Мама из другого мира. Том 1

— Сумасшедшая ты женщина, Лизка! 

— Да обычная, Лидия Ивановна, просто жизнь такая, — тихо вздохнула я. — Думала, Диму усыновим, замечательный ведь мальчишка, хоть и проказник, и заживем как нормальная, полноценная семья. И ведь не понимала, чем Алексею мальчик не угодил... Пока не узнала, что семья-то у него уже есть, только вот не со мной, а на стороне.

— Ох и паразит этот твой Лёша! — Строгая женщина покачала головой, словно не понимая, куда я смотрела все эти годы.

— Уже не мой, слава Богу. Да и хватит о прошлом! Вы мне лучше расскажите, что у вас нового? А то я с этим разводом и судебным процессом совершенно обо всём забыла. Как дети? Димка небось опять что-нибудь да учудил!

Лидия Ивановна лишь хмыкнула и начала рассказывать про своих воспитанников, муштровать которых приходилось денно и нощно. О сиротах.

Новости, если честно, я слушала одну через две и больше думала о том, что вслух произносить пока не решалась. Диму я намерена была усыновить во что бы то ни стало. Теперь это не проблема. С недавних пор я считалась очень состоятельной женщиной. А вернее, после фееричного, я бы даже сказала, судьбоносного судебного процесса, что прогремел на всю округу. Ну, ещё бы! Своего бывшего муженька оставила практически в чем мать родила, отсудив всё, кроме убитой «Хонды» мохнатых годов, комнаты в коммуналке, что была куплена ещё в студенческие годы на наши совместные сбережения, и его небольшого автосервиса. Все остальное имущество в виде двух квартир, новенького автомобиля и дачного участка я по праву считала своим.

По совести, так оно и было, не зря ж пахала круглыми сутками!

Работала я действительно много. Даже слишком. Сперва из необходимости — деньги позарез нужны были на лечение, а потом… тоже из необходимости. Потому что дома никто не ждал, а засыпать в холодной постели… то ещё удовольствие.

Все началось с того, что в молодые годы стало известно о моем бесплодии. Во мне тогда что-то надломилось. Я ж не дура, понимала, что семья без детей не семья вовсе. И, наступив себе на горло, потребовала развода, не желая портить жизнь любимому мужчине. Но тот уперся как баран. «Люблю, жить без тебя не смогу» — и хоть ты тресни! А уж как Клавдия Карловна слёзы ручьями лила, уговаривая сына уйти из семьи, да только всё без толку. 

И эта непоколебимая непреклонность мужчины… подкупила. Успокоились. Решили, что встанем на ноги, заработаем денег и «вылечим» недуг. И все образуется.

Не образовалось.

Коллеги, друзья и родственники считали нас образцовой семьей. Никто не заметил, в какой момент наш брак начал трещать по швам. Да мы и сами не заметили. Стали слишком много работать и слишком мало времени уделять друг другу, потом провалившиеся попытки лечения, да и свекровь внесла свою лепту. И жена-то я никудышная, и детей иметь не могу. Вместо того чтобы целовать ножки её драгоценному сыночку Алешеньке за то, что не бросил, и скакать вокруг него с опахалом, не забывая вовремя кормить котлетами и борщами, пропадала на работе. И эта песня, как заевшая пластинка, повторялась с завидным постоянством. 

Ну, можно поздравить женщину, её усилия не пропали даром.

Сейчас, по завершении какой-никакой семейной жизни, я готова сделать шаг навстречу светлому будущему и начать заново, с чистого листа.

Те, кто считают, что в тридцать шесть с хвостиком на женщине можно ставить жирный черный крест, глубоко заблуждаются, и я с радостью докажу это окружающим! Я успешна — карьеру построила ого-го, на зависть многим. По меркам нашего города весьма богата. И пусть не красавица, но весьма хороша собой. Свободна, как шальной ветер, не обременена никакими обязательствами и могу делать все, что душе заблагорассудится! В общем, куда ни глянь — одни плюсы. И один жирный минус — одиночество. Близких нет, муж в прошлом, а детей никогда не было и не будет. Даже кота нет. С первым уже ничего не поделаешь, второе мне только в радость, а третье я совсем скоро планирую исправить. И заживем мы с Димкой как настоящая семья, как я и хотела! Может, и кота заведем, да и собаку… 

Можно сказать, жизнь била фонтаном игристого вина! А муженек, что вылетел из нее подобно пробке из бутылки, мне точно мешать не станет. Пусть своих детей воспитывает и уму-разуму учит, а в моём маленьком мире ему места больше нет. Этот мир отныне целиком и полностью посвящен другому, и неважно, что Диме до статуса мужчины ещё расти и расти.

Закатить, что ли, девичник по поводу развода? 

Если бы не Иринка, моя лучшая подруга и юрист по бракоразводным процессам, делить бы нам с Лешкой всё имущество по закону, что я считала в нашем случае совершенно несправедливым. 

Женщина уберегла меня от многих опрометчивых поступков. Только она в курсе, каких усилий мне стоило смолчать, когда я совершенно случайно выяснила, что мой благоверный имеет на стороне семью. Притворилась и умотала в отпуск. Наверное, чтобы эмоции поутихли. И легче переживалась боль предательства.  

А вернувшись из санатория, узнала, что подруга разработала план, вполне внушающий доверие. За год разными уловками, ухищрениями, а то и бессовестным обманом мы подготовили почву, чтобы оставить моего муженька с тем, что ему причитается. Жалости во мне не было, а вот азарт и предвкушение надолго заполнили пустоту в душе, не давая шанса расслабиться и отступить от задуманного. Пробегала у меня такая мыслишка, но я сама же её растоптала, когда выяснила реальные доходы Алексея.  Почувствовала себя дурой, осознав, что деньги уходили не на расширение мастерской, а на любовницу и двух детей: трех и девяти лет.

Вот и решила, что раз никакого вклада в наше благосостояние он не сделал, то и делить имущество по закону я не намерена. Может, если бы мужчина не заигрался на два фронта, а искренне давно мне во всём признался, и не было бы таких репрессий. Зная себя, могу сказать, что я бы легко его отпустила, но эти злые игры выжгли всё то хорошее, что я к нему испытывала.

О-о-о, шок на лицах Алексея, бывшей свекрови и второй «жены» после суда стоил года притворства и терпения. Вот уж когда я почувствовала себя отмщенной по всем фронтам!

Вместо того чтобы закатить вечеринку в честь победы, я, разделавшись с бумагами, рванула на окраину города. В детский дом. Приехала уже поздно ночью. О чём думала, спрашивается? Тревожить сон обитателей, естественно, не решилась. Но и просто так развернуться тоже не могла. Хотелось отогреться в человеческом тепле, которое дарили ребятишки. Длительный судебный процесс, злые языки, полоскающие мое имя, помои сплетен на каждом углу. Устала как собака!

Через полчаса, когда я уже практически решила отправиться домой, ночную темноту нарушил луч света из открывшейся двери. На крыльце стояла заспанная Лидия Ивановна, кутавшаяся в цветастый махровый халат, спасаясь от ночной прохлады. 

— Долго будешь там сидеть? — и призывно махнула рукой, приглашая внутрь.

Этой ночью я так и не заснула.

Сначала рассказывала о событиях последних двух месяцев, делясь подробностями семейной драмы. Потом, после ухода пожилой дамы, сидела в кресле у открытого окна и наслаждалась тишиной и спокойствием летней ночи. Думала о переменах в жизни и строила планы на ближайшее будущее. 

Под утро я наконец-то ощутила душевное спокойствие, что распускалось подобно цветку на рассвете. Здание я покидала с лёгким сердцем, намереваясь заскочить домой, привести себя в божеский вид и отправиться на работу. День отстоять, а затем выходные и долгожданный отпуск. Наконец-то!

— Лиза! — звонкий мальчишеский голос нарушил утреннюю тишину.

Я резко развернулась и тут же была практически сбита с ног Димой, который выскочил на улицу вслед за мной. И как только узнал, что я тут?

— Привет. — И тут же запустила пальцы в буйную рыжую шевелюру мальчишки, который крепко обнимал меня за пояс, утыкаясь носом в солнечное сплетение. Кажется, за лето он вытянулся, но все ещё слишком мелкий на фоне своих сверстников.

— Ты почему не спишь?

— Лидия Ивановна разбудила, сказала, что ты приехала. Хорошо еще, чистить зубы не стал, а то бы не успел. Почему ты не зашла ко мне?

— Я вечером думала заехать, после работы, и забрать тебя на выходные. Помнишь, обещала тебе поездку на дачу? Наедимся ягод, сделаем шашлыки. На озере можно рыбы наловить и искупаться! Поедем?

Рыбу ловить я совершенно не умела. Зато могла дать ему удочку, что осталась от Алексея, накопать червей на участке и просто составить компанию. С остальным, думаю, он и сам успешно справится.

Мальчик закивал в ответ, ещё теснее прижимаясь ко мне.

— Эй, ну ты чего?

— Я думал, что ты больше не…

— Дима! — Разжав его крепкие объятия, я села на корточки, чтобы иметь возможность заглянуть в глаза. — Я же звонила. И обещала, что как только решу все проблемы — обязательно приеду к тебе. Помнишь?

— Помню… Просто Светка сказала…

Ох уж эта Света, вредная девчонка. Злости в ней немерено, вот и обижает всех подряд. Особенно тех, кто младше и не может себя защитить от жалящих фраз.  

— Почему ты ей поверил, а про моё обещание забыл? — спросила я и посмотрела на него с легким укором. — Я сегодня приезжала, чтобы отпросить тебя у вашей директрисы. Все проблемы позади, пора исполнять обещания! Лидия Ивановна рассказала мне об олимпиаде по математике и медаль твою показала. Будем праздновать. Ну так что, поедем на дачу?

— С тобой хоть на край света! — пафосно заключил Димка, отчего я чуть не фыркнула. Но сдержалась... и запомнила такие важные для меня слова.

— Тогда — чтобы к восьми вечера был готов! Всё, беги обратно, а я поеду на работу.

Пока мы прощались, я вытащила из кармана ключи от машины и отключила сигнализацию. Автомобиль тут же пиликнул, разбудив Алексея, который уснул, сидя прямо на земле, опираясь спиной на колесо. Сюрприз был не из приятных.

— О, появилась, мать Тереза! Так и знал, что ты опять тут торчишь, — заплетающимся языком обратился ко мне бывший муж, поднимаясь с земли. — И чужой сперматозоид здесь же, какая удача! Одним махом двух зайцев!

Если я ночью наслаждалась своей победой и строила планы на будущее, то Алексей, видимо, запивал неудачу в баре. Как же, суд проиграл, репутация испорчена, друзья отвернулись.

Он ведь не только меня обманывал. А такая история… никого не красит.

— Дима, иди к ребятам, — судя по тому, что бывший муж был в стельку пьян и дико зол, мне предстояли нешуточные разборки. Ребенка в это втягивать совершенно не хотелось, поэтому я намеревалась поскорее спровадить его под защиту стен детского дома. — Помни о нашем уговоре, — я улыбнулась, показывая, что всё в порядке и беспокоиться не стоит. — Ну всё, беги, а то замерзнешь!

— Пока, Лиза!

— Ну уж нет! Никуда этот щенок не уйдёт! Стоять, я сказал!

Я обернулась, готовясь дать отпор пьяному озлобленному мужчине, но слова застряли где-то в горле. То, что предстало перед моими глазами напугало до чертиков. Лёша, пьяный настолько, что не мог нормально стоять на ногах, опирающийся спиной на мою машину и машущий пистолетом.

В молодости он увлекался стрельбой, да и в дальнейшем не забрасывал, периодически пропадая в тире, так что раскачивающаяся из стороны в сторону рука не давала никакой надежды, что Лешка промахнется. Если захочет, попадёт даже в таком состоянии, мне ли не знать.

— Что тебе нужно? — с трудом, но я смогла говорить ровным голосом. — Ребенок тут ни при чем, пусть уйдёт. Виновата я, помнишь? Он уйдёт, а мы уедем отсюда и во всём разберёмся.

Я очень крепко сжимала руки Димы, не позволяя выглянуть из-за моей спины, чтобы он не оказался под прицелом даже случайно.

Мужчина расхохотался.

— Точно. Машина. Прокатимся, тварь? Но для начала… — Лёша в два шага оказался передо мной и наотмашь ударил. Я не смогла закрыть лицо, удерживала Димку, за что и поплатилась. Не удержавшись на ногах, упала, чувствуя, как звенит в голове, а из носа хлещет кровь.

— Гад! — пропитанный яростью детский голос заставил меня прийти в себя, но я лишь успела увидеть, как мальчишка проскочил мимо и бросился на взрослого мужчину с кулаками.

И тут прозвучал оглушающий звук выстрела. 

А дальше всё как в кошмаре. Мне лишь оставалось наблюдать за падающим на землю телом смешливого мальчишки, которого я мечтала назвать своим сыном. И такая тишина воцарилась внутри, словно время остановилось и окружающий мир замер. Пара бесконечных секунд, и буря эмоций обрушилась на меня, грозя утопить в неверии, отчаянии и раздирающей на мелкие клочки душу боли.

— Нет, нет, нет… — не обращая внимания на содранные ладони и колени, я подползла к ребёнку и обхватила его голову, пытаясь заглянуть в глаза, ища там признаки жизни. — Димка, Димка, очнись, слышишь?

Ужас накатывал на меня с такой силой, что становилось трудно дышать. На место неверию пришло осознание случившегося, а боль, рвущая душу, пробудила ярость, затмевающую разум.

— Лиза… — напротив на колени упал Лёшка, протягивая к Диме трясущиеся ладони. — Господи, что я наделал… быть этого не может… Дима, Дима, очнись, я не хотел… Димка…. Ну же…

— Не прикасайся к нему! — Это казалось таким неправильным, что внутри тут же вспыхнула злость. Не позволю! В этот миг в голове набатом била лишь одна-единственная мысль — уничтожить виновного!

Не помню, как попытка оттолкнуть мужские руки от тела ребенка переросла в желание перехватить отброшенный пистолет, вот только Лёша оказался проворнее. И тогда я накинулась на него с сумасшедшим ором, намереваясь разорвать убийцу на куски. Кажется, меня пытались успокоить, остановить, но разум уже был поглощен яростью и болью — чудовищное сочетание для отключения мозгов. Как бы мужчина меня ни хватал, я находила силы вырваться. Раз за разом. Попытка за попыткой. В себя пришла от оглушающего звука. Я остановилась, чувствуя, что силы утекают, как вода через решето. Мысли прояснились. Бывший муж прижимал меня к себе одной рукой, тогда как вторая была зажата между нами вместе с пистолетом, в его глазах стоял ужас…

Ноги меня больше не держали, не упала я только потому, что крепкие руки не позволили.

— Я сейчас скорую… Лизка, ты только держись, слышишь? Я сейчас… где же, мать его, мобильник?!

Держаться было не за что. Не за кого. Не для кого. Оттого и не хотелось.

Никогда не верила в загробную жизнь, демонов и ангелов, рай и ад, пока парочка представителей нимбоносных не начала мельтешить перед глазами.

— Какого черта ты не проследил за ним? — буквально прорычала миловидная женщина, облаченная в белую накидку до пола с красивой золотой окантовкой. Парящий над головой нимб, мерцающий мягким золотым светом, прекрасно дополнял образ. 

— Да я отвлекся всего на пару часов, пока он пьянствовал! — парень лет двадцати на вид был искренне возмущен поведением своего подопечного. Его нимб отличался абсолютной белизной и отсутствием самого слабого свечения и, кажется, даже слегка съезжал набок. — Он уже на ногах к тому моменту не стоял, откуда ж мне было знать, что он вздумает разыскать свою жену и даже силы на это найдёт?!

— А сигналку поставить сложно было? — пуще прежнего набросилась на него собеседница. — Или тебя этому не учили?! Ты болван, Рим! Благодаря твоей отлучке у меня сейчас на руках две души! Им бы ещё жить и жить, а теперь куда их девать прикажешь? Сам ведь знаешь, что приём строго по графику! — женщина вдруг замерла на месте, после чего горестно — словно вспомнила о чем-то неприятном — застонала и схватилась за голову: — Иллиарти меня порвет за такое! Мне сейчас не то что повышения не видать, нимба бы не лишиться!

— Послушайте, я могу договориться насчёт ребёнка… — начал было главный виновник произошедшего, но тут же был перебит насмешливым ответом наставницы.

— Насчёт ребёнка я и сама могу договориться! Там и говорить не о чем, умник! — ирония витала в воздухе. — Ты бы лучше придумал, как решить вопрос с девушкой и её наставницей. Она тебе все крылья переломает за испорченную курсовую. И с Иллиарти! Без его разрешения провести душу на перерождение не выйдет! А если меня лишат повышения, я самолично устрою тебе практику в мире людей! — озвучив угрозу, женщина вмиг взяла себя в руки и уже совершенно другим тоном продолжила, глядя на побелевшего от испуга подчинённого: — Может, хотя бы тогда осознаешь, что за ними нужен постоянный пригляд, они непредсказуемы!

— Ты… ты… ты… — рядом вспыхнул ореол света, из которого выскочила молодая девушка с перекошенным от гнева лицом. 

Если наставница этого шалопая успокоилась и стала размышлять, как же выбраться из неприятностей, то в глазах новой гостьи легко можно было распознать жажду убивать. Причем особо жестоким способом.

— Я не специально, — вякнул было юноша, чем только ухудшил свое положение.

— Нимб оторву, гад ты косорукий! — завизжала гостья и практически набросилась на парня, только железная хватка наставницы задержала её.

— Эмира, успокойся. Сейчас всё решим! — в голосе не было ни тени того раздражения и недовольства, что она ещё пару минут назад выплёскивала на своего подопечного. Только холодная уверенность в том, что всё будет хорошо, и ничего непоправимого не случилось.

Эмира, чей нимб сиял слабым желтоватым светом, отвернулась от виновника, показывая всем своим видом, что он не достоин её внимания. Поправила сбившуюся накидку и обратила взор на наставницу. Это никого не обмануло, все понимали, что месть состоится и будет подана фирменным холодным блюдом.

— Лучше скажи-ка мне, — глаза женщины засияли предвкушением, — ты уже запустила проект по своей дипломной работе? Мы с тобой его обсуждали еще на прошлом собрании.

— Занимаюсь этим последние дни. Сегодня была финальная стадия запуска цепочки случайных событий, но я получила сигнал о том, что моя подопечная внезапно покинула мир живых. И мальчонку прихватила. Иррая в истерике, это её первый подопечный. Мы вместе с ней такую схему провернули, чтобы переплести эти две судьбы, почти три года убили, и всё впустую!

— Если не ошибаюсь, ты искала себе подходящую женщину на главную роль для своей дипломной работы. Нашла?

— Нашла, только слабовата она, — с хорошо скрываемым раздражением поделилась Эмира. — Нет, в деловой хватке ей не откажешь, поэтому хозяйство поднимет — тут никаких трудностей, но вот с детьми не ладит совершенно. А это уже плохо. Вроде бы и относится к ним хорошо, и помогает, но… шарахаются они от неё как от прокаженной. Сама родительской любви не познала, что она сможет дать другим? Только лучшей кандидатки пока не попадается, тут либо бизнес, либо любовь к детям, иного не дано. А если получается найти женщину два-в-одном, провести такую комбинацию, чтобы она сыграла нужную мне роль, не выходит. Всё же не простолюдинка. Так что, возможно, стоит отложить запуск проекта на неопределенный срок, — рассказчица разочарованно вздохнула.

Женщина молча слушала, не перебивая, а после задала очередной вопрос:

— Как насчет того, чтобы объединить курсовую работу и дипломный проект? Будет нелегко, но в случае успеха ты получишь совершенно другой ранг — младшего наставника, к примеру. Игра стоит свеч. Что скажешь?

— Да кто ж мне позволит! — судя по шоку на лице, девушка никогда даже не рассматривала такой вероятности.

— Это уже моя головная боль, ты лучше соображай, сможешь ли переписать историю в короткие сроки с учетом того, что роль твоей кандидатки займет вот эта женщина. Какие у тебя там главные критерии? Она соответствует?

— Идеально! — не задумываясь ни на секунду, отреагировала Эмира, после чего всё же немного притихла, видимо, размышляла над реализацией задуманного. — Наверное, получится. Но в таком случае мне нужен мальчик. Без него я не смогу реализовать главный замысел курсовой работы, да и Иррая столько сил вложила в эту идею, что отказываться от неё было бы кощунством. Её бы со мной в проект… — протянула девушка, явно давя на жалость.

— Хорошо. Бери её как помощницу. Если хорошо себя проявит, засчитаем как первый личный проект, — кивнула наставница. — Осталось получить согласие от наших переселенцев, и вопрос практически решили. Елизавета Андреевна, жить хотите? — с усмешкой спросила начальница этих двух ребят уже у меня. — Есть вариант переселить вас и мальчика в другой мир.

Под её пристальным взглядом, достигнувшим глубин души, я будто проснулась. Вернее, не так, ведь я не спала и прекрасно слышала весь разговор...  ангелов. Скорее мне вернули возможность мыслить и принимать решения.

Выглядели ангелы совершенно по-человечески: две руки, две ноги, голова и никаких тебе крыльев. Разве что нимбы, парящие над головой, выдавали их божественную суть.

Общение с детьми дает свои плюсы. Вот уж никогда бы не подумала, что захочу поблагодарить нашу шебутную Оксанку. Худющую, вечно путающуюся в длинных юбках и острую на язык любительницу книг, с которой я спорила до хрипоты в голосе во время субботних чаепитий. Девчонки пищали от восторга, представляя красавцев-эльфов, очаровательных принцев и магические академии, а я им противостояла с точки зрения житейского опыта и весьма реалистичного взгляда на жизнь, слегка снижая градус восторженности. В общем, в последние годы я настолько погрузилась в сказки, что вопрос о переселении в другой мир меня хоть и удивил, но не застал врасплох. 

Стоило ли изумляться вопросу о другом мире, если задал его ангел?

Надо только подумать основательно. 

Итак, Димку отправляют со мной, уже хорошо, не нужно артачиться. Без ребёнка я бы точно отказалась. А его и не спрашивал никто — двенадцать лет пацану, даже паспорт не получил. То ли дело я, женщина, разменявшая четвёртый десяток, со своими мыслями, принципами и взглядами на жизнь — хочешь не хочешь, а приходится считаться. Уж не знаю, почему они не могут провернуть эту аферу без согласия души, но мне это явно на руку.

Четыре ангела, что втянуты в эту историю по самые уши, мне известны, а уж кого заденет ситуация косвенно, меня не очень заботит, если честно. Наставница может лишиться повышения. Парень здорово огребет за свой промах, так ему и надо! И вообще, ничего подобного бы не произошло, выполняй ангел свои обязанности добросовестно, всего-то и надо было — исключить нашу встречу с Алексеем. Он мужик нормальный, и такой поступок для него... в общем, как бы руки на себя не наложил. Не удивлюсь, если застрелится на месте к чертовой матери, и его душа замаячит где-нибудь рядом. Встречаться с ним ещё и на этом свете я точно не готова. Хватит, виделись уже.

Не знаю, что грозит за проваленную курсовую на небесах, но в моём институте с этим было строго. Не хочешь учиться — прикрой дверь с другой стороны. Да и Иррая, чей первый подопечный, да ещё и ребёнок, внезапно умер. В общем, девчонок было реально жалко. Только вот своя шкура в любом случае дороже, да и Димка полностью от меня зависит, а значит, нужно этих ангелочков по максимуму развести на различного рода плюшки.

Та-а-ак, что у нас там было в книжках? Из меня посыпались вопросы по пунктам:

— Мир магический?

Вопрос удивил разве что молодого парня. Да уж, зелёный, видимо, ещё совсем. И фэнтези не читал.

— Да, — отвечать решила Эмира.

Это хорошо, думаю, она лучше всех тут разбирается в теме.

— Что с рабством?

— Рабство вне закона в большинстве стран мира Араш.

Спросить хотелось о многом, но я вдруг поняла, что это бесполезная трата времени. В конце концов я все узнаю на месте, разве нет? 

— Какова моя роль в твоей дипломной работе? — вот что, пожалуй, самое важное.

— Данная информация не разглашается, чтобы ход событий шел естественным путем, — встряла старшая, не позволяя Эмире произнести и звука. — Я вижу, что разговор ты затеяла не просто так, — она важно покивала. — Учитывая, что ваши жизни были прерваны по нашей вине, даю тебе возможность загадать три желания.

— Нас двое. Шесть!

— Три. Но каждое желание будет распространяться на обоих, — все же пошла на уступку наставница.

Такой вариант меня более чем устроил, так что я легко согласилась и погрузилась в размышления. Что будет действительно важным в новом мире, о котором мне ничего не известно? Желаний всего три, нужно использовать их с умом. Тут же в голове всплыли какие-то совершенно неуместные воспоминания о фэнтези-книге, где попаданку запихнули в тело весом в центнер, а то и больше, и все триста страниц были посвящены её ежедневным утренним пробежкам вокруг дворца. Разменивать своё идеальное тело на кота в мешке мне, естественно, не улыбалось, но это не так уж и важно. В идеале было бы здорово иметь хорошую семью, высокий социальный статус, да и вообще, жизнь в шоколаде да без проблем, но раз уж у ангелов свои планы на мою судьбу, то раскатывать губу не стоит. Думать нужно о внутренних качествах, а не внешних декорациях. Итак, даже если меня перенесут в тело прислуги, я всегда смогу добиться большего, имея магический дар. Есть магия, значит, есть высокооплачиваемая работа, то есть хорошее жалованье. И хотя Эмира обмолвилась о том, что нынешняя кандидатка, которую я нагло потесню, имеет высокий социальный статус, магия лишней точно не будет. Мужа тоже могу сама найти, хотя не уверена, что он вообще будет мне нужен. Кажется, семейной жизни я нахлебалась большой столовой ложкой на много лет вперед. Семья? У меня будет Димка, этого вполне хватит для счастья. Опять же, непонятно, чем я буду заниматься на новом месте. 

Таким нехитрым образом я пришла к общему знаменателю и поспешила озвучить свои желания. 

— Прошу не стирать наши воспоминания как о прошлой жизни, так и о нашем с вами знакомстве, это первое. Второе. Магический дар должен быть достаточно сильным, чтобы была возможность его развить и стать хорошим магом. И в качестве третьего желания прошу дать доступ к воспоминаниям тех тел, в которые поместят наши души.

Попасть в чужой мир, не имея никаких знаний, — это катастрофа. Идти учиться в местную школу или академию вместе с кучкой подростков?

Ага, в тридцать шесть! Боже упаси! Своё я уже отучилась.

— Третий пункт будет засчитан с корректировкой — частичное стирание. Не дело это — совать нос в чужую жизнь. Останется мышечная память и отрывочные сведения о мироустройстве. Остальное выучите сами. Устраивает? Ещё есть возможность изменить желания.

— Нет, пусть всё остаётся так.

— Хорошо. Рим, приведи сюда душу ребенка.

Парень исчез без всяких там щелчков пальцами. Вот он был, а вот его уже нет. Вернулся минут через десять в весьма потрепанном виде — его хламида и вовсе была подпалена. Рядом в воздухе плыл маленький светящийся шар размером с футбольный мяч. Это что, Дима? А как же выгляжу я сама? Мысли о болтающемся в воздухе арбузе были прерваны моим персональным ангелом, девушкой Эмирой.

— Подпиши договор.

Перед глазами появился пергамент с коротким текстом, содержащим условия сделки, список моих желаний, а также упоминание о том, что все происходит с моего согласия. Никакого мелкого шрифта с дополнительными условиями.

Чтобы подписать документ, было достаточно мысленно произнести согласие, что я и сделала после подсказки.

— Я постараюсь, чтобы ваши жизни сложились самым лучшим образом, — почему-то с нотками сожаления произнесла Эмира. — Получится не сразу, но всё у вас будет хорошо. Удачи! 

Обещание ангела-хранителя растрогало до глубины души.

— Спасибо тебе! Скажи, что будет с Алексеем?

Девушка бросила очередной гневный взгляд в сторону парня, обещая все кары небесные.

— Каждый получит по заслугам.

— Удачи, Елизавета, — попрощалась наставница ребят, и моё сознание поглотила яркая вспышка света.

Первым, что бросилось в глаза, едва я очнулась, была перепуганная женщина. Она сидела напротив и, казалось, всеми силами пыталась вжаться в спинку кресла. И все просила помощи у какого-то Ариса. Судя по тряске и цокоту копыт, мы с ней ехали в закрытой карете. А главное, кроме меня и попутчицы, тут больше никого не было.

От промелькнувшей мысли похолодели руки.

Пока неприглядная дама лет пятидесяти на вид что-то тихо бормотала себе под нос, я лихорадочно анализировала происходящее. Воспоминания из прошлой жизни при мне, про ангелов помню — слово своё они сдержали. Замечательно, конечно, только вот где Димка? Да, ребенка обещали отправить вместе со мной — Эмира, несмотря на произошедший конфуз, не отказалась от своих планов, — но ведь никто не говорил, что перенесут нас в одно время и в одно место.

Черт! Ну почему, Лиза, такие мысли тебе в голову приходят опосля? А ещё умной женщиной себя считаешь.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь погасить разрастающуюся панику. А повод для нее был и ещё какой!

Как найти подростка в новом мире, если его душу поместили в чужое тело? И у меня внешность изменилась, значит, и Димка меня распознать не сможет. Он-то даже не в курсе, что умер, если уж на то пошло! Соответственно, и о новой жизни он ни сном ни духом. То есть его последнее воспоминание должно быть о том, как он прыгает на Лешу, тот стреляет… а затем он очнется черте где, с чужой внешностью и с памятью из своего мира.

Господи, как бы его в психушку местного разлива не упекли!

Ладно, все по порядку. Сперва нужно выяснить, куда я попала. И, собственно... а куда мы направляемся?

Понять, что я в карете, было как пальцем об асфальт, как любили выражаться мальчишки в детском доме моего мира. На земле кареты уж давным-давно вышли из обихода, разве что можно повыпендриваться на свадьбе. Обстановка, опять же, скудная. Даже на мой дилетантский взгляд. Материалы дешевые, обивка сплошь из темной тонкой ткани, сиденья жесткие и ни намека на амортизаторы. С освещением вообще беда. Пока думы думала, на улице окончательно стемнело, и сейчас разглядеть соседку, что сидела не далее, чем на расстоянии пары вытянутых рук, не представлялось возможным. 

Так что высокий статус у меня имелся, похоже, только в розовых мечтах. Как там Эмира сказала? «Всё же не простолюдинка...». Судя по карете, я не так уж высоко поднялась по социальной лестнице.

— Кто вы сейчас, леди Риштар? — Я так задумалась, что тихий голос попутчицы застал врасплох.

Ого, как она вопрос задает! То есть женщина понимает, что произошла подмена? А ведь она не кричит, молитвы о спасении души больше не читает, и вообще, вполне успокоилась. В первый миг мне показалось, что она трясется, как осиновый лист на ветру, а сейчас ничего, вполне вменяема. Только перебираемый пальчиками платочек выдаёт волнение. И напряженный взгляд, который я чувствую буквально кожей.

И что ответить? Ох уж эти ангелы! Не могли провернуть всё по-тихому? Объясняйся сейчас, не понимая, как себя подать.

— Меня зовут…

— И вас послали Боги! — тут же перебила меня незнакомка, не давая закончить предложение. Она словно расслабилась после неудачной попытки познакомиться, что окончательно меня запутало, да ещё и странная трактовка моего появления выбила из колеи. Ни черта не понятно. — Великий Арис, я уж грешным делом подумала, что вскоре с жизнью распрощаюсь.

— С чего бы это?

— Ну как же? Вы сначала засветились вся, глаза закатились, а после всё молчали и молчали, я уж уверилась, что это проделки Бога Тьмы. Одно дело, когда Арис меняет души местами, и совсем другое — когда это делает Румар.

— И в чем разница?

Боги, ангелы... без пол-литра не разберешься.

— Ну как же? Из какой глухомани тебя вытащили, если ты не знаешь элементарных вещей? — весьма грубо проворчала женщина, и градус моей доброжелательности слегка снизился. Резкий переход с «вы» на «ты» резал слух. Чувствовалось в голосе незнакомки превосходство, видимо, она действительно решила, что я из деревни. То есть пока я не сморозила, по её мнению, полнейшую глупость, она относилась ко мне более почтительно и лояльно, но, стоило оплошать, приравняла к недостойным.

Интересно.

Только вот я не деревенская девчонка и такого не терпела и в своём мире. Сейчас промолчу. Во-первых, я понятия не имею, кто из нас выше по положению, во-вторых, она мой единственный источник информации на данный момент. И это куда важнее ущемленного самолюбия.

Словно подслушав мои мысли, женщина пустилась в объяснения. 

— Если за дело берётся Румар, то вместо души подселяет какую-нибудь тварь. Она не говорит, не думает и вообще не соображает, а единственное желание такого существа — сожрать всех на своём пути. Святой Арис лишь меняет души людей местами. Иногда бывает так, что те не на своём месте и проживают чужие жизни. Вот только Богам виднее, как должно быть, и они исправляют ошибки судьбы.

Ага, то есть, когда я заговорила, дамочка уверилась, что обмен провернул Бог Арис, а значит, я не зомби и нападать на неё с целью закусить человечиной в мои планы не входит.

— Так откуда ты родом? — делано беззаботно поинтересовалась женщина, вот только взгляд у нее остался слишком уж внимательным.

— Издалека, — уклонилась я от прямого ответа. А что еще я могла ей сказать, если даже не понимала, где нахожусь? Оповещать всякого встречного-поперечного о своём иномирянстве точно ни к чему. Мало ли что. У моей спутницы так и вовсе на лице написано, что язык свой за зубами держать не умеет. От греха подальше следует хотя бы свой рот держать закрытым. 

— Куда мы направляемся?

Ответ мой её не устроил, это было видно по поджатым губам и холодному взгляду. В отместку женщина тоже отказалась что-либо пояснять, а я уж было понадеялась вытянуть из неё крохи информации.

Неприятно, конечно, но переживу. 

Оставшееся время мы провели в тишине. Минут через сорок, по моим ощущениям, карета остановилась, а молчавшая всю дорогу соседка вынырнула из собственных дум.

— Приехали. Вам оказали милость, когда назначили на пост управляющего. Первая проверка вашей работы пройдет через полгода. — Что-то в интонации попутчицы подсказывало, что эта честь будет мне оказана куда раньше назначенного срока, и с куда большим пристрастием, чем положено.

Стоило женщине закончить свою речь, как дверца кареты распахнулась, словно намекая, что мне пора.

— Всего доброго, — в отличие от женщины, что и не подумала со мной попрощаться после такого интересного знакомства, я всё же это сделала. 

Кучер помог спуститься, снял с крыши кареты несколько чемоданов и составил стопкой возле меня. Легко кивнул на прощание и погнал лошадей прочь, оставив меня в неизвестности. 

Так-так, и чем же я буду управлять?

Высадили меня у какого-то здания. В темноте я смогла оценить лишь очертания трехэтажной махины.

— Леди Риштар?

Рядом словно из-под земли вырос сухонький пожилой мужчина, опиравшийся на трость.

— Верно.

— Я Ульх, сторож местный, — подкручивая длинный ус, представился он. — Мы вас только через три дня ждали, значицца, так что извините, что не встретили. Давайте помогу сумки ваши перенести в дом.

Не успела я возразить, как Ульх схватил два крупных чемодана в одну руку, оставляя для меня лишь маленькую сумку, и очень энергично двинулся в сторону крыльца, опираясь на свою трость. Мне ничего не оставалось, как только последовать за ним.

Переступив порог дома, я чуть не споткнулась на ровном месте, оказавшись под прицельным вниманием самой настоящей толпы. В гостиной были две женщины, мужчина и очень, очень много детей от мала до велика, которые взирали на меня колючими взглядами своих глаз-бусинок. Дети сидели повсюду: на диване, на полу, на ступенях лестницы, что вела на второй этаж, совсем маленькие, на вид трёх-пятилетки, расположились на руках у двух взрослых женщин, а также на коленях у подростков.

— Знакомьтесь, наша новая управляющая, леди Риштар, — озвучил мой провожатый, давая понять окружающим, кто тут к ним на ночь глядя наведался.

Черт возьми, я что, управляющая детским домом?

Что один мир, что другой… а ничего не меняется. Я всё так же в окружении брошенных на произвол судьбы детей.

Уже не сомневаясь, что Димка где-то тут, я стала всматриваться в детские лица, только вскоре бросила эту глупую затею. Наобум я его не вычислю, а моё молчание очень интересно влияло на окружающих: дети словно скукожились под моим взглядом, а взрослые недовольно хмурились.

— Добрый вечер. Прошу меня извинить за появление без предупреждения.

Судя по настороженным взглядам, меня тут не особо и ждали. Вот и первые трудности. Завоевать доверие сирот не так-то просто, а уж если они настроены против, миссия превращается в настоящую проблему.

— Здравствуйте, леди управляющая. — Сделав лёгкий реверанс, женщина представилась: — Меня зовут Лиена, леди. Я старшая по дому на время отсутствия управляющего.

— Приятно познакомиться. Не хочу нарушать распорядок дня, поэтому предлагаю перенести наше знакомство на завтрашний день, раз уж приехала я в столь поздний час. Сейчас, наверное, стоит отправить детей спать.

Малыши то и дело терли глаза, а один мальчик совсем раскапризничался. Те, кто постарше, конечно, пытались казаться бодрыми, но всё же тайком зевали в ладошки. На дворе стояла глубокая ночь. Да и мне требовалось какое-то время, чтобы элементарно разобраться в том, кто я, куда попала и что от меня, собственно, требуется.

— Конечно, леди управляющая, — согласилась Лиена и начала раздавать указания детям. 

Кому-то поручила проследить, чтобы младшие оказались в своих кроватях, двум девочкам лет четырнадцати отдала распоряжение всех напоить теплым молоком перед сном, а самого взрослого на вид мальчишку попросила отнести чемоданы в комнату, подготовленную для меня.

Практически никто не остался без внимания, и уже через десять минут все разбрелись по своим углам. 

— Желаете поужинать? — поинтересовалась вторая женщина.

— А знаете, не откажусь. — Я и в самом деле была голодна. — Только я бы для начала сменила дорожную одежду и умылась.

— Комната для вас уже подготовлена,  — тут же сообщила Лиена. — Следуйте за мной, я вас провожу.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в одну из комнат в конце коридора.

— Стол будет накрыт через полчаса, кухня на первом этаже.

— Спасибо.

Женщина ушла, прикрыв за собой дверь и оставив меня одну.

Что ж, первый осмотр показал, что всё не так уж и плохо. Моё новое жильё не какая-то каморка, а скорее двухкомнатные покои, разделённые красивыми дверьми высотой почти до самого потолка. Они и вправду притягивали взгляд: светлые, покрытые сверху донизу тонким металлическим кружевом, выкрашенным серебрянкой. Ажурная ручка и вовсе произведение искусства. Дальняя комната оказалась спальней: тут имелась двуспальная кровать, большой шкаф и трюмо с достаточно большим овальным зеркалом. В одной из стен располагался камин, а рядом стояла дровница с несколькими поленьями. Передняя комната была оснащена письменным столом, мягким креслом для хозяина кабинета и парочкой стульев для гостей. Вдоль всей стены шел стеллаж под книги, но его полки были абсолютно пусты. На полу в обеих комнатах лежали мягкие ковры. И никакого декора. Даже окна не были закрыты шторами.

У входной двери лежал мой багаж. Первым делом я решила заглянуть в самую маленькую сумку. Хотя маленькой она была лишь в сравнении с чемоданами, а вообще, настоящая «женская сумочка», в которой сложно что-либо найти с первого раза, зато очень легко потерять. В этом я убедилась очень скоро. 

Но при этом нашла главное — документы! 

Плоская карточка размером с наш паспорт красиво перелилась какой-то голограммой. Видимо, местная защита от подделки. На одной стороне был женский портрет в цветном варианте, а на обороте — сами сведения о владелице. В первые секунды прочесть ничего не получалось — буквы, словно иностранные, прыгали перед глазами, и я уж, грешным делом, начала плохо думать об ангелах. Но всё же, присмотревшись более внимательно и сосредоточившись, смогла прочесть.

Итак, в этом мире я Эмилия фон Риштар. Магиня четвертого уровня. Не замужем, детей не имею. С возрастом ничего не понятно, так как местное летоисчисление мне пока незнакомо, но, взглянув в зеркало, навскидку дала себе лет этак двадцать восемь-тридцать по земным меркам.

Отражение в зеркале мне понравилось. Не красавица, но весьма ухоженная женщина. Брови аккуратные, ресницы длинные, ярко-выраженные скулы и симметричные губы. Волосы, стоило их расплести, достигали поясницы. Черные, прямые и шелковистые — настоящая красота. Тело… бегать по утрам для похудения мне не грозит. Интересно, а для леди это вообще пристойное увлечение?

Одета, опять же, с иголочки: под темной накидкой из тяжелой ткани я облачена в платье до пола с длинными рукавами насыщенного баклажанного оттенка. Ткань хорошая, чистая, слегка примятая после длительного путешествия. Воротник украшен мелкими белыми и фиолетовыми камнями, что делало платье не столько строгим, сколько элегантным. На ногах скрытые под юбкой мягкие черные туфли на низком каблуке — очень удобные.

Распаковку чемоданов отложила на потом. Полчаса скоро истекут, следовало привести себя в порядок. Ванная комната нашлась по соседству с моими покоями. Я чуть было не присвистнула от удивления, но вовремя себя одернула. Если тут все комнаты так обставлены, то дети живут очень и очень хорошо!

Оставив накидку в комнате и потратив несколько минут на умывание, я отправилась вниз.

На первом этаже меня ждала Лиена. Спокойная, как айсберг, и отстраненная. Понимает, что новая метла метет по-новому и все изменится. Знать бы ещё, в какую сторону. Что ж, поживем — увидим. 

Комнату, которую именовали столовой, почти полностью занимали два длинных деревянных стола без скатертей с такими же лавками.  У окна приткнулся небольшой круглый столик, украшенный белой тканью в качестве скатерти и маленькой вазочкой с цветами, на две персоны. Судя по всему, он предназначался исключительно для руководства приюта.

— Леди Риштар, когда вам будет угодно получить отчет?

— Ты ужинала, Лиена? — кажется, своим вопросом я сбила женщину с мысли о работе.

— Нет, не успела ещё.

— Тогда давай мы вместе поедим и заодно немного пообщаемся.

Я видела по глазам её растерянность, но держалась женщина при этом хорошо. Мне нужна информация, и как можно скорее, так что откладывать разговор из-за того, что служащим ужинать с руководством за одним столом не полагается, я не собиралась. Потерпит.

— Конечно, — женщина быстро покинула столовую, но отсутствовала недолго и вскоре вернулась с подносом еды. Кроме порции каши и куска хлеба для себя, она принесла набор для чаепития с чайником и плошку варенья.

Начинать разговор я не спешила, давая нам обеим спокойно поесть. Лиена нервничала и ерзала на стуле, но потом вроде успокоилась и быстро поужинала. У меня же на тарелке были свежие овощи и рассыпчатая крупа, формой крупинок напоминающая рис, с грибной подливой. Только вот рис белый, а масса в моей тарелке оранжевая. Ну а что, вполне вкусно.

Пока я доедала, женщина разлила по чашкам чай и пододвинула мне вазочку с вареньем.

— Лиена, расскажи мне, пожалуйста, об этом месте и его обитателях.

Женщина тут же выпрямилась, словно палку проглотила, отодвинула чашку с чаем и вывалила на меня столько информации, что впору хвататься за голову.

Как я и думала, назначили меня управляющей детского дома. Женщина, что занимала этот пост до того, собрала манатки и растворилась в ночи, не забыв при этом прихватить годовой бюджет приюта. Естественно, провели расследование, но ни виновной, ни денег не нашли. Голос Лиены при рассказе об этом звучал особенно сухо. В общем, расследование было для отвода глаз, а по факту на детей-сирот всем по большому счету наплевать. Местный мэр, как я окрестила управляющего областью, от чужой проблемы отмахнулся. Мол, деньги получили? Получили! А то, что у вас их украли, уж извините, — только ваши заботы, вот и решайте их самостоятельно. Живите целый год как хотите.

Два месяца Лиена с мужем тянули этот приютский дом как могли. До моего появления. Сейчас же эта проблема, как и многие другие, в наличии оных я не сомневалась, ляжет на мои хрупкие плечи.

И стало вдруг ясно, почему женщина ела кашу, а мне подали что повкуснее. Я уж про себя решила, что она какой-то диеты придерживается, а тут, оказывается, есть нечего, вот и вся диета. Хочешь не хочешь, а похудеть придется. Всё просто.

Ладно, оставим лирику.

Сотрудников было всего четверо: Лиена, заправляющая всем, её муж Диего, выполняющий по дому тяжелую работу, Марьяна, следившая за младшими воспитанниками, и дед Ульх, что официально числился сторожем. Конечно, все понимали, чего стоит такой сторож — дед был в годах: ни зрения, ни силы, ни здоровья. Но никто не гнал его на улицу. Во-первых, он как мужчина имел среди подростков некий авторитет и мог приструнить особо расшалившихся или, хуже того, зарвавшихся, во-вторых, на его место никто другой идти не хотел. Да и, что ни говори, старика тут любили.

Все эти люди до сих пор не разбежались по двум причинам: добрые сердца, не позволяющие оставить сирот, и отсутствие мест, в которые можно было бы уйти. Марьяну из дома выгнал муж, голословно обвинив в измене и шустро заменив её другой женщиной. У Диего и Лиены сгорело всё хозяйство, и они в один миг превратились в нищих. Податься было некуда. Дедушку Ульха выставил на улицу собственный сын, сообщив, что ему нужно куда-то привести жену.

Воспитанников много. Сейчас в доме сорок три ребёнка и ещё десять в резерве, возрастом от двух лет до шестнадцати. В резерве — значит ребятам ещё не исполнилось семнадцать лет, а из детского дома они сбежали в поисках лучшей доли. И если вернутся, я обязана их принять. Официально жить в приютских домах дети имеют право ровно до совершеннолетия, а дальше вольны идти на все четыре стороны. Государство их никоим образом не обеспечивает и жилье не предоставляет. В общем, полнейший мрак. Всё гораздо хуже, чем в моём мире, хотя и там система далека от идеала.

У меня столько людей в подчинении никогда не было, а тут воспитанники.  Они-то от меня зависят целиком и полностью. Я, конечно, общалась с приютскими ребятишками, но одно дело, когда ты к ним приходишь с подарками, немного повозишься и возвращаешься к своей жизни, оставляя все заботы и воспитание на профессионалов. И совсем другое — когда… А сейчас нужно взять бразды правления, не имея никакого опыта и знаний.

От вырисовывавшейся перспективы голова шла кругом, а волосы вставали дыбом.

— Ладно, с этим всё понятно. — Положение аховое, конечно, ничего не скажешь. — Что у нас с припасами?

Два месяца без содержания, сорок три ребёнка да четверо взрослых. Чем они питались? Неужели голодали?

— Их немного, но ещё месяц протянем. Есть крупа, мука и несколько банок разносолов. Девчонки, пока лето, бегают в лес за грибами и ягодами, мальчишки рыбачат. Да и деревенские понемногу помогают, кто овощей даст да зелени, кто молока да яиц.

— Кто занимается готовкой?

— Последние два дня я сама готовлю. До этого была повариха, но сбежала, — не сдержав эмоций, женщина едва слышно произнесла какое-то ругательство себе под нос, на что я лишь бровь приподняла в изумлении. Спрашивать не пришлось, Лиена пустилась в объяснения: — Прошлая управляющая ей хорошо платила — сама любила вкусно покушать, а заодно и дети были более-менее сыты. Я за те два месяца смогла заплатить ей из собственных сбережений, а на этот месяц денег не было. Сказала ей сразу, мол, так и так, платить тебе нечем, предупредила по-человечески, а она тут же вечером и уволилась. Я не додумалась сумки проверить, а потом как заглянула в холодильную яму, да и поняла, что курину эта змея стащила.

Тут уж я сама едва не выругалась.

Да, везет, конечно, им на порядочных женщин. Одна деньги утащила, другая мясо. И ведь ни одна из них не подумала, как будут жить почти полсотни детей.

Ни стыда, ни совести.

— Лиена, — секунду я размышляла, как же сделать всё в лучшем виде. — Знаю, что прошу о многом, но сейчас мне твоя помощь просто необходима. Во-первых, я хочу, чтобы ещё какое-то время ты продолжила готовить на всех, раз уж кухарка сбежала. Девчонок подключай, пусть помогают.

— Да что вы, конечно буду готовить. Я и сама прекрасно справлюсь, пусть девочки играют.

— Так не пойдёт. Устанешь быстро, а дел невпроворот. Как я понимаю, сейчас лето, соответственно, у них нет никакой учебы, и ребята свободны. Нечего отлынивать, есть хотят, значит, пусть работают. 

— Простите, о каком обучении вы говорите?

Я прямо растерялась от такого вопроса и тут же сбилась с мысли. Та-а-а-к…

— О школьном образовании, — осторожно озвучила я, чувствуя какой-то подвох, собственно, там, где его и не ждала. Скрыть удивление женщине не удалось. — Я что-то не то сказала?

— Ну, у нас детей не учат. Возможно, в столице сейчас не так, но нам даже финансирование на учителей не выделяется. По закону сиротам позволяется посещать занятия местных школ, но далеко не каждый учитель согласен терпеть на своих уроках отказников.

— Думаю, дело не в том, что в столице что-то изменилось. Просто я очень далека от детей и мало что понимаю в ситуации с отказниками. — Я ведь действительно не знала реалий этого мира. — И чем же ваши воспитанники занимаются?

— Ну как… живут.

Ответ меня просто убил наповал. Это как так? Едят, спят — и так на протяжении семнадцати лет?

— А как складывается их жизнь после совершеннолетия?

— У всех по-разному. Парней приглашают различные гильдии, типа «Кошачья лапа», «Кровавый кинжал» — тут уж у кого какие таланты. Безголовые да отчаянные так и вовсе идут в «Черные церберы», да только там… — в этот момент женщина перевела взгляд на окно, — не живут долго. Девушки, у кого не получается попасть в ряды воров или убийц, идут в публичные дома. Мало кому удается выбиться в люди.

Я изо всех сил старалась держать лицо, но выходило это с трудом. Больше всего на свете мне сейчас хотелось броситься в детские комнаты и найти своего ребёнка. Варвары! Как можно так поступать с детьми, не по своему желанию попавшими в такую ситуацию? Ведь это всё вина взрослых людей! Почему же государство закрывает на это глаза?

Молчали мы долго. Женщина дала мне время на размышления и, кажется, сама погрузилась в невеселые думы, а я старалась совладать с собой и понять, как действовать в сложившихся условиях.

— Давайте продолжим, — чтобы заговорить, пришлось сделать глоток чая. От таких новостей в горле все пересохло. — Мне нужно будет ознакомиться с делами на детей и прочей документацией, чем быстрее, тем лучше. Наверное, завтра днём мы с тобой этим и займёмся. Дальше. По поводу зарплаты. Понимаю, что до этого денег вам не платили, я собираюсь это исправить, но мне нужно время, чтобы во всем разобраться. Постараюсь не затягивать. Также подготовь мне список селян, которые вам помогают. Едой, услугами — неважно. Перечисли все имена, где живут и какую помощь они оказывают. Пока что, думаю, достаточно. Отправляйтесь отдыхать, Лиена, завтра будет тяжелый день. Только прежде скажите, во сколько завтрак?

— В восемь, леди Риштар.

— Спасибо. И зови меня Эмилией.

— Конечно, леди Эмилия. — Я лишь закатила глаза, услышав это вежливое обращение, но поправлять не стала. Леди так леди.

Лиена шустро собрала все тарелки и удалилась на кухню.

Я почти сразу отправилась в свою комнату.

На обстановку в этот раз взглянула совсем иначе. После известий о прошлой управляющей надеяться, что у детей в комнатах удобно и чисто, не приходилось. Раз уж женщина без зазрения совести украла у них все деньги до последней монеты, обрекая на голод и холодную зиму, очень сомнительно, что она беспокоилась об их комфорте. Ладно, завтра проверю, как на самом деле обстоят дела.

Решив, что разбор и осмотр моих вещей гораздо полезнее, чем выдумывание новых ужасов, которых и так хватает, я сняла обувь и приступила к делу. Комната была чистой, поэтому я очень быстро разобрала чемоданы и разложила вещи по своим местам. Несколько платьев в пол, все как на подбор темные, с минимумом украшений, парочка таких же длинных юбок и блуз. Ещё в глубине чемоданов обнаружились нескольких видов накидок, одна с утепленной подкладкой и меховой отделкой на капюшоне, очевидно, на зиму. Нижнее бельё — панталончики. Ладно хоть не цветастые, а некоторые и вовсе из невесомой полупрозрачной ткани. Корсеты, чулки, как тоненькие, так и шерстяные, банный халат и набор, напоминающий земной пеньюар. Две пары туфель, мягкие тапочки, зимние ботинки на каблучке.

Собственно, и весь гардероб. Не так уж и плохо. Все до единой вещи были в превосходном состоянии, возможно, некоторые даже новые.

Сняв платье и корсет, я облачилась в теплый банный халат, обулась в тапки и отправилась в кабинет. Нетронутой осталась ещё одна сумка, а тратить на это время завтра не хотелось совершенно, и без этого дел будет по самые уши.

Перевернув сумку вверх дном над столешницей, я вытряхнула из неё всё содержимое. Косметические средства, документы, кошель с монетами, какие-то бумаги, пара книг, писчие принадлежности. Шкатулка с украшениями. Камни в них, скорее всего, натуральные, едва ли бижутерия. Так-с… дальше. А дальше я наткнулась на блокнот со старым замком, который, по-видимому, заело, так как открыть его у меня не получилось. То, что это ежедневник, а может, и дневник моей предшественницы, стало понятно из витиеватой надписи на обложке «Леди Эмилия фон Риштар».

Не беда, разберусь.

Часов в комнате не обнаружила, но, решив, что долго спать из-за переживаний не получится, закрыла на замок дверь в покои и отправилась в спальню.

Мягкие перины, в которых я практически утонула, лишь напомнили, что у детей, скорее всего, с постельным все гораздо хуже. Размышляя о событиях последнего дня, начиная от встречи с Алексеем в моём мире и заканчивая разговором с Лиеной, незаметно для себя погрузилась в сон.

Проснулась я из-за детских голосов в коридоре. За окном к тому моменту уже светлело. Сладко потянулась и выбралась из кучи мягких одеял. Раз дети встали, то и мне пора.

Завернувшись в пушистый халат, я выглянула в коридор, чтобы понять, из-за чего всё-таки шум с самого утра. Или мне просто стоит привыкнуть к этому, как к неизбежному злу?

Картина, представшая перед моими глазами, напомнила студенческие годы в общежитии — мы точно так же толкались и гомонили, пока стояли в очереди в туалет. Вторая уборная была на другом конце коридора, у лестницы.

— Из-за чего такой шум? — поинтересовалась я у одного из мальчишек лет десяти, заметившего моё появление. Через секунду в коридоре повисла абсолютная тишина, даже не шептался никто — только и пялились на меня глазами-бусинами.

— Так Рамина опять моется с самого утра, и никто из-за неё не может попасть в туалет. — На мальчика тут же зашипели со всех сторон, чтобы он не болтал, а одна из девочек и вовсе дернула его за рукав, призывая к молчанию.

— А что, больше уборных в этом доме нет?

— Только ваша, леди Риштар, — сообщила та самая девочка и тут же представилась: — Меня Маликой зовут.

 Я попыталась посчитать, сколько же нужно времени, чтобы почти пятьдесят человек элементарно умылись, не говоря уже о чем-то другом. Кошмар! И что, так каждый день? А если нужно помыться?

— Ну а почему в мою уборную не идёте? — мотнула я головой, указывая на ванную, расположенную чуть левее моей комнаты, которой никто не додумался воспользоваться.

— Ну, так она же ваша, — растерянно ответила девушка, вгоняя меня в очередной ступор.

Вернулась в покои, кроя русским матерным предыдущую управляющую. Даже о гигиене не позаботилась, мымра. Поправила халат, затянула потуже пояс, влезла в тапки и вышла в коридор. Ребята расступились, освобождая мне проход к общему туалету и глядя на меня во все глаза. Да уж, видок у меня тот ещё, конечно, и волосы наверняка напоминают птичье гнездо. Но расшаркиваться не перед кем, да и незачем, у меня всё тело закрыто под самое горло.

— Как, говорите, зовут ту девочку, что устроила водные процедуры? — поинтересовалась вслух, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Рамина, — послышался шепот со всех сторон.

Я лишь кивнула в ответ, давая понять, что услышала, и тут же громко постучала костяшками в запертую дверь.

— Рамина, это леди Риштар. Заканчивай свои барахтанья в воде и освободи ванную комнату для других ребят. Если помнишь, ты не одна живешь в этом доме.

Шум воды тут же прекратился. Ну что ж, своего я добилась. Обратила внимание на детей, что столпились вокруг. Слишком близко подойти никто из них не решился.

То, что и девочки, и мальчики пользуются одним и тем же санузлом, я считала категорически неправильным. Требовалось разделение.

— Моё предложение такое. Отныне девочки будут пользоваться моей уборной, а эта, — я приложила ладонь к двери, за которой скрывалась Рамина, — станет исключительно мужской территорией, и девушкам сюда вход с этого момента запрещен, — дети тут же принялись перешептываться, впрочем, говорить мне это не мешало. — Мальчики, вы не против, что лучшую комнату я отдаю девочкам? — лукаво поинтересовалась, глядя на подростков. Мальчишки были совершенно не против, а очень даже за, и в знак согласия яростно мотали головами. Кажется, они пришли в восторг только от того, что больше не придется часами ждать, пока их соседки проделают водные процедуры. — Вот и хорошо.

В этот момент из-за двери выскочила девчушка с мокрыми волосами, одетая в мятую рубашку и свободные штаны. Смущенно глянув на меня из-под опущенных ресниц, она проскользнула мимо и слилась с толпой воспитанников, прячась за широкой спиной одного из мальчишек.

— Сегодня вечером вывешу график, кто и когда будет мыться, чтобы таких столпотворений больше не возникало. Купаемся теперь только в вечернее время, утром уборные не занимаем. А сейчас делайте свои дела и идите завтракать.

Девчонки тоненьким ручейком двинулись в сторону новой уборной.

— Напоминаю, что моя комната рядом, и склок под своими дверьми я не потерплю. Договорились?

Ну вот, кажется, напугала. Тем не менее ответом мне были несколько еле заметных кивков, после чего я нырнула в тишину своей комнаты, предоставляя девочкам возможность спокойно выполнить утренний ритуал.

Пора и самой привести себя в порядок.

Ух, какой красивый стул! Мягкий, с резной спинкой — люблю добротные вещи. Сев перед зеркалом, занялась прической. Прежде волосы у меня были заметно короче и другого цвета. Но я ни в коем случае не жалуюсь, это ведь красота какая… Заплетала их с особым удовольствием. Французская коса по диагонали от левого виска, переброшенная на правое плечо и спускающаяся почти до самой талии, удалась на славу. Никакого тебе секущегося облезлого хвостика, петухов или коротких волосков, торчащих в разные стороны. С местной косметикой я ещё не знакома, и времени на изучение инструкций на бутылочках пока не нашлось. Решила, что косметические средства откладываю в дальний угол, до более подходящего торжественного случая. Платье выбрала простое — в деловом стиле, без излишеств. Белый верх, юбка в пол черного цвета, вместо украшений — поясок, который я тут же повязала известным мне декоративным узлом.

В коридоре уже никого не было, поэтому спокойно умылась и отправилась на первый этаж. Дети сидели за длинными столами, уплетая завтрак, состоявший из всё той же каши, но на этот раз уже с ягодами. В конце стола расположились Марьяна, Лиена с мужем и дедушка Ульх.

Мой стол также был накрыт.

— Приятного всем аппетита. — После громового «спасибо» я чуть не лишилась слуха, но виду не подала. — Пожалуйста, после завтрака жду вас в главном зале, будет собрание. Да не торопитесь вы, кушайте спокойно, — поспешила добавить, увидев что несколько ребятишек уже были готовы стартануть из столовой, невзирая на полный рот каши. — Я сама ещё не завтракала.

В этот раз ела я по всем правилам, которые только были мне известны. Маленькими ложечками, разжевывая по тридцать раз, словно это было жесткое мясо, а не каша на молоке, и пила чай крошечными глотками. И всё это для того, чтобы дать время детям, то и дело косящимся в мою сторону, спокойно доесть.

Когда я покинула столовую вслед за последним ребёнком, остальные уже ждали меня в зале. Даже взрослые. Ну правильно, я ж не говорила, для кого это собрание, хотя с воспитателями у меня будет отдельный разговор, за закрытыми дверьми, подальше от детских ушей.

В центре перед собравшейся «аудиторией» стоял пустой стул — видимо, для меня родимой. Обвела всех внимательным взглядом. Было хорошо заметно, что те ребята, которые в силу возраста хоть что-то соображали, очень нервничали.

Ещё бы! Ничего удивительного. Привалила тут незнакомая тётка. Чего ждать от неё? Какие будут перемены, кого коснутся?

Ладно, будем отвечать на вопросы, что читались в детских глазах.

— Всем ещё раз здравствуйте. Зовут меня леди Эмилия фон Риштар, но вы можете обращаться ко мне леди Риштар, леди Эмилия либо леди управляющая. Кому как удобнее. Сейчас я прошу помочь мне определить среди вас четырёх лидеров. Мне нужен парень, который будет отвечать за рыбалку, тот, кто станет ответственным за походы в лес за грибами и ягодами, желательно тоже мальчик, помощница на кухне и ещё одна девочка, которая поможет мне наводить чистоту в доме. Итак, есть среди вас ребята, которые отнесутся к моим заданиям со всей серьезностью и возьмут на себя ответственность за других?

Дав несколько минут на размышления и выбор «капитанов команд», я продолжила:

— Ну что, кто среди вас настоящий рыбак?

Со своего места поднялся мальчик с длинной челкой, которая лезла ему в глаза, по возрасту чуть старше Димки.

— Представься, пожалуйста, ведь я никого из вас пока не знаю.

— Беон. Я лучше всех из наших ребят разбираюсь в рыбалке, меня дед Талис из деревни учил, пока был жив. Я почти всегда один на реку хожу, так что могу и главным стать.

Как можно незаметнее перевела взгляд в сторону Лиены, но наткнулась глазами на её мужа. Мужчина слегка кивнул, явно одобряя кандидатуру Беона на роль главного рыбака, а мне, собственно, ничего другого и не требовалось. Я тут пока никого не знаю, а эти люди уже изучили всех детей, их поведение и увлечения, так что понимают больше моего. Стоит прислушаться.

— Хорошо, Беон, договорились. Есть тут кто-то из ребят, кто хочет присоединиться к команде рыбаков? — В воздух взлетели три мальчишеские ладони, один был явно старше капитана новообразовавшейся группы, а вот другим двум не больше восьми-девяти лет от роду. — Беон, кого возьмешь в свою команду?

— Всех, лишние руки не помешают.

— Хорошо, с вами мы всё решили. Давайте решать с командой лесников. Кто готов ходить по ягоды и грибы?

Мда, вопрос я задала явно не тот. В лес хотели все без исключения. Оно и понятно, там же ягод полно, можно натрескаться вдоволь — главное, не лопнуть.

— Раз так, в столь непростом вопросе нам помогут мужчины. Диего, дедушка Ульх, подскажите, кто лучше всех из ребят ориентируется в лесу?

— Гэри, — ответил самый старший мужчина в этом доме, а Диего его поддержал.

— И кто у нас Гэри?

Со ступенек лестницы поднялся мальчишка. Взрослый, лет пятнадцать, не меньше. Это хорошо.

— Готов принять пост?

— Да.

— Вот и отлично. Предлагаю, чтобы никому из ребят не было обидно, перед каждой вылазкой менять участников. А тех, кто вздумает нарушать правила и не слушаться командира, будем отлучать от походов за ягодами. Всем всё понятно?

Опять прозвучало громовое, но на это раз уже счастливое «да», от которого в ушах зазвенело.

Если с мальчиками вопрос решился достаточно быстро, то с девочками вырисовывалась очередная проблема. Желающих помогать на кухне или на уборке не было совершенно. Ладно уборка, я ещё понимаю, но кухня? Это ж место, где можно наесться прямо во время готовки. Звенящую тишину нарушила та же Лиена, произнеся короткую фразу:

— Они не умеют готовить.

Ага, то есть с уборкой не всё так печально, просто нет желающих на грязную работу. Выберу сама, раз так. Почему местные девчата не умеют ничего готовить, я выясню чуть позже. А пока назначу самую старшую воспитанницу, Тамию, главной по уборке, успокоив тем, что сама лично буду помогать в этом непростом деле. Лиена пока так и осталась главной по кухне, но должна была выбрать себе нескольких помощниц и пару мальчишек для тяжелой работы или, к примеру, чистки овощей. Чтобы приготовить на такую ораву едоков, потребуется масса времени.

Кто будет готовить, а кто наводить чистоту, будем определять всё по тому же графику, чтобы среди ребят не возникло грызни на почве у кого работа лучше, а у кого хуже.

Хотя, если подумать, чистку овощей можно включить в обязательные для всех дежурства наравне с уборкой туалетов или в качестве наказания за провинность. Тоже неплохо. Отличное дисциплинарное наказание, не требующее порки, зато хорошо проезжающееся по самолюбию. 

А для определения самых старательных и прилежных детей можно придумать какой-нибудь рейтинг и подводить итоги недели и месяца. Организовать стену почета на видном месте и награждать победителей.

В общем, тут есть над чем подумать.

— В первый день каждой недели в девять часов утра будут проходить вот такие общие собрания. Явка обязательная для всех без исключения. — Я обвела домочадцев самым серьёзным взглядом, который только нашелся в моем арсенале. — И ещё, скажите, есть среди вас Дмитрий Белоусов? 

Глупо, наверное, но я надеялась, что Димка отзовется. Или как-то проявит себя. Но прозвучавшее имя для всех было крайне необычным и незнакомым, к моему искреннему сожалению. Ладно, возможно, душа ребенка попала в тело резервника и появится на пороге дома чуть позднее. Или его вообще ещё не сдали в ряды отказников. Вариантов тьма тьмущая.

— Хорошо, — подавив разочарование, я переключилась на текущие задачи. — В таком случае, сейчас вы разбиваетесь на команды, и давайте займемся делом.

Разделение детей на группы по интересам заняло ещё какое-то время, и участвовать в этом деле пришлось не только новоявленным капитанам, но и нам с Лиеной, а также дедушке Ульху. Он, в принципе, был немногословен, но если уж что-то говорил, то к нему обязательно прислушивались и делали так, как старик велел. По итогу четверо мальчишек во главе с Беоном убежали рыбачить, прихватив удочки. Вместе с Гэри, с одобрения Диего, я отпустила в лес одиннадцать ребятишек, молясь про себя, чтобы вернулись они в полном составе. Остальные, преимущественно девочки, разбились на две группы: одна отправилась на кухню, вторая за тряпками и ведрами. Самые мелкие, в возрасте от двух до семи, а это аж двенадцать человек — остались на попечении Марьяны.

Ф-у-у-у-х, кажется, справилась. 

Ладно, включаемся в работу.

Во-первых, нужно разобраться с финансами приюта. То, что мэр так легко открестился от воровства, меня совершенно не устраивало. На кой ляд такой чиновник вообще нужен, если он и палец о палец не ударит ради своих людей?

Возможно, мне всё-таки удастся с него стребовать хоть какую-то копеечку. Только сперва нужно изучить трудовой договор, если таковые в этом мире существуют. Взглянуть, на что же подписалась Эмилия до моего появления. Второе — разобраться с продовольствием, устроить экскурсию по зданию и выяснить, в каких всё-таки условиях живут отказники. Изучить документы на детей и сотрудников. Составить графики дежурств. И это только планы на самое ближайшее время. 

Но сейчас нужно сдержать данное обещание и помочь девочкам с уборкой, хотя бы направить их работу в нужное русло.

Девочек, что остались в доме, было восемь — самой младшей девять лет.

— Тамия, вы пока приготовьте тряпки, ведра и чистящие средства, переоденетесь в то, что не жалко, а определю фронт работ. Встретимся с вами здесь же через час. Договорились?

Мои помощницы тут же удалились выполнять поручение, а я отправилась с экскурсией по приюту. Начать решила с самого верха.

Итак, в доме было всего три этажа, а также роскошная мансарда, на которую я забралась по крепкой с виду лестнице. Просторная, сухая, слегка захламленная, конечно, и очень-очень пыльная, но это уже мелочи. Огромное, в человеческий рост, круглое окно с разбитым стеклом притягивало взгляд. Мало того — оно открывалось! А стекло можно и заменить, саму мансарду отмыть, и это помещение приспособить подо что угодно. Хоть игровую комнату сделать, хоть читальную. Благодаря окну тут очень светло почти до самого вечера.

Третий этаж состоял из шести комнат. Одни поменьше, другие более просторные. Помещения пустые и пыльные, уборка однозначно требуется.

Закончив свою экскурсию по третьему этажу, я спустилась ниже и встретила Диего. У мужчины был в руках поднос с тарелками.

— Зачем же вы несете еду в комнату, если можно спокойно позавтракать в столовой?

— Это не для меня, леди Риштар. У нас один мальчик… заболел, — уклончиво ответил Диего, отводя взгляд. Я тут же сделала стойку, словно пёс, напавший на след. Ещё один мальчик! Неужели Димка? — Встать он с кровати пока не может, а есть нужно.

— Ведите, — мужчина был не в восторге от моего приказа, но, стоит отдать должное его выдержке, лишь кивнул и молча продолжил путь широким размашистым шагом. Я двинулась следом.

И в первое мгновение не поверила своим глазам. От неожиданности схватилась за косяк, чтобы не свалиться прямо на пороге комнаты.

На койке лежал мальчик, на теле которого не было ни единого живого места. Спина его представляла ужасное зрелище: огромные бордовые, а местами и густо-фиолетовые кровоподтеки, множество следов от розог или плети — в этой области у меня познаний не имеется. Но спина его была исполосована до мяса, некоторые рубцы загноились и опухли.

Мальчик смотрел в противоположную от меня сторону, лежал совершенно неподвижно, но был в сознании, судя по тому, как о чем-то тихо, на грани шепота, разговаривал с Диего. На ватных ногах подойдя ближе, я увидела, что одна его рука, такая же синюшная, как и остальное тело, свисает с кровати. Мальчик опустил ладонь в коробку, в которой под боком у взрослой кошки ползали совсем еще мелкие котята. 

Он поглаживал теплую пушистую шерсть, а кошка, вылизывая котят, время от времени проводила языком и по детской ладони. У меня почему-то защемило сердце.

Нужно было понять, мой ли это мальчик. Прямо здесь и сейчас. Неважно, что я тут не одна.

— Дима… — Кажется, из-за внезапной осиплости из моего горла вырвался лишь хриплый шепот, но даже он подействовал, как удар током. Мальчик вздрогнул, словно в судороге, и тут же тишину нарушил стон боли, от которого меня саму передернуло.

Господи, это мой ребенок! Мой!

Не сумев совладать с собой, я упала на колени перед кроватью и разревелась, не в силах сдержать эмоции, что обуревали меня с того самого момента, когда моего без пяти минут сына убили прямо у меня на глазах.

Я захлебывалась в рыданиях и задыхалась от недостатка воздуха.

Подавляемые всё это время чувства высвободились из тисков жесткого самоконтроля и обрушились на меня подобно снежной лавине.

К чертям на сковородку Лёшку, который с такой лёгкостью перечеркнул две жизни! Ведь то была реальная, самая что ни на есть настоящая, смерть моего самого любимого и дорогого мальчика — я до сих пор помню, какой горячей была его кровь на моих ладонях, как угасала в нем жизнь. Мечта была так близко, но по вине непутевого ангела всё пошло прахом! И этот новый мир с варварским, скотским отношением к сиротам! В котором Димка лежит, располосованный до мяса, избитый до такой степени, что шевелиться не в силах.

— Димочка, мальчик мой… — я осторожно, едва касаясь, перебирала его волосы, боясь причинить боль.

Да за что у него судьба такая?

В одном мире родители отказались и отдали в детский дом, после чего его вовсе убили. Попал в другой мир — и тут он отказник и опять на краю жизни и смерти. Ну не заслужила светлая детская душа такого отношения! Что вы за ангелы, в конце концов, если так поступаете с ребенком? Хуже людей ведь!

— Дима, это я, Лиза. Ты только не пугайся моей внешности, я тебе совсем скоро всё-всё расскажу, обещаю!

— Лиза? — он пристально разглядывал моё лицо и не находил знакомых черт. — Но так не бывает…

— Ты можешь спросить меня о чем угодно, что известно только нам двоим. И я отвечу. Хочешь?

Спустя минуту тишины, нарушаемую лишь моими всхлипами, Димка задал вопрос, от которого на душе у меня потеплело:

— Как мы хотели назвать кота?

— Бантик, — ответила я, не раздумывая и доли секунды, и тут же продолжила: — А собаку Хвостиком. Директрису детского дома звали Лидия Николаевна, и в тот день мы собирались праздновать твои успехи в математике. И ты сказал… — в горле резко запершило, — что готов отправиться со мной на край света… помнишь?

Из глаз мальчика вдруг ручьем хлынули слезы — еще бы, столько переживаний для одного ребенка! И он завыл то ли от боли, то ли от облегчения, что больше не один в этом странном месте, где ему всё чуждо и незнакомо.

Я переполошилась, не зная что сказать.

— Лиза, это меня так ангелы наказали, да?

— О чем ты говоришь, Димочка?

— Ну, за то, что я напал на Лешу с ножом, и теперь я такой… Марик сказал, что я скоро умру. — И, будто подтверждая ужасные слова незнакомого мне пацана, Димка вдруг закашлял… оставляя капли крови на подушке. Сердце в очередной раз совершило кульбит, ухнуло куда-то вниз и разбилось вдребезги.

— Димка, не говори ерунды. Твой ножик для Алексея, что деревянная зубочистка, на один зуб. Так что ты не виноват. — Я говорила чистую правду, надеясь, что мальчик это почувствует. Нож у него был, да только не нож, а металлическое недоразумение. Складной, совсем крохотный, рассчитанный на детскую руку. Да ещё и с тупым лезвием — сама же его и затупила, чтобы не поранился ненароком. Он был для детского самолюбия, как атрибут настоящего взрослого пацана. — Как и в том, что происходит сейчас, твоей вины нет. Ты мне веришь?

Мальчик слушал меня с закрытыми глазами, и я очень старалась говорить спокойно, ровно. 

— Посмотри на меня, Дима! Веришь?

— Верю, — он всё же посмотрел мне в глаза, на его лице читалась уверенность.

Ну, слава Богу!

— Хорошо. А теперь я прошу тебя потерпеть ещё немного, скоро всё это закончится. Я сейчас уйду за помощью, но быстро вернусь. Обещаю!

Диего стоял у самой двери, подпирая её всем своим немаленьким весом. Впрочем, выпустили меня без всяких вопросов, и тут же стало ясно, зачем такие меры предосторожности: в коридоре толпились девчонки с тряпками, вениками и ведрами, ожидая моих распоряжений.

— Тамия, девочки, к сожалению, мне нужно отлучиться, чтобы помочь больному мальчику. Вы, наверное, все уже видели, что с ним… — после синхронного кивка я разозлилась. Они все знали, спокойно завтракали, разбрелись по своим делам и молчали! Впрочем, чего уж на детей злиться, если даже мои подчинённые держали язык за зубами. Ну погодите, разберусь со здоровьем Димки и до вас доберусь! — Вы все оценили новую уборную, её красоту и чистоту? Отлично. В таком случае вашим заданием будет привести в порядок мужскую. Отмыть все поверхности, включая зеркала, собрать волосы, которые наверняка то и дело забивают сливные отверстия, отдраить унитаз и ванную. Вымыть полы. Обещаю, что такое задание в первый и последний раз!

— Всё сделаем, леди Риштар, — отозвались девочки, удивляя меня покорностью. Я думала, придётся их уговаривать. — Вы только Шону помогите.

— Тамия, ты за старшую, спрос тоже будет с тебя. Договорились? Ну всё, я убежала. Диего, вы со мной.

Впрочем, далеко идти не пришлось. Я пригласила мужчину в свой кабинет и уже за закрытой дверью начала выяснять подробности. Что произошло с мальчиком? Кто его так избил? А главное, как лечить?

Мужчина отвечал спокойно, без утайки, никак не комментируя разговор, свидетелем которого стал в комнате.

Избили деревенские дети за то, что он пришел к ним в школу на занятие, а розгами — как я и думала — отхлестал сельчанин, отец одного из драчунов. Воспитатели ничего не знали о произошедшем и спохватились только тогда, когда тихий и спокойный ребенок не появился на ужине. Организовали поиски и нашли его привязанным к позорному столбу.

Лечили парня как могли, денег-то нет ни на лекарства, ни на врача. А те лупят втридорога, если больной отказник. В общем, свою неприязнь к детям-сиротам в этом мире показывают всеми возможными способами, в этом я уже убедилась. Травяные заживляющие и придающие сил настои варила Марьяна, Лиена договорилась с местной знахаркой, и та поделилась мазями. Инцидент произошел неделю назад, и всё это время за мальчиком ухаживали. Кормили, поили, меняли повязки на ранах, Диего помогал справлять нужду в специальный горшок, чтобы не смущать парня женским вниманием. Но прогнозы… неутешительные. Как подозревал Диего, у мальчика повреждены внутренние органы, и долго он без хорошей квалифицированной помощи не протянет.

— Самый действенный способ — это нанять мага. Но, во-первых, это очень дорого, даже если бы у нас имелись средства, во-вторых, сам маг в такую глухомань не поедет, а значит, придётся мальчика везти в более-менее крупный близлежащий город. Поездку он точно не выдержит.

Магия.

Я же магиня, так? И моя предшественница была магиней, судя по паспорту, а значит, где-то в памяти у меня должны сохраниться хоть какие-то знания в этой области. Вот только в голове было глухо, как в танке. Идти к мальчику и воздействовать на него непонятной силой без каких-либо элементарных знаний — полнейшая глупость. Убью его быстрее, чем разберусь, как вылечить.

Так, Лиза, не думай об этом. Всё будет хорошо! Ищи другой выход.

— В деревне есть хоть кто-нибудь, кто может помочь?

— Нет, — мужчина развел руками. — Разве что…

— Ну? — Меня очень раздражала медлительность Диего, но я держалась и не показывала этого.

— Пару лет назад у нас осел столичный маг. Да вот только не практикует, запойный он. Я уж месяца два его трезвым не видел, но говорят, что котелок у него ещё варит.

— Где он живёт?

— Вы что, собрались к нему?

— Не я, а мы. Или думаешь, я это пьяное тело потащу на себе? Будешь помогать. Или ты только горшок менять ребенку в состоянии и смотреть, как он умирает, ища своему бездействию оправдания?

Высказалась я очень грубо, сама от себя такого поведения не ожидала. Обычно меня очень тяжело довести до такого состояния, но не в этот раз.

За своего ребенка я глотку перегрызу.

Мужчина промолчал, хотя я буквально кожей почувствовала, как он ощерился, подобно дикому зверю. Машинально поставила ему в уме плюсик за сдержанность, как когда-то делала на работе: оценивала своих сотрудников, испытывая их различными способами, особенно перед повышением, проверяя, справится ли человек с возросшей нагрузкой и ответственностью и как он себя поведет, когда предстанет в новом амплуа.

Медлить нельзя.

Так как каждая минута была на счету, мы сразу отправились в деревню на поиски столичного мага-алкаша. Переодеваться не стала, вышла из дома в чем была.

Деревня не самая большая — добрались до места мы через каких-то двадцать минут, и то только потому, что нужный двор был на другом конце поселения, на самом отшибе.

Что дом, что его хозяин, прикорнувший прямо на скамейке во дворе, были отвратительны. Строение обветшало. Казалось, что оно вот-вот рухнет, погребя под руинами жильцов. Мужик… просто пьяный оборванец, по-другому и не скажешь.

И это маг? Да ещё и столичный?

Не знающих меры в употреблении алкогольных напитков я не уважала. Даже не так. Я сознательно ограждала себя от таких личностей. Смерть друзей по вине паленой водки быстро ставит мозги на место. Да и вообще, алкоголь застит разум и превращает нормальных людей в каких-то монстров. Вспомнить хотя бы того же Алексея — яркий пример.

Мои разум и сердце скрестили шпаги. Разум кричал, что это лучший вариант из худших, а сердце кровью обливалось от того, что жизнь моего ребёнка зависит вот от этого… даже слов не подобрать! Молодой, а уже прячется от проблем в алкогольном дурмане. Что бы он тут тогда делал? Столичный маг да на окраине страны. 

Толчки в плечо не дали результата, мужик только всхрапнул. Тогда я влепила ему оплеуху. Он лишь приоткрыл глаза, пробормотал что-то заплетающимся языком про разъяренных ведьм и вновь отключился. Моё терпение, которое и без того было на пределе, лопнуло. Да едрить твою налево!

Осмотрелась вокруг, заприметила покосившийся колодец.

Ну, сейчас я ему устрою бодрящий душ!

Я, конечно, от корней волос и до кончиков ногтей городская фифа, с этим мало кто поспорит, но и деревенским колодцем меня не напугаешь. Домик, который я прикупила себе пару лет назад для души, был в такой глуши, что отсутствовало даже электричество. Зато природа такая, что закачаешься! И воздух чистый-чистый. В общем, подключить насос к скважине не вышло и было решено соорудить обычный колодец с цепью для ведра и всеми необходимыми прибамбасами. Ничего, приспособилась.

Так что я вполне целенаправленно зашагала к знакомому сооружению. Пока крутила ручку, вытягивая из глубин колодца ведро с водой, стараясь при этом не намочить платье, Диего пытался растормошить мужика, но безуспешно.

— Отойди, — предупредила я своего спутника, чтобы тот не попал под раздачу плюшек. И уже в следующую секунду окатила пригревшегося на солнышке пьяницу ледяной водой, выливая на него всё, до последней капли.

Мужик соскочил с лавки как ошпаренный. Сразу бы так! Всё-таки какая прелесть этот контрастный душ! Надо взять на вооружение.

У Диего, стоявшего чуть в стороне, глаза превратились в блюдца.  То ли от моего метода приведения мага в чувства, то ли от того, как пьяный мужик крыл меня местным трехэтажным матом, из которого я понимала далеко не всё. Собственно, мне было по барабану, вот честно.

Ну, материт и материт, удивил, что ли? Я бы за такое вообще прибила, а у него разве что словесный понос…

Результат достигнут, и это самое главное, а уж побочные эффекты моих действий не волновали совершенно. По крайней мере, сейчас. Сейчас все мысли были только о Диме. Какие у него повреждения? А если, пока я тут, ему станет хуже? А то и вовсе…

В памяти мелькнул образ дрожащих рук, перепачканных кровью.

Так, стоп, Лизка, отставить панику!

— У меня. Умирает. Ребенок! — громко, чуть ли не по слогам произнесла я, объяснив, зачем, собственно, потревожила мужика и выдернула его из сладкого дурмана. 

Не удивлюсь, если эта фраза у меня сейчас в глазах бегущей красной строкой отображалась.

— Помоги, — добавила уже более спокойно, когда убедилась, что меня слушают. —  Я заплачу.

Кое-какие деньги у меня имелись, причем кошель был весьма увесистым. Другое дело, что я понятия не имела, сколько маги берут за свои услуги и хватит ли наличности, чтобы с ним расплатиться. Кто бы мне ещё помог в денежной системе разобраться! Но прямо сейчас магу это знать не обязательно, пусть сперва поставит Димку на ноги, а дальше уж я решу, что делать, если монет не хватит. 

Уверенность наше все!

И я приготовилась к настоящему противостоянию. Если понадобится, я этого мага с легкостью и без зазрения совести огрею по затылку черенком от лопаты, что валяется у меня под ногами, и на собственном хребте уволоку в детский дом. Запру в комнате с Димкой, авось прочувствует и не сможет пройти мимо чужой беды.

В общем, не подозревающий о моих коварных планах успокоившийся мужик без всякого спора и лишних вопросов поинтересовался:

— Где ребёнок?

— В доме отказников. — И, глядя на его нахмурившуюся физиономию, добавила веский аргумент: — Я заплачу, сколько ты скажешь.

Мужик на это лишь фыркнул и что-то зашептал себе под нос.

Кажется, он то и дело начинал свою речь заново — заплетающийся язык был против сложных речевых конструкций. Я ничего не поняла — во-первых, маг был очень пьян, и произношение из-за этого стало невнятным, а во-вторых, не уверена, что он вообще говорил на знакомом мне языке. Но вскоре смысл этого… заговора?.. стал очевиден. Как ни в чем не бывало мужчина соскочил с лавки, на которой сидел всё это время, так как разъезжающиеся ноги его элементарно не держали, и бодренькой походкой скрылся в темноте своего дома.

Вернулся через пять минут в чистой одежде, с уложенными светлыми волосами и абсолютно трезвым взглядом. Последнее радовало особенно, подпускать пьяного неадекватного мага к ребенку было ещё более пугающей затеей, чем лечить его самостоятельно. А ждать, пока этот индивид протрезвеет… в общем, мой ребёнок может и не дожить до такого знаменательного события.

— Ну, чего встали? Мы торопимся или как?

Обернувшись, поняла, что крик мага не остался неуслышанным. Компания местных женщин смотрела в нашу сторону.  На их лицах был шок. Взгляды переводились с меня на мага и обратно. Впрочем, под ноги не лезли, с вопросами не приставали, и мы без приключений прошли мимо сельчан.

Добрались так же быстро. На первом этаже интермедия повторилась, такие же вытянутые лица: в зал выскочили все девочки, воспитательницы и даже дедушка Ульх. Последний на гостя поглядывал как-то по-особенному хитро, то и дело подкручивая свои усы. Я хотела уже гаркнуть, чтобы подобрали челюсти и вернулись к своим делам, но погасила злость: возможно, для них маг в доме отказников — действительно небывалое событие. Мне не жалко, а маг, думаю, стерпит.

Его ведь не волнует, что о нём думают местные жители, если он два года из запоя не выходит. А тут всего лишь детский восторг.

Справится.

Из комнаты Димки меня выставили, сообщив, что буду мешать процессу, но я успела шепнуть ребёнку пару успокаивающих фраз. Радовало лишь то, что Диего остался вместе с магом.

Я металась из одного конца коридора в другой, то и дело припадая ухом к двери, но там была абсолютная тишина. И я начинала забег снова, взвинчивая себя ещё сильнее. Немного позднее на этаже появилась Лиена, но от вопросов воздержалась. Спустя час, который для меня растянулся на долгие-долгие дни, мужчины вышли из комнаты, тихо притворив за собой дверь. Если Диего был весьма бодр и даже весел, то маг, опираясь спиной на стену, съехал по ней вниз и уселся прямо на пол, опуская голову на согнутые колени.

Я смотрела на него с недоумением.

И вот это магия? Он там мотыгой махал или магичил, в конце-то концов? Как-то волшебное исцеление я себе представляла несколько иначе.

— Лиена, организуй нашему гостю чай, — отдала распоряжение, и молчавшая до этого момента женщина испарилась из поля зрения.

— Я могу пройти к ребёнку?

— Да. Организму нужно окрепнуть. Пара дней в кровати и специальная диета — и будет как новенький. Рецепты передам вашей поварихе.

Я лишь кивнула и направилась к двери, забыв в этот момент обо всём на свете. Мне бы убедиться, что Дима и правда идёт на поправку. И опасность миновала.

— Что, даже «спасибо» не скажешь, ведьма? — ироничный, даже слегка насмешливый голос, прозвучавший у меня за спиной, заставил замереть на месте и лишил меня всякого благодушия по отношению к магу.

— Я лишь хочу убедиться, что ты выполнил свою работу как следует и не сделал хуже. Уж не думаешь ли ты, что я поверю на слово алкашу? — голос опять сочился ядом. И мне это не нравилось.

Когда уже этот безумный день закончится?

С трудом заставив себя замолчать, я скрылась в комнате. Вот и поговорили.

Димка сладко спал. В ногах у него поверх одеяла лежала кошка с котятами. К моей радости, на теле мальчика не осталось вообще никаких следов от ран. Ни единого шрама, даже синяков и тех не было.

Так вот какая ты… магия.

Для меня это было настоящим волшебством.

Что бы ни говорила про то, что перечитала в своём мире огромное количество книг о магии… поверить в это всё же было сложно. Это ведь книги для детей! И даже сейчас, когда я общалась с ангелами и переселилась в другой мир, получила новую внешность, имя и магический дар (последнее надо бы ещё проверить!), вот такое исцеление продолжало казаться чудом.

Прислушиваясь к ровному дыханию Димы, я чувствовала, как напряжение, что сковывало тело, проходит. Даже дышать стало легче. И уже неважно, что за дверьми стоит язвительный маг. Я с ним расплачусь по совести и отправлю домой с добрым словом. Этот мужчина исцелил моего ребёнка. Никто и никогда не делал для меня ничего более важного за все мои тридцать шесть лет.

Посидев на краю кровати ещё немного, впитывая в себя новую Димину внешность и запоминая каждую его черточку, я вышла к мужчинам.

Пора раздавать долги.

Как ни странно, никаких язвительных комментариев не последовало. Маг всё так же сидел на полу, но на это раз уже с чашкой чая в руке, да и выглядел он гораздо бодрее, чем в первые минуты после исцеления Димы.

И, кажется, не обратил на меня никакого внимания.

Диего был неподалёку. Поманив его пальцем за собой, я прошла в личный кабинет. Нашла в ящике стола кошель с монетами, развязала тесемки и высыпала содержимое на столешницу. Кругляши были преимущественно золотые, но встречались среди них и серебряные, а парочка была изготовлена из незнакомого мне белого металла.

— Этого хватит, чтобы расплатиться с магом? — поинтересовалась я у Диего.

Ох, какой мужчина впечатлительный у Лиены, ей-богу! То глаза сделал размером с блюдца, когда я мага будила, то челюсть до полу уронил, когда на стол посмотрел. А я ведь даже не всё высыпала, большая часть так и оставалась в кожаном мешочке.

Взяв себя в руки, мужчина с каким-то трепетом отделил от общей массы пять золотых монет.

— Вот этого хватит.

— Спасибо, можешь идти. — Мужчина кивнул и поспешил прочь, когда я его окликнула у самой двери. — Диего, надеюсь, ты осознаешь, что не всё то, чему ты стал свидетелем, требует огласки?

— Дураком я никогда не был, леди Риштар.

С этими словами мужчина всё-таки ушёл. Вроде даже не обиделся на мои слова. Ладно, в случае чего с этим можно будет разобраться чуть позднее.

Быстренько собрав все монеты и вернув мешочек в ящик, я отправилась расплачиваться с магом. К пяти золотым монетам были добавлены ещё две, и я надеялась, что этого действительно окажется достаточно. Да и моё хамское поведение требовало надбавки. Я была, конечно, не в себе, но это ведь не оправдание.

Оправдания я не любила в принципе.

 Маг нашёлся на первом этаже, болтающим с Лиеной. Надо полагать, инструктировал её на предмет специального питания для Димки. Я не стала мешать разговору, дождалась, пока мужчина освободится, и только тогда подошла.

— Спасибо за то, что не отвернулись и спасли ребенка. — Насильно вложив в его ладонь монеты, я продолжила: — Надеюсь, этого хватит.

Мужчина молча взирал на меня с высоты своего немаленького роста и о чем-то думал. Но не успела я почувствовать себя неуютно, как все прекратилось.

— Хватит, леди Риштар, — сообщил маг, даже не взглянув на монеты, и, развернувшись, покинул детский дом.

Стоило мужчине исчезнуть из поля зрения, как из меня словно стержень вытянули, и я практически рухнула на диван, желая хоть чуть-чуть отдохнуть. 

Проснулась я от ощущения пристального взгляда, обладатель которого вознамерился прожечь во мне дырку. Рядом со мной на диване сидел мальчик лет четырех и с любопытством разглядывал незнакомую ему тётю. Я занялась тем же. Ребёнок был рыжим, с множеством веснушек на лице и шикарными длиннющими ресницами. Ну вот как можно отказаться от такого милахи?

Поймав взгляд мальчика, я тут же начала ему всячески подмигивать и корчить рожицы, так что он заливисто рассмеялся. На его смех обернулись ребята постарше.

— Тш-ш-ш… Алик, не шуми! Видишь, леди Риштар спит? — зашептала Малика — девчушка, с которой я познакомилась утром.

— Я уже проснулась, Малика, не переживай, — потянувшись и пригладив волосы, поднялась с дивана. Да уж, вот это отдохнула — проспала большую часть дня. Кстати, пора бы уже разобраться с местным временем, длительностью суток и летоисчислением. А то живу, опираясь лишь на то, что мне тело подскажет. — Ужин уже прошел?

— Заканчивается. Мы сегодня рыбу жарили! Сами! Представляете? — с детской непосредственностью поделилась своими успехами Малика.

— Да ты что? — подыграла я. — Ну, раз сами жарили, значит, нужно идти на ужин, пока там всю рыбу без меня не съели, и оценить ваши кулинарные таланты, — я подмигнула вмиг засмущавшейся девочке.

Похлопав себя по щекам, чтобы окончательно прогнать сон, я отправилась на поиски еды. Есть хотелось жутко. Сегодня, кроме завтрака, в моём желудке ничего не было, зато нервных клеток я потратила на пару лет вперёд.

В столовой все с удовольствием уплетали кашу с рыбой, о чем-то болтали и то и дело смеялись. Но, едва меня завидев, тут же притихли. Я вздохнула. По-видимому, ещё не скоро ребятишки привыкнут к переменам. И тут же одернула себя, так как поймала несколько несмелых детских улыбок, адресованных мне. Мне! Вот это да! Это что, появление мага на них так повлияло?

— Леди Эмилия, я сейчас принесу ваш ужин.

— Не торопись, Лиена, я подожду.

Ждать практически не пришлось. Двух минут не прошло, как мой стол был сервирован расторопной женщиной. Пожелав всем приятного аппетита, я приступила к ужину.

— Рыбу наловили наши мальчишки? — поинтересовалась между делом у Лиены, словно не заметив команды рыбаков. Я буквально ощущала, как детские ушки-локаторы развернулись в мою сторону, прислушиваясь к разговору. Впрочем, мне это только на руку.

— Да, сегодняшний улов. Ещё немного рыбы осталось, убрали в холодильную яму.

— Молодцы. Рыба очень вкусная, — и в подтверждение своих слов я вытащила из очередного куска все кости и отправила нежное филе в рот, издавая при этом что-то вроде «м-м-м… вкуснотища».

Мальчишки сияли, словно начищенные самовары, а я, похвалив таким незатейливым способом наших рыбаков, переключилась на команду поварят.

— И прожарена просто замечательно! Как же, Лиена, вы справились с таким количеством рыбы? Неужели весь день из кухни не отлучались?! — сказала я как бы в укор женщине, но она поймала моё настроение и включилась в спектакль, с видимым усилием сдерживая улыбку.

— Да что вы, леди Риштар! Мне помогали ребята! Кто рыбу чистил, кто мариновал, а девочки и вовсе жарили сразу на трех сковородах. И кашу сами варили, правда, под моим присмотром. Да и с ягодным компотом помогли! Так что я совсем не устала!

— Ох, сколько у вас сегодня помощников. Лиена, а вы мне подготовьте список тех, кто участвовал. Я обязательно отмечу их успехи. Ягод много насобирали?

— Много! Завтра будем с девочками перебирать и варить варенье.

Таким образом, нахвалив ребят из всех команд, кроме уборщиц, я закончила ужин уже без всяких концертов. Команде Тамии я поручила довольно-таки неприятное задание, а именно уборку в мужском туалете. Посмотрим, как девочки с этим справились.

Но это всё потом, потому что я сама не заметила, как ноги принесли меня к комнате, где спал Дима. Вернее, уже Шон… непривычное имя, но интересное.

В комнате было темно — так хорошо зашторено окно, но различить очертания предметов я еще могла. Тихонько прокравшись к кровати, осторожно присела на самый её край, чтобы не потревожить спокойный сон ребенка. Прикасаться к нему до сих пор было страшно, казалось, что я причиню боль, хотя ран на теле не осталось.

Словно никогда и не было.

Я смотрела на него и понимала, что отныне все трудности Димы и мои проблемы тоже, я буду оберегать его от всех невзгод и стараться изменить его судьбу к лучшему. Если позволит, стану для него самой замечательной мамой. Или самым лучшим другом на всю жизнь. Но всё же в глубине души я надеялась на первое. Только вот обстоятельства опять не в нашу пользу.

Горько вздохнула от мысли, что дела не ждут.

Уходить совершенно не хотелось. Это утреннее происшествие перевернуло весь день вверх тормашками. Планы так и остались планами, а проблемы, которые сами себя не решат, увеличивались со скоростью кроличьего поголовья весной.

Тамия и её команда в полном составе сидели на диване в общем зале.

— Ну что, ты готова к проверке? — спросила я девушку.

— Конечно, леди Риштар.

Она рысью рванула вверх по лестнице.

Ну что ж, девочки не халтурили. Отмыли чуть ли не до блеска, поэтому, похвалив Тамию и её команду за хорошо проделанную работу, я их отпустила. А сама осталась.

Странного вида корыто со сливом заменяло ванную. Унитаз и раковины были просто неописуемы, в самом худшем смысле этого слова. Обшарпанные стены, с которых отваливалась штукатурка, и ледяной каменный пол. После уборки тут, конечно, стало гораздо лучше, но и только.

Требовался хороший ремонт и новая сантехника.

А это деньги, снова деньги.

Остаток вечера я провела, закопавшись в документы. И сделала для себя важное открытие: у меня проснулось чутьё! Всё началось с того, что я уткнулась носом в какую-то бумажку в надежде разобрать хоть что-нибудь. И вдруг осознала, что да, буквы, слова и предложения складываются во что-то понятное. Я никогда не была отличницей по русскому языку, при написании диктантов расставляла в тексте знаки препинания не по правилам, которые мы изучали, а прислушиваясь к интуиции, именно это я называла внутренним чутьем. И редко ошибалась. В общем, сама не заметила, как стала зачитывать какой-то бредовый свод правил для отказников вслух, а потом и вовсе обнаружила ошибку в тексте — знала, что слово пишется совсем не так.

Чем больше документов я изучала, чем легче становилось продираться сквозь местный язык. С письмом оказалось почти так же. Найдя в ящике стола несколько чистых листов и карандаш, я стала просто переписывать то, что вижу. Первое время было тяжеловато, но потом я медленно, но верно выписывала на бумаге то, что сама же себе зачитывала вслух. Рука будто сама знала, как правильно вывести букву, но получалось все равно коряво. В общем, тут однозначно нужна была хорошая практика!

Ещё бы время на неё найти… 

Информация о детях была скудной, можно даже сказать, её не имелось вовсе, и это, пожалуй, неудивительно. Со здешним отношением к сиротам кто станет заниматься подобной рутиной? Так что придется создавать базу самой.

Ещё некоторое время ушло на то, чтобы составить графики дежурств. Очередь на водные процедуры как для мальчиков, так и для девочек. Составить план чистки туалетов. А раз в месяц нужно устраивать полномасштабную генеральную уборку — дело найдется каждому. Научатся не только профессионально избавляться от грязи, но и ценить порядок в доме, в котором живут.

Дольше всего, вернее, до глубокой ночи я просидела за чертежом рейтинговой таблицы: нужно было на один лист впихнуть невпихуемое. Самым трудным было вместить имена всех детей. Именно имена, без фамилий или каких-либо других приставок. Ещё один способ общества показать отказникам, что они никто в этом мире.

Гадство гадское, в общем.

Итак, таблица. Решила, что один столбик — это день, а строка — отдельный воспитанник. Сами клетки нужно сделать пошире, чтобы места хватило для нескольких звездочек отличия. С цветовым кодом! Сейчас вариантов было немного: «Повар от Бога», «Лучший рыбак», «Знаток леса» и «Настоящий чистюля». Ещё можно будет получить золотую звезду от меня за хорошее дело или пользу для общества. Потом составлю аналогичную табличку для системы образования — этим я была намерена заняться всерьёз и надолго. Детям для стимуляции такие знаки отличия лишними не будут, особенно, если за примерное поведение можно что-то получить.

Но это всё впереди. А сейчас спать!

Только бы ещё встать со стула получилось — всё тело затекло. Что поделать, я обожаю сидеть, поджав под себя одну ногу, а вторую согнув в колене. И сворачиваюсь чуть ли не калачом, отчего потом болят все мышцы, а в частности, спина и шея. 

Мне бы массаж сейчас. Интересно, в этом мире есть SPA?

Проснулась я рано даже для обитателей этого дома. За окном едва-едва начинало светлеть, а у меня уже сна ни в одном глазу. Ну и ладно, даже к лучшему. Хоть на сегодня запланировано и не так много дел, но все они очень важные, поэтому, надеюсь, судьба не станет подкидывать мне в очередной раз каких-то потрясений. Хватит и вчерашних, а от позавчерашних я, кажется, до сих пор не отошла.

С горем пополам разобрала текст на бутылочках, что обнаружились в одном из чемоданов Эмилии. Нашла шампунь и, прихватив кусочек мыла с полотенцем, проскользнула в уборную.

В общем, день начался замечательно.

Выполнив утренний ритуал, я первым делом хотела вывесить графики дежурств и водных процедур, но наткнулась на очередную проблему.

На что крепить? Об этом я как-то не подумала.

Решив переложить эту мелкую заботу на чужие плечи и спускаясь вниз по лестнице, я обнаружила, что входная дверь распахнута настежь. А на ступеньках крылечка ко мне спиной сидит старик-охранник с чашкой чая в руках.

— Доброе утро, дедушка Ульх.

— О, как ты меня кличешь, значицца, — добродушно отозвался он, сидя ко мне вполоборота. Кажется, ему понравилось моё обращение. — Рановато ты проснулась, леди управляющая. Неужели кровать не такая мягкая, как в столице?

Ай-ай-ай, дедушка! Подначиваешь меня, значит? И как не стыдно?

— Да нет, не в этом дело. Совесть спать не позволяет, нужно здешние дела привести в порядок. А то бардак полнейший.

— И какие это ты дела делать собралась?

— Ну, для начала было бы неплохо вот с этим разобраться, — и я со вздохом показала бумажные листы с таблицами, а сама присела рядом с собеседником. — Полночи вчера их составляла, а как прикрепить на двери уборных не знаю.

— Что это?

— Очередность для водных процедур и график дежурств по уборке. Для девочек и для мальчиков.

— Хорошее дело. Может, хоть голосить по утрам перестанут, а то дом на ушах ведь стоит. Давай-ка сюды свои бумажульки, сам всё сделаю. А ты говори, что задумала, может, совет какой дам. Ты ж нездешняя.

— Да вот хочу наведаться в Дом управления и поднять вопрос финансирования. Может, удастся стребовать с них хоть какую-то копеечку, а то ведь совсем приют без средств оставили!

— Ну, если требовать будешь, как вчера у мага, то выплатят всё до последнего гроша, — посмеиваясь, прокомментировал дед мои подвиги.

— Уже донесли, да? — я, конечно, не думала, что сплетни так быстро расползутся, но и особо рефлексировать по этому поводу не собиралась. — И кто же такой шустрый?

— Дак уж каждая собака на деревне в курсе, как ты мага ведром по голове ухайдокала и насильно затащила в дом отказников, заставив ребенка лечить бесплатно. 

— Чего? — загружала я информацию долго, так как в первые секунды даже не поверила тому, что говорит дедушка Ульх. — Это что же, по окрестностям такие дикие сплетни про меня пускают?

— А ты думала! — усмехнулся старик. — Это ж тебе не столица, где люди за всю жизнь могут ни разу не встретиться. Тут такое событие ещё не скоро забудут.

— Да не было такого! Я его всего-то облила водой, чтобы в чувство пришёл. И заплатила я ему хорошо, пусть не брешут!

— Всего-то облила водой… — ехидно передразнил меня дед. А потом уже серьёзно продолжил: — А если бы он тебя со злости своей родовой магией шандарахнул? И остались бы от леди управляющей одни тлеющие угольки.

— Некогда было думать, что да как, надо было действовать! — горячо возразила я скорее из вредности. Дед прав, ох прав!

— Это, конечно, похвально, что о ребенке незнакомом переживала — значит, девка ты добрая. А здесь только такие и могут работать. Дети, опять же, оценили твой поступок. Но в другой раз нарвешься так, что не расхлебаешь. Сердце у тебя горячее, значит, думай головой. Или советуйся, прежде чем что-то делать. Деловая, ишь, нашлась! 

— Спасибо, дедушка Ульх, за науку, я ведь и правда вчера ни о чем не думала. И раз уж так, может, посоветуете, к кому насчет положенных денег постучаться?

— Посоветую, отчего ж не советовать. Кроме как с Торном, говорить больше не с кем. Вся городская власть у него, так что и решать ему. А найдёшь ты нашего главу в городском управлении, если успеешь туда попасть до обеда, а так ищи-свищи его потом по всему городу. Когда ехать-то собралась?

— А чего тянуть? Хоть сейчас готова. Только вот как туда добраться?

— Ну, коли быстрой езды не боишься, так и я могу доставить с ветерком.

Ну, вот уж точно не на ту напал. Высокой скоростью напугать меня, которая по трассе на своём железном коне выжимала сто семьдесят?

— Да ну бросьте. Быстрая езда для меня дело, можно сказать, привычное.

Дедушка Ульх, кажется, заметил мечтательное выражение моего лица и лишь хмыкнул, в очередной раз подкручивая свои шикарные усы.

— Ну, прямо-таки привычное, — насмешливо протянул он, решив, что я на себя пуху накидываю (вот ведь нахваталась у детей выражений!) — Быстрее, чем летун, тебя точно возить никто не мог. — Кажется, дед ждал от меня какой-то реакции и расстроился, когда её не последовало. — В общем, будь готова через час, а мне пока нужно свою птичку проверить.

Шестое чувство говорило, что дедуля мне сейчас такой сюрприз преподнесет, что только держись — уж больно у него вид был решительный. Может, стоит отказаться от завтрака? Не хотелось бы оконфузиться, если скоростная езда решит вытащить мой внутренний мир наружу и показать окружающим. Но хотя бы чаем смочить горло не помешает, задерживаться в городе я не планировала, а значит, вернуться к обеду могу и успеть.

Дом начал просыпаться, выпуская из комнат сонных и зевающих ребятишек. Мальчишки больше смахивали на лунатиков, ходящих во сне, а вот девочки, наоборот, были свежи и бодры. В чем причина, стало ясно, когда я отправилась на кухню за чаем и наткнулась на целый женский отряд во главе с Лиеной. У растерянной женщины, судя по всему, даже заданий не хватало, чтобы пристроить всех желающих к делу на кухне.

— Покажете, где у вас тут чайник?

Я ещё не договорила, а к столу уже бросились сразу три девочки. Впрочем, две из них уступили возможность похозяйничать той, что помладше. Я, затаив дыхание, наблюдала, как девчушка неумело орудует с большущим горячим чайником, боясь, что она может ошпариться. Но, слава Богу, обошлось. Похвалив моего юного официанта, прихватив кружку с горячим напитком и плошку с вареньем, я отправилась в столовую, стараясь особо не отсвечивать. Мешать Лиене проводить урок по кулинарному мастерству явно не стоило.

К варенью я была равнодушна, зато никогда не могла найти в себе сил отказаться от выпечки. Ладно, хоть на фигуре это не сказывалось из-за бешеного ритма жизни. Дети, наверное, в последние месяцы не ели ничего сладкого и вкусного. На завтрак каша с небольшой добавкой из лесных ягод, на обед похлебка с кашей, вечером опять эта же каша, уже с рыбой или грибами.

У нас тоже когда-то в семье было туго с финансами, и главным блюдом стала гречка. К восьми годам я просто наотрез отказалась от этой крупы, и до сих пор, уже спустя столько лет, меня даже от одного запаха воротит. Прям фу-фу-фу! И эти дети скоро могут прочувствовать то же самое, только вот у меня был выбор, а у них его нет. Либо каша, либо голодовка. А голод не тетка, съешь и не такое. В общем, надо решать вопрос с продуктами. И меню составить так, чтобы не разориться! Придется искать золотую середину и вносить новации, чтобы было не только дешево, но и вкусно. 

Из размышлений заставил вынырнуть странный звук. Когда он повторился, до меня дошло, что это сигнал дедушки. Так что я быстро заскочила в свою комнату, собрала сумку и вышла во двор.

У крыльца стояла запряженная двумя лошадьми карета черного цвета с интересным гербом в виде летящей птицы. Со стенок ее стекали капли воды — мыл её дед, что ли? Видимо, так и было. Сам же старик выглядел очень представительно… если говорить о кучерах или возницах. Черная шелковая рубаха, идеально выглаженная, и черные шаровары, штанины которых прятались в высоких, почти до колена, сапогах, кожа которых была начищена до блеска. На рубахе вышита красивая птица, такая же, как на карете. А на прилизанных седых волосах фуражка, отдаленно напоминающая шапку-конфедератку с золотой кисточкой.

При этом его усы были идеально подкручены! И стоял дедушка с прямой спиной, неведомо куда спрятав трость, с которой не расставался два дня. Вот уж преображение, ничего не скажешь!

— Ух, дедушка Ульх, вот это вы меня поразили!

— А то! И сейчас я не дедушка Ульх, а летун! А это, — он с гордостью открыл передо мной дверцу кареты и вытащил из какой-то ниши раскладывающиеся ступеньки, — «Черный вихрь»! Добро пожаловать на борт, леди Риштар!

Показывая всем своим видом, что мне оказали великую честь, я забралась внутрь кареты. В отличие от той, на которой я приехала сюда, тут были мягкие сиденья, но на этом, пожалуй, и все. Расположилась я в самом деле удобно, но, как позднее стало ясно, весь этот комфорт до поры до времени.

Окрестности деревни мы покинули чин по чину, размеренно и спокойно, я даже успела насладиться видом из окна. Природа… она была волшебной. Яркое солнце, зеленый лес и даже речка, которую мы проезжали, давали какое-то неописуемое чувство блаженства. Может, с ребятами выбраться по ягоды?

Но любоваться пейзажем мне удалось только до того момента, когда мы пересекли границу деревни «Яблоневая». И тут, без какого-либо предупреждения, мы начали набирать скорость. И ладно бы плавно, нет, рванули так, что меня вдавило в спинку сиденья! Пока я соображала, что же происходит и кто за нами гонится, скорость все увеличивалась и увеличивалась, и вскоре я уже схватилась за специальные ручки, чтобы не свалиться на очередной кочке или ямке.

Я люблю высокую скорость! Я к ней привычна, но, ёшки-матрешки, мой автомобиль очень комфортный! А тут, что ни ямка — я на своём сиденье подпрыгиваю, что ни кочка — снова. И так каждый раз, кажется, я вот-вот свалюсь куда-нибудь в проход! Ещё и сумку держать приходится!

Ну дедушка, ну удружил! Хорошо, что решила не есть с утра, а то вот ему сюрприз был бы!

Не могу оценить, сколько времени мы ехали, но, когда я с зеленоватым цветом лица выбралась из кареты, дед лишь в очередной раз подкрутил свой и без того идеально приглаженный ус и похвалился:

— Ну, я ж говорил, что никто быстрее летуна тебя возить не мог! Уж я-то своё дело знаю! А то ишь, привычная она…

Если честно, меня слегка подташнивало, но, к счастью, организм перестал бунтовать достаточно быстро — всё же парки аттракционов держат нервную систему в тонусе.

— Я дождусь тебя вон там, леди Риштар, — дедушка махнул рукой, указывая направление. Там, по другую сторону широкой площади, судя по количеству местного транспорта и его владельцев, было что-то вроде парковки. — А тебе нужно подняться на второй этаж и найти приёмную господина Торналиона де Лорвэна.

— Спасибо, дедушка Ульх. Я постараюсь сильно не задерживаться и решить вопрос как можно быстрее.

— Такие дела спешки не любят, — не удержался от комментария мой спутник. — А я дождусь тебя, глядишь, знакомых своих старых встречу, поговорить, опять же, захочется, а на это время нужно. Так что решай свои дела спокойно и не торопись. И думай холодной головой, а не горячим сердцем, поняла?

Дедушка Ульх тут же забрался на облучок, стоило мне кивнуть в знак согласия, и дал команду лошадям двигаться прочь от здания. 

А мне предстояло идти к местному мэру на поклон.

В прошлой жизни такие вопросы решать мне не приходилось, да и с птицами столь высокого полета я никогда не общалась. Да, были бизнесмены и директора крупных компаний, но это не то. Одно дело обсуждать сотрудничество, другое — общаться с представителем власти. Так что, как себя вести и что делать, я тоже не представляла. Та ещё задачка, я вам скажу: сделай то, не знаю что, да ещё и — не знаю как. В общем, твои проблемы, сама и решай.

Дом управления представлял собой архитектурный комплекс из нескольких зданий разных цветов и оттенков. По всей высоте самого центрального, того, что больше походило на башню, прямо над крыльцом висели несколько часовых циферблатов. Огромных! Я не успела даже обдумать мысль, что наконец-то увидела местный аналог часов, как вновь сработала внутренняя чуйка, и в голове начали всплывать знания о времени и летоисчислении от Эмилии. И сложная конструкция из наложенных друг на друга циферблатов с многообразием различных стрелок приобрела смысл: сейчас девять тридцать утра, четвертый день недели, восьмой месяц года и тысяча сто двадцать седьмой год с момента великого магического разлома.

Я слегка зависла, пытаясь разобраться в поступившей информации, а также сопоставить её со знаниями из моего мира. Отличия были, и существенные. Если у нас год состоял из двенадцати месяцев, то в мире Араш их насчитывалось аж четырнадцать. В одном месяце ровно тридцать дней и десять дней в неделе, а вот длительность суток, к моему огромному сожалению, так и оставалась двадцатичетырехчасовой. Вечная нехватка времени преследует меня даже в другом мире!

— Извините, можно мне пройти? — мужской голос вывел из раздумий. — Или, возможно, леди нужна помощь?

Рядом стоял красивый молодой мужчина, ростом чуть выше меня, облаченный в серебряную мантию и держащий в правой руке чемоданчик. В голове вспыхнуло понимание, что это представитель власти — одежду цвета серебра в этом мире больше никто не носит.

Запрещено. 

— Прошу меня извинить, кажется, я слегка задумалась. Мне бы найти Торналиона де Лорвэна. Может быть, подскажете, в каком направлении двигаться?

— К сожалению, господин Лорвэн сейчас отсутствует. Срочные дела заставили его отправиться в длительную деловую поездку.

От этих известий я, честно говоря, расстроилась. Откладывать проблему на неопределенный срок не хотелось. Но и никто другой, если верить дедушке Ульху, в этом вопросе не компетентен. И как быть в таком случае?

— Но, может, я  смогу вам помочь? — Незнакомец словно прочитал мои мысли. – Извините, я не представился. Меня зовут Маркус де Шульц, я помощник господина Лорвэна.

— Очень рада знакомству… — я замялась, так как элементарно не знала, как обратиться к мужчине, что стоял передо мной.

— Можно просто Маркус. Мы далеко от столицы, поэтому у нас несколько проще с этикетом.

— Благодарю, господин Маркус. Меня зовут Эмилия фон Риштар, и у меня действительно имеются вопросы, которые я бы желала обсудить с вашим начальством. У меня нет уверенности, что решение такого рода проблем в вашей компетенции и власти, — как можно вежливее постаралась донести до мужчины свои опасения.

— Возможно, это и так, но мы можем обсудить вашу проблему, а после разговора я подскажу дальнейшие шаги для её решения. Вам могут потребоваться разные документы и справки, и было бы неплохо подготовить бумаги заранее, чтобы ни вы, ни мой начальник не тратили лишнего времени на формальности.

Аргумент был хорош. Теперь я взглянула на мужчину  несколько иначе, подмечая его уверенность в своих словах и спокойствие. Да и к тому же, наверное, будет проще общаться с Маркусом, перед которым опростоволоситься не так страшно, как с господином Торном. Прощупать почву тоже не помешает перед встречей с главной шишкой.

— Вы меня убедили, Маркус, — благодарно улыбнулась я. — Лишнего времени у меня действительно нет, поэтому разрешить все проблемы хотелось бы как можно быстрее.

— В таком случае пройдемте в приёмную. Там мы сможем спокойно поговорить, — мужчина с легкостью распахнул дверь и пропустил меня вперед.

Внутри здания было регистрационное бюро из темного дерева, где сидела взрослая женщина, которая тут же всё своё внимание переключила на меня.

— Добрый день. Вы по записи?

— Летта, это леди Эмилия фон Риштар. Леди со мной, — сообщил Маркус прямо на ходу, не останавливаясь ни на секунду.

Миновав несколько хорошо освещенных коридоров, мы поднялись на второй этаж, где мужчина распахнул неприметные двери, пропуская меня вперед. 

Приёмная не представляла собой ничего особенного. Просторное светлое помещение с десятком стульев для посетителей, парочкой рабочих мест и одним большим стеллажом, который был забит документами под завязку.

На стене висел портрет нынешнего короля, если я не ошибаюсь. Воспоминания стали всплывать всё чаще — стоило только мне обратить внимание на что-либо известное.

Один стол оказался девственно пуст, если не считать пары листов, а вот второй — буквально завален черти чем. Тут было и несколько стопочек с документами, и пергаменты, и пустые бланки с печатями, писчие принадлежности, баночка с чернилами, связка писем и ещё множество всего. Глаза буквально разбегались.

И настольная лампа. Ещё один любитель поработать в ночное время?

Обычное рабочее место. У меня бывало и похуже, иной раз столько срочных задач, что разгребать документы и наводить порядок на столе банально не хватало времени. Только вот у меня имелся отдельный кабинет, и никто, кроме меня, там не шастал, в важные бумажки не заглядывал. А тут.…

А, впрочем, может, здесь имеется какая-то особая защита, о которой посторонние, вроде меня, ни сном ни духом? В любом случае в чужой монастырь со своим уставом, тем более иномирным, не лезут.

Маркус, заметивший мой интерес, извинился за бардак, убрал со стола те стопки документов, за которыми его самого не было видно, и мы начали.

Получалось, если честно, так себе. Вернее, мужчина быстро сообразил, кто я такая и чего от него хочу, но вот почему нас должны повторно финансировать… короче, помощник господина Лорвэна впервые слышал о том, что сирот нагло обворовывали.

— Говорите, было расследование? — задумчиво переспросил Маркус, повернув голову в сторону окна и смотря в никуда.

— Было, вот только безрезультатное, судя по всему.

— А у нас так не бывает, леди Риштар, — мужчина вновь обратил на меня свой взор. И тот гнев, что плескался в его глазах… откровенно говоря, мне стало не по себе, хотя никакой вины за мной и не было. — Глава теневого ведомства очень не любит неразгаданных загадок, особенно тех, что напрямую касаются королевской казны. Так что либо вора бы поймали, либо расследования не было вообще. Я думаю, ваших сотрудников обдурили.

А ведь действительно. Финансирование детского дома идёт не из пожертвований добрых людей, которых в этом мире можно по пальцам пересчитать, а напрямую от короны.

— Кто, мэр? — Вот так просто сдаст своего начальника? Не верю!

— Кто такой мэр? — мужчина был сбит с толку странным словечком, а я про себя чертыхнулась.

— В смысле, господин Торналион.

— Что вы, конечно, нет, — помощник главы усмехнулся. Кажется, моё предположение он нашел смешным, ладно хоть не оскорбился за босса. Неудивительно, сморозить такую глупость могла лишь я. Это всё волнение. — Есть и другие претенденты, и их немало. Я думаю, вам стоит написать письмо в отдел теневиков с требованием разобраться в ситуации. В нашем городе есть пять пунктов приема заявлений, ближайшее в паре кварталов отсюда.

— Не посодействуете? Такими делами я ранее не занималась...

— Конечно. Скажите, у вас договор и приказ о назначении на должность управляющего с собой? Нам потребуются банковские коды и счета, на которые были переведены денежные средства.

— Я не подписывала договор о назначении, думала, решу этот вопрос сегодня в числе других, — развела руками, мол, простите, но так получилось.

— Этого не может быть, — мужчина ловко расчистил пространство на столе, а после  выделил мне чистый лист бумаги и местный аналог ручки. — Вас не имели права допускать до управления дома отказников до тех пор, пока вы не согласитесь со всеми условиями. Плюс клятва.

Что там за клятва, я не имела понятия, но непоколебимая уверенность в мужском голосе не оставляла места для сомнений. Я очень надеялась, что Эмилия не подписывала никаких документов, иначе сейчас это может обернуться кучей проблем. В частности, если там был какой-нибудь пункт типа передачи полномочий, документов и денежных средств от предыдущего управляющего. Тогда это вообще атас, вот и докажи, что ты не северный олень и денег в глаза не видел. Шансы на успех — пятьдесят на пятьдесят, ведь лично мне никакие договора не попадались.

Предоставив мне образец жалобы, мужчина поднялся со своего места и направился к стеллажу с документами.

Пока он методично перебирал папки, я спокойно заполнила шапку своего письма. И задумалась, как бы всё так красиво расписать, чтобы моё заявление не закинули в ящик с делами, не требующими скорейшего решения. Это, конечно, здорово, что у Маркуса такая вера в представителей правопорядка, но мне в эту сказку про «либо наказали, либо не в курсе преступления» верится с трудом. В моем мире тоже на многое закрывали глаза, якобы не в курсе и совсем не при делах.

— Возможно, ваш договор у Оривии на руках, сейчас уточню, — пробормотал мужчина больше для себя. — Извините, я вас ненадолго покину.

Он скрылся за дверью кабинета своего начальства. И тут же до моего слуха донеслись приглушенные голоса: два мужских и один женский. Сперва, я решила, что мне послышалось, но тихая беседа не прекращалась. Настроение резко летело куда-то в тартарары.

Я к вам, значит, по-хорошему, а вы мэра прячете и по ушам мне ездите? Это вообще нормально?

Не прошло и пяти минут, как из кабинета выплыла симпатичная девушка, а за ней следом шёл Маркус, молниеносно прикрывший дверь за своей спиной. Ситуация с каждой секундой нравилась мне всё меньше и меньше.

Что вы скрываете, господа хорошие?

— Добрый день, леди Риштар. — Моя персона не осталась незамеченной.

— Здравствуйте.

Плавной походкой, совершенно не торопясь, незнакомка прошла к письменному столу, тому самому, девственно чистому. Порывшись в одном из ящиков и найдя искомое, она передала бумаги в руки помощника мэра с насмешливой улыбкой на губах.

— Я же говорила тебе, Маркус, что договор подписан, — нараспев произнесла Оривия, словно утирая нос сопливому мальчишке.

— Ну, хоть с чем-то ты справилась, — нехотя вынес вердикт Маркус, проглядев наискосок документ. 

Но радовалась Оривия недолго. Едва мне в руки попал второй экземпляр договора, как я его изучила ещё более тщательно. И не зря! Я практически сразу же перелистала все страницы до последней и нашла место, где стороны подписывались под перечнем пунктов, перечисленных мелким шрифтом.

— А это не моя подпись, господин Шульц, — и, чтобы не казаться голословной, поспешила достать из недр сумки свои документы.

Автографы не совпадали. Словно камень с души свалился. Если в договоре подпись была в виде фамилии с инициалами, то в идентификационных документах стояла какая-та шедевральная закорючка из витиеватых букв. Надеюсь, память тела поможет повторить эту... жуть.

— Ну как же, леди Риштар. Я лично присутствовала в тот момент, когда вы подписывали договор. Это было по пути в дом отказников, помните?

— Начнём с того, что вас я вижу впервые, — не удостоила я девушку и взглядом, продолжая изучать бумаги, теперь уже вместе с нахмуренным Маркусом.

Некоторые пункты были особенно интересными. Как я и подозревала, подписав договор, управляющий подтверждал, что под его контроль переходят не только воспитанники, но и деньги, и документы.

— Неужели вы так сильно устали из-за длительного путешествия, что обо всём забыли? Ах, столица так далеко, наверняка ваше путешествие было очень утомительным!

— Оривия, прекратите морочить мне голову, — я всё же посмотрела на девушку, пытаясь понять, чего же она всё-таки добивается. — Я вас не знаю.

Незнакомка с упорством пыталась выставить меня полнейшей дурой, которая не помнит о событиях минувших дней. Но вот беда, помню я все преотлично — такое хрен забудешь, даже если сильно захочешь! Так что не надо мне тут лапшу на уши вешать!

— Ну как же! Ведь это вас я сопровождала до дома отказников. — Мои слова прозвучали словно в пустоту. Думается мне, Оривия предпочла пропустить их мимо ушей и продолжала гнуть свою линию. — Вы рассказывали такие интересные истории…

— Неужели? — я приподняла бровь, поражаясь наглости этой девицы. — А я думала, моей сопровождающей была пожилая женщина. Или у вас есть какие-то новые способы столь мощного омоложения? Не поделитесь?

— Оривия, кого вы отправили встречать управляющего, назначенного приказом самого короля? — встрял в женскую перепалку хмурый Маркус, оторвавшись от бумаг после моего ехидного замечания.

— Да я её встречала, лично! Она же при мне договор и подписала!

— Во-первых, — возразила я, — карету трясло так, что подписать документы во время поездки было невозможно. Во-вторых, я никогда не заверяю такие важные бумаги, не изучив досконально весь текст от первой и до последней буквы! А в той кромешной тьме я даже толком не могла разглядеть свою собеседницу, не то что мелкий текст!

— Ну вот, вы меня просто не разглядели!

— В темноте? — вновь дал о себе знать Маркус, прерывая очередную ложь Оривии. — И во сколько же вы встретили леди Эмилию фон Риштар? Если мне не изменяет память, она должна была прийти порталом ещё до обеда.

Желая решить один вопрос, я узнала столько всего интересного! И крыша-то у меня имеется, судя по всему, если, конечно, моё назначение было не изгнанием из столицы. В любом случае я выше Оривии по положению в обществе, что сейчас было огромным плюсом.

— Пришлось задержаться по делам! — огрызнулась женщина, уже не пытаясь скрыть раздражения.

— Ну да, знаю я о твоих делах. Прямо вся заработалась…

Природа отношений между этими двумя была мне совершенно не понятна. Если цепляться за слова Маркуса, получается, что Оривия тут в качестве грелки для поясницы многоуважаемого мэра. Почему в таком случае её вообще подпускают к делам? Или я поспешила с выводами?

— Леди Риштар, я предлагаю всё же написать письмо теневикам, пусть они разбираются в этой странной истории, — своеобразно закончил мужчина спор. — Всё равно без их заключения по итогам расследования повторно финансировать вас мы не имеем права, у нас даже средств на это нет. Конечно, последует тщательная проверка, в том числе и вас, и ваших сотрудников, а также всех детей старше десяти лет.

Я была только за. Во-первых, мне абсолютно не нравилась эта история с липовым договором. Спускать её на тормозах? Я никогда не была идиоткой и подводить саму себя под плаху точно не собиралась. Какие ещё бумаги эта ушлая девица подписала моим именем? Отхватывать люлей за чужие ошибки я не любила. Во-вторых, пусть приезжают, проведут своё расследование и воочию увидят, в каких условиях живут отказники, авось, совесть у кого-нибудь проснётся? О радикальных переменах тут и говорить не стоит, но, может, финансирование увеличат хотя бы на пару копеечек? Лишним не будет.

— Леди Эмилия, ради святого Ариса, опомнитесь! — уловив знакомое имя, которое в своей жизни слышала лишь единожды и при весьма запоминающихся обстоятельствах, я резко развернулась на стуле и в упор уставилась на девицу. — Не будем доводить ситуацию до абсурда!

В глазах совсем ещё юной девушки читался то ли вызов, то ли угроза. А её наглость и самомнение буквально выпирали наружу, похлеще, чем грудь третьего, а то и четвертого размера. И стало предельно ясно — она в курсе, что под личиной леди Риштар скрывается чужая душа. Меня собираются этим шантажировать? Серьёзно? Кажется, девушка решила, что её искусство грелки защитит от всех проблем. Возможно, Маркус прав, и мэр о воровстве действительно не подозревает, только это не отменяет того факта, что он полнейший болван. Спи ты с кем угодно, но делами занимайся сам, лично!

— Кажется, вы меня с кем-то путаете, Оривия, — я встала со своего места, чтобы посмотреть нахалке прямо в глаза. — Давайте говорить начистоту. Ситуация попахивает гнильцой, в которой я, к счастью, не замешана. Как бы вы ни пытались меня убедить в обратном, заставив признаться в подлом воровстве даже не у государства, а у детей-отказников, которые и так обделены всем, чем только можно, я намерена во всём разобраться и докопаться до правды. Вы действительно столь наивны, что вообразили, будто я позволю смешать свое имя с грязью?

Девица молчала и лишь зло зыркнула на меня своими хорошенькими глазками в обрамлении длинных пушистых ресниц.

— С удовольствием окажу посильную помощь в решении этого запутанного дела, леди Риштар, — раздался знакомый голос прямо у меня за спиной.

От неожиданности я чуть не выпрыгнула из собственных туфель.

На пороге кабинета, опираясь плечом на косяк, стоял не кто иной, как маг-алкаш собственной персоной.

— Что вы тут делаете? — волнение в голосе скрыть не удалось, и мужчина это сразу же заметил, но, к счастью, не прокомментировал.

— Господин Шульц, может быть, вы расскажете дамам о цели моего визита? Да и мне бы не помешало вникнуть в детали, хоть я и услышал уже достаточно для начала расследования.

Мы с Оривией перевели вопрошающие взгляды на Маркуса.

— Собственно, история более запутанная, чем мне показалось на первый взгляд, леди Риштар. И поведение Оривии, — мужчина выделил интонацией имя стоящей рядом девушки, которая хоть и держалась достаточно неплохо, но всё же была испугана, — меня натолкнуло на неприятные выводы и подозрения. В связи с этим я вызвал представителя теневиков прямо сюда, дабы во всём разобраться.

Наличие тревожной кнопки в доме управления меня нисколько не удивило. У нас они имелись в каждом магазине, а то и киоске. Удивляло совершенно другое явление.

Местный пьянчужка, пусть и столичный маг, — представитель теневой службы? Да вы там все издеваетесь, что ли?

«Наша полиция нас бережет». Ну-ну!

Впрочем, от вчерашнего бродяги, не стоящего на собственных ногах, ароматы перегара от которого разносились на всю округу, не осталось и следа. Чистые волосы зачесаны назад, ни единого намека на щетину, абсолютно трезвый взгляд. Красивая темно-серебристая мантия с орнаментом, из-за распахнутых пол которой выглядывала чистая, идеально выглаженная рубашка. Поверх висела цепочка до середины груди с круглым медальоном, эмблема которого подсказывала, что перед тобой представитель самой опасной госслужбы в стране. Всё это наталкивало на мысль о том, что либо вчерашний маг-алкаш мне пригрезился, либо я позорно обозналась.

— Леди Риштар, Оривия, думаю, нам стоит пройти в управление и побеседовать, — обратился к нам маг-алкаш-теневик.

В принципе, почему бы и нет. Если работает он так же хорошо, как лечит, может, ситуация действительно прояснится? Да и не один же он в этом Теневом ведомстве. Только дедушку Ульха надо бы предупредить о моих планах, а то ещё потеряет.

— Она шиида! — не своим голосом заверещала Оривия, испугав меня диким ором так, что я отшатнулась и чуть не упала, запутавшись в собственных ногах.

Припадочная какая-то!

— Что ты такое несёшь, Оривия?! — взбеленился Маркус, растеряв всё своё спокойствие. — Угомонись уже, наконец, в твои сказки никто не поверит!

— Да я правду говорю! Матушка рассказывала, что по пути в дом отказников эта женщина начала светиться с головы до пят, её глаза закатились, была судорога, а сама она, после того как очнулась, несла какую-то чушь! Говорю же, подменил её Бог Тьмы!

Я замерла на месте, не веря, что эта идиотка рассказала о моем перемещении в таком ключе! Да, если меня сейчас примут за зомби, быть мне привязанной к столбу и сожженной заживо! Мать её была умнее, она хотя бы понимала разницу между тварями Бога Тьмы и творениями Бога Ариса. Но не все же тут такие просвещённые! Да и люди боятся всего неизвестного, это уже доказано историей! А тут ещё и теневик, с которым я вела себя ужасно…

В голове сразу появились мысли о пытках и опытах в секретной камере госслужбы.

Перевела взгляд на мужчину. Будут меня пытать или нет?

По спокойному взгляду и расслабленной позе ничего не разберешь. Я отметила лишь вежливый интерес к себе из-за необычного обвинения и к Оривии из-за дурно пахнущей истории с исчезновением государственных средств. Второе, кажется, мужчину интересовало больше.

— Что ж, думаю, и с этим мы разберёмся. 

Мысленно я голосом Ульяны Андреевны нервно прокомментировала: «И тебя вылечат... и тебя тоже вылечат... и меня вылечат…» — но внешне держалась спокойно. 

— Дамы, — теневик вежливо указал на выход. — Господин Шульц, вы идёте с нами до выяснения обстоятельств.

— А разве господина Торналиона мы с собой не прихватим? — глупая попытка перенести огонь на другого человека, но уж что имеем, с тем и работаем.

Свою шкуру однозначно нужно спасать любым способом.

— Господин Лорвэн уехал в столицу на переговоры, — совершенно спокойно ответил Маркус, собирая свой чемоданчик. Ага, так я тебе и поверила. Нет уж, не одной мне теперь в этой каше вариться.

— Разве? И кого же вы в таком случае прячете вон за теми дверьми? — я махнула в сторону кабинета управляющего.

— Господин Шульц? — теневик так красиво приподнял одну бровь, выражая тем самым удивление поведением помощника мэра, что я слегка зависла, созерцая живую мимику мужчины. — Вы молчите?

На удачу Маркуса, двери в кабинет распахнулись, а перед нами предстал юноша лет двадцати. Помощник мэра лишь неприязненно покосился на парня и наконец-то с тяжким вздохом представил нам его:

— Это Фрэнк де Лорвэн, сын господина Торналиона де Лорвэна.

Нашу разношерстную компанию разделили на две части, стоило только покинуть Дом управления и выйти на площадь. Вернее сказать, это меня отделили от общей массы. Нахальную девицу, младшего Лорвэна и помощника мэра увели в неизвестном направлении двое бойцов из теневиков. Со мной остался лишь маг.

До отделения правопорядка добрались быстро, скорее из-за того, что за дорогой я совершенно не следила, погрузившись в размышления. Как только не свернула себе шею по пути, не понимаю, но, возможно, это целиком и полностью заслуга сопровождающего.

Мужчина молчал, мне тоже особо сказать было нечего — тут уж и без того обо мне столько интересного наговорили, что стоило задуматься о том, как расхлебать всю эту кашу с минимальными приключениями для своих нижних девяносто.

Неизвестность не пугала. Скорее было непонятно и волнительно. За Шииду, или как там называют нечисть Тёмного Бога, меня принять не должны. Ну, это по моим личным соображениям. Раз уж простой народ знает о божественных переселениях, то и у власть имущих информация имеется. Не одна же я такая счастливица. Остаётся надеяться, что здешние люди не идут против божественной воли и не уничтожают иномирян, а, наоборот, прислушиваются и всячески содействуют попаданцам в их нелёгкой судьбе. Или хотя бы не вставляют палки в колеса и не портят жизнь.

Добравшись до самого обычного пятиэтажного здания, мы поднялись по ступенькам и скрылись за его стенами. Внутри было весьма оживленно: то тут, то там мелькали люди в форме теневиков с примечательными бляхами на груди. Я увидела, что на моего мага-алкаша смотрят с удивлением, но вот почему не поняла. По крайней мере, расспрашивать его никто ни о чем не стал.    

— Посидите тут, леди Риштар, я скоро вернусь, — мужчина приоткрыл дверь в один из кабинетов. — У нас в отделе не переносят глупого поведения, я надеюсь, мы понимаем друг друга?

Думает, я сбегу, воспользовавшись возможностью?

— Разве я похожа на дурочку? — ответила я вопросом на вопрос, стараясь не выдавать нервозности.

Спокойно прошла в кабинет и присела на единственный стул для посетителей — читай, допрашиваемых. Напротив был письменный стол, пустой. 

— Раньше не замечал, — было мне ответом. — Зато неоднократно видел, как слетает светская шелуха с людей, стоит их пригласить к нам в отделение на простую беседу. 

Мужчина ушел, прикрыв за собой дверь. Щелчка замка или лязга какой-нибудь щеколды я не услышала — проверяет? Ага, вот так и рванула, только пятки сейчас до блеска начищу, чтоб сверкали ярче. Если верить словам мага, со мной просто побеседуют, ведь будь иначе — меня бы точно заперли. Авось всё не так уж и плохо, как я успела нафантазировать. Главное, вести себя максимально корректно и стараться особо не отсвечивать. Конечно, если эти ребята изначально настроены против меня, ангельское поведение не поможет. Так что действую по обстоятельствам.

Моё одиночество нарушила группа мужчин, в числе которых был знакомый маг. Судя по внешнему виду, остальные простаки. Стиль одежды походный — ничего лишнего. Темные брюки, рубашки светлых тонов, кожаные куртки и высокие массивные сапоги. Никаких отличительных знаков в виде мантий или жетонов. Если же забыть про внешность и судить по жестам и поведению — становилось ясно, что они не так просты, как хотели бы казаться. Воинская выправка чувствовалась сразу, хотя бы по походке и осанке, а высокий пост выдаёт сам маг-алкаш-теневик, стоявший в некотором отдалении от троицы, не мешая молчаливому пристальному вниманию к моей скромной персоне.

Один мужчина занял место за столом напротив меня, второй скрылся где-то за спиной — очень не люблю, когда ко мне подкрадываются сзади или выглядывают из-за плеча, дыша при этом в затылок. Третий товарищ остался у окна, ну и четвертый — тот, благодаря которому я тут оказалась, стоял у самой двери, словно перекрывая пути к отступлению. Как говорится, обложили со всех сторон.

Я переключила всё своё внимание на мужчину, которому была отведена в этой постановке главная роль, и тут же напоролась на внимательный взгляд. Лицо с ярко выраженными скулами и плотно сжатыми губами совсем не выглядело жестким, скорее в нём отражалось безразличие к моей судьбе и вежливая отстраненность.

— Марк, что скажешь? — обратился непонятно к кому «главный», не сводя с меня взгляда.

Серо-голубые глаза казались наивными и по-детски добрыми, но было понятно, что это лишь видимость, способ расположить к себе.

— Она чиста, абсолютно никаких признаков Шииды. — Марком оказался мужчина, что стоял у окна. — Разве что уровень силы явно выше заявленного в досье. Возможно, проделки божественного вмешательства.

— Хорошо, понял тебя, — он едва заметно кивнул. — Что ж, леди Риштар, в таком случае давайте знакомиться. Зовут меня Анвил.

— Эмилия, — в свою очередь представилась я.

— Меня интересует ваше настоящее имя, ведь вы его помните, верно?

Я не спешила с ответом, лихорадочно ища пятый угол. Мои надежды на лучшее канули в лету — легенду за три секунды не придумаешь.

— Леди, давайте без уловок, — предложил мужчина по имени Марк, смотрящий на меня с каким-то сожалением в глазах. Это напрягло ещё больше. О чем ему сожалеть, глядя на меня? — Вы не прошли проверку, так к чему нам тратить лишнее время на глупые игры?

— Проверку?

О какой проверке он говорит? Разве она была? Или эти теневики настолько круты, что я её просто не заметила? К тому же эти товарищи вот только нарисовались в кабинете, когда бы успели? Или кто-то из присутствующих умеет читать мысли и сразу же меня раскусил, ведь я только и думала о том, как скрыть свою уникальность.

От этого озарения внутри всё похолодело, а мысли закружили с ещё большей скоростью.

— Собственно, особая проверка в твоём случае даже не потребовалась. Эмилия бы точно узнала своего родного дядю, даже если бы каким-то образом забыла однокурсника по академии, — разъяснил сложившуюся ситуацию Анвил.

Вот черт! Кажется, у меня с самого начала не было ни единого шанса отбрехаться от слов Оривии, так как обо всём уже знали заранее.

Ладно хоть признали, что я не зомби-тварь, и то хорошо.

В ровесники Эмилии тут годился только маг-алкаш-теневик, так что с личностью однокурсника гадать не приходилось. Я мысленно скривилась, словно съела дольку лимона. То, что я не «признала» мужчину в нашу первую встречу, ещё можно было хоть как-то объяснить. Да хоть списать на то, что мне, как леди из столицы, не подобало бросаться на шею с криками радости от неожиданной встречи к местному алкашу, пусть и старому знакомому.

А вот не признать собственного дядюшку — это уже десять из десяти. Интересно, кто из этих троих мой новоявленный родственничек?

Я даже развернулась на стуле так, чтобы изучить мужчин. Все одной возрастной категории: примерно от сорока пяти до пятидесяти пяти лет, — крепкие, без намека на старческую дряхлость и немощь. Спокойные настолько, что эмоций не прочесть. И никаких признаков родственных уз, даже по внешности не понять — у меня с ними нет совершенно ничего общего.

И правду ли они мне сейчас сказали, или это и есть та самая проверка, которую я должна пройти? Я сейчас по глупости признаюсь, что переселенка, а они, может, только этого и ждут. Проблема в том, что при любом моём ответе, даже если уйду в несознанку и начну юлить, я выдам себя с потрохами. Ну ангелы, ну удружили! Не пожелали оставлять воспоминания предшественницы, а мне сейчас выкручивайся из щекотливых ситуаций.

— Веррес, ты закончил?

— Конечно. У девушки приличная защита естественного происхождения, никаких охранных блоков, как внешних, так и внутренних, — говорил мужчина медленно, с толком, голосом тверже стали, отчего я едва не встала по стойке смирно с целью отрапортовать всю свою историю, начиная с детских лет. — Несмотря на хорошую защиту, имеются признаки ментального вмешательства. Иллюзии, даже самой незначительной, не наблюдаю.

У товарища, что изначально маячил где-то позади, было благородное лицо. Из-за нахмуренных бровей взгляд казался очень суровым и тяжелым. Средней длины волосы аккуратно зачесаны назад. Шевелюра и коротко стриженая борода абсолютно седые то ли из-за возраста, то ли из-за нервной работы.

— Итак? Мне повторить вопрос?

— Не стоит, память у меня хорошая. — Я постаралась расслабиться. — В прошлой жизни меня нарекли Лизаветой, — не совсем правдиво ответила я, ведь по паспорту меня звали Елизавета, но пусть будет так, вдруг у них тут какая-нибудь магическая чертовщина с истинными именами? 

В книжках о таком писали.

— Незначительная ложь, — тут же оповестил Веррес всех присутствующих о моих махинациях. Анвил на это сообщение даже ухом не повёл, продолжая задавать вопросы.

— В какой стране ты жила до вмешательства Ариса?

— Вы, наверное, хотели спросить, из какого я мира?

— Даже так?

— Разве я могу солгать? — спросила, намекая на ходячий детектор лжи за спиной. — Говорю как есть.

— Веррес, что скажешь?

— Не врёт, — задумчиво произнес он. — Но и я такого на своём веку не припомню. Думаю, стоит заглянуть в архивы и поискать информацию о подобных явлениях.

Далее пошли вопросы о моем мире. Не стоит обманываться — мужчин интересовали условия, в которых оказалась душа Эмилии. Не более.

— Дело в том, что ангелы меня перенесли к вам, после того как я была убита в своём собственном мире. Так что я не знаю, где сейчас Эмилия. Может, и на Земле, а может, ещё где.

— Ангелы?

— Помощники Бога. — В ответ на такое определение Анвил лишь едва заметно качнул головой.

— Ты уверена в собственной смерти? — поинтересовался Веррес, пересекая комнату и вставая рядом с Марком у окна.

— Последнее воспоминание о земной жизни — как в меня стреляют из огнестрельного оружия. Поверьте, после таких ран выкарабкаться сложно. Но я не могу утверждать на сто процентов, ведь ангелы могли переселить в моё тело душу Эмилии и исцелить раны. Да и медицина у нас на приличном уровне, хоть мы и не обладаем магией.

— Совсем? — поразился Марк.

— Даже чуть-чуть.

Мне почему-то думалось, что юные ангелы придумали миссию и для Эмилии, но делиться предположениями я не спешила. Слава Богу, мужчины пока не задавали правильных вопросов, после которых мне бы пришлось рассказывать о ситуации с предназначением, а то чувствуется, что накроют меня тогда непроницаемым колпаком и будут следить за каждым чихом.

— Ладно, чтобы разобраться в ситуации, потребуется время, так что вскоре мы вернёмся к этому разговору. Что можете рассказать об инциденте с липовым договором и воровством денег?

Рассказывала всё как есть. Начиная со встречи с неизвестной мне женщиной, до сегодняшнего злополучного дня. Далее меня попросили всё то же самое зафиксировать на бумаге, на что ушло ещё примерно полчаса. Анвил внимательно ознакомился с документом и, сложив его пополам, спрятал во внутреннем кармане куртки.

— Мартин, ты уверен в своём утреннем решении?

— Да, — раздалось со стороны двери, и я наконец-то узнала, как зовут загадочного мужчину три-в-одном.

— Хорошо, — главарь тяжело вздохнул. — В таком случае сейчас отведи новоявленную леди к мастеру Шурху для нанесения метки стихии и проконтролируй измерение уровня силы в назначенный срок. Леди Риштар, готовьтесь к проверке. Скоро к вам на порог явится комиссия от короны для расследования кражи денежных средств.

— Поняла.

— Кричать на каждом шагу, что вы пришлая, тоже не стоит. Мы далеко от столицы, люди могут отреагировать, — тут он замялся, но лишь на пару секунд, — непредсказуемо. — А то я не догадалась! Одна Оривия чего стоит, дура! — По всем вопросам можете обращаться к Мартину, он будет вашим куратором на первое время, пока не освоитесь.

Ага, то есть в переводе это значит, что я под постоянной слежкой. Это не есть хорошо, но главное, что никакого заточения и опытов мне не грозит, так что можно выдохнуть. При правильном подходе эту ситуацию вообще можно обратить себе на пользу.

Можно считать, что я легко отделалась.

— Свободны.

— У меня только один вопрос, если позволите, — заявила я, встав со своего места и разгладив юбку. — Кто из вас мой родственник? Если вы не пошутили, конечно.

— Лизавета, — в голосе прозвучало невысказанное предупреждение, — вы не Эмилия, так что родственников в этом мире у вас нет, — объяснил мне мужчина по имени Марк. — Мы поняли друг друга?

— Предельно. До свидания, — развернувшись, я спокойным шагом направилась в сторону выхода.

И не показала, что такое отношение меня задело.

Понять, в принципе, эту позицию можно, но всё же было неприятно ощущать себя паразитом, занявшим чужое тело. Можно подумать, я переместилась сюда по собственной прихоти, от большого желания. Да я бы с удовольствием вернула свою жизнь!

Хотя… 

Если уж говорить начистоту, сейчас я бы ничего менять не стала, даже если бы представилась такая возможность. Димка со мной, а уж в каком мире жить… главное, вместе.

Мартин вел меня в неизвестном направлении. После очередного поворота мы начали спускаться вниз, то есть куда-то на минусовые уровни. Батюшки, да здание Теневой структуры выглядит по-простецки только на первый взгляд, и незнающему человеку в многочисленных лабиринтах заблудиться ничего не стоит.

Мастером Шурхом оказался пожилой мужчина, на вид даже старше дедушки Ульха. Выглядел он своеобразно. На голове множество косичек с вплетенными в них бусинами, руки покрыты татуировками, а ноги и вовсе босые. Выслушав распоряжение Мартина, меня усадили на очередной стул, вытянутую правую руку уложили на какое-то приспособление и зафиксировали ремешками.

— Для чего она нужна? — спросила я у Мартина.

— Рисунок несет в себе несколько значений, — он явно не собирался раскрывать все карты. — Но основное — это предупреждение о возможном выбросе сил.

Спустя час кропотливой работы на моей руке появился белый рисунок из витиеватых тоненьких линий, украшавших кожу, начиная от запястья и до самого локтя.

Я поскребла, проверяя краску, и тут же наткнулась на глаза мастера, искрящиеся весельем.

Ну да, такое не смыть. Даже шероховатости текстуры не чувствуется. 

— Как вернуться к Дому управления? — поинтересовалась у персонального надсмотрщика, едва мы оказались за стенами отделения правопорядка. С трудом верилось, что всё обошлось малой кровью. Ну следят они за мной, да и флаг им в руки, я всё равно не планировала выкидывать какие-либо фортели. Отказалась родня? Вот уж из-за чего я точно не собиралась переживать. Уже давным-давно научилась справляться с проблемами самостоятельно, а тут, кто знает, что собой представляет эта семейка — так что всё к лучшему. Да и со здешним отношением к отказникам, вряд ли новоявленные родственники молча приняли бы моё решение усыновить Шона.

— Зачем тебе туда?

— Там ждёт дедушка Ульх.

— Пошли, провожу, — хмыкнул неизвестно чему мужчина-загадка. — Может, и мне повезет прокатиться на Черном Вихре.

Дедушка Ульх согласился на нового пассажира без колебаний, только стребовал монетку за проезд. Мартин так же легко расплатился.

В этот раз поездка была спокойной. Конечно, периодически нас потряхивало, но я не подпрыгивала на своём месте, как по дороге в город.

Маг был разочарован поездкой и, совершенно не стесняясь, сказал об этом дедушке Ульху, на что тот даже бровью не повел и ответил так:

— Доплаты за скорость от вас, господин Маг, не поступало. Чего же вы в таком случае ожидали? И что же, думали, я ради вашей прихоти устрою нашей леди управляющей такую опасную поездку? Да она ж меня потом за такое дело со двора погонит поганой метлой!

Я очень старалась не засмеяться, но всё же не сдержалась. Не желая участвовать в споре и занимать чью-либо сторону, я резво скрылась в доме.

И тут меня поджидал самый настоящий апокалипсис. От вчерашнего послушания детей не осталось и следа — они орали во всю глотку, споря друг с другом, Марьяна и Лиена безуспешно пытались разнять четырёх пацанов, которые кувыркались по полу, мутузя друг друга, самые младшие дети и вовсе заходились в истерике от испуга. Девчонки жались по углам, боясь попасть под раздачу дерущихся.

— Тишина в доме!!! — моментально озверев от происходящего, заорала я во всю мощь лёгких.

И даже не сразу поняла, что происходит, когда ощутила странную теплую энергетическую волну, словно вырвавшуюся из моего тела, снёсшую всех присутствующих с ног и разметавшую по полу гостиной. Где стояли, там и свалились, как мешки с картошкой. Тишина наступила оглушающая, разве что маленькие детки похныкивали от ужаса.

— Что тут происходит? — вопрос был от ворвавшегося в дом мага, дед Ульх зашёл следом более спокойно, а через пару секунд тут же нарисовался и Диего.

Спрашивается, где ты раньше шлялся, голубчик?

— Марьяна, взяла маленьких детей и ушла отсюда в тихое место. Тамия и Рамина, помогите ей.

Дважды повторять не пришлось: Марьяна с девчонками подхватили детей на руки и скрылись на втором этаже.

— Лиена, что тут происходит?

Не знаю, что стало поводом: то ли действие магии, то ли моя очевидная злость, — но женщина расплакалась, спрятав лицо в ладонях.

И я растерялась.

— Малика, принеси воды, — отдала я очередное распоряжение и повторила вопрос.

Спускать такое на тормозах — вверх глупости. Огребут все виноватые, да так, что мало не покажется. Думали, я добрая тётя-управляющая, которая за два дня ни на кого и голос не повысила? Сейчас я вас сильно разочарую, если по-хорошему не понимаете! Заменим пряник кнутом.

— Рис, рассказывай, пока вы все не попали под одну гребенку, — высказался молчавший до этого дедушка Ульх.

С пола поднялся пацан лет тринадцати на вид.

— Да, дед, а чего рассказывать? Сам ведь знаешь этих, — он кивнул в сторону мальчишек, что устроили тут массовое побоище и перепугали детей до истерики.

— Причина? 

Я в разговор решила не лезть, пусть дед сам все из него вытягивает.

— Мы не могли разделиться на команды. Все хотят в лес за ягодами, зато никто не хочет заниматься уборкой. Потом начались разборки из-за назначения командиров. И вообще, мало кто готов подчиняться новым правилам. Кир в горячке толкнул Мика, тот ударил локтем Михея, и началась драка. Девки завизжали от страха, парни продолжали ругаться между собой, эти кулаками принялись махать, дети разорались. В общем, всё как обычно, ничего нового.

— То есть, пока я разбираюсь с тем, чтобы выбить для вас финансирование у властей, вы тут решаете, хотите ли вы подчиняться новым правилам? — кажется, я пришла в самую настоящую ярость, потому что дети от моих слов и под моим колючим взглядом буквально сжимались и втягивали головы в плечи. — Отлично! Тогда я спешу сообщить вам факт, который вы, видимо, ещё не усвоили. Я ваша новая управляющая и уходить отсюда не собираюсь — ни сейчас, ни через год, ни через два. И у нас не стоит вопрос на повестке дня, надо ли подчиняться моим правилам или нет. Вы будете подчиняться, либо можете идти на все четыре стороны. Двери открыты как для тех, кто захочет сюда вернуться, так и для тех, кто решит уйти в свободное плавание!

Драку затеяли подростки, да и воду тут мутили, скорее всего, они. У мелких ещё мозги не доросли до такого. Собственно, моя речь была для зачинщиков драки. У этих ребят есть выбор, как поступить со своей жизнью. Я со своей стороны готова дать им возможность стать кем-то большим, выбраться с дна, но умолять ухватиться за протянутую руку не буду. Я лучше потрачу свои усилия на тех, кому это действительно важно.

— Есть желающие уйти прямо сейчас?

Дети молчали, как и взрослые.

— Отлично. Подчиняться моим правилам и приказам начнём прямо сейчас. Гэри, берёшь девчонок и отправляешься с ними в лес. Всем остальным раздать тряпки и инвентарь — будут наводить чистоту в доме под моим неусыпным контролем, — в знак того, что эти слова не являются шуткой, я закатала рукава по локти и только потом поняла, что совершила глупость.

Все присутствующие уставились на белую татуировку на моей руке. Кто-то тут же ахнул, девчонки прикрыли рты ладошками, а пацаны бросились врассыпную, ища пятый угол.

И только мужчины за моей спиной сохраняли спокойствие.

Что ж сегодня за день-то такой дурацкий!

— Ну и что это значит? — обратилась я к магу, стоявшему слева от меня, повернувшись к нему лицом. — Что за чертовщину ваш мастер нарисовал мне на руке, что пугает всех окружающих? Я чувствую себя приспешником Волан-де-Морта!

— Кем вы себя чувствуете, простите? — смущенно переспросил Мартин.

— Ай, неважно! — отмахнулась я от вопроса, не желая расписывать сюжет всех семи книг. Рассказчик из меня аховый, да и за пересказом состариться можно. Это надо читать, ну, или в крайнем случае смотреть. Я читала, смотрела и пересматривала множество раз — когда дети просят составить им компанию, сложно отказаться. — Так чего они все испугались? — обвела я разрисованной рукой перепуганных детей, и те вновь шарахнулись в стороны. — Вот видите?

— Вижу, но не понимаю реакции, — ответил мужчина и тут же обратился к детям: — Кто готов поделиться своими страхами с представителем Теневой службы?

Лишь один-единственный мальчик лет семи по земным меркам смело вытянул руку вверх, привлекая к себе внимание теневика.

— Это Крис, — тут же прошептал Диего, так как ни я, ни маг не знали ребенка.

— Итак, Крис, расскажи нам, пожалуйста, почему вы так испугались рисунка на руке леди Риштар?

— Рисунок опасный!

— Почему?

Слов подобрать малыш не смог, но нашел другое решение.

— Щас принесу! — Он драпанул куда-то на второй этаж, в сторону жилых комнат, при этом громко топая ногами. Оставаться в неведении долго не пришлось, и уже через минуту мы следили за резво прыгающим по ступеням Крисом. Одной рукой он хватался за обшарпанные перила, вызывая опасения, что вот прямо сейчас загонит под кожу здоровенную занозу, а второй прижимал к груди мятый лист бумаги. Не скажу, что он прям совсем меня боялся, но всё же предпочёл обойти стороной. — Вот, глядите!

Вручив магу листок, ребенок тут же вернулся к остальным.

В руках у мужчины оказалось что-то вроде ориентировки. Только не с изображением опаснейшего мордоворота, а со схематично нарисованной рукой, на которой была татуировка. Орнамент отдаленно походил на мой. Вот только тут белые линии тянулись до самого плеча, в то время как моя татуировка доходила всего лишь до сгиба локтя, чего не было видно под собранным рукавом. Ну и сам рисунок заметно отличался. На мне красовались несколько браслетов разной толщины, обвивающих руку и переплетающихся друг с другом витиеватыми узорами, а на бумаге были изображены многослойные геометрические фигуры с острыми углами, объединённые тонкой сеткой. А внизу и вовсе виднелся браслет в форме спирали из мелко написанных предложений на каком-то непонятном языке.

— Дасти тебе в штаны! — зло выругался стоящий рядом дедушка Ульх, разглядевший рисунок. — Вы чего это удумали, а? Хорошего человека оклеветать? — Дети сжались от мужского гнева.

Да они нам сейчас столько кирпичей наложат, что можно будет каждому ребёнку по дому организовать без особых затрат.

— Дед Ульх, не ругайся, — одернул разошедшегося мужчину Мартин.

— Ты разве не понимаешь?! — Кажется, старший мужчина в доме завелся с пол-оборота. Он даже начал стучать по половицам непонятно откуда взявшейся тростью, выражая своё возмущение инцидентом.

— Понимаю, — с прохладцей в голосе отозвался маг. Ну, хоть кто-то в этом доме что-то понимает, в отличие от меня. — Но и вы должны осознавать, что реакция детей нормальная, я бы даже сказал, отличная! Стоит поблагодарить того, кто доходчиво предупредил об опасности людей с такими узорами.

— Но ведь рисунки совершенно разные! — влез в диалог третий мужчина — Диего.

— Это можно разглядеть только на небольшом расстоянии, — припечатал маг. — Вон, даже ваша воспитательница напугана. А ведь она просто увидела издалека что-то похожее.

Мы все перевели взгляд на Лиену, стоявшую в другом конце комнаты и прячущую за своей спиной нескольких ребятишек, чьи любопытные мордашки выглядывали по бокам.

— Лучше убежать от потенциальной опасности и остаться в живых, чем идти прямо в лапы к маньяку, желая рассмотреть метку с близкого расстояния.

Как по мне, весьма логично.

— Полагаю, это вам нужно выразить благодарность за информирование детей об опасности. — Лиена тут же смутилась от похвалы мага, отчего её щеки слегка порозовели.

Больше никто оспаривать «неправильную» детскую реакцию не стал. Зато мне пришлось выдержать получасовую лекцию мага для обитателей дома с наглядной демонстрацией, долженствующей убедить всех, что моя татуировка выглядит совершенно иначе и не имеет ничего общего с рисунком на ориентировке. Не знаю, как бы я справилась с этим, не окажись с нами представителя органов правопорядка.

А дальше началось тисканье бедной тридцатишестилетней женщины, что тихо млела от удовольствия. Благодаря огромным усилиям и хорошей выдержке я пережила наплыв детского интереса к рисунку на моей руке — честно, думала, что от интенсивного трения и лапанья рисунок будет размазан к чертям собачьим! Никто и не заподозрил, что я с удовольствием бы сама заласкала и затискала всю эту детвору. Останавливала мысль о том, что время для телячьих нежностей ещё не пришло. Да и в любом случае мне придётся соблюдать с этими детьми дистанцию. В общем, страхи остались где-то позади, зато всем домочадцам было интересно, что же всё-таки значит моя татуировка.

— Такие рисунки наносят детям с проснувшимся магическим даром, чтобы предупредить окружающих о возможной опасности, — тут же нашелся с ответом Мартин.

— Но она же взрослая! — попытались оспорить дети версию мага.

И если сначала я решила, что тот лукавит, не желая распространять информацию о моём появлении в этом мире, то дальнейшие объяснения развеяли все сомнения и, более того, заставили задуматься о том, что же тут действительно правда, а что ложь.

— У леди Риштар после сильного потрясения проснулся дар стихий. Но так как ваша управляющая уже взрослая женщина, а не ребенок, к тому же действующий маг, было решено изменить краску под цвет стихии. Так что, если вы не хотите испытать на себе силу гнева мага воздуха… — В этот момент стул, сидя на котором, я проводила собрание ещё вчера, взлетел и завис в воздухе, после чего ударился о стену и осыпался мелкими щепками на пол. Кажется, каждый вздрогнул от неожиданности и испуга, даже я. Но, если честно, меня больше возмутила порча казенной мебели. — Не стоит повторять сегодняшних ошибок. — Как по команде, все дети перевели взгляды с мага на основных виновников, подравшихся мальчишек.

В результате к магу прислушались не только дети, но и взрослые, и смотрели они в мою сторону теперь со здравым опасением. Надеюсь, период затишья продлится достаточно долго, чтобы я могла навязать свои порядки и новые правила поведения.

Отправив Гэри и его команду в лес по ягоды, я начала раздавать указания по уборке. После такого жирного намека от мага, несогласных с моим предложением не было.

— Не желаете к нам присоединиться? — всё же задала вопрос Мартину. Нет, я даже и не думала, что этот мужчина сейчас подогнет рукава и возьмется за тряпку — ещё чего! — просто хотела донести до него простую мысль: или помогай, или не мешай.

— Думаю, у вас и так помощников достаточно. Но я всё же последую вашему примеру и займусь своим жилищем… а то я как-то давненько там пыль не протирал, — с ухмылкой и смешинками в глазах увернулся маг от общей трудовой деятельности.

Вот я даже не сомневалась!

Он покинул нашу обитель, пообещав заглянуть на следующий день для разговора.

Ну а я решила начать уборку с детских личных комнат, которые занимали весь второй этаж. Ребят было много, так что, думаю, сегодня с этим заданием мы управимся. Переодевшись в один из самый простых, на мой взгляд, нарядов, платье из ткани темного, почти черного цвета, и заплетя волосы в корзинку на голове, чтобы не мешали во время генеральной уборки, я присоединилась к ребятам, уже приступившим к оттиранию грязи под присмотром Лиены.

После предварительного осмотра стало ясно, что жили дети по четыре человека в комнате. Девочки отдельно от мальчиков. Как я и думала, с теми покоями, которые сейчас, после побега бывшей управляющей, занимала я, детские комнаты не имели ничего общего. Даже отдаленно, что удручало. Перспективы расходов вырисовывались не радужные.

Первое, что бросалось в глаза, — это их площадь. Комнаты были крохотными. Из-за того, что деревянные, грубо сколоченные кровати съедали огромную часть пространства, в комнатах было, можно говоря, не развернуться. Какие-то тумбочки, металлические крючки под одежду вместо нормальных шкафов или вешалок. В каждом помещении было что-то вроде деревянной парты и пары стульев, и далеко не везде они оказались целыми.

Матрасы — одно название, подушки прохудившиеся, а одеяла и вовсе были похожи на тонюсенькие покрывала. Ладно, летом спать под таким еще возможно, а как зимой? По лицам детей было не сказать, что их что-то не устраивает. Не видели ничего лучше? Или считали, что ничего другого не заслужили?

И та, и другая мысли были мне отвратительны.

У девочек постельное белье и занавески, если они, конечно, вообще имелись в комнате, были более или менее чистые, а вот текстиль в мальчишеских спальнях находился просто в ужасном состоянии. Всё же девочки в этом плане были более аккуратными. 

В общем, я смотрела на всё это и осознавала, что попала в мир маугли, которые живут подобно животным. Разозлившись, не стала ждать завтрашней встречи с магом, я в очередной раз сбежала с уборки, поручив детям навести чистоту не только в спальнях, но и в общем коридоре. 

До дома мага добралась быстро — дорогу запомнила ещё в прошлый раз. Стоило только пересечь линию покосившегося забора, как Мартин вышел на улицу мне навстречу.

Сигналка у него тут, что ли?

— Эмилия, что-то случилось? — Маг выглядел встревоженным. Ну ещё бы, сначала его выпроводила, чтобы не мешал трудовому процессу, а затем сама же и прибежала.

— Мне нужна помощь. Мы можем поговорить в доме, где нет лишних ушей?

Однако внутрь меня пускать не собирались.

— Можете говорить спокойно, нас никто не услышит.

В этот же миг вокруг нас образовалась еле видимая глазу мерцающая пленка.

— Полог тишины?

— Маскировка беседы. Эмилия изучала это в академии, почему же ты распознала?

Взгляд мужчины выражал недоумение.

Можно ли было рассказать ему всю правду? Ведь без помощи местного жителя и понимания окружающего мира мне придётся очень туго. Незнание элементарных вещей очень тормозило, потому что я понятия не имела, с какого бока подступиться к преобразованиям, которым решила подвергнуть отдельный детский дом в рекордно короткие сроки.

— Собственно, именно по этой причине я сюда и пришла. Но могу ли я делиться с тобой информацией? Ты мой куратор, но это не гарантия безопасности, согласись.

— Я бы никогда не навредил тебе, Эмилия, хотя бы потому, что на мне висит долг на крови.

— Кажется, мы утром уже выяснили, что я не она, — покачала я головой. — Я Лизавета, женщина из другого мира. Не думаю, что твой долг остается в силе, так что мне нужна гарантия безопасности.

— Магическая клятва?

Если честно, я думала о договоре каком-нибудь, опираясь на земной опыт работы с клиентами. Штрафы за нарушение условий и несоблюдение сроков, и всё в этом духе. Клятва? Это, определенно, гораздо лучший вариант.

— Было бы неплохо.

Маг произнес, судя по всему, стандартную формулировку клятвы так быстро, что я и сказать «мяу» не успела. И тут до меня дошла простая истина — я сама себя загнала в угол. Из-за того что представилась теневикам не своим настоящим именем, опасаясь страшилок из фэнтези-книг, в клятву Мартин вплел «Лизавету», а не «Елизавету». Вот и гадай, будет ли она работать? 

Мужчина поклялся, что ни словом, ни делом не допустит угрозы моей жизни с его стороны, если это не будет затрагивать безопасности государства и правящей ветви. Очень размытая получилась клятва, и лазеек в ней столько, что доверять ему полностью я не имела права. Мартин обнажил запястье, где проявилась тонкая линия, обвивающая руку.

— Думаю, вы помните, что господин Веррес говорил о ментальном вмешательстве в моё сознание, — решилась я на откровенность. — Так вот, часть воспоминаний Эмилии была стерта, другая часть по каким-то причинам доступна мне с ограничениями, и я сейчас в этом мире как слепой котенок.

— Знания из академии тоже стерты? — хмуро уточнил маг.

— Вообще ничего о магии не знаю, — признание я буквально вырвала из себя. Не хотела учиться? Да кто ж тебя спрашивать будет, женщина! Быть необученным стихийным магом, который опасен для окружающих, я тоже желанием не горела. В первую очередь, это несет угрозу для тех, кто живёт со мной под одной крышей, а это дети.

— Через два месяца, когда начнется учебный год, тебе придется подтвердить, что ты контролируешь собственную магию. Я-то думал, ты это специально перед детьми устроила демонстрацию… — протянул он, только сейчас осознав масштабы проблемы.

— А если я не пройду эту аттестацию?

— Могут поставить ограничивающую метку, пока не научишься контролировать силу. Полностью запечатывать дар не станут — твой статус не позволит. Я могу получить разрешение на твое обучение, согласна? Всё же я в долгу перед Эмилией, и неважно, тут она или…

Мужчина замолчал, оборвав себя на полуслове.

— Приму твою помощь с благодарностью, — согласилась я на предложение. — Что насчет остального? Мне нужна хотя бы консультация.

— Что именно тебя интересует?

— Да буквально всё. Но прямо сейчас мне нужно разобраться с провиантом — запасы на исходе. Ещё нам требуется ремонт, новая мебель и очень много ткани. Преподаватели, опять же, я хочу начать обучать детей хотя бы элементарной грамоте и счету, раз уж в школу их не пускают. В общем, дел невпроворот, а знаний у меня никаких.

— Сейчас главная проблема — это отсутствие денег, — не согласился со мной маг. — Думаю, комиссия нагрянет к вам, если не на этой неделе, так на следующей точно. Получишь финансирование — будем решать вопросы.

— Насколько мне известно, финансирование мизерное, хватает его разве что на питание и кое-какую одежду, но не более. А, судя по состоянию дел, вороватая управляющая экономила буквально на всём. Сейчас у меня есть кое-какие личные сбережения, но я плохо разбираюсь в местных расценках и не понимаю, с чего начать.

— Ты готова вкладывать в отказников собственные деньги? — Мартин смотрел на меня с каким-то недоверием в глазах.

Неужели и у него есть предрассудки по отношению к моим воспитанникам? Вдруг я обратилась за помощью не к тому человеку?

— И что в этом удивительного? Я это делала и до перемещения из своего мира сюда. — Невольно вспомнилась свекровь, которая всё время осуждала мою благотворительность.

Тьфу! Нашла, кого вспомнить!

— Тогда понятно, почему именно тебя переместили в тело Эмилии, — задумавшись на несколько минут и посмотрев на меня совсем другим взглядом, заключил маг. — Кто из твоих сотрудников знает о вмешательстве Ариса?

— Да никто, разве что Диего может подозревать. Я кое-где прокололась.

— Тогда давай поступим так: я приду к вам вечером, после отбоя. Собери всех сотрудников, я их проверю, а после клятвы молчания введем их в курс дела. То, что у мужа будут секреты от жены, неправильно. Да и тебе, как ты сама призналась, нужна помощь. Составь список проблем, будем думать над решением все вместе.

— Спасибо, я всё сделаю.

Вернувшись в дом, я обнаружила дедушку Ульха, который крепил на стены возле уборных графики. Бумажные листы были под стеклом, в деревянной рамочке. За отличную идею дедушку Ульха тут же захотелось поблагодарить.

Но дети меня опередили. На мужчину посыпались вопросы о том, кто и когда будет мыться.

— Так, я буду зачитывать списки один раз в день, утром перед завтраком, всем понятно? Так что вам лучше запоминать, или учитесь читать самостоятельно! — дал установку дед и продолжил: — Сегодня моются Тамия, Малика, Захира, Телли, Беата и Альса. Из мальчиков Том, Крис, Беон, Аллан, Михей и Тормун. Каждому из вас на бултыхания даётся тридцать минут, ясно? Станете задерживать остальных — с вами будет разбираться леди управляющая. После водных процедур в уборных наводят порядок Зул и Регом, а также Линда с Кендрой. Теперь возвращайтесь к работе, до ужина чтобы всё закончили.

Стоило детям разбежаться по своим делам, я всё же подошла к старшему мужчине.

— Отлично придумал, дедушка Ульх!

— Дай им возможность, от твоих бумажулек останутся одни клочки. А так, хоть какая-то защита.

— У меня есть график, который я хочу оформить на большом листе. Может, и для него найдется какая-нибудь защита? Но загвоздка в том, что каждый день мне придётся вписывать новую информацию.

Выслушав все мои пожелания, дедушка Ульх согласился сделать рамку нужных размеров с защитой из стекла и небольшим замочком. Дополнять график по моему замыслу могли, помимо меня, только воспитатели, но никак не дети. А то они тут же припишут себе лишних звездочек, плюсуя тем самым дополнительные баллы. 

Проверив результаты уборки, которые, скажем так, меня не особо впечатлили, я отправила всех на ужин, а сама двинулась в комнату к Диме.

— Эй, привет! — поздоровалась с ним, заглянув и убедившись, что мальчик не спит. — Ты как?

Я прикрыла за собой дверь и, подойдя к кровати, уселась с самого края, рядом с развалившейся кошкой. Сам Дима на постели практически сидел и играл с котятами, которые ползали прямо по его ногам.

— Лиза? — кажется, Дима-Шон до сих пор не совсем осознал происходящее, ну или не поверил.

— Ага. Бантик и Хвостик, помнишь? Или ещё устроишь мне проверку? — шутливо поинтересовалась я, после чего он покачал головой и улыбнулся. — Ну так что, как ты тут? Извини, я замоталась и не смогла к тебе раньше заглянуть. Ты поел?

— Меня кормили какой-то жидкой кашей, невкусной. Но потом девочки заносили ягодный компот. А долго мне ещё тут лежать?

— Сегодня я увижу твоего мага-врача, поинтересуемся у него, хорошо? Я попрошу его зайти к тебе для осмотра.

— Хорошо. Так магия существует, что ли? — Недоумение сквозило в каждом слове, словно мальчик сам не верил в то, чему стал свидетелем. — Я думал, ее только в кино показывают.

— Существует! Ты бы видел, как я сегодня раскидала всех по полу с помощью какой-то воздушной волны, когда разозлилась!

— Правда? — Димка посмотрел на меня восторженными глазами. — А я так смогу?

— Ну, прямо так делать не стоит. — Я усмехнулась. — Это плохо, и у меня случайно вышло. Но магия у тебя должна быть, так что станем учиться вместе. Согласен?

— Да!

Поболтав немного о разных мелочах, мы довольно быстро расстались. Было ещё много незавершенных, а то и вовсе не начатых дел, а маг нагрянет уже совсем скоро. Сообщив старшим в доме о внеплановом ночном собрании и оставив их разбираться с детьми, я скрылась в своих покоях.

— Леди Риштар, дети спят. А мы собрались, как вы и просили, — Марьяна заглянула в кабинет спустя несколько часов моей плодотворной работы, предварительно постучавшись и дождавшись моего «входите». — И там пришел маг. Приглашать?

Проснулась я совершенно разбитая и невыспавшаяся, а всё потому, что так называемое совещание, мною же и организованное, закончилось ближе к утру.

Ту часть, где нужно было рассказать обо мне и вмешательстве бога Ариса в наши с Эмилией судьбы, взял на себя маг. И не зря. Представил он всё в лучшем виде — я бы так не смогла. Мол, мало того что из другого мира, так ещё и женщина умная. Детей любит — поэтому на место Эмилии Арис поместил  именно мою душу, — да и порядок тут наведет! Она вон, не успела появиться, а в Доме управления шороху уже навела — проблему с воровством решает! А к богам стоит прислушиваться, если не хотите навлечь на себя их гнев. Опять же, проверку у теневиков прошла — тут даже дед Ульх согласно кивнул, поддерживая теневика, — и опасности не представляет.

Конечно, я кое-где вставляла свои пять копеек, но не более того, предпочитая не вмешиваться.

Приняли информацию нормально — в панику никто не впадал, истерик не закатывал и руки не заламывал. Диего и вовсе, кажется, вздохнул с облегчением, при этом ласково держа супругу за руку. Прав был Мартин — секреты в семье не к добру. Дедушка Ульх задумчиво теребил усы, глядя куда-то в пол. Марьяна была тиха и серьёзна. Вот уж что меня особенно удивило, так это открытая радость в глазах Лиены. Все сотрудники дали магу клятву о молчании, и мы перешли к тому, зачем я, собственно, всех тут собрала.

Список текущих проблем был… внушительным. Вот не зря я решила прислушаться к словам дедушки Ульха, который ещё в первый день советовал мне обращаться за помощью. Комментарии я получила дельные.

Вопрос питания, на удивление, был одним из самых быстро решаемых. Женщины подсказали цены на самые необходимые продукты и взяли на себя задачу по составлению примерного списка того, что нужно купить и в каких количествах для годового запаса. Исходя из итогового меню, будем рассчитывать расходы.

Интересное решение по закупке стройматериалов подсказали уже мужчины. Только Ульх сперва хитро поинтересовался, как бы я сама поступила? Ну а что бы с этим делала? Съездила бы в лавку, где меня, как оказалось, развели бы на страшные деньги, да еще и привела бы за собой целую банду в качестве наемных работяг. Так что, если бы не помощники в лице Мартина и Диего, как пить дать, наломала бы дров.

В этом мире лес был особенный, и относились к нему с большим уважением. Даже не к самому бору, а к тем расам, что его охраняли. 

Лес при этом делился на две части: простые рощицы с тонкими деревцами и большими полянами, где можно было собирать грибы да ягоды, и чащу, где росли столпы-великаны, рядом с которыми человек  напоминал муравья. Почему так произошло? Неясно. Местные говорили, что так и должно быть, другого они не видели. Возможно, древесные великаны вытягивали всю жизнь из простого леса, может, так влияет магия, кто знает? И вот в этом самом гигантском лесу обитали эльфы, дриады, фавны, лешие и бог ещё знает кто. Они редко выходили к людям, но и к себе пускали без особого желания. Так что за вред, причиненный их дому, можно было получить специальную метку, которая больше не пропустит в особые леса, ну, или какое-нибудь проклятие, если хорошо нарвешься.

Нам бы на землю таких защитников леса, особенно в Россию, вот была бы красота!

Вырубкой леса тут занимались только специальные конторы, в штате которых имелись либо маги земли, либо уже боевые с даром земли. Уникумов с такой двойной специализацией не так уж и мало, но на лесопилки шли те, кого списали со службы. Платили хорошо, а уж если маг знал языки лесного народа, то и вовсе в деньгах не нуждался. 

И вот эти самые лесопилки заготавливали древесину в промышленных масштабах. Работа магов, доставка деревьев-великанов из разных уголков страны, распилка и обработка — итоговая цена росла как снежный ком. Да и сама древесина была не из простых, с обычной не сравнится. Так что в нашем случае дешевле будет нанять боевого мага-стихийника. А раз Мартин пообещал замолвить за нас словечко перед своими сослуживцами, мы и вовсе прилично сэкономим. 

Вопрос об изготовлении мебели я не поднимала. В моих задумках не было ничего сложного, а мужчин и юношей у нас в доме хватало. Справимся собственными силами — и деньги сбережем, и мальчишки поднатореют в столярном деле. Диего, в свою очередь, пообещал помочь рассчитать необходимый объем древесины для ремонта. В доме требовалось обновить половицы, ступени в лестницах, крылечко тоже далеко от идеала. Но это всё мелочи. В приоритете были нормальные кровати, шкафы, комоды, тумбочки. И это только для комнат! А ведь у меня ещё в планах домашняя школа, а значит, нужны парты и стулья!

Закупка строительной мелочевки, типа краски, лака, инструментов и прочей требухи, пройдет под контролем дедушки Ульха. Мол, есть у него нужные знакомые, покажет. На текстиль были у меня свои задумки. Сколько нужно ткани, чтобы обновить одежду детям? Это уже оптовая закупка получается! А ведь ещё необходимо постельное. И шторы. И бог ещё знает что! А значит, можно добиться скидки, нужно только подход найти. Уж с этим, благодаря своему опыту, я точно должна справиться!

Бумагу в этом мире производили из какого-то растения на фабриках с использованием магии. Многие люди жили тем, что сдавали собранные ими травы в переработку. Хорошо на таком не заработаешь, но, как говорится, копейка рубль бережет, да и скидку на бумагу можно получить, если в таковой есть необходимость.

Три рода практически полностью захватили рынок. И у каждого из них были свои способы производства. Одна семья, приближенная к королю, делала особую бумагу для магической почты, другая — стремилась достичь идеальной белизны и тонкости. Ещё одно семейство изготавливало бумагу для простого населения — она была не самого высокого качества, зато шла по приемлемой цене.

Обсудив все насущные вопросы, я отпустила сотрудников отдыхать. А вот мага попросила задержаться. За пару часов мы обсудили денежную систему вдоль и поперек так, что мне не терпелось пересчитать наличные в кошеле и понять, хватит ли их на все, что я задумала. Узнала, как регистрировать собственные изобретения и что я могу за них получить. Оказалось, не так уж и мало, если новодел будет иметь спрос. Если передать права на разработку государству, каждый месяц тебе будет начисляться процент от продаж. А можно самой зарегистрировать патент, но тогда изготовление и сбыт продукции тоже ляжет на твои плечи. Вторым вариантом мало кто пользовался, разве что представители торговли, ведь нужно было охватить необъятное: помещение, рабочих, сырье, производство, точки сбыта и логистику. Повезло, что в этом я как рыба в воде. Осталось только понять, с какой стороны подойти к делу. Да и стоит присмотреться, что в этом мире есть, а о чем и не слыхивали.

А ещё мы с магом пришли к согласию по поводу моего обучения. Занятия начнем сразу после того, как пройдет проверка и решится вопрос с финансированием.

Ну и как бы я ни пыталась загнать поглубже собственное любопытство, все же не удержалась и напоследок спросила:

— Ты хорошо знал Эмилию?

— Мы учились вместе в академии, — маг пожал плечами, словно не зная, о чем рассказывать. — Друзьями нас назвать сложно, уж не знаю почему, но общего языка мы так и не нашли, а ведь нас почти на год — на период практики — объединили в пару.

— А как же тогда твой долг на крови? Когда он появился?

— Да там же, на практике, глупо подставился и, если бы не Эмилия, подох бы прямо в той глуши, не дождавшись помощи.

Монеты я пересчитывала уже утром. На финансирование пока старалась особых надежд не возлагать — мало ли, какой вердикт вынесет проверяющая комиссия. А если деньги нам всё же перечислят, стоит задуматься о грядущей зиме. Детям нужна будет теплая одежда, да и просто заначка на черный день не помешает. Сумма в моём кошельке была внушительной, но всё же недостаточной для реализации всех планов и даже их трети.

Пока ела, изучала меню на год, предоставленное Марьяной, стоило мне высунуть нос из своей комнаты. Не удивлюсь, если женщины и вовсе спать не ложились — работа проделана колоссальная! На руках у меня были самые настоящие таблицы, хоть и кривенькие: тут и количество продуктов, рассчитанное из количества душ, приблизительная стоимость и лавки, где хорошие товары продают по умеренной цене. Я вот не подумала, а женщины задались вопросом: в какое время года выгоднее закупаться? Ясно, что в зимний период всё дорожает, но и в остальные сезоны цены скачут по самым разным причинам, которые стоит учитывать. 

А ещё закралось у меня подозрение, что одна из женщин гораздо образованнее, чем я считала, — так мастерски преподнести всю информацию! И это явно не Лиена, а Марьяна, так что стоит присмотреться к ней повнимательнее.

— На что вы ориентировались, когда составляли меню? Уж очень оно у вас простое вышло.

— Зато сытно и недорого, — прокомментировала Лиена. — А вообще, всегда так закупались, сколько я тут работаю. В последний год управляющая заказывала продукты самостоятельно в городе. Говорила, что у родича есть своя лавка, так дешевле. Да только продукты были… в общем, не продашь уже такие. Ладно хоть крупы хорошие, и деревенские помогали время от времени.

Понятно, что ушлая женщина нашла способ помочь родственникам сбагривать остатки товаров, хорошо на этом навариваясь, не заботясь о здоровье своих подопечных. Да и не факт, что она правду говорила — может, и не было у неё никаких родных. Сама-то наверняка питалась по высшему разряду. У меня уже слов не находилось, чтобы описать свои чувства к этой мамзель!

— Хорошо, я вас поняла. Лиена, Марьяна, у вас есть неделя, чтобы составить ещё две такие таблицы. Если это, — я указала рукой на ворох бумаг на столе, — самый простой вариант питания, то мне нужно понимать, как сильно изменится стоимость, если добавить хороших продуктов и разнообразить меню. К тому же мне бы очень помогли точные рецепты некоторых блюд — названия, к сожалению, мне ни о чем не говорят. А ведь я планирую потом добавить в меню кулинарные идеи из моего мира.

После завтрака я разделила детей на группы, отправив кого в лес, кого на рыбалку, а кого на кухню готовить обед — третий отряд был самым малочисленным. Разве что уборку решила отложить на другой раз. Как выяснилось, не было моющих средств. А так… только грязь размазывать. Тех ребят, что затеяли драку, отпустила с остальными в лес с уговором, что вечером они будут чистить рыбу.

Б-р-р! Ненавижу это дело!

Пока я возилась с воспитанниками, Мартин проведал Диму. И к моему удивлению, уже через двадцать минут маг спускался по лестнице, а за ним следовал озирающийся по сторонам Шон, прижимающий к груди маленького котенка. Хорошо, что в доме уже почти никого не осталось, а то и так для парня слишком много потрясений.

— Шон, привет! — поприветствовала я своё чадо до того, как он воскликнет: «Лиза», — выдавая себя с потрохами. — Меня зовут леди Эмилия фон Риштар. Можешь обращаться ко мне просто леди Риштар или леди управляющая. Как твое самочувствие? — учитывая, что Дима все еще стоял на второй ступеньке, мы могли смотреть друг другу в глаза.

— Всё хо-оро-о-шо, леди… — Каюсь, я не сразу заметила, что в глазах мальчика зарождается самая настоящая паника. И тут же мысленно дала себе оплеуху. Надо было ещё вчера найти время и объяснить, как себя вести за пределами импровизированного лазарета. Но кто ж знал, что Мартин так скоро сочтет его вполне здоровым.

— Ты уже придумал имя этому пушистику? — протянув руку, я погладила котенка за  ушками, вызвав тихое мурчание. — Шон, смотри, какой у него рисунок на груди интересный, на бантик похож. Может, так и назовёшь? — конечно, черное пятно больше походило на кляксу, но я надеялась, что Димка сообразит, о чем речь. Стоило мальчику поднять на меня удивленный взгляд, как я ему подмигнула.

— Или Хвостиком. Я ещё не решил, леди. — Я знала, что мальчик у меня сообразительный, но, убедившись в этом в очередной раз, перевела дух.

Кажется, обошлось.

— Тебя никто не торопит. А сейчас пойдем, накормим тебя, — я кивнула в сторону прохода, ведущего в столовую. — Все ребята уже убежали, но кое-кто остался помогать на кухне. Можешь присоединиться к ним.

Пока Лиена бегала за порцией завтрака для Шона, я шепотом дала несколько наставлений.

Дальше задерживаться было нельзя. Так хотелось с ним пообщаться, узнать, что он чувствует, рассказать историю о нашем попаданстве…. но мало того, что времени в обрез, так и делать из него любимчика — значит навредить. Хорошо, что мы это уже проходили, и мальчик все понимал. 

Мне же сейчас предстояло отправиться в город.

Во-первых, нужно было закупить продукты на ближайший месяц, во-вторых, заглянуть в филиалы местных текстильных фабрик. Ясное дело, сами производства были только в столице и паре-тройке крупных городов, но даже в не слишком больших поселениях имелись фирменные магазины, где можно сделать индивидуальный заказ.

Ещё одна мысль не давала мне покоя — были ли у Эмилии какие-либо сбережения или доступ к семейным счетам? Наверняка да. И если так, то стоит без лишних промедлений обналичить эти самые сбережения. Родич Эмилии предельно ясно выразился — родственников у меня в этом мире нет, и, вполне возможно, скоро мне перекроют доступ к семейной кормушке, если уже не сделали этого.

Первым делом, после того как я всё же посоветовалась с магом, мы отправились в отделение гномьего банка, по словам мужчины, члены рода Риштар доверяли только им. Единственная поправка: маг считал, что я хочу отдать в банк уже имеющиеся монеты. Всё же я не настолько дура, чтобы выкладывать ему всю правду. А если он тут же всё расскажет моему дяде? Это он мне несостоявшийся родственник, а магу — начальник. Если расскажет, все мои планы накроются медным тазом быстрее, чем я доеду до банка.

Мартин по дороге в подробностях расписывал, как в банке принято себя вести. Лиена тактично помалкивала, уткнувшись в книжку. Оставшуюся часть пути я, выглядывая в окно, рассматривала окрестности, пока не вспомнила про мучивший меня вопрос.

— Лиена, всё забываю спросить. Почему девочки не умеют готовить?

— Леди Риштар, да кто же их учить станет? Не принято это у нас.

— Ну, ты же учишь?

— А кого мне ещё учить? Своих-то детей нет, а если бы дочь была, то и не знаю, стала бы я делиться семейными рецептами с посторонними… — покачав головой, Лиена отвернулась к окну, словно стыдясь слов своих. — Кулинарные секреты передаются в семьях от матери к дочери. Как артефакты у знати. Умение вкусно готовить — признак того, что ты отличная хозяйка. У нас так жен мужчины выбирают — что-то вроде смотрин. В праздник Кулинара в столице повара соревнуются за право попасть на королевскую кухню, а в деревнях устраивают пышные пиры, где все местные девки выставляют на общий стол свои самые лучшие блюда.

— А наши девочки могут участвовать? — в голове уже начала формироваться очередная идея.

— Могут, кто ж им запретит. Да только вы ведь знаете, как к ним деревенские относятся, девушки не потерпят конкуренток и наверняка будут пакостить. Они и своих-то не жалеют — то соли кому бухнут в похлебку, то жуков подкинут в выпечку. Кто во что горазд.

Ясно, женское коварство во всех мирах одинаково. У нас давным-давно появилась поговорка о том, что не стоит брать помаду другой женщины, даже если ты считаешь её подругой. Читала я, что на балах дебютантки так избавлялись от конкуренток. А уж про современный модельный бизнес и вовсе молчу — настоящий аквариум с пираньями.

— Ну, это мы ещё посмотрим, кто кому напакостит, — не сдержала я усмешки. Сватовство нашим девочкам, конечно, не светит, но нос местным задавакам мы точно утрем. Я буду не я, если мои воспитанницы приготовят еду хуже, чем местные. Плюс у нас есть преимущество в виде иномирных рецептов. Женщина я или где? — Когда там следующий праздник Кулинара?

— Да ровнехонько через два месяца и будет. У нас такой праздник отмечают дважды в год, в первые дни весны и осени.

— Вот и отлично, дело за малым — научить девочек прилично готовить, — Лиена уставилась на меня широко распахнутыми глазами, но промолчала, лишь покачала головой. — Введем в обязательную программу кулинарные уроки.

Пока добирались до банка, я по-другому взглянула на идею уроков для детей. Если сначала думала научить их хотя бы элементарному — чтению и письму, то постепенно границы расширялись. В обязательном порядке нужен преподаватель местных законов. Я не желала, чтобы дети пошли по кривой дорожке, так что не будет лишним, если кто-то разбирающийся объяснит, чем могут обернуться глупые поступки. Может, к магу и обратиться? Он законник. А нам ведь и нужны-то лишь несколько факультативных занятий, краткий курс! Как в моем мире сейчас организовывают для детей открытые уроки о вреде курения и незащищенного секса.

Воспитанникам вообще нужно дать как можно больше знаний и навыков, которые помогут устроиться в негостеприимном мире. Девочек научить вести хозяйство, готовить, шить, вышивать, стирать, убирать… смогут хоть уборщицей устроиться или какой-нибудь поварихой — всяко лучше, чем проституткой. И мужика себе найти при такой работе гораздо проще, это только в книжках клиент влюбляется в ночную бабочку и вызволяет её из лап сутенера. А на деле таких и за женщин-то не считают! Мальчишек научить мужским ремеслам: рыбалке, охоте, работе с деревом и строительству. Да и я могу что-то от себя им передать — опыт немаленький. Та же логистика и снабжение в разных сферах — всё моё!

В общем, что-нибудь придумаем.

Здание банка было больше похоже на маленькую крепость, вход в которую охраняли два гнома с боевыми топорами и в полном обмундировании. Такие зашибут и не заметят. Попав внутрь, я ощутила себя великаном среди ленивых муравьёв. Гномы были… своеобразными. Все как на подбор низкорослые — макушка самого высокого служащего достигала уровня моей груди. Но, как подсказывала память, рост этой расы обманчив — они не уступают другим в силе, а многих даже превосходят. Кожа смуглая, волосы темных оттенков: от темно-рыжего до иссиня-черного. Гордостью любого гнома-мужчины является борода, которую он старательно отращивает, лелеет с юношества и никогда не сбривает. По бороде, зная обычаи данной расы, легко вычислить возраст. Как выяснилось, в памяти Эмилии были кое-какие знания. И встречающий нас гном, который заплетал растительность на подбородке в косу с красной лентой и окрашенным в синий кончиком, был старше меня раз так в пять. Примерно. 

— Добрый день. Меня зовут Бижемо. Чем я могу вам помочь? — поприветствовал нас представитель банка.

— Здравствуйте. Я бы хотела положить на свой счет деньги.

— Конечно, леди. Пройдемте, — мужчина развернулся с просьбой следовать за ним и скрылся в неприметном коридорчике. Мартин остался позади, и я вздохнула с облегчением.

Усевшись на место для клиента за стол с высоко поднятыми перегородками, прячущими клерка от посторонних глаз, гном начал процедуру проверки. Идентификации подверглось все: внешность, аура, магия и даже отпечатки пальцев, для чего мне потребовалось прижать ладони к специальной дощечке.

Проверка прошла успешно, хоть я и мандражировала. Запросив выписку со счета, зарылась в бумаги. Я не назвала бы Эмилию транжирой, списаний практически не было. А вот поступления за последние три года были регулярными. Ежемесячно на счет капала одна и та же сумма — возможно, зарплата? Так что остаток оказался более чем внушительным по местным меркам. Эмилия оказалась весьма обеспеченной девушкой. Я сначала даже растерялась, не веря в собственную удачу. Вот так всё просто?

Соблазн снять со счета всю сумму был велик, но я понимала, что на выходе меня ждет Мартин, который точно не оставит без внимания мешок с деньгами, а ещё… где я буду хранить это добро? В детском доме, полном потенциальных воришек? Да ща-а-аз, три раза! С другой стороны, оставлять деньги в банке тоже небезопасно — гном подтвердил, что к счету имеет доступ глава рода Риштар, папочка, то есть. Или дедушка, кто их знает. Так что как только они узнают о приключениях кровиночки, доступ к счету мне махом перекроют. Лучше забрать всё сейчас, надежно спрятать — да хотя бы сейф купить на первое время, а потом можно уже на свой личный счет положить. Куда-то же мне будут переводить зарплату управляющей? Вот тогда и решу этот вопрос.

И в очередной раз мне благоволит удача — не нужно тащить мешок с монетами. Вместо этого мне выдают пять тонких пластин: одна словно хрустальная, другая абсолютно черная и матовая, а все остальные по цвету драгоценных камней, изумрудная, рубиновая и сапфировая. Опустошив счет Эмилии подчистую и распрощавшись с гномом Бижемо, я покинула здание банка с легким сердцем. Теперь я точно могу помочь детям, дав им шанс на светлое будущее. А совесть из-за содеянного меня совершенно не беспокоила. Счет Эмилии, а не её родных, так что, по моему личному мнению, я имею все права на её собственность. Я тоже не бесприданница, знаете ли, и если душа предшественницы заняла моё тело, то живет она сейчас в шоколаде!

— Эмилия, — обратился ко мне маг, стоило нам выйти из банка. — Обязательно посети лавку господина Маркуса, не забудь!

— Хорошо, Мартин, — после вчерашнего разговора мы с магом решили перейти на «ты» для простоты общения. В лавке господина Маркуса Мюрдлея я рассчитывала найти переговорный артефакт, чтобы не бегать через всю деревню, если вдруг понадобится помощь. Да и Мартин вернулся на службу, так что это не столько прихоть, сколько необходимость. — Ты уже уходишь?

— Да, пора бежать. Зайду к вам вечером, после работы. Будьте осторожны!

Маг исчез сразу после того, как помог мне забраться в кузов кареты.

— Ну что, Лиена, по магазинам? — губы сами собой растянулись в широченную улыбку от предвкушения. 

Настроение зашкаливало! Какая женщина не любит магазины, особенно, когда у неё есть шуршащие купюры? В моём случае звонкие монеты, но роли это не играет. Соседка моего энтузиазма не разделяла, задумавшись о чем-то своем. Она вообще была какая-то притихшая.

Развернувшись на сиденье, я отодвинула специальную перегородку размером с форточку, за которой был дедушка Ульх, и поинтересовалась:

— А лавка Маркуса Мюрдлея далеко отсюда?

— Да нет, будем на месте минут через пятнадцать. Едем? — отозвался наш «водитель», и карета тут же пришла в движение. 

— Конечно, вы только не гоните, хорошо? А то, кажется, Лиена себя не очень хорошо чувствует.

— А в городе и нельзя гонять, можно штраф большой получить за такое! —Правила дорожного движения? Неплохо, учитывая, что, кроме карет, я тут другого транспорта и не видела.  — А с Лиеной всё нормально, просто за наших ребят переживает! — тут же без зазрения совести сдал старик мою соседку.

Я задвинула на место перегородку, чтобы не мешать «водителю», и переключилась на сотрудницу.  

— Что-то произошло? Почему я не в курсе? 

Хотелось спросить: «Почему я опять не в курсе», — но я постаралась удержать своё взбурлившее негодование. Опять какие-то секреты!

— Да нет, что вы! — отозвалась Лиена. — Всё в порядке, правда, просто у Амира и Мейалы завтра день рождения, а у меня даже подарки купить не на что.

— Ну и что ты переживаешь? Обязательно купим, — заверила я женщину, а сама успокоилась, понимая, что ничего серьезного за моей спиной не произошло, и разгребать очередные проблемы не придётся. Я вообще особа взрывная, если честно, и жалко, что от прежней хозяйки вместе с телом мне не досталось сдержанности. Может, она была более уравновешенной? Всё же аристократка, их с детства учат носить маску невозмутимости.  — И вообще, делать подарки на собственные деньги — разориться можно. Детей-то много, а ты одна. Так что не выдумывай. Ты мне, главное, помоги выбрать, а уж оплачу я из бюджета дома отказников — нас скоро повторно профинансируют, — в этом я совершенно не была уверена, но Лиене об этом знать не обязательно. — Да и с вашими зарплатами сегодня вечером разберемся. В этом месяце есть ещё у кого-то именины?

— Нет, но в следующем сразу пятеро ребят праздновать будут. 

— Молодец, а я вот как-то не додумалась посмотреть в карточках информацию.

— А мне и карточки не нужны, — искренне улыбнулась женщина. — Я уже и так помню, за столько-то лет как-то само собой в голове отложилось.

Ничего себе! Помнить даты рождения пяти десятков человек! Я такими талантами не обладала, так что, пожалуй, стоило завести ежедневник. Да потолще, а то дел столько, что за всем не уследишь и не запомнишь.

Еще десять минут я смотрела из окошечка кареты на пробегавшие мимо улицы, а потом мы остановились у двухэтажного мини-домика, окрашенного в насыщенный синий цвет, в торговом районе. Ну правда, узенький какой-то, невысокий. Окна вот только широкие, что на первом этаже, что на втором, а белый заборчик вокруг явно декоративный — даже оградой назвать язык не поворачивается — перешагнуть можно.

Внутри был самый настоящий магазин со множеством витрин, за стеклом которых находились разнообразные товары. Те, что там не помещались, были выставлены на многочисленных полках по всему залу. Сам мастер артефактного дела сидел на стуле с высокими ножками за рабочим столом, стоящим в углу зала.

Но как только мы с Лиеной зашли внутрь, мужчина сразу же отложил все свои дела, чтобы уделить время потенциальным покупателям.

— Что желают дамы?

— Здравствуйте. Покажите нам, пожалуйста, артефакты связи, — я вежливо улыбнулась, и мужчина тут же предложил пройти к другой витрине, где на бархатной подложке за стеклом хранились медальоны на подвесках.

Артефакты были разных форм и моделей. Квадратные, круглые, овальные и даже в виде цветочков и зверушек; из простых металлов и драгоценных, с вкраплениями самоцветов и с простой гравировкой — всё, что только можно придумать. А мастер — господин Маркус — рассказывал о каждом из них с гордостью в голосе, хвалил, конечно, но и о недостатках тоже не забывал упомянуть. Не все камни и металлы были хорошими магическими проводниками, но далеко не каждый покупатель прислушиваются к советам, особенно из тех, что гнались за роскошью, а не функционалом. В общем, как торговец владелец лавки мне сразу же понравился. Сработаемся.

— А как им пользоваться? — взяла я с вытащенной из-под стекла подложки красивый серебряный медальон — круглый, с чудесным выгравированным узором на одной из пластин и цепочкой, длину которой можно было регулировать.

Хорошо, что мастер отзывчивый попался, он тут же приступил к демонстрации.

— Артефакт состоит из двух одинаковых пластин, вот посмотрите, — господин Маркус взял в руки такой же медальон, какой выбрала я, только с немного другим рисунком, и разъединил круглые пластины, легко потянув их в противоположные стороны. Цепочка, к моему удивлению, крепилась одним концом к каждой — так что части медальона точно не потеряются.

Я тут же повторила за мастером, желая разобраться в принципе работы артефакта. Тот легко поддался манипуляциям.

— Ух ты, как на магнитах! — Пластины притягивались друг к другу, стоило поднести одну поближе к другой.

— Да, верно говорите! А теперь крепим одну часть себе на висок, ту, что с рисунком, — мастер поправил пластину на моей коже, половчее устраивая ее на виске, чтобы не мешали волосы, и удовлетворенно кивнул, мол, вот теперь всё правильно. Металл был прохладным, но и только. И держался на коже крепко, наверняка за счет магических свойств. — Вот это, — мастер подхватил пальцами пластину, что продолжала болтаться у меня на груди, — ваш звукопередатчик, а вот это, — постучал пальцем по собственному виску, на котором так же крепилась часть артефакта, — мыслеприёмник. Чтобы связаться с кем-то, достаточно лишь мысленно потянуться к нужному человеку. Тут главное представить образ вызываемого максимально достоверно! У кого-то сразу получается, а кому-то нужно тренироваться, да не один день.  

И вот надо же мне было представить в этот момент Мартина!

И, конечно же, я сразу дозвонилась. Ирония судьбы, не иначе.

— Эмилия? — прямо у меня в голове раздался удивленный голос мага. — Что-то случилось?

— Ой, Мартин, прости, пожалуйста, что отвлекаю. Я совершенно случайно тебя вызвала. Сейчас отключусь. — Ну да, совершенно случайно представила в своих мыслях именно мага. А, собственно, с кем еще я могла ещё связаться? Ладно хоть не вспомнила следователей — вот бы они удивились! — Как его выключить? — обратилась я к мастеру и посмотрела на него жалобным взглядом, не зная, как закончить звонок.

— Просто представьте, что обрываете между вами нить, — ответил мастер.

Я тут же вспомнила огромные металлические ножницы моей матушки и обрезала воображаемую нитку. Контакт распался, а я даже не попрощалась. Но стоило мне выдохнуть, как пластина на моей груди вдруг засияла желтым светом, а в голове вспыхнул образ мага.

— Вас вызывают, — посмеялся над моим растерянным видом мастер.

— А как ответить?

— Так же, как сами вызывали.

Медальон продолжал вспыхивать желтым светом, поэтому я ещё раз представила Мартина и мысленно потянулась к нему. И чуть не вздрогнула, когда мне на том конце ответили:

— Ты почему связь оборвала? — Маг хоть и не смеялся, но я по голосу чувствовала, что он улыбается. И тут же расслабилась, потому что ситуация и правда была глупая, а вела я себя как малолетняя дурочка. Бросила трубку, испугалась чего-то.

— Ты на работе, а я тут со своими экспериментами. Я в лавке господина Маркуса, проверяю работу артефактов. Собственно, действительно случайно с тобой связалась — даже не думала, что получится.

— Ты достаточно сильный маг, так что не удивляйся. Я тут уже кое-что разузнал по поводу кражи денежных средств, вечером расскажу. А сейчас мне и правда пора.

— Хорошо, до вечера.

Я с извиняющейся улыбкой сняла с себя артефакт, как только связь была прервана, и передала его в руки хозяина лавки.

— Да ничего страшного! Зато удостоверились в качестве моих изобретений! — с широкой улыбкой отмахнулся мастер от моих торопливых извинений. — Ну что, будете брать?

— Да, буду. Скажите, а они все так светятся при входящем звонке? — Мужчина хоть и удивился новенькому слову, но быстро понял, что я имею в виду под «звонком».

— Ну почему же, нет, конечно! Какие-то звуки издают, какие-то пульсируют, есть и те, что начинают светиться разными цветами. Вам какой больше нравится?

— Да, пожалуй, с пульсацией. Можно взглянуть? — мужчина тут же продемонстрировал несколько образцов, и мы погрузились в дискуссию.

Принцип работы такого вот артефакта хоть и очень прост, но в то же время доступен далеко не всем. И не из-за цены, которая, к слову, была не такая уж и маленькая, а из-за того, что звонить могли только маги. Хотя бы маленькие задатки дара в человеке должны иметься, иначе артефакту будет не на чем работать.

Вместо длиннющих номеров тут использовали кодовые слова, предоставляющиеся на выбор, дабы не было повторений.

По итогу я выбрала один кулон для себя и один для Димки. Естественно, озвучивать это не стала — всё же Лиена была вместе со мной в лавке, хоть и гуляла по залу, разглядывая товар. Кодовыми фразами стали «Птица» для меня и «Воин» для Димки. Пока мастер за своим столом вносил изменения в артефакты, я задала вопрос.

— Скажите, а есть какая-то альтернатива для людей, не обладающих магическим даром? Понимаете, у меня очень много воспитанников, и я бы хотела, чтобы у них была возможность связаться со мной, если я отсутствую на рабочем месте. Вот как сейчас — я в городе, а мало ли что у них там может случиться.

— Хм… И как много воспитанников?

— Да почти пятьдесят человек.

— Ого! Пансионом, что ли, управляете?

— Вы почти угадали, — вежливо улыбнулась я и, не желая рассказывать правду, направила разговор в прежнее русло: — Ну так что? Найдется у вас в лавке что-нибудь подходящее?

— Прямо сейчас точно нет. Но вы знаете, я делаю медальоны с похожими принципами работы на заказ. Заказывают маги для своих супругов, которые не обладают даром, или торговцы, к примеру. — Да я разорюсь, если буду покупать медальоны каждому ребенку, учитывая, как подростки в моем мире теряют мобильные телефоны и просят купить им новые, не осознавая их ценность и дороговизну. — В таком случае медальон нужно регулярно подзаряжать, чтобы он работал. Но они строго индивидуальные, а тут полсотни пользователей!

Мужчина заинтересовался, и мы договорились, что он постарается создать артефакт, а я загляну к нему через недельку. Предварительная стоимость кусалась — она была несколько завышена про запас, так сказать, но за её пределы мастер обещал не выходить и не выставлять мне потом космический счет.

Один медальон я тут же нацепила на себя и скрыла под платьем, а второй мне завернули в бархатный мешочек с завязывающимися тесемками. В подарок дали две тоненькие книжечки с разлинованными листами, чтобы можно было записывать новые контакты. Мелочь, конечно, а приятно. Поблагодарив господина Маркуса за подробную консультацию и хорошее обслуживание, мы покинули лавку.

Следующие три часа прошли нервно, я спорила до хрипоты с представителями ткацких фабрик в разных углах торгового района. Только и ездили от одного к другому. Всего филиалов было шесть, по одному на фабрику — и каждый мы посетили. Скидки предоставляли, но очень уж маленькие — меня жаба душила покупать столько материала по озвученным расценкам! В одной лавке вообще заметила, что своему постоянному клиенту скидку они предоставили в два раза больше той, что предлагали мне, — и это за один рулон ткани! А мне нужно было минимум двадцать! Ну и что, что этот господин держит швейную лавку и делает покупки хоть и в небольших объемах, но регулярно?

Только в одном, самом крохотном, филиале милый юный Лойс, приказчик новой фабрики, сразу же сделал мне хорошую скидку — кажется, у них не очень хорошо шли дела.

Проблема была даже не в том, что мне не желали идти навстречу — продавцы во всех лавках понимали, что я очень перспективный потенциальный покупатель, но и прыгнуть выше головы они не имели права. Все скидки и списки постоянных клиентов одобрялись владельцами фабрик, и для этого нужно было отправить запрос. Сошлись на том, что все эти товарищи свяжутся со своим руководством и сообщат, что я готова делать закупки ткани на регулярной основе, заключить договор и внести на его основании задаток. Но и скидку я хотела соответствующую! В крайнем случае можно покупать у Лойса, хоть у него сроки доставки недостающего материала чуть больше, чем у остальных. Ну и ладно, на первое время нам хватит ткани — всё равно мебель ещё только в проекте, да и швеи нет.  

Оставив в каждом филиале кодовое слово для связи, я постаралась выкинуть из головы мысли о тканях и переключиться на задачи, что ещё оставались на сегодняшний день.  

— Лиена, нам бы нанять швею с поварихой и закупить необходимые продукты, а за стройматериалами, думаю, мы приедем в другой раз, — посмотрела я на нашего возницу. — Что скажете, дедушка Ульх?

— Дак, а мастерить всё равно ещё не из чего, так что можно и потом купить.  

— Тут есть база продовольственная, не очень далеко, можно пешком дойти, и несколько рынков чуть подальше, а сотрудников нужно искать в рабочем квартале.

— Только предлагаю сначала перекусить, а то мы толком и не завтракали даже, а уже обед. — Я во время завтрака изучала бумаги, так что мне было не до еды, а девушки при мне есть то ли стеснялись, то ли не могли из-за волнения — черт их знает. —  Где тут можно пообедать?

Спорить со мной не стали — думаю, поняли, что дело это бесполезное, так что вскоре мы заходили в ближайший трактир под названием «Два кабана» — уж не знаю, как насчет двух, но одного я бы съела точно. В последнее время вообще плохо питаюсь.

 Я всё переживала, что карету дедушки Ульха угонит какой-нибудь прохвост, на что он лишь посмеивался, сказав, что на собственность летуна никто не покусится, а если и попробует, так за ней всё равно присматривают.

Стоило попасть в таверну, как мы тут же напоролись на разгорающийся скандал. Судя по всему, владелец и его кухарка — или подавальщица, так сразу и не разобрать, — что-то не поделили между собой.

— Да чтоб тебе золотой поперек горла встал, ассурит проклятый!  — воскликнула женщина необъятных размеров, стоявшая к нам спиной и перекрывающая проход в зал своим пышным телом. Она так махала руками, что итальянцы с их яростной жестикуляцией явно в проигрыше и отдыхают где-то на задворках.

— Что ты орешь, как банши перед случкой? Ненормальная, всех клиентов мне распугаешь! — рявкнул в ответ хозяин заведения — мужчина, чей рост тоже ушел в ширину. Он то и дело смахивал платком со лба крупные капли пота. Даже с виду не очень приятный тип.  

 — А ты мясо-то порченое не подсовывай больше, может, и не разбегутся! — Информация явно была для гостей, и со всех сторон тут же стали раздаваться недовольные возгласы: «что?», «да как можно?!», «да я щас этому пеньку фаербол в одно место запущу», — и всё в таком духе. Да уж, посетители тут разношерстные.

— Рыцарское копье тебе под хвост и провернуть! — дурным тоном заорал владелец, увидев, как посетители начали вставать со своих мест. — Вредная баба, убирайся, и чтобы духу твоего тут не было! Гости дорогие, да брешет она всё! Ну куда же вы уходите?

— Ка-а-а-зёл! — оскорбившись, женщина отхлестала его полотенцем по лицу.

Посетители заржали. Владелец покраснел от злости и напоминал сейчас вареного рака. Не сдержав эмоций, схватился за пузатую пивную кружку и уже почти запустил ею в нашу сторону, но всё обошлось, так как в этот самый миг один из посетителей точным ударом отправил разгневанного мужичонку в нокаут.

— Это тебе привет от Катара, валяющегося с отравлением! А мы-то, грешным делом, думали на стряпню тетушки Гриму!

Со смешками и каверзными шуточками все посетители вывалились наружу, прямиком за нами.  

— Ну что, мужики, куда пойдем? Я так и не пожрал! — один из гостей бандитской наружности смачно харкнул на землю и тут же растер плевок сапогом. Мне стало противно, так что я мигом растеряла интерес к окружающим и стала искать ту самую женщину, что ругалась с хозяином заведения. Может, подскажет, где тут есть нормальные таверны?

Но меня опередил дедушка Ульх. Ну, дед даёт! Он что, флиртует с ней?

Мы с Лиеной переглянулись и подошли ближе к беседующей парочке. Дедушка Ульх восхищался смелостью и бесстрашием женщины, рассыпался в похвалах её пышным формам и безумно красивым глазам, не забывая при этом подкручивать усы.

На лицо женщина и правда была симпатичной. Светло-русая коса до пояса, глаза большие, ярко-голубые, лицо круглое и приятное. Раскрасневшаяся, конечно, но это пройдет, как только она успокоится после ссоры.  Уже не молодая девчонка, навскидку можно предположить, что ей лет пятьдесят, если не больше.

Все комплименты были бы приняты за чистую монету, если бы, расположив к себе женщину сладкими речами, дед вдруг не закричал про удивительное совпадение: «Вас уволили, а мы ищем повариху в большой дом!» Незнакомка его чуть полотенцем, что до сих пор сжимала в руке, не отхлестала, но всё-таки не обиделась, а рассмеялась очень даже красивым смехом.

— Правда нужна повариха? — успокоившись, поинтересовалась незнакомка.

— Нужна, — ответила уже я, скрывая печальный вздох. Есть хотелось жуть как, а тут собеседование надо провести. Может, совместить приятное дело с полезным? — Только давайте где-нибудь в таверне поговорим — мы голодные, ведь день на ногах.

— Знаю одно хорошее место, тут недалеко, — кивнула женщина и повела нас только ей известной дорогой.

Впрочем, идти пришлось недолго — миновав буквально несколько зданий, мы свернули за угол и очутились прямиком перед заведением с вывеской «Ложкино». Сама таверна была чистенькая как снаружи, так и внутри. Интерьер небогатый, но по-домашнему уютный. Васила, так звали женщину, что-то шепнула подбежавшей молоденькой подавальщице, стоило только  переступить порог, и нас провели в другой конец зала. Туда, где располагались несколько комнаток, скрытых от глаз тяжелой шторой.

Пока нам не принесли заказ, я решила не терять время и пообщаться с потенциальной поварихой. Васила была спокойна, отвечала без увиливаний и не боялась смотреть мне в глаза. Вдова с двумя взрослыми сыновьями. Муж погиб на охоте — медведь разорвал, один сын на службе на другом конце страны, а второй женился и переехал в соседний город. Так что она одна, и на месте её ничего не держит, а значит, легко может перебраться в Яблоневку. Всю жизнь проработала поваром, так что готовить умеет хорошо, отлично разбирается в продуктах и их качестве. Я уверилась в своем решении принять её на работу, когда сообщила, для кого предстоит каши варить да пироги печь. Женщина задумалась, но ненадолго:

— А знаете, я не против совсем, какая разница для кого варить, правда? Для детей даже хочется приготовить что-нибудь особенное, а я так давно не готовила что-нибудь этакое, — поделилась Васила. Потом вдруг мечтательно улыбнулась, словно вспомнила что-то приятное, но быстро себя одернула и продолжила:  — В «Двух кабанах» я проработала несколько лет, и меню там практически не менялось — хозяин запрещал вводить новые блюда! Так и навыки все растерять можно!  

Наш заказ наконец-то принесли. Та же молодая девушка очень расторопно и аккуратно расставила блюда на столе и сразу же убежала. Мой выбор пал на «зеленую походную похлебку», а в качестве второго блюда я заказала печеный картофель с мясным гуляшом. Похлебка оказалась очень густой и наваристой: тут и разные овощи, и мясо, а заправлено всё ароматными специями. В общем, было очень вкусно, а главное — наемся до отвала. Лиена и дедушка Ульх поскромничали, судя по всему, стеснялись из-за того, что за обед будут платить не они, так что я смело добавила к заказу пару вторых блюд и вкусный ягодный чай для всех.

Всё же у меня оставался ещё один важный вопрос.

— А что скажете, если я попрошу обучать наших девочек кулинарному мастерству? Сами понимаете, матерей у них нет, пример подать некому. Конечно, с доплатой, если согласитесь.  

Оказалось, женщина была согласна обучать девчонок и бесплатно, но взамен просила позволить ей взять с собой одного мальчика двенадцати лет. Подумав, я пришла к выводу, что одним ртом больше, одним меньше — разницы особой нет. А вот найти приличную повариху ещё суметь нужно. Договорившись об испытательном сроке, мы отправились на рынок — Васила обещала помочь выбрать хорошие продукты, а я увидела в этом возможность проверить женщину в деле. Всё же, раз она готовила большую часть своей жизни, то должна знать все самые лучшие торговые лавки в городе и иметь связи с торговцами.

С новой сотрудницей нам однозначно повезло — гуляя по рынку, мы миновали всех шумных и навязчивых торговцев, отказались от сомнительных предложений, а двое особенно наглых парней и вовсе получили от бойкой Василы по шее. Передвигаясь от одного одобренного поварихой торговца к другому, мы набрали полную тележку продуктов. Вез её мальчишка за пару медяков в час.  Взяли и муку, и сахар, и множество разных круп. Мясо, яйца и молоко решили покупать у деревенских — есть же среди них хорошие люди. Поможем сбыть товар и цену дадим нормальную. На первое время так, а потом, на следующий год, может, и собственным хозяйством обзаведемся. Кто знает? А что, ребятам нужно учиться всему. И фермерские умения лишними не будут! Но пока рано загадывать, а то у меня уже столько планов, что для их воплощения нужно разорваться на много-много Лиз.

Фрукты, овощи, специи и даже орехи — ничто не осталось без внимания. Цены, и правда, были приятными, а Васила нам ещё и скидки выбивала — иногда в виде бесплатного товара. Так что я не скупилась, выбирала что получше и покупала то, что изначально в списке не значилось, желая хоть как-то порадовать детей. Тем более завтра будет аж двойной праздник — день нужно сделать особенным.

Только оглянувшись назад и обозрев огромную кучу продуктов, которыми были заполнены две тележки, я впервые задумалась о том, как всё это добро доставить к нам в Яблоневку. Но проблему решил дедушка Ульх, чья карета стояла на окраине рынка. Так что заталкивать всё в кузов и сидеть на мешках с мукой не пришлось. В два счета с помощью нанятых еще за пару монет мальчишек, дедушка снял с кареты разборную металлическую конструкцию, которую из-за высоких стенок не было видно снаружи. Потом вытащил спрятанные под брюхом доски, отцепил с задней стенки два колеса, которые я видела, но приняла за местный аналог запаски, и за каких-то жалких пятнадцать минут собрал простенький компактный прицеп. Я только диву давалась. В общем, сгрузили мы всё купленное добро и закрыли тканью, после чего распрощались с Василой. Вечером за ней приедет дед, а ей пока нужно решить свои вопросы и собрать вещи.

Оставшееся время мы потратили на поиски подарков для завтрашних именинников. Тут-то мне Лиена и сообщила, что Амиру исполняется шесть лет, а вот Мейале — семнадцать! То есть по закону она должна будет уже завтра покинуть дом отказников и отправиться в свободное плавание. Надо сегодня же переговорить с девушкой. Отпускать я её не собиралась, это то же самое, что маленького котенка выкинуть зимой на улицу, однозначно не выживет. Так что будет учиться наравне со всеми. А чтобы мне потом ничего не предъявили на тему постоялого двора и королевской кормушки для всех желающих, найму её в качестве воспитательницы или еще кого-нибудь. Нам лишние руки точно не помешают, а ей будет копеечка в карман на будущее. В общем, для девчонки сплошные плюсы — только полнейшая дура откажется от такого предложения. Надеюсь, это не про Мейалу.

В лавке сладостей Лиена попросила купить конфет для мальчишки, на что я тут же возмутилась и встала в позу — с чего это ради только для него? Остальные в рот должны будут ему заглядывать и завидовать? Нет уж, так дело не пойдет. Вспомнив, как в нашем детском доме юные именинники угощали всех перед чаепитием конфетами, я купила сразу несколько килограммов сладостей. Амир раздаст каждому гостю по несколько штук, я попрошу Василу испечь сладкие пироги, заварим вкусный чай. Все будут счастливы, а самое главное, никого не обидим. И вообще, сегодня же нужно предложить ребятам нарисовать картинки для Амира и Мейалы — будет подарок от детей. В общем, провернуть это всё нужно в тайне, а значит, требуется отвлечь именинников на пару часов, чтобы мы успели сделать сюрприз. Ага, значит, еще нужны бумага и цветные карандаши. О, а как основной подарок мальчику можно будет преподнести отдельный набор для рисования. И упаковать в красивую шелестящую бумагу, чтобы разворачивал с особым удовольствием. Вроде у него появится что-то своё, но и другим не будет так обидно — ведь остальным ребятам я дам инструменты для рисования (хоть и общие) ещё раньше, чем имениннику. В общем, должно прокатить.

Лиене эта идея очень понравилась — она всю дорогу до магазина с канцелярией восхваляла бога Ариса и его замысел по обмену душ. Я никак это не комментировала.

С Мейалой вообще всё было просто. Напишу для неё официальное письмо с предложением о работе, заверну в красивый конверт с сургучной печатью или перевяжу красивой лентой наподобие свитка. Кто-то может возразить, мол, что это за подарок? И будут правы, это не подарок, моё предложение — настоящий шанс для девочки на хорошее будущее, которое она может начать строить прямо сейчас. А это дорогого стоит. Читать она не умеет, так что предложение я озвучу, всё равно нужно будет пообщаться с девушкой, а вот официальная бумага в знак серьезных намерений не помешает. В дополнение можно подарить шкатулку, но попросить, чтобы она ею не светила первое время, пока для остальных девочек не сделают такие же. Мастерить будут мальчишки — после изготовления мебели наверняка останутся всякие брусочки. Для тренировки в самый раз.

Книжная лавка меня разочаровала как ничто другое в этом мире, вот ей-богу. У женщин есть маленькие слабости: у одних это туфли, у других сумки, украшения и так далее. Моими слабостями были кухонная утварь и канцелярские штучки. Вроде бы взрослая женщина, но блокнотов, ежедневников, ручек было столько, что хоть раздавай.

Я-то надеялась, что в новом мире найду что-нибудь особенное, а по факту, кроме сшитых листов в кожаной обложке, ничего и не увидела. Разве что у обложек было хоть какое-то разнообразие. Украшались они не смывающимися рисунками или драгоценными камнями для тех, кто может себе позволить такую покупку. В крупных городах наверняка есть что-нибудь интересное, но столица-то где-то там, а мы тут. Писчие принадлежности хоть и радовали разнообразием, но, по моим меркам, ничего примечательного собой не представляли: тут и чернила с перьями, и угольные карандаши, несколько видов цветных угольков — альтернатива земным карандашам и фломастерам, и цветные ручки в виде палочек с острым кончиком. Такой я пользуюсь с того момента, как попала сюда, нашла в вещах Эмилии, но вот у меня стержень только темно-серого цвета, а тут есть ещё и красный, и черный.

Ещё мое внимание привлекли стеллажи с книгами. Изучив список учебной литературы, пришла к неутешительному выводу: учить обычных детей в стране не горели желанием. Нет, информацию не прятали, даже цены были такие, что позволить себе купить учебники могли почти все жители. Но на школьную программу, которую изучают у нас в начальных классах, тут отводилось аж восемь лет. А всё дальнейшее — в других учебных заведениях, уже после школы. Естественно, деревенские даже пять классов не заканчивали — им бы научиться считать и писать, чтобы на рынке не обсчитали, и родным весточку при случае послать.

Решила, что воспитанникам сперва нужно разобраться в имеющейся программе, а уж потом будем выходить на более серьёзный уровень обучения. Дети сейчас даже считать не умеют, а я размечталась о чем-то глобальном. Так что учебники закупила. Пока только по математике, чтению и письму за первый уровень. То, что местные изучали за год, я планировала донести до своих ребят за несколько месяцев. Вспомнить земные техники для развития соображалок у детей, элементарно настругать те же палочки для счета — и вперед. При желании учиться можно даже во время игр. Считалки для игры в прятки, домино — там тоже без знаний не разберешься. Можно составлять слова из кубиков — алфавит быстро запомнят! В общем, способов масса, а если земные техники наложить на местные — вообще красота будет! Загоревшись идеями, я приобрела несколько толстых книг  с описанием государства, его культуры и законов — буду читать детям по вечерам, а заодно и сама проникнусь.

Поручив Лиене купить шкатулку для именинницы — красивую, но без излишеств, — я нырнула в очередную лавку на торговой площади. Нужна бумага. Изучив продукцию от разных фабрик, пришла к выводу, что проверить на деле хочу всё. Так что для образовывающейся школы выбрала самую простую и дешевую бумагу, и еще по несколько разных листов хорошего качества для себя и воспитателей. Единственное, что я не смогла тут найти — хоть какую-нибудь приличную подарочную коробку или упаковочную бумагу. Во что завернуть подарки?

День был очень насыщенным. Гуляя по извилистым, но в то же время аккуратным улочкам торгового квартала, кипящего жизнью, я не замечала особой усталости. Только интерес ко всему новому и неизведанному. Конечно, центральный район и кварталы аристократов наверняка куда красивее этого, но и тут перекрестки, переулки и проходы уникальны и по-своему совершенны. Каждая торговая лавка была хоть как-нибудь да украшена. Магические лавки можно было заметить издалека — владельцы придумали что-то вроде неоновой подсветки. Местные, судя по всему, принимали новинку на ура. Украшения кузнецов можно было увидеть не только в лавках, торгующих холодным оружием, но и на фасадах домов, заборах. За порядком на оживленных улицах следили патрули стражи и ученики школы теневиков. Но, несмотря на это, воришек и недоброжелателей всё же хватало, и стоило поберечься. 

И только забравшись в карету, я поняла, что день меня основательно вымотал. Тем более спала мало. Домой добрались уже ближе к вечеру — из-за прицепа с товаром мы ехали медленнее. На обратном пути, пока Лиена дремала, я накидывала примерный план обучения детей, записывала вспомнившиеся игры, обучающие песенки, стишки и считалки. Так что прежде, чем выбраться из внезапно остановившейся карты, пришлось собрать в стопку исписанные листы.

— Леди Риштар, мы всё разберем.

— Спасибо. Только сладости детям не показывайте — уберите подальше от любопытных глаз. Учебники и бумагу ко мне в кабинет, по шкафам.

— Конечно, сейчас всё сделаем, — отозвался дедушка Ульх, и я с чистой совестью отправилась в дом.

Дети ужинали. Шон сидел с мальчиком из команды рыболовов, ребята вели оживленную беседу. Женщины на кухне спешно освобождали место для ящиков с продуктами.

— Марьяна, можешь мне показать ваши комнаты?

Молодая женщина тут же кивнула и, вытерев руки о полотенце, повела меня куда-то дальше по коридору, мимо кухни и столовой.

Сотрудники занимали три комнаты, остальные шесть были свободны. Убедившись, что они ничем не лучше и не хуже, чем детские, поблагодарила женщину и попросила подготовить комнату для Василы и её мальчика. Пока, на время испытательного срока, поживут вместе, ребёнку всё равно нужно будет освоиться — сомнительно, что он захочет жить в комнате с незнакомыми детьми. Потом расселим. Сейчас же для удобства нужно найти какую-нибудь ширму. 

— И отправьте ко мне в кабинет Мейалу, пожалуйста.

Я слышала, как девушка топталась у двери, не решаясь постучаться и войти.

— Звали, леди управляющая? — преодолев робость, в кабинет вплыла тоненькая миниатюрная девушка.

— Да, Мейала. Присаживайся, — я кивнула на мягкий стул. Девушка прикрыла дверь, предоставив на обозрение длинные, ниже поясницы, рыжие волосы.

— Тебе завтра исполняется семнадцать лет, верно? — В ответ еле заметный кивок. — Решила, что будешь делать дальше?

— Подамся в «Кошачью лапу», а там уж как получится.

— Хорошо воруешь? — спросила я в лоб.

— Не знаю, но я ловкая, к тому же красивая — научусь, — последовал абсолютно равнодушный ответ собеседницы.  

Девчонка не преувеличивала — лицо с утонченными чертами, волосы длинные, кожа бледная. Длинные тонкие пальчики на небольшой ладошке, ноготки ухоженные. Большие зеленые глаза и ротик с пухлыми губами. Миловидна, хотя это, конечно, на чей вкус, но взгляд явно притягивает. С такой внешностью и без каких-либо знаний ей прямая дорога в бордель.

— Знаешь, у меня есть для тебя предложение. Ты можешь остаться с нами. Но будешь уже не воспитанницей, а воспитательницей — Марьяна и Лиена не справляются с нагрузкой, ведь детей слишком много. Будешь помогать с маленькими, выполнять мелкие поручения и учиться — да, ты все правильно поняла. Вон, глянь на полки, — я указала на стеллаж, — сегодня уже книги закупили и бумагу.  Получишь знания, подзаработаешь немного за это время. Что скажешь?

— Я не… знаю, —  едва слышно прошептала Мейала, а у меня в груди защемило от её растерянности.

— Ты же понимаешь, что это хороший шанс для тебя выбиться в люди? Воровкой стать ты можешь и через пару лет, но захочешь ли?

— Не знаю…. Мне надо подумать.

— Что ж, думай. Завтра мы устроим чаепитие со сладкими пирогами, а до этого я хочу получить твой ответ. Договорились, Мейала?

— Да, леди управляющая. И можно просто Мей.

— Хорошо, Мей. Ты можешь идти, но пригласи ко мне Шона, пожалуйста.

Девушка ушла, обернувшись напоследок и посмотрев на меня задумчивым взглядом, прежде чем закрыть за собой дверь. Что ж, я и не рассчитывала на быструю победу. Прошлая управляющая хорошо тут подгадила, так что завоевать доверие детей одним махом не получится.

И всё же я переживала, что девушка завтра уйдет, не воспользовавшись шансом.

Размышления были прерваны Димкой, просочившимся в комнату.

— Закрывай на щеколду дверь и иди сюда — я жутко соскучилась, так что будем обниматься!

Пока мальчик справлялся то ли с вредной щеколдой, то ли с трясущимися руками, я вышла из-за стола и подкралась к нему. Стоило тому обернуться, как он тут же оказался в моих крепких объятиях.

— Ну наконец-то! — почувствовав детские руки на своей шее, я сразу как-то расслабилась. У нас всё хорошо. — Привет.

— Привет. — Дима внимательно разглядывал моё лицо и словно чего-то не находил: — Раньше ты была красивее.

— Да и ты рыжим мне нравился больше, — подмигнула я и взлохматила его волосы.

Ребенок теперь выглядел совсем по-другому. Сейчас передо мной стоял мальчишка лет двенадцати: темные волосы средней длины скрывали уши и высокий лоб, зато зеленые глаза сияли озорством. Нос прямой, без горбинки. 

— Рассказывай, как у тебя день прошел?

— Нормально. — Димка повел плечом. — Без особых приключений. Подружился с Беоном и уже напросился к нему в команду.

Я хмыкнула. Рыбалка в другом мире, что может быть лучше?

Удивительно то, что если у меня от воспоминаний Эмилии остались крохи, то Димка знал всю подноготную Шона. Странно это, но, может, всё из-за того, что они в разных весовых категориях? Ведь Шон был, грубо говоря, оборванцем с улицы, в отличие от той же Эмилии, которая имела статус, связи и деньги.

— Лиза, я хочу в школу, но мне страшно, — огорошил меня Димка. — Вдруг опять побьют?

Пришлось подавить тяжелый вздох. Ситуёвина, однако.

Шон явно тянулся к знаниям, а Димка ещё на Земле был одним из лучших учеников — не зря его отправляли на городские и областные олимпиады и конкурсы от школы. Одна личность накладывается на другую…. 

— В школу ты не пойдешь, — строго ответила я, стараясь удержать самое серьезное выражение лица. Выждала немного, но, не сдержавшись, улыбнулась и уже совсем другим тоном продолжила: — Мы свою школу сделаем! А ты мне в этом поможешь! — Детское личико вытянулось от удивления.

Всё же у Шона были в голове мизерные знания, так что Дима с интересом разглядывал новые учебники.

— А что я должен буду сделать?

— У вас в приюте было много развивающих игр для тех, кто ещё не ходил в школу. К сожалению, я далеко не все их запомнила. Знаю, что была настольная игра с кубиками, можно также ввести игры «Родной край» и «Этажики».

— А викторины?

Тут мне вспомнилась картинка из одной телепередачи, где ведущая говорила участникам: «Вы слабое звено, прощайте». Почему бы нет? Упростить её для детей, и можно играть. Отличная вещь для проверки знаний.

— Сделаем, — согласилась я с идеей.

— А ещё мы в школе играли в «Русское лото». Там достаешь бочонок, а тебе учительница задает вопрос под выпавшим номером. Если ответишь правильно, получишь два балла, а если нет, вопрос переходит другому, но уже за один балл. Только нас в школе было мало, а тут сто-о-о-о-олько ребят, — Димка присвистнул. — Понадобится много бочонков и много вопросов.

Я же продолжала развивать идею, но уже мысленно. 

Ещё можно давать дополнительный балл тем, кто сможет правильно назвать номер выпавшего бочонка. И вопросы не читать, а сделать карточки наподобие таро. Пронумеровать на лицевой стороне, а на изнанку каждый раз приклеивать бумажку с новым вопросом. Постепенно можно давать баллы и за чтение. В общем, в одной игре можно изучать сразу и математику, и чтение. А игры делать тематическими. Сегодня, например, на знание флоры и фауны, завтра — на историю государства, законы и так далее. Фантазии есть где разгуляться.

— Ну, просто здорово! Ты молодец, я такой игры не знала! Если ещё что-то вспомнишь — обязательно рассказывай. Тут ребят вообще ничему не учили, так что им все твои идеи будут интересны. А считалки какие-нибудь помнишь?

— Ага!

— Давай диктуй, а я запишу. У меня тут уже свой список игр имеется, но чем больше, тем лучше! Правда ведь?

Через полчаса Димка убежал.

Спустя какое-то время я услышала через открытое окно стук копыт и лошадиное ржание — к нам в гости приехал Мартин верхом на красивом жеребце.

— Привет, — поприветствовала я мага, стоящего рядом с конем и держащего его под уздцы. — Откуда такой красавец? Твой?

Остановившись на расстоянии вытянутой руки перед конём рыжей масти, я протянула руку и, затаив дыхание, погладила шею животного. Потрясающие ощущения.

— Привет. Знакомься, это мой друг Гросс, — маг легонько похлопал коня по шее. — Солшский чистокровный. К сожалению, за последние два года я редко его навещал, но напарник по службе за ним присматривал.

— Безумно красивый!

— А ещё умный. Скаковые качества и выносливость выше среднего, а вот за что я его особенно люблю — за маневренность на узких улочках и послушание. В городе очень актуально. Так что при моей работе это очень ценные умения.

Пока болтали, на улицу выскочили дети. Увидели коня и с огромными глазами окружили мага.

— А правда ли это Солшский чистокровный?

— А как быстро он скачет?

— А можно прокатиться?

И ещё задали миллион разных вопросов.

В это время к нашему дому подъехал конный экипаж дедушки Ульха. Как истинный джентльмен он открыл дверцу и помог пышной Василе выбраться из кузова. Следом за женщиной спрыгнул на землю мальчик, с интересом глядящий на моих воспитанников.

Детский гомон резко прекратился.

— Ну, чего уставились? Помогите мне лучше вещи перенести в дом. Не видите, что ли, повариху я вам привез! А то, понимаешь ли, застыли как истуканы, рты раззявили… Тьфу, а не мужики!

 Немного ворчания дедушки Ульха — и на улице не осталось ни вещей наших гостей, ни самих детей. Попросив Василу и её мальчика следовать за мной, я скрылась в доме. Но стоило нам переступить порог, как несколько пацанят прошмыгнули мимо обратно на улицу. Видимо, красивый породистый скакун не давал детской фантазии покоя.

— Как добрались, Васила? — поинтересовалась я, пока вела новоприбывших в сторону жилых комнат.

— Без проблем! Правда, Ульху пришлось немного подождать, я потратила кучу времени, чтобы найти на улицах города Корку.

Что-то мне подсказывало, что дедушка Ульх был вовсе не против опоздания Василы.

— Простите, что вы искали?

— Меня так зовут, леди, — представился мальчишка, что прибыл вместе с поварихой, а сейчас семенил между нами, держа руки в карманах заштопанных штанов.

— А какое у тебя полное имя?

— Коркариш, но это сложно, и все ребята зовут меня просто Корка, — имя действительно не из лёгких, однако звучит очень интересно. 

— И тебе не обидно?

— А чего обижаться? — хмыкнул парень. — Это ведь просто имя укоротили, а не обидное прозвище придумали. 

Да уж, в чем-то он прав. А уж если оно еще и приклеится к тебе намертво на всю жизнь...

— А можно, я сокращу имя иначе и буду звать тебя, к примеру, Кариш, или же просто Риш. Как тебе?

— Мне нравится! — с энтузиазмом отреагировал мальчик.

— Тогда договорились. А меня зовут леди Эмилия фон Риштар — наши ребята обращаются ко мне просто леди Риштар или леди управляющая, — представилась в ответ, завершая разговор.

Найти комнату Василы и Риша не составило труда. Ориентиром послужили две воспитанницы, проскользнувшие мимо нас со стопками постельного белья в руках и скрывшиеся за одной из дверей.

— Девочки, вы закончили? — я прошла за ними и принялась осматривать комнату.

Две кровати, у одной из которых стоит тумбочка, а над другой висит полка. Матрасы тонюсенькие, подушки и одеяла ненамного лучше. Поверх сложены стопки постельного белья. У стены точно такая же парта, как и у воспитанников. На столешнице составлены тюки с вещами.

— Только постельное не расстелили, а так всё сделали, леди управляющая.

— Спасибо. Можете идти. Думаю, с постельным бельем наши гости справятся самостоятельно.

Девчонки тут же ускакали, но я успела заметить обмен любопытными взглядами между ними и Каришем.

— Васила, проходите сюда. — Я дождалась, пока женщина осмотрится. — Знаю, что комната далека от идеала, но прошу первое время потерпеть. Думаю, через месяц мы обзаведемся и новой мебелью, и нормальными постельными атрибутами. Кстати, у вас нет на примете швеи?

— Думаю, Корку и так всё устраивает, а я вполне могу и потерпеть, не переживайте. А по поводу швеи… что ж вы раньше не спросили? Ещё в городе. Возможно, уже и нашли бы. Есть у меня несколько знакомых, которым нужна работа.

— Приму только на таких же условиях, как и вас, это что касается обучения детей. Сразу предупреждаю, модистки нам не нужны. Нам бы простую женщину, что умеет обращаться с иголкой и швейным станком. Работы много, прохлаждаться будет некогда.

— Поняла, леди управляющая, — Васила кивнула. — Я подумаю, а завтра, если что, дам вам адреса моих знакомых.

Решив для себя, что все рабочие моменты мы обсудим утром, я удалилась из комнаты, оставляя Василу и Риша распаковывать вещи.

Меня ждал разговор с Мартином, которого, наверное, было бы неплохо накормить.

Удивительно, но об этом позаботились и без моих подсказок. Мужчина сидел за общим столом и уплетал за обе щеки суп. Рядом стояла порция утренней каши и тарелка с ломтями хлеба.

И только сейчас я поняла, что же мне на подсознательном уровне не давало покоя с того момента, как я вышла из своего кабинета встречать гостя — в доме пахло свежеиспеченным хлебом!

— Леди управляющая, вам накрывать ужин?

— Да, было бы замечательно, — ответила я Захире. Девочка лет пятнадцати постоянно крутилась на кухне. Видимо, кто-то нашел дело себе по душе. — И предложите ужин нашим гостям. 

 Устроилась за общим столом, ровнехонько напротив мужчины.

— Приятного аппетита, Мартин.

— Спасибо. Я так замотался сегодня, что даже поесть было некогда. И от предложения вашей воспитанницы не смог отказаться, — с этими словами Мартин отправил в рот ложку с супом. — Надеюсь, я вас не объедаю?

— Ешь спокойно, уж, думаю, от одной порции мы не обеднеем.

После сытного ужина мы отправились ко мне в кабинет, куда Мартин пригласил ещё и Лиену.

— Вы знаете, Лиена, меня удивила ваша реакция на странный рисунок, что красуется на руке леди Эмилии, и то, как вы донесли информацию до детей. Я рассказал об этом на службе, и моё руководство приняло решение наградить вас за активную гражданскую позицию и личное участие в организации безопасности ваших воспитанников.

Замолчав, мужчина протянул ошарашенной Лиене благодарственный лист с печатью Теневой службы и небольшой мешочек с деньгами. После этого уже Мартину пришлось стоически терпеть поток благодарности и слез радости от самой женщины. Если бы не его неприступный вид и высокий рост, Лиена вполне могла бы броситься ему на шею.

— Слушай, может, стоило для этого организовать собрание? — поинтересовалась я, когда Лиена покинула кабинет. — Всё же почетное награждение!

— Да не умею я толкать речи, тем более на публику. Я и сейчас-то озвучил не совсем то, что планировал. А сплетню можешь сама запустить в массы, — отмахнулся мужчина, устраиваясь на стуле.

— Ладно, что-нибудь придумаю. — У нас как раз завтра праздник — хороший повод сделать день ещё более запоминающимся. — Так что, твоё руководство действительно расщедрилось на награду?

— Конечно!

— Честно врёшь? — спросила я самым нейтральным голосом, делая вид, что заинтересовалась содержимым ящика стола.

— Чест… — маг запнулся на полуслове, когда понял, что я его подловила, а после расхохотался. — Ладно, и где я прокололся? — с хитринкой в глазах уточнил Марин, слегка склоняя голову набок, на что я лишь улыбнулась. Значит, не ошиблась в своих подозрениях.

— В моём мире подобные торжества массово освещались в прессе. Не думаю, что твоё руководство упустило бы такую прекрасную возможность покрасоваться перед народом и получить порцию восхищения. А сегодняшний поступок больше похож на анонимную благотворительность.

— Не думала пойти в школу теневиков? — кто-то явно надо мной смеялся.

— Если только преподавателем, — невозмутимо отозвалась я, а потом переключила внимание мужчины на другую тему. — Ладно, рассказывай уж, что удалось узнать о краже?

— Да на самом деле не так много, как хотелось бы, — начал Мартин, но был прерван робким стуком в дверь. В кабинет зашла Лиена с подносом, полным чайных принадлежностей. — Спасибо большое, — мужчина принялся разливать чай для нас двоих.

— В общем, клубок понемногу распутывается, но саму Найриль Отис мы не нашли. Да и, скорее всего, это не настоящее имя.

— Но как же она тогда получила эту должность? Если я правильно поняла, управляющие домами отказников проходят регулярные проверки.

— В том-то и дело, что по документам управляющего не было, то есть за детьми следил сам Торналион де Лорвэн, и длилось бы это до тех пор, пока корона не нашла бы нужного человека. И проверок в это время нет, так как, по сути, проверять некого. Беда в том, что сам Торналион болен — подхватил где-то «Морское легкое» и решил не обращаться к магам за помощью, ибо они обязаны сообщить о подобном происшествии куда следует. Сама понимаешь, после такого от должности его бы вмиг отстранили. А ещё, скорее всего, начали бы расследование, которого глава боялся.

— Что это за болезнь такая? Почему сразу увольнение?

Мартин запил конфету и продолжил:

— Это что-то вроде проклятия. Суть этой заразы в том, что легкие наполняются морской водой, и, если вовремя её не откачивать, человек умирает. Двигается больной из-за болезни всё меньше и меньше с каждым днём, пока полностью не переходит на постельный режим. Торналион не собирался бросать кормушку раньше времени, так что решил всех обмануть, да ещё и втянул в это своего преемника и сына. Так или иначе, всё же важные дела решались — Маркус ежедневно на несколько часов приезжал к Торналиону домой, где они обсуждали текущие вопросы. А сын с помощью маскировочного амулета создавал видимость присутствия отца на рабочем месте и решал какие-то мелкие вопросы, такие, как проверка дома отказников. Но тут в игру вступила Оривия и её мамочка, что работала в том же городском управлении, но в отделе финансов. И науськанная девица уговорила влюбленного Фрэнка снять с себя обязанность еженедельных поездок в Яблоневку, временно наняв для этого другого человека. Тут и появляется Найриль. В общем, три подлые женщины разделили финансирование — каждая забрала себе по куску, оставив крохи приюту. Так прошел почти год, и тут стало известно, что на должность управляющего нашли человека. Найриль, не будь дурой, сняла деньги со счета в полном объёме и умотала в закат, оставив Оривию и её мамочку расхлебывать последствия.

— Им бы ничего не удалось скрыть, если бы одна из женщин не стала свидетельницей моего перемещения в тело Эмилии, — сделала я логичный вывод.

— К тому же, — тут Мартин слегка смутился, — по наивности она уверилась, что новая Риштар — настоящая деревенская дурочка, и проблем с очередной аферой не возникнет. Отсюда и липовый договор.

— И чем это всё закончится?

— Женщины уже под стражей, собственно, как и Фрэнк де Лорвэн, и дают показания. Маркус разрушил свою карьеру — при новом короле хорошей должности ему отныне не видать как собственных ушей. Многолетнее обучение коту под хвост. А Торналиона уже отстранили от работы, на его место будет назначен другой человек. О проделках сына ему ничего не было известно, так что тюрьма ему не грозит, но знаешь, этому человеку жить осталось не больше года. Если бы он сразу сообщил о болезни, маги поставили бы его на ноги за два месяца. А сейчас ни здоровья, ни работы, репутация испорчена, а любимый и единственный сын отправится за решетку из-за его глупости.

— Сам себя наказал, ты это хочешь сказать?

— Именно, — подтвердил мои выводы мужчина.

— А что с Найриль?

— В розыске, пока результатов нет. За это время она могла скрыться в другом государстве или просто залечь на дно. Всё равно найдем, не переживай. Такие дела не остаются незавершенными. У теневиков сейчас вообще особое отношение к детям, так что они будут копать, пока не доберутся до правды.

— А что за особое отношение?

— У каждого своя причина, и не мне о них рассказывать, — извиняющимся тоном сказал Мартин.

— У тебя тоже есть эта причина?

— К сожалению, есть. Но давай поговорим о другом. Тем более это не все новости, что у меня для тебя имеются. Тут меня просили тебе кое-что передать.

С этими словами мужчина достал из своей сумки толстую книгу, больше похожую на энциклопедию, и положил её передо мной.

— Это намек, чтобы я больше не задавала глупых вопросов? — улыбаясь, спросила я мужчину. Но стоило мне открыть книгу, как улыбка сошла с моего лица. — Это что?

— Подарок от дядюшки.

— Того самого? — посмотрела я на Мартина с подозрением. — Мы с тобой вообще об одном и том же человеке говорим?

— Всё ты правильно поняла. Просто, скажем так, свою племянницу он обожал всей душой, а вот названного брата едва терпит даже сейчас.

Переваривая свалившуюся как снег на голову информацию, я разглядывала подарок с намеком. Передо мной на столе лежала не просто большая энциклопедия, а самая настоящая книга-сейф. Значит, о моем визите в банк ему уже все известно.

— Также он просил сообщить, что этот презент тебе вручается за сообразительность. И что в данном случае он на твоей стороне.

— Так ты знал, зачем я иду в банк?

— Догадывался, ты уж дурака-то из меня не делай, — усмехнулся маг.

— И что скажешь по этому поводу? — уточнила я.

Вроде бы какая разница, что думает о моем поступке маг? Но, с другой стороны, хотелось услышать одобрение. У меня в новом мире не так уж много поддержки.

— Что ты правильно поступила, и я сделал бы то же самое. Но к последствиям готовься, отец Эмилии так просто этого не оставит.

— Кто бы сомневался, — проворчала я, внутренне улыбаясь. — Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Может, научишь меня, как пользоваться этой штуковиной?

Как оказалось, презент дядюшки — последняя разработка мастеров Теневой службы. Замок магическо-механический, так что вскрыть его просто так не получится. Да и ко всему этому прилагается маячок, на случай, если энциклопедию кто-нибудь умыкнёт из-под моего носа.

Подарком я была очень довольна, а вот странное поведение родственника настораживало. Чуйка подсказывала, что меня втягивают в семейные разборки старшего поколения. Только этого для полного счастья и не хватало!

Но на фоне грустных новостей была и хорошая. Мартин смог договориться со своими коллегами — и буквально через пару дней стоило ждать в гости боевого мага с даром земли. Так что мне следовало поторопить Диего с расчетами, да и самой включиться в работу.

Решив, что наглость — второе счастье, я не только узнала у Мартина, какое вознаграждение причитается магам-лесорубам, но и поинтересовалась размером оклада для моих сотрудников. Пора бы рассчитаться с людьми.

Как только мужчина покинул наш дом, я достала купленную утром толстую тетрадь в кожаной обложке. Не под честное же слово раздавать деньги — в любых финансовых делах должна быть отчетность. Получил? Распишись! Да и господа-проверяющие наверняка заинтересуются этим вопросом.

Вечером сотрудники, за исключением Василы, получили денежку за последние два месяца, в течение которых они работали тут на добровольных началах, плюс премию. Лиене выдала ещё причитающееся за повариху, которой они с мужем платили зарплату из собственных средств. В общем, сотрудники выходили из моего кабинета слегка пришибленными: каждых из них получил от семи до десяти золотых. Учитывая, что оклад воспитателя — три монеты в месяц, а добротный дом в деревне можно отстроить примерно за двадцать пять — Лиена и Диего пребывали в эйфории. Что ж, их можно понять — наконец-то есть шанс обзавестись собственным жильем.

А мне оставалось отблагодарить местных за неравнодушие к проблемам отказников. Не думаю, что тут нужны именно деньги, а вот над подарками стоит задуматься. Опять же, я скоро ткань приобрету по выгодной цене, которую никогда не дадут обычному горожанину. Да и дерево. Может, мне подскажут, кому что нужнее? Всё же деревня — всем друг про друга всё известно.  

Закрыв за последним работником дверь, я переоделась в домашнее платье и залезла в мягкие тапочки. Не удержавшись от соблазна, всё же вернулась на рабочее место и стала изучать свой подарок. Одна деревянная резная обложка чего стоит, наверняка ручная работа. Красота невообразимая! А внутри спрятан сейф из металла. Отработав механизм открывания и закрывания замка, я переложила в металлическое нутро оставшиеся пластины и монеты из мешочка, отложив себе на мелкие расходы несколько золотых. Пригодятся!

Васила оказалась ранней пташкой. Если я с трудом проснулась в начале шестого, то новая повариха инспектировала кухню с четырех часов утра, а в пять к ней присоединилась Лиена, рассказывая, как у нас всё устроено.

Вот это я понимаю, жаворонки! И в то же время совершенно не представляю, откуда эти дамы берут энергию?! Я с таким режимом дня скоро коньки откину. Пожалуй, я бы не отказалась от чашечки кофе. Но, увы, такого напитка здесь не изобрели.

За завтраком на скорую руку мы втроём мило побеседовали о предстоящем дне. Распланировали легкое меню на ближайшее время — не дай бог, детям станет плохо от еды с непривычки. Помимо этого, обсудили и праздничный стол. И самое чудесное — Васила предложила вариант, чем занять именинников, пока остальные дети будут рисовать открытки. Я всё голову ломала, куда бы пристроить этих двоих, а повариха раз-раз — и выдала идею. Ну, конечно! Что может стать лучшим подарком, чем персональный торт с любимой начинкой? А кто трепетней всего проследит за приготовлением? Народу у нас тьма-тьмущая, так что одним жалким тортиком не отделаешься, значит, Васила займет ребят сразу после завтрака и надолго! 

Через час к нам присоединились несколько девчонок, и Васила тут же включилась в работу, отдавая первые распоряжения.

— Волосы заплести в косы, — женщина махнула рукой на выход из кухни, — после всем вымыть руки. — И, указав на раковину, больше не обращала внимания на своих помощниц. — Леди Риштар, нам бы с молочком вопрос решить. Да и яйца нужны, если хотим пироги печь.

Я лишь кивнула и перевела взгляд на Лиену.

— Покажешь мне деревенских жителей, у кого можно закупить продукты?

— Конечно, можно прямо сейчас сходить.

— Позови мужа, чтобы нам тяжести не таскать. А я пока к себе поднимусь, переоденусь.

Необходимо было не только сменить платье и привести волосы в порядок, но и захватить деньги. Справилась я быстро, но не быстрее своих помощников. Внизу меня ожидали Лиена и Диего с тележкой, заставленной тремя бидонами, полагаю, под молоко, и ещё кое-какой утварью.

— Тут недалеко живет баба Аглая. У неё своё хозяйство — и птицу всякую держит, и коз, и коров. Продукты сын продаёт в городе, а мать вот за скотиной ухаживает. Так что, если сегодня Фрол ещё не увез товар, можем закупиться у них.

Мы успели вовремя — здоровенный мужчина как раз загружал телегу точно такими же бидонами, как в нашей небольшой тачке. Рядом с ним суетился мальчуган лет двенадцати, перетаскивая со двора поближе к телеге разные тюки под зорким взглядом пожилой женщины.

Пока Диего здоровался с мужчиной, мы с Лиеной двинулись в сторону хозяйки дома.

— Здравствуй, баба Аглая. Вот, познакомься, наша новая управляющая — леди Риштар.

Лицо пожилой женщины было усеяно морщинками, седые волосы скрыты под косынкой, одежда более чем скромная: длинная юбка и серая рубашка, поверх которой шерстяной жилет.

— Доброе утро, — поприветствовала я пожилую женщину.

— Да какое ж оно доброе, Лиенка! — проворчала бабулька, лишь мазнув по мне взглядом. — Я, значит, для ваших ребятишек заначку отложила, спрятала так, чтобы не нашли! А этот жук всё вынюхал, — кивнула она в сторону мальца, судя по всему, внука. — И вытащил!

— Нечего посторонних кормить за наш счет, когда у тебя собственные внуки имеются! — резко бросил мужчина, подняв с земли очередной бидон, и двинулся в сторону телеги, словно в руках пушинку держал.

— Какие внуки? Этот, что ли? Если уж пригрел чужого змеёныша, то нечего его в мой дом тащить и родичем называть! Моя внучка в доме сидит на печи, а ты даже носа туда не показал, чтобы дочь свою повидать!

— Не смей так говорить о моём сыне! — прогремел мужчина, и в этой самый миг прозвучало возмущенное детское «ай», прервавшее начавшуюся перепалку.

Все дружно обернулись на звук. Мальчик невысокого роста потирал затылок и с опаской косился в сторону невозмутимого Диего, стоявшего с гримасой несправедливо обиженного.

— Ты что-то распустил своего сына, Фрол, — не заморачиваясь, сказал Диего. — Мать родную упрекаешь за лишнее слово, а пасынку позволяешь высказываться в её адрес без всякого уважения, не таясь. Даже наши отказники не позволяют себе так говорить о старших! — Мальчик съежился под грозным взглядом мужа Лиены, который не обещал ничего хорошего. — Эта старая карга, как изволил выразиться ломоть от чужого каравая, — это определение мужчина подчеркнул голосом, — держит твоё огромное хозяйство! Что-то я не замечал, чтобы ты привозил сюда пасынка для помощи, а вот шарить по чужим вещам он уже научен! Поставь его на место, пока это не сделали другие!

— А ты не лезь не в своё дело, Диего, — взвился сын хозяйки. — Заведи св…

— А чего это не лезь? — включилась в разговор баба Аглая, перебивая собственного сына на полуслове. — Не правду, что ль, он говорит? Хоть бы раз со скотиной помогли! Только и знаете, как продукты вывозить отсюда. Никакой помощи от вас! Твой дармоед вон в обновках шастает, зато Ласке даже платье на день рождения не подарил, Фрол! О чем я говорю, ты и не вспомнил, что дочери твоей двенадцать лет исполнилось!

Мужчина даже бровью не повел, лишь отвернулся к телеге и продолжил укладывать на неё тюки.

— А знаешь, надоело! — топнула ногой пожилая женщина, не дождавшись от сына хоть какой-нибудь реакции. Она слегка покачнулась на месте, но Лиена вовремя успела подхватить бабушку под руку. — Чтобы завтра же всю свою скотину вывез отсюда, иначе, видит бог, раздам деревенским бесплатно!

— Что ты несешь? — мужчина явно не был готов к такому повороту событий.

— Что слышал, Фрол! Видеть тебя больше не желаю! А ещё раз твой змеёныш переступит порог моего двора — палкой вдоль хребта получит так, что на своих двоих уйти не сможет! Понял меня?

— Завтра поговорим, когда остынешь! — резко гаркнул мужчина и, закрыв заднюю стенку телеги, чтобы тюки не вывалились наружу, двинулся прочь. — Крам, живо залазь!

Через пять минут двор бабушки Аглаи был пуст.

— Проходите, насобираю я вам продуктов, — вздохнув, она отворила калитку, приглашая нас во двор. — Слишком хорошо я знаю жадную натуру своего сыночка и его женушки. Так что и сама научилась хитрить! Иначе сидели бы мы с Лаской на одних сухарях!

 Баба Аглая вручила Лиене ведро, и они скрылись в коровнике, а мы с Диего пошли в курятник. Видимо, пасынок Фрола знал не все заначки пожилой женщины, иначе откуда бы мы взяли примерно три десятка яиц? Диего, как волшебник, из разных углов доставал по несколько штук, складывая в специальную миску. Внутри круглой посудины была спиралевидная перегородка, в которую и укладывались яйца.

Лиена и баба Аглая вышли из сарая с тремя полными ведрами молока.

— Лиена, ты уж извини, но ни творога, ни сметаны нет. Как раз в той заначке лежали, что Крам обнаружил.

— Да нам и этого вполне хватит!

— Ну, тогда идите, а мне ещё Ласку успокаивать. Крам ей гадостей наговорил, наверняка ревет сейчас.

— Подождите, давайте мы хоть расплатимся с вами!  — тормознула я процессию.

— Деньгами, что ль? — спросила хозяйка растерянно.

— Ну, конечно, баба Аглая, я же говорила тебе! — вклинилась в разговор Лиена, возмущенно взмахнув руками. — Леди Риштар, мы надоили два полных бидона молока. А Диего… — женщина перевела взгляд на мужа.

— Тридцать пять, — озвучил тот, как только пересчитал все яйца.

— В общем, две фляги молока и тридцать пять яиц. По деньгам выходит чуть меньше серебрушки. 

Я вытащила из кошелька монету и передала женщине.

— Бабушка Аглая, вы приходите с внучкой к нам сегодня на праздник. Будут сладкие пироги и веселые игры. Ласке должно понравиться.

И мы отправились в обратный путь. Дети уже наверняка завтракают — слишком много времени мы потратили впустую, став свидетелями семейной ссоры.

— Лиена, как думаешь, бабушка Аглая не шутила, когда говорила Фролу о скотине? — решила прощупать я почву, потому что в голове мельтешила очередная идея.

— У неё обычно слова с действиями не расходятся, — ответил Диего вместо жены и тут же веселым голосом добавил: — Так что Краму действительно лучше в Яблоневке больше не появляться, хотя бы какое-то время. Фрол со своей второй женой совсем мозги потерял — сам не ведает, что творит, — с грустью в голосе, как о старом друге, поделился мыслями Диего. — Дочь бросил, мать ни во что не ставит. Словно опоили нормального мужика.

— Слушайте, а если мы выкупим у Фрола всю скотину? — озвучила я свою мысль. — Не выгоднее ли так будет?

— Выгоднее, конечно, вот только где мы всех животных разместим? У нас нет сараев для этого, — отозвалась Лиена. — Видели, сколько у неё построек?

— А зачем они нам? У бабушки Аглаи будет простаивать пустой двор. Перекупим скотину, а она пусть, как и прежде, ухаживает за ней. Будем каждый день отправлять сюда ребят в помощь пожилой женщине. Может, научатся управлять таким хозяйством, ну, или хотя бы будут иметь представление, что к чему. Что скажете?

— Хорошая идея, — заявила Лиена, переглянувшись с супругом. — Думаю, она не будет против, если оставлять ей часть продуктов.

— Не только продуктов, но и оплату за аренду участка, где находятся хозяйственные постройки. Всё же в них будут наши животные, так что стоит продумать и этот момент.

Мы обсуждали идею до самого дома.

Диего и Лиена раньше держали собственное хозяйство не меньших размеров, так что все подводные камни этого дела знали: сколько всего нужно для прокорма животных, в каких условиях они зимуют, сколько человек потребуется для уборки. По итогу решили обсудить идею с бабушкой Аглаей — всё же без её согласия все наши мысли лишь пустой звук. Если, конечно, она придет к нам сегодня в гости на чаепитие. Если же нет, сами наведаемся к ней вечерком.

Время завтрака заканчивалось, и я попросила всех детей собраться в зале для небольшого объявления.

— Ребята, знакомьтесь, наш новый повар, Васила, и её подопечный Кариш. — Ещё утром я уточнила у женщины, как представить ребенка. Сыном? Нет, не сын он и не внук, а очередной сирота при живом отце, которому горячительные напитки важнее ребенка. — Прошу любить и жаловать! В честь праздника — если кто не знает, напоминаю, что сегодня Мейала и Амир отмечают свои дни рождения! — я отменяю ваши поход в лес и рыбалку. Вместо этого мы после обеда устроим чаепитие и будем играть в разные игры. Кстати, Мейала и Амир, у Василы есть для вас особенный подарок, — я сделала жест, как бы перенаправляя внимание детей на женщину.

— Обычно на дни рождения пекут сладкие пироги, — стоило ей заговорить об этом, дети тут же заулыбались. — Поэтому я приглашаю на кухню именинников, чтобы мы вместе могли испечь вашу любимую выпечку с самыми вкусными начинками. Только то, что нравится именно вам! Как вам такая идея?

Идея понравилась всем без исключения! Но девочки-поварята расстроились, что им нельзя присутствовать на кухне во время готовки. 

— Ничего, я вам дам другое задание, не менее интересное.

Васила увела именинников, а я продолжила:

— У меня есть предложение для всех вас! Давайте сделаем из сегодняшнего дня самый настоящий праздник! — младшие дети заинтересовались, а вот те, что старше, смотрели на меня со скепсисом. — Я купила наборы для рисования, чтобы мы могли нарисовать поздравительные открытки и украсить столовую разными плакатами и вывесками — сделаем ребятам приятное! Можем даже песенки выучить и коротенькие стишки, у меня есть на примете несколько интересных игр. Что скажете?

— Рисовать! — хором крикнули мальчики.

— А я хочу петь! — подхватила общее настроение одна из девочек.

— Тс-с-с! — приложила я к губам палец, призывая детей к тишине. — Ребята, мы же готовим сюрприз! Так что не кричите, а то именинники всё услышат, и сюрприза не выйдет! Договорились?

А дальше всё пошло весело. От греха подальше я увела ребят на третий этаж, в один из будущих учебных классов. Общими усилиями мы с девочками довольно быстро подмели полы и протерли пыль, а мальчики вместе с Диего притащили из своих комнат несколько парт и придвинули их друг к другу таким образом, что получился один большой стол. Сидеть, правда, было не на чем, но это мало кого заботило.

До самого обеда мы творили!

Кто-то просто рисовал открытки — особенно младшенькие. Интересно же! Раньше у них не было цветных угольков и жидких красок. Несколько ребят во главе с Лиеной мастерили большие поздравительные плакаты. Ещё одна небольшая компания под предводительством Шона делала детскую новогоднюю гирлянду. Ну как новогоднюю… это на Земле её обычно делают на новый год, в детских садах и начальных классах, а тут это будет яркий праздничный атрибут. Всего-то и нужно раскрасить в разные цвета бумагу, разрезать её на тонкие полоски и склеить цепочку из множества звеньев. Ребята сильно заинтересовались необычной идеей и увлеклись процессом.

Я, Марьяна и ещё несколько ребятишек вырезали и раскрашивали буквы для будущих гирлянд с поздравительными лозунгами: «С днём рождения, Мейала» и «С днём рождения, Амир». Конечно, сами дети вряд ли смогут это прочесть, но мы объясним смысл.

Дедушка Ульх поделился с нами веревкой для будущей гирлянды, но, перебирая пальцами нить, я вспомнила ещё об одной забаве, в которой с натянутой веревки свисали сувениры, а дети должны были с закрытыми глазами срезать их ножницами. Интересно, только вот я не позаботилась о мелких сувенирах.

Эх, сюда бы воздушные шарики! Но где ж их взять? А вот сделать красивые колпаки для именинников мне никто не помешает!

Мы так увлеклись, что не заметили, как пролетело время.

На обеде дети вовсю шушукались и хихикали, словно готовили какую-то пакость, а именинники пребывали в полнейшей растерянности. Впрочем, это продлилось недолго, так как обед закончился в рекордно короткое время! Все спешили продолжить свои дела!

Мейала и Амир вернулись на кухню, а мы наконец-то принялись за украшение столовой. Мужчины с мальчишками развешивали наши гирлянды и поздравительные плакаты. Димка о чем-то шептался с несколькими ребятами в углу, то ли песенку учил, то ли стих — я так и не поняла. Лиена с Марьяной принесли яркие скатерти на столы, отчего те сразу преобразились.

А я со свитой из нескольких девочек вернулась на третий этаж.

Пока есть время, нужно смастерить хотя бы самые простые бумажные медальки, раз уж я собралась проводить конкурсы.  И сделать колпаки для именинников. Скрутить в конусы и приклеить высохшую на солнышке вату, которую ещё утром обмакнули в цветные краски.

— Красота! — заявила одна из девочек. — Вышло очень здорово!

Больше всего я провозилась с подарком для Амира. Шелестящей бумаги я в книжном магазине не нашла, поэтому решила завернуть в обычную, но предварительно её раскрасив. И вроде бы хорошо, но я чувствовала, что чего-то не хватает. Чего-то такого, что у ребенка могло бы вызвать восторг. И я ломала голову до тех пор, пока взглядом не наткнулась на одну девочку, сидящую на полу. Привлекла меня её чумазая мордашка. Я уже хотела отправить её умываться, когда, подойдя поближе, разглядела самые настоящие блестки! Вот чего мне не хватало!

— Альса, а где ты взяла такую блестящую пыльцу? — присела я рядом с девочкой на пол и указала на блестки на ее руке. — Она очень красивая!

— Это не пыль, это камушки! — отзывается семилетняя девчушка с косичками.

В подтверждение достала из кармашка два серых камня размером с грецкий орех и принялась тереть их друг о друга. На лист тут же посыпалась переливающаяся всеми цветами радуги пыль.

— Ух ты! А я тоже хочу такие! Где ты их взяла?

— Мальчишки у старой заброшенной шахты нашли и притащили для нас. Тут почти у всех девочек есть такие. Хотите, я с вами поделюсь? — прозвучал за спиной голос Малики.

— А не жалко?

— Не-а, не жалко. Всё равно не знаю, что с ними делать, а вот младшие просто обмазываются и просят называть их феями.

— Феечка, — хихикнула я, глядя на увлеченно рисующую Альсу. — Давай, Малика, неси свои камушки, будем с тобой Амиру подарок упаковывать!

Пока мастерили, вокруг нас с Маликой собрались другие ребятишки, с интересом наблюдая за процессом. С помощью кисточки обмазали клейким составом будущую упаковку, а потом, пока он не высох, стали тереть камушки друг о друга прямо над бумагой. Упаковка получилась что надо!

Ребята подхватили идею и начали блестками украшать свои художества, добрались даже до колпаков. Вата теперь была не только цветной, но и блестящей. По итогу сияли не только дети, но и всё вокруг!

Сбежав под шумок от блестящего безумия, я решила заглянуть на кухню и поинтересоваться кулинарными успехами именинников.

А там творилось что-то волшебное. Атмосфера абсолютного счастья!

Тут и там стояли пироги, накрытые полотенцами. Одно такое я приподняла, чтобы посмотреть на уже готовый ягодный пирог, и чуть не подавилась слюной. Ну наконец-то! Выпечка, я так тебе рада!

— Ой, как у вас тут хорошо! — практически прошептала я. Казалось, от любого громкого звука потрясающая атмосфера исчезнет. 

Дети, я имею в виду Амира и Риша, чумазые от крема и с мукой в волосах, сидели у духового шкафа и следили за тем, как за прозрачной стенкой подрумянивается очередной пирог.

— Мы солдатиков испекли! — оторвался от своего занятия Амир, чтобы похвастаться успехами. 

— Здорово! Покажете?

Мальчик кивнул и резво, словно горный козлик, поскакал в другой конец кухни, скрываясь за широкой спиной поварихи. А потом вернулся с глубокой чашкой, я бы даже сказала, с небольшим тазиком, накрытым тканью.

В посудине были не только кривоватые человечки, которых мне с особой гордостью показывал мальчик, но и другие фигурки. Теперь понятно, почему ни Амир, ни Мей ни разу не высовывали нос за пределы кухни — Васила увлекла их так, что ни о чем другом, кроме выпечки, они и думать не могли. 

— Мы будем украшать их кремом, когда тесто остынет! И пироги! — присоединился к разговору Риш.

— Наверное, вкуснятина получится! — восхищенно покачала я головой. — А что вы ещё делали?

Дети начали водить меня по всей кухне, указывая на все пироги и расписывая, как они готовились и из чего. Кто выбирал начинку, а кто придумывал украшения. Я лишь украдкой показала наблюдающей за нами Василе большой палец.

Мей в это время, не отвлекаясь на нас, тонкими полосками теста украшала, судя по всему, последний на сегодня сладкий шедевр, а Васила то и дело её поправляла и подсказывала, как сделать лучше. Рыжие волосы были заплетены в косу, а голова накрыта косынкой. Сейчас она выглядела очень милой, особенно, когда от усердия слегка высунула кончик языка. Дитё! Куда ей во внешний мир? Рано!

 Чуть погодя в кухню попытался проскользнуть Димка-Шон, но на него тут же обрушился шквал детского недовольства.

— Сюда нельзя! — завопил Амир, подскакивая на месте, при этом едва не уронив тазик со сладостями. Пришлось забрать посудину из детских рук и поставить её на стол, а то слез будет — хватит на целый океан. Как бы ковчег не пришлось строить.   

— Уходи, это сюрприз! — вторил Кариш своему новому другу.

— Кыш-Кыш отсюда, рано еще! — присоединилась Васила, так как Димка от удивления застыл на месте и всё никак не покидал кухню.

Пришлось вытеснить мальчика с прохода и выскользнуть за ним следом, откладывая разговор с Мей на потом. Хотя момент всё равно был не самый удачный, так что не страшно.

Оказалось, нужно было придумать ещё одну подарочную упаковку.

На третьем этаже собрались абсолютно все домочадцы. Дедушка Ульх смастерил из дерева красивую заколку для волос в форме лисички. Вспомнив великолепные рыжие волосы именинницы, я поняла, насколько хорошо подходит подарок — гораздо лучше, чем купленная шкатулка, в которую наверняка и положить-то нечего.  

— Я раньше такие для своей жены делал, уж очень ей нравились эти заколки, — делился дед, нежно проводя пальцами по гладкому дереву, словно погрузившись в воспоминания о минувших годах.

На такую и мне любо-дорого смотреть. Изящная резьба, красивая форма… и, судя по всему, она очень легка в использовании. Нужно будет и себе попросить смастерить такую красоту.

— Леди управляющая, можно мы сами подарим заколку?

— И набор с угольками!

— Мы такое придумали!!!

— Хотите посмотреть?

Глядя на восторженные детские лица, я понимала, что ничего, кроме как согласиться, мне не остается. Так что я вникала в план детской программы и качала головой от удивления и тихой радости. Ай да Димка! Ай да молодец! И ведь провернул всё так, что каждый из воспитанников был уверен — без него остальные бы до такого ни за что не додумались.

Времени на новую яркую упаковку не оставалось. Близился полдник, а значит, совсем скоро начнётся праздничное чаепитие. Понимая, что приклеить блестки мы уже не успеваем, я вдруг, глядя на цветные угольки, собранные в кучу, вспомнила метод растушевки. Ну и размазала цветные крошки на бумаге.

— Ух ты! — девчачьи шепотки вызвали у меня улыбку. 

Дети с энтузиазмом включились в дело.

Результат понравился всем! И самое главное, почти каждый внес свою лепту. Напоследок мы лишь обмотали завернутый подарок яркой ниткой, на которую нацепили бусины от порванного браслета Беаты. 

Накрывать столы пришлось мне и Лиене — дети наотрез отказывались впускать в столовую именинников до начала торжества, а Амир — показывать остальным кулинарные шедевры. Мей его поддержала скорее для порядка. В общем, выгнали мы всю детвору в общий зал, а сами принялись за оформление столов. Васила резала пироги на равные доли и красиво выкладывала печенье с кремом на тарелки, а мы с Лиеной перетаскивали всё это из кухни в столовую.

— И куда их втыкать? — пробубнила себе под нос повариха, склоняясь над пирогом.  — Вот ведь затейники!

Женщина крутила в руке несколько свечей. 

— А зачем тебе свечи? — я глянула на пироги и пришла к выводу, что они были сделаны самой Василой, уж слишком аккуратные и красивые. Кажется, приготовлены из блинов, но на самом деле больше похожи на торты.

— Да мальчишка этот, Шон, кажется, попросил ими пироги украсить. Для чего — ума не приложу. Но сказал, что они с ребятами что-то там интересное придумали, и свечи им нужны обязательно!

Догадавшись о планах своего ребятёнка, я хихикнула и решила помочь женщине. Свечи по размеру такие, что в торт их точно воткнуть не получится. Пришлось переложить пироги на большие доски, а восковые столбики чуть подплавить с концов и закрепить по бокам.  

К тому времени как мы расставили угощения на столах, в доме появились Ласка и бабушка Аглая. Девочка была худощава и бледна. Да и одета очень просто: белое платье длиной до колен и без рукавов и непонятного вида сандалики. Однако, несмотря на то, что платье выглядело слегка истрепавшимся, оно было чистеньким и выглаженным.

Скромная бабушка Аглая собралась покинуть наш дом, оставив внучку под присмотром Лиены. Естественно, её никто не отпустил. Дети облепили пожилую женщину, благодаря за проявленную доброту. Почти каждый ребенок знал, кто из сельчан передавал для них разные продукты — об этом позаботились сотрудники. 

В столовую мои воспитанники заходили почти в полной  темноте — Лиена держала в руках одну свечу лишь для того, чтобы ребята не переломали себе ноги. Подростки помогли образовать круг, в центр заключив именинников. Воздух буквально гудел от ожидания чего-то волшебного, а сами воспитанники  с трудом удерживали себя на месте — только общая тайна не позволяла им разорвать круг. Но тут… вплыли два пирога в обрамлении зажженных свечей, в свете которых были видны сосредоточенные мордашки Димки-Шона и Захиры. Парочка запела, а остальные подхватили:

— Как на ваши дни рожденья испекли мы каравай...

Я очень удивилась. Ожидала услышать что-то вроде «Happy Birthday to you», ну, или песенки из мультика про чебурашку. А тут «Каравай»! И ведь вписывается в реалии этого мира! В груди разливалось тепло и нежность к Димке. Какой же он у меня молодец!

Не прекращая петь, дети то растягивали круг, то сужали, буквально обнимая именинников и наваливаясь на них, отчего те смущенно хихикали. И вверх руки поднимали, и присаживались на корточки. Когда песня закончилась, Шон и Захира смогли спокойно подойти к ошарашенным именинникам. Амир-то думал, что всех ребят удивит сладостями, а тут такое! Такое! В общем, глаза блестели, на губах сияла широченная улыбка, а сам он то и дело подпрыгивал на месте. Мей хоть и держала себя в руках, но и её восторг можно было прочитать по глазам.  

Тут все наперебой начали кричать, чтобы именинники загадывали желания и задували свечи. У Амира никак не получалось, но тут подключились остальные ребята — и все свечи потухли. Решив, что желание всё равно обязательно исполнится, дети остались довольны друг другом.

Тут все наконец осмотрелись. Именинники в очередной раз раскрыли рты и выпучили глазенки от удивления. Ну ещё бы! Тут и там висели разноцветные гирлянды, разные плакаты, и вообще, столовая преобразилось! Всё такое яркое! А остальные с восторгом разглядывали столы, ломящиеся от вкусностей. Пироги! А какие красивые! А как пахнут восхитительно! И печенье! Крем?! Ух ты, вот это да! Вы сами это пекли? Да ладно? Правда? Как здорово! 

Детские гомон не затихал. Пока младшие таскали именинников от плаката к плакату, показывая, где, кто, как и что нарисовал, подростки помогали воспитателям разливать чай.  Бабушка Аглая и дедушка Ульх уже сидели за столом, рядом прыгала возбужденная Ласка. Участвовать в каравае её не позвали — как же, она ведь не репетировала! Но девочке и так впечатлений было выше крыши. 

Праздничная программа, как выяснилось, на этом не закончилась. Виновников торжества опять запихнули в круг. В этот раз организовывались дольше, ребята вставали только в им известном порядке, то и дело выкрикивая: «Я за Телли», «Я между Риззи и Томом», «Я последний!» Но вот все встали и друг за дружкой, по цепочке, ребята стали произносить поздравление. Кто-то говорил целую фразу, а кто-то лишь слово — видимо, кто что мог запомнить. Хоть и с запинками да с подсказками, но тем не менее поздравительный стишок они рассказали.

Как только последнее слово было сказано, все хором закричали «С днём рождения» и подсунули под нос именинникам подарки.

Амир хлопал глазами и не знал, что делать с яркой упаковкой. Пока ребята объясняли, пока показывали, как да что, мальчишка весь вымазался в блестках и сейчас был похож на ту самую феечку, о которой говорила Малика.  

Дедушка Ульх тоже не растерялся и провел для Мей мастер-класс под названием «Как пользоваться интересной заколкой». Меньше чем за минуту он закрутил красивые волосы Мейалы и закрепил их на затылке. Из пучка торчала лишь лисья мордочка.

Дети между собой обнимались: подаркам они не завидовали совершенно, а вот совместная работа, которая вылилась в такой замечательный праздник, многих сплотила. И даже мелкие ссоры и обиды как-то забылись на время чаепития.

За стол всех усадили с трудом, но уж от тарелок с пирогами было и за уши не оторвать. Взрослые только и успевали чай подливать, кому не хватило. Амир, как и было задумано, обошел всех ребят и каждому выдал по три конфеты. Вид у него при этом был такой важный, что любой принц позавидовал бы!

А после чаепития мы сдвинули столы, освобождая как можно больше места, и устроили игры. Сперва дети окунулись в известные им забавы. Так я познакомилась с игрой «Мыши водят хоровод», где роль кота отдали мне. Для достоверности даже котенка сунули в руки. Сижу я, значит, с котенком на стуле, с завязанными глазами, а вокруг меня детки напевают песенку про спящего кота Ваську. 

Тут кот, то есть я, должен проснуться и начать ловить мышей. С завязанными глазами! В общем, схватила я повизгивающего ребенка и, потискав для порядка свою жертву, передала роль кота пойманной мышке. А сама убежала к своим сотрудникам, что сидели за столом. Бабушка Аглая, дедушка Ульх, Диего с женой, Васила и Марьяна пили чай с пирогами, наблюдали за резвящимися детьми и о чем-то тихо беседовали. Сюда бы Мартина! Жаль, что он занят на службе. Вечер проходил замечательно — ему бы тут очень понравилось!

Много времени ушло на подготовку к игре «Фанты». Объяснить правила получилось быстро, а вот задания…  Воспитанники придумывали желания, а мы с Лиеной и дедушкой Ульхом записывали их на бумажки, сворачивали и складывали в пустой кувшин. То обстоятельство, что игрокам может попасть их собственное задание, несколько ограничивало фантазию шутников. 

Ох и крику было во время игры! Все гомонили, перебивали друг друга и громко хохотали!

— Там какой-то мужчина стоит под дверью и требует встречи с управляющей, — наклонившись, прошептала мне Марьяна.

Я хоть и удивилась, но всё же тихо выскользнула из столовой, набитой детьми, и отправилась встречать нежданного гостя.

Повидав за свою жизнь самых разных людей, я научилась доверять собственной чуйке. И то, что я наблюдала сейчас, мне совершенно не нравилось.

Крупный темноволосый мужчина с глазами водянисто-голубого оттенка предстал передо мной, стоило открыть дверь. Грубые черты лица и взгляд исподлобья навевали мысль, что окружающие предпочитают обходить его десятой дорогой, скрываясь от греха подальше. И что ему от меня понадобилось?

— Здравствуйте. Вы управляющая Отис? — голос у говорившего был хрипловатый, будто зверь рычит.

— Я управляющая Риштар. Могу чем-то вам помочь?

— Можете, — неприятно ухмыльнулся тип, так и не представившись. —  Я приехал за девушкой, что стала сегодня совершеннолетней. Вот, — мне протянули сложенный лист.

С каждой строчкой моё великолепное настроение летело куда-то в преисподнюю. По всему выходило, что Мейала в долговом рабстве. Год назад она получила очень крупную сумму, а сейчас должна была отрабатывать долг в течение десяти лет. Первой реакцией была злость на девчонку. Я тут распинаюсь, советую ей остаться в стенах дома и получить нормальное образование, а она молчит и просит время на «подумать», хотя прекрасно знает, что на ней висит обязательство. Но эта мысль была мимолетной, всё же мозги включились и начали делать то, для чего их создала природа, думать. И тут же стало понятно, что это развод чистой воды. Но поговорить с Мейалой не мешало бы. Сказать можно что угодно, но правда бывает настолько извращенной, что хоть за голову хватайся.  А я совершенно ничего о своих воспитанниках не знаю — когда бы у меня была возможность с ними познакомиться?

Я позвала Мей, но, заметив сальный взгляд, которым мужчина окинул девичью фигурку, моментально об этом пожалела. Сама воспитанница спряталась за моей спиной.

— Мей, этот мужчина… — я выжидающе уставилась на гостя. Визитер хмыкнул и всё же представился:

— Бренгхот.

— Он утверждает, что год назад тебе выдали пятьдесят золотых, которые ты должна отработать за десять лет.

Сумма для девочки была баснословной.

— Я ничего у него не брала! — От удивления она вышла из своего укрытия. — Я вижу господина Бренгхота впервые!

— Не у меня, а у моей начальницы. И деньги выдавались не ей, — мужчина кивнул на сжавшуюся девушку, — а управляющей Отис, но в присутствии девушки. Так что расписка официально заверена её опекуном.

Опекуном всех воспитанников был управляющий. Картина вырисовывалась отвратительная. Продавать детей в рабство, это ж кем быть нужно?

— Леди Риштар, не было такого! — губы девушки мелко дрожали, а на ресницах уже дрожали слезы. — Я не брала тех денег!

Девушку буквально потряхивало от ужаса. Нужно было что-то делать. Но что? Как вариант, сказать, что с сегодняшнего дня Мей официально мой работник, и у нас подписан контракт на несколько лет? Но и в расписке числится, что с сегодняшнего дня она переходит под руководство некой Матильды — от этого имени девчонка и вовсе замкнулась. Значит, она знала женщину и понимала, что ничего хорошего её там не ждёт.

— Я выкупаю расписку. Как я могу встретиться с вашей начальницей?

— Боюсь, этот вариант даже не рассматривается. Девушка едет со мной.

Может, у меня и получилось бы его переубедить, но тут к дому подъехала красная карета. Первым из повозки выскочил Мартин, следом за ним ещё двое мужчин. Не только я обратила внимание на медальоны и серебристые мантии. Бренгхот выругался и быстро бросил на землю какой-то шарик. За его спиной образовалась красивая, переливающаяся оттенками синего пленка высотой с человеческий рост. А сам мужчина попытался умыкнуть Мей прямо у меня из-под носа. Попытался, потому что я схватила девушку за руку. С мужчиной силами мне не тягаться, и я проигрывала. При этом понимая, что пленка наверняка является каким-нибудь порталом.

Ни за что! Не придумав ничего умнее, я со всей силы пнула гада меж расставленных ног. Мужчина взвыл и ослабил хватку, чем мы с Мей и воспользовались.

К сожалению, Мартин схватить нашего гостя не успел, так как тот моментально скрылся в портале. Но это ничего. Главное, прижимающаяся ко мне девушка не пострадала.

— Мей, из дома ни шагу, поняла? — я схватила её за плечи и заставила смотреть мне в глаза.  — Он обязательно вернётся! Так что сиди как мышь, пока вопрос не решится!

Девушка кивнула и скрылась в доме, а я обернулась к нахмурившемуся магу, который явно ждал хоть каких-то объяснений. И только в этот момент вспомнила о мужчинах, что приехали вместе с Мартином.  

— Здравствуйте, леди Риштар. Мы представители проверяющей комиссии, — после этого я поняла, что вечер окончательно испорчен, а мои проблемы только начинаются. 

Вместо того чтобы заняться делом и начать проверку, как только переступили порог нашего дома, мужчины принялись развлекать детей с помощью магии. В их планы это, конечно, не входило, но разве кучу ребятишек, настроенных на праздник, переубедишь? Кажется, смешно было всем, кроме меня. Я переживала, как бы детский беспредел не ухудшил сложившуюся ситуацию, но поделать ничего не могла. 

Началось всё с Мартина, дети его знали и уже не боялись. Он с удовольствием показал несколько красивых иллюзий. И волшебные цветы, и разноцветных бабочек, и небольшой сияющий салют. Дети охали и ахали, пищали от восторга и просили: «Ещё!».  Как так получилось, что к Мартину присоединились господа Мариус де Вильмонс и Феликс де Бэдчерри? Их взяли на «слабо». И кто? Мартин! Судя по виду, ему просто надоело развлекать воспитанников иллюзиями после рабочей смены, и он решил переложить эту задачу на других. А ребята, словно кем-то науськанные, всеми силами и самыми разными способами отвлекали гостей от дел. Наверняка без подсказки кого-то из старших не обошлось. Но об этом я догадалась далеко не сразу.

Отдав распоряжение накрыть ужин в моём кабинет, мы с Мартином незаметно сбежали с праздника.

— Почему не предупредил о проверяющих? — сорвалась я на ворчание, как только мы оказались подальше от чужих ушей.

Я ждала комиссию со дня на день, но никак не сегодня. К подобным визитам нужно тщательно готовиться! Как минимум навести в доме порядок и провести профилактическую беседу с воспитанниками.

— Ты зачем купила себе артефакт связи, если не носишь его? — фыркнул в ответ мужчина.

Пробежавшись пальцами по шее и не обнаружив цепочки местного мобильника, я признала свою глупость. Действительно, как-то я забыла про него с непривычки.

— Чего мне ждать от комиссии? — Сидеть не получалось, поэтому я мерила шагами кабинет.

— Да кто ж его знает.  Возможно, пообщаются с сотрудниками, осмотрят дом и условия, в которых проживают дети. Я никогда не присутствовал при таких проверках, да и в других домах отказников не бывал. Так что известно мне не больше твоего.

— Ты с ними знаком? Как мне себя вести?

— Им не известно о вмешательстве богов в ваши судьбы, если ты об этом, — совершенно буднично, без ноток волнения, ответил Мартин. Мне бы его спокойствие.  — С Эмилией никто из них не был ранее знаком, так что просто будь собой. Вряд ли лично тебе будут что-то предъявлять, ведь ты только приехала сюда. Да и договор не подписан, так что опасаться тебе нечего, — давал наставления Мартин. — Не многовато ли книг?

Проследив за его взглядом, я увидела, что он смотрит на полку с букварями для детей.

—  Хочу дать детям хоть какие-то знания, раз уж местные власти на это не способны.  — И без того испорченное настроение скрылось где-то под плинтусом, так как вместе с мыслями о местных школах всплыло воспоминание о Шоне, которого избили за тягу к знаниям.

— Хорошая идея, — мужчина потёр переносицу. — Обязательно расскажи об этом Мариусу. Он преподаёт в академии, так что подобную идею должен оценить. В его глазах этот факт прибавит тебе веса. 

В кабинете появилась Лиена, и разговор прервался. Женщина принесла ужин на двоих. Сообщив о том, что мужчины предпочли ужинать вместе с детьми, и вообще, ребята их сейчас никуда не отпустят, она поспешила уйти.  

— А твои сорванцы быстро сообразили, что к чему, — улыбнулся Мартин.

— Я думала, это твоих рук дело.

— Когда бы я успел? Наверняка подслушали разговор взрослых и сделали свои выводы. Тут, знаешь ли, большого ума не надо. Если проверка, значит, нужно понравиться проверяющим. Да и не первая она у них. 

Мартин ужинал, а я принялась за рассказ о странном визитере, подтянув к себе чашку с чаем. Есть как-то не хотелось.

После изучения расписки, которая так и осталась у меня, маг сообщил:

— Вестник с координатами портала уже отправлен, наши его отследят. Не переживай, Бренгхот будет пойман.

Но, несмотря на это, я все же была намерена установить защиту на дом. Шутка ли, спустить это всё на тормозах? Кто знает, сколько ещё детей продала Отис? А когда эти господа-бандиты поймут, что детей я отдавать не собираюсь, какие действия они предпримут для возвращения своих денег?  Да с помощью своих порталов они с легкостью могут выкрасть любого ребенка! Я даже думать об этом не хотела, но есть такое слово «надо». Я должна предугадать их дальнейшие шаги, если не хочу навлечь на детей беду. Лучше уж потрачусь на хорошую защиту, чем подвергну домочадцев опасности. Надо бы завтра обязательно связаться с мастером Маркусом и узнать у него все о защитных артефактах.

Но это завтра, а сегодня мне нужно позаботиться о наших гостях.

Предложение разместить проверяющих в доме Мартина я отвергла. Пусть наслаждаются жесткими матрасами и тонкими подушками. Перед тем как выносить вердикт по итогам проверки, нужно прочувствовать всё на своей шкуре.

Я не знала, радоваться или расстраиваться, но ни Мариус де Вильмонс, ни Феликс де Бэдчерри не выказали неудовольствия при виде своих спальных мест. Словно им всё равно, где и на чем спать. Разместила я их там же, где и Василу с Ришем. Ещё одну комнату заняла Мейала на правах воспитателя, а ребята помогли ей перенести имеющиеся пожитки. Вопрос о том, хочет ли Мейала тут оставаться, больше не поднимался.

Девочки шустро собирали грязную посуду и помогали навести чистоту на кухне, а мальчишки в это время подметали полы, очищая их от блесток, и убирали отвалившиеся плакаты. По ходу дела обсуждался минувший праздник. Закончив, дети разбрелись по своим комнатам.

Проверка началась на рассвете и продлилась до позднего вечера. Мужчины задолго до общей побудки начали исследовать дом, о чем мне сообщила ранняя пташка Васила, заглядывая буквально в каждый угол. Даже ко мне в комнату пожелали зайти. Получив согласие, они изучили каждый элемент покоев, проверили женскую уборную, сделали себе какие-то записи и отправились дальше.

Ребятам пришлось в очередной раз отказаться от вылазки в лес и на рыбалку — им предстояла беседа с мужчинами из комиссии. Мне не разрешили их сопровождать, так как, во-первых, официально я ещё не числилась управляющей, а во-вторых, была занята беседой с Мариусом. Боясь, что дети  могут что-нибудь учудить — не из злости, а от того, что заняться нечем, — я отправила их на третий этаж и раздала принадлежности для рисования. За стеной, в соседней комнате, разместились Феликс и Марьяна в качестве наблюдающей. Да и, когда она рядом, детям явно спокойнее.

Младшие остались под присмотром Мей, а Диего и Лиена отправились к бабушке Аглае за очередной порцией молочки, а ещё чтобы передать моё предложение — как бы она и впрямь сгоряча не раздала всю скотину деревенским. Лиене и её мужу я доверяла. Всё-таки опыт у них в таких делах имелся, а от меня пользы там не будет. Убедившись, что все при деле, я прошла в свой кабинет, где меня уже дожидался Мариус де Вильмонс. В отличие от Феликса, он был молод — лет двадцать пять, не больше. Разговаривать с ним было очень легко. Я и сама не заметила, как за несколько часов он выудил всю информацию, что была мне известна. Потом очень обстоятельно расспрашивал о дальнейших планах. Как я представляю себе работу управляющей? Требуются ли, на мой взгляд, какие-то перемены в доме отказников? Что я готова для этого сделать?

Я рассказывала о своих идеях и задумках, которые ещё не воплощены в реальность. И какие шаги уже предприняты для улучшения условий проживания. Мужчина кивал, делал записи и задавал новые вопросы, которым не было конца и края. Как и говорил Мартин, господин Мариус очень заинтересовался идеей обучения детей. Он с горящими от восторга глазами включился в дискуссию, давал наставления по формированию домашнего обучения. Надо сказать, советы были толковыми. Некоторые вещи никогда не пришли бы мне в голову.

Во второй половине дня, сразу после обеда, Мариус и Феликс поменялись местами. Общение с Феликсом было совсем иным. Если в разговоре с Мариусом я чувствовала себя спокойно и легко, то в обществе его коллеги обдумывала каждую фразу, прежде чем её озвучить. Простой и общительный дядька, хоть и немного чопорный, оказался профессионалом своего дела. Его интересовало всё. Даже то, каким я вижу дом отказников через несколько лет. 

Кроме списков с перечнем продуктов, что разрабатывали Марьяна и Лиена, он заинтересовался моей рейтинговой таблицей, которая была только в проекте. Изучил всю нашу документацию по ведению хозяйства и расходам, которую накануне мне предоставила Лиена. Затем мы вместе обошли каждую комнату в доме, где господин проверяющий указывал, что необходимо выкинуть, починить или заменить новым. Можно подумать, я и без этих подсказок не понимала, в каком состоянии находится приют. Лучше бы денег предложили на ремонт.

В общем, господа проверяющие вымотали не только меня, но и всех домочадцев. И тем удивительнее была их лояльность. Возможно, из-за протекции короля. Но кто знает? Оставалось лишь гадать.

Со мной подписали трудовой контракт и даже выдали список рекомендаций по работе с трудными детьми. А Мариус де Вильмонс пообещал пересмотреть сумму нашего финансирования, если к следующей проверке будут хоть какие-то продвижения в плане обучения воспитанников. Предложение меня порадовало: подобного рода мотивация и плюшки не могут оставить равнодушным. Да и вообще, господа проверяющие идут навстречу, а это уже о чем-то да говорит.

К тому же нам повторно выплатят  разворованное финансирование, что особенно грело душу. 

Уже вечером, после того как проверяющие покинули наш дом, а дети легли спать, было решено устроить чаепитие. Присутствовали все работники, включая Мей, невзирая на то, что девушка чувствовала себя не в своей тарелке. Ничего, со временем пройдет. Ей в любом случае придётся включаться в работу, ограждать её от информации и проблем я не собиралась.

— Сперва спрашивали о делах минувших, — дед Ульх делился подробностями проверки, — о работе под руководством бывшей управляющей. Как вела себя? Чем занималась? Отношения с детьми и с сотрудниками. С кем имела близкие связи? Кому что известно о родственниках? Бывали ли у неё гости?

— Детей спрашивали примерно о том же самом, — перехватила нить разговора Лиена.

— Только более тонко и ненавязчиво, — негромко добавила Марьяна. — Всё это напоминало расследование.

Остальные кивнули.

— Ещё интересовались у ребят о жизни в детском доме, планах на будущее и мечтах, — угрюмо закончил дед.

Судя по взглядам, которыми он обменялся с другими сотрудниками, ответы никому не понравились.

Лиена и Диего выполнили возложенную на их плечи задачу — пообщались с бабушкой Аглаей и Фролом, который сегодня появился в деревне без пасынка. Фрол не хотел продавать хозяйство, но мать не оставила ему особого выбора. К тому же мы предложили хорошую цену. Захочет, сможет организовать такую же ферму, но уже в другом месте, и ухаживать за скотиной придётся самому. Бабушка Аглая оставила себе с десяток кур, пару коз и корову особой породы. Молока она не давала, а вот шерсть у неё была потрясающе мягкая. Связанные из этой шерсти вещи получались очень тёплыми и совсем не колючими. Лиена расстроилась из-за того, что не получилось выкупить эту самую пушистую корову, но всё же смогла выторговать теленочка, который вот-вот должен был появиться на свет. 

Мне лишь необходимо явиться к старосте деревни, чтобы подписать документы, и при нём же расплатиться с Фролом. 

Ещё необходимо закупить те же самые ведра, фляги и прочую утварь. 

В штате и в расписании тоже произошли изменения. Благодаря тому, что у нас появилась новая воспитательница, Лиена со спокойной душой возьмет под контроль хозяйство. Уход и содержание скотины, переработка сырья и продуктов — все это требует грамотного подхода. Тут придётся не только привлекать к работе детей, но и следить за ними и обучать ведению хозяйства.

— А хранить все это добро где будем? — В разговор вступила Васила, добавляя мне очередную головную боль. — Посуды не хватит, да и погреб маловат.

Аналогом холодильной камеры служил холодный погреб скромных размеров, да и тот не мешало бы вычистить и привести в порядок. Уже сейчас он был занят продуктами наполовину, а ведь предстояло еще где-то хранить овощи, мясо и различные зимние заготовки. Места не хватит, так что нужно наш холодильник расширять. И подойти к этому делу следует с умом, иначе можно обрушить дом.

Ну и напоследок я подняла тему долгового рабства. Было важно донести всю информацию до старших, чтобы зорко следили за детьми.

— К нам как-то приезжала швея городская, и Отис приглашала девочек к себе в кабинет для снятия мерок, — припомнила Лиена, качая головой. — Тогда это не вызвало подозрений, мы даже порадовались — наконец-то управляющая делает что-то хорошее для детей. Но что-то у неё там не срослось, и обновок дети не дождались. 

Мей на это лишь пожала плечами. Случай она помнила, только вот в кабинете её попросили покрутиться так и сяк, а женщина сделала какие-то записи, и ни о каких деньгах речи не было.

— Что же это получается? — ахнула Васила, хватаясь за голову. — Это она так товар показывала? Да как таких людей земля носит?!

Проверяющие Мариус и Феликс уже знали о странном случае, но для меня оставалось загадкой, как они себя поведут. Всё же речь об отказниках. Так что вспоминаем, что береженого Бог бережет, а спасение утопающих — дело самих утопающих, и приходим к выводу, что хорошая защита однозначно требуется. Встречу с артефактором не стоит откладывать в долгий ящик.

Одной мне не справиться. Мало того что очень много дел, которые нужно решить в сжатые сроки, так завтра ещё должны приехать маги-лесорубы — коллеги Мартина. Пора делегировать задачи.

Хозяйством будут управлять Лиена и Диего. Они в этом разбираются получше многих, да и воспитанники их слушаются — проблем возникнуть не должно. И к кузнецу в соседнюю деревню за утварью могут съездить без меня.

Васила не только займётся обучением детей кулинарии, но и подготовит список инвентаря, что потребуется для уроков.

Мей будет на подхвате у Марьяны — помогать женщине следить за детьми, набираясь опыта, навыков и ответственности.

А мне завтра нужно решить кучу вопросов. Перво-наперво заключить сделку с Фролом, затем встретиться с артефактором. Ещё нужно успеть провести два собеседования с женщинами, которых посоветовала Васила на роль швеи. И напоследок обсудить условия с магом-лесорубом, если, конечно, он приедет.

Уснула я, кажется, ещё до того, как голова утонула в мягкой подушке. Всю ночь за окном лил дождь и громыхал гром, а в такую погоду мне всегда спалось особенно сладко.

На улице до сих пор моросил дождик. В такую-то погоду лучше сидеть дома да за чашкой горячего шоколада читать какую-нибудь книжку.  Но, увы, работа не ждёт.

Ещё до завтрака мы с дедушкой Ульхом отправились к старосте.

Выйдя на крыльцо, я посмотрела вверх. Небо закрывали хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи. Казалось, от тяжести они вот-вот рухнут на землю. Воздух, не прогретый солнцем, и повышенная влажность вызывали дрожь в теле, от которой не спасала даже мантия, которой я не пренебрегла. И всё бы ничего, ведь у природы нет плохой погоды, но вымазанная в грязи обувь подпортила настроение. Эх, тут бы сапоги резиновые…   Или дорогу асфальтированную. 

Фрол ждал нас с набитой продуктами телегой. Что ж, в своём праве. По факту скотина всё ещё его. Жалко только, что сегодня дети останутся без свежего молока, ну да ладно.

Старостой оказался низкорослый крепкий мужчина средних лет. Он хорошенько, обстоятельно расспросил кто, что и кому продает, сколько голов да за какую цену, а после заполнил бумаги. Фрол пересчитал полученные деньги, а после, не прощаясь, отправился восвояси. Что ж, дело сделано.

Уже будучи дома, я выписала Диего деньги на расходы. Нужны были не только фляги, но и те же лопаты для уборки навоза. И тачки. И Бог знает что ещё. 

К сожалению, воспитанникам в очередной раз придется сидеть в приюте, раз уж на улице такая погода. Да, кто-то будет под присмотром Василы, кто-то отправится на помощь Лиене. Но ещё больше детей будут слоняться без всякого дела. Помня о драке, я не придумала ничего умнее, чем показать Мей рецепт соленого теста. Раз уж Амир был в неописуемом восторге от возни со стряпней, то и остальным должна понравиться новая забава. А благодаря тому, что краски для рисования в этом мире производились в виде порошка, импровизированному пластилину можно было придать самые разные расцветки. По восторженным глазам девчонок я пришла к выводу, что детям будет не до шалостей. Этого я и добивалась. Отлично!

А я наконец-то могла заняться своими делами, а именно отправиться в город. Дедушка Ульх подмигнул, мол, доставлю с ветерком, на что я лишь молча кивнула. Полюбоваться окрестностями я могу и в другой раз. 

Хоть дедушка и не гнал коней в полную силу, добрались мы в рекордные сроки. В лавке господина Маркуса Мюрдлей посетителей не оказалось, чему я была особенно рада. 

— О, леди Риштар! — мастер выскользнул из-за рабочего стола и поспешил мне навстречу. — Рад вас видеть!

— Здравствуйте, господин Маркус, — поприветствовала я мужчину с улыбкой. 

Приятно, черт возьми, когда тебя так тепло встречают.

— Проходите вот сюда, — торговец магическими штучками провёл меня к небольшому столику. — Кель, принеси нашей гостье горячий чай! — прокричал он куда-то в сторону подсобки. — Ну и погодка на улице. Осень нагрянула слишком рано!

— Думаете?

— По календарю-то, конечно, лето, а по факту дождей у нас в это время толком не бывает. А сегодняшний, это как предупреждение от матушки-природы, что пора готовиться к сезону штормов. Вот увидите, ровнехонько через месяц вода с неба будет литься непрерывным потоком, а затем и зима придет. В столице-то маги-погодники отгоняют тучи, а нам приходится мокнуть.

Тут длинный, как жердь, и тощий, как ручка швабры, парнишка принес чаю и сладостей. Зыркнул в мою сторону любопытными глазами и почти сразу скрылся в подсобке.

— Это ваш помощник? — полюбопытствовала я у мужчины, пока тот копался в ящике рабочего стола.

— Племянник, —  ответил он. — Сестра выгорела, дар у неё был сильный, да не справилась с ним. Не умела держать эмоции под контролем. А отца он никогда и не видел. А раз уж у меня своих детей нет, забрал Келя к себе.

Словно не желая больше отвечать на личные вопросы, мужчина выставил на столик чудо-аппарат. Сам он расположился напротив.

— Это то, о чем я думаю?

— Да, стационарный артефакт связи, — с гордостью поведал мастер. — Знаете, я даже не рассчитывал, что получится выполнить такой странный заказ.

Артефакт представлял собой прямоугольную коробку с крышкой, подняв которую, можно было увидеть пять пластин-мыслеприёмников с длинными цепочками. Звукопередатчиком являлся камень размером с кулак, что лежал в центре коробки. По словам мастера, доставать его и подносить к губам не требовалось — звуки он и без того очень хорошо улавливал. Получилось что-то вроде конференцсвязи на пятерых.

— Обязательно запатентуйте! — посоветовала я мастеру, разглядывая резную коробку с артефактом.

— Я? — мужчина был растерян.

— Ну не я же, — улыбнулась в ответ. — Мне принадлежит только идея, которую вы успешно реализовали. Вместо доли от патента я предпочту скидку на вашу продукцию.

Видимо, подсчитав будущую прибыль, мастер быстро согласился на мои условия. Я приятно удивилась, когда он сообщил, что будет продавать мне артефакты по себестоимости. Ого! Видимо, прибыль мастер с этого изобретения получит немаленькую. На такой результат я даже не рассчитывала и, судя по всему, потенциал идеи не оценила по достоинству. А значит, продешевила. Но не брать же теперь свои слова обратно. А таких «идей» из моего мира — вагон и маленькая тележка.  Да и мастер попался честный. Другой на его месте уже вполне мог запатентовать изобретение и без моего ведома. Доказывай потом, что ты не верблюд. А скидка и в самом деле хорошая.

В лавку зашла покупательница, так что мастер, извинившись, отлучился. А я, пока его дожидалась с чашкой чая в руках, ведь ещё оставался нерешенным вопрос с защитным артефактом, прислушалась к тихой беседе.

Выбор женщина сделала очень интересный — артефакт для увеличения срока годности продуктов. Мастер принял заказ на изготовление и задаток и, когда женщина двинулась на выход, вернулся ко мне, заняв мягкое кресло напротив.  

— Извините, я случайно подслушала вашу беседу. И меня заинтересовал данный артефакт. Не могли бы вы мне о нём рассказать?

 — Конечно, леди Риштар, — никак не прокомментировав моё любопытство, мужчина принялся за рассказ. — Артефакт увеличивает сроки хранения продуктов от недели до полугода, в зависимости от мощности…

Подобные артефакты были в почете не только у владельцев таверн и постоялых дворов, но и у тех, кто перевозит продукты из города в город, из страны в страну. Самый мощный артефакт был рассчитан на полгода, но стоило устройство столько, что купить его мог не каждый. Для домашнего использования слишком дорого, только для торговых дел.

Возможно, и мне стоит приобрести? Тем более с такой скидкой. Подобная вещица в доме, полном голодных ртов, лишней точно не будет. Но все же для начала необходимо привести в порядок холодный погреб. А там видно будет.

А вот для приобретения защитных артефактов мне придётся обратиться к другому мастеру, с нужной специализацией. Благо хорошего специалиста мне уже порекомендовали. В указанной лавке на другом конце города меня встретил сурового вида мужчина.

— Лари Нартел? — обратилась я к нему, но незнакомец лишь слегка улыбнулся, отрицательно качнул головой и промолчал.

— Это я, — прозвучал женский голос из-за его спины. Встречающий отошёл в сторону, пропуская внутрь и открывая обзор на стройную девушку лет так двадцати. — Я так полагаю, леди Риштар? — отрешенно поинтересовалась хозяйка лавки, мазнув по мне взглядом и вернувшись к своей работе. — Мой коллега Маркус предупредил о вашем визите.  

— Кхм, да, здравствуйте, — прочистила я горло и уже более уверенно продолжила: — Да, я леди Эмилия фон Риштар. Господин Маркус сказал, что никого лучше вас в вопросах безопасности в этом городе мне не найти.

— Что правда, то правда, — констатировала она факт. — Так с чем пожаловали?

За следующий час я не раз убедилась, что внешность хозяйки лавки и мастера-артефактора в одном лице весьма обманчива. При небольшом росте фигурка у неё была ладная, совсем не мальчишеская. А большие, выразительные глаза медового цвета придавали облику какую-то детскую наивность. Одета в простую рубашку, обтягивающие брюки и высокие сапоги. На поясе висели какие-то инструменты, а на груди болталось на цепочке, кажется, увеличительное стекло.  За ушком виднелся карандаш, а на нос были нацеплены круглые очки. Все пальцы в перстнях, а на запястьях множество браслетов. В общем, видок непривычный. И я даже слегка засомневалась. Только вот все сомнения вылетели у меня из головы, стоило Лари открыть рот. Мастер словно преобразилась из нежной куколки в странном одеянии в акулу-профессионала, плавающую в родной стихии.  

Уточнив детали заказа, она усадила меня за стол и велела ждать. А чтобы я не заскучала, пока она занимается чертежами, молчаливый охранник сунул мне в руки каталог артефактов по защите, начиная от личных ежедневников, заканчивая огромными усадьбами.

Каталог и отдаленно не напоминал наши земные журналы. Несколько сшитых листов, где перечислялись виды защитных артефактов, сухое описание и ни одного изображения. Скучно. Не усидев на месте, я подошла к девушке, чтобы понаблюдать за её работой. Интересно ведь! Тонкие длинные пальцы с аккуратными закругленными ногтями порхали над листом, на котором был схематично изображен наш дом. Кто бы мне сказал, что прежде, чем ехать к мастеру, габариты нужно замерить. На рисунке то и дело появлялись какие-то крестики и кружочки, а сама девушка, сильно задумавшись, иногда начинала грызть карандаш.

— Что ж, расчеты готовы, — выпрямившись, она сделала небольшую разминку, ничуть меня не смущаясь, судя по всему, у неё затекла спина. Я даже прониклась сочувствием — сама не раз вот так мучилась от боли, когда засиживалась на работе. —  Установим вам от пятнадцати до двадцати трех артефактов, в зависимости от размеров дома. Решили, какими свойствами напитать защиту?

— Не совсем.

— Тогда начнем с простого, — кивнула мастер. — Главная цель таких артефактов — защита от несанкционированного проникновения. При желании заказчика артефакт можно наделить некоторыми интеллектуальными качествами за счет искусственного духа, вызывая у тех, кто хочет попасть в охраняемую зону с плохими намерениями, чувство тревоги, а то и страха. Помимо этого, защита периметра бывает разного типа: от проникновения магов, духов и разных магических тварей. Ещё такой артефакт может защитить от магического воздействия, например, ментального.

В этот момент ко мне пришло осознание: менталисту не обязательно разрушать защиту — он просто выманит жертву.  Стало не по себе. Дети не маги, на них очень легко можно повлиять. Да и к черту эту магию, можно подумать, и без неё нельзя спровоцировать ребенка на глупости. 

Подумав, я приняла решение не жадничать. Это всего лишь деньги, и даже не мои. 

Сами артефакты, которые предполагалось установить вокруг дома, стоили не так уж и много. А вот функции защиты, которые будет настраивать сама Лари, грозили оттяпать приличную часть имеющихся финансов.

Остановились на том, что защиту вокруг нашего дома начнут устанавливать уже завтра. Девушка попыталась увеличить ценник за срочность, но очень скоро сдалась — хватило намека на то, что я поторопилась сделать заказ в первой попавшейся лавке, не изучив как следует рынок артефакторов-безопасников. На этом мы и разошлись.

Дальше все пошло не по плану.

Швеи, которых порекомендовала Васила, мне не подошли. Только время зря потратила. Первая уже нашла себе теплое местечко у какой-то модистки и бросать работу не планировала, а жаль. Женщина даже на первый взгляд была улыбчивой и позитивной, а таких ноток нам в доме не хватает. Вторая мадам мне категорически не понравилась. Работала она на дому и, судя по тем вещам, что попали в поле моего зрения, талантом действительно обладала. Вот только чувствовалось в ней какое-то высокомерие. Вроде улыбается, приветствует как положено, а расположить к себе не может. Да и за помощницей её я понаблюдала: тихая, затюканная мышь, которая в сторону начальницы дышать боится. С таким отношением к работникам педагога из неё не выйдет. Так что, сообщив, что у меня впереди ещё несколько собеседований, я распрощалась и скрылась в повозке. Нам такого счастья и даром не нужно.  

Мы уже двигались в обратном направлении, когда карета остановилась, и в открывшееся окошко заглянул дедушка Ульх.

— Управляющая, ты глянь на улицу, распродажа там. Может, чего купить хочешь? Швею потом всё равно найдёшь, так что, может, стоит затариться по дешевке, а?

Отодвинув шторку и выглянув наружу, я поняла, что остановились мы напротив швейной лавки с надписью «Распродажа товара» на колышке, вбитом в землю.

Покажите мне женщину, которая не любит скидки? Вот и я решила заглянуть. Может, действительно куплю что-нибудь полезное по бросовой цене, а то эта защита хорошо потрепала мой кошелек. Придётся в ближайшее время наведаться в банк и обменять одну из пластин на звонкие монеты.

В лавке стояла суматоха, хотя клиентов, можно сказать, не было. Так, две девицы, что зашли «присмотреться». Хозяйка на них особо внимания даже не обращала, занятая сбором вещей. Тут и там стояли разные коробки и ящики. А вот товара было уже не так много, половина полок пустовала — распродажа шла не первый день.

Я прохаживалась мимо витрин, разглядывая разную мелочевку типа пуговиц, булавок, ниток. Постепенно добралась до текстиля. Убедившись, что цены действительно более чем приемлемые — таких не давали ни в одной лавке, за исключением торговца Лойса, — решила скупить все ткани, тем более их было не так уж и много. Да хотя бы нашить нижнего белья детям, и то хорошо!  Я, конечно, в штаны детям не заглядывала, но и так понятно, что нормального белья они уже давным-давно не видывали.

Пока хозяйка лавки собирала товар, а её муж переносил его в карету, я поинтересовалась, не знает ли многоуважаемая, где в городе можно найти приличную швею, нуждающуюся в работе?

Возможно, мне показалось, но глаза женщины вспыхнули радостью.

— Ришка, Маришка, идите сюда! Да пошевеливайтесь!

Из подсобного помещения тут же выскочили две девчонки. Несмотря на некрасивое «пошевеливайтесь», сказано это было с теплотой, а Ришку и Маришку хозяйка тут же обняла двумя руками, крепко-крепко прижимая к своим бокам.

— Вот, леди, это мои помощницы! — будто хвастаясь, представила она мне совсем молоденьких девушек. — Мастерицы с золотыми руками! Сама всему их учила! Наймите, не пожалеете!

— Если уж они такие замечательные, отчего увольняете? — задала я провокационный вопрос, хитро улыбаясь.

— Да у мужа мать захворала, вот и переезжаем к ней. А живёт она в другом конце страны! Кто ж его знает, как мы там устроимся? Девчонок тащить в неизвестность не хочу, да и не поедут они, свою мать не бросят. Жалко их вот так оставлять, а если уж пристрою, то и самой легче будет покидать родной край.

Ришка и Маришка были сестрами. Да не двое их было, а трое. Старшая работала в трактире и ухаживала за матерью. В своё время расстаралась, смогла пристроить младших сестер на обучение и не прогадала. Девочки получали хорошую денежную профессию, попутно зарабатывая и тем самым помогая ей, Ханне. Лекарства для больной матери, еда, одежда — всё не купишь на скромную зарплату официантки.

Сейчас сестрам было лет по шестнадцать, и работать самостоятельно они не могли. Не было лицензий. Но это дело наживное, если в семнадцать лет смогут подтвердить свои умения.

— Я бы с удовольствием приняла их на работу, но дело в том, что мне нужна не просто швея, а преподаватель. У меня вот таких девчонок, — я кивнула в сторону притихших сестер, — человек пятнадцать, и ни одна из них иголки в руках не держала. А я хочу, чтобы они получили хоть какие-то навыки шитья.

— Мы можем научить! — воскликнула одна из девочек, пока вторая кивала, как китайский болванчик. — И платья шить, и брюки с рубашками, и постельное бельё! Нам Рене разрешала этой зимой даже с шубами помогать!

Я перевела взгляд на женщину. Девочки могли сейчас сказать что угодно.

— Действительно научат, — спокойно отозвалась женщина. — Вот только вашим девочкам будет очень сложно получить лицензию, так как они будут считаться самоучками.

Я про себя фыркнула. Какая лицензия? О таком я сейчас ещё и не думала. Пока хотя бы понять, у кого получится шить, да душа ляжет к делу. А если выявим таланты, вот тогда и отправим на необходимые курсы.

В общем, я согласилась. Всё равно лучших вариантов пока не было, а молоденьких девчонок можно подстроить под себя. Объяснила, куда мы едем, назначила испытательный срок, размер месячной оплаты и условия проживания. И дала час на сборы. Девочки решили времени не терять и умчались домой, сообщать новость сестре и матери. А я это время намеревалась потратить с пользой, присматривая, что ещё можно купить в лавке Рене. Тем более на радостях женщина ещё скинула цены. Мол, и за девчонок рада, и торопятся они с мужем уж очень. Везти с собой товар неудобно, да и затратно. В общем, на первое время девочкам материала хватит.

И только когда вышла на улицу к Ульху, разразилась гневной тирадой. Вроде и промолчать хотела, но слова буквально рвались на волю.

— Я совершенно не понимаю, как две соплюшки вроде Ришки и Маришки согласились ехать неизвестно куда и непонятно с кем к черту на кулички! А если я маньяк? Ну, не маньяк, а, допустим, сутенёрша, и везу их в публичный дом? — увидев на лице деда не то насмешку, не то скептицизм, начала я приводить доводы: — А что? Молодые, ладные, симпатичные. А эти пигалицы уши развесили и радехоньки, что работу нашли!

— Вы там пока с хозяйкой лавки лясы точили, её муж, мой знакомый, все подробности у меня и выведал, — поделился дед, посмеиваясь над моим ворчанием. — И про приют, и про тебя. Так что отпускают девчушек действительно со спокойной душой.

В общем, долго возмущаться не получилось.

Все покупки в прицеп не поместились, а тут ещё и девчонки с собой принесли по узелку с вещами, так что в повозке мы сидели как кильки в банке, что не мешало переговариваться. Болтала в основном я, давала инструктаж. Обтекаемо предупредила, что не стоит шататься по улице — вокруг дома стали крутиться какие-то подозрительные личности. Раз в неделю дедушка Ульх будет возить девчонок в город, чтобы могли повидаться с родными. Новые сотрудницы оказались сообразительными и от моих наставлений не отмахнулись, а, напротив, выслушали информацию с повышенным вниманием. Кое-что рассказывали и сами мастерицы. В основном о своей работе у Рене и о том, как им там нравилось.

Что ж, посмотрим, как вы приживетесь под моим крылом.

Как бы я ни торопилась, но к появлению магов-лесорубов вернуться из города не успела. Диего с гостями устроились в столовой, обложились бумажками и делали какие-то расчеты. Так что у меня было время, чтобы устроить девочек на новом месте, привести себя в порядок и даже пообедать.

На первом этаже осталось всего две свободные комнаты. Пока я ломала голову над тем, где организовать рабочее место, девочки сообщили, что жить будут вместе, а вот самую дальнюю комнату, что не имеет общих стен с другими жилыми помещениями, приспособят под мастерскую. Вот и ладушки!

Я быстро привела себя в порядок, порадовавшись, что совсем скоро обзаведусь брюками. Надоели юбки до ужаса! В последнее время я всё чаще ностальгировала по родным джинсам. Интересно, тут есть такая ткань?

Обедала практически на ходу, так как Диего с мужчинами закончили расчеты и ждали только меня. Очень не люблю спешку и суматоху в любом деле — накосячить раз плюнуть, но куда деваться?

Всё же сотрудники у меня замечательные. Пока я была занята делами в городе, Диего решил все основные вопросы. Так что мне не пришлось вникать в тонкости того, какое дерево для мебели подойдёт лучше: береза, осина, или что у них тут растёт? Если не ошибаюсь, какие-то гиганты. Размеры которых у меня в голове не укладывались, потому что я такие деревья только по телевизору и видела. И то в фантастических сериалах.

При знакомстве с магами произошел небольшой конфуз: я буквально застыла, глядя на одного из мужчин. Как какая-то дуреха, не могла отвести взгляда от его ярко-зеленых глаз. Было в них что-то завораживающее, заставляющее трепетать всей душой.

Ричард. Так звали мужчину, лишь одним взглядом заставившего моё сердце пропустить пару ударов.  

Оцепенение слетело, а мозги вынырнули из розового киселя, как только он развернулся и последовал за товарищем и Диего. Мне не оставалось ничего иного, кроме как дать себе пару мысленных оплеух, скрыть дрожащие руки в складках юбки и подняться следом. Но даже в кабинете, обсуждая все нюансы с напарником Ричарда, Ником, я не могла отделаться от ощущения, что меня вот-вот прожгут взглядом. В сторону Ричарда я намеренно не смотрела. Понятия не имею, что это вообще такое было, но мне не понравилась, и повторения я не желала. Тем более при мужчинах, которые наверняка заметили и первую мою реакцию, но деликатно промолчали о странностях. 

Достигнув определенных договоренностей, сперва Диего выскользнул за дверь, затем вышел всё это время молчавший и сверлящий меня взглядом Ричард. И только когда он повернулся спиной, я решила посмотреть в его сторону, чтобы восхититься шириной плеч. Вот только, словно почувствовав мой взгляд, мужчина обернулся. Я внутренне выдохнула — никакого ступора. Может, тогда, в первый раз, мне просто показалось?

Сразу после того, как Ричард перестал маячить в проходе, Ник привлёк моё внимание странной фразой.

— Мы вам не только доставим древесину, но и поможем с распилом и обработкой на безвозмездной основе. Работка непростая, долгая…. — с широченной улыбкой сказал Ник, после чего весело закончил свою мысль: — Так что вам теперь от нас не отделаться.

Он лишь ухмыльнулся, когда из коридора прозвучало раздраженное «Ник!», и посторонился, пропуская меня вперед, как истинный джентльмен.  

Ага, в пасть к волку.  

На кухне распорядилась, чтобы магам собрали провизию, раз уж они на несколько дней застрянут в лесу. Не ягодами же им питаться, в самом деле. С нас овощи, крупы, травы для чая и свежий хлеб, а уж мясо они и сами себе добудут. Васила добавила в корзину вареные яйца и немного сладостей, которые каким-то чудесным образом уцелели после нашествия воспитанников.

Распрощавшись с мужчинами, я наблюдала, как они покидают наш двор, направляясь к Мартину, и лишь одна странная фраза донеслась до моего слуха:  

— Поверить не могу, что тебе всё-таки выпал шанс! Чертов везунчик!

Через пару часов я услышала грохот и решила было, что вся скотина переезжает к нам в дом. Ан нет, показалось. Это лишь промокшие, продрогшие и чумазые дети, вернувшиеся от бабушки Аглаи и оставляющие после себя кучи грязи. Ладно бы просто земли, но с сапог отваливались куски навоза!

Пока я смотрела на творящееся безобразие, этот балаган из веселой детворы уже успел разбежаться в разные углы, грозя перепачкать весь дом.

— А ну, замерли, где стоите! — рык получился такой, что дети действительно застыли, кто-то даже с зависшей в воздухе ногой и открытым ртом. — Обувь снимайте прямо сейчас! — Убедившись, что меня услышали, продолжила я уже спокойно: — Неужели не видите, какую грязь в дом принесли? Каждый чистит свою обувь в уборной, где наследили — там убрать. И вообще, было бы неплохо в холле полы помыть. А ещё в столовой и кухне. Намёк ясен?

Я посмотрела на воспитанников, переглядывающихся между собой, словно ища козла отпущения, и поняла, что простые просьбы тут не сработают.

— А если через час не увижу изменений, на ужине не получите никаких сладостей.

Сзади послышался насмешливое хмыканье. Я обернулась и встретилась взглядом с веселым Димкой-Шоном. Другие дети не разделяли его радости, потому что сладости им начали перепадать лишь недавно, и они ещё не успели насладиться всем многообразием кондитерского искусства, оттого и смотрели на меня глазами побитых щенков. Попытка разжалобить управляющую с треском провалилась.

— Я прослежу, леди Риштар, — поставила точку в молчаливом споре Лиена, зашедшая в дом с некоторым опозданием.

На неё можно было положиться, так что я лишь ухмыльнулась и, не обращая внимания на возмущенное сопение, поднялась на второй этаж, где и скрылась в комнате. Вот уж действительно, сделал гадость — сердцу радость!

Остаток дня убила на составление списка ремонтных работ. Прошлась по комнатам, отметила, что не мешало бы побелить потолки да заново покрасить стены с облупившейся краской и пол. К счастью, перестилать его не придётся. Разве что покрыть лаком.  Надо будет спросить у сестер-рукодельниц, знают ли они, как плести коврики. У нас наверняка будут оставаться лоскутки, так что можно их использовать. О! Лоскутное одеяло!

Ностальгию по прошлому прервала Мей.

— Леди управляющая, там… — девушка переминалась с ноги на ногу, словно страшась рассказать, что же такого произошло. — У Михея и Зула жар.

— Плохо, — тихо вздохнула я и потерла виски. Только этого нам не хватало. Хотя чему удивляться? Дети сегодня на ферме весь день крутились, а на улице холодно и мокро, ещё и дождь время от времени моросил. — Молодец, что сообщила.

Не знаю, как на такое реагировала Отис, но я поспешила к больным, на ходу выясняя у Мей, какие лекарства у нас имеются.

— Немного трав от жара. Девочки насобирали, когда в лес ходили, — девушка, не отставая, провела меня в одну из комнат, где уже были Марьяна, Лиена и несколько ребят.

Больные лежали в своих кроватях. Мои надежды на то, что отделаемся малой кровью, не оправдались. Как минимум ещё у троих поднялась температура, и двое шмыгали носами. А ведь большая часть детей отсутствовала.

Буквально на лету остановила Лиену, готовую бухнуться мне в ноги.

— Недоглядела, леди управляющая!..

…не подумала. И вообще, во всём виновата только она.

— Что у нас с лекарствами? — перебила я помощницу, чтобы привести её в чувство без оплеух. Казалось, ещё чуть-чуть — и Лиена скатится в самую настоящую истерику.

И это сработало.

С лекарствами, как выяснилось чуть позднее, всё было отвратно. Если новость о том, что заболели дети, я ещё восприняла нормально, то сейчас была готова биться головой о стену. Ближайшая аптекарская лавка в городе, до города ещё больше часа по темноте добираться! Время поздний вечер, пока доедем, будет глубокая ночь. И есть у меня опасения, что круглосуточные лавки в этом мире отсутствуют как класс.    

Сопли и кашель меня не пугали, а вот усиливающийся жар не предвещал ничего хорошего. С этим вообще лучше не шутить. Пока Васила готовила отвары, я выискивала других простывших. Потом с девочками организовывали лазарет. Всех больных, а таковых оказалось ни много ни мало двенадцать человек, переселили в четыре оставшихся свободными спальни, раньше там жили «резервники». Не хватало мне ещё, чтобы зараза распространилась. Тогда я точно свихнусь. Ришка и Маришка быстро резали новую ткань на простыни, даже успевали подшивать края каким-то хитрым приспособлением. Старые были разорваны на тряпки для обтирания. Марьяна и Мей успокаивали здоровых детей и разводили по комнатам, помогая подготовиться ко сну.

Я всё перебирала мысли. Обратиться к деревенским? Да с их отношением к отказникам меня пошлют в далёкий пеший эротический тур. Несмотря на мой скепсис, дедушка Ульх и Диего вызвались пройтись по знакомым. Держать не стала, может, действительно что получится из этой затеи. Пусть к детям относятся плохо, но наши мужчины среди деревенских имеют кое-какой авторитет. Мартин на какой-то проверке и недоступен для связи с самого утра, так что его сейчас не выцепить. Может, попробовать позвонить утром, чтобы отправил к нам лекаря?

Точно, лекарь.

Застыв посреди комнаты, словно статуя самой себе, я перевела взгляд на старшую воспитательницу.

— Лиена, ты рассказывала о знахарке. Где она живёт?

Женщина быстро взглянула на меня, после чего продолжила помогать обессилевшему ребенку пить отвар, стоя на коленях на полу.

— Далеко она живет, в лесу. Сейчас идти опасно, и темно, и земля влажная. Легко упасть и сломать что-нибудь. Давайте дождемся утра, а там я вас провожу.

— Я могу проводить, — подала голос Мей, что сидела у кровати маленькой белокурой девочки. — Знаю, где живет знахарка.

Лиена хотела было сказать, что в крайнем случае она и сама может пойти со мной, но я уже отказалась.

— Лучше присматривай за детьми. Мей тут одна точно не справится. — Женщина не спорила, лишь покачала головой в знак неодобрения. Ну и пусть! Надо уметь расставлять приоритеты. — А ты, — я посмотрела на притихшую юную воспитательницу, — одевайся как можно теплее. Встречаемся внизу.

Выбирать было не из чего, поэтому я довольно-таки быстро влезла в платье из самой плотной ткани. На ноги — зимние сапожки на каблуке, только потому, что либо они, либо мягкие полуботиночки, которые промокнут моментально. И после увеселительной прогулки в такой обуви из моей спальни сделают ещё один лазарет. Захватив накидку на меху и кошелек, который повязала на пояс поверх платья, я покинула комнату.

Внизу ждала Мей. Одного взгляда на неё хватило, чтобы изменить своё скоропалительное решение. Останавливало только то, что я даже на местности не ориентировалась. Не хватало ещё заблудиться для полного счастья.

В этот момент вернулся дедушка Ульх и подал мне идею.

— Дед, отдай сапоги, а? — Мужчина крякнул от неожиданности и слегка присел, так как стояли мы чуть позади, и он нас не видел. Но сапоги отдал, шустро сориентировавшись. И не только сапоги, но и вязаные тапочки с себя снял. — Давай, Мей, без промедлений.

Девчонка проворно обулась, буквально утонув в мужской обуви, после я накинула ей на плечи свою накидку с капюшоном, из-под которого сейчас сверкали глаза. Мне же пришлось довольствоваться плащом попроще. Зато обувь в разы лучше, значит, ноги не замерзнут. А это уже хорошо.

Дождь на улице усилился, а ночь потихоньку вступала в свои права.

— Короткой дорогой идём или в обход? — уточнила Мей. После моего нетерпеливого «самой короткой» кивнула, натянула капюшон и первой спустилась с крыльца под капли дождя.

Дорога, может, и была самой короткой, но отнюдь не легкой. Мы покинули пределы деревни, где я пару раз чуть не поскользнулась, норовя свалиться в лужу, прошли небольшую рощу с редкими деревцами и нырнули в лес. Идти стало в разы легче — скользкая глина сменилась мягким мхом. У нас была небольшая лампа, света от которой с гулькин нос, так что я опасалась выколоть себе глаза ветками, утыканными колючими иголками. Защищая лицо, исцарапала все руки.

Шли мы минут тридцать-сорок. Пару раз я успевала подхватить оступившуюся Мей и один раз, всё же поскользнувшись, свалилась сама. Меня подхватить было некому — к глубокому разочарованию, Мей глаз на затылке не имела. Хотя я была бы сейчас такому рада, чувствуя, как один сапог наполняется влагой. Болото тут, что ли? Бр-р-р!

Мысленно матеря себя и свою неуклюжесть, я всё гадала, почему травницы да знахарки испокон веков на отшибе жили? Забираются к черту на кулички, а ты потом попробуй найди их в дремучем лесу. 

К тому моменту, когда за очередной отодвинутой пушистой веткой обнаружился небольшой домик знахарки, я вся промокла — накидка-то, к сожалению, не водонепроницаемая. Руки и нос заледенели так, что я их не чувствовала, да и нога в промокшем сапоге закоченела.

Но всё это отошло на второй план. В окнах горел свет, а значит, весь путь был проделан не зря.

Мей постучалась. Вообще, по её довольно-таки свободному поведению выходило, что тут она бывала ранее и не раз.

Открыла нам молодая женщина. Узнав Мей, она посторонилась, молча предлагая пройти. Едва я успела переступить порог, как под ноги бросился большой черный пёс, после чего резво прыгнул вперёд и закинул передние лапы мне на грудь, буквально прижимая к стене. Я думала, умру от страха. А уж когда кобель приблизил нос и начал всю меня обнюхивать, едва не отключилась от ужаса. Мало того что пошевелиться не могла, так ещё и опасалась, что питомец знахарки откусит мне половину лица. Сомневаюсь, что в этом мире существуют пластические хирурги. А «гостеприимная» хозяйка совершенно не волновалась и спокойно наблюдала за происходящим, лишь приподняв одну бровь и тонко улыбаясь.

Наконец, когда собака удовлетворила своё любопытство и скрылась под столом, а я смогла сделать вдох полной грудью, знахарка нарушила тишину.

— Рада, — представилась женщина и, развернувшись, прошла в глубь дома. — Не стойте на пороге.

— Идите, Уголёк вас больше не тронет, — шепнула мне помощница. Если бы хватило смелости, ещё бы и подтолкнула в нужную сторону.  

Собака действительно больше к нам не подходила. Первый испуг прошел, и я вспомнила о цели визита.

— Эмилия, — с трудом произнесла я имя, так как с языка чуть не сорвалось «Лиза». В отличие от Мей, Рада заметила заминку, но ни словом не обмолвилась, принимая и такой ответ. — Мы бы хотели купить у вас лекарств. Дети сегодня бегали под дождем и заболели, а лечить нечем.

— Лиена где?

— За больными присматривает.

Женщина пристально смотрела на меня долгую минуту, словно изучая, а сделав какие-то выводы, начала собирать заказ.  

Я осмотрелась. Дом был небольшим. В целом чисто, уютно и светло. Чувствовалась железная рука хорошей хозяйки. Стены и потолок из дерева,над головой пучки трав и каких-то веточек, которые создают настоящую симфонию ароматов.  Мята, чабрец, душица, нотки горькой полыни.… Было в этом что-то успокаивающее.  Только приходилось огибать подвешенные пучки — иначе можно было получить душистым «веником» по лицу.

Большой стол, заставленный различными инструментами. Здоровенный котел, несколько горшочков и даже ступка. Стена, к которой придвинут стол, увешана разделочными досками, ножами и какой-то мелочевкой. Чуть выше приделана полка, забитая до отказа какими-то баночками. 

Именно там сейчас и находилась Рада, выставляя на столешницу различные бочонки, что хранились под столом, и мешочки, которые она ловко снимала с крючков под потолком.

 Внешностью женщина обладала яркой. Я бы с легкостью приняла её за цыганку, если бы не славянские черты лица. Вьющиеся жгуче-черные волосы до лопаток, в ушах серьги-висюльки, на запястьях множество браслетов, которые звенели от любого движения. Широкая цветастая юбка в пол, на плечах большой платок. Было в ней что-то ведьмовское, опасное. Ступала она тихо, на нас ноль внимания, словно позволяла рассмотреть себя со всех сторон. Что сказать, красавица. Странно, что она одна тут живёт. Возможно, характер несахарный, или призвание не предполагает иного.  

С лежанки на печи за мной лениво наблюдал рыжий кот. Толстый и пушистый. Вдоль стен несколько лавок, заваленных травами и склянками, везде развешаны инструменты, предназначение которых оставалось для меня загадкой. Сбором трав я никогда не увлекалась, так что неудивительно.

— Скольких лечить будешь? — звонкий голос женщины разорвал уютную тишину.

Я вздрогнула. А после задумалась: что она имела в виду? Вопрос странный. Не акцентируя на этом внимания, списав реплику на очередную порцию предрассудков по отношению к отказникам, я попросила выдать лекарств с запасом. К утру заболевших может стать больше. Да и за себя я тоже переживала. Ночная прогулка с легкостью могла обернуться высокой  температурой, а это ой как не вовремя.

Затем мы поменялись ролями, и теперь слушала уже я, а женщина давала инструкции: как заваривать травы, какие мази для чего, что за микстуры и в каких пропорциях их можно употреблять.

— Этой мазью намажешь руки перед сном, — она протянула мне конусообразную стеклянную колбу, заткнутую пробкой. Внутри была зеленоватая жидкость, по консистенции напоминающая густой сироп. Взглянув на собственные руки, что были украшены множеством царапин, я скривилась.

Да уж, леди. 

— Большое спасибо, — поблагодарила от чистого сердца. — Сколько я вам должна? — потянулась рукой к кошельку на поясе, но, как оказалось, поторопилась с выводами. Я по-прежнему мерила этот мир земной линейкой, где за хрустящие купюры можно купить что угодно.

— Деньгами не беру, — отвергла предложение Рада.

— А чем же мне расплатиться? — покосилась я на Мей, не упомянувшую о данном нюансе. Да и Лиена ни слова не сказала, словно сговорились.

— Не знаю, придумаешь, — окончательно запутала меня странная женщина. Но всё-таки сжалилась, видя мою растерянность. — Пусть дети твои помогут трав мне насобирать.

— Это легко, — как можно незаметнее выдохнула я, радуясь, что всё оказалось так просто.

— Я дам знать, когда придёт время, а пока Уголёк вас проводит.

Словно услышав приказ, мохнатое чудовище вышло из-под стола и двинулось в сторону двери. Сердце у меня хоть и ёкнуло, но я смогла взять себя в руки. На выход шла, сжимая в руке увесистую корзину с лекарственными травами, мазями и настойками. Покидать тёплый домик знахарки не хотелось, но пора было возвращаться.

Видя, как Мей резво зашагала за собакой, я распрощалась с Радой и поспешила следом. Обратная дорога заняла гораздо меньше времени, потому что шли мы по аккуратной тропинке, которую мне удалось разглядеть при мутном свете. Деревья были реже — одежда моя промокла до нитки в два счета.

Когда впереди замаячили огоньки домов, пёс Уголёк развернулся и убежал.

В доме было тихо. К счастью, Лиена с травами и мазями оказалась знакома, инструкций не потребовалось. Тем более у меня зуб на зуб от холода не попадал, и говорила я, слегка заикаясь. Попросив, чтобы мне приготовили отвара от простуды, поспешила в комнату, где избавилась от мокрой одежды, после чего в халате прошмыгнула в уборную и залезла в наполненную теплой водой ванну.

Ну нафиг такие прогулки. Дома однозначно лучше.

После, завернувшись в пушистый халат, заглянула к больным. В одной из комнат, где спали самые маленькие, Марьяна приготовила себе постель. Рядом стояла табуретка, на которую женщина выставляла склянки с лекарствами, кувшин с отваром и разные приспособления, типа мерных ложек и стаканчиков.

В другой комнате всё то же самое проделывала Лиена.

— Мей, ты завтра за старшую, — обрадовала я девушку, стоило ей спуститься на первый этаж за кружкой с отваром. — Да не бойся ты, — приободрила, видя девичий испуг. — Подключай Шона, он поможет.

Рыжая красавица фыркнула, выражая сомнения, а мне вот почему-то стало обидно за родного Димку. И захотелось ей доказать, что парень он умный не по годам и многое может.

— Подключай, говорю. Он сообразительный, уже сколотил вокруг себя банду. Вместе справитесь. Ещё есть Диего и дед Ульх, советуйся с ними. Часть ребят уйдут на ферму, работать у бабушки Аглаи. Василе на кухне нужно будет помочь. Если погода позволит, ребят можно и в лес отправить, — перечислила основные задания и напоследок добавила: — Не дрейфь, прорвёмся. А пока иди отдыхать.

— Доброй ночи, леди управляющая, — пожелала зевающая Мей и отправилась к себе в комнату, благо та была совсем рядом.

Я и сама хотела отдохнуть после утомительного дня. С удовольствием нанесла вкусно пахнущую мазь на руки и завалилась в постель. Вроде бы согрелась в ванне, но такое ощущение, что кости до сих пор ломит от холода. Поэтому я завернулась в тёплое одеяло, как куколка, и провалилась в сон.

Просыпаться совершенно не хотелось, но громкие голоса заставили вынырнуть из страны грёз и поднять веки. Яркий свет резал глаза до выступивших слёз. Такое чувство, что в них песка насыпали. Всё вокруг расплывчатое, размазанное, никак не получалось сфокусировать взгляд.

— Мей, бегом за отваром! И прихвати флакон с жаропонижающим, я его, кажется, в последний раз оставляла у Марьяны.

Каждое произнесённое Лиеной слово отдавалось в моей голове мощным ударом кувалды, а затем растекалось невыносимой болью.

— Леди Риштар, лежите, — уже тише обратилась ко мне женщина, за что я ей была искренне благодарна. — Вам нельзя сейчас подниматься.

— Очень жарко, — прошептала в ответ и со второй попытки всё же смогла откинуть одеяло. Сил не было совершенно. Я счастливо вздохнула, ощутив прохладный воздух. — Сколько времени?

Говорила с трудом — горло нещадно саднило, а голос и вовсе напоминал карканье вороны.

На улице уже играло солнышко. Погода наладилась, и слава Богу! А то от одного дождливого дня столько последствий, что разгребать не меньше недели будем. Не вовремя организм решил взбунтоваться против хозяйки и высказать своё веское «Баста, карапузики!» 

 — Завтрак заканчивается, — ответила Лиена и после секундной заминки затараторила: — Вы извините, что вломились в комнату. Я уже привыкла, что обычно вы рано просыпаетесь, а сегодня даже к завтраку не вышли. Да и промокли вчера до нитки под дождем. В общем, решила удостовериться, что всё в порядке…

— Спасибо, Лиена! — прервала я поток оправданий слабым голосом и тут же зашлась в неприятном кашле. — Кажется, ты очень вовремя заглянула.

В комнате появилась Мей с подносом, который тут же поставили на трюмо. Спустя десять минут мне подсунули рюмку с зеленой жидкостью, прозрачной и жутко горькой на вкус. Пришлось проглотить и запить сладковатым отваром. 

— Как здоровье детей? Заболел ещё кто-нибудь? — шепотом поинтересовалась я в надежде, что меня услышат.

— Лекарства Рада готовит хорошие, так что сейчас всё в порядке. Без них было бы гораздо хуже, а так ночь прошла спокойно. У Марьяны маленькие только капризничали и остальным спать не давали.  Плохо себя утром почувствовала Кендра, ну так мы её уже переселили от остальных.  

— Мей, возьми у меня в кабинете стопку бумаги. И вместе с угольками раздай тем, кто болеет, чтобы не норовили от скуки бегать по дому и разносить заразу.

— Эта бумага или эта? — уточнила девушка, демонстрируя мне листы из разных стопок. Сразу видно, что один образец бумаги более шероховатый и не такой белый, как другой. Я указала на тот, что хуже, и Мей согласно кивнула.

—  Придумала, как разделить ребят?

— Да мы ещё до завтрака всех разбили на группы, — пожала плечами девушка, стараясь не выдавать своего волнения от навалившегося на её плечи чувства ответственности за других.  

— Мы — это ты и Шон?

— Ага, а ещё Вайс вызвался помогать. Они вместе быстро мальчишек разделили на команды, мне даже вмешиваться не пришлось. Леди управляющая, — заправила она рыжую прядь волос за ухо и всё же перевела взгляд на меня, — можно девочки в доме останутся? — последние слова Мей практически проглотила, и я с трудом разобрала, что же она всё-таки спрашивает. — Вдруг тот мужчина где-то рядом?

Мы с Лиеной переглянулись, понимая, что юная воспитательница, по сути, права. Пригляда за детьми сегодня толком никакого, так что случиться может что угодно. Лучше подстраховаться.

— Несколько девочек отправятся к Аглае помогать со скотиной, — сориентировалась Лиена. Я же практически засыпала, и мозг работал со скоростью улитки. — С ребятами будет Диего, так что, думаю, тут можно не волноваться. А остальные помогут по кухне.  

— Хорошо, — зевнув в кулак, я вновь натянула на себя одеяло. Похоже, лекарства помогли сбить жар, я начала мерзнуть.

— Не переживайте, леди Риштар, — успокоила женщина. В глазах её море сочувствия и ни грамма волнения. — Мы и не с таким справлялись. Отдыхайте спокойно.

— Мей, сегодня приедет мастер — будут устанавливать защиту вокруг дома. Разбуди меня, как только Лари Нартел появится.

— Хорошо, — девушка буквально просияла от новости. — Обязательно разбужу!

— Вот и хорошо, — удовлетворившись ответом, я повернулась на бок и пробормотала напоследок: — Зашторьте окно, пожалуйста.

Снилась какая-то ерунда. Словно передо мной два бассейна: один с ледяной водой, второй — с кипящей. И я ныряю из одного в другой, и снова, и снова.

Мей слово сдержала и разбудила меня почти через час. Я была вся в поту, а пропитавшаяся им простынь подо мной вся сбилась. Зато горло болело меньше, а говорить стало чуточку проще.

В глаза бросилось то, что половина лица Мей закрыта тканевой маской — медицинской. Ого!

— Кто придумал?

— Шон. — Кто бы сомневался, но без внимания я такое новшество оставить тоже не могла, так что пришлось поинтересоваться хотя бы для вида. Интересно только, как он продвигал свою идею? — А Лиена попросила девочек сшить. Ткани использовали совсем чуть-чуть.

— Хорошая идея, молодцы.

Сил на то, чтобы спуститься на первый этаж и устроить мастеру-артефактору экскурсию вокруг дома, у меня не нашлось.  Оставалось импровизировать.

— Мей, глянь, там на столе должна стоять шкатулка, — я в воздухе очертила примерные размеры стационарного телефона. — Нашла? Неси сюда, буду учить тебя пользоваться артефактом.

Спустя пятнадцать минут моих объяснений девушка покинула комнату с глазами размером с пятирублевую монету. 

Мне лишь оставалось ждать, пока она выполнит поручение. Впрочем, это не продлилось долго.

— Лари Нартел на связи, — получила я ответ, как только совершила пробный звонок со своего личного артефакта связи на стационарный. 

— Здравствуйте, Лари. Это Эмилия. К сожалению, я заболела и соблюдаю постельный режим, поэтому не могу лично встретить вас.  Надеюсь, это никоим образом не помешает установке защиты?

— Никаких проблем, — обрадовала меня девушка. — На данном этапе установки ваше присутствие не требуется. Лишь подтверждение, что всё в силе. Мы обговорили все свойства защиты ещё в лавке, вам остаётся лишь принять работу по её завершении и расплатиться.

Отлично!

Договорившись, что с просьбой об экскурсии по окрестностям она может обратиться к дедушке Ульху, мы завершили разговор.  

И вовремя, потому что на меня опять накатила какая-то дикая слабость, так что я даже не заметила, как в очередной раз уснула.

Открыла глаза ближе к вечеру и поняла, что чувствую себя лучше. Смогла подняться с кровати и, завернувшись поверх ночной сорочки в халат, дойти до уборной. На выходе меня подловила Мей, предложив принести ужин в комнату.

Возвращаться туда прямо сейчас не было никакого желания, так что пока помощница будет занята моим ужином, я решила пройтись по дому. Грызла совесть — у меня столько работы, а я сутки в постели провела. И сколько ещё буду болеть и соблюдать постельный режим? Надо бы выяснить, как в доме обстоят дела, и как прошёл день у ребят.

Мей принесла повязку и даже помогла завязать веревочки у меня на затылке.

Для начала я заглянула к тем, кто, как и я, болел. Подростки болтали между собой, некоторые лепили фигурки из теста, а те, кто помладше, были увлечены рисованием. Марьяна спала, свернувшись калачиком — видимо, вымоталась за день и прошлую ночь. Лиену мы нашли на первом этаже на кухне, занятой приготовлением очередной порции отвара. Васила с помощницами варганила что-то вкусное, запахи витали невероятные. Я переговаривалась с девчонками-поварятами, интересуясь их успехами и рассматривая фигурки из теста, что стояли на отдельной дощечке и дожидались, когда их раскрасят. В это время Мей проворно собирала мне лёгкий ужин на поднос. Стоило ей закончить, как Васила в шутливой форме указала мне на дверь.

— Леди управляющая, вы какой пример детям подаете? Значит, заболевших ребят заперли в комнатах, а сами по дому гуляете, в таком-то состоянии?

— Всё-всё, я ухожу, Васила! — выставила я руки перед собой, словно сдавалась. Было приятно, что хоть и в такой завуалированной форме, но обо мне заботятся.

Она права, шатание по дому — идея не из лучших, так что я отложила визит к Ришке и Маришке на утро. Девчонки наверняка скучают без дела. Ладно, сегодня что-нибудь придумаю, а завтра дам первое задание.

— Вот и правильно! А Мей вам сейчас ужин принесет в комнату.

 Пока ела у себя в кабинете, спальня проветривалась.  А я листала один из детских учебников и размышляла, с какой стороны подступиться к преподаванию. Для того чтобы научить детей читать как можно скорее, я план составила, а вот с освоением письма был затык. Прописи? Собственно, а почему бы и нет? Вот только с непривычки руки у детей будут быстро уставать. Стоит уделить особое внимание лепке, рисованию и другим поделкам для тренировки рук и развития мелкой моторики, которые в дальнейшем помогут легче освоить письмо. 

Прописи —  это, конечно, замечательно. Только как их множить? Ксерить, в смысле. Не вручную же мне их творить на каждого ученика — времени ни на что другое не останется. В вопросе следует разобраться. Наверняка в этом мире есть какое-нибудь приспособление типа нашего копира.

Долго работать всё же не получилось. После того как Лиена выдала мне очередную порцию лекарств, я вернулась в страну сновидений. 

Утром я чувствовала себя значительно лучше, разве что слабость в теле была, и кашель не сдавал позиций. В прошлой жизни я бы уже ломанулась на работу, а тут всё же решила дать себе ещё один день на ничегонеделание. Ну, вернее, работать-то я буду, но не нарушая постельного режима.

 Вернувшись из уборной, обнаружила в своей комнате Мей с завтраком и порцией лекарств. Вместо чая — отвар из ягод, который больше походил на морс с ароматом трав.

Девушка хотела что-то сказать, но всё никак не решалась. Торопить я её не стала, но и томиться ожиданием не пришлось. Воспитанники прознали о стационарном артефакте связи и загорелись исследовательским интересом. А проще говоря — любопытством.

Решила, что болтать с воспитанниками буду вечером, чтобы не тормозить рабочий процесс. А пока вознамерилась поболтать с теми, кто болеет. Хоть какое-то разнообразие для детей, запертых в четырех стенах. Ещё раз объяснила Мей, как правильно нацепить на ребят мыслеприёмник.

Как только связь установилась, я растерялась. В голове образовалась какая-то восторженная мешанина — все дети заговорили хором. Первые десять минут ушли на пустые разговоры о том, как у них самочувствие, чем занимались вчера и как планируют провести день сегодня. После бурного восторга дети, кажется, закрылись в свои раковины, и общался со мной только один и пятерых, отвечая одновременно за всех. Чтобы не доставать вопросами, решила рассказать какую-нибудь историю. Та переросла не то в байки, не то в сказки. Те, что помнила. И в тех вариациях, что остались в голове. В итоге получилась куча мала, но всем понравилось. Проболтали мы почти час, на очереди были другие воспитанники.

А пока Мей помогала освоиться с артефактом второй группе, опять накатила слабость, но я отмахнулась, лишь устроилась поудобнее. В этот раз воспитанники были посмелее, возможно, потому что значительно младше. Только вот в этот раз хватило меня всего минут на двадцать, после чего я почувствовала сильное головокружение и тошноту, заподозрив, что могу отключиться в любой момент. Скомкано попрощалась с ребятами из последних сил в надежде, что немного полежу в тишине, и всё пройдёт. Однако отключилась я через секунду, резко погрузившись во тьму.

Флин

Любой приличный человек заканчивает работу в шесть часов, покидая свой кабинет. Фактически приостановка созидательной деятельности происходит даже на полчаса-час раньше, остальное время уходит на то, чтобы покурить, убрать важные документы в сейф, проверить ещё раз магпочту, убедиться, что мантия хорошо сидит, и проверить, не затерялся ли в складках дорогой ткани цвета серебра медальон. А начальство, которое к приличным людям можно отнести с натяжкой, да и то не всегда, уходит раньше или вообще когда заблагорассудится. И неважно, что речь идёт о серьёзной государственной структуре, а не о лавке снадобий. Люди везде одинаковы.

Демоны забери фон Риштара! Веррес, чтоб его горгулья поцеловала, вырвал-таки у Флина обещание провести внутреннюю проверку максимально тихо, не привлекая лишнего внимания со стороны теневиков. Понимаешь ли, крыса у них завелась! Мало того, крутятся интересы этой крысы вокруг его племянницы-самозванки. О, это вообще отдельная история! Лучше всякого спектакля. Так что придется сохранять инкогнито и играть роль самого обычного менталиста, приехавшего в это захолустье для стандартной проверки сотрудников на вменяемость. Кто б его самого на вменяемость проверил. Последние полгода преодолевать апатию было все труднее, а десятилетия тренировок самоконтроля коту под хвост. То расследование лишило красок не только его волосы, но и жизнь.

Однако даже пустое ожидание не прошло даром. Флин не понаслышке знал, что из любой ситуации можно извлечь пользу — главное, знать как.

Каждый сотрудник Теневой службы, будь это тень, теневик или же зрячий, обязан носить специальный браслет, чтобы защитить свои мысли от посторонних. Но и снимать его служащим полагалось по первому требованию, во всяком случае, при инспирированной сверху проверке, например, на адекватность и вменяемость. А то и по иному, более серьезному поводу. Допустим, при подозрении, что сотрудник под прикрытием своих званий превышает должностные полномочия и совершает преступления.

Проникнуть в сознание человека с такой цацкой на плече считалось невозможным. Даже при наличии специальных артефактов. Так думали все, кроме особо информированных функционеров конторы, коих можно было по пальцам пересчитать. И даже они не могли оценить точный уровень возможностей Флина, иначе прибили бы по тихой грусти. Как же они ему надоели. Сколько было потрачено слов, нервов и  времени на попытки объяснить! В бездну, опротивело все: вечный кисель чужих размышлений, желаний, планов, интриг, зависти. Иногда ему удавалось отгородиться и слышать только фоновый гул, но эти воняющие на всю округу эмоции быстро разбивали любую концентрацию.

Уже в детском возрасте у него проявилась эмпатия. В нежном, почти младенческом. Тогда было трудно понять суть улавливаемых эмоций, но зато они пахли. 

И ароматы эти были понятными. Мамина любовь приходила с отдушкой земляники, а привязанность чуть грубоватого отца — с теплом нагретой солнцем травы. С возрастом коллекция ароматов разрослась, а список эмоциональных состояний окружающих людей стал структурировано удобным. Восхищение, восторг, изумление, отвращение, гнев, горе — каждая эмоция имела свой особенный аромат. К подростковому возрасту у Флина открылись незаурядные ментальные способности, и он попал в зону интересов королевской Теневой службы. Невероятная удача для ребенка из простой семьи! Везение, требующее колоссальной отдачи и каторжного труда на протяжении многих лет. 

Для начала — обучение в специальной школе, где в детей вбивали наиважнейшие навыки, без которых контроль дара такой невероятной силы невозможен. Самоконтроль, сосредоточенность, спокойствие. Нужно было не отставать в обычной школьной программе от более образованных сверстников и одновременно с этим учиться управлять потоком мыслей. Только усмирив эмоции, скачущие, как взбесившиеся лошади, и взяв в свои руки поводья, управляя ими, менталист может стать полноправным хозяином собственного «я». А о каком спокойствии можно говорить в подростковом возрасте? Когда все существо юнца заполняют бушующие гормоны! Но для того, чтобы научиться управлять другими, нужно в первую очередь совладать с собой. Основы психологии и медитации, умение анализировать мысли и четко отделять их от привнесенных извне, способность отстраняться от всего окружающего постигались уже в академии. Учеба и дальнейшая служба насытили его личную коллекцию отвратительными «запахами» низменных страстей, подлости, безжалостности. Но главное, он научился отличать оттенки сильнейших эмоций. Горе разделилось на такие эмоции, как легкая печаль и грусть, восторг получил оттенки радости и безмятежности. Стало понятно, когда человек в ярости, а когда просто зол или испытывает чувство досады.

О да, это сильно облегчало работу. Иной раз Флину даже не требовалось читать мысли, чтобы разобраться в намерениях. Было достаточно лишь уловить аромат эмоций, чтобы головоломка сложилась в четкую картину происходящего. Конечно, ароматы были лишь в его подсознании, и поэтому окружающие считали Флина чудаковатым и некомпетентным. За много лет он так и не смог найти себе напарника, который бы спокойно отнесся к умозаключениям типа «этот человек воняет гнилью, он убийца».

Многие считали, что менталистам живется очень сладко. Что может быть проще, чем вытряхнуть правду из мозгов подозреваемого? Мало кто из сослуживцев понимал, что одна только грань чьего-либо поведения не раскрывает сути происходящего. И разумные существа нередко думают одно, чувствуют второе, говорят третье, а делают — хорошо, если пятидесятое. Даже со своими так называемыми коллегами он не сработался. Но тут скорее из-за того, что до уровня мастерства Флина никто не дотягивал, коллеги даже не представляли, где потолок его умений. Все эти психологи, доморощенные менталисты… да те же эмпаты — никогда не смотрели так глубоко в суть причин и следствий, не видели всей картины поведения. В редких случаях задумывались, насколько могут ошибаться, вынося приговор подозреваемому, видя ситуацию лишь с одной стороны. Флин был не только очень одарен, но и щепетилен. Докапывался до истины и зачастую разрушал доказательства других, опровергая вердикты, а иной раз раскрывая замыслы нечистых на руку коллег. Конечно, окружающим это не нравилось. В конце концов он стал работать сам по себе.

Самый важный этап, выработка умения создавать мысленную тишину, растянулся практически на всю жизнь. И лишь не так давно Флин научился закрываться от окружающего гула чужих мыслей и эмоций. Но всё же навык не был выработан до рефлексов, иной раз защита слетала, и приходилось выстаивать её заново. А то расследование что-то сломало в нем. Какой-то стержень, помогающий не зацикливаться на мыслях преступников. За минувшие годы он поймал немало убийц, маньяков и разного рода извращенцев, но всегда мог справиться с тем, что видел в их мыслях. Абстрагироваться. Однако дело о сумасшедшем ученом уничтожило умение закрываться от окружающих. То, что раньше Флин делал с легкостью, сейчас преодолевалось с огромным трудом. Во всех его блоках неизменно присутствовало окно. Словно на подсознательном уровне он боялся пропустить очередного сумасшедшего, если будет наглухо закрыт.

Вся беда сильного дара в том, что невозможно найти специалиста, способного вправить мозги. Так что приходилось справляться собственными силами, вот только не покидало ощущение, что такое состояние рано или поздно может обернуться безумием.

Мысли об этом крутились в голове Флина все то время, пока он расслабленно сидел в кресле. Но стоило лишь чуть ослабить силу контроля над внутренними блоками, в мозг хлынул нескончаемый поток чужих мыслеобразов. Проверку можно было начать и так. Погруженность в привычную рутинную работу не помешала уловить, как одна из нитей контрольной ментальной паутины дернулась, сообщая о появлении рядом мыслящего объекта. Но, к сожалению, за стеной был не тот, кого Флин безрезультатно дожидался вот уже несколько часов.

После короткого стука в дверь вошла женщина в форме, очевидно, одна из сотрудниц.

— Доброго вечера. Можно? — произнесла она, нарочито понизив голос и добавив в его звучание томных ноток, словно вместо официального приветствия только что ублажила слух мужчины покорным «Да, мой господин». 

На то, чтобы прочесть гостью и выяснить её намерения, потребовалась секунда. Тьфу, как банально. Завладеть вниманием, обезоруживающе улыбнуться, чуть качнуть бедрами и изобразить отчаянно нуждающуюся в помощи. Секундный трепет, горестный вздох, бла-бла-бла, тру-ля-ля… Нехитрая стратегия была рассчитана на случай знакомства с перспективным мужчиной. О! Да его посчитали достойным, доверившись лишь сплетням коллег о приехавшем из столицы маге!  Очередная дамочка, ищущая лучшей жизни за чужой счет. Как же вы надоели…

На его пути красивых девушек было пруд пруди, и подавляющее большинство к тому же помоложе, так что очко в их пользу. Просто вильнуть бедрами недостаточно, по крайней мере, сегодня. Запеченное бедро свиньи куда привлекательней. Пожалуй, стоит плюнуть на это неблагодарное дело и пойти наконец поужинать.

Приблизившись к женщине и глядя прямо ей в глаза, обольстительно промурлыкал:

— Конечно, входи, — и, подмигнув, покинул кабинет, прикрывая за собой дверь с другой стороны. 

Тут и металлистом быть не нужно, чтобы понимать, как опешила совсем не юная дева от этой выходки. В воздухе витали нотки удивления и злости, вносящие дисгармонию в равномерный гул мыслей работающих людей.

Пора выяснить у дежурного, где шляется руководство этой шарашкиной конторки или где оно, собственно, проживает. А может, не заморачиваясь, просто найти Верреса? Вот только в таком случае придётся прыгать через телепорты, а желания на это нет.

С дежурным пообщаться не получилось. На него в этот самый момент наседал крепкий дедок, от которого так и фонило отчаянием. Он трепал раздосадованного чиновника за рукав и громко требовал мага-лекаря. Парень же хотел только одного: тихонько доработать свою смену и отправиться домой, к молодой супруге. Обременяться поисками лекаря для какой-то леди Риштар он категорически не желал, подумаешь, умирает, ха-ха, кто б поверил. И тут на служивого снизошло озарение! Он развернул дедка в сторону Флина и буквально пропел:

— Вот маг из самой столицы, тебе повезло, дед.

Флин

Такой подставы от коллеги Флин не ожидал, поэтому и отмахнуться от наседающего на него старика не успел. Терял хватку? Хотя, скорее, дело не в нем. Это не дедок, это тайфун какой-то!

Осознал Флин себя уже сидящим в экипаже. Вот что значит правильная мотивация! Ну, дед! Ну, орёл!

Имя леди Риштар фигурировало в расследуемом деле, и не заинтересоваться им Флин не мог, хотя бы исходя из того, что дама являлась той самой родственницей Верреса. А точнее, любимой племянницей. Хм, тем, что от этой племянницы осталось. Фактически именно из-за этой дамочки ему сейчас и приходилось притворяться тем, кем он никогда не являлся, заурядным металлистом со стандартным набором способностей и умений. Унизительно! Образ бледной, изможденной, странно знакомой женщины мелькал в мыслях взбудораженного своим смелым поступком возницы. На ловца и зверь бежит!

Что ж, познакомимся!

Красивая, цветущая и энергичная леди из мыслеобраза Верреса мало походила на ту бледную моль, о которой постоянно думал дедок. И всё же это была одна и та же женщина. Флин так сосредоточился на сравнивании двух образов, что не заметил, как его практически похитили. Мда! Пора показать, кто есть кто. Хотя зачем? Впервые за последние полгода внутри проснулся настоящий интерес.

Ух ты, вот это скорость!  Ну, дедуля, отбитый копчик тебе ещё аукнется!

Он сразу же уловил тот момент, когда город остался позади. Фоновый шум чужих мыслей постепенно затихал, давая небольшую передышку.

— Приехали! Пойдемте скорее, господин маг, комнаты леди Риштар на втором этаже, — приговаривал дедок подобострастно, опуская перед Флином складные ступени. Интересно, интересно… Такое самоуничижение не вязалось ни с истеричным отчаянием, которым пропах старик, ни с его разбойными ухватками. Этот старый потрох энергично подталкивал гостя к дому.

Подталкивал! В спину! 

Этот дом Флину, как ни странно, был хорошо знаком. Правда, с тех пор как он побывал здесь лет тридцать назад, особняк обветшал и потерял свой лоск и красоту.

Старый хозяин, граф Оберон, был простым человеком без магического дара.  Противостоял своей высоко аристократичной семейке, занимался благотворительностью и не стеснялся подчеркнуть чрезмерность дворцовой роскоши. Даже праздность старого короля критиковал. Мало кто знал, почему такое поведение сходило ему с рук, но так оно и было. Мужчина хоть и не обладал даром, но имел в рукаве пару козырей. На закате жизни бездетный барон создал ряд приютов и успешно ими руководил. Первый был им организован в собственном поместье, вот в этом самом доме. Правильный был мужик.

Особняк пах растерянностью и страхом. Но у таких сильных эмоций была совершенно разная подоплека, далеко не каждый из присутствующих искренне переживал и волновался за женщину. В какофонию отчаяния скрипичной темой вплеталась чья-то трепетная надежда. Она зудела где-то на периферии, причиняя вполне реальное неудобство. Флину вдруг страстно захотелось оправдать эти надежды.

— Господин лекарь, скорее! Там Лиза, там моя Лиза умирает! — бледный пацан, схватив Флина за форменную мантию, настырно утягивал его в сторону лестницы. 

Образы, мелькающие в голове пацана, заставили его споткнуться. Флин чуть было не растянулся на ступенях, но всё же успел ухватиться за перила. Все мысли пацана были сосредоточены на яркой женщине с добрыми глазами и мягкой улыбкой. Всё бы ничего, да только одежда на дамочке уж очень необычная, вокруг разноцветные, немыслимо высокие дома, странные кареты без лошадей. От видения, в котором женщину бил по лицу нетрезвый мужик, его передернуло. А детский ужас и страх вернули в собственное прошлое, в тот момент, когда он попал в логово сумасшедшего ученого, полностью пропитавшееся агонией, ужасом и страхом детей, которым не от кого было ждать помощи. А они опоздали. На какой-то час… опоздали.   

Толчок в спину вернул в реальность. Очередной толчок. Вот ведь неугомонный дед! Так, надо было собраться и выяснить, зачем его всё-таки сюда притащили.

На кровати лежала Эмилия фон Риштар. Без сомнений! Еле мерцающая золотисто-голубая аура говорила о том, что племянница Верреса вот-вот отправится на тот свет. Ясно было, что друг Флину этого не простит, даже несмотря на то, что от племянницы осталось одно тело. Да что уж, Флин и сам себе этого не простит! И дело даже не в женщине, и не в Верресе, а в странном мальчишке, чья надежда била по менталисту, словно жгут по оголенным нервам.

 Сила буквально фонтанировала, утекая из едва живого тела, словно её что-то тянуло наружу. Флин стремительно сорвал с груди распластанной на кровати женщины артефакт связи. Какого черта?

— Что это? — спросил парень, догадавшись, что все беды от этой железяки, висевшей на шее его мамы.

Мамы? Менталист мельком взглянул на пацанёнка, чтобы удостовериться, что правильно прочитал. Мысли в чернявой голове прыгали, как испуганные зайцы, за которыми не поспеть. Сам о себе он думал как о Диме. Странное имя. Дед звал парня Шоном. На кровати лежала Эмилия, но Шон называл её Лизой.

Что тут происходит, черт возьми?

С Лизой и Эмилией все было понятно — не зря Флин часами изучал все случаи с переселением душ. Но мальчик?

Погодите-ка…

Твою ж мать! Какого черта Веррес это упустил?

— Артефакт тянул из женщины магию, — всё же ответил он на вопрос, хоть и с запозданием. Хорошо, что менталисты мастерски умеют скрывать свои эмоции и намерения, вплоть до контроля голоса и движений тела. Что бы ни творилось у него на душе, окружающие  не могли этого узнать. — Но раз сильного фона рассеянной магии я не ощущаю, значит, магия куда-то перенаправлялась. У кого парный артефакт, знаешь? Принеси сюда.

Мальчишка, то и дело оборачиваясь на лежащую без сознания женщину, убежал, но вернулся уже через минуту. В руках он держал увесистую шкатулку.

Хм, любопытно. Такого артефакта менталист ранее не встречал. Многоканальный переговорник, надо же! Вот тебе и провинция, вот тебе и деревня. Кто дал это детям? Хоть бы для начала по-человечески закрыли механизм. Один из камней-приемников явно смещен. Вот, собственно, и разгадка. От механического смещения срезонировал дозатор подпитки, и артефакт потянул из отдающего мага силу по нарастающей.

В мыслях деда леди Риштар была просто простужена. Лес? Ночь? Ходила за лекарствами для заболевших детей к местной знахарке? Ну ничего себе, как интересно живет леди в глубинке.

Ха! Флин представил вытянувшееся от удивления лицо Верреса, которому он решил непременно поведать, как проходят будни переселенки в тело его горячо любимой племянницы.

Только это всё потом, потому что сейчас ничего смешного не было и в помине. Простуда у человека без дара — обычное дело. Простуда у мага — практически катастрофа, если не соблюдать правила. Первое и самое главное — до полного выздоровления магичить запрещено. Совсем! Дети-маги носят специальные ограничивающие браслеты, взрослые, как правило, сами себя контролируют. Но кто же об этом сообщил новенькой? Родственник оказался идиотом. Флин вознамерился настучать Верессу по темечку за такую халатность. И мозги вправить! Благо другу с его ментальными возможностями до самого Флина было как пешком до края света.

Пока же огромными усилиями скрывал накатившее раздражение. Покопавшись в воспоминаниях окружающих, просочившихся в комнату, выяснил, что у женщины сильнейший стресс. Ещё бы, переселили в другое тело, да к тому же в другой мир! Удивительно, что дамочка с катушек не слетела. Нервное потрясение и переживания в принципе снижают способности организма к защите, поэтому нет ничего удивительного в том, что она заболела при первом же испытании. Ещё и явное переутомление. К подорванным жизненным силам добавилось и магическое обнуление из-за поврежденного артефакта, что выкачал её силы практически досуха. Повезло, что резерв приличный!

Ладно, за работу. А то промедление смерти подобно. И вовсе не в фигуральном смысле.

— Так, дед, гони всех из дома. Я эмпат — мешают. Прогуляйтесь, что ли. О, молодец, девочка, со скотиной здорово придумала! Идите! Шон, ты пока при мне. Рассказывай. Да не вслух, ребенок! Это долго. Да, я читаю тебя. И спасу я её, успокойся. Угомони уже свои мысли, я не успеваю за ними! Ладно, лучше найди мне табурет и жди, это будет долгая битва.

Ещё в академии Флин выработал привычку никогда не выходить из комнаты без фиала с зельем Лобуса. В юности с таким особенным даром оказаться с растраченным резервом было проще простого. И хоть сейчас ситуация, конечно же, изменилась, привычка осталась. Зелье не позволяло схлопнуться магическим каналам и ускоряло восстановление резерва. Лобус был гением. Как там учили? Капля зелья — два вдоха, капля сырой силы — вдох, и так, пока резерв не заполнится хотя бы на десятую часть. Ничего себе у дамочки потенциал! Да, это будет долго. 

Через десяток циклов Флин поймал ритм. Сознание на автомате раскинуло контрольную сеть. Молодец дед, качественно всех разогнал. Не простой дедок, ох, не простой. Пацан затих, сидя в ногах женщины. Напевал что-то про себя, чтобы не думать о плохом, и внимательно следил за процессом. Интересная у него аура, ярко-синяя, с золотыми искорками и голубой каймой.

Стоп. Этого не может быть! Тем не менее в аурах Эмилии и Шона сияли родственные узы. Мать и сын? Не кровные, надо заметить. Пресветлый Арис, что за шутки? Привязать отказника к аристократке нерушимыми узами?

Внезапно Флин ощутил себя на распутье. Как будто застыл на развилке, а перед ним камень, на котором большими буквами выдолблено предупреждение: «Налево пойдёшь — с ума сойдёшь, направо — себя найдёшь».

Только выбор уже сделан. Давно не было так интересно! Флин понял, что его отсюда теперь и дракон не выкурит! Какая апатия, какая меланхолия, какой сплин? Тут такой скандал намечается! Такое пропустить нельзя!

Лиза

За окном сияло раннее утро. Комнату заливал яркий солнечный свет.

А я лежала и размышляла. Что в комнате делает незнакомый мужчина, рука которого покоится на моей груди? Ну… не на самой груди, конечно, а в районе солнечного сплетения. В ногах спит Димка, укрываясь кончиком одеяла. Я явно что-то пропустила и не понимала происходящего: последнее воспоминание было о разговоре по артефакту связи. Кажется, я уснула прямо в процессе.

Чувствовала я себя на удивление бодро, словно и не болела ещё вчера. Была полна сил, энергии и желания свернуть горы. Чудесные у Рады травки.

Я осторожно убрала мужскую руку со своей груди, стараясь не разбудить неизвестного. Кричать «Ты кто такой?» не собиралась — раз его пустили ко мне в комнату, да ещё и с Димкой, значит, были причины. Прежде чем устраивать разбор полетов, было бы неплохо разобраться в происходящем.

— Ты очень громко думаешь, — сонно пробормотал мужчина, дернувшись от моего осторожного движения. Он выпрямился на стуле, потер лицо ладонями, словно стряхивая остатки сна, и посмотрел мне в глаза. — Чувствуешь себя как? Хотя, о чем я спрашиваю, наверняка лучше, чем я. Стулья у вас паршивые, надо отметить.

— Отлично себя чувствую. А вы кто?

— Что ж, в таком случае спешу поздравить с возвращением из-за грани, Лиза. — Упоминание моего земного имени заставило вздрогнуть. — Да не дергайся ты так, сына разбудишь. — Вот теперь я просто застыла. Кто этот мужчина? Почему ему так много известно? — И не пугайся.

— Так кто вы такой? — совладав с эмоциями, переспросила я тихим голосом, чтобы не разбудить заворочавшегося ребенка.

— Давай на «ты», — предложил он. Ну да, чего стесняться-то. — Я Флин. На все вопросы ответ один: я сильный менталист. И эмпат. Ну и так… по мелочи.

— Менталист? — О магах разума я знала немногое. Что его привело в наш дом? И что, собственно, вообще произошло пока я спала? — То есть, я правильно понимаю, ты сейчас читаешь мои мысли?

— Верно. И занимался этим всю ночь, чтобы не заснуть.

С совестью у него проблем нет, ибо он ей, кажется, не пользуется.

— А что значит, из-за грани? И как много ты теперь обо мне знаешь?

— Если бы не ваш дед, готовили бы тебя сейчас, Лиза, к погребению со всеми почестями. Я едва-едва успел помочь. Т-ш-ш-ш… — шикнул он на меня, предостерегая от очередного вопроса. — Твой сын просыпается.

Димка и правда открыл глаза. Немного полежал, словно не понимая, где находится, и резко подскочил, скидывая с себя одеяло.

— Мама! — поймала испуганного ребенка в объятия. Он судорожно хватался за мои плечи пальцами и всхлипывал, уткнувшись в шею. Эти сухие рыдания были страшнее истерики. У меня сердце сжалось от боли. Бедный мой мальчик.

— Всё уже хорошо, т-ш-ш-ш… Димка, всё хорошо. Слышишь? — но ребенку было не до моих тихих уговоров. Мальчик всё-таки разревелся. Я лишь крепче прижала его к себе и принялась покачивать, словно баюкая. Самой бы не разреветься, это не то, что поможет сейчас Диме прийти в себя. Держись, Лиза! Вот останешься одна — хоть в падучую впадай, а сейчас нельзя.

Помощь пришла неожиданно. Флин, приподнявшись, положил одну ладонь на макушку ребенка, а второй взял мою руку. Я сразу ощутила, как исчезает с плеч каменная тяжесть. Стало легче дышать, страхи отступили на задний план и стали незначительными. Мелочью, не заслуживающей внимания. Димка в моих руках затих, внезапно успокоившись.

— Спасибо! — шепнула я мужчине. Надеюсь, он сейчас меня читает, потому что всю благодарность, что я испытывала в этот момент, в одно сухое «спасибо» не уместить.

Было нетрудно догадаться, что он сделал. Почему в этом мире так жестоки женщины и так милосердны мужчины?

— Димочка, сыночек, уже всё хорошо. Со мной всё в порядке. Обещаю, больше такого не произойдёт, — уговаривала я, ласково поглаживая по спине.

Ребенок успокоился. Выбрался из моих объятий, слез с кровати. Он явно смущался. Причем не меня, а Флина. 

— Пойду умоюсь, — пробурчал он, опустив глаза. Я лишь улыбнулась в ответ и потрепала его по макушке.

— И ступай завтракать, ваша повариха приготовила запеканку. А я её сладкий аромат уже буквально через мысли других чувствую, — почти пожаловался Флин, на что Димка забавно фыркнул. — Все ждут хороших новостей. Так что беги рассказывай, что с леди Риштар всё в порядке. А мы с твоей мамой скоро спустимся.

Как только Димка вышел и прикрыл дверь, напряжение заметно сгустилось. Не знаю, о чем думал Флин, а меня нервировало то, в каком я виде. Какой женщине это понравится?

После того как я не раз перепотела, от меня уже наверняка попахивало… не розами, к сожалению. Грязные, сбитые после сна волосы. А ещё очень хотелось справить нужду и умыться — изо рта шло такое зловоние, словно мне под язык дюжина кошек нагадила.

И неважно, что я не рассматривала нового знакомого как объект интимного интереса. Всё равно было неприятно, что он видит меня в таком состоянии. 

— Так, ладно. Прежде, чем ты перестанешь смущать мою тонкую натуру своим видом, — я возмущенно зыркнула на явно подтрунивающего мужчину, что сидел подле кровати и без зазрения совести копался у меня в голове,— хочу ответить на несколько вопросов, которыми ты озадачена. Лиза, — Флин запнулся, но спустя секунду продолжил, — нет, Эмилия. Вот ведь, привык уже. Ладно, продолжим. Я из числа зрячих. Я и Веррес, твой дядя, можно сказать, сослуживцы. Прибыл для того, чтобы найти липовую управляющую. А сюда и вовсе попал случайно — скажи спасибо деду. Ты пострадала из-за артефакта связи. Да, того самого. Вон, стоит на столе. Видимо, дети вырывали его друг у друга и что-то сместили: артефакт начал бесконтрольно тянуть из тебя магические силы, продолжая делать это даже после того, как ты впала в беспамятство. Связь-то прервать ты не успела. В общем, идея артефакта отличная, но реализация подкачала. Можешь смело стребовать с мастера компенсацию.

— А дети? — вклинилась я в рассказ мужчины.

— Дети не пострадали. Только ты, как источник энергии. Я вижу, что вопросов у тебя много, но давай отложим их на потом, а? Если честно, я со вчерашнего утра ничего не ел. И всю ночь у тебя просидел, отдавая свою силу. Так что у меня не только пусто в животе, но и резерва почти не осталось.

— Конечно! — Вот теперь мне стало действительно неудобно, ох. — Извини! 

— Да всё нормально. Буду благодарен, если ты меня сегодня не прогонишь. Я бы хоть выспался нормально и силы восстановил. Ладно, пойду на кухню, не буду тебе мешать.

— Спасибо за всё, Флин. Если бы не ты… умереть мне во второй раз, — от возникшей в голове картины меня передернуло. — Не представляю, что было бы с Димкой.

— Главное, в этот раз я успел вовремя, — улыбка у него вышла какая-то кривоватая.

Я выбралась из кровати, стоило остаться в комнате одной. Глянула в зеркало и ужаснулась — срочно мыться и приводить себя в порядок! Из комнаты выбиралась тайком, чтобы ни на кого не наткнуться, не дай бог, в таком-то виде. Торопясь, вновь задумалась о насущном — с такими волосами мне бы не помешал фен. Надо срочно учиться пользоваться своими силами! Иначе на кой черт я их просила у ангелов?

Зашла в комнаты больных — половина койко-мест пустовала. Оставшиеся дети спали. Неужели выздоровели? Так быстро? Если зелья и травки у Рады так хороши, нужно позаботиться о запасах. Людей много, близится осень — такие простуды будут ещё не раз. Устраивать ночные прогулки по лесу повторно я желанием не горела. Так что лишним точно не будет.

И правда, воспитанники, болевшие еще вчера, находились в столовой и выглядели вполне здоровыми. При моём появлении наступила тишина, разговоры затихли, а потом со всех сторон начали звучать приветствия.

— Леди Риштар! — из-за стола выскочила Мей и чуть не сбила меня с ног. — Я так рада, что с вами всё хорошо! Я так боялась… — испуганная девчушка крепко обнимала меня за талию, а я, кроме как обнять её в ответ и погладить по волосам, и не знала, что сделать. Что сказать?

Ясное дело, что переживала она не за меня. Я реалистка, а не фантазерка, возомнившая, что дети меня приняли и полюбили. Времени-то прошло с гулькин нос. Большинство, скорее всего, меня терпит как неизбежное зло. Да, возможно, некоторые ребята ко мне и испытывают положительные эмоции и симпатию, но далеко не все. Отис хорошо подпортила репутацию должности. И эта война мною ещё не выиграна. Да и с кем воевать? С обездоленными детьми? Тут другие методы требуются.

Я гладила Мей, пока она не нашла в себе сил разжать объятия и несмело мне улыбнуться.

— Всё хорошо?

— Теперь да, извините за это… — кажется, девушка и сама была не рада своей порывистости.

— Ничего, я понимаю, — улыбнулась я и подтолкнула младшую воспитательницу в сторону стола.

Рядом с её местом сидели сестрички-рукодельницы и весело что-то обсуждали. Надо бы с ними поговорить после завтрака. И связаться уже наконец с представителями ткацких фабрик. Близилась осень, а значит, нужно было всерьез озаботиться пошивом. Если у всех тёплая одежда такая же, как у Мей, это вопрос первостепенной важности.

— Лиена, не составишь мне компанию? — пригласила я женщину к себе за уже накрытый на одну персону стол. Такие деловые завтраки скоро станут традицией. А что делать, если это едва ли не единственная возможность нормально побеседовать? То я бегаю как угорелая, не зная, за что схватиться в первую очередь, то Лиена занята.

— Конечно, леди управляющая.

Женщина перенесла свои тарелки и уселась напротив.

— А где Флин? — я ожидала увидеть менталиста в столовой, уплетающим тройную порцию за обе щеки, но он куда-то запропастился.

— Господин маг изволит завтракать на кухне. Говорит, там пахнет разогретым металлом и осенними яблоками, — неуверенно, словно сомневаясь в своих же словах, проговорила Лиена. — Хотя, возможно, я что-то напутала или неправильно его поняла. Но Васила не против его компании.

Наверняка дети глаз не спускали с нового действующего лица — я бы тоже сбежала от такого внимания.

Пока завтракала, успела выудить кое-какие подробности. Во-первых, Лари Нартел вместе со своим помощником работает над защитой дома. Появляется она тут в районе одиннадцати утра и трудится до позднего вечера. Вовремя я пришла в себя — защитный контур практически готов. Уже завтра, после оплаты всех работ, активация.

Также приходила Рада, когда меня не смогли привести в чувства. Мне женщина помочь оказалась не в силах, а вот детям принесла дополнительные снадобья и мази. Впрочем, всё самое плохое осталось уже позади.

В остальном всё было тихо.

Дети помогали на ферме с животными, ходили в лес и рыбачили. Разве что одна из девочек ошпарилась на кухне. Не сильно, слава богу. Ей уже оказали помощь, но этот случай натолкнул меня на мысль, что обучение — это замечательно, но следует продумать специальную защитную форму. Сейчас у поварят нет даже простеньких фартуков, да и нарукавников на всех не хватает. В общем, ещё одна задача в список того, что необходимо решить в ближайшее время. И раз я хочу, чтобы девчонки участвовали в конкурсе, следует продумать их внешний вид. Образ, что выделит нашу команду на фоне местных заводил.

После завтрака я заглянула на кухню, убедилась, что Флин доволен и о чем-то толкует с Василой, и поспешила к Ришке и Маришке. Девчонки уже немного обжились. Заглянув к ним, я словно укуталась в уютное одеяло. На полу у каждой кровати лежали узелковые коврики, на постелях — яркие покрывала, тощие подушки спрятались в красивых наволочках, а дорожки салфеток красовались на всех открытых поверхностях помещения и притягивали взгляд.

— Ух ты, как у вас тут хорошо! Неужели сами такую красоту сотворили?

Девчонки, с чьего молчаливого согласия я рассматривала комнату, от моей похвалы зарделись. Было видно, что они гордятся своими работами.

— Наставница нас многому научила. Но вышивка больше нравится мне, а вот Маришка с удовольствием занимается пошивом одежды.

— Хотите взглянуть на мастерскую? — спросила вторая сестричка и, не дожидаясь ответа, выскочила в коридор с просьбой следовать за ней.

А девчонки хорошо устроились! Старшие ребята вытащили на свет бесхозные полуразваленные тумбочки, мужчины их подремонтировали и составили в мастерской друг на дружку. Образовался небольшой шкаф, где хранились инструменты. У окна большой раскройный стол, четыре хитро сдвинутые парты. У окна — увешанный тканями старенький манекен. Несколько рулонов составлено в углу комнаты, так как другого места для них просто не нашлось. Главной гордостью девчонок был швейный артефакт, что сращивал ткань без всяких швов. Чтобы на таком работать, требовались специальные навыки. Девчонки показали мне на примере маленьких лоскутков, но я всё равно не поняла принципа. А мастерицы были счастливы, этот инструмент был прощальным подарком от наставницы и являлся особой ценностью. К тому же он бесшумный, а значит, соседям не будет мешать спать, если девчонки заработаются.

Чисто, светло, только мебели бы сюда нормальной, и вообще была бы красота. Ну ничего, это дело поправимое.

— Девочки, вы снимите со всех мерки, пожалуйста. Все параметры, какие только можно. И начнём работать. Я сегодня поразмышляю, что нам требуется в первую очередь, а завтра к вам загляну. Договорились? Пойдемте, я вам бумагу выдам и писчие принадлежности для этого дела.

Со мной на второй этаж поднялась Ришка, Маришка побежала договариваться с Лиеной, чтобы та помогла организовать из кучи детворы хоть какое-то подобие очереди.

На выходе из кабинета меня поймал Флин. Ришка тут же ускользнула.

— У тебя гости, идём встречать, — с озорной улыбкой на губах сообщил маг. Первой мыслью было, что приехала Лари, но я её быстро отмела, так как менталист продолжал свою речь, бормоча себе под нос: — Это обещает быть интересным…

Мы спустились на первый этаж, пересекли комнату и вышли на крыльцо, где перед нашими глазами предстала сюрреалистическая картина.

Вдоль улицы в сторону нашего дома трусцой бежали полтора десятка мужчин разной степени привлекательности. Молодые, горячие и полураздетые. Двигались они так, словно показывали себя со всех сторон. За ними эскортом на некотором расстоянии следовали женщины нашей Яблоневки, от юных девиц до зрелых тёток. И со всех сторон звучали женские голоса, больше возбужденные, чем возмущенные. Мне даже стало слегка неловко за такую открытую демонстрацию восхищения, еще немного, и они предложат себя здесь и сейчас. Но в их защиту стоит отметить, что даже для меня зрелище было неординарным. Несмотря на иммунитет к красавчикам, что в моей прошлой жизни мелькали всюду: кинематограф, литература, интернет, — я была в смятении. В общем, шайка красовалась широкими плечами и голыми торсами, на девиц они поглядывали с интересом, бицепсами поигрывали, зубы скалили, феромоны распространяли — бедным женщинам оставалось лишь обмирать от умопомрачительного зрелища. Но почему у них такая странная реакция? Ну да, мужчины словно с обложки журналов сошли, ну и что? Не из-за внешности же они так странно себя ведут?! Идут по пятам, крутятся, словно на ярмарке невест. Куда, спрашивается, их мужики смотрят?

— А что происходит? — поинтересовалась я у Флина — он наверняка уже выяснил, покопавшись у кого-нибудь в извилинах.

Флин тоже был со странностями. Сперва хмыкал, глядя на разношерстную толпу. Затем начал хихикать, что меня настораживало. Потом вообще смешки переросли в несдержанный хохот, причин которому я не видела. Одно слово — менталист! Мне даже стало интересно, что он такого увидел в мыслях окружающих людей. Но спросить пока не решалась. 

— Это оборотни, Лиза. Потом расскажу, — отмахнулся Флин. Ладно, отложим этот разговор на вечер. — Лучше приготовься, идут они по твою душу.

— В смысле, по мою? — я совершенно растерялась. Мне ни один из этих загорелых качков не знаком, на кой черт им понадобилась я?

Мужчина тянул с ответом, а я в это время наконец-то перевела взгляд на процессию, что была позади женщин.

Неспешной походкой шли двое: Ник и его напарник, угрюмый Ричард. В полной экипировке, в отличие от полуголых сородичей. Рядом с ними парил ствол поваленного дерева, с корнями, сучьями и кроной. Под ним что-то извивалось, но что — с такого расстояния не разглядеть.

— Хотят познакомиться с истинной парой своего сородича, — всё же ответил на мой вопрос Флин, отчего я с трудом удержала челюсть на месте. И, словно забивая гвоздь в крышку моего гроба, мужчина продолжил: — И выполнить ритуал, предлагая невесте изменить выбор в пользу другого представителя их народа.

— А…

— Всё, умолкаем. У оборотней очень чуткий слух, если ты не знала.

Флин

Флин второпях закончил изумительный завтрак, спеша выйти на улицу, чтобы посмотреть на нежданных гостей. Покидать общество Василы не хотелось. Едва только почувствовав ровный, сильный эмпатический аромат этой женщины, он с трудом удержался от желания рвануть на поиски его источника. Разогретый металл и терпкие осенние яблоки. Дикое сочетание, но отчего-то очень приятное.  

При личном знакомстве со стряпухой Флин испытал самый настоящий шок. Такие люди прежде ему не встречались. Судьба Василу изрядно потрепала, но, несмотря на все невзгоды, она была довольна своей жизнью. А уж тот факт, что её каким-то случайным образом занесло в дом отказников — вообще считала большой удачей. Во-первых, её подопечный был пристроен. Во-вторых, дети оказались благодарными «клиентами» и после каждой трапезы хвалили её мастерство, которое в таверне уже давно считали чем-то обыденным, недостойным внимания. Да и педагогический процесс увлек не на шутку. Но главное, на кухне Васила оказалась полноправной хозяйкой! В общем, Флин не мог надышаться этой смесью силы, довольства и добродушия. И решил, что отныне есть будет только на кухне. Тем более стряпня действительно оказалась великолепной.

Выяснить, с какой целью оборотни покинули свои владения и сунулись в эту деревню, труда не составило. И, разумеется, всё дело опять было в леди Риштар. Этот факт даже развеселил. Мало того что личность неординарная, так и события вокруг неё закручивались похлеще дворцовых интриг.

Удивительно, как быстро она оправилась после попадания в новый мир. Включилась в работу, не позволяя себе впадать в уныние и меланхолию. Меньше, чем за месяц, эта дамочка не только вывела на чистую воду управляющего городом и его сына, но и поставила в тупик местных теневиков. Решила вопрос с деньгами, увеличила штат работников вдвое, начала налаживать торговые связи и растормошила детей. А заодно и самого Флина, что он в принципе уже считал невозможным. В мыслях и надеждах обитателей дома отказников столько жизни, столько планов на будущее, столько энергии и азарта! Оставалось ловить момент и наслаждаться. Разве можно отказаться от такого шанса? Возможно, Эмилия —  тот самый круг, который спасет и его, Флина?

А главное, никто пока даже не представлял, какие грядут перемены в ближайшем будущем. Те планы, что зрели в хорошенькой женской головке, были грандиозными. И ведь это только начало. Интересно, что будет дальше? 

А ведь он мог женщине помочь. Да вот хотя бы с этой делегацией. Коты играли грязно, они пришли сюда, чтобы отомстить. Флин поморщился от отвращения, когда выловил в мыслях оборотней корыстные планы. Для каждого из полуголых мужчин сложившаяся ситуация — это отличный шанс получить долю внимания Мины, а в идеале и вовсе занять место подле неё в качестве мужа. Все в клане знали, что дочь альфы была с малых лет помешана на Ричарде, и только юный возраст мешал ей заполучить его на законных основаниях. А сейчас, когда она наконец достигла совершеннолетия, на пути к мечте встал закон о невмешательстве в отношения истинных пар. Как она бесилась!

Флин и сам не заметил, как провалился в воспоминания Ричарда. В мыслях, наполненных отчаянием и горькой ревностью, мелькали образы юной девушки, только-только вступившей во взрослую жизнь. За прошедшие с их последней встречи годы Ричард и думать забыл о том, что когда-то, ещё в детстве, она пообещала стать его женой, и без задних мыслей появился на территории котов. Да только, как оказалось, Мина не забыла. И сочла себя вправе выбрать его в качестве мужа. Конечно, у мужчины был шанс отказаться, но в таком случае ему пришлось бы вступить в бой с пятеркой лучших бойцов клана, буквально выгрызая свою свободу. Возможно, он бы даже победил, всё же обученная тень — это не просто статус.

Ричарда спасло то, что девчонка своевольно вмешалась в его разговор с её отцом, альфой и старейшинами. Мина требовала ни много ни мало супружества. Требовала по праву любой кошки, которые сами выбирают себе пару. Она не слушала никого: ни Ричарда, ни старейшин, — лишь альфа имел на неё хоть какое-то влияние. 

— Я тебя выбрала ещё много лет назад! Ты мой! Или ничей!  Кто нынче верит в истинные пары? С человеческой самкой? Это ложь!

— Мина, успокойся и прими это! Артефакт правды подтвердил, у Ричарда есть истинная, его запечатление свершилось. Дорогая, у тебя не осталось шансов. Традиции незыблемы, нарушения жестоко караются!

Альфа откровенно был рад такому исходу. По ту сторону Леса Ричард был ценным союзником, но в зятьях предпочтительней кот, будущий отец сильных котят, которые останутся в прайде и получат соответствующее воспитание. А нарушать закон в угоду вздорной дочери непозволительно, особенно альфе. Ричард тоже понимал, что закон на его стороне, и потому решение, озвученное альфой, повергло в шок.

— Мина, истинная пара для всех оборотней священна, и ты знаешь это не хуже меня. Но, если тебя это утешит, мы используем своё право на традиционную проверку истинности.

Традиция, забавная при обычных условиях, для Ричарда грозила обернуться кошмаром.

— В таком случае, отец, я желаю лично отбирать оборотней, что будут участвовать в проверке!

Ричард видел, как Мина хищно оскалилась в предвкушении унижения его женщины. Как сверкнули торжеством её глаза. Ведь он полукровка. А значит, та самая священная связь между ним и леди Риштар никогда не образуется. И женщина будет не в силах устоять перед даром обольщения других оборотней. Тем более котов, у которых этот дар развит сильнее, чем у других представителей двуликих. В этом и была месть жестокой девчонки — унизить его и растоптать, показать ущербность полукровок и отобрать то единственное, что ему дорого.

Вынырнув из чужих воспоминаний, не сразу удалось абстрагироваться от сладких ароматов похоти деревенских, хм, дам. Оборотни глумились, находя происходящее забавным, устроив между собой негласное состязание. А эти недалёкие не осознавали, что находятся под воздействием родового дара пришлых. Зато деревенские мужики были просто в ярости. Уловив мысли особо горячих, готовых пойти начистить морды молодняку, что шастает по улице чуть ли не голышом, Флин засмеялся.

Интереснее было другое.

Чувства Лизы ставили его в тупик. Ни одной пошлой нотки, ни одной грязной мыслишки о горячих самцах, ни капли вожделения. Лишь неловкое чувство стыда за местных и беспокойство о юных девушках-воспитанницах.  Флин и сам понимал, что девчонок лучше услать куда подальше.

— Хотят познакомиться с истинной парой своего сородича, — ответил он после небольшой паузы, разослав ментальные запреты детям, чтобы и не думали выходить на улицу. — И выполнить ритуал, предлагая невесте изменить выбор в пользу другого представителя их народа.

Он уловил потрясение, что испытала Лиза, но объяснять нюансы было некогда. Лучше потом, когда появится возможность поговорить наедине. Ведь если не сделать этого, скорее всего, женщина истолкует ситуацию превратно, и уж тогда Ричарду точно ничего не светит.

Странно, но коллеге Флин искренне сочувствовал. Мужчина хотел найти ценный дар для истинной пары по медвежьим обычаям, а увяз в чужих интригах. А сейчас ему к тому же предстояло стерпеть унижение. Но одно дело — унизить его, другое — обидеть ту, что предназначена Ричарду свыше. И вот тут он уже готов вступить в бой не на жизнь, а на смерть. 

Расчет Мины был абсолютно верен во всём, кроме одного: боги не любят, когда нарушают их планы. И меняют ход событий. Кто мог просчитать появление сильнейшего менталиста рядом с намеченной жертвой?

Флин спешно поставил ментальную защиту на Эмилию. Если коты играют грязно, то и она имеет право смухлевать. Успел, что называется, в последний момент.

Как только Ричард с напарником оказались рядом, оборотни перешли к активным действиям. Они кружили вокруг Эмилии, в два счета оттеснив менталиста. Каждый старался поймать её взгляд, томно улыбнуться и соблазнить, активно пользуясь родовым даром. Если бы не защита, бедняжка уже предлагала бы себя так же, как одурманенные сельчанки.

— Красивая!

— Сладкая… — один наглец подошёл сзади и, помуркивая, принюхивался к заколотым шпилькой волосам. Женщина шарахнулась в сторону.

Флин ощутил проснувшееся отвращение — Лизу обсуждали как мясо на рынке.

Двор был забит под завязку не только ошалевшими от безнаказанности оборотнями, спорящими между собой, с кем из них самка уйдет в лес, но и млеющими сельчанками, что пришли сюда следом. Вот-вот подоспеют разгневанные мужики, и тогда вообще всем будет весело.

— Прекратите! Что вы себе позволяете? — с раздражением поинтересовалась избранница Ричарда. Не получив никакого ответа, она продолжила, но уже более громко. В голосе были отчетливо слышны гневные нотки. — Вы меня слышите вообще?

Растерявшаяся Лиза, отталкивающая особо нахальных парней, с каждым мгновением злилась всё сильнее, но, когда один из оборотней вдруг прижал её к себе и уткнулся носом ей в шею, терпение Флина лопнуло. Он чувствовал нарастающее напряжение, которое охватило племянницу друга, вот только помогать не имел права. Этот конфликт она должна была разрешить сама, иначе подобные нападки с позволения мстительной Мины будут продолжаться до тех пор, пока не увенчаются успехом. А он и так сделал большой подарок — сохранил ясность разума.

— Прекратите немедленно! — всех стоявших в радиусе нескольких метров от виновницы торжества неожиданно снесло с ног мощным порывом уплотнившегося воздуха. Оборотни, хоть и отступили на несколько шагов, устояли. На то они и коты, чтобы всегда приземляться на лапы. — Господа, потрудитесь объяснить, что тут, демоны вас раздери, происходит?

Лиза была в ярости! А Флин наслаждался мыслью о том, что от этих молодчиков остались бы одни угольки, обладай женщина не даром воздуха, а даром огня. Оборотни наконец-то обратили на неё внимание. На то, что объект игры не только в ясном уме, но и сердита, как гадюка, что вот-вот ужалит.

Нежданных гостей накрыла волна разочарования: приворот не сработал. И сильнейшей завистью — медведь действительно нашел свою истинную, что случается крайне редко. И даже каким-то способом умудрился привязать её к себе священными узами, хотя он лишь полукровка, не способный на полноценный оборот. 

— Итак?  Потрудитесь объясниться!  Ваше поведение неприемлемо! — Лиза с трудом проталкивала слова, не позволяя себе сорваться на крик.

— Здравствуй, истинная! — коты перегруппировались, выпуская вперед самого старшего. — Мы представители клана кошек, прибыли по приказу альфы, чтобы провести ритуал подтверждения истинности пары. Наша родовая магия действует на любую женщину, кроме той, что благословлена богиней оборотней. Этея знает, с кем будут счастливы её дети. Поздравляю, ты великолепно выдержала это испытание. Пожалуйста, не расценивай случившееся как оскорбление, такова традиция. На этом наша миссия выполнена, и мы уходим.

Флин сдерживался изо всех сил, но не засмеяться над выражением лица Лизы, когда оборотни, не прощаясь, обернулись здоровенными котярами и устремились в сторону леса, было выше его сил.

— Что это только что было?

Лиза

В этот момент весьма некстати прибыла Ларри! Пришлось проглотить своё возмущение и сотни вопросов и переключиться на работу. Ну ничего, Ричард от допроса не отвертится! Приложу все усилия, чтобы выяснить правду, надо будет, добьюсь, чтобы мне помог Флин. Менталист он или где? 

— Леди Риштар, где оставить товар?

Я смотрела на парящее в воздухе дерево с пушистой кроной и понимала, что меня собираются облапошить.  

— Ник, это не то, о чем мы договаривались! Этого не хватит даже на мебель, не говоря уже о чем-то большем. Я не собираюсь платить за него.

— А кто говорит о деньгах? — судя по голосу, настроение испортили не мне одной.

— Это подарок, леди Риштар. От меня.

Я с удивлением перевела взгляд на Ричарда. Он не проронил ни слова, когда оборотни устроили представление, молчал, когда они объяснялись. А сейчас вдруг делает подарки? Да что не так с этими мужчинами? Кто вообще дарит дерево?

— Подарок? На кой ляд он мне сдался, если вы не выполнили заказ?

— Древесина Груха гораздо ценнее, чем шиквеи!

— Остановитесь. Вы сейчас разругаетесь из-за недопонимания, — вмешался в разгорающийся спор Флин. 

И хорошо, потому что я чувствовала, что вот-вот взорвусь от переполняющих меня эмоций. Черт побери, я заказывала шиквею, потому что эти деревья громадны, и их древесины хватит не только на домашние мелочи, но и на такие смелые проекты, как дом для Лиены и Диего! Приближалась дождливая осень, а это значит, что заниматься строительством под открытым небом не получится, и нужно срочно соорудить склад и хоть какую-нибудь мастерскую. А древесины, которую я так ждала, нет!

— Мы поговорим позднее, когда вы отдохнете с дороги, а я немного успокоюсь. А дерево положите с торца дома, — я махнула рукой в нужном направлении.

Дерево приподнялось ещё выше над уровнем земли и поплыло. А я чуть было не завизжала, когда увидела под ним бледные тела сотни извивающихся змей. И только приглядевшись, поняла, что это не змеи вовсе, а какие-то растения, больше похожие на лианы. Для неподготовленного человека зрелище было жутким, очень жутким.

— Не переживайте, это всего лишь дрисхи, помощники дриад. Как только выполнят свою задачу, они сразу же исчезнут.

Я с волнением и каким-то садистским интересом наблюдала, как дрисхи расползаются в стороны и скрываются в глубокой траве сразу после того, как Ричард что-то прошептал.

— Вы отпустили их?

— Отпустил.

— Ник, не поставите на Груха отвод глаз? — Флин хмурился и с недовольством поглядывал на Ларри, которая не могла отвести восторженного взгляда от странного подарка. — Иначе к вечеру ваш ценный подарок кто-нибудь да умыкнёт. Отлично! А теперь пойдёмте, я вас познакомлю с самой чудесной женщиной в этом доме! Вы даже не представляете, что она творит с мужскими сердцами…

Флин, заболтав мужчин, увел их в дом. А я наконец-то смогла расслабиться и привести мысли в порядок.

Общение с Ларри помогло отвлечься от грустных дум. Защита дома была практически готова. Мы обсудили некоторые нюансы и доработки. Например, то, что в момент активации защиты все домочадцы должны находиться в доме. И никаких гостей или посторонних, если, конечно, я не хочу открыть им полный доступ.

— Я начну во время завтрака, работа займёт не больше двух часов.

— Когда мне рассчитаться с вами за работу?

— Сразу после проверки защиты.

На том и договорились. Если честно, разговор получился какой-то скомканный. Ларри вела себя странно. Она осматривала территорию, словно что-то потеряла, а что не помнила.  Возможно, всё дело в подарке, который сейчас не видела даже я?

Время до обеда решила провести с пользой, заглянуть в швейную мастерскую. К девочкам у меня был вопрос, который по логике надо было задать ещё давным-давно, но вспомнила я об этом нюансе только сейчас. А именно, как они будут шить? Строго по фигуре? Или по размерным рядам? Есть ли в этом мире вообще такая система?

Подле девчонок крутились двое мальчишек. Я наблюдала за тем, как каждая из сестер умело замеряла параметры, после чего вносила их на лист бумаги, разлинованный под табличку.

Мальчишки убежали, а я, Ришка и Маришка принялись обсуждать план действий. Как таковой системы размерных рядов в этом мире не было, но дешевую готовую одежду шили так, что с помощью различных запахов, поясков и тесемочек её можно было подогнать практически под любую фигуру. К моей идее девочки отнеслись скептически, но когда уткнулись в свои таблички, желая доказать, что каждая фигура индивидуальна, убедились, что у каждой возрастной категории параметры практически одинаковые. Да, есть исключения, но они единичны. А когда смекнули, что новый подход сократит время на раскрой и пошив, и вовсе пришли в восторг.

Для реализации задумки мы создали картотеку с индивидуальными карточками на каждого члена нашей общины, где были прописаны только его параметры. Это должно было помочь не только сейчас, но и в будущем. Дети растут слишком быстро, особенно когда хорошо питаются. Таким образом, с помощью карточек можно отслеживать, какой размер одежды подходит ребенку в текущий момент времени.

Флин вновь сидел на кухне. На мой вопрос об оборотнях пояснил, что дедушка Ульх увёл их в какую-то летнюю сторожку, где они сейчас и отсыпались. Мужчины за время небольшого путешествия сильно вымотались, а уж после щедрой порции Василиной еды их и вовсе разморило.

Ну и отлично! Мне не нужно беспокоиться о том, как и где разместить гостей. А вечером, когда дети отправятся по койкам, можно будет спокойно поговорить. Я как раз подготовлю список вопросов, а то их у меня как-то слишком много — можно половину и забыть.

В доме оставалось несколько детей, в том числе и Димка, который не выпускал меня из поля зрения ни на минуту. В какой бы части дома я ни находилась, он обязательно был неподалеку. Ничего не говорил, но его поведение было красноречивее слов. Надо бы побеседовать наедине, успокоить. Ой, и дедушку Ульха поблагодарить обязательно!

Подопечные страдали от безделья. Девчонки ладно, помогали на кухне Василе и слушали всякие байки, рассказываемые Флином. А вот мальчишки не знали, чем заняться.

Пришлось притормозить и показать несколько игр. Одна из них крестики-нолики. Димка пристроился рядом с остальными, делая вид, что внимательно слушает правила.

А я крутила в голове мысль о шашках и даже о дженге. Атрибутику несложно смастерить, а для самой игры не требуются никакие особые знания. Озадачить Диего, что ли?  И переносную доску с мелом, или чем тут пользуются.

Как говорится, на ловца и зверь бежит.

Диего влетел в дом, словно за ним волки гнались. Весь взъерошенный, взбудораженный.

— Леди Риштар! Вы нас не ждите сегодня на обед, хорошо? Там Марушка телиться начала!

— Марушка? А! Та пушистая корова?

— Ну да, — он в очередной раз взъерошил волосы. — Дети ни в какую возвращаться не хотят, пока на теленочка не посмотрят. Да ведь голодные! Так что я сейчас возьму чего перекусить и обратно!

—  Я с вами пойду! — заявила одна из воспитанниц.

— И мы хотим! — это принялись канючить пацанята, что сегодня ещё считались больными и были освобождены от работы. — Там ведь тепло! А мы только одним глазком и сразу же обратно! Пожа-а-а-алуйста!

Дима молчал, но смотрел на меня так, что пришлось согласиться. Может быть, отвлечется от плохих мыслей, что не покидают его головушку? Я не понимала интереса отказников — они ведь деревенские, разве не видели домашнюю скотину? Другое дело Димка, проживший все свои двенадцать лет в городской суматохе и только пару раз бывавший в зоопарке.

Спокойна я была до тех пор, пока мы всей дружной компанией не появились на кухне. Васила быстро смекнула, что от неё требуется, а вот девчонки, прознавшие о Марушке, запищали, что они тоже идут к бабушке Аглае. И вот это уже проблема. Как уследить за всеми?

Девчонок по утрам провожали на ферму чуть ли не под конвоем, во избежание, так сказать, учитывая последние события с долговыми расписками. Сейчас же Диего один не сможет уследить за всеми, так что идти решили практически всем педагогическим составом. В доме оставались только Васила, Флин и дедушка Ульх, пообещавший присмотреть за малышней. Всё же мы с Марьяной вернёмся быстро и подменим дедушку.

Перестраховка, ну мало ли, опять этот ненормальный появится. 

Пока Васила собирала корзину с продуктами для детей, Диего очень быстро уминал обед, а все остальные разбежались по комнатам переодеваться.

По пути мы с Марьяной старательно скрывали улыбки, потому что муж Лиены практически летел впереди планеты всей. Он был очень рад, что наше хозяйство уже вот-вот пополнится теленочком ценной породы. Наблюдая за его радостью, страшно было представить, как он горевал, когда сгорело всё их с Лиеной хозяйство.

Рядом с Марьяной шла Арья. Малышка держалась не за руку, а за необычный поясок своей наставницы — плотный плетеный кожаный шнур, на концах которого болтались металлические шарики. Выглядело очень красиво, но меня не покидало ощущение, что где-то я подобное уже видела. Впрочем, это, пожалуй, не так уж и важно. А вот стоит ли вводить моду на полукомбинезоны, столь популярные в моём родном мире? Не только как вариант спецодежды, но и как красивые повседневные варианты для детей.

— Бегите! — неожиданно рявкнул Диего, обернувшись к детям, что стояли позади. — Леди Риштар, уводите детей! Я их задержу!

Я с ужасом наблюдала, как из портальной рамки, что разверзлась совсем близко от нас, выскакивали здоровенные мужчины, напоминавшие омоновцев. Наёмники?

— Не успеем обратно! — отрывисто бросила Марьяна. — Все врассыпную! Зовите на помощь!

Кто-то из детей успел проскочить и удрать, но нам слишком быстро отрезали путь, окружив.

Я его узнала, того самого мужчину, что приходил за Мей. Бренгхот, кажется.

— Здравствуйте, леди управляющая, — остановившись напротив, мужчина с насмешкой изучал ребят. Его взгляд остановился на девушке. — Предлагаю сделку: я забираю рыжую и вон тех двух девчонок, и мы мирно расходимся. Никто не пострадает. Как видите, сила на нашей стороне, так что ваше сопротивление бесполезно.

— Нет! — тут же отозвалась Марьяна, потому что наемник выбрал Арью. Девочка моментально оказалась за спиной воспитательницы.

— Предлагаю вам убираться, потому что совсем скоро тут будут теневики. И вам не поздоровится!

Но мужчина даже бровью не повел на мои угрозы, уверенный в своих силах. Я насчитала восемь наемников. Нам самим точно не справиться, остаётся верить, что помощь уже близко.

— Вы так защищаете их. Неужели они для вас дороги, леди Риштар? Эти дети — мусор. Стоит ли тратить на них силы?

— Уходите, Бренгхот!

— Что ж, вы сами виноваты.

Я с ужасом наблюдала, как один из наёмников, что стоял ближе всех к Диего, вырубил его резким движением. Они напали на нас, как стая волков.

— Леди Риштар, помогите! — Мей билась в руках мордоворота, тащившего её к порталу. Я рванула было к ней, но меня схватили поперек талии. Заколка в волосах! Я с огромным удовольствием воткнула её в удерживающую меня волосатую руку, больше похожую на клешню! Наёмник взвыл и ослабил хватку, чем я тут же воспользовалась. Только  было уже поздно. Мей, словно мешок с картошкой, закинули в голубоватый свет портала. Я опоздала.

Юркие дети уворачивались от лап наемников, но их с переменным успехом всё же ловили. Уже трое разделили участь Мей — исчезли в портале.

Бренгхот стоял в стороне и громко смеялся над нашими потугами. Но его смех оборвался, когда безобидная на вид Марьяна ловко раскидала трёх громил. Отыскав меня взглядом, она буквально впихнула в мои руки Арью и полностью переключилась на схватку. В её ладонях раскручивались знакомые шарики на длинном кожаном шнурке, и я наконец-то поняла, почему они мне показались такими знакомыми. Это оружие! Этим смертельным орудием женщина наносила эффектные удары, сбивающие противников с ног, и не позволяла приблизиться к нашей немногочисленной группе. Со стороны это было похоже на танец гимнасток с лентами. Марьяна двигалась с немыслимой скоростью, уклоняясь от ударов коротких мечей.

Вот только помощи не было, а значит, дети не добрались до дома. Надо кричать, звать на помощь! Флин! Надо звать Флина!

И я кричала, кричала мысленно изо всех сил, звала Флина, просила помочь. Но, казалось, это всё было впустую.

Когда один из наёмников всё же ухитрился подобраться к Марьяне и обхватил её сзади, женщина немыслимым образом нанесла сильнейший удар ногами прямо в грудь бандита, приблизившегося спереди, после чего вывернулась из крепких рук и каким-то хитрым приемом уложила второго.

Мне так хотелось ударить противников воздушной волной, как я сделала с котами, но ничего не получалось! Как бы я ни старалась, как бы ни пыталась вспомнить ощущения, тщетно.

Я видела, что Марьяна борется из последних сил, но ничем не могла ей помочь! И это чувство обреченности…  И тут… я услышала крик. Голоса Ричарда и Флина! 

Мужчины были ещё далеко, но их появление словно придало Марьяне сил, и её движения вновь стали резкими.

— Уходим! Девчонку заберите!  — бросил главарь и первым скрылся в портале.

Речь шла об Арье. Я схватила её первой, намереваясь бороться за неё изо всех сил.

Но в этот момент Марьяна упала на землю, задергалась в конвульсиях, не в силах подняться. Она была в сознании, но что-то связывало её, не давая двигаться. Ремешок с шариками сиротливо валялся на земле. Бандиты друг за другом покидали поле боя, утаскивая с собой девочек, и лишь один шёл прямо на меня. За Арьей, я знала это наверняка.

Успела перехватить отчаянный взгляд Марьяны, умоляющий меня не отдавать девочку. И это придало мне сил кинуться на здоровяка. Я царапалась, кусалась и била так, как никогда раньше. Мужик взревел, когда я вцепилась зубами в его ухо, и, освободившись, отшвырнул меня в сторону.  Упала я недалеко от малышки, успела схватить её за руку, встать между ней и наемником.  К порталу он тащил нас обеих. Сильный, гад!

Боковым зрением отметила, что Ричард и Флин уже совсем рядом, и мне оставалось продержаться лишь эти жалкие мгновенья… Но когда рядом возникла огромная медвежья лапа с длиннющими когтями, пытающаяся схватить меня, я шарахнулась в сторону и вместе с Арьей провалилась в портал следом за наёмником. 

В голове мелькнула страшная мысль: я упустила свой шанс и утянула за собой девочку.

Флин

Флин подоспел, когда портал уже схлопнулся. Всё же скорость у оборотней повыше, чем у людей, даже одарённых. Он наблюдал, как Ричард то сжимал, то разжимал огромные лапы от бессильной ярости и смотрел в пустоту. Выглядело это жутковато — ему раньше не приходилось работать с полукровками, и руки мужчины, что были сейчас в состоянии трансформации и выглядели как здоровые медвежьи лапы, казались по меньшей мере странными.

— Ты себя контролируешь? — осторожно поинтересовался он, потому что знал, что у полукровок с контролем не всегда гладко.

Флин с усилием заставил себя отгородиться от бушующих эмоций Ричарда и, не дождавшись ответа, переключился на лежащую женщину, скованную заклинанием «Ловец безумцев». Это было страшное заклинание, с которым выходили на поимку обезумевших магов. Оно не только обездвиживало, но и причиняло ощутимую боль, чтобы лишить безумца концентрации и не позволить тому причинить вред себе и окружающим. Сейчас Флин был способен помочь женщине только одним способом — лишить её сознания. Дьявол, резерв почти пуст. Он так и не успел восстановиться, а те крохи сил, что оставались после лечения Эмилии, ушли на ментальные приказы детям во время визита котов. Сумасшедший день всё никак не заканчивался, а сейчас и вовсе грозил перерасти в не менее сумасшедшую ночь.

К сожалению, заклинание с женщины было не снять. Не его специализация. Тут нужны совместные усилия боевика и целителя.

Как попало к наёмникам такое специфическое профессиональное заклинание теней-ловцов? Возможно, Веррес прав, утверждая, что среди них есть крыса. Да не простая крыса. Скорее всего, сидит высоко с козырем в рукаве, раз уж без проблем проходит проверки менталистов на вменяемость. Ну ничего, это он ещё с Флином не встречался. Скоро крысоловка сработает.

— Господин маг, чем мы можем помочь? — рядом появились Ульх и Ник. Ник без подсказок начал работать — изучал наёмника, что валялся на земле в отключке. Лицо его было в крови — Марьяна хорошо приложила.

Интересно, кто она такая? Мысли ее были для него недоступны. Флин сначала даже подумал, что силы его иссякли окончательно, но ведь он прекрасно слышал Ника, Ульха и Ричарда. Даже бред Диего мог разобрать. А в женской голове стояла тишина, что в принципе невозможно.

Мужчина ловко расстегнул ворот платья и открыл женское плечо. Так и есть, догадка подтвердилась. Татуировка телохранителя. И, судя по символам, элитного. Теперь понятно, как она так долго удерживала оборону. Загадок стало ещё больше. Ладно, потом разберемся.

— Дед, займись Диего. Приведи в чувства и сразу же уводи. Соберите всех детей в округе, они разбежались кто куда. Приют на вас. Сейчас тут будет много народа из конторы, ваша задача — не мешать.

Дед нервно кивнул и отправился в сторону лежавшего Диего.

— Ричард?

— В порядке, — отрывисто бросил мужчина.

— Уверен?

Он вместо ответа так зло зыркнул на Флина, что многие бы отступились.

— Остынь, или я тебя отключу, — даже бровью не повёл. — В порядке так в порядке.

Ричард действительно вернул себе самообладание. Флину даже стало его немного жаль — всё же тяжело контролировать себя, когда зверь внутри буквально сходит с ума. Удивительно, что он вообще вменяем, а не поддался инстинктам. Руки приняли обычный человеческий вид. От рубахи при этом мало что осталось.

— Кликни теней, у тебя наверняка есть метка срочного вызова. А я организую подмогу со своей стороны. У нас слишком мало времени.

— Без тебя знаю, — фыркнул мужчина и ту же приложил ладонь к обнаженному плечу. Флин слышал, как Ричард мысленно отдаёт приказы своей команде, вызывает портальщика и ещё парочку специалистов узкого профиля. Отлично, часть проблем решена. А теперь пора заняться своим делом.

Флин вытащил из-под рубахи переговорник.

— Веррес? У нас проблема, — начал он, как только услышал голос друга. — Эмилию похитили недалеко от дома отказников и вместе с ней ещё несколько детей. Отправляй ко мне своих самых надежных парней, а еще лучше бросай дела и приезжай сам. И прихвати целителя, у нас тут «Ловец безумцев».

Не успел Флин закончить разговор, как получил необоснованную претензию.

— Как ты мог пропустить опасность? — Из-за того, что без портальщика Ричард не мог отследить перемещение, он с каждой секундой ожидания раздражался всё сильнее и, похоже, решил найти крайнего. — Какого черта не сканировал местность? Ты же менталист!

— А я обязан был это делать? Я тут не по служебному вопросу, а по личному и веду себя как гражданский.

— И что за личные дела у тебя в доме отказников? — сыронизировал Ричард, не веря ему ни на секунду.

— Разве тебя это хоть как-то касается? То, что твой зверь признал Эмилию, ещё ничего не значит, — ехидно парировал Флин. Отчитываться он не собирался, слишком много чести.

В этот момент мягко засветилась рамка портала, прерывая разговор. Прибыл Веррес с двумя бойцами, парочкой знакомых менталистов и военным целителем. Отлично! Этот справится один, без страховки мага-боевика.

Веррес пристально изучил состояние друга и молча протянул ему накопитель. Догадался, слава Арису.

Флин наблюдал, как целитель приступил к снятию заклинания с телохранительницы, а сам в это время поглощал энергию. Накопитель был нестандартным, таким пользовались исключительно менталисты. Он был намного эффективнее универсального.

Веррес, не стесняясь, читал Флина, не желая тратить время на пустые разговоры. Он был не против, поэтому все свои щиты снял, облегчая другу задачу.

— Остин и Еш, — Веррес получил необходимую информацию и включился в работу, — идёте по селению и ищете наводчика. Наемников предупредили, слишком уж всё складно вышло. Триль, как только целитель позволит, займешься барышней. Приведи её в состояние, пригодное для допроса.

Открылся очередной портал — прибыла команда Ричарда и под его командованием приступила к изучению остаточной энергии на месте, где схлопнулся портал наёмников.

Через час, после долгих вычислений, телепортисты предоставили первую информацию — и работа закипела.

Конец первого тома.
Пожалуйста, поставьте лайк книге, если она вам понравилась, и поделитесь своими впечатлениями в комментариях ❤️
И, конечно же, , чтобы не пропустить новинки.

Телеграм канал: ДИАНА РАХМАНОВА
Авторская группа ВК:  Магия книг Дианы Рахмановой