого янтарного веретена на тонкой серебряной цепочке в левом ухе. Необычными были только глаза – радужка тёмно-жёлтого цвета рождала ощущение, что они излучают золото. У Корна создалось впечатление, что он младше. Только вот в Академию таких не пускают, значит, они ровесники. 

Одет парень был в непонятную серую хламиду, прожжённую в нескольких местах, чем-то напоминавшую халат. 

Корн не собирался общаться с чудаками,  и был уверен, что отбор этот парень не пройдёт. Поэтому ему было жаль тратить на него своё время. Но и ругаться, чтобы тот от него отстал, было лень. 

– Корн, – буркнул он и отвернулся.

– Ура! Ты всё-таки снизошёл до меня?! 

Корн вздохнул, надеясь, что скоро подойдёт кто-нибудь ещё, и чудаковатый парень прицепится к новой жертве. 

– Скажи, а у тебя девушка есть? – спросил Сур, присаживаясь рядом.

Корн пожалел, что позволил втянуть себя в беседу:

– Не твоё дело.

– Ну да, конечно, не моё. Просто любопытно. Ты ведь такой красавчик… Наверняка девушки гурьбой бегают? Ах, ну расскажи, как это? – он схватил Корна за плечо и чуть потряс.

– Не трогай меня! – Корн грубо стряхнул его руку.

– О, ты не любишь, когда тебя касаются? Извини, постараюсь исправиться…

– Ты меня раздражаешь. Уйди.

Парень начал заикаться:

– Я? Я… Раз… д-дро… жаю? – он открывал и закрывал рот, недоумённо хлопая глазами.

Корн встал и перешёл к дереву, под которым сидел раньше. Сур остался сидеть на месте, больше не предпринимая попыток пообщаться с Корном, но иногда обиженно косился в его сторону. Корн делал вид, что не замечает этого. 

В течение дня к преподавателям подходили будущие студенты. К концу дня их собралось до двадцати пяти человек. Но Сур не стал к ним подходить, а достал из холщовой сумки баночки с какими-то жидкостями и стал перебирать их, рассматривая на свет содержимое, иногда добавляя что-то внутрь из мешочков. Потом он читал потрёпанную книгу и вновь смешивал жидкости в склянках. Корну стало интересно, что он делает, но подходить и спрашивать он не собирался.

На закате объявили об окончании сегодняшнего набора. Студентов проводили к большому прямоугольнику на земле, очерченному линиями. С четырёх сторон от него расположились студенты в зелёной форме лекарей. Чуть поодаль, рядом с несколькими ящиками, стояло трое преподавателей.

Одним из них был уже знакомый Корну маг в зелёном. У него была невзрачная внешность: среднее телосложение, чуть сутулая спина, недлинные тёмно-русые волосы и тусклые серо-бурые глаза. На фоне яркой формы, его лицо казалось фоном, а не тем, на что было принято смотреть. 

Вторым был маг воздуха – светловолосый мужчина в жёлтом, что указал Суру на Корна, поэтому этот учитель сразу ему не понравился.

Третьей была пышногрудая женщина с длинными тёмными волосами, убранными в пучок – маг огня. Она носила алый облегающий комбинезон. Практически все студенты мужского пола не могли отвести взгляд от её фигуры.

Все трое были довольно молоды, особенно невзрачный маг в зелёном. Его можно было бы спутать со студентом, если бы не форма.

Преподаватели построили перед собой студентов и рассказали правила отбора, они были просты. Нужно было победить своего соперника, любым способом, с магией или без.

Маг в зелёном откинул крышку одного из ящиков, там оказались всевозможные учебные оружия, напоминавшие копья, мечи, ножи и прочее.

Сообщили первую пару и ей оказались Сур и Корн. Корн направился к ящику выбирать подходящее оружие. 

– Эм… Вы должно быть что-то перепутали… – замялся Сур.

– Тебе не нравится твой соперник? – недовольно спросила женщина-преподаватель. 

– Не… – Сур покосился на Корна, и оборвал себя, перевёл взгляд обратно: – Мне сказали, что не нужно сдавать проходной экзамен. 

– Кто сказал? – нахмурилась женщина.

– Директор.

Преподаватели переглянулись. 

– Почему это тебе не надо сдавать экзамен? 

Сур потрепал светлые кудри, подошёл к женщине и что-то тихо начал говорить…

– Чего ты там шепчешь? Громче, – начала раздражаться та. 

Сур возвёл глаза к небу и глубоко вздохнул, затем, хмуро посмотрев на женщину, нарочито громко, почти крича, произнёс:

– Меня из Белого дворца выгнали! С факультета алхимии! Сказали, что обратно не возьмут, даже если завалю всё, что можно, – он поджал губы и уставился в глаза учителя. 

– А-а-а! Так ты тот самый, что взорвал три кабинета?

– Говорят, что он половину запасов трав на эксперименты перевёл, – добавил учитель в жёлтом. – А ещё у него перед комнатой постоянно вырастают хищные цветы, и никак не удаётся их извести… Студенты жалуются на травмы… 

– Про тебя мы знаем. Ты зачислен без экзамена. Постой в сторонке, – сказал ему маг в зелёном.

Сур скрестил руки на груди и, закинув сумку на плечо, с довольным видом пошёл к дереву. Студенты перешептывались и, смеясь, посматривали на блондина. 

– Тогда ты, Грэг, – учитель указала на высокого парня лет восемнадцати.

Корн оценивающе на него посмотрел. Противник был выше его и шире в плечах. Его серые глаза смотрели на Корна очень спокойно, поэтому казалось, что он был уверен в своих силах. У него был короткий ёжик рыжеватых волос, нос был с горбинкой, которая делала лицо хищным. Одет он был в добротный костюм, характерный скорее для богатого торговца, нежели знати. 

Корн выбрал два деревянных меча, устраивающих его по весу и размеру, и встал в центр арены, ожидая пока его противник подготовится. 

Грэг взял из ящика первый попавшийся меч и встал в стойку напротив Корна. Его позиция была правильной, но всё ещё несколько неуклюжей, похоже Корн имел преимущество в навыках. 

Была дана команда начинать, и соперники, сблизившись, скрестили деревянное оружие. Корн был быстрее, удары были сильнее, техника также превосходила мастерство Грэга, и второй меч давал ещё большее преимущество Корну. Он стал теснить противника.

Грэг шаг за шагом отступал, еле успевая отбивать опасные выпады, он запыхался и не мог восстановить ровное дыхание. Корн решил нанести завершающий удар и, отведя одним мечом меч соперника, другим нацелился ему в корпус. Вдруг лодыжку Корна сильно дёрнуло назад, меч, что блокировал оружие противника вырвался из рук. Сам он потерял равновесие и упал, однако быстро поднялся на ноги, успев увидеть, как на том месте, где только что лежал, из-под земли выскочил зелёный побег растения.

Корн перевёл взгляд на противника. Тот приложил руку к грудной клетке, и та, засияла мягким золотистым светом,он запустил процесс исцеления от полученных травм. Он был магом! 

Корн понял, чем дольше он будет медлить, тем больше шансов у него проиграть. Нужно закончить бой как можно быстрее. 

Он подскочил к Грэгу, не давая закончить лечение, одновременно отвлекая его устремившимся к его лицу мечом. Но цель Корна состояла в другом – он подобрал потерянное оружие и проворно отскочил от двух лиан, раскидавших почву в попытке его схватить. 

Маги земли считались самыми слабыми в плане боя, но были незаменимыми лекарями. Если бы это был другой маг, Корну вряд ли бы удалось его одолеть. Но так у него всё ещё оставались шансы. Проблемой было то, что не настоящее оружие не могло перерубить гибкие стебли. 

Грэг направил руку в сторону Корна – два растения, что были около мага, закопались в землю. Корн насторожился, понимая, что скоро они выскочат рядом с ним. Но этого не происходило. Грэг ждал подходящего момента. 

– Если вы будете просто стоять, мы объявим ничью, – поторопил их учитель.

Грэг нахмурился и под его ногами стал расти небольшой росток с необычным маленьким белым бутоном, который постепенно раскрывался. Корн не знал, что это значит, но поспешил его уничтожить. Если Грэг зачем-то его вырастил, то ничем хорошим для Корна это быть не могло. 

Два растения вырвались из-под земли как раз тогда, когда он находился рядом с бутоном и собирался его растоптать. У них были заточенные концы, один из них устремился к голове Корна, и тот едва успел отпрянуть, но почувствовал боль на правой щеке. Острые, нельзя им попадаться… Он отскочил ещё дальше, где растения не могли его достать.

Корн понял, что противник сильнее, и пошёл на уловку. Он стал часто дышать, пошатываясь при движениях, присел на одно колено, опираясь на один из мечей. Весь его вид показывал, что он на пределе своих сил. Хотя на самом деле, он чувствовал себя хорошо и мог бы продолжать сражаться.

Грэг слегка побледнел, видно, он ещё не умел достаточно хорошо управлять своей магией и перенапрягся. Корн уловил момент, когда маг  сосредоточился на раскрытии бутона. 

 Вскочив, Корн молнией бросился к противнику, Грэг не успел среагировать, и растения шевельнулись слишком поздно. Корн уже стоял на бутоне, старательно его давя, а между двух скрещенных мечей находилась шея мага. 

– Сдаюсь, – через силу проговорил Грэг.

– Молодец, – похвалил его учитель, который был также магом земли. – Очень хороший бой для лекаря, – улыбнулся он. 

Корн промолчал, подумав, что как бой может быть хорошим, если студент без магии, победил мага. Даже если принять во внимание слабую боевую подготовку лекарей, они всё-таки должны уметь постоять за себя в бою, и никто не отменял того, что у них всё же гораздо больше внутренней энергии*, помогающей быть физически сильнее.

(Внутренняя энергия (вэ)* – базовая энергия, циркулирующая в любом человеке. Её количество разнится, гораздо больше её имеется у магов. Маги – те, кто смог трансформировать вэ в магическую энергию одной из стихий.)

– Корн, ты победил и можешь пройти в Чёрный дворец или дождаться остальных. Встречаемся здесь через час. 

Корн кивнул и молча пошёл к дворцу. 

Сур проводил его задумчивым взглядом, незаметно двинувшись следом. 

Корн подошёл к величественному дворцу и с натугой толкнул входные двери. Внутри было просторно, светло  богато. Пол и стены были выполнены из белого камня, поодаль прямо посреди коридора расположилась огромная лестница наверх. 

По левой стене шёл элегантный лиственный орнамент сочно-зелёного цвета. Лекарское крыло. Корн понадеялся, что ему не придётся здесь оказаться. Чуть в стороне от двери в лазарет висели объявления и расписание занятий.

Корн пересёк холл и вошёл в коридор. Справа находился вход в столовую, из которой доносились ароматные запахи выпечки. Он подошёл к широкой мраморной лестнице.

Прежде чем подняться на второй этаж, Корн остановился: скорее всего, то, что ему нужно, находилось наверху.

Лестница выводила к нескольким аудиториям и залам, расположенным по бокам коридора, а впереди виднелась заветная дверь с надписью “директор”. Она-то и нужна Корну.

Сердце бешено колотилось, когда он подшёл ближе. Около самого входа в кабинет его перехватил охранник:

– Что ты здесь делаешь? 

– Мне нужно к директору, – хмуро посмотрел на него Корн.

– Ты же новенький? – охранник в серой форме осмотрел обычную одежду Корна и кивнул своим мыслям. – У директора нет времени разговаривать с каждым поступившим в Академию. 

Корн молча стоял перед дверью, раздумывая, как ему попасть внутрь.

– Уходи, – в голосе охранника появилось раздражение. 

– Передайте ему, что Корн хочет поговорить с ним.

– У тебя какие-то проблемы? У директора нет времени решать их. Поговори с куратором вашего курса. Он разберётся…

– Мне нужно поговорить именно с директором, – Корн зло посмотрел на охранника. Тот нахмурился:

– Я уже всё сказал. Иди отсюда.

Корн прожёг его взглядом, но ему ничего не оставалось, как отойти от кабинета. Спустившись, он столкнулся с Суром, с любопытством смотрящим на него.

– Подслушивал?

– Подсматривал, – подмигнул в ответ Сур.

Корн оттолкнул его и стал спускаться по лестнице. 

– Тебе нужно попасть к директору? – спросил Сур в спину Корна, догоняя его.

– Не твоё дело.

– А если я могу помочь? – чуть тише спросил Сур.

– Как? – Корн обернулся.

– В прошлом году меня часто вызывали в кабинет к директору, думаю, он и сейчас может принять меня. 

– Как это поможет мне? Я хочу поговорить с директором наедине. Какой смысл, если к нему попадёшь ты?

– А как насчёт небольшого представления? – хитро улыбнулся блондин, вытаскивая из рюкзака пару склянок. 

– Что это? 

– Будет много дыма и… в общем-то больше ничего. Но обычно преподаватели не любят такие шутки. А у ж рядом с кабинетом директора… – Сур захихикал. – Обоих повяжут, а там уж скажешь ему о своём желании пообщаться… Вдруг примет.

– Тебе влетит…

– Как будто в первый раз, – махнул он рукой.

– Но зачем тебе рисковать ради меня? – с подозрением спросил Корн.

– А я кое-что попрошу взамен. Не то чтобы ты будешь мне чем-то обязан, но мне будет приятно, если ты выполнишь одну мою небольшую просьбу. 

– Не обязан? – Корн скрестил руки на груди. Он был не прочь использовать этого парня, чтобы попасть в кабинет директора, но вот выполнять просьбу у него не было ни малейшего желания. – Чего ты хочешь?

– Не-не, я сейчас тебе не скажу… Но не волнуйся, никто тебя не сможет заставить её выполнять. Не захочешь – не будешь. Идём? – он склонил голову набок и предвкушающе посмотрел на небольшой прозрачный флакон с мутно-коричневой жидкостью внутри. Второй флакон он, чуть помедлив, вернул в сумку, аккуратно закрепив в одной из многочисленных петель.

Корну не понравилась таинственность и немного странное поведение нового знакомого, но он слишком хотел поскорее оказаться в кабинете директора, иначе всё было бы напрасно. Поэтому он кивнул. Сур расплылся в улыбке и, тряхнув кудрями, направился наверх. 

Навстречу Корну спускался длинноволосый блондин в бордовой форме первокурсника. Из-за его спины выглядывал огромный меч. Увидев Корна, студент замер, широко улыбнулся и воскликнул:

– Да быть не может, неужели Корн?

– Знакомый? – оглянулся Сур.

Корн нахмурился, пытаясь вспомнить, видел ли он парня с огромным мечом раньше. Но ничего на ум не приходило. По длине волос было понятно, что первокурсник в алом – дворянин. Значит, если Корн и знал его, то во времена, когда был Массвэлом, поэтому ждать ничего хорошего не приходилось. 

– Чего тебе? – хмуро спросил Корн.

– Кажется, ты меня забыл. Эх, я так опечален, – рассмеялся парень. – Я Терран. Терран Гифан. 

Корн чуть поднял брови – он вспомнил, что в детстве встречался с наследником Гифанов, довольно знаменитой семьи Аталии, видимо, это он и был. Тогда он был нескладным мальчишкой, которого постоянно ругали няни за небрежность. Никакого сходства с крепким молодым человеком, стоявшим перед ним сейчас. 

– Куда ты идёшь? – он выразительно посмотрел наверх и, догадавшись, открыл рот, словно от удивления: – Неужели к директору? Вот это смелость! Потрясающе! Я бы на твоём месте не посмел.

– У тебя ко мне какое-то дело? – Корну надоел этот фарс. Было очевидно, что Терран просто издевался. 

– О, я повременю со своим делом. Мне очень любопытно для начала взглянуть, как директор вышвырнет тебя из Академии.

– Не знаю, зачем ему это делать. Но в любом случае для этого надо бы сначала к нему попасть, – хмыкнул Сур, встревая в разговор. – Ты такой весь крутой… Может у тебя есть идейка? – он поиграл бровями.

– А-ха-ха-ха-хах! – рассмеялся Терран. – Значит, даже попасть на приём не можешь… Хах… – он согнулся от хохота. – Давно я так не смеялся.

– Ладно, не обращай внимания на этого сумасшедшего, кажется, ничего кроме, как ржать попусту, он не умеет… – Сур отвернулся и вновь зашагал по лестнице. 

– Я не умею? – Терран вытянул вперёд руку и рядом с Суром пролетел огненный шар, который растворился раньше, чем ударился о стену. Сур развернулся и, зло прищурившись, посмотрел на Террана.

– Что вы себе позволяете? – донёсся голос охранника. 

Дзэньк!

Раздался звон разбитого стекла, и Террана окутала сизая дымка. Он прикрыл слезящиеся глаза рукой. Корн бросился вверх по лестнице, опасаясь, что его догонит дым, который быстро расстилался, пока не поглотил всю лестницу и часть второго этажа. 

Неожиданно кто-то тронул Корна за плечо и потянул в сторону, он услышал шёпот:

– Можешь свободно дышать, но глаза лучше закрой… 

Раздался резкий треск, даже сквозь закрытые веки, была различима яркая вспышка. Корн открыл глаза. Дым разделился на части и повис в воздухе небольшими клочками, каждый из которых стремительно уменьшался. Вскоре коридор очистился, и все, кто оказался рядом, смогли увидеть злого директора, стоящего в коридоре рядом со своим кабинетом.

Это был стройный и высокий мужчина, с короткими чёрными волосами, бледной кожей и холодными серыми глазами, одетый в фиолетовый строгий костюм и рубашку цвета графита. Он раздражённо смотрел на стоящих перед его кабинетом.

– Лорд Ниро… – первым в себя пришёл Корн. 

Директор повернулся на голос и чуть приподнял брови. 

– Вы трое, ко мне в кабинет, – он поочерёдно посмотрел на Сура, Террана и Корна, чтобы ни у кого из них не возникло сомнений, кого именно приглашают войти. 

– Вызови мага воздуха, чтобы проветрил помещение, – сказал он охраннику и зашёл в кабинет, оставив дверь открытой.

– Есть, – отчеканил охранник и побежал искать подходящего мага.

Сур переглянулся с Корном, и они вошли в кабинет, за ними последовал Терран и закрыл за собой дверь.

Помещение было уютным. Стены были затянуты плотной бежевой тканью с геометрическим рисунком. Ближе к окну стоял массивный стол с коричневым креслом. У двери расположился светлый диван с двумя креслами и длинный кофейный столик. 

– Кто зачинщик? – спросил директор, строго посмотрев на ребят.

– Он! – Сур радостно указал на Террана.

– Я? – возмутился тот. – А кто сделал дымовую завесу? 

– Это я, – с улыбкой кивнул Сур. – Но я только защищался… 

– Я тебя и пальцем не тронул!

– Ты в меня огненным шаром зарядил! Щека до сих пор горит, – он похлопал себя по лицу и резко зажмурился, будто от боли. 

– Так, стоп, – лорд Ниро устало опустился в кресло и с любопытством посмотрел на Корна. – Ты, расскажи, что произошло.

– Терран запустил в Сура огненный шар, который пролетел очень близко. Затем всё заволокло дымом.

– Итак, значит, вы оба понесёте наказание. Например, вычистите все туалеты на первом этаже.

Лицо Террана побледнело, а Сур с улыбкой прищурился, искоса поглядев на мага огня. 

– Ах, точно… – директор смерил хмурым взглядом Сура. – Тебе нельзя туалеты, а то мы потом плавать в помоях будем. – Почистишь тренировочные комнаты. Там стены и пол восстанавливаются, никаких предметов внутри нет, а грязь всё ещё бывает. На тебе все арены дюжин*. 

(Чёрная дюжина – элитная группа студентов, по одной на каждом курсе. Всего их пять.)

Сур обиженно взглянул на директора. 

– Вы двое свободны, – лорд Ниро подождал, пока они выйдут и закроют за собой дверь. После чего он поставил на стол небольшой хрустальный шар с выгравированной внутри печатью и активировал артефакт. Корн вспомнил, что похожие использовал его отец, когда не хотел, чтобы его подслушивали. По всему помещению разлилась прохлада, и стены комнаты засияли тусклым светом.

– О чём ты хотел поговорить со мной, Корн? Ты законно поступил в Академию, забравшись на остров, и имеешь полное право находиться здесь. Но если ты не сдашь экзамен на стихию, то покинешь это место. 

Корн лихорадочно искал слова, которые помогли бы убедить лорда Ниро ему помочь, поэтому, больше немедля, перешёл к делу. Со всей учтивостью он поклонился и произнёс:

– Лорд Ниро, прошу Вас, научите меня магии, – затаив дыхание, он ждал ответа.

– Научить магии? – холодно спросил директор. – Насколько я знаю, ты не смог открыть стихию, хотя уверен, Стедд нанимал лучших учителей, – он чуть помолчал и добавил тише: – Даже, если бы это было возможно, зачем мне это делать? Чтобы усилить Массвэлов? 

Две великие семьи королевства – Ниро и Массвэлы – всегда были в состоянии холодной войны. И хотя и те и другие служили верой и правдой королю, но соперничество не позволяло им наладить отношения. 

– Я не Массвэл.

– Потому что тебя изгнали за отсутствие магии. Но, возможно, тебя примут обратно, как только откроешь стихию, более того, поскольку ты всё же из семьи Стедда, то думаю, магия твоя не будет слабой. Так зачем же мне усилять моего врага?

Директор не выставил его за дверь сразу, значит, возможно, он что-то хотел взамен? Корн взглянул в серые глаза директора с надеждой:

– Значит, у меня есть шанс?

Лорд Ниро улыбнулся. 

– Посмотрим. Ты должен выполнить несколько условий. Первое – ты не будешь против использования экстремальных методов, которые, как я предполагаю, помогут открытию твоей стихии. Второе – ты подпишешь договор с обязательством доучиться в Академии до конца. Третье – пройдёшь двухлетнюю практику по распределению Академии. 

– Хорошо, – быстро согласился Корн. 

– Ты уверен? Если мне удастся восстановить твою способность к магии, ты определённо столкнёшься с недовольством своего отца.

– Если я не соглашусь, то каков шанс, что я открою стихию?

Директор, усмехнувшись, достал из стола позолоченный лист бумаги, составил договор и подписал его. Он придвинул лист к Корну, который внимательно его прочитал. Дрогнувшей рукой Корн вывел аккуратную подпись. 

Договор засветился и, поднявшись в воздух, разделился на две части. 

– Оба экземпляра также останутся у меня. Ты не сможешь его разорвать.

Корн кивнул и глубоко поклонился: 

– Благодарю, лорд Ниро.

– Пока ты студент, называй меня директор. Свободен.

Корн вышел из кабинета. Сердце радостно стучало в груди. Неужели получилось?

Корн вернулся к ребятам. Они всё ещё проходили отборочные бои. Пришлось немного подождать, пока они завершились.

Грэга даже после поражения взяли на боевой факультет, наверное, потому что он был магом земли. Остальным же проигравшим не делали никаких уступок и они отправились в Белый дворец изучать бытовую магию. 

Преподаватель в жёлтом проводил студентов, поступивших на боевой факультет, к общежитию. Это было ничем не примечательное серое здание с шестью этажами. Внутри тоже всё было строго и без излишеств. Комнаты студентов представляли собой небольшие помещения с одним окном, стояли две кровати, рядом с ними – тумбы, у окна находился стол со стульями. Рядом с входом была дверь, ведущая в уборную. 

Сур подошёл к Корну, когда тот уже выбрал свободную комнату в светлых тонах: кремового цвета стены, деревянный пол, белоснежные занавески на окнах. Она находилась в конце коридора, но не была угловой. 

– Можно с тобой? – спросил он. 

– Почему ты хочешь жить со мной? – нахмурился Корн.

Сур зашептал:

– Потому что я надеюсь, что ты меня не выдашь преподавателям, если я буду делать кое-какие зелья… – он заискивающе посмотрел на Корна. – Это как раз та просьба, о которой я говорил ранее, – улыбнулся он.

Корн вздохнул. Ему совсем не хотелось жить среди резких запахов и зелий неизвестного назначения, но всё-таки Сур ему помог, его даже за это наказали.

– Я не позволю тебе создавать что-то дурно пахнущее. 

Сур довольно закивал:

– Да, да, просто отлично! Я и ящики специальные раздобыл, из которых запах не просачивается. Так что будь спокоен. Кроме того, я разучил пару очищающих заклинаний, как раз на этот случай, – он прошёл внутрь комнаты, опережая Корна. – Я возьму левую, – он указал на кровать с зелёным покрывалом. – Не против?

– Без разницы, – Корн опустился на кровать справа под белоснежным покрывалом. – Так ты маг? 

– Разумеется… Я же тут уже год обитаю… – комната наполнилась звоном стекла. – Сур заполнял свой комод многочисленными пузырьками. 

– Они точно не будут вонять? – посмотрел на них Корн.

– Обещаю, не будут, – Сур оглянулся и подмигнул. – Я учился на факультете алхимии, и по основным предметам у меня всё было пучком, но я завалил артефакторику и сельское хозяйство. В общем, не было повода меня исключать – я был слишком крут в алхимии, но и на второй курс не прошёл. И вот, меня оставили на второй год. Но все из Белого дворца в один голос выли, что меня надо выгнать, потому что они больше не могут выносить мои выходки, и директор решил, что в Чёрном мне привьют дисциплину и я стану послушным студентом. Ха-ха-ха… – он рассмеялся. – Я, конечно, сильно в этом сомневаюсь, но почему бы не попробовать? Ведь тут я ещё не учился… Сюда даже не пускают студентов из Белого дворца, опасаются, что их ненароком пришибут. Я слышал, что большинство занятий – изучение практической боевой магии. Это немного не моё… – он вздохнул, поставил последний пузырёк, кинул пустую сумку на кровать и повернулся к Корну. – Но мне и не предлагали ничего другого. А ты как сюда попал? Почему не пошёл в Белый? Любишь драться?

Корн промолчал, раскладывая свои немногочисленные вещи. 

– Дай угадаю… Не моё дело? – хмыкнул Сур. Корн опять проигнорировал его. – Эх, а с тобой довольно тяжело иметь дело. С таким подходом, ты себе много врагов наживёшь… Вокруг много вспыльчивых магов, которые тебя за один косой взгляд на дуэль вызовут. Магии у тебя нет, так что ходить тебе побитым. Послушай совета, держался бы ты приветливее.

Корн холодно посмотрел на Сура.

– Ой, боюсь, боюсь… – хмыкнул блондин.

– Будешь много болтать, я поищу другую комнату…

– Да ладно тебе… постараюсь тебя не доставать… Но знаешь, по своей натуре я довольно болтлив, а против себя не попрёшь… Кстати, если ты пока не маг, хочешь научиться алхимии? Сможешь хотя бы защитить себя при необходимости.

– Ты сомневаешься в моей способности защититься?

– Эмм… Не будешь же ты утверждать, что выиграл бы у того же Террана в честной схватке один на один? 

– Значит, я у него могу выиграть только в нечестной схватке? Например, при помощи алхимического зелья?

– Эй! Не оскорбляй алхимию… Что в этом нечестного? Любая возможность в бою, что может привести к победе – абсолютно честна… Разве ты не согласен? Победителей не судят.

– Тогда что ты называешь нечестным боем?

– Хым… – Сур замялся, – например, десять на одного. 

– Ясно, – Корн немного подумал и решил, что предложение довольно хорошее и у него нет поводов от него отказываться. – Если у меня будет время, я буду учиться алхимии.

– Договорились, – Сур улыбнулся. – Тогда тебе нужно найти в библиотеке книгу: “Алхимия для лентяев”. 

Корн удивлённо посмотрел на блондина:

– Ты шутишь?

– Название смешное? Не бери в голову. Там всё, что нужно знать начинающему, и есть даже несколько крутецких дополнений, которые при небольшой фантазии и должном старании помогут сварить небывалые шедевры! Кстати… я видел, ты распаковывал книгу.

Корн вздрогнул, он и правда достал небольшую красную книгу, которая лежала в чемодане с вещами, – подарок Корнелии. В ней были собраны оригинальные заклинания рода Массвэлов. Это было его сокровищем, пока бесполезным, но когда он откроет стихии, с помощью неё он сможет достичь больших высот. Он не хотел, чтобы кто-то, кроме него, читал её.

– В Академии запрещено выносить книги из библиотеки, а поскольку определить, где чья книга, затруднительно, то студентам вовсе не разрешают держать их у себя. Периодически бывают проверки. Если ты не хочешь потерять книгу, то спрячь, иначе её отнимут, и неизвестно, куда уберут. Вполне возможно, что в закрытый отдел. Без доступа ты её вообще больше никогда не увидишь! Со мной вот так и было… Книга моей учительницы пропала в отделе для Чёрных дюжин. Хорошо хоть, я её почти выучил за то время, что она находилась у меня, но всё равно оби-и-идно…

Корн кивнул Суру, припоминая, что в правилах действительно это значилось, и стал думать, куда же ему спрятать книгу. 

– Ладно, я за ящиками, заодно принесу несколько колб для тебя. 

– Где ты их возьмёшь? 

– У меня всё ещё остались связи в Белом дворце… – Сур подмигнул и заглянул в шкаф.

Там он взял огромную синюю форму и быстро в неё переоделся. Штаны, спадающие с невысокого Сура, внезапно зашевелились и сели по его фигуре. То же самое произошло с белоснежной рубашкой и синим пиджаком.

Корн с любопытством наблюдал за изменениями одежды. Судя по её цвету, Сур был магом воды. Довольно сильная стихия, лишь немного уступающая огню. 

– Твоя – коричневая, поскольку у тебя нет магии, всё, ушёл, – он выскользнул за дверь. 

Корн медленно подошёл к шкафу, в котором висели все цвета формы и переоделся в коричневый пиджак и брюки. Рубашка для всех была одинаковой – белая, с длинным рукавом из добротной ткани, давно Корну не приходилось носить такую. 

Окончание дня он провёл в библиотеке за чтением “Алхимии для ленивых”, которая сначала показалась ему несерьёзной, но потом понравилась. Книга была написана с юмором, порой довольно чёрным, поэтому походила больше на художественное произведение, чем на учебник, но всё же содержала в себе множество интересных, подробно расписанных, рецептов приготовления зелий. Когда он вернулся в комнату, Сур уже спал. Корн тихо разделся и тоже лёг.

Утром Корна разбудил внезапно раздавшийся вой, он сам не понял, как очутился на ногах, стоя посреди комнаты. 

– А-ха-ха-хах, – Сур утирал от смеха слёзы, указывая рукой на Корна. – Ой, не могу… аха-ха-хах… – он наконец отсмеялся и объяснил: – Это местный будильник, все поначалу на него так реагируют. В Белом общежитии такой же, так что я привык. У нас сегодня линейка, на которой определят состав дюжины. Так что пойдём, глянем на счастливчиков.

Через десять минут они подошли ко входу Чёрного замка. Перед ним уже стояло около сотни студентов в разноцветной форме. 

Сур сладко зевнул и спросил:

– Как думаешь, Терран пройдёт? 

– Кто знает… Я бы предпочёл, чтобы нет.

Сур рассмеялся:

– Не поверишь, но я тоже. Кажется, он невзлюбил меня, странно, да? – ухмыльнулся он. – Эх, мне ещё три зала сегодня драить… Итак вчера до ночи ползал. Туалеты были бы веселее…

– А что бы ты сделал с туалетами? – заинтересовался Корн. Ему ещё у директора показалось странной улыбка Сура, когда ему назначили столь неприятное наказание.

– Хах, интересно? – он поиграл бровями. – Но это тайна, которую я не могу раскрыть… О, смотри, представление начинается! Я ещё в прошлый год приходил поглазеть. Кто-то волнуется, кусает ногти, а кто-то жрёт булочки, а когда его вызывают, роняет кусок и ошарашенно переспрашивает. Артефакт порой такие вензеля выдаёт – указывает на тех, про кого никто бы не подумал, что он силён и достоин места в дюжине, но говорят, что всегда выбирает заслуженно. 

Артефакт принадлежал семье Ниро, Корн не знал, как тот работает, но предполагал, что вряд ли возможно при помощи него выбрать кандидатов в дюжину. Хотя по слухам, как и говорил Сур, он выбирал сильнейших ребят на курсе. Позже их право состоять в элитной группе могли оспорить, но мало кому удавалось победить членов дюжины, чтобы отнять у них место. 

Директор вышел перед студентами и произнёс краткую речь о значении Чёрных дюжин и том, что в неё могут попасть лишь самые достойные. Он подкинул небольшой металлический куб, тот завис в воздухе и раскрутился. Вспышки молний скрыли его поверхность. Раздался звук, похожий на чириканье птиц. Многие из тех, кто находился в первых рядах, прикрыли глаза от режущего света. 

Куб остановил вращение, и из него вырвался алый луч. Заскользив по толпе, он замер, высветив студента в красной форме. Парень улыбнулся, люди вокруг него расступились. Он прошёл вперёд и встал рядом с директором. Второй красный луч остановился на Терране. Сур с Корном переглянулись и подавили вздох. 

– Пришёл конец моей спокойной жизни… – пробурчал Сур. Корн разделял его мнение. Терран вряд ли оставит их в покое. Теперь он был наделён не только силой, но и властью. Впрочем, Терран отчего-то не выглядел счастливым.

– Наверное, хотел стать капитаном… – прокомментировал его выражение лица Сур. – Тогда бы луч был чёрного цвета. Так что он обломался… – алхимик ухмыльнулся. 

Отбор продолжался. В дюжину попадали маги разных стихий и каждый раз луч был соответствующего цвета, всего лишь раз он окрасился в зелёный и остановился на Грэге. Тот облегчённо выдохнул и улыбнулся, вставая рядом с другими избранными. Среди десяти выбранных человек было всего три девушки. 

Оставалось три места.

– Интересно, кто станет капитаном… В прошлый раз чёрным засветился третий студент, которого выбрали, так что не думаю, что порядок здесь имеет значение…

– Зачем мы здесь стоим? – недовольно проворчал Корн. Ему не доставляло никакого удовольствия смотреть на счастливые улыбки избранных. – Я бы лучше поучился… 

– Согласен, – зевнул Сур. – Но вот я бы лучше поспал.

– Я вчера почитал ту книгу, – Корн решил не терять зря времени и расспросить Сура про непонятное. – Там есть странная формула, которая… – Корн оборвал себя, поскольку алхимик, глядя на него, широко распахнул глаза.

– У меня что-то на лице? – спросил он, прищурившись от луча Рэи, попавшего в глаз. Сур кивнул.

– Тебя выбрали…

– Куда? – не понял Корн. 

Вокруг стояла тишина. Белый луч артефакта светил прямо на него. 

Корн открыл рот от удивления, но последовал к остальным. 

Что бы это значило? Причуда директора? Артефакт можно настроить, чтобы он выбрал кого-то конкретного? Но даже если так, зачем было директору нарушать собственные правила ради него. Тогда, это причуда самого артефакта?

Корн вспомнил слова директора о себе, что если бы он обладал магией, то она была бы довольно сильной. Артефакт может определять потенциал человека? 

Куб закрутился вновь, и белый луч остановился на незнакомом парне в коричневом. Значит, Корн не единственное исключение – без магии всё ещё попадают в дюжину. 

Остался последний невыбранный студент, и судя по тому, что Корн слышал, луч должен был стать чёрным и указать на капитана. 

Луч остался белым и заскользил по толпе. Он замер на Суре, который выглядел удивлённым. Он направился не к остальным избранным, а к директору и спросил:

– Почему луч был белым, а не синим? У меня ведь есть магия воды. 

– Мне самому интересно, – ответил тот.

Директор объявил:

– Первая дюжина выбрана, и по правилам через полгода все желающие смогут вызвать любого из её членов на бой. А одержав победу, занять место проигравшего. В этот раз артефакт не указал на капитана. Это значит, что его изберут сами участники дюжины. 

После этого студенты разошлись, а Чёрную дюжину собрали на Первой арене, построив их в шеренгу. Студенты пестрили разноцветной формой: маги огня, воды, воздуха, земли и даже те, кто не открыл магию – в этой дюжине собрались все.

Первая арена представляла собой отдельную тренировочную комнату, выглядящую как большой зал из хелиропа, серого камня, который восстанавливался при повреждении за счёт рассеянной энергии в окружающем пространстве. 

К студентам вышла магесса, одна из тех, что принимала у Корна вступительный экзамен. Вчера она была в алом брючном костюме, но теперь на ней было длинное красное платье в пол. На этот раз она представилась:

– Меня зовут Миранда Блэр. Как вы уже, безусловно, заметили, я маг огня, – она подняла руку ладонью вверх, и над ней взвилось рыжее пламя. – Предупреждаю, у меня вспыльчивый характер и не советую мне перечить. Итак, стихии ваши очевидны, имена пока меня не волнуют, разве что вот вы, – она указала на Корна и широкоплечего парня в коричневой форме. Оба они не имели магии. – Чудо, что вы оказались в дюжине, я не хочу отстранять вас от занятий, но если вы будете слишком часто получать раны, мне придётся это сделать. У вас в группе всего один целитель, – она вывела Грэга в зелёной форме из шеренги и поставила перед всеми. – Вот он. Давай, представься.

– Я Грэг, – чуть поклонился он. – Рад познакомиться. 

– Простолюдин… – брезгливо фыркнул один из парней, у него было унылое лицо, невыразительные глаза и русые волосы, убранные в низкий хвост. Судя по жёлтой форме, он был магом воздуха. 

– Верно, – ухмыльнулся лекарь, совершенно не стушевавшись. – Но, как только закончу Академию, мы будем равны по статусу, да и сейчас я одного с тобой ранга, как и ты я маг Первой дюжины. Более того, если ты не будешь меня уважать, полагаю, я могу случа-а-айно, – Грэг скрестил руки на груди и ухмыльнулся, – забыть лечебную печать, когда ты что-нибудь себе повредишь… или не успеть к тебе подойти, когда ты будешь истекать кровью и так остро нуждаться в моей неотложной помощи.

Он с вызовом посмотрел на воздушника. Тот порывался ответить, но магесса его прервала:

– Вот именно, молодец, – она хлопнула лекаря по плечу, отчего тот еле удержал равновесие. – Здесь нет простолюдинов и аристократов. Вы все – теперь одна команда, конечно, вы соперники до тех пор, пока не выбран капитан. Но вам потребуется поддержка друг друга, постарайтесь подружиться. А Грэг – ваша единственная надежда на лечение, поэтому уважайте его и заботьтесь о нём. Вы меня поняли?

– Поняли…

– Вот и замечательно. Сегодня знакомьтесь друг с другом, можете позаниматься здесь самостоятельно. Не забудьте посмотреть ваше расписание на завтра, оно вывешено на первом этаже, не опаздывайте, – и развернувшись, Миранда покинула арену.

Вперёд вышел Терран и развернулся лицом к остальным ребятам:

– Я Терран Гифан. Пока капитан не определён, давайте выберем временного капитана. Предлагаю себя на его роль. Если кого-то моя кандидатура не устраивает, то можем сразиться. Уверен, что я – самый сильный из вас, поэтому с удовольствием приму вызов от любого и докажу, что достоин повести вас за собой. 

– Пф… – фыркнул Сур и тихо, так, чтобы Терран его не услышал, проговорил: – Сразу хвост распушил… 

– Что, нет желающих? – Терран схватил рукоять своего огромного меча и, вынув из ножен, закинул его на плечи, после чего обвёл всех взглядом, остановив его на Корне, Терран усмехнулся. – Может быть, ты не согласен? 

– Не согласен. И думаю, что такой я не один… С чего бы нам соглашаться на твою кандидатуру, если нас не просили выбирать временного капитана? Я не собираюсь подчиняться кому-либо до официального назначения, – он пожал плечами. 

– Поддерживаю! – воскликнул Сур. – Кто с нами? – он огляделся.

Вперёд выступила пышная блондинка в жёлтом. У неё были короткие вьющиеся волосы цвета пшеницы, приятное округлое лицо, серо-голубые глаза и курносый нос. 

– Угида, – представилась она, ткнув себя пухленькой ручкой в объёмную грудь. – Поддерживаю… – она взглянула на Корна и ткнула пальцем в его сторону: – … его. Ты, Терран, не имешь права захватывать власть. Ты не доказал, что подходишь на роль нашего лидера. Я тебя впервые вижу, а ты уже себя ведёшь, как будто все в этом зале – твои слуги. Предлагаю вопрос решать не силой, а голосованием. Не всегда сильнейший – лучший кандидат на роль руководителя. И уж прости, ты – очевидный тому пример. 

– Что ты сказала? – возмутился Терран. – Только слабые так говорят. Ты из себя очевидно ничего не представляешь, поэтому и предлагаешь решать всё голосованием. Но будь по-твоему! Кто против меня? Поднимите руки! – мечник зло прищурился, будто собирался пронзить насквозь каждого, кто поднимет руку.

Блондинка не испугалась его взгляда и подняла руку одновременно с Суром. Остальные не спешили к ним присоединяться.

Корн едва заметно вздохнул и вышел вперёд, встав плечо к плечу с Терраном. Мечник был выше его на пол головы и сложен более крепко, Корн рядом с ним казался хрупким, он заговорил:

– Позволь, я спрошу… Мне кажется, ты в своём вопросе немного неправильно расставил ударение.

– Ты вообще не лез бы, куда не полагается… – прошипел Терран. 

– А что, у нас тут нет равноправия? Меня тоже выбрал артефакт, – Корн ухмыльнулся, взглянув в блекло-голубые глаза мечника. – А значит, я имею право стоять тут и высказывать своё мнение, точно так же, как ты высказал своё. 

– Давай, Корн, жги! – Сур поднял сжатую в кулак руку вверх.

Корн повернулся к ребятам и внимательно посмотрел на каждого из них:

– Будьте добры, поднимите руку те, кто хочет, чтобы Терран прямо сейчас стал нашим временным капитаном. 

Одна девушка и двое парней подняли руки, потом к ним робко присоединилась ещё одна мужская рука. 

– Четыре из двенадцати, – подвёл итог Корн. – Думаю, вопрос закрыт.

Терран зло на него посмотрел, но он не обратил на него внимания и продолжил: – Давайте лучше познакомимся. Я – Корн. Моё любимое оружие – кнут, но я также могу сражаться на мечах, предпочитаю два меча.

Все поочерёдно представились, говоря о своих предпочтениях в бою или основных умениях. Последним заговорил Сур:

– Я Сур, у меня нет любимого оружия, не люблю драться и вообще напрягаться. Моя страсть – алхимия. Из-за неё я и остался на второй год, переведён из Белого дворца, – он с широкой улыбкой подмигнул. 

– Скажи нам, Сур, – спросил его Регерт, тот самый невзрачный воздушник, который вначале занятия придирался к Грэгу. – Отчего артефакт, когда тебя выбирал, даже цвета не приобрёл? Если ты тут целый год, то должен был открыть стихию, иначе бы тебя уже исключили.

– Даже не знаю, – протянул Сур. – Самому интересно отчего…

– А не от того ли, что твоя магия настолько слаба, что артефакт её просто не уловил? – ухмыльнулся Регерт. 

– Вполне возможно, – легко согласился Сур. – Моя магия действительно довольно слабая. 

– Ты так спокойно говоришь, что ты слабак? – Регерт поднял брови. Похоже, он не ожидал, что алхимик так просто признает его утверждение.  – Это несмотря на то что ты тут уже год учился?

Сур нахмурился:

– Кто сказал, что я слабак? Уши прочисти. Я только сказал, что моя магия слабая. 

– Разве это не одно и то же? – рассмеялся воздушник. Сур посмотрел на него, как на идиота, и поцокал языком:

– Тяжело тебе придётся… с птичьими мозгами-то…

– Что? – вскинулся Регерт, потоки воздуха ударили Сура в лицо, но он даже бровью не повёл, лишь медленно улыбнулся. 

– Прекратите, – вмешался Грэг. – Что за ужас вы тут устраиваете? Мне жаль себя, вы же так все передерётесь, а мне лечи… 

– Разве для тебя это не будет хорошо? – спросил Корн.

– Почему это для меня может быть чем-то хорошим? – не понял Грэг, он развернулся и посмотрел на Корна, который стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди.

– Практика в магии… Опыт ведь самое главное? – Корн едва заметно усмехнулся.

Грэг задумался, расплылся в улыбке и кивнул. 

– Прошу прощения, – он отошёл в сторону от Сура и Регерта, – деритесь, на здоровье… Я вам, ни в коем случае, не мешаю.  

Девушка в синей форме с длинными русыми волосами, представившаяся Борой Нави, закатила глаза:

– Мне надоело. Я ухожу. Увидимся завтра. 

– Похоже, что сегодня у нас никакой тренировки уже не выйдет, – заметила Угида. – Предлагаю сегодня всем отдохнуть.

Терран хотел было возразить, но ребята один за другим покидали помещение. Корн тоже направился к двери, но Терран преградил ему путь.

– Чего тебе? – недовольно спросил Корн.

Мечник не отвечал ему, пока они не остались в помещении вдвоём.

– Ты что о себе возомнил? – Терран толкнул Корна. – Бывший Массвэл в Академии Ниро качает какие-то там права? Да это просто шутка века! – глаза его были холодны, как ледяная трава. 

Сур заглянул в зал:

– Ты идёшь? – спросил он Корна. Но Терран захлопнул перед его носом дверь и опустил задвижку. С той стороны послышался шум, будто по двери стучали кулаками, но задвижка держала крепко. 

– И что ты собираешь делать? – напряжённо спросил Корн, с презрением смотря на избалованного аристократа. К сожалению, у него просто не было сейчас сил противостоять ему.

– Как это что? – ухмыльнулся мечник, разминая кисти. – Учить не перечить.

Корн сжал зубы. 

Академия относилась к дракам по большей части положительно, поэтому ждать какой-либо помощи от руководства или преподавателей было глупо. Миром правят сильнейшие, несмотря на то, что Корн предложил выбрать капитана голосованием большинства, он очень хорошо понимал, что сила решает всё. Просто он не рассчитал, что его предложение заденет гордость Террана настолько сильно. 

Мечник аккуратно прислонил своё оружие к стене. 

– Ты растерял всё своё чувство самосохранения. Как ты можешь быть таким наглым до сих пор? Удивительно, что ты вообще с такими выходками дожил до сего дня, – Терран подходил к Корну, тот хотел оказаться от него как можно дальше, но было глупо бегать по всему залу, особенно учитывая разность в их скорости. Даже Корнелия в детстве и то его перегоняла. Так будет всегда. Маг физически гораздо сильнее обычного человека с низкими запасами вэ. Корн заставил себя стоять на месте, он просто холодно смотрел прямо в глаза подходящего всё ближе блондина. 

Прилетевший в живот кулак заставил Корна выдохнуть и согнуться. Удары посыпались один за другим, слишком сильные и быстрые чтобы Корн смог увернуться или защититься. Он был гораздо слабее. Мечник старался наносить удары в незаметные места, не оставляя значительных травм. 

Корн тяжело дышал, до скрипа сжимая зубы. Царапающая боль пронзала каждую клетку тела. Но гораздо хуже было от того, что он ничего не мог с этим поделать. Он злился на свою слабость, в какой-то мере даже считая, что всё, что с ним сейчас происходит – вполне заслуженно. Сейчас он просто муравей под ногами Террана, и не имеет права осуждать его. Корн ненавидел себя за это.

Шум за дверью нарастал, наверное, это Сур подсуетился . Хотя Корн предпочёл бы, чтобы о его позоре никто не знал.

Он свернулся в клубок, схватившись за живот, в который пришёлся очередной удар. Лицо уткнулось в прохладный хелироп. В щеку впились небольшие камушки, должно быть, грязь с подошвы ботинок.

– Даже сейчас упираешься? – Терран пнул в бёдра. Корн молчал. За всё время, пока мечник избивал его, он старался не издать ни звука, хотя не поручился бы за то, что у него это действительно вышло.

Терран сплюнул и поднял задвижку. В зал ворвались Сур с Грэгом. Лекарь смерил Террана укоризненным взглядом, а Сур бросился к Корну.

– Ты как? – он осторожно прикоснулся к его плечу, но тот вздрогнул, и Сур отпрянул.

– Думаю, на сегодня тренировка закончена, – хмыкнул Терран и вышел из зала. 

Грэг подошёл к Корну и поставил над ним руки. Под ним развернулась золотистая печать, волна тепла пронеслась по телу Корна, неприятные ощущения отступили. Он позволил себе расслабиться и поморщился от остаточной боли. Осмотрев его, Грэг резюмировал:

– Наш несостоявшийся временный капитан бил в места, которые не угрожают жизни, даже без магии травмы в этих местах вылечились бы быстро, а уж с её помощью… Это похоже на предупреждение. 

Корн почувствовал, что может безболезненно шевелиться, и поднялся. 

– Эмм… Благодарю, – смущённо сказал он Грэгу, отведя взгляд в сторону, и поспешил уйти из зала.

– Я же не закончил… – донеслось ему вслед, но он уже направился в свою комнату. Сур тихо следовал за ним.

Когда Корн опустился на кровать, алхимик заговорил:

– Очень странно, что он выбрал целью именно тебя, а не меня, например, ведь я на хвост наступал ему чаще, чем ты. Почему он не оставил нас обоих в том зале, чтобы избить? Вряд ли бы он мог подумать, что не справится с нами обоими. Есть, что-то, чего я не знаю?

Корн молчал.

– Ах да, – хмыкнул блондин, – я забыл, с кем имею дело, конечно, ты не ответишь… Дай-ка осмотрю твои раны, коль ты не дал себя Грэгу долечить. У меня есть кое-какие заживлялки.

– Не надо.

– Будешь весь в синяках ходить? И тебя совсем не будут смущать взгляды студентов и преподавателей? 

– Со мной всё впорядке. Когда мне действительно будет нужно лечение, я обращусь к Грэгу. Если у тебя есть время на глупости, лучше научи меня чему-нибудь полезному из алхимии. Желательно тому, чем можно отбиться от нападения. 

– О-хо-хо! Это ты молодец, давай покажу… – глаза Сура заблестели от предвкушения. 

Рэя уже ушла за горизонт, её сменила Уна*, сияющая голубым светом среди искорок звёзд. Стало слишком темно и ребята включили плоские магические лампы на потолке. Они придавали комнате рыжеватый оттенок.

(Уна* – ночное светило, голубого цвета).

Двое склонилось над небольшим котелком, стоящем на небольшой переносной жаровне.

– Нет, стой, не добавляй пока! – Сур вытащил из мешочка нечто, напоминавшее коричневый камешек с ноготь размером. Зажав нос двумя пальцами свободной руки, он кинул его в варящееся зелье. Прозрачная жидкость стала буро-красной, по комнате разлился отвратительный запах тухлой рыбы. 

Глаза заслезились, Корна замутило, запах был настолько невыносим, что он выкинул приготовленную ветку на пол, и ринулся в уборную. Через пару минут он вернулся бледный и злой. Вонь в комнате уже стала менее раздражающей, но всё ещё висела в воздухе. Котелок был пуст, а четыре длинных склянки было заполнено бурой жидкостью и крепко закрыто притёртыми пробками. 

– Не злись. Я поделюсь, – виновато улыбнулся Сур, потряхивая бутылочками, которые ловко уместил между пальцами одной руки. – Половина твоя.

– Три из четырёх, – хмуро произнёс Корн, садясь на пол перед затухающей жаровней. – И научи меня зелью, что на время лишает обоняния.

– А-ха-ха-хах, идёт, – Сур передал три склянки Корну. – Будь осторожен и не разлей. А то нам придётся переезжать!

– Где твоё чудо-заклинание, что уберёт эту вонь? – Корн махнул рукой и брезгливо поморщился. – Как к нам с такого аромата ещё соседи не прибежали? 

– Потому что я установил барьер, чтобы запах не выходил за пределы комнаты. По началу, когда я варил без него, так и случалось: не проходило и десяти минут, как около моей двери стояли недовольные. Так что я уже опытный, – он подмигнул и поднялся на ноги. – Смотри на чудо!

Сур прикрыл глаза и вздохнул. Он медленно поднял вперёд руки и развернул их ладонями к друг другу. Между его руками начало формироваться тусклое голубое сияние, постепенно оно уплотнялось в небольшую печать. Несмотря на то что заклинание не требовало много силы и являлось всего лишь одноуровневым, оно было гораздо с более сложным узором, чем обычное. Замысловатые письмена, вписанные внутрь круга, засветились более отчётливым голубым цветом, печать вспыхнула и быстро завертелась, по комнате разлетелись многочисленные мелкие брызги воды. Они скользнули по каждой поверхности в комнате, по лицу и телу Корна, чуть намочив его одежду, и отхлынули обратно, забирая с собой неприятный запах. 

Ощущение было таким же, как после дождя. Аромат свежести заполнил комнату. Сур держал на руке небольшой водный шар, который медленно вращался вокруг своей оси, алхимик подошёл к окну, распахнул его и выкинул шар на улицу.

– Готово, – довольно проговорил он. – Впечатляет, да? 

– Какое впечатляет? Ты должен был сделать это давно. К тому же если бы не это заклинание, я бы съехал от тебя сегодня же!

Сур недовольно надулся: 

– Я не такой сильный, чтобы одновременно и барьер держать, и комнату очищать по несколько раз на дню, – он прищёлкнул пальцами, и едва заметное сияние на стенах исчезло. – Если такой умный – открой стихию воды и делай это вместе со мной. Я иду спать! – он демонстративно потопал к своей кровати.

Когда они легли, Сур всё ещё обиженно сопел в стенку. Корн тихо фыркнул, и на губах у него расползлась улыбка. Он знал, какое зелье хочет изучить третьим… Но сначала то, что лишает обоняния. После сегодняшнего он бы не променял его ни на что иное.

Корн проснулся в холодном поту. Опять кошмар… Он глубоко вздохнул, приходя в себя. Сердце бешено колотилось в груди. Он не помнил, что ему снилось, но был уверен, что во сне присутствовал его отец.

С утра были лекции. Первая проходила в Зале земли на первом этаже. Он был оформлен в коричнево-зелёных оттенках. В аудиториях Академии зачастую не было никакой мебели, студенты располагались в удобном для себя месте на полу, подстелив небольшой коврик. В этом зале все они были зелёными, а преподаватель располагался на центральном, более большом, он также мог сидеть или бродил вокруг студентов, рассказывая изучаемый материал. 

Большинство лекций Чёрной дюжины проходило отдельно от остальных групп, не стала исключением и эта, поэтому в зале всего с тринадцатью студентами, было полно свободного пространства.

Корн пытался внимательно слушать, время от времени делая заметки в тетради, но его неуклонно тянуло в сон. Сур насмешливо на него посматривал. Сам он был бодр и весел, и не скажешь, что полночи колдовал над котелком ужасно вонючего зелья.

Всё из-за того же недосыпа, Корн абсолютно игнорировал Террана, который, похоже, пытался найти повод для придирок. 

Лекция была посвящена основам защиты в бою и велась магом земли Рэйном, одним из тех, что принимал у Корна вступительный экзамен. Преподаватель был молод, похоже сам недавно выпустился из Академии. Но вёл себя спокойно и рассказывал полезные вещи: не только про защиту с помощью магии, но и об обычном уклонении, как сделать его более эффективным. Следующим занятием стояла практика защиты, на нём бы Рэйн наверняка проверил бы то, насколько хорошо его слушали студенты. 

Корн в очередной раз широко зевнул, запоздало пытаясь прикрыть рот рукой, когда к нему в рот залетел комок смятой бумаги. Он чуть им не подавился, поспешно откашливаясь. Преподаватель обратил на него внимание, но не заметив ничего подозрительного, вернулся к лекции. Он подошёл к тёмно-зелёной доске на полстены, которую обрамляли витиеватые золотые листочки, и начал специальным белым стилусом, рисовать на ней расположение противников, ведущих бой. Рисунки получались корявыми, у Рэйна явно не было таланта к рисованию. Послышались смешки, но преподаватель, проигнорировав их, серьёзно продолжал рассказывать о том, какую защиту лучше выбрать при той или иной ситуации.

Корн аккуратно развернул бумагу. Из-за того, что он прикрыл глаза, когда зевал, он не понял, от кого прилетела эта записка. Конечно, он мог бы и догадаться… Она была от Сура. Он предлагал после урока найти управляющего и попросить у него разрешения взять некоторые ингредиенты из запасов Белого дворца. Когда Корн понял, кто так метко попал листком бумаги в его рот, он перевёл на алхимика убийственный взгляд, тот сделал вид, что всецело поглощён рассказом лектора, хотя до этого даже не смотрел на доску.

Когда лекция закончилась, Сур подмигнул Корну и взглядом показал, что ждёт его на выходе. Корн подхватил небольшую поясную сумку, в которой он теперь носил зелья, и последовал за Суром. Терран следил за ним, но Корн, хоть и замечал его холодный взгляд, старательно игнорировал, хотя в глубине души и понимал, что рано или поздно терпению мечника придёт конец. 

– Ты Корн? – спросил его незнакомый парень лет восемнадцати, поджидающий на выходе из зала. 

Стройный и высокий, бледнокожий, с чёрными волосами до плеч и прозрачными серыми глазами в официальной форме дюжины, он притягивал взгляды окружающих. Впрочем, его осанка выделяла бы его, даже будь он в невзрачной одежде прислуги. Серые глаза источали толику любопытства, а голос – полное безразличие. 

Корн остановился как вкопанный. Кто это такой, и зачем он понадобился этому парню? 

– Я спросил, ты Корн? – парень немного сдвинул брови, в голосе появились нотки раздражения. 

– Да. Чего нужно? 

– Мао? – раздался позади тихий голос Террана. – Ты же Мао? – спросил он уже громче, подходя к Корну. 

– Я Мао Ниро, капитан Третьей дюжины, – чуть кивнул брюнет, безразлично глядя на Террана, и посмотрел на Корна. – Приятно познакомиться, – формально сказал он, но в его суженных глазах стоял лёд.

Сердце Корна забилось быстрее. Это был старший сын директора, Мао. Ниро славились тем, что владели самой сильной стихией – молнией. Мао был с детства одарён ей, и считался очень умелым магом, что доказывал его пост капитана дюжины. 

Не стоит упоминания, что Массвэлы никогда не ладили с Ниро, это было так же естественно, как вражда кошек с собаками. Поэтому Мао ещё довольно доброжелательно разговаривал с ним. Не говоря о том, что нынешний статус Корна, как простолюдина без магии, опускал его ниже подошв стоящего перед ним мага из великой семьи.

  – После занятий директор ждёт тебя в кабинете, – Мао развернулся и ушёл. 

Терран с сомнением посмотрел на Корна и, пройдя мимо него, отправился на арену. Сур и Корн на некотором отдалении последовали за ним. 

– Тобой заинтересовался сам Ниро? Корн, ты такой таинственный… – Сур щурился, смотря на яркое небо. 

Терран обернулся и сказал:

– Нет здесь ничего таинственного. Просто он, – мечник указал рукой в сторону Корна, – бывший Массвэл, которого изгнали из семьи. На месте Мао, я из любопытства бы тоже пришёл посмотреть на это ничтожество. 

Сердце Корна пропустило удар. Он не хотел, чтобы кому-то стало известно о его прошлом. Сур был бы последним, кому бы он об этом рассказал. Но Терран не стал держать язык за зубами, и теперь неизвестно как изменится отношение алхимика. Какой смысл общаться с тем, кто ничего в жизни не добьётся, да и вообще через несколько месяцев покинет Академию… Корн опустил взгляд в землю. 

– Это правда? – спросил Сур. Корн молча кивнул. – О… Это всё объясняет. Так вот зачем тебе так нужно было к директору… – протянул Сур. В его голосе не слышалось презрения. – А зачем, кстати? Я бы на твоём месте ему на глаза постарался даже не попадаться. 

Корн поднял взгляд и посмотрел в золотистые глаза, искрящиеся любопытством. 

– Я тебе потом расскажу… – хмыкнул он. 

Терран недовольно посмотрел на Сура, отвернулся и ускорился ещё больше.

– Эй, Терран! – проговорил алхимик ему в спину. – Тебе не кажется, что чужие секреты раскрывать довольно подло? – мечник остановился, развернулся и схватился за рукоять меча. Алхимик не испугался и продолжил свою речь. – Может тебе об этом для начала поговорить с директором? – он со смешком добавил: – Ведь очевидно, что он в курсе всей ситуации и у него имеется какой-то план. Если ты вдруг в него вмешаешься… Это, наверное, не принесёт тебе ничего хорошего? 

– Заткись, – Терран нахмурился, но не стал отвечать и просто развернулся, чтобы скрыться во входе в тренировочный корпус. 

– Зачем ты его злишь? – спросил Корн.

– Он меня забавляет, – хихикнул Сур. 

– Нарвёшься же… 

– Скорее всего, – кивнул он. – Нужно припасти больше зелий, – он широко улыбнулся и подмигнул Корну.

На занятии они практически оттачивали то, что им преподавали на теории. Потом Корна и Вэна отправили на отдельное занятие, предназначенное помочь им в освоении магии. Но веры в то, что подобные занятия смогут принести ему пользу, уже не осталось.

У Вэна была похожая ситуация, он был аристократом, а значит, его уже обучали в семье, но раз отчего-то его магия до сих пор не открылась, то и в его случае всё было не так просто. Парень выглядел унылым настолько, что Корна слегка подташнивало, когда он смотрел на него. Его бесило выражение беспомощности на его лице, он еле сдерживался, чтобы не разбить ему нос.

Как же он раздражал! Как он вообще залез на остров с таким-то “рвением”?

После занятий Корн постучался в кабинет директора. Сегодня станет понятно, есть ли у него шанс открыть магию, или стоит задуматься об алхимии, как о своей основной специальности… К сожалению, даже в таком случае без магии настоящим алхимиком было не стать. Не упоминая о том, что так он не сможет вернуться в семью.

– Войдите, – послышалось из-за двери, и Корн прошёл внутрь.

Директор пил чай у себя за столом. Увидев Корна, его глаза прищурились в предвкушении. 

– Это ты. Отлично. У меня возникла идея и я кое-что собираюсь попробовать. Не хотелось бы, чтобы все были в курсе происходящего, поэтому будем экспериментировать в подвале. Для остальных можем сказать, что ты что-нибудь нарушил, хм… Ну, например, грубо со мной разговаривал, – весело хмыкнул лорд Ниро, – и теперь постоянно драешь подземные казематы. Как тебе?

– Эм… Я не буду врать, – Корн чуть опустил голову. – Извините.

– О… – задумчиво протянул директор. – Я позабочусь об этом слухе. Тебе не придётся ничего говорить. Так подойдёт? – Корн посмотрел в серые глаза, которые как будто бы посмеивались над ним, хотя выражение лица директора было нейтральным и спокойным.

Корн кивнул. 

– Хочешь чаю? – спросил лорд Ниро, поднося чашку к носу и с наслаждением вдыхая приятный аромат, витающий в комнате.

– Нет, благодарю, – сухо отозвался Корн.

– Тогда можешь начинать отработку с сего момента, – лорд Ниро поставил чашку на блюдце, так и не отпив. – Я соберу инструменты и подойду через несколько минут. Хотя наверняка несмотря на наши небольшие предосторожности, когда-нибудь растекутся слухи, что я экспериментирую над бедным студентом, не иначе как из чувства мести к его бывшей семье, – Корн внимательно поглядел на директора, но тот лишь с улыбкой кивнул в сторону двери. – Иди. 

Корн вышел и постарался понять, где был проход на нижний этаж. Наверное, стоило об этом у кого-нибудь спросить… 

Мао стоял рядом и как будто ожидал, когда его отец освободится, он мазнул по Корну безразличным взглядом и собирался постучаться в дверь.

– Стой, – попросил Корн. – Подскажи, где находится вход в подвал.

Мао чуть удивлённо спросил:

– Зачем тебе?

– Эм… – замялся Корн, не зная, стоит ли ему отвечать. Мао пожал плечами:

– Дверь находится под лестницей на второй этаж. Её охраняют с внутренней стороны, тебя так легко не пропустят, – он постучался в кабинет и, дождавшись ответа, вошёл. 

Несмотря на слова Мао, Корна без вопросов пропустили, видимо, директор уже предупредил охрану, его даже провели в пустой просторный зал и выдали весь полагающийся для уборки инвентарь. 

Зал напоминал квадратную тренировочную комнату, её размер был таким же большим, как и арена, на которой тренировалась Первая дюжина. Корну сразу стало очевидно, что помещение не предназначалось для задержания преступников, и скорее подходило для испытания заклинаний. Он провёл ладонью по прохладной поверхности стен. Камень напоминал хелироп, но был светлее, и на нём не было характерных для того молочного цвета прожилок. Это был другой минерал. Возможно, Корн бы смог почувствовать некоторые колебания окружающего фона, если бы он был магом, а так камень казался обычным. И всё же он был уверен, что это было не так. 

Он взял ведро и покрутил его.

Стоило ли ему действительно здесь убраться? Для большей достоверности, так сказать? Немного подумав, Корн решил, что не будет такого делать, если только его действительно не заставят. Он отставил ведро в дальний угол и сел на пол, облокотившись на стену, достал из поясной сумки флакон и задумчиво стал его крутить, после чего вытащил тетрадь, и принялся карандашом записывать идеи для следующего зелья. Вдруг он вспомнил Сура, который сидел под деревом и копался в своих зельях, наверное, он сейчас выглядел так же странно, как и он сейчас. Корн хмыкнул и углубился в разработку рецепта.

Через полчаса дверь открылась, и в зал зашёл директор.

– Ты учишься варить зелья? – он увидел заметки Корна. – Хорошая вещь, как вспомогательное средство. Однако без магии, ты не сможешь приготовить ни одного достойного эликсира, и сумеешь стать разве что помощником алхимика. Так, держи… – он сунул в руки Корна огромный увесистый свёрток и опять вышел.

Вскоре он вернулся с сундучком и тяжело опустил его на пол. Если сам директор, наделённый несметным количеством магии, испытывал затруднения в его перемещении, то сложно представить, насколько много тот весил. 

– Я уже всё подготовил, – лорд Ниро прошёл в центр помещения и топнул ногой. Вокруг него вспыхнули белые искры и пробежали во все стороны по полу. 

На нём проявился сложный узор. Корн сосчитал кольца у замысловатой печати. Четыре! Самой сложной печатью являлась печать с пятью кольцами. Но уже многие века никто не мог её создать – четырёхуровневая была пределом нынешних магов. Корн восхищённо посмотрел на лорда Ниро. Не зря он считался великим в мире магии. 

– Это для того, чтобы проанализировать твои каналы внутренней энергии. 

Корн недоумённо посмотрел на директора. Тот понимающе кивнул, забрал свёрток, развернул его и положил на пол два небольших металлических жезла. Он принялся объяснять:

– Внутренняя энергия обычно протекает сквозь всё тело. Но это необязательно так. У некоторых людей она течёт по определённым путям и не заходит за их пределы, у некоторых совпадает с током крови или лимфы. Гораздо проще стать магом тем, у кого она пропитывает всё тело, у некоторых она даже выходит за пределы тела, они рано открывают стихию. Ты, будучи сыном Стедда, должен бы относиться к последним. 

Корн нахмурился.

– Да, в твоём случае это, вполне возможно, не так, поэтому и нужно проверить, – директор расставлял усиливающие артефакты по четырём сторонам печати.

Они представляли собой полупрозрачные камни разных стихий, каждый был цвета соответствующей магии. Корн видел такие раньше – это были элементарные накопители, только очень большие, обычно они были размер с перстень, а тут с целый кулак. Их главной особенностью было то, что они накапливали энергию определённой стихии. Маги не могли воспользоваться ей для создания заклинания не своей школы, поэтому они не были популярны. 

– Готово! – директор напряжённо посмотрел на Корна. – Будет… больно, возможно, очень… – добавил он. – Я пропущу через тебя молнию, это далеко не самое приятное ощущение.

– Я понял, – Корн безразлично кивнул, хоть его сердце и забилось быстрее. Разумеется, он не хотел ощущать боль. Но ради того, чтобы обрести магию, готов был потерпеть.

– Тогда снимай пиджак, рубашку, обувь, бери в каждую руку по жезлу и ложись в центр, голыми ступнями касайся пола, раскинь руки в сторону, – директор инструктировал, а Корн выполнял. – Сюда положи голову, здесь – стопы. Теперь сожми зубы, а в остальном постарайся не напрягаться. 

Корн послушно напряг челюсть и расслабил тело, глубоко вдохнул.

Раздалось чириканье молний, и белые вспышки ослепили его. По телу пробежал разряд жгучей боли, его выгнуло дугой, мелко затрясло. Корну казалось, что он оказался в центре пламени, чтобы сгореть заживо. Он резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и широко распахнул глаза. 

Директор стоял с задумчивым видом, хмурился и что-то шептал. Наконец, мышцы Корна расслабились, и чуть подрагивающее тело рухнуло на пол. Корн застонал. 

Лорд Ниро смотрел на него. Когда тот через пару минут полностью пришёл в себя и медленно сел, заговорил:

– С твоей вэ всё в порядке. Её гораздо больше, чем у среднестатистического человека без магии, и она проходит через всё твое тело. Мне не удалось определить, выходит ли она за его пределы. Но, в любом случае, причина того, что ты не открыл магию – не в ней. Но есть кое-что, что довольно интересно. Покажи, как ты управляешь вэ.

– Управляю? – удивился Корн. – Разве это возможно до открытия стихии? 

– Разумеется это возможно, но ты меня не понял… – он огляделся и указал на сундук, который ранее принёс. – Подними его.

Корн с сомнением посмотрел на сундук, который был нелёгким даже для сильного мага с огромным количеством вэ, но всё же осторожно встал, подождал, пока голова прекратила кружиться, и подошёл к сундуку.

Директор двигался вместе с ним, и когда Корн собирался взять сундук, положил руку ему на плечо и прикрыл глаза. От его кисти пробежали небольшие молнии, Корна словно ударило статическим электричеством. Он понял, что директор делает это для того, чтобы определить, как Корн использует вэ, поэтому перестал обращать внимание на его манипуляции. 

Сундук был тяжёлым и Корн не мог его поднять. Через несколько попыток он встал, так и не сдвинув его, утёр со лба струящийся пот. 

– Как я и думал, – директор раскрыл сундук и стал перебирать в нём вещи. – Твоя вэ не используется. Она как будто существует отдельно от тебя. Это довольно странно, потому что, когда живые существа нуждаются в силе или скорости, они подсознательно активируют незадействованные ранее резервы организма. Однако в твоём случае этого не происходит. 

Наконец, он нашёл, что искал, вытащил из сундука и всунул в руку Корна. Его пальцы ощутили холодную гладкую поверхность, это был белоснежный шар. Он напоминал камень, он комфортно ложился в руку, и от него пахло известняком, но он был гораздо тяжелее. На его поверхности выступали мелкие письмена в форме геометрических фигур: точка, линия, треугольник, квадрат. 

– Что это? – с любопытством спросил Корн.

– Артефакт, сделанный нашим студентом. Твоё задание влить вэ в эти символы. Начинай с точки. Если получится, они засветятся. Тренируй это в свободное время. Я не уверен, что это поможет твоей проблеме, но даже если ты сможешь просто использовать вэ для повышения своих физических качеств – это тоже будет неплохо. Встретимся здесь через два дня в то же время. Не задерживайся.

Лорд Ниро скрылся за дверью. Вскоре за ним последовал Корн, в руках он сжимал белый шар.

Занятия шли своим чередом. Корн практиковался с белым шаром, хотя пока у него выходило заставить светиться лишь точку, и то она загоралась едва заметно, но всё же это был уже результат! Ведь поначалу у него не выходило и этого. Он с волнением ждал очередной встречи с директором.

Занятия наконец-то закончились. Корн быстро перекусил в столовой, не забыв умять пару восхитительных булочек с малиновым вареньем, и шёл по коридору, направляясь к подвалу, а его настроение становилось всё лучше. Отчего-то казалось, что именно сегодня они с директором сдвинутся с мёртвой точки. 

Между столовой и Залом пяти стихий располагались многочисленные подсобные помещения. Из ближайшей доносились странные звуки, напоминающие борьбу. Корн остановился и прислушался.

– Пусти! – раздался приглушённый девичий голос. 

– Ты уже второй раз оспариваешь моё решение, – отвечал злой мужской, что показался Корну знакомым. 

Раздался звук пощёчины и тихий стон. 

– Как простолюдинка посмела раскрывать свой гнилой рот! – донёсся другой мужской голос. – Ай! Она кусается! 

– Вы – трусы! – девичий голос слышался отчётливее. – Как вам трём бугаям не стыдно зажимать девушку в углу? Вот так выглядит ваша аристократическая гордость? 

– Держи её…

Послышались звуки возни. 

На мгновение Корн пожалел, что заскочил в столовую. Пошёл бы голодным в подвал – и не пришлось ввязываться в неприятности.

По голосам он понял, что говорили его знакомые. Девушкой была Угида, а одним из парней – Терран, второго по голосу он не узнал. 

Корн задумался, а стоит ли вмешиваться. Несомненно, после такого, он сам станет вечной мишенью для издёвок мечника. Если бы он мог достойно противостоять Террану, проблем бы не было, а так, ради почти незнакомой девчонки… Этого определённо не стоило делать… Но просто пройти мимо было… не по нутру.

Корн осторожно подошёл к помещению, до его носа донеслось смешение ароматов леса, полевых цветов и еды. Он тихо приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Это была небольшая кладовка, где хранились смеси, используемые для добавления в пищу. Несколько шкафов с многочисленными баночками на полках, и травы, подвешенные сушиться на потолке – вот и всё убранство. 

Угиду прижимал к стене Вэн, не давая ей двигаться, одна его рука держала её рот закрытым. Терран стоял чуть поодаль и смотрел на них. Регерт находился спиной к двери, так близко, что, казалось, в любую секунду мог заметить Корна.

Трое… Корн мысленно застонал. Из них только у Вэна не было магии, зато он был самым мощным по телосложению, всё ещё являясь сильным противником.

Вряд ли Терран пал так низко, чтобы приставать к девушке в подсобке, да и простолюдинки не были в его вкусе. Впрочем, по мнению Корна, избивать одногруппницу, чтобы она не возникала, было ненамного лучше. Корн вспомнил, что Угида действительно сегодня опять повторила свои слова о том, что не считает Террана достойным поста капитана. Вот теперь за это и расплачивалась.

Угида попыталась призвать воздух на помощь. Маги её стихии отличались от других тем, что на первом уровне* уже могли использовать её.

(Первый уровень* – когда маг может использовать только существующую вокруг стихию, но не может её создавать. Например, маг воздуха, способен вызвать ветер, а для мага огня для использования своей стихии нужен костёр) 

Но как только вокруг сгустился воздух, Терран прищёлкнул пальцами, и рядом с лицом девушки полыхнул огонёк, сбивая её концентрацию. Она в испуге зажмурилась. 

Регерт подошёл к боковому шкафу и достал из банки пучок трав. По помещению распространился тошнотворный запах. Придерживая нос закрытым двумя пальцами, парень подошёл к Угиде и кивнул Вэну.

Корн сразу понял, что они собирались сделать. В последнее время он много читал про различные алхимические ингредиенты, и он вспомнил, что Регерт держал в руках траву, называемую аморфотитом. В малом количестве она помогала укрепить иммунитет. Но если бы Угида проглотила весь пучок, она слегла не меньше, чем на неделю, причём её бы постоянно рвало, а лекари не смогли ощутимо ей помочь, пока трава естественным путём не вышла из организма. А занимало это порой около месяца.

Девушка сопротивлялась, брыкалась и кусалась, но она была не очень сильным магом, и у неё было недостаточно вэ для значимого улучшения физических возможностей. Все её попытки призвать магию, отбивал Терран. К Вэну подключился Регерт, который грубо взяв девушку за челюсть, открыл ей рот. У неё просто не было шансов самостоятельно освободиться и не проглотить аморфотит. 

Корн вытащил из сумки зелье, которое Сур прозвал “бурая вонючка” и скривился от одной мысли о его тухлом рыбьем запахе. К сожалению, он так и не успел подготовить снадобье, отбивающее нюх, поэтому перейти на дыхание через рот – единственное, что ему оставалось. 

Он медленно потянул ручку двери, чтобы расширить щель до того размера, чтобы можно было закинуть внутрь склянку, но несмазанная дверь издала скрип.

Демоны! Корн не мог не проклянуть ленивых работников академии. 

Все лица в помещении повернулись к нему…