Маг, красотка и капитан

– Йо-оли-ик! Да где же ты?! Йо-оли-ик! 

Гита заглянула в ванную, в спальню – мужа нигде не было.  

Хотя, может, и был – разве в этих потемках разберешь? Черные стены, скуповатое освещение – такой интерьер, конечно, выглядит стильно и соответствует мрачному духу главного злодея города. Вот только в реальной жизни он создает проблемы. 

Магичка набрала в грудь побольше воздуха и что было сил заголосила: 

– Йо-оли-и... 

– Ну и зачем так кричать? – спросил кто-то совсем рядом, у ее уха. 

– ...ик! – от неожиданности Гита даже подскочила.  

Холодные руки темного мага легли на ее шею, ледяные пальцы обхватили теплые плечи. Хотели коварно скользнуть ниже, но жена увернулась: 

– Бр-р! Ты где так замерз?.. Ик! 

– В подвале, – тяжело вздохнул Йолик, старательно изображая вселенскую скорбь. – Знаешь, как там страшно? 

Хах! Так она и поверила. Напугали темного подвальными пауками!  

Ужимки квалифицированного мага смерти Йолиахандра Акополуса могли обмануть кого угодно, но только не родную жену.  

Значит, пока Гита воюет с текущими проблемами, ее муженек прячется в подвале от опостылевшего быта?!  

"Подвал – это наша свобода, подвал – это наш второй дом!" – зазвучал у нее в голове бодрый марш.  

Значит, скелеты не кормлены, летучие мыши не поены, у кота-призрака отвалились яй... ой! некоторые части тела – а он в темном углу отсиживается. Хорош хозяин дома, ничего не скажешь...

Руки магички сами собой уперлись в бока, а на лице заиграла многообещающая ухмылка. Кажется, кто-то откровенно нарывается на скандал... 

"Утека-ай..." – мгновенно отозвался плеер в ее голове.

Где там ее скалка? 

Конечно, Йолик слышал грозное сопение жены, но сделал вид, что ничего не замечает. Сейчас ни в коем случае нельзя было смотреть Гите в глаза – в такие минуты светлая очень напоминала грозного хомячка. Йолик едва сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Но зачем же обижать ее дурацким хихиканьем? Лучше направить энергию жены в правильное русло.   

Он обернулся к кровати, ловко цапнул черный стильный плед – пушистый и очень теплый. В одно мгновение укутался в него и осторожно взглянул на Гиту: 

– Я до сих пор дрожу после того подвала. Хочешь, вместе погреемся? – глаза темного хитро блеснули.  

– А как же погреемся! Значит, я его зову-зову, а он – "давай погреемся"....   

Знает Гитаа эти штучки! Сначала в плед укутаемся, потом под одеяло залезем... А потом она забудет о том, что хотела устроить мужу выволочку от всей души.  

Не дождется!  

Раз у них магии конфликтующие, значит, скандал должен быть по расписанию. И никаких отговорок! Йо-хо-хо! 

– У нас в подвале снова дверь заклинило, – виновато пробубнил Йолик, набрасывая плед на голову, –  Жайти я жажел, а выйти иж подвала жмог далеко не жражу, – он скорчил забавную рожицу. – Ну как, я похож на милую бабульку? 

Иш-шь! На жалость давит, беззубого из себя строит! Выйти он не мог... А магией колдануть слабо?  

Да не было еще такой двери, которая смогла бы удержать ее Йолика! Ее любимого мужа... 

Стоп! О чем это она? Йолика ведь взбучка ждет. Неотвратимая, как расстройство желудка после селедки с молоком. И не надо сбивать Гиту с толку. 

– Не похож ты на бабульку! А вот на противного дедульку очень даже тянешь... Ик!    

Магичка икнула так громко и сильно, что даже поперхнулась. Стояла перепуганная и прислушивалась к собственным ощущениям. Ик!  

Да что ж это такое? Ик! 

Как не вовремя... Ик! 

Ну почему она даже с мужем не может качественно поругаться? Ик! Вечно у них всё не как у людей. Ик! 

А неутомимый внутренний плеер уже тихонько выводил: 

"Что ж такое – каждый миг только ик, ик, ик..." 

Но Гита не собиралась сдаваться так просто: 

– Говорила я тебе, давай вызовем мастера... – упрямо проворчала она. – Ик! А тебе лишь бы шутки шутить. Ик! 

– Ну вот, ты уже икаешь, – темный ловко укутал свою жену в плед. 

– Ик! – грустно подтвердила Гита.  

В уютных объятиях мужа ссориться сразу же перехотелось. Может, они завтра доругаются? 

– Что ж ты такая мерзлячка? 

– Я – не мерзлячка! Просто у нас в доме вечно холодно. И сыро! Ик! 

– А что ж ты хотела? Ведь когда-то здесь было болото. Позже его высушили и построили дом. А потом в этом доме поселился я... Потому что гнилое болото – самое правильное место для темного. 

– Врешь ты все! Не было здесь никогда топи. Ик! Клиентам будешь свои сказки рассказывать.   

– Буду! – покорно согласился Йолик. 

Он вообще был сговорчивым... Особенно, когда ему что-то было нужно от Гиты. Очень даже конкретное "что-то". 

– И рассказывать буду, и сырость разводить, – продолжал бубнить Йолик, расстегивая платье жены. – И бодрящую температуру в доме поддерживать. Иначе никто не поверит, что я – взаправдашний темный. 

– Ты и так уже всех запугал! Ик! 

Гита будто и сердилась на мужа, а сама сражалась с застежками на его черной мантии. Ну и кто только придумал такие крючки? Никакой магией их не расцепишь... Ик! 

– Может, мы все-таки вызовем мастера? – задумчиво спросила Гита. – У нас столько всего сломалось... 

Лежать под мышкой у мужа было тепло и уютно, но меланхоличные поскрипывания сломаной двери слышались даже в спальне. Похоже, Йолик просто высадил ее – аккуратно вскрывать замки он никогда не умел.  

– А какой смысл? В доме, где живут маги из разных миров, всё будет ломаться. У тебя светлая магия, у меня – темная. Ты же сама знаешь, что наш союз разрушительный. 

– Но мне надоел этот бардак! Ты совсем недавно отремонтировал свой дом, а он уже похож на развалины. 

– Так это же здорово! Живописные, слегка дымящиеся развалины очень даже к лицу темному магу. 

– Но я хочу жить в нормальных условиях. Давай переедем! Пока новый дом доломаем, хоть чуть-чуть поживем в комфорте. 

– А деньги? 

Гита лишь горестно вздохнула в ответ. Надо признать честно: в их доме никогда не будет лишних монет. Сколько бы они не заработали, всё потратят. Такое впечатление, что в их натальных картах черные дыры на месте финансовых домов. Причем, в обеих картах сразу! 

– Может, поищем новый заказ? – робко предложила она. 

– Ты сама знаешь, клиентов у нас нет. Всех, у кого были хоть какие-то проблемы, мы уже обслужили. Честно старались порядок в городе навести – вот и навели. 

И это была правда – горькая, как горошинка жгучего перца, раскушенная вместе с сочным куском тушеного мяса.  

Кстати, им обоим поесть не помешало бы – желудок Гиты вел себя как-то подозрительно, точно урчать собирался. Но если они отвлекутся на еду, Йолик снова заболтает свою жену и вопрос о деньгах останется нерешенный! 

– Я предлагаю что-нибудь другое придумать. Ты же умный, напряги мозги! 

– А что тут придумаешь? – еле слышно пробормотал муж. – Только ждать, когда какая-нибудь страшная нечисть заведется. 

Уставший от ласк, он уже засыпал. А его жена, наоборот, после близости испытывала вдохновение. Получив от мужа мощный магический заряд, Гита готова была горы свернуть. Или, как минимум, устроить какой-нибудь переворот местного масштаба. Потому она продолжала настойчиво зудеть у Йолика над ухом: 

– За месяц к нам только один извращенец обратился, которого ты с лестницы  спустил! Кстати, лестницу ты ему наколдовал роскошную – теперь у нас есть парадный выход прямо с чердачного окна.  

– Ага, специально для таких клиентов. 

– Но денег с извращенца мы так и не получили! 

– А вот нечего ему было перед моей женой штаны расстегивать! 

Йолик даже проснулся, вспомнив ту историю. 

– Ты всё не так понял! – поспешно открестилась Гита. – Он хотел показать место укуса, чтобы я определила нечисть по следам зубов. 

– Какие там зубы могут быть, если он лупу с собой притащил?! Клопов ему надо потравить, а не беспокоить специалистов. Тоже мне, укус вампира в интимную зону...  

– Зато после него никто нас своими пустяками не беспокоит! Целый месяц уже заказчиков не было. 

– У нас это называется не месяц, а полный! – возмутился Йолик. – Сколько раз повторять? 

В этот момент рядом с кроватью раздался противный скрип, будто кто-то возил по стеклу тупой пилой. Через несколько мгновений в стене открылся небольшой пространственный туннель и оттуда вылез пушистый, невероятно раскормленный песец. Он лениво пересек комнату, слегка подрагивая хвостом, и ушел в стену напротив. По пути деловито оттеснил в сторону скелета, невесть как оказавшегося в спальне.  

Гита лишь глазами хлопала, глядя на это шествие. В их доме вообще нигде нельзя спрятаться! Проходной двор какой-то! 

– Паззлик, ты что здесь делаешь? – рассерженно прошипела она. – Брысь отсюда! 

Еще и зубом противно цыкнула на костлявого. По-настоящему, по-ведьмински! 

"Уходи и дверь закрой! У меня теперь другой!" – тут же взревел в ее голове плеер. 

"Пгастите, я не гхотел мешхать", –  смущенно прогундосил скелет по мыслесвязи и тихо испарился.  

Гите показалось или он немного покраснел? Неужели подслушал ее мысли? 

Йолик, кажется, не замечал ничего. Продолжал лежать с закрытыми глазами и сердито бубнил:  

– Мы же сами пришли к выводу, что нам нужно искать заказы в порту. Кстати, твоя идея с рекламными плакатами была очень хорошей. Мне уже несколько человек жаловались, что я им в кошмарных снах теперь являюсь. 

– И зачем ты эту жуть заказал? Я совсем другое имела в виду. 

– По-моему, красиво получилось. Что не так? 

– Ты на плакате выглядишь страшным. Кто на такую рекламу по-настоящему клюнет? Только какой-то криминал. 

– Ничего ты не понимаешь. Темный маг и должен внушать страх. Это же профессиональный злодей! 

– Кто в здравом уме будет связываться со злодеем? 

– Так я же не бандит с большой дороги. У нас солидное агентство... 

– Да-да... С дурацким названием "Йол ИК!". Мы же договаривались, что будет "Йоллиахандр Акополус и Ко". 

– Много ты понимаешь! У художника – побуквенная стоимость. Мы бы на одной только вывеске разорились. 

– Зато я теперь каждый раз икать начинаю, когда вижу это!  

– Ничего... Главное, чтобы клиентам не икалось. 

Йолик хотел еще что-то сказать, но дверь в спальню вздрогнула от удара: 

"Хогзяин! Пгосыпайся!  – раздалось в головах у магов. – Клиенты пгишли!"  

Никто из волшебных скелетов, живших у темного, не умел разговаривать вслух. Они только челюстями могли клацать и костями тарахтеть, но в мысленном эфире вели себя привольно. Паззлик еще и картавил безбожно – Гита не всегда его понимала, но голос могла узнать из тысячи. 

"Хозяин, поторопись – они с деньгами. Правда-правда! Я сама видела", – это уже Чарика подключилась, жена Паззлика. 

"Только они убежали, – самый тоненький голосок принадлежал скелетенку. – Мама не виновата! Она просто облизнулась... Ну и челюстью слегка пристукнула... А клиенты сами испугались". 

"Всё гавг-гно згя бежали, летучие мыгши им выг-ход пег-гекгыли!" – от волнения Паззлик заговорил сплошными согласными и от этого начал заикаться. 

Гита, вслушавшись в перепалку, лишь скривилась. Похоже, и этих заказчиков напугали еще до того, как они деньги заплатили.

А Йолик, наоборот, взбодрился. Услыхав о клиентах, он громко крикнул: 

– Иду! – и буквально скатился с кровати.  

– Не выпускайте их... Я сейчас! – отрывисто командовал темный, пытаясь одновременно влезть в штаны, добраться до двери и натянуть свой рабочий балахон. 

– Ты чего сидишь? – шикнул он на жену. – Хотела денег? Твое желание сбылось. Получи и распишись! 

– Ага! Только не получи, а догони... отбери и распишись, – сердито проворчала Гита. 

Почему-то ей совсем не хотелось встречаться с этими людьми. Интуиция подсказывала, что новое задание будет не самым приятным. Если бы она знала, как близка сейчас к истине, то огорчилась бы еще больше. 

Несколько дней назад. Где-то в море 

– Не смеши меня, щенок! Думаешь, магия может всё?  

Капитан Глунз не поставил – швырнул свою кружку на стол. Да так сильно, что грог плеснулся через край, щедро оросив друзей липкими брызгами. Капитану пришлось утереться рукавом, а корабельный маг даже не моргнул. Пятна грога обрисовали его силуэт на стене, но самого Сунхана не задели. 

– Конечно, может! – спокойно ответил он.  

Красавчик Су, как звали его матросы, в любой ситуации старался "держать лицо", не унижаться до визгов и криков. Ведь от криков не далеко и до рукопашной, а корабельный маг очень не любил драться.  

Вот и сейчас Сунхан с самым невозмутимым видом осмотрел свой костюм. Заметив каплю грога на белоснежной манжете, маг небрежным щелчком пальцев испарил коричневое пятнышко. И не смог сдержать самодовольной улыбки. 

Все-таки "Постирун" – очень удачное заклинание! Окутывает человека словно кокон, отталкивая грязь. Только благодаря ему одежда Красавчика Су не превращалась в тряпки во время рейса. Стирать корабельный чародей не любил еще больше, чем драться. 

Жеманно отставив мизинец с тяжелым кольцом-амулетом, Сунхан неторопливо отпил из чашки, которую держал в руке. Глунз даже зубами скрипнул, глядя на этого "выпендрежника", сквозь зубы цедившего превосходный напиток.

А Сунхан действительно смаковал свой грог. Ром у капитана был отменный, с оттенком карамели. Правда, лимон слегка подбродил – как-никак, их судно третью неделю в пути.  

– Да ты, видимо, совсем сопляк... – снова громыхнул хозяин каюты. – ...раз не знаешь, что против таких женщин все твои амулетики – бесполезные побрякушки. 

– Каких "таких"?! 

– Каких "таких женщин"? 

Сунхан произнес свой вопрос спокойным, даже немного скучным, тоном. Только хитрый блеск глаз выдавал его интерес. Как же ему нравилось заводить этого огромного человека!

"Гориллу", как называл его про себя маг, никак нельзя было назвать красивым. Да и рано поседевшие густые волосы не красили его. Вечно они торчали во все стороны! Впрочем,  заурядная внешность не мешала капитану иметь детей в каждом мало-мальски известном порту. И это бесило!

– Таких... – Глунз взмахнул рукой, изобразив в воздухе нечто неопределенное. – Короче, сам знаешь! 

Он с шумом втянул напиток, торопясь скрыть свое смущение. 

Сунхан недовольно поморщился: пузыри еще пусти и булькни погромче! Что за манеры!

Капитан не был силен ни в манерах, ни в словесных изысках. Даже удивительно, что расфуфыренная дамочка с верхней палубы обратила внимание именно на него, а не на Красавчика Су – молодого, тонкого чувствующего эстета.

– Нет, не знаю, – лениво протянул он. – Объясните, пожалуйста.  

Есть! Серые глаза капитана блеснули сталью, темные брови почти сомкнулись в одну линию.  

– Не буду я тебе ничего объяснять! – он взвился, как от удара хлыстом. 

На доли секунды рот Глунза исказился в злобной гримасе, обнажив белые крепкие зубы.  

Чародей ухмыльнулся про себя: пижонское "пожалуйста" всегда бесило просоленного морского волка. Вот уже и зубки показал...

– Ну и не надо! – поспешно взмахнул он рукой.

Осторожничал: знал, что свежий синяк под глазом вряд ли украсит его лицо. Пора прекращать игру, если не хочет схлопотать. Этим вечером капитан увлекся и плеснул в свой грог больше рома, чем воды. А во хмелю он был страшен – Красавчик Су уже имел возможность в этом убедиться.   

– Вот и ладно! – уже совсем другим, деловым, тоном сказал капитан.  

Ну и куда девалась разъяренная горилла, сидевшая перед магом еще несколько секунд назад? Или Сунхану только показалось, что Глунз пьян? Надо отдать должное, в море капитан никогда не терял голову. 

Глунз неторопливо встал со стула, шагнул к умывальнику в углу каюты, и решительно выплеснул в него остатки грога: 

– Пойдем! – приказал магу. – На обход пора.  

И сегодня капитан не смог спокойно пройти мимо фифочки с верхней палубы. Впрочем, она сама виновата – издалека ему улыбнулась. При этом смотрела на Глунза так, будто перед ней был дорогущий скакун заморской породы "зебра", а не самый обычный морской волк. А водь он и поговорить толком не сумел – промычал что-то невразумительное в ответ на ее шутку.  

Красавчик Су лишь зубами скрипнул от досады, глядя на то, как дамочка воркует с другим. Корабельному магу она едва заметно кивнула.  

Пассажиры первого класса только глубокой ночью расходились по своим душным каютам. Потому бело-рыжая собачонка обычно выходила гулять под утро, когда все спали. Вернее, почти все. 

– Чур меня, чур! – громко взвизгнула какая-то пышная кралечка в полупрозрачном пеньюаре. 

Спрашивается, зачем шум поднимать? Подумаешь, безобидная зверушка встала на задние лапки и потянулась к открытому иллюминатору. Кто же знал, что пассажирка выглянет именно в этот момент? 

– Чего уставилась? Поди прочь, тварь! Противная собака!  

Сообразив, что белое пятно с горящими глазками – всего лишь любопытная моська, женщина разозлилась еще больше.  

– Какая же это тварь, дорогая? – проворчал в полумраке сонный мужской голос. – Обычная мелкая псица, я ее не раз под окнами видел. Гаси уже свет! А то на твою лампу кто только не слетается. То комары, то собаки... 

– Здесь же нет комаров, – удивилась женщина, послушно задувая фитиль. 

– Хр-р... – только и смог ответить ей муж.  

Небольшая монета взмыла вверх. Перевернувшись в воздухе, она приземлилась на стол. Встав на ребро, немного покрутилась и завалилась на бок. Собака хорошо слышала характерные жужжание и стук, доносившиеся из каюты капитана.  

– Решка! – довольным голосом сказал корабельный маг. – Значит, я подхожу к ней первым. Посмотрим, кого она выберет! 

– Иди-иди, щенок, – насмешливо прогудел Глунз. – Заодно послушаешь, сколько визгу будет в твой адрес! 

Он подошел к столу и решительно хлопнул по нему своей огромной ладонью: 

– Ставлю на то, что мадам с верхней палубы и слушать тебя не захочет! 

Рука капитана соскользнула в сторону, под ней блеснула массивная монета. 

– Золотой империал! – присвистнул Сунхана. 

– А то! Эта женщина стоит не меньше. Или у тебя такие деньги не водятся? – насмешливой спросил Глунз. 

– Почему же "не водятся"? Для нужного дела и такая монета найдется...  

Хотя кошель корабельного чародея был не очень тяжелым, но империал в нем действительно имелся. Правда, единственный и... не очень качественный. Ну откуда у заурядного морского мага могут быть золотые? Только зачарованная "пустышка".  

Но отступать было поздно – Красавчик Су уже раздразнил "гориллу", подбил его на спор. Маг непроизвольно потер щеку – нет-нет, синяки на его холеном личике будут лишними! Лучше уж рискнуть, подсунув кэпу фальшивку.

Тяжелая монета шмякнулась рядом со ставкой капитана. 

Оставалось лишь надеяться, что прожженный морской волк проиграет пари и не успеет проверить империал Сунхана на зуб. Погнуть монету ему бы не удалось, но выбить сноп магических искр он мог запросто. 

Через пару дней, в каюте корабельного мага 

– Я знаю, ты хочешь зажечь меня своим даром... Хи-итрый! 

Эффектная брюнетка кокетливо погрозила Сунхану пальчиком и протянула руку к бокалу, стоявшему на столике. Чародей, не скрываясь, ласкал взглядом ее обнаженные плечи.

Какое же у красотки платье! Открывает все, что можно, – и даже чуть-чуть больше. Еще бы миллиметр – и его бы назвали непристойным. Но не назовут!

Красавчик Су любил хорошо пошитую одежду, всегда обращал внимание на наряды других. Но сейчас он оценил платье по привычке. Выиграть пари и оставить капитана с носом – вот что занимало мысли Сунхана. 

"Видел бы нас Глунз..." – довольно усмехнулся он про себя.   

Признаться, Сунхан был немного разочарован. Гордая и неприступная дамочка оказалась обычной обывательницей, изнывавшей от скуки в длительном путешествии. Она была совсем не против немного развлечься с обходительным магом. 

Впрочем, капитану – неотесанному чурбану, никогда не бывавшему дальше приморских городов, – и такая женщина показалась бы подарком судьбы. Если бы, конечно, досталась. 

Интересно, как далеко она готова зайти? Красавчик Су был уверен, что уже выиграл спор, брюнетка охотно подарит ему какую-нибудь безделушку, которая могла бы стать доказательством его победы в споре. Но в нем проснулся охотничий азарт, он не хотел останавливаться.

– Нет, зажигать тебя опасно – очень горяча, – еле слышно пробормотал Красавчик Су. – А ты знаешь, что такое "штормовое предупреждение"? – спросил он уже громче. 

Маг подошел ближе к красавице, его глаза подозрительно поблескивали.  

– Осадки? – снова улыбнулась брюнетка. 

"Строит из себя наивную. Кокетка!" – довольно ухмыльнулся маг.

Женщина старательно делала вид, что не замечает его жадного взгляда, а сама чуть повернулась, чтобы собеседнику было удобнее любоваться ее декольте. 

– Почти угадала, – ответил он, осторожно перехватывая ее бокал и немного отпивая из него. – Есть такое заклинание, интимное. 

– Кажется, я слышала о нем. И хотела бы попробовать... 

Конечно, она хотела попробовать! Это морское путешествие оказалось таким нудным: ни тебе шторма, ни брутальных пиратов. 

Зато корабельный маг затмевал любого пирата, настолько колоритным он был. Правда, и его шрамы, и цвет кожи были, скорее всего, наколдованы – слишком аккуратные. Вряд ли он ходил по палубе голышом, чтобы так ровно загореть. Да и слишком чистенький для бывалого моряка: его манжеты и воротничок глаза слепят, такие белоснежные. 

Но зачем придираться к мелочам? Тем более, что все остальное, включая аккуратную бородку, было настоящим и очень даже устраивало ее... 

Вон, как глаза сверкнули, когда услыхал ее "хотела бы попробовать". А он горяч... Очень горяч!

Бело-рыжая собачка, пробегавшая в этот момент под открытым окном, остановилась лишь на несколько минут, слушая разговор сладкой парочки. Дольше стоять не имело смысла – и так всё было понятно. Ах и вздохи были намного выразительнее тысячи слов.

В том, что каюта принадлежала магу, не было никаких сомнений – слишком много артефактов здесь находилось. Порядком захмелевшая и не на шутку раззадорившаяся  красавица с любопытством рассматривала диковинки: 

– А это у тебя что? –  она потянулась к большому длинному жезлу с продолговатым набалдашником.  

– Успокоитель волн. А ты что подумала? Положи на место, он может быть опасен. 

– Да ну?! Для меня опасен? Покажешь, как именно? 

– Положи на место, я сказал! 

– Не кричи на меня! 

Брюнетка капризно надула красивые губки и, тихонько шмыгнув точеным носиком, отвернулась. Сунхана подобные ужимки давно уже не трогали – они оба были слишком опытными, чтобы по-настоящему потерять голову. 

– Дорогая, ну не сердись, – низко пророкотал он, склоняясь над ее красивым плечом, – Не надо меня дразнить, – чародей легко коснулся губами ее кожи – все еще гладкой и упругой. – Неужели ты не видишь, как я ревную? 

Красавица закрыла глаза, слегка склонила голову, чтобы ему было удобнее целовать ее шею.  

– Даже к магическому артефакту? – промурлыкала она. 

– В первую очередь – к артефакту! Ты же не предпочтешь мне эту цацку? – его голос обволакивал, завораживал, заставлял подчиняться ему. 

– Нет, конечно. Ты лучше... 

Безусловно, он был лучше любой игрушки. И ее в тот момент уже не интересовало, что у него настоящее, а что – намагиченное. 

Длительное отсутствие корабельного чудотворца первым заметил боцман. Остановившись у двери его каюты, он внимательно прислушался.  

Матрос, сопровождавший начальство, лишь ухмыльнулся украдкой: ну и что там можно услышать? Все знали, что Красавчик Су надежно экранирует свою "нору" от всего – для большого пассажирского парохода магия слишком опасна, чтобы пренебрегать элементарными правилами безопасности. Пытаться подслушивать и подглядывать бесполезно.

– Ты давно его видел? – тихонько спросил боцман. 

Матрос озадаченно чесал затылок, припоминая:

– Давно ли Красавчик на глаза показывался? Да давненько уже, с обеда. Они с дамочкой из первого класса как закрылись, так его больше никто и не видел.  

И это не удивительно! Чем еще заняться штатному бездельнику? 

Пока погода стояла хорошая, на корабле никому не было никакого дела до него. Наоборот, экипаж чувствовал себя спокойнее, когда маг сидел в своей каюте. Все знали, что с чародеями лучше лишний раз не встречаться. Мало ли что... Колданет с перепугу, а ты потом останешься на всю жизнь магией ушибленный.

Матрос ничего не сказал вслух, но боцман и так понял, что он думает.

– С какой это дамочкой они сладили? С той стервой в шляпе с перьями, на которую наш капитан запал? – уточнил он. – От которой матросы уже по спасательным шлюпкам прячутся, так достала своими придирками?

– С ней!

– Ладно, тогда не будем мешать богатенькой госпоже развлекаться. Пока она с чародеем занята, и мы можем расслабиться. Но Красавчик пусть стережется! Капитан, если узнает, живо его рыбам скормит. И не посмотрит, что перед ним – великий колдун!

Матрос лишь одобрительно хихикнул в ответ. Он бы не отказался посмотреть, как этого задаваку искупают прямо в отутюженном костюме! Хотя вряд ли рыбы захотят попробовать такое сомнительное блюдо. От него же одеколоном несет так, что мошкара на лету дохнет. 

Летом южная ночь коротка, как память ветренной девицы. У пылких любовников было не так уж много времени, чтобы укрыться под покровом ее темноты.

Казалось бы, совсем недавно зашло солнце, но вот уже первый, самый любопытный, луч солнца заглянул в иллюминатор. Блеснув на надраенной латунной раме, он осветил койку с высокими бортиками – для двоих она была узковата, но, кажется, это их не смущало.

– Когда мы прибываем? – еле слышно прошептала брюнетка.

– Завтра утром. Вернее, уже сегодня.

– Значит, больше не сможем встретиться?

– Нет, к сожалению. Я буду занят.

– А меня ждут в городе...

– Я хотел подарить вам кое-что. На память.

Сунхан осторожно высвободил руку, стараясь не сильно потревожить лежавшую рядом женщину, и потянулся к столику.

– Вот, возьмите. Это поможет вам сохранить вашу неземную красоту.

В его руке лежал амулет – небольшой и не очень изысканный. 

И вот нечего здесь свой хорошенький носик морщить! Какой уж нашелся в загашниках мага подарок, такой и берите! Здесь вам не берег, за угол в ювелирную лавку по-быстрому не сбегаешь.

Конечно, вслух маг ничего этого не сказал, брюнетка тоже промолчала. Они оба были слишком хорошо воспитаны, чтобы ссориться из-за таких мелочей.

Поколебавшись немного, женщина взяла подарок и внимательно всмотрелась в безделушку. Дешевка, конечно. Ничего не указывало на то, что к нему привязано какое-то мощное заклинание. Но от подарков магов не отказываются – себе дороже выйдет. 

Ладно, она заберет эту кустарную поделку домой, с нее не убудет. Забросит куда-нибудь в дальний закуток, пусть валяется. Вряд ли они с магом продолжат знакомство – уже и на "вы" успели перейти...

– Спасибо, дорогой! Я тронута, – брюнетка вежливо чмокнула его в уже колючую щеку. – Распечатаете мне дверь? 

– Да-да. Сейчас!

У двери Красавчик Су завозился, каюта была запечатана на совесть. Женщина, одеваясь, откровенно разглядывала его красивую спину, мускулистые длинные ноги. Она была довольна этим путешествием, что и говорить.

– Нравлюсь? – с улыбкой спросил маг, открывая перед ней дверь.

– Конечно! – глядя ему прямо в глаза, выдохнула брюнетка.

Ну не вниз же ей смотреть, изображая стыдливую девицу! 

Возвращаясь в постель, корабельный маг всё еще улыбался. Он с наслаждением вытянулся в койке: хороший был рейс! И удовольствие получил, и пари выиграл. Сунхан осторожно вытащил из-под подушки ажурную подвязку и расправил ее на ладони.

Засыпая, маг любовался своим трофеем. Пусть капитан только посмеет ему не поверить! Ни у какой другой женщины на этом корабле не могло быть такой изящной вещицы.

Если бы Красавчик Су не был так "сыт" и расслаблен, то, вероятно, заметил бы, что вместе со своей шляпой пассажирка прихватила еще кое-что. Не обнаружил он пропажу и потом – чересчур был занят. 

Корабль прибыл в порт назначения ближе к обеду. Но пассажиры уже с раннего утра прогуливались по палубе, любуясь долгожданной полоской земли на горизонте. Команда судна тоже пребывала в радостном возбуждении – плаванье заканчивалось, всех ждал развеселый отпуск на берегу.

Один капитан вышел из своей каюты чуть позже обычного – в кои-то веки он проспал. И лишь бело-рыжая неприметная собачонка знала, почему это произошло и какой жаркой выдалась для него нынешняя ночь. 

Через некоторое время

– Трави помалу!

– Вира!.. Майна!

– Страхуй!

– Поберегись!

– Держи-и-и её! Лови!!!

Шумный и живописный морской порт, забитый грузами со всего мира, – отличное место для игры в догонялки. Удирать здесь от кого-то – сплошное удовольствие. А вот преследователям было совсем не радостно.

– Летошмяк... ты ее видишь? 

Здоровяк Будило, одетый в темно-синюю ливрею, оглядывался по сторонам, тяжело ворочая массивной шеей. В руке он держал палку с загнутым концом, готовый в любой момент пустить ее в ход. Его крупные ноздри раздувались, словно у носокрыла, ищущего, кого бы тут схомячить. 

Ленивоватый, он всегда считал имя друга – Лентроштрак – чересчур длинным. Вот и сейчас сократил, умник! 

– Нет, не вижу!  – "счастливый" обладатель заковыристого имени со злостью пнул какой-то рассохшийся бочонок. 

Из широких щелей тут же брызнуло что-то темное, попахивавшее гнилью. Прямо на новенький сапог с отворотами! И зачем только Лентроштрак его трогал?!

– Да где же она делась, сучка такая! – витиевато выругавшись, Будило смачно сплюнул на землю. – Будто мало нам было хлопот...

– Ты видишь эту чертову собаку?! – все так же оглядываясь, повторил Будило, подходя ближе к товарищу.

– Я же сказал: не вижу!!! – разъяренно проорал тот, яростно возюкая испачканным сапогом по каким-то тюкам, аккуратно сложенным пирамидой. 

– А чего тогда кричишь? Я не глухой!

– Потому что хозяйка нас убьет, – плаксивым голосом сообщил Лентроштрак.

Противная гниль никак не хотела оттираться, лишь сильнее размазывалась по сапогу, равномерно окрашивая его в подозрительный зеленовато-коричневый цвет.

– Не хнычь! Ищи лучше! Не могла эта шавка далеко сбежать.

Удивительно легко, как для такого здоровяка, Будило взбежал на пирамиду тюков и начал оглядываться по сторонам, энергично перетаптываясь на одном месте.

– Вон она!!! – азартно взвыл он. – Вижу! Стой, зараза!

– Где?

– У штабелей с брусом! Вправо на четверть!

– Бегу-у!

Лентроштрак тут же бросился в погоню, угрожающе грохоча замызганной обувью. Будило, гарцуя на тюках, увлеченно бросал ему короткие команды:

– Прими влево!.. Заворачивай, дурья башка!.. Завора-ачива-ай!

Он даже не заметил, как пирамида под его ногами пошатнулась. Мало того, еще раз со всей дури притопнул ногой. 

– Ма-ама-а! – разнесся по всему порту его вопль. 

Половина тюков с шумом завалилась в одну сторону, половина – в другую, а недолговечный царь горы провалился точно между ними. 

– Где она? – не понял, что произошло, Лентроштрак. – Куда бежать? 

И вдруг он сам ее увидел. Через широкий промежуток между штабелем досок и сторожевой вышкой проскочило существо, напоминающее небольшую собачку. Ее заметил не только Лентроштрак: свесившись через перила, караульный стражник тоже с интересом наблюдал за беглянкой. 

Но с высоты вышки он не мог заметить главного – собачка с остренькой мордочкой и пушистой рыжевато-белой шерсткой была ненастоящей. С большим искусством ее создали из различных пород дерева. При движении тулово псицы оставалось совершенно неподвижным, зато коротенькими ножками она перебирала с такой быстротой, что те сливались друг с дружкой. Из-за этого деревянная собачка напоминала сороконожку.

Более внимательный наблюдатель мог бы отметить, что волшебную вещь не мало потрепала жизнь. Деревянный мех покрывали царапинки и сколы, один глаз смотрел косо. Кончик закрученного колечком хвоста словно отгрыз мелкий обломайтис. Не удивительно, что она решила сбежать от нерадивых хозяев.

Но те не собирались ее отпускать. 

– Фентофмяк! Ф-фгони ее на меня! Ф-ф! Ф-ф-ф!

Будило, помогая себе руками и ногами, наконец-то выбрался из груды шерсти, которой были набиты тюки. Его шевелюра словно покрылась клочками черного дыма. За синюю ливрею зацепились клочья пропитанной битумом пакли, которой хитрые торговцы разбавили свой товар.

Это было бы еще ничего! Но противная кусючая и вонючая пакля забилась в рот и в нос! И когда она только успела!

Какой-то купчик – очевидно, хозяин груза – тут же бросился к Будило с претензиями. Но приказчик, увидев разъяренное лицо здоровяка, все мигом понял. Ухватив босса за рукав, он едва удержал его от драки. То и дело зыркая по сторонам, он принялся бормотать что-то на ухо своему начальнику. Купчик, переменившись в лице, мгновенно увял и тихо слинял. Развороченная пирамида, щедро припорошенная темными клочками, так и осталась лежать на земле, никому не нужная. 

Мчась на звук громыхающих сапог, Будило смог перехватить деревянную собачку:

– Стоять!!! – разнесся его вопль по порту.

Псица, естественно, не послушалась. Отчаянно вильнув хвостом, она рванула к двум громадным поленницам чурок для портовых локомобилей. Между ними как раз оставался проход – вполне достаточный для нее, но слишком узкий для человека.

– Врешь, не уйдешь!

Широко размахнувшись, Будило отправил в полет свою клюшку словно городошную биту. Однако, деревянные ножки собачонки оказались не хуже резиновых. Высоко подскочив на месте, она пропустила под собой снаряд. Правда, потеряла в скорости.

– Держи-и!

Оба охотника прыгнули на нее одновременно. Но коварная псица в последний момент передумала – затормозила так резко, что ее лапы отчаянно скрипнули. 

Лентроштрак понимал, что надо остановиться, но было поздно – Будило летел прямо на него... 

Нет, они не столкнулись лбами, оба смогли увернуться. Всего лишь влипли друг в друга, сомкнувшись в крепких объятиях. Только громкого дружеского "чмока" для полноты картины не хватило.

"Пронесло..." – только успел подумать Лентроштрак, как на них обрушился целый град плохо закрепленных чурок.

"Не пронесло..." – огорченно констатировал Будило.

А юркую собачку даже щепкой не зацепило. Отбежав в сторону, она несколько мгновений стояла, любуясь чуркопадом и мелко трясясь. То ли облаивала своих преследователей, то ли смеялась над ними. Некоторые зрители даже утверждали, что она задрала на них ножку. Но это неправда – псица была воспитанной волшебной вещью.

Коротко тявкнув напоследок, она чухнула дальше, совсем в другом направлении.

Порт сотрясал многоголосый хохот. Караульный без сил повалился на перила, слегка подхрюкивая от смеха. Шлем свалился с его головы и брякнулся о каменное покрытие, словно оброненная кастрюля.

– Смотрите! Он свой горшок потерял! – крикнул какой-то мальчишка.

Уже утихавший смех, грянул снова. Незамысловатая штука привела в дикий восторг бригаду докеров, разгружавших пузатый галиот из Калиматраса. Один из них даже не удержался на мостках и уронил вниз ящик с изысканными ночными вазами нежно-зеленого хухуньского фаянса.

Поняв, что натворил, бедняга тут же обратился в бегство, наплевав на потерянный дневной заработок.

– Стой! – заорал ему бригадир. – Застынь, раззява! Потом домой не возвращайся! Найдем, тараканам скормим!

– Тараканов магичка шторма вывела! – отбежав на безопасное расстояние, прокричал беглец.

– Для тебя специально разведем и скормим! 

За этими перипетиями все как-то забыли о виновнице происшествия. А та целеустремленно трусила дальше, пока не столкнулась с новым препятствием – группой матросов, сошедших на берег с пассажирского парохода “Чумароза”.

– Парни! – воззвал к ним верзила. – Помогите!

После встречи с падающими чурками он ковылял где-то сзади, опираясь на свою крючковатую палку, как на клюку. 

– Хватайте ее! Хозяйка награду даст! – щедро пообещал Лентроштрак, видя, что матросы даже не смотрят на них.

– О, это дело! – тут же отозвался кто-то.

Привыкшие к совместной работе моряки быстро разобрались по номерам, преградив дорогу беглянке.

Собачка остановилась: впереди широкой дугой выстроились матросы. Сзади накатывали преследователи – более молодой и проворный слуга перешел на неуклюжий бег, верзила пока отстал. Он ковылял, держась одной рукой за голову, а второй прикрывая слегка пострадавшую часть тела пониже поясницы.

– У-тю-тю-тю-тю!

Самый молодой матрос присел, протягивая вперед руку.

– Ты чем ее приманиваешь? – окликнул его кто-то.

– Хлебушком.

– Дурень! Она же деревянная.

– Дык хлебушка всем хотца... 

Беглянка стояла неподвижно. Казалась, она оглядывается по сторонам и прикидывает варианты, готовая идти на прорыв. Матросы тоже замерли, готовые в любую секунду броситься ей наперерез. Однако, такого они не предвидели! 

Маленькие ножки внезапно спружинили, буквально катапультировав хозяйку вверх и в сторону.

– Хватайте ее!!! – нервно взвизгнул кто-то.

Двое моряков дружно бросились в то место, где должна была оказаться собачонка. Но она неожиданно затормозила в воздухе и даже, казалось, пошла задним ходом. Лишь затем плюхнулась на землю. Не задумываясь ни на секунду, ловко прошмыгнула мимо молодого матроса, который так и остался сидеть на корточках с протянутой рукой.

– Эх ты, разиня! – набросились на него товарищи.

– Э-э-эб... Дык она меня сама попросила... – неуклюже оправдывался тот. – Она говорящая!

– Попросила... Тютя ты деревенская!

Его подняли на ноги, выписав парочку необидных подзатыльников. А подоспевшие преследователи оторопело смотрели, как деревянная собачка протискивается через дырку под забором, окружающим территорию порта. В последний раз мелькнул затейливо вырезанный и слегка обломанный хвостик колечком, после чего окончательно пропал.

– Ы-ы-ы!

Будило, прихрамывая, подбежал к забору и замолотил по нему своими пудовыми кулаками. Вверх взмыла целая стая возмущенных чаек, оглашая воздух пронзительными криками. Парочка из них даже отбомбилась по нарушителю спокойствия, но успешно промахнулась.

– Безнадежно, – тронул его за плечо Лентроштрак. – Госпожа Шимоза нас в любом случае на клочки разорвет.

– Не хнычь! Глянь сюды!

Дернув подбородком, Будило показал своему напарнику на большой плакат, торчащий из забора. Вернее, торчал деревянный щит, на котором он был закреплен. 

На немного корявом рисунке была изображена слегка размытая фигура, закутанная в черный плащ. Под надвинутым на лицо капюшоном можно было разглядеть мужественный квадратный подбородок, а выше из тьмы горели недобрым блеском темно-красные глаза. Броский текст сбоку от фигуры гласил: “Темный маг решает любые проблемы. Всегда ваше – "Агентство "Йол ИК!”.

В то же время, в том же порту 

– Да они совершенно одинаковые! – возмущенно громыхнул Глунз. 

Сунхан ничего ему не ответил. Он недоуменно смотрел на пару изящных женских подвязок, выложенных на столе. 

– Как она это сделала? – продолжал бушевать капитан. – Вот чертовка!   

– Может, их две было?  

– Ты думай, что говоришь! Хочешь сказать, что на моем корабле зайцем проехалась богатая пассажирка, а я ничего не заметил?! 

– Нет, конечно, – торопливо открестился маг. 

Глунз разъярился не на шутку. Он-то считал, что выигрыш у него в кармане, а его товарищ предъявил точно такую же подвязку! 

– Слушай, может она какую-то магию применила? Раздвоилась при помощи амулета? 

– Ничем таким от нее не пахло, я бы сразу почувствовал. Да и не магичка она... – Красавчик Су поднял глаза на капитана и тут же осекся, наткнувшись на его тяжелый взгляд.  

– А ты точно уверен?!   

– Конечно, уверен. Неужели вы мне не доверяете?..  – Сунхан продолжал лепетать что-то в свое оправдание, но уже понимал, что никакие слова ему сейчас не помогут.  

Глунз никогда не признает, что его облапошила какая-то залетная дамочка. Небось, и подарками ее успел побаловать. Он – мужик щедрый и не бедный, с дешевыми амулетиками не стал бы позориться. 

Теперь капитану нужно оправдаться – в первую очередь, перед самим собой. И кто в таком случае остается дураком? Правильно, корабельный чудотворец, не учуявший чужую магию. И какой он после этого специалист? 

Вот стерва! Как же она это провернула? 

– Значит, так! – капитан торопливо выудил из потайного кармана и небрежно швырнул на стол оба империала. – Забери свою ставку обратно... Забудь о том, что произошло! Узнаю, что кому-то расплескал о давешней фифочке и нашем пари, отправлю тебя на корм рыбам. 

Поспешно схватив желтый кругляш, Сунхан, не глядя, сунул его в карман и с надеждой предложил: 

– Может...  

– Не может! – тут же оборвал его Глунз. – Слышать о ней больше не хочу. О тебе, кстати, тоже. Сейчас же получи расчет и выметайся с моего корабля, Кр-рас-савчик! 

Сойдя на берег, корабельный маг поставил на землю свой саквояж с нехитрыми пожитками и растерянно оглянулся. Куда же теперь? Искать новую работу или поселиться где-нибудь в припортовой таверне, ожидая, что капитан перебушует и сам за ним  пришлет?  

Глунз, конечно, горяч, но и остывает быстро. Вполне может передумать. 

Сунхану все еще не верилось, что его могли так легко уволить. Работа на корабле была не сложная, присутствие мага само по себе считалось серьезным оберегом. Конечно, он немного расслабился в последнее время, но не до такой же степени, чтобы не учуять чужую магию рядом с собой! А всё дурацкое пари... Совсем ему голову задурила эта вертихвостка! 

Вспомнив о ставке, маг торопливо полез в карман. Надо спрятать монету понадежнее, пока не потерял.  

Вытащив желтый кругляш, он привычно взвесил его на ладони и похолодел, понимая, что не чувствует своей магии. У него в руке был настоящий золотой, ставка капитана! Получается, подделка осталась на корабле. И если Глунз надумает отнести ее в банк или хотя бы попробует на зуб... А зубы у него крепкие, верхнее заклинание пробьют без раздумий – не таким уж спецом был Красавчик Су в фальшивомонетных делах. Да и не думал он расплачиваться тем империалом, больше для форсу держал. 

Вот это влип! Если сейчас признается, что капитан оказался в дураках дважды – и с благородной вертихвосткой, и с фальшивым золотым – точно под раздачу попадет. И хорошо, если всё завершится только выбитым зубом. 

Бывший корабельный маг торопливо подхватил свой саквояж и что было духу припустил прочь. Бургодут с ней, с работой! Тут бы ноги унести, пока капитан не бросился его искать. 

Чуть позже, в резиденции темного 

"Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови!" – назойливо вертелось в голове у Гиты. 

Не то, чтобы она очень спешила, но было интересно узнать, сбежали уже клиенты или нет. Обидно будет, если уже ушли. Но и в таком случае, напуганные скелетами, они могли случайно обронить свой кошель с монетами. Ведь семье главного городского злодея так нужны деньги... 

Да, Гита уже готова была прикарманить себе пару монет! Ведь в этом доме не только выбитая дверь скрипит, мелкий ремонт нужен почти везде. А Йолик только и знает, что пытается поломки магией косоруко чинить.  

Они выскочили в холл почти одновременно. Темный будто и спешил, но как-то подозрительно притормаживал на поворотах, явно поджидая жену.  

"Не хочет сам разбираться с клиентами", – понимающе ухмыльнулась Гита. 

Не то, чтобы Йолик трусил, – настоящие злодеи никого не боятся! – но вульгарно скандалить темный никогда не любил. Не барское это дело! Потому он обычно предоставлял почетное право начать скандал своей любимой половинке. 

Как выяснилось, Паззлик не ошибся: сбежать посетителям не удалось. Два здоровяка, одетые в темно-синие ливреи слуг из богатого дома, испуганно жались друг к другу недалеко от входной двери. Над их головами темной грозной тучкой кружили летучие мышки – медленно и печально, будто танцевали балет "Лебединое озеро" прямо в воздухе. При этом "балеруны" не забывали время от времени чиркнуть пленников крылом по голове или прошмыгнуть впритирку с чьим-то ухом.