Магическая империя попаданки

Не могу! Просто не могу больше! Сижу на чердаке школы и реву.

Вообще-то сюда ходить нельзя. За это и наказать могут. Но многие ходят. Потому что должно же быть хоть какое-то место, где можно побыть одной. Или посекретничать с подружкой. Невозможно всё время на виду быть. Спальни общие, да всё тут общее.

Я так устала от этого. Ещё с приюта и кошмарного детдома в родном мире. Если бы я тогда не растерялась и у них не получилось бы меня туда запихнуть, ничего этого и не случилось бы.

Я знаю, я бы точно справилась. Дотянуть до восемнадцати лет, а там меня бы уже никто не трогал. Работала бы спокойно, учиться бы пошла.

Но вместо этого я здесь оказалась. Я вообще-то умереть должна была. Там, в моём прежнем мире. Последнее воспоминание оттуда - как я виском об острый угол чугунной батареи отопления ударилась. А потом темнота.

Пришла в себя от холода. Первая мысль - наверное, меня куда-нибудь перетащили, чтобы никто не увидел.

Попыталась встать - вообще сил нет. Видно, здорово меня приложило. Дотронулась до виска, которым ударилась. Странно, а боли-то и нет.

Вдруг просто показалось тогда? Да нет, не может быть. Хотя кто его знает. Слишком быстро всё случилось. Я сопротивлялась, как могла, но их слишком много было. Сбили меня с ног, и я полетела...

И тут до меня дошло, что я на куче веток лежу. А вокруг - лес!

Но как они смогли это провернуть? Детдом - режимное учреждение. Оттуда просто так не выйдешь. Забор трёхметровый и охранник.

Всё вокруг было росой покрыто. И свет еле брезжил. Такое чувство, что раннее утро. Видимо, из-за этого мне и холодно стало.

Свернулась, подтягивая колени к животу. Ого, под боком что-то есть. Тряпка какая-то драная. За неимением ничего укрылась ею и попыталась согреться.

Бесполезно. Уже дрожь началась. Надо вставать и что-то делать.

Света всё больше, и вот я уже смогла хорошенько разглядеть и то, что вокруг, и то, что со мной. Почему у меня такие руки чёрные? Может, тащили по какой-то грязи?

Но как они это сделали? Тут, наверное, без сотрудников детдома не обошлось. Испугались, видимо, сильно, когда я ударилась. И чтоб не отвечать, в багажник машины сунули и в лес вывезли. А потом скажут, что сбежала. Я слышала про такое.

И всё-таки что-то не то. Ещё и пальцы какие-то странные. У меня всегда ногти ухоженные были, хоть и без маникюра. А эти - обгрызены! Но я никогда таким не страдала!

Откуда у меня мозоли? Не мозоли даже, а затвердевшая кожа на внутренней стороне ладоней. Как будто я тяжёлыми работами занималась.

Блин. Мне страшно. Может, меня в рабство продали?

Но почему я ничего не помню? Ну да, виском же ударилась. А не больно - потому что много времени прошло. И вот теперь память начала возвращаться.

Я даже про холод забыла. Что-то сильно не то произошло.

Кое-как встала, наконец. Почему так тяжело?

Я ещё и босиком, оказывается. И ноги серого цвета от грязи. Ужас просто.

И то, что на мне - иначе как грязной тряпкой и не назовёшь. Превратившееся в лохмотья платье. Почему-то длинное. Похоже, когда-то было кремового цвета.

На лицо упали слипшиеся сосульками волосы. А почему они такого цвета? Я что, поседела? Или покрашены? Кем?

Взяла одну прядь, присмотрелась. Точно, как у блондинки! Что произошло-то?

Меня начала охватывать паника. Где я и что со мной?

Оглянулась и увидела чуть вдалеке просвет. Скорей туда!

Дорога! Только почему-то не асфальтированная. И узкая совсем. Даже травой низкой поросла за исключением полос, где колёса катятся. Куда же меня завезли-то?

Делать нечего, зашагала по ней. Куда-нибудь да выведет. Шла и прислушивалась, не едет ли кто. Тогда надо в лес на всякий случай спрятаться. Мало ли что. Вдруг я действительно откуда-нибудь сбежала и меня ищут?

Впереди показался мост. Ого, речушка! Надо хоть помыться.

Брр, вода холоднющая... Но ничего не поделаешь. Нельзя же свиньёй ходить. Как я вообще до такого докатилась? Что должно было со мной случиться, чтобы я в таком виде разгуливала? Понятно, что ничего хорошего.

И тут я заметила своё отражение. Во что я превратилась? Скелет, обтянутый кожей. Да нет, это не я!

Сердце бешено заколотилось от охватившего меня ужаса. Я не могла так выглядеть!

Ещё раз внимательно присмотрелась. То ли вода искажала, то ли это действительно не я. Этой девочке лет десять, ну, максимум, двенадцать! А мне шестнадцать было, когда я сознание потеряла.

Может, я всё-таки умерла и в какой-то загробный мир попала? Но это точно не рай. Хотя, наверное, и не ад.

В голову ударило, что это просто сон. Ну, пожалуйста, пусть я проснусь! Даже там, в детдоме. Я обязательно придумаю, как оттуда выбраться!

Да нет, похоже, не сон. Вода вполне реальная. Ещё и пить захотелось.

Пить из водоёма - это уж слишком. Там же микробы! Может, в эту речку канализацию спускают.

А вода-то чистая, кстати. Прямо на удивление.

После некоторых раздумий решила всё-таки попить. Очень уж хотелось. Неизвестно, когда я ещё к людям выйду. И вскипятить всё равно не в чем.

Постирать бы ещё тряпки эти, что на мне надеты. Но ведь других-то нет. На мне даже белья нижнего не было.

После того, как утолила жажду, жутко захотелось есть. Такое чувство, что меня уже давно голодом морили. Руки вон какие тощие, как будто и не мои.

Я стала оглядываться по сторонам. Потому что хорошо знала: в природе полно того, что можно съесть. Ещё в те, благословенные времена, до смерти папы, начала знакомиться с такими вещами. Тогда просто прикольно было, а потом сильно пригодилось.

Мне было двенадцать лет, когда я отправилась в экстремальный поход для подростков, где помимо всего прочего изучали выживание в дикой природе. Под руководством очень классного дедушки, который просил называть себя Лешим.

Это казалось захватывающей игрой. И стоило бешеных денег. Не считая всякого навороченного снаряжения. Хотя Леший нас и без него обустраиваться в лесу учил.

Некоторые из ребят дико возмущались, истерили даже. Им было некомфортно, потому что родители насильно туда загнали. Типа, на перевоспитание. Чтобы хоть пару недель от гаджетов отдохнули. А мне было интересно.

О, камыш! Хотя более правильно его рогозом называть. Его корневище легко вытаскивается из ила, очень крахмалистое и на вкус сладковатое. Из него много чего готовить можно, и просто сырым есть. Правда, волокна жёсткие, но их выплюнуть не проблема.

Вытащив с десяток подходящих толстых корней, хорошенько сполоснула их в речке и уселась на берегу. Это, конечно, не суперделикатес, но всё-таки стало полегче.

И тут меня осенило, что, судя по виду растений, здесь - поздняя весна! Но ведь была ранняя осень, когда я ударилась и потеряла сознание!

Это что же, я где-то, получается, всю зиму провела и не помню ничего?

Надо скорее до цивилизации добраться и всё выяснить! С полицией, конечно, заморочки будут. Но тут уж ничего не поделаешь. Документы всё равно придётся восстанавливать.

Я поднялась и зашагала дальше. Раз здесь мост есть и вполне себе крепкий, значит, дорога - не заброшенная.

Сзади послышался какой-то шум. На всякий случай я сразу же шмыгнула в лес. Затаилась за кустами и стала смотреть на дорогу.

Лошади! Аж четыре штуки, запряжённые в самую настоящую карету. Мне захотелось глаза протереть. Это что, галлюцинация? Или тут какая-то историческая реконструкция проходит, народ в Средневековье играется?

Проводила взглядом удаляющийся анахронизм. А карета-то явно нехорошая. Чёрная, окна маленькие и решётками закрыты.

Что происходит вообще? Опять ощутила нарастающую панику. Вспомнила пару прочитанных книжек о попаданцах в другие миры. А вдруг со мной тоже это самое случилось?

Да ну, бред! Должно быть какое-то реальное объяснение всему. Надо идти дальше и спокойно во всём разобраться.

Я шла и шла, но дорога не собиралась заканчиваться. И лес по сторонам не собирался меняться ни на что другое. Судя по солнцу, я двигалась примерно на юго-восток. Только какая разница: я не знала ни что там, ни даже где я нахожусь.

Пару раз садилась отдохнуть. Но не выдерживала и быстро вставала, чтобы двигаться дальше. Скорей выйти к людям и узнать, что произошло!

Солнце давно скрылось за деревьями. Скоро вечер и ночь. А я так никуда и не пришла. И сил больше нет. Я же почти ничего не ела. Пить тоже просто зверски хотелось.

Наконец, заметила слева небольшую поляну. На ней следы от колёс и кострище. Довольно свежее. Значит, кто-то здесь останавливался не так давно.

Рядом ещё и родничок обнаружился. Из него вытекал крошечный ручеёк и терялся в лесу. Вот здорово!

Надо просто перетерпеть эту ночь и завтра я наверняка уже куда-нибудь приду.

Естественно, на полянке я не решилась располагаться. Отошла чуть подальше в лес, выбрала подходящее сухое местечко и наломала веток, чтобы улечься спать.

Заодно нашла растение, очень напоминающее заячью капусту и до оскомины наелась его мелких кисленьких листочков. Какое-то время продержусь.

Стемнело. Но только я улеглась спать, кое-как завернувшись в дырявую тряпку, с дороги послышался шум. На полянку свернула карета.

Сначала я испугалась. Потом успокоилась. Я всё-таки не совсем близко. А в ночном лесу уже в двух шагах ничего не разглядишь.

Главное, чтобы у них собаки не было. Но вроде нету.

Вскоре между деревьями засияли отблески костра. А потом до меня донёсся запах еды!

Мой бедный желудок яростно взбунтовался, требуя наполнить его чем-то более существенным. Но мысль подойти и попросить поесть я сразу же отбросила.

Откуда я знаю, кто там? Будь я парнем, я бы, наверное, решилась подойти. Но для девочки подобная инициатива может очень плохо кончиться. К тому времени я уже это прекрасно знала.

Поэтому лежала, скукожившись, борясь с резью в животе и истекая голодной слюной. И внушала себе, что умение ждать и терпеть часто спасает жизнь.

Наконец, у меня получилось заснуть. Но почти сразу я пробудилась с бешено колотящимся сердцем. Потому что вспомнила, кто я такая.

Меня зовут Ания и мне двенадцать лет. Две седмицы назад мама разбудила меня до рассвета и велела бежать огородами к лесу. А потом долго и осторожно идти вдоль Лаисского тракта до самого города.

Может, у меня получится пристроиться там какой-нибудь прислугой и выжить. Потому что в нашу деревню пришли каратели. Наказывать за то, что взбунтовались из-за непосильных податей и прогнали герцогского фискала, который пытался забрать часть приготовленного для посева зерна.

Взрослые рассказывали, как это бывает. Кого-то казнят для острастки на центральной площади перед согнанными туда жителями. Остальных жестоко накажут. А часть молодёжи заберут для продажи в рабство, чтобы покрыть недоимки.

Я что, сошла с ума? Неужели у меня раздвоение личности началось? Я же Дарина Волкова из России двадцать первого века! А тут феодализм какой-то!

Испугалась я тогда здорово. Долго лежала, охваченная ужасом. Думала, может, я действительно больная и из психушки сбежала.

А потом осознала, что я всё-таки попала. Реально попала. В другой мир. Потому что именно это абсолютно логично объясняло всё происшедшее.

Последним аргументом, который меня убедил, стало понимание, что в моей голове уложился третий язык. Помимо родного русского и английского, на котором я лет с десяти практически свободно разговаривала.

Дождавшись предрассветных сумерек, я решила подобраться к поляне и посмотреть, кто там расположился.

До сих пор не могу определиться, чем было моё решение взглянуть на тех путешественников - спасением, или погибелью? Не знаю, смогла бы я дожить до сегодняшнего дня, если бы тогда с ними не пересеклась.

Но, быть может, моя жизнь сложилась бы совсем иначе, и ещё удачней, чем вышло? Впрочем, какой смысл сейчас об этом гадать?

Было холодно и на траве лежала роса. А я тихонько подкрадывалась к открытому месту.

Наконец, выглянула из-за дерева и увидела едва тлеющий костёр. Людей не было, и я подумала, что они спят в карете. А потом заметила рядом с кострищем накрытый металлическим блюдом котелок.

Моей первой мыслью было: а вдруг там что-нибудь осталось? Нет, я всегда знала, что воровать - грех. И до сих пор искренне так считаю. Но как мне было выжить тогда?

Мне всё-таки надо было до города добраться. А сколько до него ещё идти, я даже не представляла. И в памяти Ании, в чьё тело попала, я ничего такого не нашла. Она туда с родителями на повозке ездила.

Силы уже на исходе. Одной травой я их не восстановлю. Если не поем нормально, скоро лягу и больше не встану.

Я набралась духу и шагнула на поляну. Забыв про всё, кроме злополучного котелка.

Тихонько, чтобы не звякнуть, сняла с него блюдо. Не пустой! Какая-то похлёбка, и даже кусочки мяса плавают! Вот ведь повезло!

Схватила лежащую рядом ложку, кое-как вытерла о платье и принялась есть.

- А ну, стой! - властно раздалось вдруг со стороны кареты.

Я вздрогнула и выронила ложку. Только вскочила, чтобы бежать, как из-за кареты появился здоровенный темноволосый мужик в расстёгнутой на груди белой рубашке.

Я припустилась изо всех сил, но он оказался быстрее и схватил меня за платье. Мне оставалось только извернуться и вцепиться зубами в его руку.

Ага, выпустил! Вот только он был не один, и его товарищ успел подставить мне подножку.

Сцапал меня за волосы и потянул кверху. Пришлось подняться.

- Ты кто такая?

Я не знала, что ему отвечать. В любом случае, понимала: ничего хорошего мне не светит. Поэтому просто молчала.

- Грязная тварь! - прорычал укушенный, потирая руку.

Тот, кто держал меня за волосы, схватил за подбородок и заставил поднять голову. Я наткнулась на суровый взгляд слегка прищуренных серых глаз. Неприятный такой, изучающий.

- Смотри мне в глаза!

Я повиновалась. Что ему надо?

В голове крутились очень нехорошие мысли. Но была надежда, что они мной побрезгуют. Потому что я действительно грязная. Хотя, если верить прочитанным в моём родном мире книгам, в Средневековье на такие вещи не очень-то обращали внимания.

- Ишь, дерзкая! - ухмыльнулся мужчина. - Витар будет доволен подарочку!

Какой ещё Витар? Они что, меня не отпустят?

- Можешь доесть похлёбку!

- Не хочу!

- Давай-давай! Нам ещё целый день ехать!

- Отпустите меня, пожалуйста! - взмолилась я. - Простите, я правда виновата! Но я больше не буду!

- Сдохнешь ведь всё равно, а так в приличное место тебя пристрою! Можешь считать, тебе повезло!

Я стояла перед ними в полной растерянности. И тут от кареты подошёл третий. Полностью одетый, но по виду явно слуга или кучер. Вместо красивых блестящих сапог, как на этих двух, на нём были грубые башмаки. Да и одежда потёртая и не очень чистая.

- Запрягать уже, или как прикажете? - спросил он.

- Можешь запрягать! Но сначала еду достань!

Слуга побежал к карете и вернулся с большим свёртком. Размотал покрывальце и расстелил на земле. Поверх него положил завёрнутую в полотенце стопку толстых лепёшек и поставил две металлические фляжки, покрытые чеканным узором.

Меня толкнули к кострищу, а сами уселись вокруг импровизированного стола. Пышные лепёшки оказались круглыми пирогами с мясом.

Делать нечего, я тоже принялась доедать похлёбку. Слуга окинул меня недобрым взглядом и ушёл. Как будто я его объела. А может, и правда так.

- Вымой котелок! - услышала я, как только расправилась с неожиданным угощением.

Зашагала к родничку, окрылённая надеждой сбежать в лес. Но нет, один поднялся и стоял над душой, пока я оттирала песком со дна ручейка покрытые жиром и копотью стенки.

Ужас просто. Все руки чёрные! Принялась и их оттирать песком. Как они тут живут вообще?

- Давай в карету!

Мой провожатый заставил меня усесться и захлопнул дверцу. Я тут же продвинулась на другую сторону. Но там дверцы не оказалось. А окошко было маленьким и застеклённым.

Попробовать стекло выбить? Так пока буду вылезать, всё равно поймают.

Вскоре дверца опять распахнулась и похитившие меня мужики уселись на сиденье напротив. Сразу после этого карета тронулась и, подскакивая на травяных кочках, выбралась на дорогу.

Сначала я размышляла, куда меня везут. Что это за «приличное место»? Надеюсь, не бордель?

Спрашивать не стала. Не хотела их злить лишний раз. Наоборот, жалась к краешку и старалась быть как можно менее заметной.

Кто они вообще такие? Явно не простые. Высокорожденные - всплыло в голове слово из памяти Ании.

Я попыталась осознать, где она сама. Непонятно. Память вроде осталась, а её нет.

Неужели её душа покинула тело? Ну да, запросто могла. Пережить такое и потом ещё голодать две недели, шатаясь по лесам. Жестокие здесь, похоже, нравы.

Потом я пригрелась и уснула, опёршись на стенку. Да так крепко, что сама не заметила, как целиком сползла на сиденье. Наверное, от свалившейся на меня в кои-то веки сытости.

Проснулась только когда карета остановилась. Но это был ещё не город. Так, размять ноги да перекусить решили. Даже мне кусок мясного пирога перепал.

Всю оставшуюся дорогу смотрела в окно и слушала разговоры моих спутников. Правда, они по большей части какие-то экономические дела обсуждали с непонятными терминами, и я мало что поняла.

Мы въехали в ворота Лаисса уже в сумерках. Колёса кареты долго стучали по мостовой и смолкли, когда сбоку показался длинный и высокий каменный забор.

Мужчина, что решил сделать меня подарком какому-то Витару, крепко вцепился в мою руку и провёл меня сквозь приоткрывшиеся для нас ворота. Мы прошли через мощёный двор и поднялись по каменным ступеням трёхэтажного особняка.

- Приветствую тебя, Витар! - произнёс мой похититель.

Перед нами стоял высокий, но крепкий старик с горделивой осанкой.

- Рад видеть тебя, достопочтенный! - ответил он.

- Хочу обсудить одно дельце! И глянь, что мне по пути подвернулось! Решил для тебя прихватить! - с этими словами похититель подтолкнул меня к старику.

Тот впечатал в меня пронизывающий немигающий взгляд. Потом коснулся рукой моего плеча и спросил:

- Кто ты?

- Я... сирота, - пролепетала я.

И это было правдой. Потому что в моём родном мире дело обстояло именно так.

- Что ж, завтра проверю, чего ты стоишь, - произнёс он.

Потом потянулся к идущей вдоль стены полке, снял с неё увесистый блестящий колокольчик и прозвонил. Буквально через несколько секунд раздались шаги и к нам подошёл мужчина в длинном зелёном пиджаке с блестящими пуговицами из жёлтого металла. Лакей, наверное.

- Отведи её к Грите! Пусть вымоет и пристроит на ночь! - приказал хозяин.

Я покорно зашагала следом за слугой. Он провёл меня через несколько комнат и коридоров и открыл невзрачную дощатую дверь.

- Грита! Где ты там? Выйди, новенькую забери! - прокричал он.

Вскоре в двери показалась пышная щекастая тётка со свечой в руке. На ней было длинное, почти до щиколоток, тёмно-серое платье и бежевый платок, обмотанный вокруг головы наподобие тюрбана.

- Вот ведь принесло на ночь глядя! - проворчала она.

Схватила меня за руку и потянула за собой. Вскоре мы уже шагали по двору к приземистому каменному зданию. Грита дёрнула за дверную ручку, и в лицо пахнуло тёплым и влажным воздухом.

Мы прошли через заставленную лоханями комнату и попали в узкое помещение со скамьями вдоль стен.

- Живо снимай с себя эти тряпки! - скомандовала Грита.

Делать нечего, пришлось раздеваться.

Она толкнула низкую дверь и перед нами открылось довольно просторное помещение, напоминающее общественную баню в моём родном мире. Неужели я нормально вымоюсь наконец?

Грита зажгла ещё одну свечу и показала мне, где брать горячую и холодную воду. Потом дала серый бесформенный кусок мыла и велела чисто вымыться. Ещё и пригрозила, если не справлюсь, она сама за меня возьмётся и мне это не понравится.

Нашла, чем пугать! Я только и мечтала, чтобы привести себя в порядок. Правда, с волосами пришлось долго повозиться. Они и перепутались, и лесного мусора в них набралось. Неудивительно, учитывая, как мне пришлось спать в последнее время.

- Ну, долго ты там? - закричала Грита, приоткрыв дверь.

Я ответила, что уже всё. Она вошла с холщовой тряпкой-полотенцем в руках. Но прежде чем позволить вытереться, придирчиво осмотрела меня со всех сторон. Впрочем, к чему придраться, так и не обнаружила.

На скамейке в предбаннике меня поджидала чистая одежда - грубое коричневое платье и короткие серые панталоны. Вместо резинки в них была вдета тесёмка, которую надо завязывать. И ещё коричневая же лента для волос.

Я с наслаждением облачилась в чистое и опять устремилась следом за Гритой. Мы вернулись в особняк, она привела меня в маленькую комнатку и усадила за стол. Достала ломоть хлеба и налила глиняную кружку молока.

- Что это за место? - спросила я.

- Школа это! Будешь стараться - в люди выйдешь. Может, и госпожой станешь. Были тут и такие!

Я вздохнула с облегчением. Главное, что не бордель.

- Поспишь на матрасе в моей комнате! - сказала Грита. - А завтра хозяин решит, куда тебя определить.

Она постелила на пол набитый сеном матрас и кинула на него подушку и тонкое одеяльце.

- Платье сними! И следи за собой! Будешь ходить замарашкой - получишь! - принялась поучать она.

Естественно, я не стала с ней спорить, и молча легла. Неужели мне действительно повезло?

Наутро Грита опять накормила меня хлебом с молоком. И почти сразу за мной пришла высокая стройная девушка в таком же, как у меня, коричневом платье. Правда, оно у неё было красиво подогнано по фигуре.

- Идём, господин Витар тебя ждёт! - произнесла она.

Едва мы вышли, я спросила:

- А что здесь вообще? Как всё?

- Учиться очень тяжело. Но если господин Витар тебя примет, будет хороший шанс выйти в люди!

Девушка привела меня в большое помещение с облицованными деревом стенами и окнами, затянутыми верёвочной сеткой.

Как спортзал какой-то, - невольно подумала я.

Вчерашний старик, тот самый господин Витар, уже меня поджидал.

- Можешь идти! - бросил он девушке.

Я ощутила, что мне становится не по себе. Что сейчас будет? Подойду я ему или нет? И какой из этих вариантов лучше?

- Раздевайся! - скомандовал он.

Меня обуял откровенный ужас. Но старик тут же пояснил:

- Мне не нужны твои тщедушные прелести! Я хочу убедиться, что ты здорова и нормально сложена.

Я стояла в полной растерянности, не в силах пошевелиться.

- Чего ты ждёшь? - с нажимом спросил он. - Позвать, чтобы помогли?

Дрожащими руками я начала снимать платье. Скомкала его в руках и стояла, сгорбившись и мечтая провалиться сквозь землю.

Витар пару раз обошёл вокруг, потом ощупал мою спину и плечи.

- Выпрями спину и пройдись! - приказал он.

Я кое-как сделала несколько шагов на подгибающихся ногах.

- Можешь одеться!

Я тотчас принялась надевать платье, торопясь и путаясь в рукавах и застёжках.

- Грамотная? - спросил он.

Я задумалась. Хозяйка моего тела Ания умела только считать, и то слабо. Но, соединив представление о здешних цифрах со знаниями родного мира, я могла многое.

- Считать хорошо умею! - ответила я.

Старик задал мне пару элементарных примеров и удовлетворённо хмыкнул, когда я мгновенно назвала ему правильные ответы.

- Можешь радоваться, первый отбор прошла! - произнёс он. - Как тебя зовут?

Я опять заколебалась. Но в итоге побоялась назваться Анией. Всё-таки она сбежала из родной деревни при очень уж нехороших обстоятельствах.

- Дарина! - ответила я.

- Нелепое имя! Будешь зваться Дара! - отрезал Витар.

Вскоре за мной пришла уже знакомая девушка.

- К первогодкам! - велел ей старик, указав на меня.

- Рада, что тебе повезло! - произнесла девушка, когда мы вышли в коридор.

- А если бы нет?

- Тогда господин Витар продал бы тебя в другое место. Может, в прислуги, а может, и в дом увеселений. Ты явно очень хорошенькой станешь, как подрастёшь!

Она привела меня в небольшую комнату, почти сплошь уставленную кроватями. Подошла к одной из них, не застеленной покрывалом.

- Здесь ты будешь жить! Я скажу Грите, она принесёт тебе бельё и прочее. Смотри, соблюдай чистоту! И старайся изо всех сил! Если не будешь справляться, господин Витар от тебя избавится.

- Справляться с чем?

- С учёбой! Больше ничего от тебя не потребуется. Разве что очень редко придётся прислуге помочь. Да в наказание иногда на кухню отправляют. Старшие ещё дежурят, как я сейчас.

- А чему я должна учиться?

- Очень многому! Сама скоро увидишь, некогда мне всё тебе разжёвывать. Пойдём, отведу тебя в класс!

- А сколько времени я здесь буду учиться? - не отставала я от неё.

- Если всё пойдёт нормально, то четыре года!

- А потом что?

- Потом будешь работать по контрактам, которые господин Витар заключит с твоими нанимателями.

- Кем работать?

- По-всякому. Как повезёт. Некоторые девочки уже в самом начале встречают свою судьбу и очень хорошо устраиваются в жизни!

Я тогда ничего не поняла. Только потом уже разобралась.

Девушка постучалась и толкнула дверь. Передо мной открылся маленький класс, где вокруг длинного стола расположились семь девочек, примерно моего возраста, а в кресле с его торца восседал пожилой учитель.

Прилежно склонившиеся над тетрадками ученицы что-то писали. Лишь на мгновение они повернули головы в мою сторону, но тотчас вернулись к своему занятию.

Ну и дисциплина тут у них! - подумала я.

- Господин Витар велел принять новенькую. Её зовут Дара! - произнесла моя провожатая.

Учитель молча кивнул и поднялся со своего места.

- Грамотная? - спросил он меня.

- Нет, но я быстро учусь! Вы мне только буквы покажите! А ещё я считать хорошо умею! - сбивчиво произнесла я.

- Разберёмся!

Он указал на стоящий в углу стул и достал из шкафа тоненькую книжку.

Я придвинула стул к столу и села.

Учитель склонился надо мной и раскрыл книжку. Это оказалась азбука. Он стал называть буквы, требуя у меня повторять за ним.

Едва мы прошли весь алфавит, из коридора донёсся дробный раскатистый стук. Совсем скоро я узнала, что его производит дежурная, которая обходит коридоры учебных помещений со специальной трещоткой.

Девочки мгновенно бросили писать и встали.

- Когда раздаётся этот звук, ты должна встать рядом со своим местом! - наставительно произнёс учитель.

Я тотчас вскочила.

- Возьмёшь с собой азбуку и выучишь все буквы к завтрашнему дню! Если что-то забудешь - спросишь у других, они давно это прошли!

- Хорошо!

- Ты должна отвечать: будет исполнено, господин учитель!

- Будет исполнено, господин учитель! - повторила я.

Он прошёл вдоль стола и собрал все тетрадки. Девочки молча стояли и даже не шевелились.

Я внимательно разглядывала их. Все в таких же платьях, как и у меня. Волосы приглажены и заплетены в косы, завязанные коричневыми лентами.

- Урок окончен! - произнёс учитель.

Девочки устремились к двери. Я зашагала следом.

В коридоре они, наконец, заговорили. Стали приветствовать меня и называть свои имена.

- Идём скорей, а то переодеться не успеем! - произнесла та, которую звали Рина. Чуть позже я узнала, что она - старшая над первым годом.

Всей гурьбой мы ввалились в спальню и разошлись по своим кроватям. Рядом с ними стояли маленькие узкие шкафчики и девочки достали из них другую одежду: штаны и длинную рубашку с поясом. Такой же комплект лежал на моей, теперь застеленной, кровати.

- Переодевайся скорей, иначе нас накажут за опоздание! - повелительным тоном сказала Рина.

Я заторопилась.

- Платье аккуратно сверни и положи в шкаф! Да не так!

Она подошла ко мне и показала, как правильно.

- Нельзя, чтобы был беспорядок! Дежурные всё время ходят и проверяют.

- А книжку куда? - спросила я.

- Тоже в шкаф! Быстрей давай!

Наконец, я переоделась. Только с поясом вышла заминка. Но Рина опять подошла и помогла мне его завязать.

- Бежим! У нас мало времени! - приказала она.

Мы бросились по коридору. И вскоре оказались в том самом зале, где сегодня утром я общалась с Витаром.

Но вместо него нас встретил рослый и мускулистый мужчина средних лет со шрамом на щеке. Вид у него был откровенно бандитский.

- Это новенькая, её зовут Дара! - представила меня Рина.

- Посмотрим, чего ты стоишь! - ухмыльнулся новый учитель.

В своём родном мире я много занималась спортом. Акробатикой, гимнастикой, борьбой, и даже два года на фехтование ходила. К очень придирчивому и требовательному тренеру. С силой воли у меня всё было в порядке, я даже почти успела заработать разряд.

Поэтому опасений, что не справлюсь с какими-то физическими нагрузками, у меня не было. Я просто ещё не знала, с чем придётся столкнуться.

Учитель встал на краю зала и придвинул к себе деревянный ящик.

- Сейчас он будет в нас мячики кидать, и надо уворачиваться! - шепнула мне Рина. - На всякий случай держись от него подальше. А если упадёшь - сразу вставай и не вздумай плакать!

В следующее мгновение в нас полетели маленькие мячики, наполненные песком. Учитель был очень сильным, и швырял их с хорошего размаха. И почти сразу сшиб меня с ног.

Памятуя указание Рины, я сразу же встала и принялась уворачиваться дальше. Пока не поняла, что больше не могу. Просто нет сил.

Но, к моему счастью, учитель решил перейти к другим издевательствам.

Нам пришлось выполнять требующие неимоверной гибкости и ловкости упражнения и стоять не шевелясь, держа в вытянутых руках тяжёлые палки.

К концу занятия у меня было чувство, что я прямо сейчас сдохну. Куда я попала вообще?

- Ты очень сильная! - сказала Рина, когда мы покинули зал после знакомого уже раскатистого сигнала.

- Да где там, - ответила я, совершенно измотанная.

- Ничего, сейчас не очень трудно будет. А потом вообще обед, - успокоила меня она. - Ты молодец! Если и дальше так, всё будет хорошо.

Хотелось бы надеяться, - уныло подумала я.

Следующее занятие и вправду оказалось не таким уж сложным. Мы метали ножи.

С моей прекрасной координацией движений, сформированной благодаря хорошему физическому развитию с раннего детства, особых проблем у меня не возникло. Учитель даже поставил меня в пример паре девочек, у которых не очень хорошо получалось.

- Бежим переодеваться! - велела Рина, как только нас отпустили.

- Из нас тут что, наёмных убийц готовят? - успела я спросить её на бегу.

- Нет, что ты! Наоборот! Мы будем сопровождать и при необходимости защищать разных высокопоставленных особ! - ответила она.

Мы быстренько переоделись в платья и пошли в столовую - довольно просторный зал с высокими окнами. Четыре стола были уже накрыты. Мы встали около нашего и застыли в ожидании. Наконец, в зале появился Витар и пожелал нам приятного аппетита. Все тотчас уселись и принялись за еду.

- Не торопись и ешь аккуратно! - велела Рина. - Пользуйся столовыми приборами! Смотри, как другие это делают. А то без ужина оставят!

Стол был сервирован по высшему разряду. У каждого две тарелки, вилка, ложка и нож. Хотя еда довольно простая, посуда из обычной керамики, а столовые приборы - из потускневшего от времени и частого употребления металла.

Всё-таки не так уж и плохо здесь, - невольно отметила я. - Еды много и чисто. Да и культурно всё очень.

Мне невольно вспомнился детдом. С заляпанными жиром тарелками и гнутыми ложками. И невкусными блюдами из самых дешёвых продуктов. Зато кухонные работники каждый день уходили домой с набитыми сумками.

Я заметила двух девочек, стоящих у стены.

- Почему они не едят? - спросила я Рину.

- Наказаны! - ответила она. - И не болтай за столом, иначе и у тебя возникнут проблемы.

Я невольно поёжилась. Сурово тут у них.

В конце обеда перед Риной и ещё одной девочкой из нашей группы, Тирой, поставили маленькие тарелочки с пирожными.

- Сладости дают тем, кто лучший как минимум в двух предметах, - пояснила старшая группы.

А неплохо они тут мотивируют учиться, - подумала я. - И кнутом, и пряником!

После обеда нам предоставлялось немного свободного времени. Почти все девочки улеглись на кровати прямо поверх покрывал, аккуратно расправив платья, чтобы не измять.

Я тоже собралась было, хотелось обдумать многое. Но Рина не позволила.

- Тебе задали буквы выучить! - напомнила она.

Ей-то какое дело, ещё весь день впереди! - возмущённо подумала я. - Тоже мне, командирша выискалась!

- Обязательно прямо сейчас? - спросила я.

- Да, прямо сейчас! - настойчиво повторила она. - Я не хочу потом за тебя отдуваться!

Делать нечего, я полезла в шкаф за книжкой. Потом уселась на кровать и принялась повторять чужие замысловатые закорючки. Некоторые всё-таки забыла, но спасибо Рине, она мне подсказала.

- Ещё вечером повторишь, и завтра всё будет хорошо! - ободряюще произнесла она.

Я пролистнула вперёд и попробовала читать простые слова. У меня получилось. Думаю, я их всех скоро догоню.

Странно здесь всё-таки. Никто не болтает, не бесится, как дети этого возраста в моём прежнем мире. Хотя чего удивляться, при таких нагрузках-то.

Из коридора послышались звуки трещотки. Все тут же вскочили и принялись поправлять свои кровати. Я тоже последовала их примеру. И книгу заодно убрала в шкаф.

Потом мы отправились в класс и следующие два часа с небольшим перерывом слушали лекции об истории, географии и экономике герцогства Тирского, в которое меня столь мистическим образом угораздило попасть.

Я многого не понимала, так как совершенно не знала реалий местной жизни. И в перерыве набросилась с вопросами на Рину.

- Слушай внимательно и вникай! - принялась поучать она. - Герцогство всё-таки небольшое, тут всё довольно просто. А вот когда про Тарианскую империю начнём проходить, мало не покажется!

Следующим уроком было что-то, напоминающее ритмику. Пожилая дама учила нас грациозно двигаться и кланяться.

Я слегка запуталась в нескольких видах принятых тут поклонов и реверансов, которыми полагалось приветствовать знатных особ разных рангов. Но так как я была новенькой, мне за это даже не прилетело. А вот одну из наших девочек наставница из-за какой-то ошибки пребольно дёрнула за косу.

Ещё она постоянно ругалась, как неправильно и некрасиво мы ходим. И сравнивала нас то с коровами, то с утками.

Я едва удержалась, чтобы не рассмеяться, так забавно она это говорила. Но глядя на серьёзные лица моих соучениц, овладела собой.

Если же учительница замечала, что кто-то сутулится, то натурально бесилась. Тут же подскакивала и лупила по спине своим жезлом, которым обычно размахивала и отбивала ритм.

На этот счёт Рина меня уже предупреждала. За осанкой воспитанниц здесь тщательно следили. Не только учителя, но и дежурные из старших.

Неприятно, конечно, но надо признать, это шло на пользу. Фигуры, осанка и походка девушек из старших классов были просто изумительными.

Последние два часа мы занимались тарианским языком. Одна из девочек в детстве жила в Империи и знала его, как родной. Ей велели как можно скорее подтянуть меня до общего уровня.

К счастью, девочки успели пройти не так уж и много. Потому что изучать тарианский они начали лишь после того, как овладели грамотой на языке нашего герцогства.

После этого мы отправились на ужин, который оказался ничуть не менее плотным, чем обед.

По пути из столовой у меня откровенно заплетались ноги. Если так будет каждый день, я просто не выдержу!

В спальне девочки тут же принялись переодеваться в длинные, до пят, ночные рубашки. В моём шкафу обнаружилась точно такая же и я последовала их примеру.

Перед тем, как улечься, я на всякий случай достала из шкафа книжку и ещё раз повторила буквы. Не хотелось бы начинать свою жизнь здесь с какого-нибудь наказания.

Вскоре в нашу комнату заглянула дежурная.

- Спите уже? - спросила она и, не получив ответа, задула горящие в подсвечнике у двери свечи.

Спальня погрузилась во тьму.

- Откуда ты, Дара? - послышался шёпот с соседней кровати, где спала девочка по имени Эрия.

Я задумалась, что ей ответить. Назвать деревню, откуда убежала Ания? Но могу ли я ей настолько доверять? Трудности последних лет в моём родном мире научили меня с опаской относиться к новым людям.

Сказать, что из другого мира, я тем более не могла.

- Из деревни, родители умерли, - уклончиво ответила я.

- Понятно, - вздохнула Эрия. - Здесь почти все такие.

У меня уже слипались глаза и я сказала, что очень хочу спать.

- Я тоже, - ответила соседка.

Перед сном я ещё успела кое о чём подумать. Вот ведь странно, в своём родном мире я часто мечтала о всяких опасных и захватывающих приключениях.

С удовольствием ходила в походы по лесам и горам. Сплавлялась по рекам, лазила по скалам. Даже играла во всякие военные игры типа пейнтбола. Естественно, пока папа был жив.

Но когда самые что ни на есть настоящие приключения свалились на меня всерьёз, мне стало несколько некомфортно. Страшно даже.

Но продолжить свою мысль я не сумела. Усталость оказалась сильнее, заставив меня провалиться в сон.

Наутро я едва смогла встать. Все мышцы жутко болели после вчерашней совершенно непривычной нагрузки. А кое-где даже красовались здоровенные синяки. Я с трудом доковыляла до умывальной комнаты, вход в которую открывался прямо из нашей спальни.

К моему удивлению, там имелся самый настоящий водопровод. Вода, хоть и холодная, текла в длинный медный желоб из медных же кранов.

- Мне нехорошо! - пожаловалась я Рине.

- Если у тебя нет никакой тяжёлой болезни, то придётся терпеть! - ответила она. - Скоро привыкнешь. И потом, неужели ты думаешь, что в других местах будет лучше? Тебе повезло, что ты здесь оказалась!

Я надела платье и следом за всеми потащилась на уроки. Хорошо хоть первые два, математика и словесность, пройдут в классе.

Математику преподавал худой и вёрткий мужчина средних лет. Он начал с устного счёта. Громко диктовал примеры, одновременно наматывая круги по маленькому классу, и тут же требовал называть ответ.

Сложение и вычитание двузначных чисел конечно же не вызвало у меня никаких проблем, так что я отвечала наравне со всеми. Потом он перешёл к умножению и делению.

Здесь девочки начали медлить с ответами и даже ошибаться. Лишь Рина, Тира и я продолжали держать прежний темп.

Наконец, мы перешли к задачам. Про крестьян и урожай с полей, купцов, продающих ткани и товары на развес, гонцов, спешащих из одного города в другой.

Поначалу у меня вызвала затруднение непривычная система здешних мер, но я довольно быстро в ней разобралась. Как и в написании цифр.

Я пролистала вперёд выданную нам для работы книжку с примерами и задачами. Легкотня! Элементарная арифметика. Лишь в самом конце идёт возведение в квадрат и куб.

Думаю, скоро я стану здесь первой. Ещё бы один какой-нибудь предмет хорошенько осилить, и тоже буду лопать пирожные!

На следующем уроке пожилой учитель словесности велел одной девочке читать вслух замысловатый рассказ какого-то путешественника, а сам подошёл ко мне и начал придирчиво спрашивать заданные к изучению буквы. Я ни разу не сбилась, и он коротко кивнул.

Потом объяснил, как сливать буквы в слоги. Но это я и сама уже поняла, так что спокойно, хоть и медленно пока, начала читать указанные им слова. Он опять кивнул и велел внимательно слушать. После чего заставил девочек пересказывать только что услышанное.

Мою соседку по спальне Эрию угораздило что-то там перепутать. Тогда учитель велел ей подняться и встать у доски с вытянутыми вперёд руками.

- Будешь стоять до конца урока! - сердито произнёс он. - В следующий раз станешь внимательно слушать, а не мечтать о всякой глупой ерунде!

Это же натуральное издевательство! - возмущённо подумала я.

Всё оставшееся время урока мне было откровенно не по себе. Несколько раз я невольно переводила взгляд на несчастную Эрию, которой нельзя было даже пошевелиться.

Потому что один раз учитель это заметил и безжалостно огрел её по спине хлыстом, лежавшим на столе перед его креслом. Да ещё и без обеда оставить пригрозил.

Наконец, из коридора раздался треск и учитель нас отпустил. Мы помчались в спальню переодеваться.

Я переживала, как буду сейчас заниматься в том зале. Двигаться так же быстро и ловко, как вчера, у меня точно не получится.

- Ничего, Бык не такой уж и злой! - утешила меня Эрия. - Хоть он и топает ногами и орёт, зато почти никогда не наказывает.

Это вы ему такую кличку дали? - поинтересовалась я.

- Ну да, он вон какой здоровенный! Говорят, раньше в Тарианской империи гладиатором был. Прямо при императорском дворе выступал.

Меня охватил самый натуральный ужас. Получается, человеческая жизнь тут и гроша ломаного не стоит!

На этот раз учитель заставил нас долго бегать вокруг зала. Но потом опять взялся за свои ужасные мячики.

Я искренне пыталась двигаться как можно быстрее. Но довольно скоро он меня всё-таки подшиб. С большим трудом у меня получилось подняться. Но когда это произошло во второй раз, я поняла, что больше не встану. И разревелась. Просто сил уже никаких не было.

- Вставай! - рявкнул подошедший ко мне учитель.

- Не могу, - давясь слезами, пролепетала я.

- Хочешь, чтобы тебя отсюда выкинули?

Я вспомнила про дом увеселений, куда я скорее всего попаду в таком случае и заставила себя встать. Ноги дрожали и я с трудом сделала пару шагов.

Этот самый Бык действительно оказался не злым. Больше он в меня не целился. Да и потом, когда я довольно коряво выполняла требуемые упражнения, почти не цеплялся.

Следующий урок мы занимались фехтованием. Так как я ходила в такую спортивную секцию в своём родном мире, мне было полегче. Интуитивно я понимала, как надо двигаться.

Если бы не непривычное к таким вещам тело Ании, я бы почти сразу стала первой. Но ничего, это вопрос времени.

Я даже представила себе аппетитное кремовое пирожное, которое в ближайшем будущем, несомненно, достанется и мне. Умели же тут всё-таки мотивировать!

После обеда я сразу заснула. Так крепко, что даже сигнала не слышала. Так бы и спала, если бы меня Рина не растолкала.

Дальше была музыка. Нас обучали петь и играть на инструменте типа маленькой арфы. И мне это очень понравилось!

Потому что в родном мире начала было осваивать гитару, но не сложилось, и я об этом очень жалела. Даже сама пыталась хоть чему-то научиться по видео в интернете.

Чудовищно длинный учебный день, как и вчера, закончился зубрёжкой тарианского. Учитель обещал, что на четвёртом году мы будем владеть им, как родным. Учитывая здешний подход к обучению, сомневаться в этом не приходилось.

Через неделю такой жизни я поймала себя на том, что кроме как поспать и поесть, у меня больше никаких желаний и не осталось. Здесь даже выходных дней не было!

Когда я захотела спросить девочек про выходные и каникулы, то с удивлением обнаружила, что в здешнем языке и слов-то таких нет. Разве что праздники в голову пришли.

Эрия сказала, что по праздникам мы всё-таки не учимся. Младшие спят до обеда, потом читают, занимаются рукоделием или играют в большом зале, смотря кто что любит.

Кроме того, нам обещали выезды за город. Мы будем жить на природе около красивого озера и обучаться верховой езде.

Через месяц я осознала, что почти полностью адаптировалась к новому миру. Догнала нашу группу по всем предметам. Разобралась, наконец, в местных реалиях. А, самое главное, начала представлять, что меня ждёт в конечном итоге.

Господин Витар явно был выдающимся бизнесменом. Очень креативным. Придумал и провернул то, до чего здесь ещё никто не додумался. Даже в Тарианской империи не было таких учреждений, как наше.

Официально мы считались самым обычным сиротским приютом. Но по факту прошедшие через него девушки становились совершенно уникальными, разносторонне развитыми и очень востребованными специалистами.

Мы овладевали широким спектром наук и искусств, причём на высочайшем уровне. Могли вести научные и философские беседы, со знанием дела рассуждать о политике и экономике.

Могли музицировать, танцевать и скакать верхом. И наряду с этим обладали навыками телохранителя высокопоставленной особы.

Вот только при всём при этом мы являлись собственностью нашего хозяина. И приносили ему огромные деньги. Фактически он сдавал нас в аренду, заключая контракты со знатными и влиятельными людьми, желавшими воспользоваться нашими услугами.

Правда, некоторым девушкам везло - в них влюблялись богатые мужчины и за огромную сумму выкупали их у Витара. Все завидовали таковым, но не я. После моего родного мира мне казалось совершенно ужасным принадлежать кому-то как вещь, которую просто купили.

Но здесь совсем другие представления о жизни. И подобная судьба была вожделенной мечтой практически каждой девочки, обучавшейся в нашей школе.

Поразмыслив обо всём этом, я пришла к неутешительному выводу. Мы, по сути, что-то вроде античных гетер моего родного мира. Призваны развлекать, обслуживать, защищать и ублажать высокопоставленных особ. Тем более, я успела услышать, что на четвёртом году нас станут учить очаровывать мужчин.

Я чётко понимала, что не хочу такой судьбы. Но при этом осознавала, что на данный момент мне просто некуда деваться.

Для начала надо хотя бы вырасти. В теле двенадцатилетней девочки ничего особо и не предпримешь.

Поэтому я решила затаиться и жить, как все. Там, куда меня забросила судьба. И пытаться извлечь максимум пользы из той ситуации, в которой оказалась.

Всё было бы хорошо, но совсем скоро я стала первой в математике. А это означало, что прежний лидер, Тира, потеряла свою привилегию.

В день, когда об этом объявили, я впервые почувствовала на себе полный ненависти взгляд.

А когда я добилась первенства в фехтовании и передо мной поставили пирожное, у меня начались проблемы. Сначала кто-то облил водой мою постель. Потом здорово влетело от дежурной за сложенные кое-как вещи в шкафчике, хотя это точно была не моя работа.

Я изначально, ещё в родном мире, привыкла к опрятности и порядку. И придерживалась этого, даже когда мы потеряли нормальное жильё и жили в разваливающемся прямо на глазах деревенском доме.

После того, как из моих штанов вытащили тесёмку, которой они завязывались на талии, и мне пришлось вдевать её обратно, из-за чего я опоздала на занятие, мы обсудили происходящее с Эрией и стали тщательно следить за Тирой. Это было само по себе противно. Да и напрягало, отвлекая кучу внимания и сил от более насущных дел. Но ничего не поделаешь.

С подобным гадством я уже сталкивалась в родном мире. В школе, куда я, правда, ходила через пень-колоду, что хоть как-то спасало от проблем. Потом в приюте и детдоме.

Я удивлялась, что здесь изначально такого не было. Боялась даже, что меня начнут травить, как новенькую. Но нет, обошлось.

Странно, женский коллектив вроде, а все друг другу помогали и поддерживали. Кроме Тиры. Но мы с Эрией справлялись, а в открытую завистница ничего плохого сделать не могла.

Жаловаться я не пошла. Во-первых, не видела, как Тира это делала. Во-вторых, выросла с ощущением, что доносить - плохо. Возможно, здесь дело обстоит иначе, но я решила не рисковать.

Наша старшая, Рина, явно заметила происходящее и была на моей стороне. Я даже слышала однажды, как она бранила мою соперницу.

В один прекрасный день нам объявили, что завтра мы уезжаем за город. Я реально обрадовалась, потому что устала уже от одних и тех же стен. Да и от постоянной тяжёлой нагрузки тоже.

Мы ведь даже и не гуляли почти. После обеда, конечно, можно было выйти во двор, старшие так и делали, но у нас на это просто не было сил. Хотелось надеяться, что за городом будет полегче.

Следующим утром сразу после завтрака за нами приехали кареты и мы отправились навстречу новым впечатлениям. Все девочки были охвачены радостным воодушевлением. Смеялись и болтали невпопад. Да одно то, что не надо идти в класс, чего стоило!

Место, куда нас привезли, по всей видимости, было загородным поместьем. Нас разместили на четырёх просторных верандах, примыкающих к большому двухэтажному особняку.

Он был попроще, чем здание в городе. И даже крыша была покрыта самой обычной черепицей. Но мне всё равно понравился. Ещё и плющ очень красиво обвивал стены, взбираясь по ним до самой крыши.

Старшие девушки помогли нам разместиться и показали, где что находится. К нашему удивлению, после обеда нас не загрузили учёбой, а позволили просто отдыхать.

Мы тут же побежали вниз по склону к совсем близкому озеру. Оно было таким огромным, что там имелись даже волны. Почти как на море.

Младшие девочки принялись играть на пляже. Я же, приподняв платье, ходила по воде вдоль берега.

Игры меня уже не привлекали. Ведь на самом деле мне было шестнадцать лет. Меньше чем через полгода исполнится семнадцать.

После нескольких недель ежедневной плотной занятости с утра до вечера безделье казалось совершенно непривычным. Искупаться бы. Впрочем, завтра нас обещали учить плавать. Но я уже умела. Там, в родном мире.

Ания не умела. Только изредка плескалась в протекавшей через деревню мелкой речушке. Смогу ли я завтра поплыть?

Свободное время дало простор моим мыслям. Я принялась думать о своём будущем.

Для здешних девушек пределом мечтаний являлось счастливое замужество. На большее они и не надеялись. Такое чувство, что даже не задумывались об альтернативе. Хотя альтернатива тут одна - стать унылой и презираемой старой девой.

И что мне делать? Быть такой, как они? Ну уж нет! Потому что я имела возможность наблюдать, чем может кончиться даже самый счастливый брак.

У моей мамы был именно такой. Папа её просто боготворил. Правда, он мало бывал дома. Бизнес не отпускал.

Мама же посвятила себя исключительно семье. Обустраивала дом, меня растила. Ещё беременной она прошла курсы по раннему развитию, чтобы со мной заниматься. Поэтому в четыре года я уже читала.

Мама организовывала мою учёбу с репетиторами, водила меня по музеям, возила на экскурсии. Читала мне перед сном, даже когда я уже большая стала. Моё детство было просто сказочным! Я буквально купалась в любви.

Моим сестрёнкам-двойняшкам так не повезло. Они родились, когда мне было одиннадцать. А через два года папу убили. И наша жизнь стремительно покатилась по наклонной.

Папа не допускал маму к своему бизнесу. Говорил, это не женское дело. Её дело - быть красивой и заботиться о доме и детях.

Поэтому его компанию тут же перехватил один из прежних сотрудников. Мама попыталась воспротивиться, но ей пригрозили, что повесят на неё долги и кредиты.

Я не знала, были ли они на самом деле. Но из нашего дома нам пришлось уехать сразу после похорон.

Сначала в съёмную трёшку в центре города. Первые полгода мы пытались жить по-прежнему. Но деньги стремительно таяли. Мама совершенно не умела ими распоряжаться.

Она была катастрофически не готова к такой жизни и страшно страдала от своей беспомощности. Видимо, это и повлекло проблемы с алкоголем.

Тогда мы с ней начали ругаться. Я пыталась увещевать её, что она не должна так поступать. А она кричала, что ей нужно хоть ненадолго забыться и отвлечься. Иначе она просто не выдержит. Наверное, она была слишком слабой.

Вскоре мы оказались в старом доме посреди вымирающей деревни. Тогда я окончательно поняла, что надеяться придётся только на себя.

Тяжело об этом думать. Не хотелось вспоминать даже. Но я знала, что крепко выучила тот тяжкий жизненный урок. В моей жизни такого не будет!

Но что же мне делать в новом мире, где всем заправляют мужчины? Никаких конкретных идей у меня не было.

Я знала лишь одно - я должна стать сильной! Ведь в обществе, полном жестокости и несправедливости, закон прост: кто сильнее - тот и прав. Значит, и мне придётся играть по этим правилам.

Первую половину дня мы посвящали верховой езде. Старшие девушки уже были прекрасными наездницами. Они грациозно держались в сёдлах и даже скакали через установленные на большой поляне барьеры.

Нас же начали учить с самых азов: ухаживать за лошадьми, седлать. Но так было даже интересней.

Здесь имелось два варианта верховой езды. Привычная нам посадка верхом и предназначенная для дам в длинных пышных платьях посадка боком, когда обе ноги свешивались с одной стороны.

Первый вариант был знаком мне ещё по родному миру. Лошадей я всегда любила и частенько посещала конно-спортивный клуб. Поэтому совсем скоро я уже скакала наравне со старшими.

А вот дамское седло вызвало у меня большие затруднения. Из-за такой посадки и лошадь страдала, и у всадницы риск упасть был гораздо выше. Но принцип «красота требует жертв» работал и в этом мире.

Деваться было некуда и я терпеливо осваивала и эту замысловатую технику, требующую очень хорошей координации движений. Ведь удержать равновесие в дамском седле было гораздо сложнее.

Вторую половину дня мы занимались различными тренировками, иногда фехтованием или метанием ножей, а перед ужином шли плавать. Здесь даже купальные костюмы имелись. Очень смешные, напоминающие комбинезоны.

В первый же день у меня получилось держаться на воде. Немного потренировавшись, я перешла к привычным мне стилям плавания и оставила далеко позади даже старших.

Кончилось тем, что меня стали называть Водяной Феей. Были у них такие фольклорные персонажи. А ещё мне разрешили плавать, как самой заблагорассудится.

Остальным же пришлось тяжко. Младшие вообще изнемогали от страха, потому что им пригрозили: если к концу нашего пребывания здесь они не научатся держаться на воде, их посадят в лодку и выбросят в воду далеко от берега.

Мне было больно на это смотреть и я принялась помогать учителю. Первым делом, конечно же, взялась за Эрию. И уже на следующий день она поплыла. По-собачьи, но большего от младших и не требовалось.

Опять это дамское седло. Жутко неудобная штука.

Только я оседлала свою лошадь, как ко мне подошла девочка годом старше и сказала, что меня зовёт один из наших преподавателей. Я тотчас побежала, куда она велела.

Но там никого не оказалось. В полном недоумении я искала нужного мне человека, но так и не нашла. Хотелось надеяться, что меня за это не накажут.

Вернулась на поляну для верховой езды и получила выговор от тренера за опоздание. Обидно до слёз. Как будто я виновата!

Делать нечего, надо заниматься. Для начала я должна медленно объехать вокруг поляны, следя за своей осанкой.

Но едва я уселась, лошадь взбрыкнула, едва не сбросив меня, и понесла. Совершенно не реагируя на поводья. Что случилось, она же была такой спокойной?

Я буквально чудом удерживала равновесие. Дамское седло не слишком подходит для такой скачки. А лошадь совсем взбесилась, ещё и задом подбрасывать стала.

Меня охватил ужас. Я же разобьюсь сейчас! А если ещё зацеплюсь при падении и она меня за собой потащит?

Изо всех сил потянула поводья, но сделала только хуже. Лошадь поднялась на дыбы, сбросив меня вместе с седлом.

Я пришла в себя и поняла, что лежу вниз головой среди каких-то веток. Попробовала принять более удобную позу, но не вышло. Что-то упиралось в спину. Кое-как высвободила одну руку. Кровь!

- Дара! - послышался голос Эрии.

Я хотела ответить, но вместо голоса прозвучал лишь хриплый шёпот. Я ещё больше испугалась и попробовала закричать. Вышел какой-то писк.

Но Эрия всё равно услышала и совсем скоро принялась высвобождать меня из объятий раскидистого куста. Который меня на самом деле спас. Благодаря ему я отделалась ушибами и глубокими царапинами.

Вскоре ко мне подбежал тренер вместе с другими девочками.

- Как же так вышло, Дара?

- Не знаю! - прошептала я. - Я просто села, а она вот так...

- Смотрите, что у неё под седлом было! - раздался вдруг звонкий голос моей соперницы Тиры.

Она держала в руках кусочек ветки с острыми шипами.

- И я даже знаю, кто это сделал!

- Кто же? - спросил тренер.

- Эрия! Я видела, как она вертелась вокруг её лошади, когда Дара куда-то бегала! И кое-кто из старших может это подтвердить!

Этого не может быть! Она же врёт. Я точно знаю: она сама это провернула!

- Это не я! - отчаянно вскрикнула Эрия.

Тренер шагнул к ней, грубо выдернул её из круга столпившихся вокруг меня девочек и толкнул на землю.

- Как ты посмела, мерзавка?

- Она не виновата! - изо всех сил шептала я, но меня никто не слушал.

Наконец, меня отнесли на постель, а несчастную Эрию заперли в сарае. Когда Рина принесла мне поесть, я спросила, что теперь будет.

- Да уж понятно, что ничего хорошего! Из школы выкинут точно. Господин Витар такого не потерпит. Завтра он сюда приедет и решит!

Витара и жутко боялись, и одновременно с этим боготворили. Хотя чему тут удивляться? Обездоленные дети, прошедшие через беды и лишения и обрётшие в школе хоть какое-то подобие стабильной жизни с надеждой на хорошее будущее, воспринимали его как благодетеля.

Он и сам способствовал такому впечатлению. Недаром почти всегда приходил в столовую в начале каждого приёма пищи. Как бы намекая, что мы получали её из его рук.

- Мы должны её спасти! - прошептала я.

- Как?

Рина провела со мной всё послеобеденное время, но придумать хоть что-то реально способное помочь у нас так и не получилось. Неужели Эрия обречена?

Весь вечер я проплакала, а потом не выдержала и встала. Кое-как доковыляла до сарая за конюшней и постучалась.

- Эрия, это я!

- Ты же не думаешь... - начала она.

- Нет, что ты! Я верю тебе, а не Тире! Мы с Риной говорили уже. Но как сделать, чтобы поверили нам, а не им?

Одна из старших девушек заметила меня и прогнала на веранду. Я лежала и думала, что не хочу жить в мире, где такое творится. Если бы я могла это изменить!

Но ведь и в моём родном мире такое бывает. Неужели люди настолько порочны? Да ведь не все же. Вот только как отделить нормальных от гнилых душой?

Я пришла в полное отчаяние. Даже готова была броситься Витару в ноги и умолять пощадить ни в чём не повинную Эрию. Вот только это вряд ли поможет.

Меня освободили от занятий на все оставшиеся три дня пребывания за городом. Но меня это нисколько не радовало.

Я сходила с ума от переживаний за Эрию. Неужели она обречена?

А я что? Молча буду смотреть на совершающееся беззаконие? И потом жить с этим? Как?

Я заснула лишь под утро с твёрдой решимостью отправиться к Витару. Если он мне не поверит и не пощадит мою подругу, буду просить отправить меня туда же, куда и её. Вместе как-нибудь выкрутимся.

Утром меня никто не разбудил. Я встала, когда на веранде уже никого не было. Солнце стояло высоко. Неужели я проспала?

Быстро оделась и вышла. Хотелось бежать, но не получалось. Всё-таки полёт с лошади не прошёл даром. Да и вид у меня наверняка совершенно чудовищный. Но зеркала тут нет.

Наткнулась на дежурную из старших и спросила:

- Господин Витар уже приехал?

- Да, сейчас к обеду выйдет! Можешь уже идти туда, ты же всё равно не учишься.

Я заторопилась в расположенную под навесом столовую. Никого, кроме слуг.

Но вот, наконец, и девочки наши прибежали. Только Тиры почему-то не было. А чуть позже к нашему столу прошмыгнула бледная и дрожащая Эрия.

- Невиновна! - шепнула она мне.

Радостное ликование наполнило душу. Но выяснение, как это было, пришлось отложить. Поскольку разговоры за едой добром не кончались.

После обеда мы с Эрией уединились за конюшней. Вот только рассказ из неё пришлось буквально вытягивать.

- Меня отвели к господину Витару. Он не ругался даже. Спокойно так сказал: я, мол, хорошая девочка и сейчас расскажу ему всю правду. Естественно, я рассказала. А потом...

Эрия замолчала и всхлипнула.

- Так что? - не выдержала я.

Эрия начала дрожать. Я обняла её и принялась успокаивать. Наконец она овладела собой и продолжила:

- Мне стало больно дышать. Как будто воздух густой и холодный. Я даже пошевелиться не могла. Словно меня опутало что-то. И я говорить начала. Сама не помню что.

Он что, её загипнотизировал? - недоумевала я. Или здесь реально присутствует нечто сверхъестественное? То, что они называют магией?

- И что потом? - прошептала я, не переставая крепко обнимать подружку.

- Как будто темно стало. И голова закружилась. Но затем всё прошло. Господин Витар опять сказал, что я - хорошая девочка и ни в чём не виновата. И велел идти на занятия.

- А с Тирой что?

- Я видела, как старшие тащили её силой в особняк. Её всю трясло. Лицо белое, как мел.

- И где она сейчас?

- Не знаю.

Тира исчезла без следа. Так же, как и та девочка на год старше, что помогла реализовать её коварный замысел.

И это было совершенно непонятно. Что могло заставить её так поступить? Ведь у меня с ней не было никаких конфликтов. Мы даже не знали друг друга.

Мы вернулись в город и опять погрузились в выматывающую все силы учёбу. А через некоторое время по школе начали расползаться пугающие слухи.

Якобы девочка, помогавшая Тире расправиться со мной, была связана с нечистой силой. Делала что-то необычное. Вроде как колдовала. И Тира её за этим застукала.

Понятно, что это бред. Плод замутнённого средневековыми суевериями воображения. Ну, не бывает на свете колдунов и ведьм! А если и бывают, то всего лишь мошенники, мастерски околпачивающие доверчивых людей.

Короче, я выбросила это из головы и просто жила дальше. Некогда мне было думать о всякой ерунде.

После происшедшего я стала для Эрии лучшей подругой. Она делилась со мной всеми своими секретами, вгоняя меня в острое чувство вины. Ведь я такого позволить себе не могла. Даже представить страшно, что со мной сделают, если узнают, что я - из другого мира.

Дни шли за днями, и вот уже закончился наш первый год в школе Витара. Это было весной, перед самым днём равноденствия, который в этом мире считается началом нового года.

В принципе, логично. Весна, пробуждение природы и начало нового жизненного цикла.

Здесь вообще все праздники с астрономией связаны. Точнее, с положением солнца.

Летнее солнцестояние, связанное с почитанием водной стихии. Обрызгать кого-то водой в этот день - значит, пожелать счастья.

Потом праздник урожая в осеннее равноденствие. И жутковатый, но фееричный зимний солнцеворот, когда на стол ставят угощение для усопших предков и танцуют вокруг большого костра.

Я думала, в конце года у нас будут какие-нибудь экзамены, но обошлось. Хотя у старших, говорят, что-то такое есть.

Но ведь у нас и каникул не было. Одно утешение - праздник нового года длился целых три дня. Но сразу после него опять началась учёба.

Правда, теперь стало полегче. Всё-таки за первый год мы окрепли и привыкли к такой нагрузке. Даже вырасти умудрились так, что пришлось заменить одежду.

К тому же нас переселили в более удобную и просторную комнату. Посередине стоял длинный стол, а вдоль стен - два ряда кроватей.

Стол был нужен, потому что нам теперь стали задавать уроки. Обычно что-нибудь прочитать, написать или вызубрить. Но это не страшно, потому что вечером нас отпускали на час пораньше. Да и уроки не каждый день делать приходилось.

Ещё появились новые предметы: вместо того, что напоминал ритмику, нас стали учить танцам. Правда, преподавательница осталась всё та же.

Мы её Уткой прозвали. Уж больно похоже она выпячивала губы. Ну и то, что она нашу, по её мнению, недостаточно красивую походку постоянно сравнивала с утиной, тоже сыграло свою роль.

К обычной словесности добавилось изучение здешней литературы и философии. Нас теперь заставляли учить и декламировать огромное количество стихов почитаемых поэтов и философов, которые тоже обычно излагали свои концепции в рифмах.

Ещё стали обучать составлению различных писем и документов. И личных, и деловых. В общем, скучать было некогда.

Третий год промелькнул тихо и незаметно. Как обычно, добавились новые предметы, а некоторые старые ушли. Даже медицина появилась. И больше всяких экономических вещей. Про ведение бизнеса, бухгалтерию, налоги, борьбу с конкурентами. Всё это было довольно интересно.

Вот только ближе к концу третьего года случилось то, что в очередной раз перевернуло мою жизнь. Заодно пришлось подкорректировать и все мои прежние представления о мире.

Всё началось с того, что я разодрала палец. Не сильно, но неприятно. Как раз в том месте, куда опирается перо при письме. Да ещё и домашнее задание задали - написать официальное поздравление.

Попробовала по-другому перо взять - и неудобно, и медленно, и буквы какие-то корявые выходят. А потом и вовсе кляксу посадила. Теперь надо заново переписывать.

Настроение и так хуже некуда. Конец зимы - время, когда все хандрят.

В общем, сидела я за столом, тупо глядя на чистый лист, ждущий, когда на нём появится официальное поздравление со вступлением в новую должность, и едва не плакала.

И не поможет никто. Нас ведь в группе мало, и учитель знает почерк каждого.

Я накрыла несчастный палец другой ладонью. Вот что мне делать теперь? Завтра придётся с учителем объясняться. Такие проблемы здесь никого не волнуют. Скажет: сама виновата, надо было аккуратней.

Но вдруг я ощутила какое-то странное покалывание, даже жжение в том месте, где была ранка. И как-то не по себе стало. И голова ещё закружилась.

Да что со мной такое? - недоумевала я.

А палец тем временем ещё и зачесался. Просто невыносимо. Может, туда грязь попала? Да нет, я же сразу хорошенько промыла водой.

Взглянула - не может быть! Вместо ранки лишь красное пятнышко на коже. Потрогала, помяла даже - всё цело.

Сначала я решила, что у меня крыша поехала от переутомления. Но нет, я же помню, как кровь текла. И лист вон с кляксой лежит. Так что это было?

Никаких разумных объяснений в голову не приходило. Потому что этого просто не могло быть.

Тогда я решила, что сначала надо сделать задание. А потом уже думать.

Как назло, сложенный в голове текст куда-то выветрился. Пришлось опять придумывать. И не спишешь. Хоть тема у всех и общая - поздравление, но задания-то разные. Поводов поздравлять в жизни много.

Едва закончила, ко мне пристала с разговорами Эрия. А там уже и спать пора ложиться. Потом это и вовсе куда-то на задний план отодвинулось. Просто случайность. А может, в кои-то веки мне решили помочь какие-нибудь высшие силы.

И вспомнилось вновь лишь тогда, когда я заметила на щеке у Эрии маленькую царапину. Мы тогда сидели на чердаке в старом полуразломанном кресле и секретничали, прильнув друг к другу из-за узости сиденья. Не знаю, что меня дёрнуло, но я поднесла к ней руку и задержала.

Опять нахлынуло странное чувство, как будто что-то тонко вибрирует внутри. Не в теле даже, а скорее в сознании. И пришло лёгкое головокружение.

- Ай! - вскрикнула вдруг Эрия. - Не трогай, больно!

- Где больно? - спросила я.

- Царапина же! Не видишь, что ли?

- Какая ещё царапина?

Кожа на щеке у Эрии выглядела совершенно целой. Разве что чуть заметная розовая чёрточка осталась. Да и ту можно было увидеть, только если хорошенько приглядеться.

Эрин принялась водить пальцами по щеке.

- Странно. Была же... - недоумевала она.

Послеобеденный отдых всё равно заканчивался. Мы поднялись и подошли к двери на лестницу. Я выглянула в щель, чтобы посмотреть, нет ли поблизости учителей либо дежурной. Никого. Можно выходить.

Эрия подошла к большому зеркалу в одном из коридоров.

- Ничего не понимаю! - сказала она. - Точно помню, как на тренировке поцарапала щёку. А теперь и нет ничего!

С этим точно стоило разобраться. Я решила провести эксперимент. Взяла иголку и слегка расцарапала ладонь. Прижала сверху другой рукой и представила, что всё опять становится как было. Знакомая вибрация, покалывание, головокружение. Сработало!

Тогда я задумалась всерьёз. Неужели у меня действительно открылись какие-то паранормальные способности?

Но ведь я точно знала, что такого не бывает! Я никогда не признавала никакую мистику. Считала выдумками, за которые цепляются глупые люди, чтобы хоть как-то объяснить для себя происходящее с ними.

И в нечисть тоже не верила. Что в родном мире, что здесь, все удивлялись, как это я по ночам спокойно хожу по тёмным коридорам. Всё просто: я всегда считала, что ни домовых, ни привидений - не существует. А значит, и бояться их нечего. Даже и на кладбище бы ночью спокойно пошла, если бы понадобилось зачем-нибудь. Надо не покойников бояться, а живых!

Единственное, что я допускала - это существование Творца Вселенной. Идея, что мир мог сам собой возникнуть, всегда казалась мне абсолютно нелогичной. Ясно же видно, что само по себе всё только портится и разрушается.

Уединившись однажды на чердаке, я решила ещё немного поэкспериментировать. Сосредоточилась и вызвала в памяти те ощущения, что возникали при исцелении. Был вечер и темнело, поэтому я пожалела, что не взяла с собой свечи. И тут в воздухе загорелся крохотный огонёк! К счастью, он почти сразу погас. А меня обуял самый настоящий ужас.

Который ещё больше усилился, когда я обнаружила, что на моих пальцах стали иногда загораться голубые искорки. Если кто-нибудь заметит - мне конец. И как от этого избавиться - непонятно.

К счастью, у меня получилось их сразу гасить. Но что будет, если это случится во сне, когда я не контролирую себя? Ложась спать, я тщательно прятала руки под одеяло, искренне надеясь, что оно не собьётся.

Отношение к магии и в герцогстве, и в Тарианской Империи - мягко говоря, отрицательное. Тут даже была создана специальная инквизиция, которая боролась с такими вещами. И каждый знал, что колдуны, ведьмы и маги - это опаснейшие изверги рода человеческого.

Те, у кого это случайно обнаруживалось - обычно даже не доживали до прихода инквизиторов. Потому что их убивали собственные соседи или даже члены семьи.

Это объяснялось тем, что такие люди связаны с тёмными силами и вредят окружающим вплоть до причинения смерти. Но у меня-то никакой связи ни с какими силами точно не было! Ни с тёмными, ни со светлыми.

Правда, мне всё равно никто не поверит, если застукают за чем-нибудь эдаким. Взять хоть ту давнюю историю с Тирой и девочкой, которую она заставила себе помогать под угрозой разоблачения. Что с ней сделали тогда?

Я долго ломала голову над случившимся со мной, и пришла к выводу, что в этом мире такие законы природы. В пространстве разлита особая энергия, к которой некоторые люди могут получать доступ, вот и всё.

Вот бы найти человека, который в этом разбирается. Но вряд ли получится. Да и как довериться кому-то? Ведь ошибка будет стоить жизни.

К тайне моего происхождения добавилась новая. Ещё более зловещая. И мне теперь с этим жить.