Магистр из зазеркалья

     Пакеты-майки больно резали пальцы, спина взмокла — пекло на улице и забег по ступенькам дали себя знать. Я пыхтела, поднимаясь по лестнице. Лифт, зар-раза, не работает. Поднажме-ем! Еще два этажа и дома!

     Упс! Не успела — в глубине квартиры раздавался голос Вадима, а в коридоре – сюрприз – небрежно валялись модельные туфли на охренительной шпильке рядом с мужскими,.

     Я аккуратно сгрузила пакеты на пол и растёрла затекшие пальцы. Тихо звякнули бутылки в завалившемся на бок пакете и я напряженно замерла, прислушиваясь — вроде бы никто на заметил. Зачем-то подхватила одну бутылку с «Блан де чего-то-там» и на цыпочках прокралась в комнату.

     Непривычно нежные нотки в голосе парня меня насторожили.

     - Да, скоро буду,- промяукал Вадик.

     - И где это ты будешь? - я привалилась плечом к дверному косяку и скрестила руки на груди. С бутылкой получилось не так эффектно и я просто сцепила пальцы на ней. Обвела взглядом комнату: на кровати разбросана одежда, чемодан, Вадим, застывший со стопкой вещей в руках и телефоном, зажатым между ухом и плечом. И незнакомая девица. Тонкая, как жучок-палочник. «Мадам» развалилась в моем кресле и не постеснялась закинуть свои тощие босые культяпки на мой туалетный столик. Даже не повернулась в мою сторону, зависла в своем телефоне.

     Я закусила щеку изнутри.

     - Ты куда-то собрался? Да еще без меня? - внутри, в самом центре груди, начинал булькать тяжело закручивающийся водоворот и спокойный тон дался мне не легко. Тугодумием я никогда не страдала и «два плюс два» быстро сложила. Это что, застукала «на горячем» и он хотел свинтить «по-английски»? Так получается?! Что я прошляпить умудрилась?! Да-а, Тита, слепая ты курица...

     - Э-а-м.. А... Ты что тут делаешь?! - проблеял пока еще мой парень. - И вообще, чего так рано?..

     - Живу, если ты не забыл. А рано пришла – так сюрприз хотела сделать. Шампусика вот, прикупила. - Я качнула пузатой бутылкой в руках.

     - Я перезвоню. - Вадик быстро отключил телефон, засунул его в задний карман джинс и бережно уложил вещи в чемодан. - И это – игристое, а не «шампусик», - скривился Вадим, передразнивая меня.

     – Да какая разница, Вадик? Пузырьки там и там, - хмыкнула я.

     - Тита, ты - безнадежна. Пора бы уже отличать одно от другого. Сколько можно тебя учить? И вообще, что ты хотела? - начал он себя накручивать. Резко выпрямился, выпятил грудь и задрал подбородок. Мне стало смешно — чисто петух на выставке. Эффектно встать в позу он умел.

     - Для начала – объяснений, что, мать твою, происходит. Ты решил переехать? И почему?

     - Мы уезжаем снимать лукбуки. Меня пригласили в команду «Фриэнтори». И вообще... Я ухожу от тебя. – Вадик как попало покидал оставшиеся вещи в чемодан и нервно дергал заевшую молнию.

    - Ты уходишь - в смысле совсем уходишь? Или это на время съемок? - я никак не могла понять, что Вадик пытается мне донести.

    – Совсем, - буркнул он, пряча от меня взгляд. – У меня в жизни — новый этап, мне нужно развиваться дальше...

    Я удивленно вздернула бровь — большего бреда я в своей жизни не слышала. Даже стало немного смешно.

    - Вадик, у тебя что, перегрев? - мне захотелось потрогать его лоб — ну а что? Может и правда — апрель-то непривычно жаркий в этом году. – Чем же, интересно, я тебе мешаю? Я дома бываю только по вечерам...

   - Вот именно! Тебя дома совсем нет. Ты же вечно занята своими проектами и совсем не поддерживаешь меня, ты...И вообще: с тобой даже на люди выйти стыдно. Посмотри, на кого ты похожа! - в этот момент в голове щелкнул невидимый тумблер и звук отключился. Осталась только картинка немого кино — молодой симпатичный мужчина с искаженным от гнева лицом. На его щеках проступили красные пятна, тщательно уложенные волосы растрепались. Временами он брызгал слюной и размахивал руками, яростно что-то доказывая. Мадам-«палочник» в этот момент встала, шепнула что-то Вадиму и выплыла прочь.

    Я закатила глаза. Все это я уже слышала и не раз. Вадик грезил о мировой славе, но я, к сожалению или к счастью, была слишком приземленной.

    Вадим занимался версткой сайтов и был на хорошем счету — постоянные клиенты имелись. Его доход, скакавший словно кузнечик, позволял не умереть с голоду. Да, иногда бывали просадки по деньгам и, конечно, я по этому поводу периодически возмущалась — хотелось то большего. Совместный тюлений отдых на пляже, тихую свадьбу и родить ребенка... Ну хочет человек стать лицом бренда — вперед и с песней. Только мечтами сыт не будешь. Долги за квартиру, мной же взятую в ипотеку еще до знакомства — а зарабатывала я больше, – заставляли притормозить, по крайней мере – с детьми. Наши отношения последний месяц не клеились — я устала одна везти быт, зверски выматывалась на работе, еще и нытье Вадика по поводу очередного отказа слушать было выше моих сил.

    Вадим частенько подрабатывал моделью на каталожных съемках и с упорством носорога бегал на кастинги, надеясь на большее. Я снисходительно к этому относилась: возрастные границы моделей в наше время размыты и у каждого есть мечта. А кто я такая, чтобы её разбивать?

     - … А настоящая женщина должна....

    - Настоящая женщина должна быть счастливой, – отрезала я. Это мы уже проходили, хватит. Водоворот внутри меня поднял почти всю муть на поверхность, грозя ее выплеснуть в лицо человеку, с которым я прожила почти год. – Чемодан сам вынесешь или тебе помочь?

  Вадик поперхнулся воздухом, невнятно что-то промычал, шлепнул губами. Он нервно прокатил чемодан через комнату. В коридоре запнулся о забытые мною пакеты, из которых тут же рассыпались покупки. Растерянно огляделся, поник и неуверенно замялся на пороге.

     Я распахнула дверь и приглашающим жестом махнула:

     - Прошу! В добрый путь!- шутовски поклонилась.

     Вадик снова выпятил грудь, расправил плечи, отточенным жестом откинул длинную челку и продефилировал за дверь, которую я тут же резко захлопнула. В ту же минуту в дверь затарабанили:

     - Барсетку забыл...

    Мой растерянный взгляд метнулся по коридору и я обнаружила мужской аксессуар на крючке рядом с зеркалом, подхватила и выкинула барсетку его за дверь. Снова раздался стук:

     - Тита-а! Я за оставшимися вещами потом зайду, - донеслось глухое.

     Я зарычала. Угу. Приходи. На это есть курьерские службы. Только ведь платить придется, да Вадик?

   Я устало прижалась спиной к двери и медленно сползла по ней вниз. Взгляд упал на подкатившуюся бутылку.

     Она открылась с приятным хлопком, тут же окатив меня теплой пеной.

  Отхлебнула прямо из горла. А ничего так — кисленько, освежающе, фруктами отдает. Повернула бутылку и прочитала: «Игристое вино». Хмыкнула и пожала плечом. И правда, какая разница?

     – С повышением тебя, Тита, – поздравила я себя и расплакалась.

   Неприятно себе признаваться, но меня «поцарапали» слова Вадика и навозной мухой противно жужжали с краю сознания — я не отличалась ни яркой внешностью, ни накачанной жопой (хотя жопа как раз таки и была, ну и сиськи в комплекте) и губами «уточкой» и не понимала, на что клюнул Вадик.

      Но если «клюнул» — значит, во мне что-то есть?!

      Почему? Почему я такая неудачница?!

     Ни одни отношения нормальными не были.

    А мне хотелось, чтоб... до бабочек в животе, летать от счастья. Чтоб крышу снесло!

  Бабуля, каждый раз, когда заставала меня за сборами на свидание, укоризненно качала головой и твердила:

  – … Любовь не надо искать. Во всех мирах существуют суженые. Вот встретишь свою настоящую половинку – сразу поймёшь.

     Я смеялась и отмахивалась. Ну бред же!

  Сейчас каждое первое-второе свидание – как собеседование. Прошёл первый этап - двигаешься дальше.

  Чёрт знает, может она и права была, и моё время ещё не пришло? И в самый раз сосредоточиться на карьере?

   Так я себя успокаивала и старалась делать вид: всё прекрасно.

   И всё равно периодически зависала, пялясь в окно. Забрала на себя проблемных клиентов, от которых раньше открещивалась. Должность обязывала, а к ней стремилась долго.

   Вишенкой стали косяки на работе.

   Идеями не фонтанировала, из рук всё сыпалось, подрядчики кайфовали – контроль ослаб. Как не пыталась заставить себя вкалывать – не могла. А для фриланса, которым я занимала всё свободное от основной работы время, это критично — клиенты свои, родненькие, пОтом и кровью наработанные.

  Когда в компании мне, совсем непрозрачно, намекнули, что не помешало бы взять себя в руки, напряглась. Мне нравилась и работа, и коллектив, и, как бы странно ни прозвучало — начальник. Зарплатой не обижал, плюшки давал, на обучении не экономил. Сказка! Где такое сейчас найдёшь? И мне много чего хотелось.

   Вкусно кушать.

   Красиво одеваться.

   Выплатить долбаную ипотеку...

   Так что лишиться работы я не могла.

   На вопросе: «Ты когда последний раз в отпуске была?..» - зависла. Оказалось - не была. Ни разу. Потому что сначала стаж, опыт, клиенты... И на предложение сходить в отпуск, набраться сил, я радостно закивала головой и ухватилась за эту возможность встряхнуться.

   А заодно — впервые совершить что-то безумное. Для себя, не для других.

   И я засела за список...

  Постаралась загрузить внезапно появившуюся прорву времени по максимуму и, приходя домой, если мне повезло — отрубалась мгновенно, но чаще — глотала слёзы и пялилась в глянцевый потолок, в котором отражались уличные огни. Оставаться одна в темноте я боялась.

   Всё чаще мне стала сниться зеркальная закручивающаяся воронка, которая всё ширилась и росла, а я, как ни старалась, не могла от неё убежать. В конце эта воронка меня засасывала в середину и я в ней задыхалась. Давилась собственным криком и просыпалась в холодном поту.

  Подруга, Анька, затащила в салон, где я уснула, пока мне делали маникюр и массаж после хаммама. Проснулась, когда услышала «волшебное» - эпиляция.

  Потом мы завалились в клуб. Развеяться. Наш поход так ничем и не закончился. Стоило получить меню, как она с сочувственным взглядом попросила меня не оборачиваться. Я – «послушная» девочка. Но лучше бы не поворачивалась. Правда.

  Через несколько столиков от нас сидела компания, в ней были Вадик, и та самая «самка палочника»: забросила свою ножку-веточку на его бедро, скрючившись у него под мышкой.

   Я... просто молча ушла. Аня, конечно, подскочила следом и увязалась за мной, возмущалась: «Что, в городе клубов мало?!».

  В тот раз посиделки закончились у меня дома, под сухое мартини, оливки и шоколад. И я жалко скулила у Аньки на груди.

   Но... всласть порыдать не получилось: подруженька подтёрла мои сопли, тряхнула огненно-рыжей гривой и загорелась идеей:

   -- Давай погадаем? О!- она воздела палец вверх, - Ещё лучше — приманим.

   -- Кого? - прогнусавила я и шмыгнула носом.

   Аня зарылась в свой телефон, потом, сверяясь с иероглифами, заставила передвинуть кровать:

   – Суженого, конечно! У тебя сейчас период удачи. Понимаешь? Ещё в секторе персика должен стоять цветок! - и она водрузила единственное, что нашла — кактус – на прикроватную тумбу.

   Потом сдвинули мебель в гостиной, на полу очертили мелом круг, расставили свечи из домашнего запаса на романтический, так и не состоявшийся, вечер.

   Когда подошла моя очередь заунывно провыть:

   – Суженый, где бы ни был, приди, к себе забери... Покажись, проявись, лик открой...

  Приоткрытое окно со стуком распахнулось, свечи, погашенные лёгким ветерком, пронёсшимся по комнате, снова вспыхнули. На границе слышимости едва уловимо тренькнуло, словно вдалеке лопнула туго натянутая тетива.

   Мы нервно переглянулись, хихикнули и, не сговариваясь, быстро замели следы своего «магуйства».

    И уже перед тем, как провалиться в хмельной сон, я вновь услышала, как на границе сознания в очередной раз что-то тоненько задребезжало, словно лопались невидимые струны.

    Молнией промелькнуло строгое дедушкино:

   – Ни при каких условиях, даже простеньких ... – но... привычно отмахнулась: где я и где неведомые «они»?

    Меня затопило предвкушением грядущих перемен.

   Еще через пару дней я поймала себя на том, что подглядываю новые приемы у иностранных коллег и уже прокручиваю в голове, куда прикрутить новые фишки. Я трудом заставила себя закрыть вкладки в браузере, но усидеть сложа руки так и не смогла — мне срочно требовалось чем-то себя занять.

   Как говорят – дурная голова рукам покоя не дает. Ну... Я и заняла.

 После ухода Вадима обида, непонимание и глухая боль сменились на кипучую жажду деятельности, захотелось перемен. И начать я решила с себя любимой.

   В тот же день, после ухода Вадика, во мне весело, пузырьками шампанского или игристого — да без разницы – искрился подростковый протест: хочу, могу и делаю! И... я перекрасила натуральный блонд в ярко-рыжий (ха! Как у Аньки!).

   Хвала интернету и быстрой доставке!

  Увидев отражение в зеркале – пришла в ужас: ну чисто моль, пережившая голодный год. Теперь знаю точно: стиль Лилу из «Шестого элемента» мне не идет! Глядя на меня коллеги сочувственно вздыхали, Анька крутила пальцем у виска и стонала, уговаривая вернуть свой цвет.

   Первый эксперимент по смене имиджа мне не понравился и я решила: надо исправлять. Ага, и опять – срочно.

  Для смелости я глотнула "игристое", выдохнула и поставила стакан на край стола. Рядом с миской, в которой уже была разведена бурая смесь.

   Глядя перед собой в зеркало, я тщательно промазывала проборы краской, жалуясь подруге по громкой связи:

   - Скучно мне, понимаешь? Я, блин, дома все перемыла. У меня даже в шкафу идеальный порядок, представляешь? И чем занять себя уже мозг сломала. Вроде и выспалась, и отдохнула, хочется... Ну... Не знаю. Приключений, в конце концов.

   - Чем бы дитя не тешилось, - хмыкнула подруга. - Может тогда вылезешь из своей конуры и куда-нибудь съездишь? Я и путевочку подгоню тебе, горящую... - тоном роковой соблазнительницы проворковала девушка. Да-а, хорошо быть владельцем турфирмы. Геморно. Но хорошо.

   - Да не хочу я никуда. - я покосилась на «список желаний», лежащий на подоконнике. – Хотя... В деревню надо б наведаться. Дом дедовский проверить.

   - Да-а, там классно. - мечтательно протянула она.- Ты его продавать еще не надумала? Если что — я первая в очереди! Кстати – могла б ипотеку закрыть, он все равно простаивает. И вообще, когда там последний раз была то, Тита?

   - В начале зимы. - пропыхтела я — все таки красить самой себя капец как не удобно. - Во-от, наведу красоту, соберу вещи и ка-ак махну на пару недель. Только продуктов завезти надо.

   - Хочешь я подвезу?- тон подруги стал вкрадчивым, ласковым.

   - Подвези, - я собрала остатки краски и сделала последний мазок. - Только без обид. Именно что – подвези. Прости, но на компанию я сейчас не тяну. Вместе — в другой раз.

   - Ладно, значит потом, - покладисто согласилась она. - А что твой этот козел?

   - Козел? Ты про Вадика что ли? Ну... До козла ему дорасти еще надо, - на том конце раздался скептический хмык. - Да вот, приходил недавно. Облезлые хризантемы принес. Вещал про свой взлет и старт модельной карьеры. Припомнил мне встречу в клубе, - я коротко хохотнула. - Вадик решил, что я за ним сталкерю, А потом обиделся: "Таких случайностей не бывает!" и забрал свои драные тапочки.

   - А мой бывший постоянно таскал саше из отелей и привозил с собой. Так он их пересчитал перед уходом. - тяжело вздохнула Аня.

   От неожиданности я подавилась воздухом и закашлялась.

   - Да ладно. Забей. Вадик, когда последний раз приходил, сказал мне, что рядом с ним должна быть яркая девушка с «благозвучной» фамилией, а с такой, как у меня, его на смех подняли. Представляешь? - скривилась я. - Ай! Твою ж... - не успела поймать каплю бурой смеси и на лице красовалась стекающая клякса. Я потянулась за полотенцем.

   - Мудак он. А ты — красотка. Только смой эту дрянь с волос или сходи в салон, я тебе номер мастера дам. Хочешь? Или ты опять сама тюнинг решила сделать? – вкрадчиво поинтересовалась Аня.

   Я покосилась на пустые тюбики из-под краски и на всякий случай выглянула в окно - мало ли, вдруг она там с биноклем присела? Эта может...

   Только правду сказать не решилась — подруга ж мне мозг вынесет.

    В глубине квартиры что-то сухо треснуло и упало со звуком бьющегося стекла. Я подхватила телефон и направилась в комнату.

   - Подожди секунду.

   Быстрый забег по залу — все чисто. Заглянула в просторную спальню и застыла:

  в середине огромного зеркала шкафа-купе зияла пустота. За ней не было видно стенки дверцы, зато.... Оттуда с тонким воющим свистом тянуло арктическим холодом. По поверхности, от самого его центра, в разные стороны змеились тонкие трещины. Их края с сухим хрустом осыпАлись и зависали в воздухе сверкающей радужной пылью.

     Что за хрень?!.

   Куски от трещин отваливались все крупнее и вдруг зеркало с оглушающим «Бздыньсс» взорвалось, выбрасывая осколки вперед. Все, что успела сделать — закрыть глаза.

     В голове миллион мыслей и ни одной связной.

     Я ожидала чего угодно — что меня порежет, раскромсает на куски, но...

    С глухим звуком что-то грохнулось на пол, судя по звуку - прямо передо мной. Затем раздался звук осыпающегося стекла, тихий стон и... Все затихло.

     Рискнула выглянуть сквозь пальцы: дверца шкафа — цела, только зеркало осыпалось. Передо мной лежит тело и оно... пошевелилось?!

    - Тита, ну ты где-там?! - возмущенно просопели в телефоне. Я недоуменно уставилась на него.

     – Давай я тебя позже наберу, Пока. - потрясенно пробормотала и завершила вызов.

     Снова раздался протяжный стон. Я аккуратно, стараясь не поранить босые ступни, подкралась к телу и оно резко перевернулось и село. Я с придушенным писком рванулась назад и тут же запрыгала на одной ноге - напоролась таки на осколок.

     - Возе асйей? - охрипшим голосом поинтересовался «гость».

     - Чего-о?

   Я прекратила прыгать и замерла, уставившись на... молодого прыщавого парня в очках. Глубокий сильный голос настолько не соответствовал внешности, что это осознание, стрелою пронзив меня, повергло в шок. Он скорее, принадлежал взрослому мужчине, чем этому юнцу с сальными волосами, которые сбились в отдельные неопрятные прядки и доходили до плеч. Та-ак, в руках вроде ничего нет, значит безоружен. Хотя... Кто его знает?

     Парнишка пощелкал пальцами, завернул их в причудливую «фигу» и снова вопросил:

     -- Где я? - интересные «настройки приемника». А что, так можно было?!

     Я снова поджала ногу и осмотрела ступню — осколок мелкий. Пинцет нужен.

     - У меня в квартире, – недовольно буркнула я.

   - А... Какой город? – Парень, которому на вид было лет семнадцать максимум, попытался встать и тут же с оханьем тяжело рухнул на задницу и завалился на бок.

    - Это имеет значение? И вообще, как ты здесь оказался?!

   - Прошу прощения за внезапное появление, видимо я переборщил в настройках портала и они сбились...

    Чего-о?!. Это что за буйно помешанный?!

    - Слышь, парень, ты кто такой?

    Юноша медленно с кряхтением встал, попытался выпрямиться и, пошатываясь, поклонился.

   - Прошу прощения. Разрешите представиться: магистр... будущий магистр Дар... Дарий Кизокис к вашим услугам. С кем имею честь?..

    У меня дернулся глаз, потом щека. Впервые в жизни. Только нервного тика мне не хватало! Этот... Дарий выжидающе посмотрел на меня. И его ноздри дернулись, словно от меня несло, как от цветов раффлезии. Если что — я лично – не нюхала. Но читала!

    Ну ла-адно, подыграем.

  - Тита. Тереза Аркадьевна. Пупсова. Дизайнер, - медленно проговорила я и попыталась изобразить реверанс. Наверное в пижамных штанах с танцующей (я так считала) пандой и футболке с налписью: "Мне все по..." это выглядит не так красиво. Да пофиг! По шее потекло и с волос на пол шмякнулась капля. Черт!.. Я забыла! Я совершенно забыла!

   - П-прошу прощения, я сейчас... Располагайтесь, как вас там...

   Я опрометью кинулась в ванную комнату — черт-черт-черт! Передержала.

   Хотя это - не самая большая из моих проблем, прикидывала я, загнувшись в позе «раком» над ванной, смывая краску.

   Тита! Ты- неисправимая дура! У тебя не пойми кто, не пойми как оказавшийся в твоем доме, не пойми что делает в квартире, а ты...

   По спине пробежал холодок, кожа покрылась мурашками. Запоздалое осознание: кажется, я допрыгалась. В голове, словно слайд-шоу, пронеслись обрывочные воспоминания о совместном вечере с Анькой...

    Суженый! Ха!

    Так, Тита, без паники!. Изображаем "аборигена". На всякий случай.

   Я тихо материлась себе под нос, вытирая волосы и разглядывая потемневшие пряди.

   В зеркало смотреть было страшно.

   Меня грубо отпихнули в сторону:

   - Это что?! - Дальше раздался поток непонятной мне речи, из которой слух выцепил несколько раз повторившееся «какус», «пуатро», что-то похожее на «хдрыак» и более знакомое – «траш». Я усмехнулась — у "нас" ругаются намного забористей.

     Парень ощупывал свое лицо, осматривал руки и снова переводил взгляд на зеркало.

  Ла-адно, пара минут мне погоды не сделает. Пока он в ступоре разглядывал себя и напряженно вглядывался в отражающую поверхность, размахивал руками и пытался сломать себе пальцы, я, стараясь не делать резких движений, достала фен. От резкого звука парень дернулся в сторону и задницей приземлился в ванну, смешно задрав ноги. Прости, мальчик. Не виноватая я, что самый классный фен шумит так, будто в нем турбина самолета, не меньше.

   - Это — фе-ен. сушилка-а для воло-ос, - пропела я и потрясла перед его носом означенным предметом. Я говорила по слогам, ласково, как ребенку. Помогла встать и нежно оттерла «гостя» в сторону. Настал момент истины. Вздохнув я резко подняла глаза.

   Мой словарный запас внезапно сократился до одного слова...

   – Пиздец.... – Твою мать! Из зеркала на меня смотрела «повелительница тьмы». Или – Мортиша Аддамс, не меньше. С одним отличием: у меня появились не прокрашенные красные пряди по бокам. - Факир был пьян...

   - Тоже эксперимент? - насмешливо поинтересовался этот... Дарий.

  - Ага. На выход, - скомандовала я, подхватила веник, стоящий в углу, и всучила его в руки недоуменно разглядывающему юноше. - Вперед, магистр, - все-таки насмешка из меня вырвалась и я подтолкнула его в направлении выхода. – прибери за собой и проваливай, кем бы ты ни был.

   Что делать с волосами – подумаю потом. Не лысая — и то хлеб. Главное - избавиться от проблемы.

   - Благодарю, не нужно. Он передал мне обратно ведро с веником и совком и медленно, прихрамывая, поплелся в спальню.

   Скептически хмыкнула. Только вот... Ай! Нога. Я и забыла. Быстро избавилась от осколка, залепила ранку пластырем и поскакала следом. Любопытно же!

   Там Дарий встал посрели кучи стекла, распростер руки и заунывно произнес странную речь. Осколки поднялись в воздух и медленно поплыли к шкафу. На секунду они собрались в единое полотно и… снова рухнули на пол.

   - Прошу прощения, я сегодня не в... как это... – он снова пощелкал пальцами, – форме. Видимо придется по старинке. Не могли бы вы...

  Я молча принесла ведро, веник, совок, не в силах произнести ни звука. Мозг напрочь отказывался работать.

   Ты кто, твою мать?! Выходец из другого мира...

   - Получается что - да, - спокойно ответил мне Дарий.

   Я что, думаю вслух?!

   Он тщательно собрал мусор, огляделся и перевел на меня растерянный взгляд:

   - Кажется мне нужна ваша помощь.

   А у меня, кажется, едет крыша.

   Все, на что у меня хватило сил, это неопределенно махнуть рукой, издать невнятный звук и прошлепать на кухню. Снова дернулся глаз, следом – щека.

    Где там мое забористое «игристое»?!
💔Дорогие читатели,  жду ваших эмоций и  комментариев.💔
Ваши звездочки и сердечки 💔 безмерно радуют и меня и моего муза:)

     Дарий примостился на мое место у окна и молча наблюдал за мной, пока я убирала со стола. Пустые тюбики - в мусор. Миску и кисточку - в раковину. Когда включила чайник он с любопытством на него уставился.

    - Не желаете ли чаю, магистр? - ехидство из меня так и перло.

     - Не откажусь. Хотя...Пожалуй нет. Чего бы покрепче...- протянул Дарий, словно сомневаясь. – Не сочтите за наглость...

    Ну ла-адно. Я одарила Дария тяжелым взглядом исподлобья, поставила перед ним початую бутылку «Блан де нуара», последнюю, из тех самых запасов, которые купила отпраздновать свое повышение.

   Сама пить опасалась — вроде частью сознания и приняла случившееся, но в голове пазлы не складывались.

     Я не верю ни в шапочки из фольги, ни в магию, ни в высшие силы. Иначе не собирали бы всем миром на лечение детям, да и чего душой кривить — не хоронили бы деда в закрытом гробу, если б «они» там, наверху, хоть иногда откликались на просьбы. И если бы не видела собственными глазами появление «своего» «магистра», первая бы сказала - горячечный бред. «Белочка». Но нет, вот же — сидит передо мной. Жив, здоров, прыщав и тощ.

    Лучше уж чаю. Нет. Лучше ромашки.

   Поставила перед Дарием второй стакан и налила ему «шипучку», отхлебнула из своей кружки обжигающий травяной настой и приказала:

   - Рассказывай...те. Я готова.

   Дарий хмыкнул, осторожно пригубил и поморщился.

   Развела руками:

   - Простите, больше нечего предложить. - и тут же подскочила — у меня же пара яблок и манго есть. Есть еще чипсы и доширак, но позориться не хотелось. Не мог заявиться, когда я "при полном параде"?!
Пока я нарезала фрукты, парнишка начал рассказ:

    - Как я уже представился, меня зовут Дарсий Кизокис. Не поймите неправильно и не сочтите за сумасшедшего — я и правда магистр, будущий. И сейчас, насколько я понимаю, я не то, что далеко от своего дома, я даже не в своем мире. Даже внешность — и та не моя. Я когда себя в зеркало увидел...

    Ага. Я тоже ох... хренела, когда себя в зеркале увидела. Теперь неизвестно, как всё вернуть. Согласна опять на рыжий. Мартиша Аддамс прекрасна, но косплеить ее в моих планах не было. И все из-за тебя, вредитель ты иномирный. Кстати, ты в курсе, сколько стоит ремонт шкафа?! Я в пол-уха слушала рассказ «путешественника», прикидывая, во что мне встанет новое зеркало и вообще, насколько в его историю можно верить.

     В голове тревожно орала сирена и мигала сигнальная лампа. Как наяву, услышала грозный окрик деда: "Молчи и кивай!".

   Оказалось, что Дарий проводил эксперимент в своей лаборатории и что-то пошло не так. Прежде, чем выпасть у меня в спальне, он пару раз «выпадал» в других местах. В своем мире. И каждый раз для перемещения ему требовалась отражающая поверхность определенных размеров. В карманное зеркальце не пролезешь, нужно, чтобы хотя бы половина тела была видна.

    При перемещении у него менялась одежда, правда не всегда в соответствии с местом. Скорее что-то нейтральное, чтобы слиться с толпой. Но вот изменение внешности... Оказалось для него полным шоком. Когда он смотрит на себя не через зеркало — то видит себя прежнего, в зеркале же – совершенно другая личность.
И такая складная история у него получалась - я чуть не прослезилась.

   - Чудны дела твои, господи... - вырвалось у меня. Я пристально оглядела "магистра" — современные, но не с иголочки вещи. Он выглядел как киношный неухоженный ботан-задрот, который не от мира сего.

     - И сейчас у меня резерв исчерпал себя. Пока он не восстановится - я пуст. - Дарий развел руками. -- На восстановление нужно время. Вы поможете? Пожалуйста. - всем известные глаза кота из того самого мультика уставились на меня в ожидании.

    Я зажмурилась — у парней что, у всех такая фишка с глазами? Где их этому учат?! Тоже хочу! Я вот, сколько не пыталась хлопать ресницами, вечно начинали ржать: «Тита, ты хоть и блонди, но стереотип на тебе отдыхает».

    Дарий средним пальцем поправил очки на носу. Похоже, что очки для него не в новинку.

    - У нас этот жест считается неприличным... - одернула его.

  Незаметно ущипнула себя за ляжку— больно, не сплю. Не могла ж я наклюкаться до «белочки»? Или могла? Хотя мой глюк – вот он, вполне реален. Даже речь вполне связная.

    Я собиралась с мыслями и решалась — да? Все-таки помогу?

   Хотела приключений?! Нате, распишитесь. Посмотрим, чем закончится. Месяц с копейками в запасе есть.

   Дарий, видимо, решил, что молчание затянулось:

   - Могу вам поклясться, что не причиню вам вреда. - Он резко схватил нож, лежащий рядом с фруктовой тарелкой и полоснул себя по ладони. Я замерла — а вдруг кинется?! Парень протянул мне нож рукояткой вперед и попросил сделать тоже самое. - Нужна хотя бы капля, Тереза.

    - Ты сбрендил? - опасливо косясь на него, осторожно отодвинула от него пузатую бутылку и проследила за красной каплей, медленно стекающей по его руке.

   Он ждал, я медлила.

    Боли боюсь...

  Я приняла нож и, продолжая коситься на него, обработала лезвие перекисью из холодильника — вдруг заразный?

   Дарий только приподнял углы губ.

   Зажмурилась и... Ткнула кончиком ножа в палец. Тупой, зараза! Так... Набралась смелости и... резанула. Еще раз... Боже, я не верю, что это делаю. Хотелось сделать жест «рукалицо». Ну, «магистр», давай, удиви меня.

   Пока я зачарованно наблюдала, как на подушечке набухают алые капли, Дарий произнес скороговоркой:

   – Я клянусь что не причиню Терезе вреда, не оскорблю твоих чести и достоинства... Про эстази – его ладонь охватило сияние и перекинулось на мою. Кровь испарилась, ранки тут же затянулись.

   Он хмыкнул:

    - Хотите проверить?

   Ну... да. Нет.

    - А... Как?

   Дарий перегнулся через стол и осторожно толкнул меня. Ничего не произошло. Он замахнулся и почти ударил меня по лицу. Я зажмурилась. Его тут же отбросило к стене.

     Хм-м.. Удобно.

     - Могу я у вас переждать, пока резерв восстановится?

     Я, наверное, все таки дура.

    - Да. Но спать ты будешь на диване в гостиной. Не переживай, магистр, - криво улыбнулась. - Поместишься.

    Это Вадик был высокий, а этот недомагистр мне по плечо, ноги свисать не будут.

    Выделила комплект постельного белья, полотенце, свой халат и вручила молодому человеку:

   - Как пользоваться удобствами в ванной показать?

   - Благодарю, разберусь.

    - И это... хватит мне выкать. Пожалуйста. А то начинаю себя чувствовать почтенной матроной. – Тьфу ты, елки. Дарий вежливый настолько, что аж зубы сводит. Даже я начала изъясняться... Это все он виноват! Не иначе!

     Вроде и устала, и день насыщен событиями, а уснуть не могла долго. Стоило отключить свет и заползти под одеяло, навалилось запоздалое осознание ситуации и масса сомнений.

     По затылку прополз ледяной змей и прочно засел под лопатками.

     А что, если этот Дарий – маньяк? И тут же эту мысль отбросила - не-е, не тянет, слишком уж «ботанический» вид у него. Насильник? Да кто ж их знает... Среди них и образцовые семьянины бывали. Ах да — клятва. И опять же — как долго она проработает?!

     Его объяснение о иномирном происхождении тоже не вызывало вопросов: у меня ж тут не Нарния, в конце то концов. Это — раз.

     Два. Я приняла решение — поняла, что не смогу его так вот бросить. Может Дарию и повезло, что выпал он у меня. Оказался бы в другом месте - на ленты порезали бы в лаборатории, зуб даю. За океаном, читала (в детстве), своих «зеленых человечков» тоже «держали». И где они? А моему "человечку" - прямая дорога в дурку.
  Три. А чем, собственно, сама отличаюсь? Я то, здесь уже, как принято говорить, «натурализовалась».

    За давностью лет даже обрывки болезненных воспоминаний истёрлись. Оставшиеся — подёрнулись дымкой забвения. Поблекли. Словно с другим человеком всё было...

    Ну кто поверит, что даже привычный нам чайник у "них" работает по другому? Или - что "ему" лет чуть больше, чем мне?
     Тут же вздохнула - совсем скоро день рождения.
     Грустно. Кроме работы и единственой подруги у меня ничего не осталось...
    А еще в голове пойманной птицей трепыхалось - у меня теперь "собственный" живой маг! И ведь ни с кем не поделишься - на соседней койке "поселят". Переезд в мои планы не входит.

    Я подсчитала свои финансы - подушка небольшая имелась. В случае форс-мажора – если затянуть пояс и даже при условии оплаты счетов по ипотеке, два.... Нет, три месяца протяну. Не атомную же станцию он будет строить. Да кто ж его знает?

     Учебники?

     Сведения о мире, который считаю своим?

    А они нужны ему?

   Если да — окей гугл. Пожертвую свой «походный» планшет, всё покажу. Не дурак если (а скудоумием он явно не страдал, иначе здесь не оказался бы, да и «печать интеллекта» на челе, как говаривал мой бывший препод, имелась), то сообразит. Что смогу — объясню на пальцах.

   В квартире "химичить" не дам. Все равно в деревню ехать собиралась. Вот в пристройке пусть и обживается. Там если и сломает что, не так обидно будет.

   Прикрыла глаза и тут же меня словно подбросило: в полусне, на границе сознания, всплыла мысль — черт! Его же одеть надо ещё! Я тут же подскочила к шкафу с табуреткой и полезла наверх. Там, в пакете, должны были лежать старые вещи Вадима. Не новые, но и тряпьем их назвать язык не поворачивался.

   Мой бывший парень много времени уделял своей внешности и одежда была одним из его пунктиков. Вещи не самых известных брендов, но цена от этого не меньше «кусалась». Очень аккуратно ношеные. Он каждую носил не больше пары месяцев, и когда со своим скарбом переехал ко мне, оказалось, что для моих вещей почти не осталось места. Я предпочитала иметь пару-тройку качественных костюмов, на лейблы мне было плевать. Да и куда ходить? По работе иногда случалось, но пары капсул мне было достаточно.

   Тогда то я и озадачилась покупкой нового шкафа, ныне пострадавшего. От стены до стены и под самый потолок.

   Влезло всё, и место еще немного осталось, которое Вадик тут же поспешил занять. Понятно, что мы пару раз на этой теме сцепились. Я предлагала если не раздать, то хотя б в секонд-хэнд сдать - считала, пусть часть денег вернется и будет не так напряжно с финансами, шкаф немного посвободнее станет. Но... Вадим упрямо грызся за каждую тряпку и в итоге мне пришлось смириться. Для виду. Потом я поняла, что он вглубь шкафа не заглядывал, и уходя, когда забирал вещи, оказалось кое-что он все таки забыл. Я, как экономная женщина, собрала шмотки в пакет и сдала в ближайшем секонд-хенде.

      Там, почти новые джинсы, блейзеры и костюмы, как рассказала хозяйка, разве что с руками не оторвали. Суммы, вырученной от продажи, мне хватило на месячный банковский взнос по ипотеке. А когда маялась первые дни от скуки, я снова наводила порядок в шкафу и находки собиралась опять сдать той приветливой женщине.

   Дарий мелковат, но если подвернуть штанины и рукава... Посмотрим. Вытащила пакет, проверила и осталась довольна.

    Теперь, когда моя совесть оказалась чиста, я спокойно провалилась в сон. Не забыв, с легким скрипом и тихими матами, обливаясь от пота, передвинуть комод к двери и прихватить самое ценное из тайника...

     Утром я проснулась под звуки песни про шарманку (чтоб она заглохла к чертям!), которую не слышал только глухой. Сверху, с радостным визгом, топали бегающие дети. Прелести жизни в многоквартирных домах... Проскрежетав зубами я засунула голову под подушку и попыталась догнать ускользающий сон. Не тут то было. «Фигвам», называется.

     Злая от недосыпа и со следами подушки на лице, я уставилась в зеркало и чуть не свалилась с пуфика – про «сюрприз» с волосами забыла.

    Дарий спал как младенец: с приоткрытым ртом, закинув руки за голову и со слегка сжатыми кулачками. Я чуть не прослезилась. От умиления. Одеяло сползло, обнажив белую безволосую грудь до сосков. Бабуля такую называла: «Грудь — петушиная коленка». С завистью вздохнула — счастливчик. Спит как сурок.

     Осторожно, стараясь не разбудить, на цыпочках прошла мимо.

  Влажные вещи, аккуратно развешанные в ванной, удивили. Уважаю. Первый «плюс» заработал.

     После утренних процедур откопала в недрах сумки забытую косметичку.

     Ну, привет, танцы с бубном вокруг красоты. Брови вразлет, немного подводки...

   Покрутилась перед зеркалом. Непривычно. Такой я никогда не была. Но... Мне начинало нравится. Буду всем говорить, что это – закос под Диту фон Тиз.

  Закрылась на кухне, в ожидании доставки — есть хотелось зверски, а желание готовить напрочь отбито. Вадиком. Не к месту вспомнилось его: «Место женщины на кухне», вроде сказанное в шутку. Это потом мне смешно уже не было.

  Подруге Вадим не понравился с первого взгляда. Он же ее откровенно недолюбливал. Меня словно током ударило: мы ж с ней договорились, она ничего не знает! Эта чайной ложкой выскребет мозг, не подавится. Написала в ватсапе, сославшись на неожиданные дела, и как раз позвонили - доставка.

     Пока накрывала на стол, вспомнила, как замечательно вытянулось от удивления лицо «моего магистра», когда он попросил его накормить.

   - Это что? - спросил Дарий, с подозрением рассматривая лапшу, свисающую с высоко поднятой вилки.

    - Дошик, – пожала плечами. - Не хочешь - есть еще чипсы.

   А что? Я щедрая хозяйка, все дорогим гостям! Есть заморозка, но мне захотелось посмотреть, как иномирец себя поведет. Дарий принюхался, попробовал, едва заметно скривился, но половину доширака умял. А вот чипсы ему совсем не зашли. Прости, парень, готовить мне лень. Одной, с моим графиком, проще доставку заказать.

     Завтрак прошел в молчании. Дарий осторожно пробовал блюда, после того, как их начинала есть я. Ярко-желтый халат, с маленькими кинг-конгами, доходил ему до колен и то и дело норовил распахнуться на груди.

     А потом он так задумался, что пришлось потрясти за плечо.

    - Я поеду за город. В деревню. Извини, но оставить тебя одного не могу. Ты поедешь со мной. Там меньше людей и...

    Там лес, речка и луг. Дороги часа три, а приезжаешь и кажется ты - в другом вселенной. А воздух! М-м-м...

    К моему удивлению, вещи Вадика оказались велики лишь по длине, но Дарий обрадовался. Он прервал мои извинения скупым:

    - Я на это даже не рассчитывал.

   Почти час ушло на объяснение элементарных вещей. У Дария было много вопросов, я пообещала ответить потом, когда в деревне окажемся. Хуже ребенка. Мое терпение не безгранично и я готова была «булькнуть», но меня останавливало понимание того, что если бы со мной приключилась подобная хрень, то я без помощи точно б «двинула кони».

   Ощущала себя так, словно стала актером в квест-комнате. Или на мне очки 3Д с эффектом присутствия. Сделав глубокий вдох я, с усилием, уняла дрожь в руках: Дарий - не по мою душу. Много воды утекло.

  Когда устала от потока бесконечных вопросов, едва не заорала, вспомнив: у меня ж есть «волшебная штучка»!

   Планшет Дария очень заинтересовал. Удовлетворенно хмыкнула, глядя на него — мальчики все одинаковы. Стоит получить в руки игрушку и всё, для окружающих они потеряны.

   Меня опять бомбануло — документы! Без них «далеко не уедешь». День открытий прям... В конце концов он исчезнет через несколько дней и забивать голову ещё и этим вопросом раньше времени...

   Я зависла над своими сокровищами, словно Кощей и раздумывала: – брать с собой или нет? Сидеть привязанной рядом с Дарием не хочу. Этого я наелась.

   Да и руки зудило. Вместо стилуса до дрожи в пальцах хотелось ощутить шероховатую поверхность кисти с облупившимся лаком. Запах масла, пинена, пружинящий холст... Решено.

   Охнула, сгибаясь под тяжестью, которую тут же перехватил Дарий. Даже не дрогнул, спокойно отбирая огромную сумку. Хмыкнул, взвешивая в руке:

   - Это все?

   - Нет. В супермаркет надо заехать.

   Сумку мы оставили в коридоре — все равно возвращаться.

   Дарий с любопытством озирался по сторонам, иногда брал в руки товары, рассматривал и ставил на место.

   Пришлось зайти в магазин нижнего белья — я могла дать «кляйнов» от Вадика, но нижнее белье — это интимно. Я слишком брезглива, чтобы предложить ношеные вещи такого плана. Представила это и меня передернуло. Не знаю, как там магистр справился, но из бутика он вышел с маленьким пакетом, заслужив мой скептический хмык и второй «плюс» в свою карму — покупки Вадика были больше. Много больше.

   На пути, у самого выхода из супермаркета, краем глаза заметила аптечную вывеску. Попросила Дария подождать, а сама заскочила на минутку. Хоть они парень, а прыщи никого еще не красили. Так то он вроде славный. Хоть и не в моем вкусе.

    Я спрятала в кошелек банковскую карту и отказалась от чека, протянутого мне провизором - вечно забывала их выкидывать.

   Ворох смятых бумажек в моих карманах вырастал до гигантских размеров. И к концу недели, когда я начинала вытаскивать их изо всех щелей – куртка-джинсы-сумка, у меня глаза лезли на лоб — откуда столько?!

   Поначалу мне было смешно, когда Вадик хватал чеки и тщательно их рассматривал. Он недовольно жевал губу, хмурил свои идеальные брови. И, когда замечал что-то понятное ему одному, брезгливо кривился. Новая помада? Тебе зачем?! У тебя новая блузка?! Сумочка? Обычно отшучивалась — было смешно — я же тебя не прошу, заработала. Чего беситься?!

    Деньги Вадик любил. И считать, и тратить. Особенно на себя.

   Был у нас в выходные совместный шопинг. Ровно два раза. К этому моменту мы жили вместе уже... Сколько? Месяца четыре, примерно. Пока Вадик с детским восторгом носился по бутикам, я с благоговением касалась тюбиков с краской. Планшеты, пастель, подрамники с готовым холстом... Да, я в свое время намучилась, делая все по старинке. Понятно, что готовый грунт — немного не то, и поколдовать с ним придется. И клинья подбить и...

   В тот день я поймала себя на том, что, воровато озираясь по сторонам, прятала вожделенные тюбики возле кассы в недра сумочки, отказываясь от чека.

   Сейчас, одна, я вздохнула. Даже спину ровнее стала держать.

   В такси Дарий вертел головой, словно любопытный ребенок. За всю дорогу не произнес ни слова, чем меня удивил. А когда подъехали к дому, он молча, без просьб и напоминаний, выгрузил из открытого таксистом багажника сумки и перенес их к крыльцу.

   Пока проверяла свои владения, Дарий неотступно следовал за мной безмолвной тенью. С любопытством осматривался и наблюдал.

   Я показала «магистру» его комнату — раньше она была моей. Небольшая, светлая. Вся мебель – тяжелая, громоздкая, еще времен СССР, стояла вдоль стен – шкаф, кровать, комод, письменный стол и навесные полки над ним. Уютная. И с окном выходящим в сад, из которого через открытые створки плыл густой насыщенный аромат цветущих яблонь.

   Вместе с Дарием мы подошли к пристройке, стоявшей особняком. Дед в ней прятался от бабушки, мастерил одному ему понятные вещи и хранил всё. Велосипеды, инструменты – от лопат до паяльников и, бог знает откуда принесенных, микросхем. Он считал, что в хозяйстве всё сгодится.

   Замок проржавел, пришлось бежать к соседу с просьбой о помощи. Тот, на наше счастье, оказался дома, пришел, чем-то брызнул внутрь несколько раз из флакончика.

   – Это все твое? – Дарий обошел помещение по кругу, едва касаясь пальцами крашеных в вырви-глазно-зеленый цвет стен, полок, сделанных своими руками, деталей. Здесь пахло... Уже Ничем. Спертый воздух закрытого помещения, в котором давно никто не работал. Не пил чай под тихое бормотание старенького радио. Не читал газету под теплым светом «ламп Ильича».

   Дед был консерватором до мозга костей и всегда ругался, когда ему «причиняли добро» и вмешивались в его вотчину. Он считал, что в «новомодных штучках» нет души.

   – Теперь — да. Можешь взять все, что захочешь. Мне... – голос на мгновение дрогнул, а к горлу подкатил комок. – Я не умею всем этим пользоваться и... Думаю, что дед бы только обрадовался, что его наследие смогло принести пользу.

     Дарий пристально посмотрел мне в глаза, тихо поблагодарил и отвернулся.

    Мы перенесли в пристройку старое зеркало, купленное по пути по объявлению и я оставила своего гостя одного.

     Злюсь. Я торчу здесь уже неделю. И ни на шаг не продвинулся.

   Я тяжело вздохнул и отложил в сторону планшет, уже не скрываясь разглядывая Терезу. Глухое раздражение накатило волной – эта женщина невыносима! Как можно думать о чем-то, когда она в таком виде?!

    Резко толкнулся ногой, раскачивая кресло. Вот вернусь — закажу точно такое же.

    А я вернусь, чего бы мне это не стоило.

    Мне нужен этот патент. Это — деньги. Гранты. Поддержка.

    Слишком много на мне завязано.

    Где я ошибся? Месяцы расчетов — все к тграшу под хвост!

   Для перемещения по стране используются городские порталы, а вот личные — до сих пор остаются недостижимой мечтой. У меня почти получилось — для начала даже в соседнюю комнату считал успехом. Только делал это в режиме строгой секретности и по ночам. И в последний раз, в ту самую ночь, смог переместится на соседнюю улицу несколько раз.

     Почему, проверенная вдоль и поперек, формула дала сбой?

     Я же взял «городскую» основу. К «материковым» у меня доступа нет.

  Проход через континентальные порталы (и все они в ведомствах, подвластных лишь правителям)— строго регламентирован. В нашем мире их насчитывается по одному в каждой стране. Охраняются не хуже дворцов. Через них мы получаем редкие ингредиенты и стоят они порой целое состояние. Хочешь сэкономить — тратишь время и добираешься, как обычно. Не намного дешевле выходит.

     Каким чудом я перенесся в иной мир – до сих пор не понятно.

     Если существование таких порталов станет известно...

    Тграш! Зажмурился до черных пятен в глазах. Сердце остановилось, а потом забухало так, что на мгновение задохнулся. Не хочу думать, чем это может грозить обоим мирам...

    Та-ак... Начнем с начала.

    Перед тем, как пространство меня «выплюнуло» – а по другому не скажешь – меня несколько раз выбрасывало в родном мире. Самый первый — в трущобе на окраине столицы. Я уже и забыл, как это — приземлится с размаху мордой. До сих пор удивляюсь — чудо, что ничего себе не сломал.

    «Погостил» в краях, где мы на последнем году обучения практиковались. Жуткое место. Там обрели последний приют несколько моих сокурсников..

    К Терезе я попал на последнем издыхании. Каждое движение отдавалось ноющей болью. По телу будто стадо вакков прошлось. Я даже не сразу понял, где очутился. Голова кружилась, словно пил всю ночь напролет и во рту — ятти насрали. Поначалу решил — все! Я в аду. Или его преддверии.

    Кому рассказать — не поверят! Не смог разглядеть женщину в существе в странной одежде, с настолько вонючей жижей на голове, аж глаза заслезились?

   Это потом в голове прояснилось. Я же назвал ее чудовищем! Как же я потом радовался, что она не знает наш язык! Может она – алхимик и проводила ритуал по изменению цвета волос? Я слышал, что они все немного «того», но алхимики скрываются. Еще бы, после стольких лет преследований.... Мне кажется, что это справедливо и к магам — нас тоже не особенно любят.

    Когда удалось осмотреться, понял, что вломился в чей-то дом. И намусорил знатно. Где-то глубоко подняла голову совесть. Как подняла — так и положила, настолько устал. Если бы не осознание, что, возможно. мне придется просить помощи, я бы остался лежать там, где «приземлился» – такую степень крайнего истощения испытал лишь однажды.

    Речь непонятная, хоть на чары «лингвир» сил хватило. Видимо он у меня остатки и выпил – я не смог за собой прибрать. Представляю, как мои ученики повеселились бы, увидев меня с метлой.

    Дети, их родители, которые мне доверились... Я не имею права их подвести.

    Слишком много на мне завязано.

    Надеюсь, ради своего возвращения в родной мир, убивать никого не придется...

   Мой блуждающий взгляд зацепился за хохочущую Терезу – она стояла рядом с оградой и флиртовала с мужчиной.

   Память услужливо подбросила воспоминание о дне, когда на пороге вырос высокий хлыщ. Вадик, кажется.

    Как вспомню, так кулаки сами сжимаются.

    ... Высокий, самовлюблённый пи...пижон. (Н-да. Поднабрался я тут словечек)

    С жалким подобием веника. Из цветов.

   Из глубины комнаты мне было отлично видно обоих, а через приоткрытое окно – ещё и всё слышно.

    Тереза смотрела куда угодно, избегая встречаться с ним взглядом.

     – Ты зачем приехал-то, Вадик?- слишком спокойно сказала Тереза, рассматривая маникюр.

    – С-соскучился. Вот, это тебе, - хлыщ спохватился и попытался всучить веник девушке, но она сделала шаг назад.

    – Ты забыл, Вадик: я второй шанс не даю. Уходя – уходи.

   – Тита, ну всё ж хорошо было... – мужчина снова протянул измятый букет девушке, но она плотно скрестила на груди руки.

    – Было. Пока ты не решил, что я — неподходящая партия. Что, выкинули из проекта?

    Я судорожно соображал: это что, получается, у Терезы был мужчина? Хотя чего я удивляюсь: она привлекательна и умна, и хорошо сложена...

    Мужчина сначала потупился. Потом вздёрнул нос:

    – Я сам ушёл.

    Тереза вздохнула и покачала головой:

    – Ох, Вадик... Надеюсь, у тебя хватило ума не увольняться...

   Вадик покрылся красными пятнами и нервно обрывал один за другим лепестки уже изрядно потрёпанного букета.

    Тереза закрыла лицо ладонью:

    – Твою ж ма-ать... Я то думаю, чего тебе надо... Уходи, а?

    Тут я решил, что сам этот хлыщ не уйдёт, да и подслушивать мне надоело. Этот... Внезапной волной накатило раздражение. Не понимаю, что на меня нашло: я распахнул окно и, легко перепрыгнув подоконник, выскочил наружу.

    – Э-это кто?! - ткнул в мою сторону пальцем этот... Вадик и немного попятился.

    – А-а-это... Племянник шефа. Дарий. Шеф попросил приглядеть за парнем.

    – Зачем?

    – Его из секты недавно вытащили. – Тереза нахмурилась, окатила меня тяжёлым взглядом.

    Вадик хлопал ртом, глотая воздух.

    – Теперь это так называется? Да? - пижон расплылся в мерзкой ухмылке. – Решила утещиться? Совсем отчаялась? Больше никто не клюёт, что пошла по малолеткам?

     Тереза собиралась что-то сказать... Но моё терпение лопнуло.

     Взор заволокла красная пелена — в таком бешенстве я не был давно! Вот же...

    Под кулаком мокро чавкнуло с лёгким хрустом.Отработанный удар не подвёл и в этот раз. Был бы этот пижон настоящий мужик... Фу-ух, полегчало. Я брезгливо отёр костяшки о штанину, пока этот хлыщ визжал, как резаный, зажимая руками нос.

    – Ты... Да я... Я побои сниму... – он размахнулся и запустил в Терезу букет, но я его легко поймал, неосознанно выпустив силу, придал ускорение и «хворостиной» запустил обратно, поддав напоследок по заднице. Чтоб не повадно было!

   Хлыщ снова взвизгнул, подскочив, поскользнулся на вчерашней дождевой луже, и зверски ругаясь, запрыгнул в машину.

    Нашёл малолетку! Если бы не его гнусные намёки, убрался бы целым.

   Это потом, когда получил выволочку от Терезы и успокоился, да посмотрел на своё отражение в ванной, вспомнил: личина такая, что поневоле усомнишься в собственном здравомыслии и прочих низостях. Но объяснять каждому... Увольте.

Как в прошлый раз кровь бросилась мне в лицо, загудело в ушах и я, уже находясь на пол-пути к Терезе, постарался расслабить сжатые кулаки и задрать нос повыше. Я понял: похоже убивать я все-таки буду.

И прямо сейчас.

Этот «сосед» так и жрет Терезу глазами!

Как она сказала? «Он из секты»?! Вот! Сейчас отмахнуться не выйдет!

Пусть объяснит, что это значит!

     Женщины здесь — совершенно бесстыдны!

     Когда я впервые оказался на улице в этом мире, отчаянно старался не глазеть по сторонам. Получалось откровенно плохо — голые животы, ноги и грудь, открытая настолько, что это было... Совершенно вульгарно!

   Моя сопровождающая облачилась в обтягивающие короткие брюки и балахон, которые назывался «футболка» и он - явно с чужого плеча. По сравнению с остальными — она выглядит, как монашка. Так я считал до того момента, пока мы не приехали в дом ее деда. Там, пробежавшись по комнатам, и открыв все окна она подключила «электричество». Она вручила мне «планшет» и ускакала вприпрыжку на улицу. В возмутительно коротких панталонах, едва прикрывающих ягодицы, и в бюстье до талии, что прекрасно подчеркивало ее аппетитную грудь.

   Я принес кровную клятву – не причинять вреда. И только в самый последний момент осенило – «про эстази» — универсальная самозащита. Женщине, к которой меня вышвырнуло из портала, это знание будет лишним. Не думаю, что она сможет причинить существенный вред – магии нет, Но это не точно.

   Миниатюрная брюнетка с фарфоровой кожей. Хрупкая, похожа на статуэтку. Что она может мне сделать? Ничего!

    Я ей тоже не смогу навредить, а вот про других речи не было. Все внутри дрожало от ярости и требовало немедленно прикрыть почти обнаженную женщину, задвинуть ее себе за спину и врезать по морде этому му... мужчине. Ибо нечего поощрять распутство! Я резко затормозил и почти бегом направился в дом. Схватил попавший на глаза плед и рванул обратно.

    Подошел к Терезе и накинул плед ей на плечи. Она удивленно на меня посмотрела:

    – Дарий, ты что? - повела плечами и тонкая ворсистая тряпка соскользнула.-- Жарко же.

    Я сжал челюсти и еле смог процедить, натягивая плед повыше:

    – Ээ-э.. Вечереет. Сейчас комары налетят, а ты — слишком раздета.

   «Сосед», смазливый - женщинам такие нравятся - заросший щетиной, одетый в "модный пиджак и джинсы", стоял, облокотившись на ограду. И чего скалится, негодяй? Глазенки вон, как горят, всю Терезу уже в мыслях облапал?!

    – Давай знакомиться, что ли?

    Я смерил презрительным взглядом протянутую мне руку и, нехотя, ее пожал:

    - Будьте любезны, представьтесь. – мне это знакомство лишнее совершенно. Но пока я гость в этом доме – буду играть «по правилам».

     – Я – Сергей. А ты не так прост, как кажешься. Тебя же Дарий зовут, верно?

     – Дарий, - я согласно кивнул.

   – Тита сказала, что ты – из секты сбежал. Ты поэтому такой странный? – Тереза шикнула на Сергея и округлила глаза.

    – А что такое это ваше секта? - я с любопытством уставился на него. «Сосед» слегка растерялся, кинул беспомощный взгляд на Терезу и потом на меня.

      – Ну... Это... Общество... – Он махнул рукой куда-то в сторону, – Короче, - Гоп-компания, которая учит своих послушников. Вас же там в свою веру обращают, свои ценности навязывают. Точно, вроде так! - нашелся Сергей и торжествующе посмотрел на нас с Терезой по очереди. – Я сам в секте не был, упаси Господи, мне и так хорошо. Чему там учили? В какую веру обращали? – он выжидающе уставился на меня. – Из первых уст, так сказать.

     – Маги... Мистическую. – Это слово я узнал из планшета. Я еще много чего узнал, только про «секту» не додумался. – а еще нас учили этикету.

     Сергей неприлично заржал. Отсмеявшись он хлопнул меня по плечу.

   – Ну ты юморист! Ладно, бывай! – он протянул руку к Терезе и дернул ее за прядь у лица. – Так мы договорились?

     Тереза игриво улыбнулась и стрельнула глазками. Ар-р-рхх!

     – Я подумаю, хорошо? Хотя... Давай завтра вечером. Не надолго. Может — кино?

     Это что? Они тут о чем договариваются?

    Пока я «кипел», Сергей наклонился и чмокнул Терезу в подставленную щеку, затем махнул мне на прощание рукой и ушел, весело насвистывая себе под нос.

    – На, держи! – Тереза сунула мне в руки скомканный плед и виляя... Пусть будет – бедрами – проплыла мимо в сторону дома.

    Я поспешил следом.

   – Тереза, прошу прощения, что сую нос не в свое дело... Я правильно понял: у вас будет свидание? – Не позволю! Он же её...

    – Да, правильно. И да, – она резко остановилась и развернулась, хлестнув меня по лицу волосами. – Это — не твое дело. Я — свободная независимая женщина.

    – Могу предложить свою помощь? – я почти рычал.

    – Какую?

    – Ты же будешь подбирать наряд? Подскажу, как мужчина...

    Ее брови взметнулись вверх и Тереза удивленно приоткрыла рот. Обреченно качнула головой.

    – Ты же не отстанешь, да? Ладно. Так и быть, вынуждена согласиться. Если на этом всё – я пошла. У меня эскиз не доделан.

    Я расплылся в хищной улыбке. Конечно же «помогу». Я же — из секты. Только вот в планшет загляну...

      Следующий день приготовил мне испытание. Если бы заранее знал — сказался бы хворым и ни за что не выходил из комнаты!

     Ближе к обеду Тереза попросила принести в гостиную ту самую сумку, которую я отобрал у неё в квартире. Мне это не составило труда, а для хрупкой девушки ноша тяжёлая.

     Я чувствовал себя обязанным Терезе и старался помогать в меру своих скудных возможностей.

     Хватался за всё. Помыть? Передвинуть? Легко.

     Скрипя зубами перекопал грядки (магия земли не откликалась!), перенёс кадки с растениями. Усидеть на месте и ничего не делать, жить за счёт женщины? Тошно.

     Мне до зубовного скрежета претила мысль уподобиться одному из альфонсов. Но, волею случая, здесь я бессилен.

     Я мужчина. Это мужское дело — защищать и обеспечивать. В мире Земли всё перевёрнуто с ног на голову.

     Сумка оказалась до краёв заполнена тюбиками с краской и заготовками для картин, аккуратно уложенных в защитный короб.

     Тереза поблагодарила и удалилась сменить наряд на более подходящий.

     Усмехнулся — женщины все одинаковы!

     Я вычертил в тетради очередную схему, сверяясь с расчётами, подглядывая в планшет — обнаружились весьма занимательные символы.

     Учебники, которые помогла найти Тереза, оказались недурным подспорьем и я, как заведённый, ночи напролёт изучал физику, математику и химию – столько знаний умещалось в одном плоском маленьком предмете!

     Меня заживо сжирали вопросы, на многие из них я не находил ответ.

     В этом мире магия почти умерла. Исчезла. Но куда?

    Мне нужно гораздо больше времени, а его нет – должен вернуться как можно скорее.

     А есть ли разница во времени между мирами?

     Вдруг случится так, что я вернусь — а все умерли?

      Отбросил карандаш на стол и раздражённо потёр лоб: что я упускаю из виду?!

     Вернётся Тереза – попрошу найти новый учебник.

     Я потянулся, разминая затёкшие плечи, и сделал круг по комнате, разглядывая картины на стенах. Шедевры с изображениями природы. Стоимость многих картин бывает заоблачной, но... Будет ли наглостью с моей стороны попросить одну из них на память?

     С благоговением коснулся кончиками пальцев поверхности — слой краски с едва ощутимыми штрихами. Водопад с облаком брызг — как настоящий!

    Я вернулся к сумке и засунул свой нос внутрь, подхватил наугад металлический тюбик и открутил крышку – густая масса с насыщенным масляным ароматом. Всегда мечтал увидеть мастера живописи за работой. Когда сделаю перерыв – тогда и полюбуюсь. Может возьму пару уроков...

     Неожиданно сзади раздались лёгкие шаги.

     Кажется, я слишком сильно сжал тюбик — резко запахло краской и по руке потекло.

     У Терезы дрогнул уголок губ и она стыдливо опустила ресницы.

     Кажется, я попросил новый учебник...

     Пока она щебетала, ничего не слышал — в ушах грохотало, а лицо опалило жаром - всеми силами старался удержать взгляд на лице. Я не сопливый юнец, в первый раз увидевший голую женщину!

     Не задумывался, что Тереза так стеснена в средствах – сегодня вместо одежды её тело облачено в кусочки ткани, которые стыдливо едва прикрывали соски и лобок!

     И похоже, что «там» у неё гладко.

     Она повязала широкий фартук, вручила мне тряпку и со словами: «Не скучай», подхватила коробку, и высокий мольберт .

     Я...

     Что я хотел сказать?

     А, вспомнил!

     И тут Тереза повернулась ко мне спиной. И то, что я увидел, вышибло воздух из лёгких.

    Я не монах. Обет целибата не давал.

   Между ягодиц, прикрытых с боков фартуком, красовался тонкий шнурок! Хорошо, что она стремительно выпорхнула за дверь. Остаться равнодушным к таким формам?!

    Я же живой!

     На улице - пекло, а я по пояс укрыт тонким пледом.

     Усидеть в тишине дома, которая с уходом Терезы стала давить, не смог.

     Приходится делать вид, что наслаждаюсь тенью крытой террасы, в облюбованном мною кресле-качалке. Удобное, с мягкой подушкой, оно принадлежало её деду.

     Вернусь домой – закажу такое же.

    Я пытался сосредоточиться, но тщетно: в голове пусто и гулко.

     Мой разум так же чист, как те белоснежные холсты, что одиноко лежат в коробке и ожидают своей очереди.

     Взгляд, словно приклеенный, следует за каждым движением девушки.

     Разве можно думать о чём-то , когда в шаге от тебя привлекательная женщина в таком виде?!

     И это не костюм работниц борделя – они...

    Я подавил рвущийся наружу стон и закрыл горящее лицо ладонями. Тяжело сглотнул вязкую слюну – более нелепой ситуации на моей памяти не было. Мне пришлось рассыпаться в извинениях, когда я предположил, что Тереза стеснена в средствах.

    Насмешливый взгляд, без капли хитрости, сразил меня наповал. Кузнечным молотом ударило осознание: эта паршивка надо мною глумится!

     Тграш!

     Я бессилен. И признаться в этом — означает принять правила игры.

   Тереза и моё, как она назвала? «Попаданство»? Сломали мой личный мир. Он прежним не будет.

     С трудом отрываю взгляд и опускаю его на экран планшета – всевозможные модели этих «купальников». Когда успел?!

     Если застряну здесь, смогу ли привыкнуть?

     Одетый на девушку «купальник» - всего лишь купальник. Вещь. Для загара.

     В моём мире такие «костюмы» наделают шуму.

     Кстати, это хорошая идея, как обеспечить ещё один источник средств. Уверен, что швеи собьются с ног, спеша обслужить привередливых модниц.

     Пока Тереза отвечала на мои вопросы – всё пролетело мимо ушей! — я пытался скрыть резко нахлынувшее возбуждение и удержать взгляд на лице. И как это сделать, если перед глазами настойчиво маячит картинка аппетитной тяжёлой груди?..

     Работа. Она всегда спасала меня. И обязательно надо придумать, как возместить Терезе потраченное на меня средства.

     Поморщившись, я переменил позу: скрещённые ноги затекли, а возбуждение меньше не стало.

     В моём мире я бы не обратил на Терезу внимание — на первом месте всегда академия и брат.

     Супруга Дети? Не мечтаю. Однажды моё солнце разлетелось на жалящие осколки. Не желаю повторений. Проще сбросить напряжение в борделе – там всё просто и понятно. Без выяснения отношений, приторной лести и обмана.

     Женская одежда подаёт «блюдо» в самом «выгодном свете», а не выставляет прелести напоказ, лишая воображение пищи.

    Здесь — протяни руку, коснись и присвой. Но – нельзя.

     Умом понимаю и... Позор! Мне нравится эта "одежда". Неутолимая жажда закрыть ото всех -- спрятать за высоким забором или накрыть "куполом непроглада" выжигала внутренности - я желал оставаться единственным "зрителем".

     И вот сейчас, пока девушка с мечтательным, почти блаженным выражением на лице, наносила мазок за мазком на холст, мои мысли упрямо стремятся в ту сторону, где я прижимаюсь губами к изгибу шеи, переходящей в ключицу...

     Воображение рисовало Терезу, сжатую моими руками. Стонущую в моих объятиях.

     С тяжёлым вздохом отложил в сторону планшет — сосредоточится в таких условиях выше моих сил!

     Я откровенно глазел на её полупопия. Очень соблазнительной, округлой формы, с небольшими ямочками по бокам. Похожих на две аппетитные сочные фасолинки.

     Рот резко наполнился слюной — какая она на вкус?

     Удивительно пропорциональная девушка. Невысокая, зря я счёл её сразу дурнушкой. Соблазнительная округлость груди, хорошая такая, в руки просится... Тграш!

     Так, учебник для десятого класса!..

     Взгляд то и дело поднимается к ней: волосы до лопаток, тонкая талия, которую так хочется сжать сзади и медленно бра...

     Я выругался, откинул тряпку, под которой безбожно вспотел, и поспешил уйти в дом, в прохладу. Может, так на меня повлияло перемещение? Да, скорее всего.

     Секс, страстный секс, позволяет нарастить резерв быстрее. Вспомнил – я ж «пуст».

     Мысленно вернулся к урокам старого наставника, когда он палкой по конечностям заставлял принимать правильное положение тела в пространстве.

     С появлением аппетита и доступности женщин, когда я понял, что нравлюсь им, а они мне, я этот способ отбросил — с ним — гимнастикой и погружением в себя, отсечением от мира внимания, резерв нарастал медленно. Но верно.

     Скинул рубашку, натянул штаны из тонкой растягивающейся ткани. Трико, как сказала Тереза.

     Сад, напоенный терпким ароматом цветущих деревьев.

     Зелень, наливающаяся силой. Полуденное солнце, иссушающее капли пота.

    Вдох. Ме-едленный выдох. Не оборачиваться! Я мужчина. Умею держа-ать себя в руках-х.

    Зачерпнуть извне руками энергию. Если её не видно — это не значит, что её нет. Направить во внутренне солнце...

    Глубокий вдох через нос.

    Поднять внутреннюю энергию от копчика к голове, выдохнуть через рот. Медленный выдох. Не смотреть я сказал! Задержка дыхания...

     Постепенно мне удалось отрешиться, и под конец гимнастики я находился в полном согласии с собой и миром, и если не смирился с ситуацией, то немного свыкся.

     Сдаваться и лежать, пожав лапки и хвост, не в моих привычках. Иначе бы не смог основать академию несколько лет назад

     "Слишком молодой","слишком амбициозный" и прочее. А я... Я просто помнил, чем обернулось отчисление для моих друзей. Они пропали с моего компаса, но я их найду...

      Ближе к двум часам пополудни жара стала невыносимой.
      Отнесла мольберт с наброском под крышу террасы, отмыла кисти и спрятала тубы.
      Я повернулась к Дарию самой «красивой» частью моего тела. Не смогла удержаться от издевательской ухмылки: шок — это по-нашему!
      Задница горела. Казалось, он взглядом выжигает клеймо на моей коже.
      Настроение? Сто баллов из десяти.
      Мы пытаемся сосуществовать в одном доме неделю, и я начала уставать.
      Хоть мой «гость» и старается держать «лицо», всё-таки маска иногда трещит по швам.
 Оно и понятно. Случись такое со мной – тоже глазела бы. Потрогать, попробовать «на зуб» - это «нормально».
     Но навязывать свои порядки? Увольте!
     И, главное, всё так тоненько, исподтишка. 
     То заботливо плечи укутает в шаль, то красноречиво покосится.
     Поначалу приятно, ага. По нарастающей – бесит!
     Вроде старается не подавать виду, но осуждение чувствуется.
     Мой мир – мои правила.
     Вчера, пока с Серёгой болтала — по удалёнке наклюнулся незапланированный «калым» – а дома — племянники. Два оболтуса – десятилетки. Он и попросил приглядеть, по-соседски.
     Отказать не смогла. Серёжка часто выручал меня, да и знакомы с детства. Вместе лазили по деревьям и крышам, и ремня получали – тоже. Дорожки разошлись после его женитьбы. Жаль, брак не сложился. Только в соцсетях и «встречались».
     Когда Дарий исчез, я сразу почувствовала – спину перестал прожигать взгляд, до этого физически ощущаемый.
     Я подленько ухмыльнулась – та-дам! – в ванную побежал «облегчиться»? Надеюсь, сюрприз ему понравится.
     Ещё в квартире у меня на раковине стояли мыльные члены всех форм и размеров – Анька, зараза, любительница приколов. За пару лет у меня этого добра с подтекстом скопилась коробка. Я «магистру» чуть в лицо не расхохоталась, когда он недоумённо рассматривал эти «изделия». Пришлось пояснить происхождение и назначение. Мне-то что? Я женщина бережливая, мылится хорошо и пахнет вкусно.
     Не представляю, чем можно занять мальчишек.
     Решив подкрепить свою нервную систему перед походом к современным детишкам шоколадкой с печеньками, отправилась на кухню.
     Пока закипал чайник, подошла к окну и застыла: на заднем дворе, между яблонь и кустов смородины босоногий Дарий, до пояса обнажённый, выполнял упражнения. Чем-то напоминало цигун или тайцзицюань – не разбираюсь. Мужчина (или всё-таки парень?!) плавно перетекал из одной позы в другую, аж засмотрелась. Красиво!
     Я уже отвернулась, когда краем глаза успела заметить странный эффект – в слепящих лучах солнца его фигура... Плыла?
     Не могу точно описать это явление, но казалось, что это когда один человек «вписан» в другого. Может это и есть то, о чём он говорил? «Личина», кажется?
    Тот, второй, выше, плечистей.
    Как бы там ни было, знать не хочу. Меня не касается.
    Быстрый душ. Джинсы, топик и кроссы. Волосы собрала в высокий хвост – боюсь, вечер спокойным не будет.
    Подхватила флэшку с любимыми фильмами, пакетики с покорном – потом в микроволновке приготовим.
     Позвала Дария.
     Он придирчиво меня оглядел, на мой демарш ничего не сказал — жаль, я ждала.
     Взъерошенный Серёга встретил меня с распростёртыми объятиями.
     – Привет! Где твои «монстры»?
      – Тита! Ты так вовремя! У меня дедлайн. Мне вечером расчёты сбросить надо, а у меня конь не валялся.
     Наверху с грохотом что-то упало и, с конским топотом, вниз примчались мальчишки.
     Раскрасневшиеся, запыхавшиеся, один налетел на другого, и они, с воплями, кубарем ввалились в гостиную.
     – Почему не валялся? Очень даже...-- пробормотала обескураженно.
     – Здрасте, это вы нас будете высиживать? --- протараторили хором, пихая локтями друг друга и пытаясь встать.
   – Высиживают яйца у кур, обычно. М-мое дело проследить, чтоб вы себе шеи не посворачивали.
      Серёга тихо смылся, а мы настороженно уставились друг на друга.
     Поначалу Джек — он же Женя, и Пашка сидели тихо и чинно.
     Надолго их не хватило.
     Мы погипнотизировали друг друга пару минут и я сдалась первой.
     – Ну, колитесь, чем хотите заняться? В рамках закона, конечно.
     Пацаны переглянулись и их мордашки расползались в ехидных улыбках.
   Кто из нас первым предложил поиграть в приставку — не помню. Но учили меня «управляться с мечом» оба.
     Никогда не играла — времени не было. Нас так затянуло, что мы старались перекричать друг друга, а мальчишки ещё и отпускали шуточки. Они по очереди состязались со мной и, когда что-то не получалось, пытались выхватить у меня джойстик, чтобы «порвать» противника.
     Я почти оглохла — каждый норовил дать совет. Мальчишки говорили одновременно, пытаясь перекричать друг друга.
      На каком птичьем они изъясняются?! Единственное знакомое слово — нуб.
     Устав от воплей, я предложила посмотреть фильм на выбор.
     Мальчики единогласно проголосовали за «Пиратов».
    К концу второй части к нам присоединился довольный Сергей в карамельных парах -- он вручил каждому по ведёрку попкорна.
     В самый разгар битвы в дверь затарабанили.
     Серёга вернулся в сопровождении...
     Кого бы вы думали? Дария!
    Я закрыла лицо рукой и едва слышно простонала. Чё-ерт! Кто бы сомневался – поборник нравственности собственной персоной! Он оглядел исподлобья всю «композицию» и уселся между мной и Серёгой, оттеснив того к краю дивана.
     Мальчишки с азартом обсуждали действия героев, и Дарий немного оттаял.
      – В реальной жизни этот удар бесполезен.
     – Почему? --- загорелись детские глазёнки.
      По просьбе Дария фильм перемотали и посмотрели снова.
    Дарий спокойно объяснял, что, несмотря на зрелищность сцены, герой раскрывается перед противником и в реальной жизни был бы уже трупом.
     О, только не это!.. У Серёги азартно заблестели глаза.
   Мужчины вместе с мальчишками сбежали на улицу. Я зажмурилась,  сжала колени и вцепилась в край потрёпанного дивана – не пойду!
   Он ещё с детства опробовал на собственной шкуре всё «интересное», пока не зацепился в школе фехтования.
    Не знала, что делать. И надо ли?
   Дарий сам напросился!
   Но... «Мы в ответе за тех, кого приютили».
  Я выругалась и поплелась следом. Серёга – мастер спорта по фехтованию! Сейчас начнётся показательное «избиение младенцев».
   Выбежала во двор и застыла как вкопанная: мужчины танцевали по кругу, используя кривые ветки в качестве шпаг. Хладнокровный и спокойный Дарий. Настолько уверен в себе? Скорость его движений многократно превосходила скорость противника.
   Он раз за разом выбивал «оружие» у Сергея — шаг, уклонение, полу-выпад. Удар. Ловкий поворот кисти и... «Шпага» у горла!
    «Магистр» даже не запыхался, в отличие от его противника.
    Серёга сел на своего любимого «коня». И пока не добился согласия Дария научить паре «трюков» – не отстал.
    Довольные друг другом они распрощались.
    Я впервые задумалась об условиях жизни «там». Зачем такие умения?!
    На обратном пути я не выдержала молчания и задала мучившие меня вопросы.
    Дарий покровительственно посмотрел на меня:
    - Редко, но случаются ситуации, когда магия бессильна. А потому... Нас с детства обучают владению холодным оружием.
    – Всех? Или только... богатеньких?
    "Магистр" скупо улыбнулся:
    – Те, у кого нет денег — учатся самостоятельно.
  Хочу остаться в неведении, каким образом "учатся" и зачем. И что за твари у них обитают.
    Только забыла: хочешь насмешить Бога — поведай о своих планах...
  
  

   Поздно вечером, раскинувшись на кровати, я крутила в руках конверт, полученный утром с курьером. Отправителем значился авиаклуб, в котором мы «развлеклись» несколько дней назад.

     Оказались в нём совершенно случайно.

    Началось с того, что я вытащила из пристройки, где всё чаще пропадал Дарий, один из пары стоящих велосипедов. Местами краска облупилась, на раме проглядывала ржавчина. Отмыла от пыли, промазала, соседи подкачали колёса.

     «Магистр» изъявил желание опробовать «сей агрегат». Неуверенно, виляя на кочках, он медленно следовал за мной. А, как освоился, стал залихватски гонять, только пыль столбом.

     В одну из поездок мы забрались довольно далеко от дома.

   Во время отдыха на живописной полянке, покрытой молодой травой и первыми цветами, мы устроили импровизированный пикник с бутербродами и морсом. Дарий лениво отбивался от комаров и, выбирая слова, рассказывал о своём мире.

     После привала мы дружно решили изучить одну из утоптанных троп, на которой ещё не катались. 

   Она вывела к окраине леса, за которой стояли металлические ангары, обнесённые лёгкой железной оградой.
   У стены одного из ангаров копошился огромный старый пёс, глодающий кость. В отдалении, за строениями – двухэтажное кирпичное здание с припаркованными машинами.

   Огромная стриженая лужайка с зелёной травой. Люди, перед которыми расхаживал мужчина в экипировке. 

   До нас долетали отдалённый шум и голоса, обрывки смеха. 

 Задрав головы в небо, мы увидели орущих людей с парашютными куполами, крутящимися среди облаков.

    Дарий заинтересовался, глаза опасно загорелись восторгом.

    Не знаю, как поддалась на уговоры, но...

   Следующим утром нас упаковали в свободные комбинезоны вырвиглазно-желтого цвета, специальные очки и перчатки со шлемом.

   Опутанная ремнями с карабинами, я, не в силах вымолвить ни слова, с подгибающимися коленками, исполненная мрачной решимости, двигалась в сторону «кукурузника». Приговорённые, наверное, чувствуют то же самое...

    Внутри - две скамейки и никаких ремней безопасности.

    Самолёт разогнался, набрал высоту...

   Материал комбинезона скользкий, чуть холодит – я постоянно сползала со скамейки и боялась рухнуть в проход.

   Несколько часов, проведённых с инструкторами, не успокоили, наоборот. Высота четыре тысячи метров — не шутки!

  «Пятая точка» от страха «играла». Периодически я кидала на Дария взгляды, полные ужаса и сомнения, в надежде, что один из нас скажет: "Может, ну, нафиг это всё".

  Мне сложно себе объяснить, почему не отказалась. И даже после подписания документов, где написано, что «вы без претензий к организаторам в случае "неудачного" приземления». Ну не дура ли?!

   С перепугу отвалила приличную сумму в кассе авиашколы – за «небольшую» мзду Дария взяли без документов. Как он уговаривал инструкторов – сие тайна, покрытая сраком.

   Несмотря на все заверения в том, что прыжок «безопасен», и возможность того, что парашют не раскроется — существует, но этот шанс настолько мизерный... А, с учётом того, что балом правит погода... Думаю, будет излишне сказать – на страховку я не поскупилась.

   Божечки! Что я тут делаю?! В моём списке безрассудных поступков этого пункта не было!..

   Я хотела попробовать роуп-джампинг, даже в перечень желаний внесла (правда, с жирню-щим знаком «вопроса» рядом), там хоть какая-то фиксация есть, привязка к поверхности. А тут....

   Звук сирены...

   Вид открывающейся двери привёл меня в ужас. Тело покрылось испариной. Я оцепенела и, не веря в происходящее, машинально подчинялась тому, что говорил мне инструктор...

   Дарий прыгнул первым- донёсся восторженный вопль. Мне бы его энтузиазм...

   – Готова? – молодой мужчина мне улыбается. От уголков глаз разбегаются лучики.

   – Разве к этому можно подготовиться? - осторожно села к нему на колени.

   Он пристегнул меня к себе:

   – Тебе понравится. Так всегда в первый раз.

  За мгновение до прыжка в неизвестность «висну» на мужчине, пристёгнутом сзади, запрокидываю голову. Он делает шаг и... мы рухнули вниз. И сердце – тоже.

    - А-а-а-! - визжу во всю мощь своих лёгких в безоблачное небо.

    Дикий ветер в лицо погасил вопль. Руки — как крылья.

   Свобода. Свист в ушах. Сумасшедшее ощущение скорости!

    Жёсткий рывок – и я парю. Не понимаю, как я своей головой зубы мужику не вышибла?!

    И вдруг – тишина!

   В этот момент меня посетила единственная разумная мысль: «А если бы я оторвалась от инструктора?»

   Инструктор дал в руки «клеванты», но я «порулить» отказать. Нафиг!

    Ну никак не ожидала, что может укачать на спуске с парашютом! На свежем-то воздухе! Сзади показалась рука с протянутым пакетиком. Стыдоба-то какая!..

    Экстрим — не моё.

    На земле, на дрожащих ногах, я сделала несколько шагов и едва не упала, запутавшись в стропах.

    В крови бурлило от адреналина.

   В конверте, присланном клубом, лежали фотографии, сделанные во время полёта. Такие обычно сливают в сеть, чтобы собрать кучи лайков и комментариев.

   Сейчас, глядя на себя с выпученными глазами и раззявленным ртом, я происшедшее вспоминала со смехом.

   Вытащила пару фотографий Дария. Отдам ему. Если он ещё не «ушёл» - будет что вспомнить.

    Так, до сих пор не могла определиться, как его воспринимать: выглядит юно, а мыслит – как взрослый мужчина. Со своими заскоками, но разницу воспитания со счетов сбрасывать глупо.

   Я осторожно приоткрыла дверь и в получившуюся щёлочку заглянула в комнату. Накануне мы вместе вынесли мелкие вещи, как Дарий объяснил — большая часть из них может отправиться следом .

   Вдоль стен гудели от напряжения рамки с намотанной проволокой, трещали «катушки», вокруг которых мой «магистр» уложил камни (пришлось купить галтовку в магазине самоцветов).

   Хмурый Дарий стоял перед ростовым зеркалом, напряжённо вглядываясь в отражение. Ничего не происходило, только над поверхностью клубился синеватый туман, а сама гладь подёрнулась рябью.
   Я, не скрываясь, вошла.

    – План провалился?

    – Не могу понять, почему. Все расчёты верны...

  – Может зеркало неправильное? Или оно тебе вообще не нужно? - я видела, как «магистр» исчезает в искрящейся неоновыми всполохами дымке и возвращается из другой комнаты. Меня подмывало попросить опробовать это чудо, но... Я трусиха.
  Насмотришься ужастиков, а потом воображение угодливо рисует и подкидывает картинки, в которых то, что осталось от тебя, в виде фарша, падает под ноги на пол. Бр-р-р.

   – Не расстраивайся. Может, ты просто устал? Всё получится. - я ободряюще похлопала его по плечу.

   Дарий сделал несколько странных пассов , сложил пальцы в причудливые «мудры», как я их называла, и застыл в ожидании.

   Я развернулась было к выходу и внезапно погас свет.

   – Пробки выбило что ли? - пробормотала себе под нос.

   – Дар, я схожу, посмотрю. - Впервые сократила имя «магистра». Хм. Да-ар-р. Растеклось на моём языке.

  Комнату внезапно осветило. Источником оказалось пресловутое зеркало, и яркость свечения всё набирала силу.

  -Ай! – оно брызнуло осколками и пара из них меня задела — на коже предплечья красовались набухающие кровью росчерки.

  Время застыло. Стеклянное крошево зависло. Мелкие алые капли парили, словно в невесомости.

   В одно мгновение всё пришло в движение: воздух закрутился, зеркало с сухим звуком сыпало осколками, тут же зависающими в воздухе и закручивающимися в спираль.

   - А ты переживал! Не поминай лихом, - я порывисто обняла Дария, неловко всунула ему в руки фотографию и рванула к двери.

   К чёрту! Мне и здесь нравится.

   Оставалось совсем немного до выхода — только протяни руку.

   Но...

   Я стиснула зубы и, до боли в груди, безуспешно перебирала ногами на месте и не могла сдвинуться. Словно на беговой дорожке.

   Меня медленно притягивало к пузырящейся ртутью глади, которая уже «засосала» Дария.

  - Не-ет! – мышцы свело, и я потеряла дар речи. Перед глазами заплясали чёрные пятна.

  Сбывался мой худший кошмар, который преследовал по ночам. Я тщетно пыталась сделать вдох: в груди горел пожар, а сердце колотилось так, словно хотело пробить грудную клетку.

    Дёрнулась испуганной пташкой в сторону, когда на моём запястье сомкнулись железной хваткой чьи-то пальцы.

    Кинула последний взгляд на комнату сквозь радужные разводы плёнки и...

    Меня поглотила темнота...

     Сознание возвращалось медленно.

     Издалека доносился голос, звавший по имени. Осторожные похлопывания по щекам заставили вынырнуть из вязкого темного марева.

     С трудом подняла свинцовые веки – надо мной коршуном завис Дарий. Его очки немного погнулись, а одно стекло пересекала трещина. Над головой мужчины шелестела листва, сквозь которую пробивалось яркое солнце.

    Осторожно повернула голову и осмотрелась. Спасибо, что лежала у необъятного ствола раскидистого дерева: если так печёт в тени, то страшно даже выходить на открытое солнце.

   Трели неизвестных птиц дрелью ввинчивались прямо в мозг. Шевельнула пальцами и под ногти мгновенно забилась земля.

    – Тереза, как себя чувствуешь?

    Я прислушалась к себе, облизнула губы и пожаловалась:

    – Тело болит. Тошнит. И голова кружится... - во рту пересохло и каждое слово давалось с трудом.

    Дарий поднес к губам невесть откуда взятую пустую ракушку. Огромную!

    – Пей. Должно стать легче.

    – Что это?- настороженно уставилась на него.

    – Всего лишь вода, – криво улыбнулся. - Неподалеку ручей.

    Я, не сводя с него взгляда, жадно выпила. И мне показалось до обидного мало.

    – Дар, где мы? Что произошло?

    – Я выгляжу по прежнему? - он сжал губы в куриную жопку. – Не знаю. Но разберусь.

    Он боком, болезненно морщась, уселся рядом со мной и оперся спиной на ствол дерева.

    Я приподнялась на локтях и осмотрелась — буйство зелени: огромные растения, напоминающие папоротник и россыпь гигантских ярких цветов, которые не видела ни разу. Изнуряющая жара.

    Брезгливо оттянула прилипшую к телу рубашку и скривилась. Что ж, будем искать позитив: замёрзнуть не грозит — это точно.

    И снова улеглась на землю — перед глазами то и дело вспыхивали цветные круги. Тошнота постепенно отступала. Но, боже! Как же ломило тело и скручивало суставы - меня словно пропустили через центрифугу! Рука дернулась к груди: цепочка с подвеской на месте. Из меня, как из сдувающегося шарика, вырвался облегченный выдох.

    – Дар.... Что теперь делать? И, главное, почему я здесь?

    – Мне тоже интересно, почему. Хотел бы знать ответ на этот вопрос.

    Дарислав лег рядом на бок и опёрся на локоть, уложив голову на ладонь:

    – У меня есть один вариант. Только предположение...

    Я выжидающе уставилась на него.

    – Поделиться не хочешь? Ты ж у нас специалист по межмировым перемещениям. Просвети неуча, о, магистр.

     Дарий молчал.

    Он снова сел, обнял колени, потом подскочил и начал, прихрамывая, расхаживать из стороны в сторону.

    Я недовольно скривилась:

    – Прекрати. От твоего бега перед глазами морская болезнь начинается. Давай, говори уже. Терпеть не могу загадки.

    – Возможно — но, это не факт — он остановился и выставил в мою сторону палец, – мы как-то связаны. Это раз. Второе... Не исключаю вариант личного воздействия. Даже уверен в нём. Не могу понять принцип. Мне нужны моя мастерская. Без своих артефактов — я словно без рук. Чувствую себя голым! Но при чем тут ты?!

    – Ты меня спрашиваешь?! – изумленно уставилась на него. – Это по твоей милости я здесь оказалась. – приподнялась на локтях и злобно зыркнула на незадачливого недо-учёного.

    Хочу домой! В голове дурниной орала сигнальная сирена и мигало красное табло с надписью: «Тереза, беги!». Надо было сразу выпнуть Дария, как только появился у меня в квартире.

     За последние годы раскисла, успокоилась.

     За мою жизнь и благополучие расплатились своими жизнями дорогие мне люди. А я?!

     Рискнула встать и едва не упала – перед глазами снова плыло, на языке растекалась горечь. Пошатнулась и упала бы, если бы Дарий меня вовремя не поддержал.

    Надо идти. Куда?! Но оставаться на месте нельзя, это точно.

    Всколыхнулся давно позабытый страх. Мы несколько лет переезжали и меняли города один за другим, прежде чем осесть.

    Слишком беспечна стала.

    Глаза запекло и я крепко зажмурилась. Не сейчас.

    Время вспомнить то, что вбивали всё детство.

    Никогда не пробовала, но... Видимо, час пробил.
     Далеко уйти не смогли. Меня на каждом шагу мотало из стороны в сторону, потому решили заночевать недалеко от ручья.
    Дарий нарвал охапку листьев и соорудил нам «ложе». Здесь у него магия «работала» лучше, чем на Земле.Настолько, что он развёл костёр и поджарил пойманную с подобием остроги мелкую рыбёшку, плескавшуюся в небольшой заводи. Кстати, ни внешне, ни по вкусу, рыба ничем не отличалась от земной.
      Из леса к ужину он принёс неизвестные фрукты.
    Сначала я остерегалась их есть, но «магистр» выпустил из пальцев сноп искр, которые тут же опутали «добычу» светящейся сетью, после чего он вынес вердикт:
      – Максимум, что нам грозит – бег до ближайших кустов.
    Я скептически хмыкнула, но... От голода уже подрагивали пальцы и ныл желудок, испускавший такие рулады, что мне стало неловко.
    Ели-то мы в последний раз ещё дома, в обед!
  Приглашение не требовалось. Пообещав, что буду являться в кошмарах каждую ночь, если не смогу переварить лесные дары, я первая впилась зубами в сочную мякоть и, с наслаждением, прикрыла глаза. По вкусу фрукты напоминали водянистые персики, которых полно в любом супермаркете. Сейчас же я была рада и этой добыче.
    Вместо кружки у нас была та, единственная раковина неизвестного моллюска,  из которой мы по очереди пили принесённую магистром воду.
    Насытившись, долго сидели у костра. Каждый молчал о своём, говорить не хотелось.
   Дарий прикопал останки ужина (чтобы не привлекать животных) и вскоре уснул, пере этим широким жестом предложив подкатиться ему под бок: дескать, так будет удобней.
   Я опять лежала без сна. Высокое небо, непривычно яркие звёзды.
 Лёгкий шум листвы в кронах деревьев. Насыщенный аромат смятой, влажной травы. Вдалеке, почти человеческим голосом, прокричало животное. 
   Дневной зной спал, и стало ощутимо прохладнее.
   Я хоть и красовалась перед Дарием в купальнике, но на мне была тонна солнцезащитного крема. Из груди вырвался судорожный вздох: не смогу идти днём. Ожог гарантирован.
    Сейчас я прекрасно, как никогда раньше, понимала Дария.
    Оказаться одному, в неизвестных местах, совершенно неприспособленным... Это... невыносимо.
   Осторожно поднялась с импровизированной лежанки, убедилась, что Дарий спит, и крадучись, замирая на каждом шагу, пошла к ручью.
   Первая заповедь: мне нужен защитник. Не знаю, что он себя представляет, но полагаться на одного магистра не стоит. Напрасно я старалась из памяти выдавить всё, чему учили в детстве. Верила: не пригодится... 
    Слишком размякла.
  Присела на корточки и едва не свалилась в ручей – в глазах на миг потемнело и навалилась дурнота. Переждав приступ, я опустила кончики пальцев в холодную воду и коснулась второй рукой земли.
    Сосредоточилась и кинула «клич».
    Здесь... Одна... Беззащитна...
    Я потеряла счёт времени.
    Когда вернулась к стоянке небо уже розовело, предвещая скорый рассвет.
  Аккуратно, стараясь не потревожить сон своего спутника, улеглась и провалилась в чёрную дыру беспамятства.
    Пробуждение было внезапным. Я обнаружила, что лежу у Дария на груди, обнимая его за плечи. Он крепко прижимал меня к себе одной рукой, закинув вторую за голову. Тепло его тела и крепкое объятие давали странное ощущение уюта и защищённости.
    Мерный стук сердца. Лёгкое дыхание шевелит мои волосы. Слишком близко. Слишком интимно.
  Едва шелохнулась, намереваясь отодвинуться, но Дарий прижал меня теснее и прошептал, почти не разжимая губ.
     – Не делай резких движений. Замри.
     – Что случилось?
     – В ногах.
    Я скосила взгляд и с трудом удержалась от визга, прикусив язык: перед нами лежало огромное животное, положив узкую морду на вытянутые вперёд лапы.
  И оно смотрело мне прямо в глаза.

     «Оно», смотрело мне прямо в глаза.

 Мелкие роговые пластины покрывали плечи, спину и часть груди существа..Остроконечные уши торчком венчали пушистые кисточки. Почти полное отсутствие шерсти. Мощные когтистые лапы. Вильнувший тонкий, гибкий прутик хвоста, заканчивался «метёлкой». Сильные челюсти.

    Весь облик кричал: особо опасен.

    Судя по размерам, эта «собачка» – почти до пояса. Никого подобного раньше не видела.

    Я окаменела.

    Грохот в ушах оглушил.

    Дарий коротко зашипел и медленно, по одному, разжал мои пальцы: я мёртвой хваткой впилась в него.

    Из груди вырвался судорожный всхлип-вздох: Божечки, моя жизнь закончится здесь и сейчас!..

    – Тереза, когда скажу – беги – ты встаёшь и бежишь не оглядываясь. – Дарий напрягся и превратился в сжатую пружину, готовую вот-вот распрямиться.

    – А ты? – не в моих силах было отвести взгляд от этого хищника. Он медленно поднялся, смачно зевнул и потянулся. В том, что это именно хищник, не оставили сомнений острые зубы, которые не рассмотрел бы только слепой. Я зябко поёжилась — в пасти их— штук сто, не меньше!

    Животина по-собачьи встряхнулась, оглянулась по сторонам и, задрав хвост, потрусила к ближайшему дереву, о которое немного поточило длиннющие когти, а потом плюхнулась всем телом на землю и принялась с урчанием кататься!

   – Хотел бы напасть – уже напал бы на спящих. Мне кажется, оно безобидно... – неуверенно пробормотала, стягивая на груди мужчины рубашку.

     – Тереза... – я почти услышала, как «магистр» закатил глаза.

  Высвободилась из медвежьей хватки парня и ме-е-е-едленно села, пристально наблюдая за хищником.

   Зверюга же, вдоволь накатавшись, принялась радостно бегать за разноцветными бабочками, грациозно подпрыгивая и забавно клацая зубами в безуспешной попытке их поймать.

     К слову, бабочки, размером в небольшого голубя, в ответ посыпали морду «охотника» цветной пыльцой, от которой он периодически жмурился и по-детски чихал.

    – Дар... Да это ж ребёнок совсем! Щенок, ты посмотри...

    – Чем дальше этот зубастый «ребёнок» будет от нас, тем живее будем. – жёстко отрезал «магистр». - Представь, если мамаша заявится?

   Мелькнувшая перед глазами картина расчленёнки заставила передёрнуться.

   Дарий перетёк в вертикальное положение. Не сводя убийственного взгляда с «щенка», создал небольшой призрачный шар в руках.

    Я поднялась следом.

    – Беги!

  Дар резко толкнул меня, придав ускорение сильным тычком в спину, и рванул в противоположную сторону, ловко огибая кусты и перепрыгивая через кочки. Марафонец, блин!

   «Щеночек» оскалился, радостно вывалил язык и задорно поскакал следом.

    Без долгих раздумий я подчинилась приказу и, срывая дыхание, помчалась, не разбирая дороги.

    До тех пор, пока не запнулась о корягу и не влетела мордой вперёд в зелёные заросли. Еле выбралась – куст оказался шипастым, и приличная часть рубашки осталась висеть на ветвях, расцарапавших до крови и лицо, и тело. Я, уже не скрываясь, во весь голос костерила, на чём свет стоит и магистра, и «собачку», и собственную неосмотрительность.

   Внезапно посетившая мысль ошеломила. Я подняла лицо к небу, топнула и бессильно зарычала.

    Чё-ё-ё-ртт!

    Может именно эта зверюшка и есть «защитник»?!

   Ведь когда я «звала», не имела ни малейшего понятия, кто придёт. Не могу допустить смерти безвинного живого существа. Не имею права!

    Решительно развернулась и рысью побежала обратно. Миновала место ночлега и легко нашла Дария по раскатистому рыку «ребёнка».

    Дарий, немного потрёпанный, красиво лежал на спине. Над ним, широко расставив лапы по обе стороны от тела, навис хвостатый «малыш» и утробно рычал на каждое шевеление.

    – Что ты за тварь-то такая, а?! – злобно шипел Дарий.

   На моё появление животное почти не среагировало. Только слегка покосилось и снова уставилось на мужчину. Даже с места не сдвинулось!

    – Уходи! Тереза, магия на «это» – не действует! – магистр и хищник гипнотизировали друг друга.

    Я рухнула на землю и, устало, выдохнула:

    – Фу! Брось каку. Нельзя! Кому говорю?!

    Меньше всего ожидала, что... меня послушают.

    Это «чудо» недоумённо повернулось ко мне, словно спрашивая: «Что, совсем?»

    – Отравишься. Иди отсюда. – нашарила камень и кинула в сторону зверя.

    Диковинный «щенок» с визгом отпрыгнул.

  Понурил голову, поглядывая исподлобья, опустился на брюхо и... пополз, жалобно поскуливая, в мою сторону.

   В шаге от меня он заискивающе посмотрел мне в глаза.

   Я опасливо протянула руку и зависла. Точно чокнулась!

   Но...

   Коснулась влажного носа, пальцем погладила переносицу. Это «чудо» подползло ближе, уложило лобастую башку на колени, подставляясь под нехитрую ласку. Заурчало!

   – Нет! – - резким окриком остановила Дария. Тот застыл с сучковатой палкой в руках, с вытянувшимся в немом изумлении лицом.

   – Да-ар... Что делать-то будем? Я ж говорила – ребёнок...

     Вокруг - изломанные тени деревьев.  Переливчатое пение невидимых птичек дополняло ночной пейзаж, освещённый светом чуждой луны в ярком, едва заметном, оранжевом ореоле.

     В темноте зеленью сверкали глаза Няша –  прогнать незадачливого «ребёнка» уже не пытались.

     Он мотал широколобой башкой, словно понимал человеческую речь и упорно старался держаться возле меня.

   Видимо, я не так безнадёжна: “клич” сработал, и я получила своего "защитника". Устрашающего вида и размером со взрослого пони, с мягкой шерстью, светлой, в  бледно-зелёных пятнах и полосках. 

      Все звуки, которые издавал, походили на короткое: “Мняш”. Так и прозвали.

     Зверёныш оказался ласковым и жутко ревнивым. То боднёт головой в бок, подныривая под руку, то нагло влезет между мной и магистром, ещё и недовольно фыркая при этом. 

    Дарий не пострадал. Физически - точно. Разве что его гордость.... Няш нырнул носом мужчине под мышку, обнюхал сверху донизу, пару раз ткнулся мордой в пах  и громко чихнул.  Медленно отошёл, припал на передние лапы и прыгнул в сторону. Ещё и ещё.

     – Он что,  играть требует?! - я недоумённо  наблюдала за резвящимся Няшем.

     Дарий поднял палку, качнул, словно взвешивая, в руке, и зашвырнул в кусты. Няш притащил ее и подтолкнул лапой:”Мол, давай ещё!”. 

   Агрессии не проявлял: когда "кошко-собак" наглел, спокойно могли его отпихнуть. Магические шары, созданные  магистром, Няш радостно "щёлкал" зубами, а те, что пролетали мимо и ударялись о тело, рассыпались  светлыми искрами. 

      Мы – я, Дарий и Няш – сидели  на земле, вокруг  костра с догорающими углями. Спасибо магистру и магии!

    Снова «зелёное»  ложе. Рядом – “панамки” и тяжёлая накидка на плечи, сделанные из огромных листьев, связанных у основания тонкими травянистыми стебельками местных лиан.. 

      Хоть сейчас на телевидение. Робинзон, блин, с Пятницей…

     Мне было совершенно плевать, как я в этом прикиде выгляжу: какое значение имеет наряд,  когда дело доходит до выживания?

     Дальше продвигаться решили в сумерках или по ночам: мой домашний “костюм” от палящих лучей высоко стоящего солнца совсем не спасал. За прошедшие дни незащищённая кожа покрылась ожогами. Рубашка, после «знакомства» с кустами, превратилась в дизайнерский драный мешок на пуговицах. О коротких шортах  и вспоминать не хотелось.
     Мой спутник выглядел намного лучше.

  Парой дней раньше магистр, с лёгкой улыбкой, вернул мой потерянный тапочек: путешествовать босиком с израненными, после экстремального бега, ногами не хотелось совсем.  

      От нахлынувшей, словно цунами,  обжигающей благодарности, на глазах выступили слёзы,  и я, в порыве чувств, расцеловала Дария и тут же смутилась, отошла в сторону.

     Руки стали лишними, и я вцепилась в находку, прижав её к груди.

     Не так я представляла себе свой отпуск. Не готова к таким испытаниям… 

      Где, блин, палатка и спальный мешок?! 

    Вернусь - сразу куплю ботинки. Трекинговые!

   Уж не помню, как мне в голову пришла “светлая” мысль сделать из  необузданного Няша “ездовую лошадь” для меня, но, опробовав,  эту идею отбросили.

   Поначалу всё шло замечательно. Няш стоял смирно и даже позволил усадить меня ему на спину. И даже спокойно пошёл... а потом прижал уши к голове и рванул с такой скоростью, что я с перепугу вцепилась в  роговые пластины и прижалась к шее животного.

    Позади стихли крики Дария, окружающее смазалось в цветное пятно.

    В какой-то момент не удержалась и сверзилась в грязное озерцо, поросшее голубой тиной, вдоль которого мчал мой “скакун”.

    Назад Няш возвращался неохотно.

    Дарий встретил на полпути: всплеск адреналина дал ему сил открыть "короткий" портал. Чудо, не иначе!

    Путь до ручья пришлось проделать пешком. Он постепенно расширялся, превращаясь в небольшую речку. Внутри теплилась надежда: вдруг впереди поселение?

    Я мрачно пошевелила веткой тлеющие угли.

  Ощущение собственной уязвимости и лишение привычного окружения выбило из колеи.  Отбитая, во время скачки, задница до сих пор ныла, Дарий, после витиеватых ругательств,  тщательно  осмотрел меня, повертел словно куклу из стороны в сторону, ощупал и сгрёб в охапку, прижав к груди.

    – Я бы себе не простил.. – прогудело мне в волосы.

    Хочу моё одеялко, забиться уголок и… В глазах запекло, окружающий мир помутнел. Меня же учили: не пасовать, чтобы не случилось. Тита, ну чего ты разнюнилась?!

    Дарий, незаметно оказавшийся рядом, приобнял рукой и положил мою голову себе на плечо. 

    С трудом проглотила судорожный всхлип, шмыгнула носом. 

  Тут же между нами втиснулась голова “малыша”, недовольно рыкнувшего на магистра.  Животное бесцеремонно оттёрло мужчину и завалилось набок, вытянуло лапу и демонстративно выпустило когти.

     Я недоволько толкнула скотину. Дохлый номер: с места эта туша не двигалась.

    – Пошёл! Вон!. – раздражённо прошипела и, одарив животное красноречивым взглядом, нарочито привалилась под бок Дарию. В лёгком объятии мужчины мне уютно, спокойно, и верится: все преодолимо. 

     Наглая животина обиделась и повернулась к нам задом, недовольно подёргивая хвостом.

    Я устроилась поудобнее и устало смежила веки. Вымоталась. Спать хотелось неимоверно.

     В животе голодно урчало.

    Во время рыбалки наш внезапный «питомец» подло стянул уже  пойманную магистром  рыбу, заглотив одним махом весь нехитрый улов. а потом решил поиграть: со всей дури врезался в воду.

     Зверь начал прыгать вокруг мужчины и шлёпать лапами по воде, поднимая при этом волны и тучи брызг, искрящихся в лучах солнца.  Дарий, мгновенно промокший, затейливо выругался на своём языке, поминая "тграшей" и "хдрыаков", воткнул в землю «острогу» и удалился в лес. 

    На ужин пришлось довольствоваться теми же фруктами, что попробовали в первый раз.

    Мечтала же скинуть пару “КГ”? Ну вот, бойся своих желаний. 

    Я поёрзала, устраиваясь поудобнее.

   Недовольно сопящий  Няш сунулся в “постель” между нами, и тут же был безжалостно выпнут обоими - мной и магистром. В итоге зверодитеныш  завалился рядом со мной и  едва слышно заурчал. 

   Следующим утром, когда  Няш снова приготовился “помочь” Дарию, я  еле успела схватить   зверюгу за хвост и затормозила на пятках (бедные сланцы!):

    – Если ты и сегодня оставишь нас голодными, можешь уходить и не возвращаться! Есть хочу! Лучше иди и охоться, ты же хищник?! Вот и поделишься! – я нетерпеливо топнула  ногой и вытянула руку, указывая направление.

   Няш виновато  опустил морду и попятился задом, а потом развернулся и исчез в зарослях.

   Я пошла "в кустики" и набрела на полянку с крупными сине-чёрными ягодами, которые тут же оборвала и принесла в кульке из листьев на проверку магистру.

   Дарий, магией обжигавший очередную ветку для остроги,  кинул в ягоды светящейся сетью со словами ”визитато” и вынес вердикт:

   – Съедобно.

   Мы успели развести костёр, завернуть рыбу в листья и обмазать глиной, когда в ближайших кустах затрещало и показалась знакомая хвостатая задница.

   Няш дёргано двигался, словно тащил что-то тяжёлое.

     Ужасно не хватало соли. Но, всё равно вкусно!

     Я проглотила последний кусочек и, с сожалением посмотрев на импровизированные "шампуры" с мясом, аппетитно сочащиеся соком, сыто откинулась назад.
Всё, больше не влезет.

    Протянула обглоданную кость Няшу. Тот ее осторожно взял губами с ладони и, перемолов челюстями, мгновенно проглотил.

     Окровавленный зверодеть притащил огромную тушу и устало лег рядом, вырвав перед этим себе здоровенный кусок с филейной части.
Добыча Няша, с шестью конечностями, двумя парами витых рогов и гладкой, “лысой” шкурой, с выгрезенными внутренностями, оказалось размером почти с нашего защитника.
Я поежилась - хорошо, что саму “охоту” не видела. Моя нежная психика не перенесла бы это. Но есть хотелось сильнее.

    Сытый “ребенок”, довольный от похвалы и произведенного им впечатления. запрыгнул в ручей, уже превратившийся в небольшую бурную речушку и радостно плескался, смывая лапами с морды кровь и грязь. Удивительно чистоплотное животное.

    Дарий расцвел, когда увидел "добычу". Ласково погладил лоснящийся бок будущего "ужина", крепко зажмурился, запрокинув голову к небу:
    –  Это - вакк! У меня получилось, Тереза!
Непонимающе вздернула бровь.
  – Я вернулся Только не понимаю, где сейчас нахожусь.
  – Осталось меня "положить на место", - пробормотала, не разделяя радости Дария.

   Все еще наивно верила: в этом мире я ненадолго…

   На стоянке мы задержались. Весь день ушел на заготовку мяса: разбрасываться едой в нашем положении было непозволительной роскошью.

   Дарий, с уважением оценив "запас", часть зажарил на костре, а затем коптил, или вялил мясо на солнце, помогая магией.

   Я удивлялась: как запах крови не привлек других хищников? И, тут же, успокаивала себя мыслью, что присутствие Няша и “метки”, которые он оставлял в округе, отпугивает животных.

    Как могли, резали на части добычу магией и осколком разбитой раковины, благо их на берегу было достаточно.
   Магистр без сожалений снял рубашку, выполоскал ее, просушил и сделал из неё котомку, в которую мы сложили снедь, наши кружки-"ракушки".

   Здесь, вдоль берега, небольшими (по две-пять штук) редкими колониями селились те сами обладатели огромных раковин, которую мы нашли в первый день.

    Рядом, на границе воды и суши, по камням и прибитым к берегу водорослям, ползали улитки поменьше. И чем крупнее был носитель раковины, тем меньше колония. И те, и другие речные "жители" встречались тем реже, чем дальше мы продвигались.

   Их "мясо", запеченное прямо в раковине, на огне превращалось в студень, а вот живые мелкие собратья преподнесли сюрприз.

   Слизь, в которой я перемазалась, пока вылавливала мелких моллюсков из воды, принесла облегчение моей израненной коже.
   Это открытие приятно обрадовало, чем я и поделилась с Дарием:
   –  Да-ар смотри! - Кожа, воспаленная, после солнечных ожогов, на глазах светлела, зуд и боль стихли, а волдыри сдувались и "рассасывались". Места порезов и ранок покрылись тонкой новой розовой кожицей.

   Я получила красивый золотистый загар, впервые в жизни.

   Мы не знали, встретится ли еще на пути эти обитатели пресной воды, и попробовали “заготовить” слизь впрок в небольшой раковине - Дарий наложил заклинание стазиса, но слизь через несколько часов свернулась и превратилась в дурно пахнущую субстанцию.

   Тогда мы выбрали самых мелких моллюсков и поместили их в крупную раковину, наполненную водой, и меняли и воду и моллюсков при каждой находке колонии.

     А еще… вода со мной “разговаривала”.

     Изначально я не придала этому значения.

    Бежит себе ручеек, журчит - ну и ладно. Чем больше я находилась вблизи от воды - тем яснее я слышала “шепот”.
   Поначалу Голос воды не столько слышала, сколько ощущала краем сознания: как тихий, невнятный, жалобный ропот волн, набегающих на морском побережье. Чем больше я проводила у воды времени, тем он становился громче, отчетливее и уже напоминал приглушенный гул голосов в одном из многолюдных музеев.

    Именно благодаря этому “шепоту” я нашла еще пару колоний.

  Смутные воспоминания детства… Сказки, рассказанные мне на ночь, больше не казались "сказками". Они становились явью.
    Засыпать каждый вечер под старческое бормотание - это одно.

    А столкнуться в реальности…Без помощи и совета…

  Наверное сложно жить, когда магия - часть твоей жизни и ты привык к ней с рождения. А потом по какой-то причине ее лишаешься. Мне этого не понять – я всю свою сознательную жизнь жила обычным человеком. и меня это устраивало.

   Магистр пытался “разбудить” свою магию, применить её, куда только можно. Но максимум, на что хватало его сил - это уменьшить боль, разжечь костер и проверить пищу, съедобно она или нет. Он ничего не говорил, но я то видела: Дарий злится.

 Я присматривалась, слушала и наблюдала. И отчаянно нуждалась в маленькой книжице, доставшейся мне в наследство и в которую заглянула всего лишь раз …

  Вода меня успокаивала, ласково гладила тело, когда я купалась, или не давала упасть, когда я поскальзывалась на мокрых камнях.

  Она же мне нашептала”, что скоро будет “много бурной воды”. Что это значит - я поняла позже.

   Дарий выяснил, что на живые существа его магия не действовала.Совсем.
Мелкие животные и порхающие птицы словно сбрасывали с себя волшебное лассо - оно соскальзывало, не причиняя вреда живности.

   А ещё он вечерами пытался открыть портал – когда я исчезла вместе с Няшем, у него же получилось.

   – Я не могу открыть портал дальше, чем на половину длины нашего дневного перехода, Дома тоже открывал их на небольшие расстояния, и перерасхода сил не было. Здесь же каждое "открытие" выпивает резерв так, сословно у меня где-то пробоина, - однажды вечером поделился со мной мрачный Дарий.

    Чтобы открыть переход куда-то, он должен был, как минимум, побывать там лично. Порталы в мире Дария строились на координатах, с четкой привязкой к местности

   Еще его смущал магический фон, который напоминал шумы или помехи, которые для него выглядели так же, как помехи при попытке поймать нужную радиоволну

   Неожиданно пропал Няш. Исчез, словно его и не было. Я расстроилась: за прошедшее время успела привязаться к ласковой зверюге и поверить в "свои" способности. Но… он вольный житель.

   Наши мясные запасы были на исходе.

   Вдоль берега становилось идти все сложнее.

   Мелкая речушка, по берегу которой мы шли, впала в другую, более широкую, по которой мы продолжили путь.

   Берег обрастал большими камнями и высокой колкой травой, которой мы раньше не видели.

  “Тропические” заросли остались за спиной и поредевший лес прибрежья стал больше напоминать мангровый.

    Все чаще стали видны скальные выступы.

    Водный поток бурлил пенными перекатами, приносил больше свежести, и… комаров. Мелкие противные кровососущие черными тучками вились над нами, и даже дым от костра не помогал избавиться от них. На ночь приходилось с головой укрываться накидкой из листьев, под которой я пряталась днем от солнца.

    Ранним утром, мы оказались на высоком скальном гребне, с высоты которого, как на ладони, просматривалось раскинувшееся внизу огромное озеро, окруженное синезеленой дымкой леса. Из него же вытекало несколько извилистых серебристых лент. А прямо под нами, далеко внизу, клубился туман, на поверхности которого вспыхивали искристые яркие радуги.

   Огромный, грохочущий водопад.

  И где то там, за лесом, вдоль берега одной из водных серебристых лент, виднелись мелкие белые точки.

    На глазах выступили слезы и я резко сморгнула.

Неужели все?! Чуть-чуть потерпеть, и я получу нормальную кровать, душ и... а как нас примут?!

   – Да-ар… Ты видишь? - прокричала в ухо Дарию и указала рукой на точки. Дома?

   Магистр безжалостно развеял зародившуюся было надежду: Идти до поселений не меньше недели. По земле. А вот если сделать плот…

   Он покосился на меня и мрачно усмехнулся:

   – Надеюсь, хоть на это моих сил хватит.Не магических, так физических.

    Перед спуском мы решили перекусить.

    Но едва мы расположились для отдыха на небольшой уютной полянке, как кусты затрещали и из них выскочил Няш.

   Он радостно закрутился вокруг, ткнулся по очереди мокрым прохладным носом сначала в меня, потом в Дария, лизнул руку и выжидающе уставился в сторону, с которой пришел.

   Я бросилась своему потеряшке на шею - его не было больше двух дней! - но он нетерпеливо рыкнул и вырвался, и начал переминаться лапами на месте, пританцовывая. Няш шумно тянул носом воздух и вглядывался в небо.

   Мы с Дарием настороженно переглянулись и не сговариваясь, отложили еду.

   Далеко в небе показались черные, быстро увеличивающиеся точки. Дарий вскочил, схватил меня за руку и дернул на себя. Мы, побросав свои "пожитки”, бросились в лес.

  Резко выросший перед нами Няш пригнул морду, и, глядя исподлобья, предупреждающе зарычал.

   – Тита, ты попала со мной случайно, я неудачно открыл портал. - тихо проговорил Дарий не сводя настороженного взгляда со зверя.  Затем посмотрел на меня:

   – Ты поняла?! Мы оказались здесь по моей вине. Ты - "пустая". Ничего не знаешь. 

   Я кивнула и разочарованно бросила Няшу:

   – Предатель! –  "защитник", блин, на мою голову…

   Няш переступил лапами и мотнул башкой.

  Из-за его спины выехали вооруженные люди на… точно таких же, как он, животных, только больше раза в два. Он и правда оказался ребенком.

   Один из прибывших бросил несколько отрывистых, лающих фраз на непонятном языке .

   Дарий повторил тот же “фокус” что у меня в квартире, когда только появился, а я, растерянно переводя испуганный взгляд со спешившегося высокого мужчины в кожаных доспехах, на магистра, переспросила:

    –  Что он сказал?

  Позади, в воздухе, захлопали крылья и я обернулась: с неба, со стороны водопада, приземлились на крылатых ящерах два воина в таких же доспехах.

    Нас окружили.

    Затрещали ветки под лапами ощерившихся рептилий, Мужчины спешились:

   –  Он сказал, уважаемая леди, что вы должны проследовать с нами. У нас к вам вопросы и очень советую быть честными.

   Говоривший отцепил от седла небольшой сверток, и, слегка склонив голову, передал мне в руки.

   –  Укройтесь.

   Руки тряслись, пальцы не слушались: я не могла справится с застежкой на упаковке.

   Воин сжал губы, выхватил ее у меня и сам развернул.

   Мужчина осторожно набросил мне на плечи тонкий, легкий плащ с капюшоном, скрывший меня до пят.
   Затем направил на нас кристалл, висевший у него на гайтане на шее и коротко бросил,. кивнув на магистра:
    –  На этого браслеты. Обоих доставим по воздуху.

Дорогие читатели, если вам книга понравилась, добавляйте книгу в библиотеку, ставьте звездочки и подписывайтесь на автора, мне будет приятно)