Мажор и я

- Не смотри на него, Лер, - шепнула мне в ухо подружка Ленка.

- Почему это? – с вызовом ответила я.

- У тебя слюни потекли. А это Клим Стерн. Таких как ты он ест на обед.

- Таких как я? Что это значит?

Семья подруги была достаточно обеспеченной даже по московским меркам, но я впервые ощутила себя ущемленной в разговоре с ней. Она никогда не позволяла себе подобных намеков.

- Девственниц, - объяснила Лена. – У него странный пунктик. Любит соблазнять невинных овец, типа тебя.

На это мне нечем было ответить. Обижаться тоже глупо. Кто обижается на правду? Я много училась и мне было не до парней. Что-то могло получиться с Витей на выпускном, но я струсила.

Дома тоже хватало проблем, чтобы не обращать внимание на половое созревание. Да и сама я решила еще лет в четырнадцать, что первый секс у меня будет не раньше совершеннолетия. Казалось, это хороший возраст, чтобы отвечать за свои поступки.

Мне исполнилось восемнадцать, я заканчивала первый курс, но парня не было. Учеба все еще занимала меня куда больше отношений. Я была по уши в бурной личной жизни моей матери, а потом в последствиях конца оной. Так что на собственную любовь у меня развилась аллергия. Да и никто особенно не претендовал на звание быть первым.

- Говорят, он перещелкал всех целок, как орешки, на своем курсе и охотится за рекламщицами здесь, - продолжала просвещать меня Лена.

Я не удержалась и хмыкнула.

- А я думала он читает доклад о целесообразности и пропорциях инвестиций в рекламные программы малого бизнеса?

- Это отмазка для профессуры, - засмеялась Лена тоже. – На самом деле Стерн на охоте.

Меня развеселила охота, и я продолжила метафору.

- А ружье он прячет в штанах. Главное не пальнуть во время доклада.

Лена зажала рот, чтобы не захохотать в голос. Я тоже прыснула, с трудом сдерживая неподобающие звуки.

- Шшшш, - обернулась и зашикала на нас Ирина Петровна, препод по пиару.

Мы закивали и постарались успокоиться. Я снова слушала доклад Клима, но теперь меня не меньше интересовали Ленкины сплетни о нем. Обычно такие бабники-извращенцы ходят в универ для галочки и для родителей, которые отвалили кучу денег за свое чадо. Но Стерн говорил очень увлечённо и наглядно иллюстрировал слова. А ведь он всего на пару лет старше меня. Или на три года? Я была часто на подобных форумах и могла оценить его доклад как хорошую базу для кандидатской. Минимум для диплома.

Разве парни, для которых секс – это спорт, бывают умными. Кажется, да. И зовут такое чудо – Клим Стерн.

- А кто он вообще? Москвич? – спросила я у Лены, умирая от любопытства.

- Нет, ты что. Он мажор мирового масштаба. Его родители владеют фирмой, которая строит кварталы, похожие на пряничные домики. В Европе, Штатах, даже в Австралии. Они давно не живут в России. Граждане мира. Говорят, у Клима был роман с Лизой Громовой. Они вместе выросли и собирались пожениться, но наш през увел ее из-под венца.

- Лиза Громова? Жена президента?

- Ага. Помнишь, было пару лет назад?

- Когда воскресла зомби-жена Михалыча?

- Да нет, - махнула рукой Лена. – Чуть раньше. Лиза попала в кутузку с каким-то парнем. Это был Стерн. Он вроде как мстил Михалычу.

- Разве это не утка?

- Лера, я тебя умоляю. Все шито-крыто на этом уровне. Конечно, все подумали, что желтая пресса пишет сказки. Не было доказательств. Откуда бы им взяться?

- Как загадочно все. Но я все равно не верю, что у Лизы был роман со Стерном. Тогда и ребёнок мог быть от него.

Ленка закатила глаза.

- Ребенок точно от Громова, - подтвердила Лена тоном знатока. - Стал бы он возвращать ее с чужим пузом.

- И романа не было у нее на стороне, - уперлась я.

Елена закатила глаза.

- Я забыла, что ты фанатка Громовых. Прости, на святое покусилась. Но на Стерна все равно не смотри. Втрескаешься, а мне потом слезы твои вытирать.

Я махнула рукой, уверяя ее:

- Не выдумывай. У меня прививка от любви.

- Да-да, именно поэтому ты хочешь подробностей о нем.

- Просто интересно.

Лена поиграла бровями. Я не стала ее разубеждать, потому что Петровна опять обернулась и попыталась убить нас взглядом, как Горгона.

Больше я не спрашивала о Стерне, а слушала его очень внимательно. Графики и диаграммы оказались очень интересными. Я примерно представляла, как можно просчитать успех рекламной кампании достаточно точно, но никогда не копалась в этом так глубоко. Это дело экономистов, с которым Клим отлично справился.

А еще Клим Стерн был очень симпатичный. Я понимала, почему он сумел соблазнить немало девушек. Судить их точно не стала бы.

Когда он закончил, я аплодировала вместе со всеми.

Следующие доклады и рядом не стояли с искрометными тезисами Стерна. Забавно, можно быть бабником и одновременно харизматичным ботаником. Возможно, именно с таким я бы и переспала в первый раз. С ботаником, а не с бабником.

Разумеется, истории про коллекцию девственниц сразу отменяли возможность секса со Стерном.

Я хмыкнула, отчитывая саму себя за идиотские мысли. Как будто мне кто-то предлагал этот самый секс?

Я попыталась сосредоточиться на очередном докладе, но меня тут же снова отвлекла Лена.

- Лер, он на тебя смотрит, - прошептала она мне в ухо. – Ты только голову не поворачивай. Капец, я прям накаркала тебе.

- Подумаешь, смотрит. Что такого? Мы на него тоже смотрели.

Я пыталась не оставаться спокойной, но ладони вспотели.

- У него как будто целка-радар в голове, - продолжала нести уморительную чушь Ленка.

- Или не в голове, а в головке, - хохотнула я, снова пряча за пошлостью смущение.

Мы прыснули, и я снова сжала губы изо всех сил, чтобы не хохотать. Я тряхнула головой, чтобы успокоиться, и невольно встретилась глазами с Климом. Он приветливо улыбнулся мне и подмигнул.

Я тут же отвернулась, стараясь уговорить щеки не краснеть. Доклад я почти не слышала, хоть и слушала. Похоже, Лена была права, у этого парня радар, а мне нужно поменьше глазеть и вообще держаться подальше. Хорошо, что этот спикер последний. Уже через полчаса я буду ехать в Одинцово к маме и думать только об учебе.

Но все сложилось совсем иначе. После форума мы остались на небольшой фуршет, ведь научное сборище приурочили к какому-то неведомому празднику. То ли день кафедры, то ли день науки. А может и вовсе это был повод купить ящик шампанского.

На таких тусовках я бывала пару раз, и знала, что ящика не хватит на толпу юных ученых. Самые активные всегда продолжали веселье. Но без меня. У меня электричка.

Удалившись на минуту в уборную, я стала искать в зале Лену, чтобы попрощаться. Она стояла рядом с парнем, лицо которого я смутно помнила. Кажется, он выступал на прошлой конференции по рекламе. Лохматый блондин с придурковатым взглядом, но ничего, приятный.

Почувствовав мой взгляд, Лена тут же обернулась и отошла от молодого человека. Она подбежала ко мне, и я уже знала, о чем попросит. Сразу ответила:

- Нет, Леныч. Нет-нет и нет.

- Пожалуйста, Лерчик. Прошу тебя. На часик. Всего на часик, мой хороший, - заскулила подруга.

- Нет, я не поеду с вами в клуб. У меня электричка. Я уже опаздываю.

- Димин друг на машине. Он не пьет и отвезет нас ко мне.

- Я не хочу к тебе, я хочу домой, - упрямилась я.

Знаю я ее час, ее «ко мне» и друга на машине. Они будут сосаться с приятелем до утра в клубе, друг уже слиняет, а у меня нет с собой денег даже, чтобы напиться с тоски в баре. Тем более, что я и сама не пью, а завтра пара с утра.

- Пожалуйста, Лерик. Ну как я одна пойду в клуб с малознакомым парнем? Он такой классный. Я вызову тебе такси ровно через час.

- После того, как протестируешь его язык у себя во рту, - не сдержалась я.

Ленка прищурилась, но решила не обижаться.

- Да, мне необходим тест-драйв его языка. Может он будет как слизень, и мы смотаемся вдвоем. А если я потеку, то отпущу тебя сразу же. К тому же мы сто лет не танцевали.

- Три недели назад мы были в клубе. Я танцевала, а ты…

- Да, я была с Мишкой. Ну ты же понимаешь, как после него мне нужен этот секси блондинчик. Посмотри на него. Такие в постели щедрые.

- Боже, заткнись, - взмолилась я. - Поехали на час. С тебя три песни, “Маргарита” и такси.

Ленка завизжала, убежала к блондину, что-то сказала, вернулась. Я ни черта не понимала.

- Что это было? – спросила я, пока мы шли к гардеробу. – Все отменяется? Если бы.

- Нет, конечно, - стала растолковывать мне Лена, как маленькой. – Мы поедем в клуб на такси, там встретимся.

- Ты сказала его друг на машине.

- Нельзя, Лер. Мы же едва знакомы. Надо соблюдать ритуалы. Вот ты, конечно, неопытная. Сядешь в машину – считай уже дала.

- При этом ты меня собиралась отправить с его другом?

- У тебя же на него нет планов, как и у него на тебя. Значит это просто услуга.

- Сложно, - фыркнула я, отдавая номерок гардеробщице.

- Жизнь такая, Лер. Тебе просто, ты еще девочка.

- Шшшшш, - зашипела я на нее. Ленка говорила слишком громко. – Давай не будем оповещать о моей невинности весь район.

- Девушка, вы куртку брать будете? – проскрипела тетушка из-за стойки.

- Позвольте, я, – словно ниоткуда вырос за моей спиной никто иной как Стерн.

Он ловко забрал мою куртку и помог мне ее надеть. Я так опешила, что даже не сопротивлялась, лишь проскрипела, как несмазанная телега:

- Благодарю.

И повернула голову, как сова, на сто восемьдесят градусов, чтобы увидеть его выражение лица.

- Не за что, - ответил Стерн, ехидно улыбаясь.

Провалиться мне на этом месте, он слышал. Ленка, блин!

- Такси уже ждет, - взвизгнула подруга и потащила меня к выходу, даже не заметив, что наделала.

- Ленка, блин, - озвучила я свои мысли уже в такси. – Ты орала про мою невинность, а Стерн стоял рядом.

- Ну и что? - пожала она плечами. – Он же не набросился.

- Все равно, - продолжала я пытаться злиться.

- Вы может никогда и не увидитесь больше. Не драматизируй.

Она махнула рукой и стала искать инсту своего нового приятеля. Мне не осталось ничего, кроме как сообщить маме, что я задержусь.

Подъехав к клубу, мы увидели толпу у входа. Лена занервничала, а я обрадовалась. Возможно, сегодня битком, и я все-таки еще успею домой в нормальное время.

Но моя подруга была настроена решительно, она как ледокол Рэдиссона прошла сквозь толпу и весьма надменно поинтересовалась у охраны:

- Почему мы не можем попасть в клуб?

- Потому что там концерт и все билеты проданы, юная леди, - вежливо, но чуть насмешливо ответил секьюрити и показал на баннер за спиной.

Афиша популярной рок-фолк дивы намекала, что сегодня мы в клуб не попадем. Лена тоже опешила и воскликнула, перекрикивая толпу:

- Как же так? Дима назвал именно этот клуб.

Я пожала плечами, давая Ленке пару минут, чтобы смириться и отступить, но тут неожиданно оживился охранник.

- Ваши имена, - потребовал он.

- Лена Фролова и Лера Тарасова.

- С этого бы и начали, девочки. Вы в списке, проходите.

И он посторонился, пропуская нас ошарашенных.

- Мы что, просто так попали на концерт Фрейи? – не верила я своей удаче.

Мигом забылись Стерн, конференция и стремление выспаться перед парами. Я обожала Фрейю. Кельтские и славянские напевы вперемешку с дерзкими гитарными рифами.

Лена не успела мне ответить, как нас остановили у входа в холл.

- Приглашение? – уточнил очередной серьезный дядя в пиджаке.

- Фролова и Тарасова, - уже уверенно выпалила Ленка.

Дядя протянул руку.

- Позвольте.

Лена опять стушевалась, но вложила пальцы в его руку. Охранник закатил глаза и перевернул ее руку так, чтобы поставить на запястье печать.

- Вип-ложа, - сообщил он. – Идите по стрелкам. Бар и кальян к вашим услугам.

Я подставила запястье и получила такую же печать. Ленка потащила меня за руку, изучая указатели по дороге.

- О, нет, дорогая Лерочка. Мы не просто попали на концерт Фрейи. Нас допустили в элитную закрытую тусовку. Кажется, вип на втором этаже… Точно. Вон стрелка. Офигеть, вот так Дима ботаник дает. Все-таки я умею выбирать парней.

Я не спорила. Мне было все равно на вип-зону и бесплатный бар. Я сто лет не была на концерте. Из-за трудностей с маминой квартирой мы все время экономили. Черт с ней с электричкой. Я была готова пожертвовать сном ради такого классного концерта.

Мы пробрались на второй этаж, еще дважды показав отметку на запястье. Фамилии больше не требовали, а вот по коктейлю нам буквально силой вручил бармен. Вип-ложа была на самом деле чилаутом клуба. Наверно, здесь тискались парочки, только что познакомившиеся на танцполе. Всюду стояли диваны, а барная стойка была сооружена явно впопыхах. Но мне снова было все равно. Я подошла к перилам и вцепилась взглядом в сцену, куда уже вышла Фрейя. От ее глубокого сильного голоса у меня застывала кровь в жилах. Я забыла про все на свете, улетая куда-то в мир драконов, отважных горцев и любви, для которой не существует преград.

Многие песни я знала и пела вслух. Коктейль тоже пришелся по вкусу. Я выпила его достаточно быстро, и тут же Ленка вложила мне в руку второй стакан. Она уже обнималась с Димой рядом. Они действительно очень мило смотрелись вместе. Я ни о чем не жалела, продолжая слушать, петь и пить.

Не знаю, сколько коктейлей во мне плескалось к финалу концерта. Я перестала пить, только потому что ноги сами пошли в пляс. Под залихватские ритмы тарантеллы отплясывала вся вип-зона. Не знаю, насколько особенные гости собрались на втором этаже, но все мы были равны в любви к хорошему фолку.

А потом я увидела его.

Клим стоял у бара и смотрел на меня. Он улыбался, держа в руке стакан с чем-то прозрачным. Все мои внутренние органы сжались до размера горошин и упали куда-то в район пяток. Горло словно перетянуло тугим жгутом, а в голове мелькнула единственная мысль: «Беги». Но я продолжала покачиваться в такт песни, не в силах двинуться с места. Перепуганная и зачарованная одновременно. Я не привыкла убегать. И отводить глаза.

Кажется, мы смотрели друг на друга вечность, но вот он оттолкнулся от стойки и пошел ко мне.

- Привет, - улыбнулся Клим, подойдя почти вплотную.

Он был намного выше меня, поэтому пришлось задрать голову, чтобы ответить:

- И тебе привет.

- Это не стыдно, - проговорил он, не прекращая нахально улыбаться.

- Что именно? - уточнила я, перекрикивая музыку.

- То, что ты смотришь на меня.

- Думаю, на тебя часто смотрят. Ты привлекательный, - небрежно пожала я плечами, вдруг почувствовав себя смелой и гордой.

Страх уходил, словно его и не было. Я больше не боялась Клима Стерна.

- Да, часто, - согласился Клим, - но вот так откровенно раздевали глазами в первый раз.

Я подавилась смешком:

- Не льсти себе. Я просто смотрела в ответ.

- Разумеется, - согласился он снова и спросил: - Нравится Фрейя?

Я расплылась в улыбке, решив не притворяться:

- Да, очень. Она так редко в Москве дает концерты.

- Это точно. Она питерская до мозга костей, - хмыкнул Клим, и я услышала в его словах нечто большее.

Он как будто знал о певице много интересных подробностей, но не выпячивал это. Заправив мне за ухо непослушную прядь, Стерн спросил:

- А ты, конечно, московская всей душой, Валерия?

- Да, я не люблю Питер. А ты?

- Одинаково люблю обе столицы. Мое сердце в Питере, а разум в Москве.

- Как символично.

- Пойдем посидим, - потянул Клим за руку к диванам и делая знак бармену.

Я вздрогнула, едва он коснулся меня, но на вопросительный взгляд только улыбнулась.

- А может потанцуем?

- Прости, я не танцую, - только и ответил он, легонько поглаживая мою ладонь пальцем, и повторил: - Пойдем.

Он не настаивал, не повел меня силой, но его палец, рисующий восьмерку на моем запястье, был убедительнее, чем пистолет у виска.

Я кивнула, позволяя увести себя в чилаут. Мы болтали о музыке и книгах, о конференции и своих факультетах, и вообще… Просто болтали. Первые несколько минут я ждала от него чего-то… ужасного, какой-то выходки или похабного предложения, типа отсосать в туалете, но – нет. Клим слушал меня, задавал вопросы, отвечал сам, не скупясь на подробности, смеялся моим глупым шуткам и заставлял хохотать над собственными. Он был слишком милым и слишком симпатичным. А еще слишком умным. Из разряда «я б дала». Но давать Стерну, просто потому что он Стерн, я точно не собиралась.

Бармен принес мне еще стакан коктейля, и я опустошила его тоже. В голове начало немного шуметь, но я не чувствовала себя пьяной.

Клим поднял руку, чтобы опять заправить мне за ухо выбившийся локон. Я потупилась, ненавидя свое идиотское смущение в ответ на вполне невинный жест. Он заметил румянец, но не спешил убрать руку, наоборот, провел большим пальцем по скуле, лаская пылающую кожу. Его губы снова скривила нахальная улыбка, а глаза вспыхнули, пугая и маня одновременно.

Через секунду он поцеловал меня. Его губы коснулись моих, и я меня как будто молнией шарахнуло. Хотелось впиться в его рот, самой толкнуть язык между его губ, чтобы сделать поцелуй глубоким и страстным. Возможно даже яростным. Но вместо этого я тут же отстранилась и вызывающе объявила:

- Не старайся, Стерн. Я все про тебя знаю.

- Что именно? – удивлено уточнил он.

- Ты коллекционируешь девственниц, а Ленка громко орет о том, что я именно такая.

- Какая? – продолжал он изображать дурачка.

- Что я девственница, - еле выговорила я.

Кажется, все же последний стакан был лишним. Или все стаканы после первого. Я с трудом соображала и говорила тоже.

- Я не буду спать с тобой.

- Хорошо, - в сотый раз за этот вечер согласился Клим.

- Хорошо? – не поверила я своим ушам. – Чего же тут хорошего?

- То, что мы на концерте, и тут толпа народу. Чуть меньше, чем внизу. Но все равно это место не подходит для секса. Тем более для первого. Но…

Он сделал выразительную паузу и прищурил на меня бесстыжие глаза. Этот взгляд бил по мозгам сильнее коктейлей.

- Но… - нетерпеливо повторила я, побуждая его продолжить.

- Но это идеальное место для поцелуев. Ты будешь со мной целоваться, Валер?

- Валер? – скривилась я, услышав такой противное подобие своего имени.

- Просто целоваться, - напомнил Клим о главном. – Никакого секса.

Его губы приближались, и я больше не хотела отодвигаться, отказаться.

- Да, никакого секса. Просто целоваться, - эхом повторила я девиз Клима на сегодняшний вечер.

- Супер, - выдохнул он и наконец поцеловал меня как следует.

А я наконец позволила себе ответить так как хотела. Кажется, Клим не ожидал такого отклика, и тихо простонал, не разрывая поцелуя. Мне невероятно понравился этот звук. Я подвинулась ближе, запустила руки в темные волосы Стерна.

Мой мир теперь ограничивался этим диваном. Где-то на фоне пела Фрейя, а рядом шумела толпа, но моя душа улетала куда-то далеко. Кажется, я кончала много раз от одних поцелуев. Или это был моральный оргазм. Черт знает. В какой-то момент мне показалось, что я потеряю сознание от удовольствия. Так прекрасно было целоваться Климом, ощущать его руки, которые то гладили меня, то крепко обнимали.

И в какой-то момент я перестала соображать. Мир для меня померк, а сознание блуждало в лабиринтах темного удовольствия, спонсором которого был Клим Стерн.

Кажется, я больше не была против пополнить его коллекцию.

Кажется, он уговаривал меня не делать этого.

Кажется, мы куда-то пошли или даже поехали, а потом Клим снова о чем-то просил.

Я бунтовала и требовала его губы обратно, его руки снова себе.

Кажется, мне стало невыносимо жарко в одежде, и я срывала ее с себя рывками. Кажется, Клим ласкал мою грудь, а я стонала, как шлюшка.

Но мы ведь были в клубе?

Или больше не были?

В любом случае, мне было так хорошо.

А потом сразу плохо. Слава богу, плохо было недолго, потому что я просто отключилась.

Я проснулась из-за вибрации телефона. Он жужжал где-то рядом. Понимая, что не в состоянии даже разлепить глаза, я нашла его рукой, на ощупь сняла трубку.

- Надеюсь, ты с горячим парнем в постели, юная леди. Иных оправданий отсутствия тебя дома всю ночь я не принимаю.

- Мама, я не с парнем…- автоматически начала возражать я, едва ворочая языком.

Но тут же осознала, что я понятия не имею, где нахожусь, с кем, и почему не добралась до дома.

Голова была тяжелой, но я все же поднялась и разлепила глаза. Дар речи пропал. Я бы снова потеряла сознание, но мамин голос требовал вменяемых ответов.

- Лера, не молчи. Ты в порядке? Что случилось? Где ты?

Вскочив с кровати, на которой мирно спал Клим Стерн, я стала озираться в поисках одежды. Но нигде в шикарной спальне моих вещей не было. А сама я была в одних трусиках.

Святой Боже и Вседержители!

Я помчалась из комнаты, надеясь найти одежду в другом месте. Стараясь не паниковать, стала врать маме. Обычно я этого не делаю, но правду сказать язык не поворачивался. Во всяком случае сейчас.

- Мы вчера в клубе немного выпили. Я у Лены ночевала. Мне не очень удобно говорить, у нее тут все еще спят.

- А, ну ладно, - сразу же успокоилась мама. – Надеюсь, мальчики в клубе были?

- Были, - призналась я.

Ох, еще как были. Что же я наделала?

- Мам, совсем неудобно говорить. Давай вечером.

- Да-да, конечно. Тебе в любом случае пора собираться на занятия.

- Я же в центре. Тут близко.

- Ох, действительно. Тогда сделай зарядку. Или прими душ контрастный. С похмелья бодрит.

Она хихикнула, а я только проворчала:

- Вешаю трубку.

Я прошла по небольшому коридору и оказалась в просторной гостиной. Вздох восхищения сам собой вырвался из горла. Потрясающая квартира. Наверно, такой и бывает пентхаус изнутри.

Подойдя к окну, я снова застонала от восторга. Вид на город был потрясающий. Москва-река, мост, пристань. Наверно где-то справа гостиница Украина, которая сейчас Рэдиссон.

Я вздрогнула. Пристань слишком близко. Рэдиссон не рядом. Это я в Рэдиссоне. Похоже, на самом верху. Собственно, где может жить Клим Стерн? Только в такой пафосной высотке на самой макушке.

Схватившись за голову, которая разваливалась на части после вчерашних «лайтовых» коктейлей, я на минуту забыла, что стою голая у окна без занавесок. В принципе, меня почти не смущала перспектива быть увиденной из этого самого окна. Намного ужаснее казалось, что меня видел Клим. Без одежды. В одних трусиках.

А потом я услышала голос и поняла, что Стерн проснулся. Он, кажется, говорил по телефону и шел в гостиную из спальни.

Я заметалась, пытаясь придумать чем прикрыться, ведь мои вещи все еще не нашлись.

- Да, Ал, привет. Прости, что не позвонил вчера. Поздно вернулся, - говорил Стерн, приближаясь к гостиной. – Ненавижу чертову Москву… Да как обычно. Они хотят проект вчера, бесплатно. Плюс откат. Да-да, мы сами в конце еще и приплатим… А что я мог сказать? За такие деньги могу мелом на асфальте набросать от руки…

Он говорил что-то странное, а я схватила две подушки, пытаясь удержать их в районе груди и паха.

- Ого…

Я замерла и от удивления уронила подушки.

Это был не Клим, но кто-то очень на него похожий. Не мог же Стерн постареть лет на тридцать после ночи со мной. Или мог? Все было так плохо?

Увидев меня голую в гостиной, мужчина и не подумал отвернуться или хотя бы отвести взгляд. Наоборот, он обсмотрел меня всю и усмехнулся. А потом выдал:

- Отличные сиськи, детка.

В руке он держал телефон, в который тут же пояснил:

- Нет, Алан, это я не тебе. Хотя ты тоже неплох в грудине. Бля, дядька, ты шутишь? Я стар для этого дерьма. Наверно, подружка Клима заблудилась. Вряд ли горничная решила прибрать топлесс.

Он говорил все это, пока я пыталась поднять подушки и снова спрятать за ними свою грудь.

-Повиси минутку, Ал.

Видя мои мучения, мужчина наконец вспомнил о манерах. Бросил телефон на диван и стащил с себя майку, кинув ее мне в лицо.

Я не стала изображать гордость, тут же натянула ее. Она была большая и спрятала даже мой бессовестный зад.

Незнакомец был горяч без майки. Я не могла это игнорировать даже, сгорая со стыда. Подтянутый, плечистый, с кубиками пресса вместо жирка, который обычно бывает у всех мужчин за сорок.

Он точно собирался мне что-то сказать или спросить, но нашу неловкость умножил Клим, который вышел в гостиную. Незнакомец взял трубку и поговорил:

- Наш герой проснулся. Перезвоню, Алан.

Он отключил телефон, отправляя его в задний карман джинсов.

- Полагаю, это твоя дама?

- В какой-то степени, - ответил заспанный Клим и тут же пояснил: – Нет, она не шлюха, я ее не насиловал, мы ночевали здесь, просто спали.

Они говорили одинаковым голосом и с одинаковыми интонациями. Если это не его отец, значит сам Стерн прилетел из будущего.

Я сжала губы, уговаривая себя не краснеть. Язык прилип к небу, да и, собственно, я не знала, что сказать. Хорошо, что мужчина подсказал Климу:

- Она не знает, где ее одежда. Кажется.

- А, да. В ванной Валер. Ты там… хм… раздевалась. Это мой папа, кстати. Марк Германович Стерн. Который прикольный.

- Прикольный? – задрал бровь Марк Германович. – Что еще это значит?

Мне тоже было интересно.

- Ты прикольный папа. Алан – крутой папа, - пояснил Клим.

- Приплыли. Я тоже могу быть крутым.

Клим усмехнулся.

- Да, конечно. Ты тоже крутой, па.

- Говнюк, - двинул его в плечо кулаком отец.

Я едва ли понимала, о чем они говорят. Тут бы лучше промолчать, но я спросила:

- У тебя два отца?

- Ну да, – удивился Стерн. - Ты не знала?

- Откуда?

- Об этом все знают.

- Кошмар, - пробормотала я, но вспомнила, что отец Клима все еще здесь и смотрит на меня. – То есть, здрасти. Спасибо. За майку. И очень приятно познакомиться.

Я прошмыгнула мимо Стернов в коридор, обратно в комнату и в ванную, где действительно нашла свои вещи. Через открытую дверь я слышала разговор, который предпочла бы не слышать.

- Дай угадаю, ты познакомился с ней вчера.

- Откуда ты все знаешь, - ворчал Клим на отца.

- Она не знает, что у тебя два отца.

- Об этом не объявляли по телеку.

- Она вообще тебя не знает и в гостях первый раз.

- Что с того, па?

- Ничего. Я вернулся около полуночи.

- Я рад за тебя.

- В твоей комнате было тихо.

- Мы выпили и спали.

- У тебя все нормально с потенцией?

- Какого хрена, па?

- Я обычно не могу уснуть, если у тебя девки в гостях.

- Она не девка.

- Да ты что! Как интересно. Кто скажет, что она парень, пусть первый бросит в меня камень.

- Заканчивай.

- Ладно, как хочешь. Мне в любом случае пора. И надо Алу перезвонить. Его там сейчас накроет тоже. Если что, у меня есть хороший знакомый врач в Питере. В Москве тоже можно найти.

- Какой еще врач?

- Который поможет тебе снова быть громким по ночам.

- Да пошел ты.

- Пошел, пошел. Но все же, почему прикольный? Я еще красивый и умный, очень заботливый и…

- Иди уже, а!

- Ладно. Теперь точно ушел. Удачи, мелкий.

К концу их разговора я уже едва сдерживала смех. Папа тонко намекал, что у Клима не стоит. Но удивился он нашему тихому сну вдвоем весьма натурально. Я очень надеялась, что мы действительно просто спали в одной кровати. Но потом я вспомнила странные ощущения. Губы Клима, руки. Он целовал мои плечи, грудь и живот, и ниже. У меня заныло внизу живота.

Нет-нет, это все сон. Мне точно приснилось. Все как в тумане. Он не мог. Я бы помнила лучше.

С другой стороны, дорогу сюда я не помнила вообще.

- Тук-тук, - проговорил Стерн, вырастая в дверном проеме.

Слава богу, я успела надеть джинсы и рубашку. Что в принципе без разницы, ведь Клим видел меня в чем мать родила.

Он прошел в спальню, сел на кровать и мне велел:

- Выдыхай. Сядь. Хочешь воды? Завтрак?

- Сначала скажи, что мы…

- Ничего не было, Лера.

Я выдохнула.

- Тебя тошнило, ты вся перепачкалась рвотой. Я предложил умыться, но ты почему-то стала раздеваться и отправилась в душ, а потом позвала меня.

- Нет, хватит. Замолчи. Не хочу ничего больше знать.

Клим пожал плечами.

- А больше ничего и не было. Ты почти потеряла сознание в душе. Я отнес тебя в постель, и там ты окончательно отрубилась.

- Я пошла в душ в трусах?

- Нет, я их на тебя надел.

Я спрятала алое лицо в ладонях, прохрипела:

- Зачем?

- Потому что я должен был лечь с тобой, а мой член вряд ли принял бы во внимание твое состояние.

- Зачем ты лег со мной? Здесь, наверно, полно комнат.

- Полно, - подтвердил Клим. - Но я боялся, что ты захлебнешься собственной рвотой.

-Все. Хватит. Прекрати. Я больше ничего не хочу слышать. А потом еще на твоего отца наткнулась голая.

- Не переживай об этом.

Я вскочила, заорав на него:

- Не переживать? Он сказал, что у меня красивые сиськи.

Клим сжал губы, но они все равно кривились в улыбке.

- Но ведь так и есть, - проговорил он, глядя в пол.

Не в силах больше это терпеть, я схватила свою сумку и помчалась прочь. Пробежав через гостиную, я сделала три круга по периметру и все равно не нашла дверь. Клим вышел, когда я совершала четвертый забег, чувствуя себя хомяком в колесе.

Стерн поймал меня и отвел к стене, нажал какую-то кнопку. Теперь он был в спортивных брюках и майке отца, которую я сняла. Кажется, в таком виде Клим волновал меня чуть меньше.

Да, точно кажется. Меня все еще трясло и точно не с похмелья.

- Здесь личный лифт, Лер. Я мог бы проводить, если…

- Нет, спасибо. Мне пора на занятия, - отказалась я моментально.

Клим хотел поспорить, но ему помешал отец, который тоже вышел в гостиную.

- Похвальное рвение к учебе.

Мы оказались втроем у лифта, который ехал слишком медленно. Марк Германович выглядел иначе. Строгий костюм и яркие ботинки, а вместо галстука пестрый шарф.

- В МГУ учишься? – спросил он, словно мы познакомились при нормальных обстоятельствах.

- Да, - пискнула я.

- Подброшу. Мне по пути.

- Не стоит.

- Стоит, - повторил он эхом и улыбнулся. Совсем, как Клим.

Я не могла спорить. Он буквально заткнул мне рот своим обаянием.

- Ты бы тоже отправлялся в универ. А то все маме расскажу, - поддразнил Марк сына.

Я невольно прыснула. Они были очень похожи и очень близки. Это сразу бросалось в глаза.

- Сейчас, - раздраженно ответил Клим.

Лифт наконец приехал. Я промямлила что-то вроде прощания и поспешила покинуть пентхаус. Марк Генрихович сразу же достал телефон и всю дорогу разговаривал, избавив меня от неловкого молчания и еще более неловкого общения с ним. Машина ждала нас у крыльца. Стерн распорядился проехать через Университет. Я сидела тихо, как мышка, стараясь дышать через раз. Папа Клима растворился в разговоре, но все равно поглядывал на меня.

Я терла влажные ладони о джинсы, молясь, чтобы мы не торчали в пробках.

- Спасибо. До свидания, - выпалила я скороговоркой, вылетая из машины, едва она остановилась у универа.

Марк лишь махнул мне рукой на прощание.

Я поспешила вернуться в альма-матер и вспомнить, что вообще я умница, отличница и очень талантливая. Вчерашний день был недоразумение, которое я забуду.

Но не тут-то было.