Магия напрокат и прочие гадости

В последний раз взглянув на фотографии своих любимых родителей и погладив рукой гранитную поверхность надгробной плиты, я торопливо зашагала прочь. Свернула на хорошо заметную тропинку, виляющую между деревянными крестами, и направилась к воротам, за которыми меня ожидала Иринка. Моя двоюродная сестра нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и отмахивалась от мошкары сорванной веткой ветлы. Весь её облик говорил о нетерпении и нежелании находиться здесь, возле сельского кладбища. В принципе, я и не просила её ждать. Несмотря на то, что до этого была здесь шесть лет назад, когда хоронили моих родителей, обратную дорогу я бы нашла без труда. За эти годы облик села ничуть не изменился, лишь кладбище разрослось. И рядом с могилами родителей появилась еще одна – бабушкина. 

Мы с Иринкой молча шли мимо пейзажей, которые окружали меня в детстве. Каждый изгиб тропинки, по которой мы сейчас неторопливо брели, был знаком до мелочей. Сестра, помахивая веткой, словно бы невзначай поинтересовалась:

- Какие вообще планы? – но мне почудилась затаенная тревога в этом вопросе. Или это просто моя паранойя? Позволила себе ухмыльнуться:

- Да не переживай, свою часть наследства требовать не собираюсь. Пока не собираюсь. Если уж за эти годы не пропала, как-нибудь проживу без любимых родственников. 

Иринка резко развернулась и с заметной злостью проговорила:

- Может уже хватит, Оль? А ты никогда не думала, как мы жили все это время? Мать одна нас двоих с братом тянула. Отец пьянствовал, бабка слегла после похорон. Вот на её мизерную пенсию и мамкину зарплату мы все и жили, потому что отец свою пропивал. Она же искренне считала, что тебе в детдоме лучше будет, хотя бы голодать не придётся!

Обида, которая много лет копилась, выплеснулась вместе со слезами:

- И за все шесть лет ни разу мне не написали, ни разу не пришли! Даже о бабушкиной смерти мне не сообщили! Я вот уверена, если бы вы с Мишкой оказались на моем месте, мои родители никогда бы вас в детдом не отдали!

Мы с Иринкой отвернулись друг от дружки, будто чужие. А ведь все детство вместе провели. Ссорились, мирились, считали себя чуть ли не родными сестрами. А теперь даже слова доброго не найдем друг для друга. 

Сестра перестала обиженно молчать первой. Она всегда такой была – не могла долго обижаться и играть в молчанку.

- Ладно, Оль. Может мы и виноваты перед тобой. Но родителей эта трагедия тоже коснулась. Нам тоже тяжело было. Мать потому и не ездила к тебе, что стыдно было перед тобой. 

Я кивнула. Мне и самой надоело носить в себе груз обиды. Наконец выплеснула, выговорила - сразу легче стало. Мы как раз дошли до развилки. Направо – село Малаховка, налево луг, а за ним река. 

- Ирин, ты иди. Я немного тут посижу, остыну чуть-чуть. 

Сестра пошла дальше, но через несколько шагов обернулась:

- Если что, автобус до города через два часа. 

Она ушла, а я прошла от тропинки по высокой луговой траве, не забывая смотреть под ноги, насколько это было возможно. Я еще помнила про Никиткины ямки. Бабушка нам с Иринкой все уши про них прожужжала. Чтобы по лугу не бегали, а то попадем в Никиткину ямку, да ноги переломаем. Когда она сама была девчонкой, жил в селе дурачок Никитка. Он не всегда дурачком был, а вот как его сестра пропала, так умом и тронулся. Убеждал всех, что сестрицу его под землю утянуло. Ходил каждый день на луг да копал – искал ворота в подземелье, где сестра его томится. Сначала все над Никиткой посмеивались, а потом злиться начали. На лугу и козы и коровы пасутся, постоянно оступаются. А потом и самого Никитку мертвым на лугу нашли возле начатой ямки. И хоть лет немало прошло, и многие ямы осыпались да травой поросли, а ногой нет-нет, да и оступишься. 

Вот и сейчас я, ойкнув, провалилась по щиколотку. Уселась рядом, раздвинула траву, пытаясь рассмотреть, чего же там накопал Никитка. Обычная высохшая земля, потому что дождей уже две недели не было. И никак не зарастет эта ямка окончательно, только по краям полынь и вымахала. 

Чтобы не привлекать внимание редких прохожих, легла животом прямо на траву – сарафан уже старый, не жалко. Левой рукой подперла подбородок, а правой перебирала сухую землю в Никиткиной ямке. Мысли невольно вернулись к непростой семейной ситуации. Сколько раз я придумывала обличительную речь для тетки. Представляла, как выскажу ей все. Напомню, как она клялась моей маме, что никогда не оставит меня. А сейчас все это казалось не нужным. Мои родственники не малые дети и отдавали себе отчет в том, что делают. Может и впрямь думали, что мне так будет лучше. 

А я все эти годы в детдоме представляла в воображении свое будущее. У меня обязательно будет большая семья. Муж, дети и какая-нибудь старенькая тетушка мужа. Потому что в настоящей семье всегда есть бабушки или тетушки. Именно они придают дому особый уют. И все мы будем жить в большом двухэтажном доме. На открытой веранде летними вечерами будем пить чай и беседовать. А еще у нас обязательно будет жить большой рыжий кот по имени Васька. 

Я невольно улыбнулась, вспомнив свои подростковые фантазии. Да, чтобы жить в большом двухэтажном доме, мне придется копить всю свою жизнь. Тут пальцы в земле нащупали что-то твердое и, подавшись вперед, я стала разгребать землю. 

Это был всего лишь металлический плоский кругляш с причудливой гравировкой внутри. Я попыталась разобрать надпись это или рисунок, но не получилось. Потерла ладонью, чтобы очистить от земли находку, но ясности это не внесло. А вдруг это какая-нибудь древняя вещица и мне положено двадцать пять процентов за находку? Может, не зря я о двухэтажном доме мечтала? 

Я уселась на попу и подняла пластину, чтобы разглядеть её под солнечным светом. И вдруг мне показалось, что солнечные лучи прошли сквозь металл и светят на меня. Но, опустив кругляш, поняла, что солнце тут не при чем. Свет исходил от самой находки, разрастался, окутывая меня желтым сиянием. И когда до меня, наконец, дошло, что эту железяку надо поскорее отбросить подальше, земля подо мной будто разверзлась, и я полетела вниз, окутанная сиянием. 

Мой полёт был настолько непродолжительным, что я даже испугаться не успела. Приземлилась, как ни странно, на что-то мягкое. Пластина, которую я все еще держала в руках, продолжала светиться, что позволило осмотреться. По всему было похоже, что я попала в каменный колодец диаметром метра два. И к моему счастью колодец был без воды. Упала я на охапку сухой травы и какое-то тряпье. Вскочила на ноги и брезгливо оттолкнула ногой ветошь – вдруг там какие-нибудь блохи или клопы?

Посмотрела вверх, надеясь увидеть хотя бы кусочек неба, но напрасно. Кроме каменных стен не было видно ничего. А я как назло с собой даже телефон не взяла, вот как теперь позвать на помощь? Почувствовала, как нарастает паника, внутри все мелко задрожало. И в этот момент каменная стена перед моим носом раздвинулась, словно дверь в кабине лифта. 

Если честно, я вовсе не спешила выбраться из каменного мешка. Понятия не имею, куда я попаду дальше. А вот если я останусь на месте, то возможно меня опять поднимет наверх. Я потопталась, ожидая, когда же «створки лифта» захлопнуться, но этого не произошло. Пластина в моих руках неожиданно погасла, а до моего слуха донеслись чьи-то торопливые шаги. Отлично, значит, здесь есть люди. Может, это какой-то секретный объект? Лишь бы не лаборатория по опытам над людьми, остальное мне без разницы. Я все-таки вышла из колодца и каменная стена тут же встала на место. Теперь этим путем я точно не вернусь. 

Я попала в странное помещение, с низким потолком. Вытянула вверх руку, привстала на цыпочки и кончиками пальцев дотронулась до серого оштукатуренного потолка. А рост у меня не так чтобы высокий, всего-то метр семьдесят. Стены этого помещения были выложены крупными камнями округлой формы. Освещали это подземелье кристаллы, установленные в металлических подставках на стенах. Или может это светильники такие оригинальные? 

Шаги, которые я слышала, приблизились и из одного арочного проема в стене выскочили двое. Я даже попятилась от их странного облика. Темные балахоны, перехваченные поясом. Голова и почти все лицо закрыты черной тканью. Видны лишь глаза. Может, здесь какой-то фильм снимают? Что за маскарад?

Я уже собиралась обратиться к этим двум незнакомцам с вежливой просьбой помочь мне найти отсюда выход, но они бесцеремонно подхватили меня под руки и куда-то поволокли. Я терпеть не могу подобного отношения. Поэтому просто пихнула одного локтем в бок, другому поставила подножку. Но мои ухищрения не принесли желаемого эффекта. Тогда я стала просто вырываться из их цепких лап и попыталась одного укусить за плечо. Тут меня все-таки улыбнулась удача, и мои зубы вцепились в руку незнакомца справа. Тот недовольно вскрикнул и схватил меня за волосы, оттаскивая от себя. Второй тем временем воткнул мне в плечо что-то наподобие шприца с зеленоватой жидкостью. 

Вот теперь я точно выскажу им всё, что думаю по поводу их затянувшегося маскарада! Вдохнула больше воздуха, чтобы закричать погромче, но моё сознание вдруг отключилось.

Очнулась я оттого, что кто-то довольно бесцеремонно хлопал меня по щекам. Я оттолкнула этого наглеца и открыла глаза. Первое, что я увидела - это зеркало во всю стену прямо передо мной. Я сидела в подобии кресла и смотрела в это зеркало. Отражение меня удивило. Это была без сомнения я, но вот мой облик… Я не любила ходить с распущенными волосами, всегда заплетала их в косу или собирала в шишку. А сейчас мои русые волосы были завиты в локоны и распущены по плечам и спине. Одежда, которая была на мне, тоже вызвала возмущение. Желто-оранжевый топ, который прикрывал грудь и длинная юбка того же цвета, норовящая соскользнуть с бедер. Я выглядела как уличная танцовщица! К тому же совершенно босая. 

И вот что странно. Внутри меня росло возмущение, но наружу оно почему-то никак не могло выплеснуться. Это на меня точно не похоже. Я никогда не лезла за словом в карман, и если мне что-то не нравилось, тут же говорила об этом. Но сейчас меня сдерживало что-то. Хорошее дело…

Тут мой взгляд в отражении заметил еще одну фигуру в небольшой комнатке с зеркалом. Это была женщина лет тридцати, высокая и довольно крупная. Вполне обычной внешности, если бы не татуировка на лице. И эта татуировка в виде раскрытой пасти зверя похожего на кошку вообще не вязалась с её остальным обликом: стрижка каре, облегающее черное платье длиной до колена. Она с улыбкой смотрела на меня, будто говоря: ну здорово же? 

Свою прежнюю одежду и обувь я увидела валяющимися на полу, что снова возмутило. И я даже поднялась из странного кресла, собираясь поднять босоножки, но тут в комнату вошла еще одна женщина. Она оглядела меня цепким взглядом и что-то коротко сказала, но я ни слова не поняла. Голос у этой дамы был резкий, неприятный. Незнакомка с татуировкой взяла меня под локоть и повела прочь из комнаты, а я послушно пошла за ней. Недоумевая и удивляясь самой себе, попыталась понять, что же такое происходит, но мысли текли вяло, лениво. Тут меня втолкнули в огромный прозрачный шар, то ли пластиковый, то ли стеклянный. Эти шары стояли вдоль стены в ряд, но все пустые, а я заняла крайний. Татуированная дама указала на блестящие, словно металлические, поручни и я схватилась за них скорее инстинктивно. И тут же шар позади меня захлопнулся, и мне стало по-настоящему страшно. Это точно лаборатория, где проводят опыты над людьми!

Шар стал подниматься вверх, и я заметила, что он крепится к массивной цепи, которая и уносит его. Буквально через пару секунд под собой я увидела огромный зал, заполненный людьми. На какое-то мгновение мне подумалось, что я попала в театр на представление, настолько внутреннее убранство было схоже с театральным. Высокая сцена, зал полный людей, длинные балконы на которых тоже удобно устроились гости. Если бы не громкий свист и улюлюканье. А еще огромные экраны, на которых крупным планом мое лицо с испуганными глазами. 

Шар пронесся над залом и опустился на сцену. Тут же подскочил мужчина, одетый в кислотно-зеленый костюм. Он каким-то образом заставил шар раскрыться и, взяв меня за руку, вывел на середину сцены. И я даже не воспротивилась. Да откуда во мне эта странная покорность?!

Мужчина что-то громко говорил и его голос раздавался на весь этот огромный зал. Он крутил меня вокруг оси, касался волос и что-то говорил и говорил. Я попыталась понять хотя бы слово, но тщетно. Это совершенно незнакомый мне язык. 

И тут я вспомнила один фильм, в котором девушка попадает в лапы преступной группировки, которая поставляет живой товар для гаремов богатых шейхов. Меня как током ударило, и я все-таки рванула ладонь из рук мужчины. Тот удивленно воскликнул и зал разразился громким смехом и даже аплодисментами. Но ко мне уже приблизилась дама с татуировкой и мне снова в плечо вкололи непонятную жидкость. С экранов пропало мое лицо, вместо него появился, как мне показалось, список имен и напротив каждого имени незнакомые мне обозначения. Из всего списка одно имя замерцало синим цветом, снова раздались аплодисменты и я поняла: аукцион. Я попала на подпольный аукцион и меня только что продали. 

Дама с татуировкой на лице вела меня по узкому коридору, крепко держа за руку. Хотя я не проявляла никаких признаков несогласия. Та гадость, которую мне вкололи, оказала на меня сильное действие: в голове ни одной мысли. Я даже не удивлялась: куда меня ведут, кто тот неведомый покупатель, зачем я ему?

А узкий коридор вывел нас к массивной двери, за которой я, наконец, смогла немного прийти в себя и глотнуть свежего воздуха. Окружающая меня действительность была странно незнакомой. И уж точно то, что сейчас явилось моему взору, не могло находиться в моем родном городе. Да что в городе! До ближайшего моря два дня пути на поезде. А тут в нескольких метрах, буквально прямо перед носом плескалось море! Или океан? 

Но как я могла оказаться так далеко от дома и совершенно не помнить дороги? Но способность удивляться так же была приглушена действием препарата и я просто вдыхала холодный и чуть соленый воздух. Море шумело как-то не так. В детстве я с родителями дважды была на курортах черноморского побережья. И прекрасно помнила волнующий шепот волн. А это море словно шуршало скомканной бумагой. А может это у меня в ушах так противно шуршит? И цвет волн грязно-зеленый. Какое неприятное море. Я перевела взгляд на небо. Вместо голубого поднебесья, я увидела нечто светло-сиреневое с какими-то серыми лоскутами вместо облаков. Нет, это все-таки действие препарата. У меня определенно галлюцинации. 

Я обернулась, чтобы рассмотреть здание, из которого меня вывели. Куполообразная махина стального цвета, подобрать более конкретное определение я точно не в состоянии. И тут появилось еще одно действующее лицо. К нам быстрым шагом приближался мужчина с довольной улыбкой на лице. Как только он приблизился, первым делом накинул мне на плечи теплый балахон, в который я поспешила закутаться. Правда босые ноги тоже мерзли, но я была рада и этому странному одеянию шоколадного цвета. Незнакомец перебросился с дамой парой фраз и та, отвесив поясной поклон, удалилась. А мы с мужчиной стояли и смотрели друг на друга. 

Возможно, в молодости он был очень красив. Наверняка, многие женщины пытались завоевать его сердце. Высокий, выше меня на голову. Загорелый. Хотя я не поклонница фанатиков загара. Уверена, что он обладал немалой силой, судя по ширине плеч и крупным ладоням. Но все это было в молодости. Черные волосы длиной до плеч на висках уже тронула седина. Она не бросалась в глаза, но внимательный взгляд её увидит. Вокруг глаз сетка морщин. Погрузневшая фигура. М-да… Эдакий растолстевший и постаревший мистер Рочестер. 

Но в целом его облик был нейтрален. Этот незнакомец не пугал, он не вызывал отвращения. А вот я была для него некой диковинкой, судя по удивлению в его карих глазах. Он внимательно осматривал меня с макушки до пяток. И вот когда его взгляд опустился до моих ступней, он с виноватым вздохом подхватил меня на руки и понес в сторону неприятно шуршащего моря. 

Он нес меня словно пушинку, хотя я никогда не отличалась излишней худобой. Прямо со мной на руках он прошел на палубу судна, команда которого, казалось, только и ожидала его появления. Я не сильна в классификации судов, но на ум почему-то пришло сравнение с ладьей, только без паруса и без гребцов. Тут мужчина поставил меня на ноги и провёл на нос ладьи, хотя я не горела желанием любоваться этим неприятным морем. Но слова с трудом подбирались, и я смогла из себя выдавить только хриплое:

- Где я?

Тут незнакомец снова виновато вздохнул и торопливо надел мне на руку браслет из разноцветных пластин. Он, бормоча себе под нос, повернул некоторые пластины и только потом удовлетворенно улыбнулся. И сказал мне что-то на незнакомом языке, тщательно выговаривая слова.

- Меня зовут Тирайо, - услышала я механический голос, исходивший от браслета. Дёрнулась от неожиданности и хотела стянуть с себя это пугающее украшение, но незнакомец удержал мои руки. 

- Этот браслет поможет тебе понимать меня. Потерпи немного. Потом в нем не будет необходимости. А сейчас послушай меня внимательно, потому что я тебя все равно понять не смогу. У меня нет второго браслета.

Я кивнула. Ну, наконец-то, мне объяснят, где я и что им от меня надо.

- Меня зовут Тирайо Сандини. Я купил тебя на аукционе и теперь являюсь твоим хозяином. Не пугайся. Это звучит страшно и неприятно, но на самом деле тебе повезло. Многие из той публики, что являются завсегдатаями подобных аукционов, покупают себе забаву от скуки или пополняют наложницами свой гарем. Но тебя избежала эта ужасная участь. Тебе у меня понравится. Ты не будешь ни в чем нуждаться. Ты очень красивая, я не смог оторвать взгляд, как только увидел тебя.

Всё это безжизненным механическим голосом мне вещал браслет. Голос Тирайо был приятным, но то, что он говорил, было ужасно. Наверное, только действие препарата удерживало меня от попытки объяснить этому человеку, как он неправ. 

Тирайо вдруг прижал меня спиной к своей груди, заставляя смотреть на горизонт.

- Видишь арку, которая вспыхивает разноцветными всполохами? Мы направляемся к ней. Эта арка – портал в мой мир. Сейчас мы находимся в Междумирье. Скверное место, я тебе скажу. А вот Касанар, куда мы направляемся, это лучший мир из всех существующих. Ты сама в этом убедишься. Но переход для тебя станет серьезным испытанием. Ты иномирянка, да еще из не магического мира. Магическая адаптация, которой ты подвергнешься при переходе через портал, тяжело переносится. Но это необходимо. Ты станешь понимать нашу речь, сама заговоришь на языке моего мира. Просто потерпи.

С каждым его словом во мне будто пыталась проснуться паника. Но она слишком слабо трепыхалась, и внешне вообще никак не проявлялась. Я смотрела на приближающуюся арку с внутренним содроганием. И когда нос судна коснулся исходившего от портала свечения, Тирайо еще крепче прижал меня к своей груди. 

Первым ощущением было, будто мою кожу опалило жарким дыханием пустыни. Я закрыла глаза и почувствовала нарастающий шум в ушах. Через мгновение головная боль заставила меня скривиться и застонать. И тут же словно чья-то огромная рука сдавила мне горло так, что я едва могла дышать. А дышать приходилось раскаленным воздухом. Я закашлялась и захлебнулась горячим ветром. Тошнота и сильная слабость накатили одновременно. Больше всего мне сейчас хотелось лечь на палубу и сжаться в комок, но руки Тирайо продолжали меня удерживать. Так физически плохо мне не было ни разу за мою восемнадцатилетнюю жизнь. И сознание, видимо, сжалилось. Потому что с очередным приступом головной боли я выпала из реальности. 

Очнулась я в незнакомой комнате. Хотя, учитывая события последних часов, ничего удивительного. Во всем теле чувствовалась слабость, и я не меняя положения, огляделась, насколько это было возможным. 

Я лежала на широкой кровати. На ней без труда разместилась бы еще пара человек. Слева от меня располагалось окно. Сейчас оно было наполовину закрыто гардиной приятного светло-зеленого цвета. Помимо кровати, которая занимала чуть ли не половину пространства, в комнате находился комод, туалетный столик и пара пуфиков. Вся обстановка была выдержана в светлых тонах, преимущественно зеленого и желтого цвета. 

От разглядывания мебели меня отвлекло громкое урчание моего живота. Ну еще бы. Если мне не изменяет память, последний раз я завтракала у тетки в Малаховке. А потом мы с сестрой пошли на кладбище, затем я провалилась в Никиткину ямку, и все закончилось аукционом. Как-то не до еды было. Если я сейчас же что-то не съем, это будет просто катастрофой. 

Я выбралась из-под одеяла и обнаружила, что до сих пор нахожусь в этом странном одеянии уличной танцовщицы. Хорошо, что не голышом.

Стараясь производить как можно меньше шума, я на цыпочках подкралась к двери. Приоткрыла её и осторожно выглянула. Длинный коридор по обе стороны. Выскользнула из комнаты и прислушалась. Откуда-то доносились мужские голоса. Прислушавшись, я направилась в противоположную сторону коридора, радуясь, что мои шаги приглушает дорожка на полу. 

Коридор вывел меня к широкой лестнице, которая вела вниз в просторный холл. Свесившись через перила, я разглядывала убранство и чувствовала, что паника проснулась вместе с чувством голода.

Кем бы не был хозяин этого дома, он явно не бедствует. Красивая и богатая мебель, миниатюрный фонтан посреди холла и невероятная, просто стерильная чистота! Это сколько же прислуги нужно иметь, чтобы намывать все это до блеска!

Но снова заурчавший живот напомнил о цели моей вылазки. Я медленно спускалась по лестнице, недоумевая, а где же вся эта прислуга? В холле я увидела сразу несколько дверей, осталось догадаться только, которая из них ведет на кухню. И тут мое одиночество, наконец-то, было нарушено. В холл вошла строгого вида женщина лет сорока. Весь её облик напомнил мне мою первую учительницу. Она вот точно так же поджимала тонкие губы и смотрела на меня сверху вниз пронзительным взглядом. Платье длиной до колен темно-синего цвета и волосы, гладко зачесанные назад и собранные в пучок, только усилили это впечатление. Она смерила мое одеяние уличной танцовщицы многозначительным взглядом и чуть покачала головой.

- Как я вижу, наша гостья пришла в себя, - её голос тоже оказался копией голоса учительницы. И в нем откровенно чувствовалось презрение. Но я так обрадовалась человеку, с которым смогу поговорить, что не стала обращать на все это внимания.

- Вы говорите на русском? Какая удача! Скажите же мне, где я нахожусь и как мне вернуться домой?

Незнакомка закатила глаза и прижала тонкие пальцы к вискам. Выражение её лица было красноречивее слов. Она или сочла меня сумасшедшей или ситуация была настолько абсурдной, что подобрать к ней слова было достаточно трудно. 

- Меня зовут ма Элевенира. Так и обращайся ко мне. Сейчас я провожу тебя обратно в  комнату, и ты приведешь себя в надлежащий вид. 

Я уже открыла рот, чтобы напомнить ей, что она не ответила ни на один мой вопрос. Но Элевенира даже не дала мне и слова сказать:

- А потом к тебе зайдет господин Сандини и всё тебе объяснит. 

Но я решила все же проявить настойчивость хотя бы относительно моего питания:

- Вообще-то, ма Элевенира, я искала кухню. Я ужасно хочу есть.

- Я распоряжусь. Тебе все принесут в комнату. 

И женщина указала рукой на лестницу. Пришлось повиноваться. 

И уже через пять минут в комнату вошла служанка с подносом. Пока я утоляла голод пышными булочками и напитком, который я бы назвала цветочным чаем, служанка принесла стопку полотенец, белье и какое-то платье, которое я решила разглядеть чуть позже. Сначала нужно подкрепиться как следует, ведь неизвестно когда в следующий раз удастся поесть. 

Когда я сыто отодвинула от себя пустой поднос, служанка приоткрыла дверь, словно ожидала за ней, когда я поем:

- Вам следует пройти в купальню. 

Я подхватила полотенца и одежду и послушно направилась за служанкой. Ну правильно, порядок действий нужно соблюдать. Как там в сказке: сначала накорми - напои, потом в баньке попарь, а уж потом разговоры разговаривай. 

И, тем не менее, я чувствовала, что та овечья покорность и покладистость покинула мое сознание. Я внимательно смотрела вокруг, запоминала расположение комнат, чтобы в случае опасности не плутать. 

Купальня располагалась через три комнаты от моей. Довольно просторное помещение, не сравнить с ванной комнатой в типовой многоэтажке. По каменным ступенькам я поднялась к глубокой и просторной чаше, которая была наполнена водой. Коснулась пальцами водной поверхности – не кипяток ли. И только потом осторожно забралась внутрь, заранее избавившись от одежды. Служанка хоть и старалась держаться невозмутимо и отстраненно, но все же я заметила её любопытные взгляды в мою сторону. Возраста мы были примерно одинакового, и я решила разговорить её. А то от заносчивой Элевениры толку мало.

- Как тебя зовут?- я даже улыбку нацепила, хотя оттого, что со мной происходило, улыбаться совсем не хотелось. Служанка застыла в растерянности, потом опасливо покосилась на закрытую дверь купальни и еле слышно прошептала:

- Уфина. 

- Красивое имя. А меня зовут Ольга, - я была само дружелюбие. Уфина потупила глаза, никак не отреагировав. Но я решила не отступать. 

- Уфина, помоги мне разобраться, что здесь к чему? – я жестом указала на полочку, на которой лежали, как я понимала, всякие мыльные принадлежности. Служанка поднялась на несколько ступеней и нерешительно поинтересовалась:

- А вы, действительно, иномирянка?

Что?! И тут я окончательно вспомнила все, что со мной произошло после аукциона. И слова Тирайо о том, что я попала в другой мир, тоже вспомнила. Он что, все это серьезно говорил? Но это же…невозможно?

Наверное, моё лицо отразило разнообразную гамму эмоций, потому что Уфина как-то стушевалась и снова опасливо покосилась на дверь купальни. И кажется не зря. Тот час дверь открылась и на пороге купальни возникла Элевенира.

- Уфина, чего вы тут копаетесь? Господин Сандини ждать не любит! 

Служанка тут же схватила с полочки пузырек с бесцветной жидкостью и, капнув на кусок материи, потянулась ко мне. Но я отпрянула и с настороженностью спросила:

- Что это?

- Мыло. 

- Я сама. 

Элевенира смерила меня пренебрежительным взглядом и покинула купальню, а Уфина уже протягивала мне другой флакончик:

- Это мыло для волос. А это масло, его наносят после купания, чтобы от кожи приятно пахло. Господину нравится сильный аромат, - тут девушка густо покраснела. А я чуть не хлебнула раскрытым ртом воды. Надо же, какие познания у служанки о предпочтениях господина. Её руку с протянутым флакончиком я оттолкнула: 

- Мне это точно не пригодится.

С помощью Уфины я разобралась в местных средствах гигиены и потом облачилась в приготовленную одежду. На этот раз платье мне понравилось. Светлое, бежевое в цветочек, длиною до колен, довольно просторное, но по размеру. И даже, кажется, совершенно новое. 

Волосы сушить уже было некогда, Уфина и так постоянно косилась на дверь. Поэтому я просто заплела их в косу. 

 В моей комнате на одном из пуфиков сидел Тирайо. Как только я переступила порог комнаты, он развел руки в стороны и чуть ли не пропел:

- Как же ты прекрасна. Сама Светлокрылая Амали привела меня к тебе! 

 Я с настороженностью посмотрела на мужчину. Во-первых, его манера общения была страной. Во-вторых, одет он был слишком уж по-свойски. На мой взгляд, перед едва знакомыми людьми не стоит появляться в одеянии, больше напоминающем домашний халат. Я остановилась у самой двери и не торопилась приближаться. Тирайо тут же отреагировал на мой настороженный вид.

- Ну что ты испугалась? Я же пришёл, чтобы внести ясность и объяснить все тебе. А для начала давай познакомимся. Ну не стой возле дверей, как прислуга. Садись.

Его широкая ладонь опустилась на пуфик стоящий рядом. Я подошла и ногой отодвинула пуфик подальше:

- Так нам будет удобнее разговаривать. 

Уселась напротив мужчины и выдохнула.

- Мое имя Ольга Рождественская. Мне восемнадцать лет. И я была бы вам очень признательна, если бы вы объяснили, куда я попала, и что все это значит.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга в молчании. И я заметила, как из карих глаз Тирайо уходит напускная ласковость. Черты лица стали жестче, взгляд холоднее. Страх пробежал холодком по спине, но я решила, что демонстрировать реакцию рано. За годы, проведенные в детдоме, я уяснила, что слабость и страх нужно запрятать глубоко в себя и никому не показывать. Иначе придется нелегко. 

- Ольга…

Мужчина медленно произнес моё имя, растягивая гласные. Я кивнула, подтверждая верное произношение.

- Ольга, как я понимаю, ты не имеешь никакого представления о существовании Междумирья и других миров?

Я снова кивнула.

- Это, конечно, осложняет твою адаптацию, но ничего не меняет. Итак, ты попала в Междумирье. Не спрашивай меня, как и почему, я и сам в этом не разбираюсь. Знаю только, что большинство тех, кто попадает на аукцион, ждет незавидная судьба. Но тебе сильно, очень сильно повезло. Я выкупил тебя. И этим самым оказал тебе большую услугу. Я забрал тебя в свой мир Касанар. И сейчас ты находишься в моем доме. Здесь ты ни в чем не будешь нуждаться. 

Тирайо замолчал и внимательно следил за моей реакцией. А я была просто растеряна. Другой мир, Междумирье? Разве в это можно поверить? Но все-таки недоумение по поводу реальности других миров я решила отложить на потом. Сейчас есть проблемы гораздо важнее.

- Скажите, Тирайо, а если вы такой благородный и спасли меня от ужасной участи, может, вы проявите благородство до конца и поможете мне вернуться домой?- я с надеждой посмотрела на господина Сандини, но выражение его глаз осталось прежним – холодным, оценивающим.

- Увы, Ольга. Это невозможно. А если и возможно, то междумирцы никому не открывают этот секрет. Тебе остается смириться и принять как величайшую милость мое расположение к тебе.

- И в каком статусе вы предлагаете принять ваше расположение?- я вспомнила слова Уфины о том, что господин любит крепкие ароматы и усмехнулась. Другой это мир или нет, но всё так же, как и в нашем. Престарелые сластолюбцы водятся везде. 

- Ольга, я понимаю твои опасения, но в нашем мире нет наложниц и гаремов. И о твоем появлении в Касанаре уже известно соответствующим органам. Как твой владелец я обязан в кратчайшие сроки узаконить твой статус. 

- И какие варианты? Прислуга, сиделка, компаньонка?

Тирайо покачал головой:

- Ну что ты. Прислугу я нанимаю из местных. Ради этого я не стал бы посещать аукцион. Это и затратно и хлопотно. Тебе выпала невероятная удача. Ты станешь моей супругой.

И снова этот пронзительный взгляд. Господин Сандини, наверное, ожидал мой восторженный визг или что-то в этом роде. Но я лишь недоуменно переспросила:

- Супругой?

Ну вот никак не могу представить этого мужчину своим супругом. Он по возрасту даже старше моего отца. Да и мне как-то совершенно не хочется замуж.

- А, есть другие варианты?

- Нет, Ольга. Ты станешь моей супругой. И уже завтра мы проведем брачную церемонию.

- А к чему такая спешка?

- Я уже немолод. И хочу успеть обзавестись наследниками и воспитать их достойно.

- Планы похвальные, но почему я? За все это время вы могли бы уже и внуками обзавестись, не то, что наследниками.

 Тирайо поднялся с пуфика и прошелся по свободному пространству комнаты.

- Ольга, я сделал тебе огромное одолжение. Выкупил с аукциона. А ты вместо благодарности, задаешь личные вопросы.

Я оторопела. То есть назначить себя моим супругом это в порядке вещей, а поинтересоваться чем же я заслужила такую честь – это уже неприлично?

- У меня есть веские основания для того, чтобы поступить именно так. Ты жила в мире, лишенном магии, и потому многого не знаешь. Тебе лишь достаточно уяснить, что если бы не я – ты бы сейчас была наложницей или рабыней какого-нибудь извращенца. Ты должна благодарить меня за милость и великодушие. Статус моей супруги откроет перед тобой все двери Касанара. Ты будешь жить в богатстве и роскоши. Я даю тебе гораздо больше, чем возьму взамен. Я даже поделюсь с тобой магией, чтобы ты смогла передать её нашим детям. Поэтому сейчас я оставлю тебя одну, чтобы ты все, что я сказал, осознала. А когда я снова приду к тебе, ты должна встретить меня ласковой и благодарной улыбкой. 

Прежде чем покинуть комнату, Тирайо подошёл к изголовью кровати и указал на маленький, размером с абрикосовую косточку, кристалл, установленный в изголовье.

- Если тебе что-то понадобится – просто коснись кристалла. 

Он ушёл, а я плюхнулась на кровать и уставилась в потолок, пытаясь осознать услышанное. Но получалось плохо. Потому что мысли буквально расползались: а как отнеслись в Малаховке к моему исчезновению? Заметили или решили, что я, оставив в доме сумку с кошельком и паспортом, уехала в неизвестном направлении? А что теперь с Никиткиной ямкой? Получается, что Никитка-то и не дурачок был, его сестра, так же как и я, провалилась под землю? А что, если я просто сошла с ума и на самом деле нахожусь в палате психиатрической больницы? И насколько слова Тирайо соответствуют реальности? Если он говорит, что о моем появлении в их мире известно каким-то органам, то значит и должен быть сотрудник, который бы мне разъяснил мои права и обязанности? Разве не так?

Я вскочила с кровати и прошлась по комнате. Я хотела куда-то бежать и чего-то требовать, но и осознавала, что если Тирайо будет против, то я выйти и за порог дома не смогу. Метнулась к окну и отодвинула гардину. Стекла в привычном понимании не было, но когда я рукой пыталась прощупать воздух, то наткнулась на невидимую преграду. Она пружинила, но мою руку не пропускала. Я ударила посильнее и в воздухе вспыхнули разноцветные искры, а руку чуть кольнуло. Это у них обычное дело или меры предосторожности для несговорчивых иномирянок?

Моя деятельная натура требовала что-то предпринять. Но народная мудрость гласит: не зная брода, не суйся в воду. Допустим, что я смогу убежать из дома Тирайо. И что дальше? Кто знает, как принято поступать с иномирянками в этом мире? Не окажусь ли я в каком-нибудь борделе или еще что хуже?

Я все-таки прикоснулась к голубоватому кристаллу. Потому что понимала, меня просто разорвет от информационного вакуума, в котором я оказалась. На мой призыв явилась Уфина. Чинно сложив руки на симпатичном розовом передничке, она поинтересовалась:

- Что желаете…госпожа?

Я даже вздрогнула от такого обращения:

- Уфина, с каких пор я тебе госпожа? Называй меня по имени – Ольга. 

- Господин приказал. Завтра состоится церемония, и вы станете госпожой Сандини.

Уфина подняла на меня взгляд, и я не увидела особой радости в её глазах.

- Уфина, это все еще под вопросом. Лучше скажи мне, кто в вашем мире занимается делами иномирянок?

Кажется, мой вопрос ввёл девушку в ступор. Она несколько раз моргнула, судорожно вздохнула и пожала плечами:

- Я не знаю, госпожа Ольга.

- Как это не знаешь? Тирайо, то есть господин Сандини сказал, что о моем появлении в Касанаре уже уведомлены соответствующие органы. Какие именно? И как с ними связаться?

Но Уфина растерянно пожала плечами:

- Я думаю, об этом вам лучше поговорить с самим господином. Ну или с ма Элевенирой. 

- А ты можешь позвать ма Элевениру? Она вообще кто в этом доме?

Уфина вдруг приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Потом плотно дверь закрыла и приблизилась ко мне. И шепотом протараторила:

- Госпожа Ольга, вам лучше расположить к себе ма Элевениру. Она распорядительница в этом особняке. И господин Сандини всегда прислушивается к её мнению. 

- А что такое ма? Это имя у неё такое или фамилия?

Уфина хихикнула:

- Ну что вы, госпожа Ольга. Это уважительное обращение к женщинам. Раньше к ней обращались госпожа Элевенира, но теперь просто ма. 

- А что случилось? Почему она перестала быть госпожой?

- Этого я не знаю. Я еще тогда здесь не служила. Просто слышала, о чем переговариваются другие работники. Но вы об этом лучше не спрашивайте ни у кого. Мне кажется, эта тема под запретом. 

- А как мне с ней увидеться? Снова дотронуться до кристалла?

Уфина вздохнула, будто я малый ребенок и спрашиваю глупости.

- Госпожа Ольга, этот кристалл настроен только на меня. Вот.

Она продемонстрировала кольцо на руке с крохотным голубоватым камнем. 

- Когда вы касаетесь кристалла, камень на моем кольце вспыхивает ярким светом. И так я узнаю, что нужна вам. А ма Элевениру я сама позову. Только будьте как можно уважительнее с ней в общении. Она очень не любит, когда с ней спорят. 

Уфина убежала, а я стала поджидать Элевениру. Как её к себе расположить, если я ничего о ней не знаю? С другой стороны, раз мы с ней едва знакомы, то и сделать друг другу ничего плохого не успели. С чего ей меня недолюбливать? 

Вот именно об этом я и думала, когда в комнату царственно вплыла ма Элевенира. Я даже позавидовала: прямая осанка, пренебрежительный взгляд, снисходительная улыбка. Будто это она госпожа, а я так – прислуга.

Мы несколько мгновений молча рассматривали друг друга. Я просто не знала, как лучше начать разговор. А Элевенира будто оценивала меня. 

- Господин Сандини уведомил меня о завтрашней церемонии. Я полагаю, ты об этом хотела поговорить?

Вот как. Значит от неё обращения «госпожа» я не дождусь. Не то чтобы я жаждала этого, просто ма Элевенира сразу обозначила мое место в своей шкале ценностей. Я для неё пустое место. Ну и как при таких исходных данных завоевывать расположение? Да и нужно ли оно мне? 

- Скажите, ма Элевенира, как я могу связаться с человеком, который занимается делами иномирян? 

Взгляд распорядительницы отразил глубочайшую степень недоумения. Казалось, что Элевенира вот-вот рассмеётся мне в лицо.

- А с чего ты решила, что в Касанаре есть такой человек? Или ты думаешь, что иномиряне представляют для нашего мира какую-то ценность?

Я растерялась. Но Тирайо же ясно сказал, что уведомил кого-то…

- Но, господин Сандини сказал, что об иномирянах ставят в известность какие-то органы. Вот я и подумала…

- Ты, верно, не так всё поняла. Об иномирянах, действительно, сообщают местным властям. Исключительно с целью предотвращения бродяжничества и попрошайничества. Раз господин Сандини твой владелец, то и за все преступления, совершенные тобой, будет отвечать он.

Вот это уже прямое хамство.

- С чего вы взяли, что я намереваюсь совершать какие-то преступления? По себе судите? Я, между прочим, в ваш мир не просилась, и покупать меня на аукционе тоже не просила! Так что нечего мне демонстрировать ваше «Понаехали!».

Уверена, что Элевенира не поняла моей последней фразы, но она никак не выдала этого. Она лишь дернула плечиком, будто услышала что-то недостойное её слуха.

- Тобой заинтересуются местные власти в одном случае – если ты совершишь какое-то правонарушение. Да и что тебе обсуждать?

- Например, возвращение домой. 

- Жаль тебя разочаровывать, но что-то я не припомню даже слухов о том, чтобы кому-то из иномирян удалось вернуться в свой мир. Это попросту невозможно, если ты попала в Междумирье на аукцион. К тому же, как я поняла, ты из мира, лишенного магии? Тогда вообще ни одного, даже призрачного шанса. Просто прими как данность и привыкай к новым условиям. 

- То есть, вы тоже считаете, что господин Сандини мой благодетель и мне невероятно повезло, что он купил меня?

Элевенира усмехнулась и снова пожала плечом:

- Как сказать… 

Я снова осталась в одиночестве. Чем больше размышляла над сложившейся ситуацией, тем отчетливее было ощущение, что я серьезно вляпалась по самое не хочу. И, кажется, помочь мне выпутаться из этой передряги никто не рвется. Если к местным властям с просьбой вернуть меня домой я обратиться не могу, поскольку этой проблемой здесь попросту не занимаются то, что же мне остается? Последовать совету Тирайо и встретить его ласковой и благодарной улыбкой? Фу…

Нет, так просто быть не может. Если как говорит Тирайо, в этом мире нет наложниц, рабов и прочих невольников, то значит, я могу обратиться за помощью к правоохранительным органам. Ведь меня принуждают к браку, которого я совершенно не жажду! Осталось только добраться до этих самых органов…

Возможно, я и додумалась бы до чего-нибудь. Но мое одиночество было нарушено самым бесцеремонным образом. Ма Элевенира в сопровождении нескольких дам вошли в мою комнату без стука. В руках дамы несли вешалки с платьями в прозрачных чехлах, коробки и свертки. Не трудно догадаться, что сейчас должно произойти. Подбор свадебного наряда?

И я оказалась совершенно права. На мои вопросы дамы отвечали охотно, не то, что высокомерная Элевенира. И я узнала, что в Касанаре нет традиционного цвета для платья невесты. Платье может быть хоть в разноцветный горошек, хоть буро-малиновое в зеленую крапинку. Главное, чтобы богатое и красивое. 

Мне пришлось перемерить с дюжину платьев, прежде чем все присутствующие за исключением меня сошлись на одном варианте. Серебристое платье с черными вставками по бокам. Открытые плечи, чуть расклешенная юбка с небольшим шлейфом. Как по мне – слишком вычурно, но дамы единогласно решили, что это самое то. А потом началась подгонка по размеру. И вот тут мне стало интересно, потому что платье подгоняли при помощи магии! Самая важная из присутствующих дам, уже не молодая на вид, указывала остальным, где утянуть, где приподнять. А потом щелкала пальцами, и с её рук срывался сноп малиновых искр. Они впитывались в ткань, и платье на глазах утягивалось, укорачивалось. Через несколько минут лиф плотно облегал грудь, а пояс талию. Хорошо хоть корсетов тут не носят. Но я бы не отказалась от такой магии – очень удобно. Пошла в салон, выбрала понравившейся наряд и подогнала под себя в примерочной. Красота!

Фаты мне тоже не полагалось, но зато невеста должна быть исключительно с распущенными волосами, которые олицетворяли невинность. Волосы можно украшать, но это уже новое веяние. А господин Сандини сторонник прежних традиций, поэтому никаких украшений. Да, тут хорошо экономят на наряде невесты. В нашем мире такое не прокатило бы. 

 А вот с чем дамы заморочились, так это с нижним бельем, сорочками и пеньюарами. В результате ящик комода целиком забили этими предметами туалета, даже не поинтересовавшись моим мнением. 

Все примерки закончились только ближе к вечеру. Наконец-то, меня оставили одну. В детстве я любила сидеть на подоконнике, отгородившись от всех плотными шторами. Особенно, если в руки мне попадала интересная книга. А сейчас я слонялась по комнате, не зная, куда себя деть. Здесь даже подоконника нет, да и вид из окна на любителя. Несмотря на то, что моя комната располагалась на втором этаже, росший под окнами кустарник густой листвой скрывал всё, что происходило за пределами особняка. Магическая завеса отсекала все звуки. Всё больше комната становилась похожей на темницу. Я уже намеревалась тайком покинуть комнату и прогуляться по дому, как ко мне наведался Тирайо. Он сменил свое домашнее одеяние на костюм и выглядел солидно. В груди словно похолодело всё: если он сейчас потребует проявления моей благодарности, то может нарваться и на грубость. Сдерживать нарастающее раздражение удается с трудом. Но Сандини заговорил совсем о другом:

- Моя дражайшая невеста, Ольга! Пойдем со мной. 

- Куда?

- Всего лишь в мой кабинет. К нам прибыл глава отдела магических операций и соглашений. Нужно уладить формальности и, наконец, вручить тебе мой свадебный подарок! - Тирайо говорил торжественно, да и вид имел важный. Но меня нисколько не вдохновили его слова.

- Я не уверена, что мне это необходимо. И к тому же я еще не дала своего согласия на свадьбу, - мне хотелось бы, чтобы слова прозвучали настойчивее, но изматывающие события последнего дня отразились на моем самообладании.

Тирайо вздохнул и всплеснул руками:

- Это всего лишь вопрос времени. А магию необходимо передать сейчас. Не стоит злоупотреблять вниманием такого важного человека как Римон Локр. Пойми, без магии в нашем мире жить невозможно. Даже если ты не умеешь пока ей пользоваться, носителем магии ты быть обязана. В высшем свете все решает не только знатное происхождение, но и магия. А раз ты завтра станешь моей супругой, то должна быть безупречна во всем. Особенно в магии. Так что этот вопрос не обсуждается.

Я нахмурилась. Слишком много вопросов в этом мире не обсуждается. Или обсуждается, но без моего участия. 

- Нет, Тирайо. Все эти годы я жила без магии и прекрасно обходилась. Откуда я знаю, как она отразится на моем самочувствии? Мне просто необходимо поговорить с представителем власти, чтобы понять свои права в этом вашем Касанаре. 

Тирайо улыбнулся и добродушно хихикнул, но мне этот смешок совсем не понравился.

- Глупышка Ольга. Так Римон Локр и есть представитель власти. Ему ты сможешь задать все вопросы, которые тебя беспокоят. Ну же, не заставляй его ждать. Он очень занятой человек. 

Я неуверенно сделала несколько шагов к двери. Ну что же, если это представитель власти, то он сможет разъяснить, как на самом деле обстоят мои дела. Возможно и брак, к которому меня склоняет Сандини, перестанет маячить на горизонте. Тирайо жестом указал мне на дверь, и я даже успела сделать пару шагов, когда почувствовала его ладонь на своем затылке. Но не успела и дёрнуться, как тело словно попало в вязкий сироп. А голос за спиной успокаивающе зашептал:

- Всё хорошо, моя дорогая. Ты в безопасности. Ты доверяешь мне, моя девочка. Я твой хозяин и не причиню тебе вреда. Всё хорошо. 

Как только Тирайо убрал ладонь с моего затылка, так сразу же вернулась и способность нормально двигаться. Правда ощущалась небольшая слабость. Сандини подхватил меня под локоть и уверенно повел прочь из комнаты, повторяя:

- Ты просто утомилась, моя хорошая. Столько всего случилось. Ты просто устала. Потерпи еще немного, а потом будешь отдыхать. 

 Странное дело, но мне действительно стало спокойно, а вся тревога будто испарилась. И чего я распсиховалась? Магия - это же здорово! Сама же сегодня восхищалась способностями подгонять платье по размеру щелчком пальцев. Радоваться надо. Да и что плохого в свадьбе со знатным человеком? Тирайо же знает, как мне будет лучше. В чужом мире кто позаботиться обо мне, как не он?

Кабинет Тирайо располагался на первом этаже дома и я с интересом разглядывала обстановку просторного холла, который нам пришлось пересечь. Роскошь, словно напоказ. И еще в прошлый раз поразившая меня стерильность. Нет ни оставленной на софе книги, ни какого-нибудь рукоделия, хоть что-то указывающее на интересы хозяина и домочадцев. Кабинет меня тоже поразил, потому что я совсем по-другому представляла деловую обстановку. Из всего, что у меня ассоциировалось с кабинетом, тут были только книги. Остальное пространство на стеллажах занимали непонятные мне предметы. Я даже не могла определить: безделушки это, сувениры или необходимые для какой-то серьезной деятельности приспособления. А еще мое внимание привлекла карта, висящая на стене. То, что это карта я не сомневалась, хотя очертания объектов изображенных на ней были незнакомы. Через секунду я поняла, что пытаюсь прочесть названия этих объектов и у меня, кажется, получается! Причудливые закорючки складывались в слова и неважно, что эти слова ранее мне не встречались. Рассмотреть более внимательно эту загадочную карту мне помешал чей-то пристальный взгляд. Я отчетливо ощутила внимание к своей скромной персоне и осмотрелась. 

Возле стола в глубоком кресле сидел мужчина. Одного взгляда на этого незнакомца мне хватило, чтобы инстинктивно подвинуться ближе к Тирайо. Высокий и худой, с желтоватой кожей и острым прищуром глаз он вызывал неприязнь, а еще чувство опасности. Нога на ногу, в руках трость с круглым набалдашником, на пальце левой руки перстень с массивным камнем черного цвета. Строгий костюм цвета кофе, туфли с острыми носами – во всем мне чудился намек на то, что от этого человека лучше держаться подальше и уж точно не стоит задавать вопросы по поводу возвращения домой. 

Тирайо будто почувствовал мое состояние и, обняв за плечи, усадил в другое кресло, прямо напротив этого неприятного господина. А сам сел с другой стороны стола.

- Господин Локр, позвольте вам представить мою невесту. Ольга Рождественская. Иномирянка из мира, лишенного магии. Она еще не освоилась, да и после участия в аукционе немного напугана. 

Взгляд желтых глаз Локра стал пристальнее, будто он пытался проникнуть в мои мысли или просветить насквозь. Может, он и рассчитывал, что я испуганно сожмусь в комочек. Да только чего мне бояться? Во-первых, рядом Тирайо, а во-вторых, с таким тощим стариканом я и сама могу справиться. Откинув назад косу, я выпрямилась и открыто посмотрела в глаза Локра. А он неожиданно рассмеялся, открыв мелкие и желтоватые зубы:

- Не слишком уж она похожа на испуганную девочку. С характером?- он бросил на Тирайо многозначительный взгляд и тот нервно побарабанил пальцами по столу.

- Ничего, с этим точно проблем не будет.

Локр снова устремил на меня свой взгляд:

- Ольга, что вам известно о магии?

Странный вопрос. Ему же объяснили, что я из мира, в котором нет магии, что я могу о ней знать? Видя моё затруднение, Локр уточнил:

- Ну, самые элементарные понятия вам известны? Виды магии, способы проявления?

Я пожала плечами:

- Нет, ничего такого мне неизвестно.

Мужчины снова переглянулись. Я, было, насторожилась, не нравятся мне эти переглядывания – перемигивания, но внутри словно кто-то вкрадчиво напомнил: «Все в порядке, Тирайо знает, что делать». 

- Ольга, что-то не так?- голос Тирайо выдернул из размышлений. Он выглядел обеспокоено, внимательно всматривался в мое лицо. Но в том-то и дело, что все было не так. Мое сознание словно раздваивалось: одна часть твердила, что все хорошо, другая чуть ли не вопила о том, что происходит что-то непонятное и нужно бежать. 

- Господин Локр, моя невеста слишком устала. Давайте уже перейдем непосредственно к процедуре оформления.

- Согласен. Раз девушка ничего не знает о магии, то и разъяснять ей, что сейчас произойдет, не вижу смысла. Вы сами потом, господин Сандини, объясните доступным языком. Теперь просто поставьте магический оттиск под соглашением и все. 

Я наблюдала, как Сандини простирает над пергаментом ладонь, и срывающиеся искры темно-синего цвета сплетаются в замысловатый узор, который застывает на пергаменте. Моё раздвоенное сознание вело внутреннюю борьбу и в какой-то миг я, подавшись панике, вскочила, но Сандини проявил небывалую ловкость и перехватил меня в дверях кабинета. Прижал к себе и зашептал:

- Все в порядке, успокойся. Чего ты испугалась, глупышка? Ничего страшного, это просто магия. 

И снова эта странное состояние, когда движения даются с трудом. Он развернул меня словно куклу, его ладони коснулись моего солнечного сплетения. Меня словно током ударило, в прямом смысле этого слова. Будто тысячи иголок впились в мое тело.

- Потерпи. Это неприятно, но вполне переносимо.

Снова болезненная вспышка, еще одна. 

Когда Тирайо отпустил меня, я едва держалась на ногах. Он усадил меня в кресло и тут подошёл Локр. Этому-то что еще надо?

А неприятный господин взял меня за запястье, словно прислушиваясь к чему-то. Потом провел рукой над моей головой и после обернулся к Тирайо:

- Все в порядке. Магия ощущается. 

Пока я приходила в себя эти двое, кажется, забыли о моем существовании. 

- Господин Сандини, я все-таки должен вас предупредить. Если что-то пойдёт не так и начнётся разбирательство, вы же понимаете…

- Господин Локр, если бы был хоть малейший риск, я бы и не затеял всё это. Вы убедились, что магия благополучно переместилась. И я думаю, наше многолетнее сотрудничество подтверждает, что я умею быть благодарным…

На этом мужчины распрощались и меня отдали в заботливые руки Уфины. Девушка помогла мне добраться до спальни и там уложила спать. Но прежде чем забыться сном, я пообещала себе разобраться, что здесь происходит. Я поняла, что Тирайо каким-то образом воздействует на моё сознание, пытаясь сделать послушной и покорной. Но и Римон Локр не тот человек, которому можно довериться в моем случае. Ясное дело, эти двое повязаны.

Утром меня разбудила Уфина. Выглядела девушка неважно. Красные глаза то ли от слёз, то ли от бессонницы. Да и вид чуть ли не похоронный. Возможно, нужно было проявить участие, поинтересоваться что случилось, но у самой столько проблем, в решении которых я нисколько не продвинулась. 

Пока Уфина помогала мне с прической и с облачением мы с ней по очереди тяжело вздыхали: каждая о своем. Все мои размышления сводились к одному: я уже поняла, что лезть напролом не только бесполезно, но еще и опасно. Вчера Тирайо наглядно продемонстрировал мне, что он будет делать с моим упрямством. Так что вывод напрашивался сам собой: притвориться смиренной и покорной, усыпить бдительность и бежать. 

- Уфина, а если я хочу выйти на свежий воздух, об этом нужно уведомлять господина Сандини?

- Только господин может дать вам доступ к магическим замкам. Видите ли, госпожа Ольга, у знатных господ практически всегда дома находятся под охраной магии. Сейчас вы даже входную дверь не сможете открыть. Но как только вы пройдете церемонию и станете супругой господина, он обязан вам предоставить доступ. Таковы законы. 

- И тогда я могу покинуть особняк, скажем, для прогулки?

- Думаю, да. Только если у вас нет магии, то я даже не знаю…

- Так значит, у тебя магия есть?

Уфина удивленно вытаращила глаза и замерла со щеткой для волос в руках:

- А как же?! В Касанаре у всех есть магия! Пусть даже совсем немного, крохи, но есть. Мне моей достаточно, чтобы получить работу в особняке.

- И что же ты можешь? Ну, в смысле магии? – теперь уже я таращилась на служанку. С виду обычная девушка, а оказывается – маг.

- У меня универсальная магия. Да и не так её много. Я же простолюдинка, а нас обучают, прежде всего, бытовой и прикладной магии. Если у кого-то проявится особый талант, то можно обучиться специализированной магии, если, конечно, есть средства. А у меня и талантов особых не нашлось, да и родители совсем небогаты. 

- А у господина Сандини какая магия?

Было отчетливо заметно, как вздрогнула Уфина. И с ответом совсем не торопилась. Она то ли слова подыскивала, то ли просто не решалась сказать хоть что-то. И только когда я повторила вопрос, она пролепетала:

- У господина какая-то очень редкая магия, я точно не знаю. Но он никогда об этом не говорит. 

При этом Уфина отвела глаза, её щеки покраснели. А я обдумывала её слова о магическом доступе. Если для того чтобы открыть замок на двери, я должна пройти церемонию – я её пройду. А вот дальше что? Нужно как-то усыпить Тирайо в первую брачную ночь – это мой единственный шанс избежать его домогательств и сбежать. Интересно, в этом мире есть снотворное?

- Уфина, я этой ночью плохо спала. Ты не могла бы достать мне средство, которое помогает быстро и крепко уснуть? Я в своем мире постоянно его принимала на ночь. 

Служанка, наконец, закончила расчесывать мои волосы и оценивающе смотрела на меня.

- Госпожа Ольга, вы выглядите замечательно. Думаю, господин будет доволен, - тяжёлый вздох. 

- А насчет сонного порошка вам лучше обратиться к ма Элевенире. Она пригласит целителя господина Сандини и вот ему, вы, и пожалуйтесь на бессонницу. 

- Уфина, это слишком сложно. Да и с ма Элевенирой я не нашла общий язык, не хочу к ней обращаться. Ты можешь сегодня достать мне этот порошок так, чтобы никто не узнал? 

Мы с Уфиной встретились взглядом. В её глазах было и любопытство, и настороженность, и еще что-то, от чего у меня запылали уши. 

- Уфина, пожалуйста. Кроме как к тебе, мне не к кому обратиться. 

Она смешалась, кивнула и отчего-то шепотом ответила:

- Я попробую, но я не уверена, что смогу…

Тут дверь распахнулась и на пороге комнаты я увидела Тирайо. Он был облачен в белоснежный костюм, на руках перчатки, и сам улыбался, будто сегодня счастливейший день в его жизни. Также с улыбкой он рассмотрел меня и довольно кивнул:

- Ты прекрасна, моя дражайшая невеста.

Я едва удержалась от того, чтобы поморщиться. Напыщенность слов Тирайо резала слух.

- До церемонии еще есть время. Так что я хочу познакомить тебя со своим племянником. Адвальдо единственный мой родственник во всем мире и я пригласил его на церемонию. Потом мы, конечно, устроим торжественный прием в честь нашего бракосочетания. Но сегодня – только самые родные и близкие. Пойдем же!

Он подхватил меня под локоть и повел за собой. Я, вживаясь в роль послушной и покладистой невесты, без лишних слов последовала за ним. 

В холле, возле стола с напитками я заметила фигуру мужчины, стоявшего к нам спиной. Но при звуках наших шагов он обернулся, и я вдруг оступилась. Хорошо, что Тирайо поддержал меня иначе не избежать мне позорного падения. 

То, что этот молодой мужчина родственник Тирайо было заметно. Тот же широкий разворот плеч и внушительный рост. Та же грива черных волос до плеч. Только черты лица чуть мягче. 

- Ольга, позволь тебе представить моего племянника Адвальдо Сандини. Адвальдо, это моя невеста – Ольга Рождественская. 

Едва я взглянула в глаза Адвальдо, как почувствовала, что мои щеки покрываются румянцем. И эта реакция меня испугала. Когда это я краснела перед представителями сильного пола? После шести лет детдома мне вообще смущение не свойственно. Да, Адвальдо красив, даже очень, ну и что с того? Что я красивых мужчин не видела? Но было что-то в нем, что и манило и пугало одновременно. То ли ощущение физической силы, то ли какой-то природный магнетизм. Но эти карие глаза ввели меня в ступор и я даже слова не могла сказать в ответ на вежливое:

- Очень рад знакомству, Ольга. Дядя уже успел рассказать, как он счастлив, что встретил вас.

После заминки, я все-таки выдавила из себя:

- Мне тоже очень приятно.

Тут же над ухом раздался смех Тирайо:

- Ты смутил мою невесту. Она и так сама не своя от всего произошедшего, а тут еще ты.

Я смущенно потупилась, подыгрывая Сандини, но мне и на самом деле стало немного неловко. Хотя причин для неловкости вроде бы и не было: выгляжу я достойно, глупостей наговорить не успела. А вот Тирайо заливался соловьем:

- Вот, Адвальдо, я и прощаюсь со своим одиночеством. Давай уже и ты присмотри себе невесту. Через несколько дней я устрою прием в честь моей Ольги и приглашу, специально для тебя, красивейших девушек со всего Даронга. Будет среди кого выбрать.

Адвальдо рассмеялся, а я схватила первый попавшийся фужер со стола с каким-то напитком и уже поднесла к губам, как мою руку перехватили.

- Ольга, вам не стоит это пить. Слишком крепкое. Позвольте вам предложить…

 Прикосновение руки Адвальдо к моему запястью обожгло. Он ловко выхватил из моей дрогнувшей руки фужер и протянул другой. Я машинально приняла его и пробормотала «благодарю». При этом кончики наших пальцев соприкоснулись и я, чуть заметно вздрогнув, посмотрела ему в лицо. Мне показалось, что в карих глазах  Адвальдо промелькнуло любопытство, а губы растянулись в улыбке. Ну да, конечно, это же так забавно, когда впервые увидевшая тебя девица из другого мира, теряется и краснеет от невинного прикосновения. Чтобы скрыть свое замешательство я обратила все внимание на стол с закусками. Тирайо тут же принялся изображать галантного кавалера, предлагая попробовать то или иное блюдо. Я охотно соглашалась, но чувствовала на себе взгляд Адвальдо. Буквально ощущала, как он скользит по моим открытым плечам.  

К моему счастью, в холл вышла Элевенира, и все внимание молодого Сандини перевела на себя. Я в пол уха слушала Тирайо, а сама разглядывала Адвальдо. Интересно, сколько ему лет? Наверняка еще и тридцати нет. А Элевенира, кажется, флиртует с ним? Разрумянилась, в глазах чертовщинка появилась. Неужели он так на всех женщин действует? Или это какая-то особенная магия?

Краем глаза заметила, что Тирайо наблюдает за мной. Я тут же перевела взгляд на Элевениру и поинтересовалась у Сандини:

- Тирайо, скажите…

- Ольга, через несколько минут я стану твоим супругом, так что давай уже общаться на ты.

- Хорошо. Тирайо, а Элевенира кем тебе приходится? Просто я думала, что она твоя родственница, но ты сказал, что из родных у тебя только племянник.

Тирайо пригубил бокал с напитком и как-то задумчиво посмотрел на смеющуюся женщину. Элевенира в этот момент была чудо как хороша. Она даже выглядела моложе обычного. Её темно-каштановые волосы были уложены в замысловатую прическу, вишневого цвета платье выгодно подчеркивало стройную фигуру. И в прямой осанке и даже в повороте головы столько достоинства! По лицу Тирайо будто тень пробежала, я это отчетливо заметила!

- Нет, Элевенира мне не родственница. Она просто служит распорядительницей в моем доме, - голос глухой, будто за этими словами скрывается гораздо больше.

- Но она выглядит как аристократка, совсем не похожа на простолюдинку, - мне действительно было интересно. Нужно же знать с кем имеешь дело, а раз эта дамочка имеет здесь определенное влияние, не помешает о ней разузнать больше.

- Она и есть аристократка. Просто её род разорился и даже утратил большую часть магии. Вот ей и приходится как-то выживать.

Но все разговоры прекратились, как только в холле появилось еще одно действующее лицо. Седовласый мужчина с аккуратно постриженной короткой бородой в черном костюме с золотой вышивкой. Тирайо тут же подвел меня к гостю и представил:

- Ольга, это служитель Светлокрылой Амали – Пресветлый Ранур. Он и проведёт церемонию бракосочетания.

Пресветлый Ранур окинул всех присутствующих взглядом и сухо кивнул:

- Приступим.

Сам Пресветлый встал возле фонтана. А я только сейчас обратила внимание, что в центре его была установлена небольшая статуя молодой женщины с крыльями за спиной. Статуя была выполнена или из стекла или прозрачного камня, но выглядела изящно и красиво. 

Ранур простер руки к статуе и что-то быстро забормотал. Я заметила, что и Тирайо, и его племянник, и даже Элевенира – все шевелят губами, будто шепотом читают какие-то молитвы. Так как мне местное вероисповедание было чуждо, то я просто рассматривала фонтан и гадала, сможет Уфина раздобыть снотворное или нет.

Потом меня и Тирайо обрызгали водой из фонтана, дали выпить из широкой чаши сладкое вино. 

- Нарекаю тебя, иномирянка Ольга, супругой Тирайо Сандини. Сандини Тирайо, отныне вы супруг иномирянки Ольги.

Как только были произнесены эти слова, Тирайо повернулся ко мне, и я с ужасом подумала, что сейчас он полезет с поцелуями. Но к счастью, он всего лишь прижал мою ладонь к своей груди и счастливо улыбнулся. Как трогательно.

Тирайо всех пригласил в обеденный зал. При этом он оставил меня, а сам оказывал знаки внимания Пресветлому Рануру. Я бросила быстрый взгляд на Адвальдо, тот был погружен в свои мысли и казалось, что все происходящее его вообще не интересует. А вот выражение лица Элевениры было достойно того, чтобы задержаться на нем взглядом. Женщина была мрачна как туча. Она будто постарела лет на пять. И в глазах столько тоски, что у меня сердце невольно сжалось.

Праздничный обед был совсем не праздничным. Оживленную беседу вели только Тирайо и Пресветлый. Все остальные присутствующие были поглощены своими мыслями.

Я все ждала, когда же, наконец, Тирайо вспомнит о том, что меня нужно наделить доступом к магическим замкам особняка. Но он даже и не думал этого делать! Отправил меня в комнату отдыхать, а сам продолжил беседовать с Пресветлым. Хорошенькое начало!

Как только я зашла в свою комнату, тут же вызвала к себе Уфину. Она быстро прибежала и принялась снимать с меня платье.

- Уфина, почему Сандини не наделил меня полномочиями согласно моему новому статусу?

- Я не знаю, госпожа. Возможно, он сделает это позже. Может быть завтра…

Так, только не нервничать. 

- Уфина, а ты ведь имеешь доступ к замку на входной двери?

- Разумеется, госпожа Ольга.

- И на ночь ты остаешься в особняке?- Уфина побледнела и виновато потупилась. Опять эти девичьи причуды. 

- Так остаёшься или нет?

- Остаюсь, госпожа Ольга, - мне почудились плаксивые нотки в голосе служанки. Ладно, с этим я потом разберусь. Сейчас есть вопросы важнее.

- Если я тебя очень попрошу, ты откроешь мне дверь тайком?

И снова мы смотрим в глаза друг другу в повисшем молчании. На лице Уфины отчетливо читалась гамма эмоций: удивление, опасение, страх… Потом её глаза расширились, она прикрыла рот ладошкой.

- Госпожа Ольга, вы…

- Уфина, давай не будем болтать лишнего. Я прошу тебя достать мне снотворное и по моей просьбе открыть дверь. Так ты поможешь или нет?

Она была в смятении. То оглядывалась на дверь комнаты, то теребила в руках передник и никак не могла дать ответ. 

- Уфина…

- Хорошо, госпожа Ольга. Я попробую. 

Тирайо вспомнил обо мне только после ужина. Не сказать, что я была расстроена, тем более мне было о чем подумать в это время. Вместе с ужином Уфина принесла и то, на что я возлагала все свои надежды. В крохотном прозрачном флакончике плескалась мутноватая жидкость желтоватого цвета. Протянув этот флакончик, служанка прошептала:

- Сонный порошок раздобыть не удалось, госпожа Ольга. Но это сонные капли, они гораздо быстрее действуют. Трех капель достаточно, чтобы усыпить мужчину крупного телосложения…

При этом глаза опущены и вид самый невинный. Догадливая Уфина, но это даже хорошо. Не придётся объяснять элементарные вещи. Как оказалось, помощь девушки вообще была неоценима. Именно Уфина подсказала, что господин Сандини любит вечерами пить травяные коктейли и если добавить снотворное прямо в коктейль…

Но все-таки чтобы не случилось какого-то недопонимания, я хотела разобраться в одном простом вопросе: почему Уфина так охотно стала помогать мне? Какие-то мысли на этот счёт у меня были. Во-первых, та обмолвка служанки о том, что господин любит, когда девушка умащивает свое тело ароматными маслами. Во-вторых, готовя меня к церемонии бракосочетания, служанка выглядела опечаленной. Да и покрасневшие, наверняка от слёз, глаза наталкивают на определенные выводы. И я решила спросить прямо, без намёков:

- Уфина, почему ты мне помогаешь? Что у тебя за отношения с господином Сандини?

И я поняла, что попала прямо в точку. По лицу Уфины пошли пятна, она прикусила нижнюю губку, в попытке не заплакать. 

- Уфина, я не собираюсь читать тебе нотации или ругать тебя. Я просто хочу понять. Он заставлял тебя…быть с ним?

Девушка быстро замотала головой:

- Нет, вовсе нет… Господин Сандини, он…он очень несчастен. И я просто хотела, чтобы ему было хоть немного легче. Со мной он забывал обо всем.

- О чем обо всём? И с чего ты решила, что он несчастен? В чем это проявляется?

Уфина внезапно осмелела. Вытерла щёки и уже без всхлипываний ответила:

- Вы не поймете, госпожа Ольга. Я работаю в этом доме уже два года, и кое-что успела узнать. И хоть об этом запрещено говорить, но прислуга все равно обсуждает слухи и домыслы. В общем, господин Сандини до сегодняшнего дня уже несколько лет был вдовцом. Я не знаю, что именно случилось, но по слухам в смерти супруги виноват сам господин. Но этого не может быть! Господин ни разу меня ничем не обидел, он на самом деле добрый человек. Я знаю, вы не верите, госпожа Ольга. И понимаю, что не хотите быть с ним. А я хочу. И если вы сбежите, то возможно, господин перестанет искать и поймет, что сильнее меня его никто и никогда не полюбит.

 Я даже потеряла дар речи на пару мгновений. Вот это да. Нет, спорить с Уфиной я не собиралась, и если она испытывает к Тирайо какие-то чувства, это её право. Просто мне не верится, что Тирайо способен оценить её жертву. 

Когда после ужина Сандини зашёл в мою комнату, он жестом руки отослал Уфину. Мне стало жаль бедняжку, хотя я и не понимала, что особенного она разглядела в Тирайо.

Он оглядел сервированный стол, на котором уже стояли два фужера, наполненные до краев и довольно улыбнулся.

- Ольга, ты умница. Но сейчас я иду в купальню, и было бы замечательно, если бы ты присоединилась ко мне. По нашим обычаям супруги вместе совершают омовение перед брачной ночью. Я понимаю твое смущение и поэтому не настаиваю. Но буду очень, очень рад, если ты придешь.

 Я даже не успела придумать, как вежливо отказаться, как Сандини вышел. Нет, пусть уж он там омывается, сколько его душе угодно, а потом здесь я и подам ему фужер со снотворным. 

Потянулись минуты мучительного ожидания. Я нервно прохаживалась по комнате, прокручивая в голове дальнейшие действия. Ничего вроде не забыла, с Уфиной все обсудили. В особняке постепенно становилось все тише. Тем более что на втором этаже располагались только покои господ. Даже ма Элевенира обитала на первом этаже. Некоторые комнаты были просто закрыты, я уже проверила сегодня. 

Нетерпеливость сменилась тревогой. Прошло уже достаточно времени, сколько можно омываться? Или Тирайо терпеливо ждет моего появления? А что, если сейчас неожиданно явится какой-нибудь визитер и все мои планы рухнут? Нет, этого допустить нельзя. Я потуже затянула пояс пеньюара, удостоверилась, что плотные кружева скрывают все, что не положено видеть посторонним, и выглянула в коридор. Никого. В конце коридора чуть приоткрыта дверь купальни. Ждет, все-таки…

С подносом в руках, на котором стояли два фужера,  отправилась в купальню. Придется потчевать снотворным супруга прямо там. Сам виноват.

Еще от дверей я увидела Сандини. Он расслаблено лежал в чаше. Голова чуть откинута назад, кисти покоятся на бортиках. Господин нежится, пока я не нахожу себе места. 

Я прошла вглубь и поставила поднос на столик, отодвинув в сторону стопку полотенец. Даже не реагирует на меня. Уснул, что ли? Да, прямо как в анекдоте: разбудите пациента, он должен принять снотворное. Взяв в каждую руку по фужеру, я поднялась по двум ступенькам к чаше и повернулась к Тирайо.

Его широко распахнутые глаза смотрели мимо меня. Рот открыт в беззвучном крике. А из его груди торчал какой-то заостренный предмет, инкрустированный драгоценными камнями. Я даже и не поняла, что это. Очень похоже на зажим для волос, только гораздо крупнее.

В себя меня привел звон разбившихся в дребезги фужеров. Они выскользнули из ослабевших пальцев и их осколки разлетелись по купальне. 

Я куталась в плед кем-то заботливым накинутым мне на плечи. В руках держала чашку с теплым чаем, пытаясь согреть ледяные пальцы. Но мелкая противная дрожь так просто не сдавалась. В кабинете Тирайо, несмотря на ночь, было светло. Несколько кристаллов, установленных на стенах, давали чуть голубоватый свет. Может от этого, все происходящее казалось нереальным, ненастоящим. Такое могло присниться в страшном сне, но в реальности этого просто не могло быть.

Молодой мужчина, сидевший за столом Тирайо, читал какие-то документы, а рядом с ним стоял Домиан – секретарь господина Сандини. Особняк был похож на встревоженный улей – чужие люди наполнили коридоры, в воздухе витали незнакомые запахи, а все обитатели дома приходили в себя после случившегося. 

- Госпожа Сандини, вы в состоянии продолжить нашу беседу?- мужчина за столом попытался добавить в голос сочувствующие нотки, но ему это плохо удалось. Да и понятно – кому охота ночью разбираться с трупом пусть и знатного жителя Даронга. А потом еще успокаивать домочадцев, бившихся в истерике. По правде сказать, в истерике билась только Уфина, её увели в комнаты для прислуги, а Элевенира приказала напоить её успокоительным. Но и меня прилично потряхивало.

- Да, я в состоянии.

- Согласно документам, вы прибыли в Касанар из другого мира. С какой целью?

- Разве в документах не указано, что господин Сандини купил меня на аукционе в Междумирье? - я поставила на стол опустевшую чашку и плотнее запахнула на груди плед.

- Господин Риадан, вот квитанция об оплате, - Домиан ловко выудил из стопки документов бланк с витиеватой надписью. Господин Риадан, который представился мне как детектив по особо тяжким преступлениям, глянул на бланк и вздохнул:

- Сочувствую, госпожа Сандини.

Сочувствует? Интересно чему? Тому, что мне пришлось побывать на аукционе или моему внезапному вдовству? Какая, впрочем, разница? Видно же, что эти все соболезнования не более чем формальность. 

Пока детектив просматривал очередной документ, я невольно стала разглядывать его самого. Довольно привлекательный мужчина. Только если у Адвальдо была яркая, бросающая в глаза внешность, то господин Риадан был обладателем интеллигентной красоты, если можно так выразиться. Русые волосы коротко пострижены, никакой гривы и кудрей. Одежда строгих цветов и делового фасона, ни намека на роскошь и происхождение. Самое подходящее слово, для того чтобы описать облик детектива – аккуратность. Он, наверняка, педант. Такой будет цепляться к каждому слову. 

- Как долго вы были знакомы с господином Сандини?

- Двое суток. Ну, может чуть побольше. 

- И как вам удалось за такой краткий срок склонить его к супружеству?

 Если бы я не была измотана сегодняшним днем, то, наверное, выразила бы свое возмущение максимально доступно. Но сейчас было ощущение, что мой организм перешёл в энергосберегающий режим. Я лишь ухмыльнулась:

- А с чего вы решили, что это я склоняла господина Сандини к супружеству? Другой вариант вам не приходил в голову? Для чего-то Тирайо купил меня на аукционе? Так почему бы не для того, чтобы жениться?

Серые глаза детектива неприятно прищурились:

- Обычно на аукционе девушек покупают для других целей.

- Значит, мой случай – исключение. 

- Возможно. То есть вы хотите сказать, что господин Сандини сразу после аукциона предложил вам стать его женой?- и взгляд такой цепкий, будто подозревает меня в совращении несчастного Тирайо.

- Предложил? Нет, он поставил меня перед фактом. Заявил, что оказал мне неоценимую услугу, выкупив с аукциона. И теперь я должна стать его супругой.

- Какие у вас были взаимоотношения с господином Сандини?

- Никаких. За эти двое суток, что я провела в особняке, я чаще общалась со своей служанкой, чем с Тирайо.

Детектив поставил на стол большой черный саквояж, раскрыл его и достал из него прозрачную сферу, внутри которой я увидела тот предмет, которым был убит Тирайо. Даже острый кончик этого странного зажима для волос был испачкан кровью. Меня передернуло от этого зрелища, и я чуть ли не до носа закуталась в плед.

- Вам знаком этот предмет, госпожа Сандини?

- Нет. Я даже не знаю, что это.

Брови детектива скептически взлетели вверх.

- Не знаете? Это дамская заколка для волос, используемая в большей степени как украшение. Самый обычный аксессуар у знатных дам. Преимущественно молодых. 

- Я в этом мире всего двое суток и еще не успела ознакомиться с перечнем дамских украшений и уж тем более, обзавестись ими. 

Детектив задумчиво рассматривал орудие убийства. Чего он там высматривает? Ну да, женская заколка, усыпанная драгоценными камнями. Но я бы, такую никогда не стала использовать. Слишком вычурно. 

Сфера снова оказалась внутри саквояжа, а детектив обратился к секретарю:

- Домиан, я попрошу вас снять копии мне вот с этих документов. Прямо сейчас.

- Хорошо, господин Риадан. 

Секретарь покинул кабинет. Детектив вышел из-за стола и подошёл к стене, на которой висела та самая карта, заинтересовавшая меня в прошлый раз.

- Госпожа Сандини, из какого мира вы прибыли к нам?

- Я не знаю, как у вас называется мой мир. Мы его называем Земля. 

- Ну, в каком он секторе? Подойдите уже сюда.

Я подошла к карте и внимательно рассмотрела её. Без посторонней помощи вряд ли я разберусь.

Между тем указательный палец детектива ткнул в темное пятно в середине карты.

- Это Междумирье. Как видите, он соприкасается с каждым сектором.

Он ткнул поочередно в разноцветные пятна неправильной формы, которые словно лепестки цветка прикреплялись к Междумирью. 

- Каждый сектор содержит в себе группу миров, которые имеют схожие признаки. Иногда эти миры соединены переходами, иногда изолированы друг от друга. И тогда переход между ними возможен только через Междумирье. Так в каком секторе расположен ваш мир Земля?

Я растерянно пожала плечами:

- Понятия не имею. Видите ли, в нашем мире не знают о существовании параллельных миров. По крайней мере, это не общедоступная информация. Может какие-то секретные службы что-то и знают, но обычные граждане – нет.

Детектив с интересом ученого посмотрел на меня, будто я насекомое под микроскопом.

- Странно, очень странно, госпожа Сандини. Видите ли, все магические миры информированы о существовании параллелей. Это уже давно не является секретной информацией.

Я фыркнула:

- Так то – магические. А на Земле магии нет, вот совсем. Ни грамма. 

- То есть вы хотите сказать, что ваш мир находится в пятом секторе? Немагические миры?

Палец детектива ткнул в серое пятно, на котором не было никаких пометок. Если другие сектора были расчерчены на составляющие, то здесь просто однородное серое пятно. 

- Видимо так. А какое это имеет отношение к сегодняшнему происшествию?

Детектив прошел к окну, вернулся к карте и, облокотившись одной рукой о стену, чересчур ласково ответил:

- Надеюсь, что никакого, госпожа Сандини. Но если этим делом заинтересуется комитет по магическим преступлениям, то ваша версия не выдерживает никакой критики. Ваш магический фон легко считывается и утверждать, что вы из мира, лишенного магии, как минимум глупо. Не смею больше задерживать. Для дальнейшей дачи показаний вас вызовут в комитет.