Марианна

— А давай ему хвост оторвем?

— Та не, скучно. У нас уже пол двора без хвоста бегает…

— А если дернуть его за голову и хвост одновременно, он будет бежать только прямо…

— Ага, далеко он так пробежит?

— Не далеко…

— Вот и я говорю, скукотища. А он черный, понимаешь. Родился для того, чтобы его наказать. Правильно наказать. Он же к несчастью!

— Это вы к несчастью, — не сдержалась я, проходя мимо и подбежала к двум в край обалдевшим юнцам. Они загнали маленького черного котенка в тупик и угрожающе надвигались, активно расписывая варианты расправы. — А ну пошли вон! А лучше в школу! Пока я не нашла ваших мам и не рассказала, какие замечательные детки у них растут!

Ненавижу, когда обижают маленьких! С детства у меня это чувство справедливости. Мальчишки испугались и разбежались в разные стороны, а я подошла к маленькому черному комочку.

— Ну и как ты можешь быть к несчастью. Такой славный малыш, — вздохнула я и присела рядом с котенком. Дотянулась до него пальцами и провела по бархатистой шкурке. — Где же твоя мама?

Вокруг не было ни одной взрослой кошки, собственно, как и других котят. Выбросили, наверное, подумалось мне. Очень жаль, но я спешу на работу.

— Прости малыш, я бы взяла тебя к себе, но и так опаздываю, а мой придурок начальник мне такого не подарит, — вздохнула я и мысленно пообещав себе, что если на обратном пути увижу этот комочек, непременно заберу домой. Вот и проверим, судьба или не судьба. — Пока, Филя.

Попрощалась я с мелким и потопала на работу. А через три шага кто-то больно впился в мою ногу чем-то острым. Изумленно посмотрела на маленького Филю, укусившего меня за ногу и упала, теряя связь с реальностью. “А может и к несчастью” — последнее, что пронеслось в моей голове.

— Вставмяяяяяй, всавмяяяяяй! — что-то мокрое тыкалось в мое лицо, голова болела, открывать глаза не хотелось. А еще болела спина и нога. Нет, нога не просто болела, она отчаянно ныла.

— Отстань! Я спать хочу! — отмахнулась я от будильника и перевернулась на бок, обещая себе наконец купить новый матрас. На этом спать стало просто невыносимо. Все тело, словно в аду. Нет, так я не смогу отдыхать полноценно, а значит и на работе буду, как сонная муха. А я креативный директор ивент агентства. Мне сонной быть никак нельзя, мне творить надо. Феячить, как я люблю говорить. Исполняю любые, даже самые сумасшедшие желания клиентов. Такой вот у меня талант.

— Вставмяяяяй! Тут спать опасмяяяя!!!! — настойчиво продолжал мяукать мой будильник, коверкая слова. А я разве такое ставила? Наверное Танюша решила приколоться, чтобы я не просыпала. Ох уж эта секретарша, чего только не выдумает. Перспективная девочка, скоро подсиживать меня начнет, не иначе.

Резкая боль в руке заставила меня открыть глаза и незамедлительно сесть.

— Ты чего! — возмутилась я, когда увидела следы от маленьких зубов на своем запястье и маленького виновника рядом!

— Вставмяяяяй! Опасмяяяя! — снова заладил… кот! Вот это осознание разбудило меня гораздо лучше, чем любой будильник. Я подскочила и чуть не свалилась снова, лодыжка болела, еле удержав себя на ногах, осмотрелась и изумилась.

— Где мы вообще? — память услужливо подкинула мне все, что происходило до того, как я упала. Но реальность не совпадала с тем, что происходило вокруг. Я была на перекрестке какой-то деревенской дороги. Почему деревенской? Потому что асфальта не было. Желтая дорога разделялась на два направления, вокруг травка муравка и какой-то пролесок. Слава богу дорожка просто желтая, а не из желтого кирпича. Не хотелось бы мне оказаться Дороти из страны Оз. Хотя, лучше ли моя ситуация?

— Домяяяяу, пошли скорей домяяяяу! — начал новый ребус мой спасеныш.

— Что ты хочешь? — не поняла я, отряхиваясь от пыли. Костюм был безнадежно испорчен. Эх, я так любила этот костюм. Между прочим, Армани. Да, моя работа приносила отличный доход. А теперь я разговариваю с котом? Может я ударилась головой и потеряла сознание?

— Опасмяяяяя тут оставаться! Надо идти домяяяу! — явно сделал огромное усилие над собой Филя. Ладно, если я сплю, то надо слушать кота. Стоять на месте все равно никакого толку.

— Домой? — переспросила я, привыкая к этому кошачьему. Дурацкий сон. Дурацкий, ей богу!

— Мяу! — радостно подтвердил Филимон и подошел к перекрестку вплотную. Обернулся на меня и выразительно посмотрел. Я ответила ему таким же выразительным взглядом. Мы помолчали.

— Филя, я не знаю, где дом. Я тут первый раз, — озвучила я очевидное, а маленькие черные ушки поникли.

— Мяу. Тут опасмяяяу, надо домяяяу! — снова начал вторить черныш, но с места не сдвинулся.

— Предлагаешь мне самой найти путь? — обреченно поняла я, когда котик обежал себя по кругу и снова уткнулся в развилку.

— Мяу! — радостно пискнул Филя и прыгнул на месте в знак подтверждения своих слов.

— Прекрасно, просто прекрасно. Я в восторге от этого сна, — начала злиться я. Нога болела совсем не воображаемым образом. Идти не хотелось вообще. Сделала несколько шагов, айкнула, чертыхнулась и подошла к развилке, мысленно плюнула на эту дилемму и сделала шаг налево. В реальности я такого никогда не делала, а во сне можно. Тем более, мужчины у меня не было. А вдруг сон станет веселее и разнообразнее?

— Мяу, — подал голос Филя и я передумала. Нет. Это точно детский сон.

Как только мы определились с направлением, малыш смело запрыгал в выбранную сторону, задрав хвост трубой. Создалось впечатление, что он все же знает маршрут. А вдруг? Во сне же и не такое бывает! Ну должно бывать, как я себе думаю. Не то, чтобы я помнила другие такие реалистичные сны, но вот прямо сейчас вспоминать не хотелось. Боль в ноге напоминала о себе каждую секунду, а дорога казалась бесконечной.

— Нет, я так не могу, сказала я и уселась на траву рядом с тропинкой. Нога болит, я никуда дальше идти не могу, — категорично заявила я и потерла уставшую ногу. Она благодарно перестала ныть, как только я дала ей отдохнуть. так намного лучше. Оглянулась в сторону того места, где очнулась. Его все еще было хорошо видно, а это значило только то, что шла я как черепаха. Совершенно не продуктивно и больно. Нет, глупостью заниматься смысла не имеет.

— Ты знаешь, где мы? — снова спросила я Филю, который прискакал ко мне и внаглую залез на руки. Он не спешил отвечать, лизнув мою руку. — Не знаешь, получается. Дурацкий сон.

— Мяу, — как-то очень выразительно сказал кот, но я все равно не поняла, что именно он хочет сказать.

— Эх, Филя, Филимон, была бы я ветеринаром, но я не он, а значит, тебе надо говорить понятнее, — сказала я и щелкнула кота по носу. Проскочила искра, уколов и меня и кота. Статическое напряжение? Странно.

— Больно же! — абсолютно четко возмутился Филя. — Ты чего на меня так смотришь? Опять ничего не понятно, что я говорю? Так мне время много надо, чтоб твой странный язык выучить.

Я даже рот открыла. Это как вообще? Щелкнула кота по носу еще раз, проверяя, выключится ли эта функция.

— Прекрати! Ты что делаешь? Я думал, ты добрая! Защитила, имя мне дала. А теперь бьешь? — возмущался Филимон.

— Прости, — опасливо сказала я, рассматривая котенка с новой стороны. А он болтливый, оказывается.

— Прощаю, — благодушно ответил черныш, — ты же теперь моя хозяйка. Я давно искал себе ведьму, фею или хоть кого-то одаренного. Устал уже котенком быть, а нам, фамильярам, без хозяина не вырасти. А я уже, знаешь сто пятьдесят три года котенок. Утомляет.

— Сколько? — я не кота спросила, а так, вслух. Сон становился все абсурднее и абсурднее. Если он сейчас начнет обсуждать со мной цены на ЖКХ, я, пожалуй, попробую отрастить крылья и полетать. А что? В таких снах же можно! Должно быть можно.

— Сто пятьдесят три. У тебя плохой слух? — поинтересовался малыш. А малыш ли? он же старше меня в приличное количество раз.

— Хороший у меня слух, — ответила я, рассматривая маленькую мордашку.

— А тебе сколько лет? — спросил Филя.

— Двадцать четыре, — сказала я, растирая свою ногу. Потом подумала и щелкнула и ее пальцами, а вдруг болеть перестанет? Но искры не случилось. Странно. Жаль. Сломанный какой-то сон. Или способ. Пока не ясно.

— Сколько? — не понял кот.

— Двадцать четыре, — повторила я, — может это у тебя плохой слух?

— Нет. Просто это очень мало. В таком возрасте же еще дети. В школу ходят. Магию осваивают, — возмутился кот.

— Нет у меня магии, — виновато пожала я плечами.

— Есть, — упрямо заявил кот. — Иначе, я бы тебя сюда не переместил. Мы фамильяры, гуляем по мирам, ищем своих хозяев и потом, как только закрепим с ними связь, перемещаемся в основной мир.

— Основной мир? А связь ты со мной закрепил? Как? — вопросы посыпались, как мандарины из порванного пакета.

— Конечно! Мы сейчас в Манире. Я же тебя нашел, вот нас и вернуло домой, как только я тебя укусил. Мне нужна была твоя кровь, а ты решила меня бросить. Разве так можно вообще? — возмутился Филимон.

— Так это из-за тебя у меня так нога болит! — возмутилась я. Кот виновато опустил ушки и принялся вылизывать мою ранку шершавым языком.

— Я совсем забыл об этом, прости. Большая часть магов восстанавливается самостоятельно. Но ты такая юная, наверное, еще не умеешь. Сейчас, — он как-то умудрялся и говорить и лизать мою ногу. Удивительно, но с каждым новым касанием боль утихала. Через пару минут нога прошла полностью.

— Не болит, — улыбнулась я, проводя рукой по ноге.

— Это хорошо, — улыбнулся в ответ кот.

— А кто это тут такой лежит? — раздался над головой чей-то голос.

— А вот это плохо, — снова поджал ушки кот.

Плохо? Не поняла я, но голову по инерции задрала, рассматривая того, кто заслонил собой солнце. Черный силуэт мужчины с короткими волосами. Не так, чтоб уж много информации. Умеет, гад, выбирать сторону с какой подходить. Ему-то меня хорошо видно. Более того, ему явно приятно смотреть на то, как я щурюсь от солнца, которое нет-нет, да и пробьется сквозь его шевелюру мне прямо в глаз.

Филимон начал издавать какие-то странные звуки. Я перевела взгляд на свое черное чудо и поняла, что это кряхтение — попытка меня защитить. Он встал на дыбы и шипит на незнакомца. Что, впрочем, не напугало того, чье лицо все еще было скрыто в тени. Но это и не удивительно, пугаться маленькому черному котенку было бы глупо. Вот был бы ты большой пантерой, хотя бы… Провела ладонью по взъерошенной спине, котенок обернул на меня свою угольную мордочку и я, не удержавшись, щелкнула его по носу.

Маленькая искра проскочила между моими пальцами и маленьким влажным носом. И нос неожиданно стал увеличиваться в размерах. К слову сказать, не только нос, в момент выросли и все остальные части тела, делая из моего маленького ушастика большого зверя. Буквально секунда замешательства в глазах Филимона и непередаваемый восторг, а потом…

Я даже сообразить не успела, что и как произошло, а черная пантера уже прижимала мужчину к земле и ее рык больше не походил на шуточные фырканья маленького котенка.

— Эй, вы чего! Убери своего зверя, пока я его с пылью не сравнял! — возмущался тот, кого я теперь могла хорошо рассмотреть. Передо мной лежал породистый самец, не иначе. Красивые, правильные черты лица, ровный нос, высокий лоб, широкие брови, скулы… ух, какие скулы! И глаза такие синие, что аж дух захватывает. Его черные волосы сейчас были в пыли, но в них легко угадывалась модная в моем мире прическа фейд.

— Филя! — возмутилась я тому, что мой кот трогает не пойми что. — А вдруг у этого брюнета блохи. Слезь с него!

Филя хрюкнул, перестав рычать и начал издавать какие-то совершенно неадекватные звуки, что-то между всхлипыванием и рыком. Смеется, поняла я, но с жертвы не слез.

— Какие блохи! Вы совсем что ли ополоумели? Да вы знаете вообще, кто я такой? — возмущался все еще лежа под моим котиком этот выскочка. Шевелиться он явно опасался, не зная, чего еще ожидать от моего зверюги. А может и зная. Это я в этом сне впервые, а эти тут явно местные.

— Не знаем. Просвяти, — хмыкнула я, поднимаясь на ноги. Отряхнула свой окончательно испорченный костюм и уставилась на красавчика. Ну как есть, красавчик. И тонкая линия губ и крепкая шея, а этот разворот плеч…. Ух. Бокальчик мартини и я бы отдалась ему не глядя на его манеры. Вспомнилось, что работа отнимает у меня личную жизнь и секса не было уже давненько. Но нет. Нет тут мартини. Вернемся к делу.

— Я сын…

— О, стой, — прервала я мужчину, ощущая, как легкая волна возбуждения, вызванная его потрясающей внешностью, сходит на нет после первых двух слов. Никогда не любила мужчин, чьим основным достижением в жизни является рождение в правильной семьи. Он сын. Есть, чем гордиться. — Можешь дальше не продолжать, интерес потерян.

— Что? — не понял этот “сын” кого-то там. Он и правда выглядел озадаченным.

— Ничего. Филя, вставай, этот нам не подходит, удаляемся. Вам повезло, молодой человек, я сегодня в благодушном настроении, порчу на вас не нашлю, идите, куда шли, — сказала я и под офигевшие взгляды сразу двух пар глаз, направилась в выбранную ранее сторону. Филя догнал меня через несколько секунд, мягко ступая рядом своими огромными лапами. Оборачиваться, чтобы посмотреть на мужчину, я не стала. Если что-то было бы не так, Филя бы мне сказал, в этом никаких сомнений не было. А значит, можно идти туда, куда шла.

В молчании, пропитанном офигеванием моего кота, мы прошли минут десять. Я наслаждалась природой, все еще не знаю, куда именно ведет меня этот сон, а он просто семенил рядом. До тех пор, пока не разразился смехом. И так хохотал, что аж остановился, придерживая живот одной лапкой. Выглядело это неповторимо, я притормозила, чтобы дать ему отдышаться.

— Ну ты, мать, даешь, — успокоившись, сказал мой кот, уже совершенно не писклявым голосом маленького котенка. — Давно я так не веселился. Самого Доминика и так мордой в грязь.

— Мордой в грязь, это его ты, а не я, — напомнила Филе, когда он успокоился.

— Так было надо. Если б мы не проявили твою силу, он бы забрал тебя в свои рабыни. Не думаю, что ты была бы счастлива прислуживать этому…

— Рабыни? — перебила я его. А вот это уже не смешно. — Какие еще рабыни?

— Ну ты же женщина, — пожал своими кошачьими плечами Филя, не понятно как, но я хорошо видела и различала его мимику. — Тут женщин мало, большая часть из них — те, кого приводят фамильяры. Собственно, поэтому нас и отправляют по другим мирам. Этот мир вымирает без женской энергии. Приходится искать ее всюду. Те женщины, что рождаются, редко доживают до десяти лет. Почему так происходит, неизвестно. А те женщины, что попадают в этот мир, либо показывают силу и живут так, как хотят или становятся рабынями таких, как Доминик. В его руках сила и деньги семьи. Это много.

— И много у него рабынь? — поинтересовалась я, так между прочим.

— Когда я был тут последний раз, было две, — с легкой грустью в голосе ответил Филя.

— А мужчины тут тоже рабами бывают? — мне стало любопытно. Помнится, в моем мире за равноправие борются так, что аж дух захватывает. Интересно, а ходят ли тут мужчины с транспарантами “Рабство всем! Мужчины — тоже рабы! Даешь плетью по спине!” Ну или еще что-то в таком духе. В исключительно патриархальном мире, даже во сне, мне быть не хотелось. Да, и политика партии вот эта странная. Или ты сильная и делаешь, что хочешь, или в рабство. А я какая? А я никакая, я не местная. Мне бы проснуться поскорее и на работу. А тронете, так я вам всем тут и без всякой магии нафеячу.

— Нет. Рабами не бывают, — покачал головой кот. Форменное безобразие, подумалось мне. Революцию тут что ли провести? — А ты правда порчу навести можешь?

— Ой, и навести, и увести, и развести… Я, когда надо, все могу, — весело махнула я рукой.

— А говорила, что магии у тебя нет…

— А магия тут не нужна. Главное это что? — подмигнула я Филе.

— Что? — спросил он.

— Хвост!

— Хвост? — не понял черныш.

— Именно, — уверенно кивнула я и глубоко вдохнула воздух, который принес мне встречный ветер. Пахло цветами, апельсинами и счастьем. А счастье я люблю.

Я бы сказала, что шли мы целую вечность, но на самом деле и вечность показалась бы мне не такой длинной и утомительной.

- А метла тут не выдают? – с надеждой спросила я, глядя на Филю.

- Метла? – не понял меня фамильяр. Слово-то какое интересное. Сразу вспомнился сериал про итальянскую мафию. Фамилию. Всяких донов Педро и прочих. Никогда не любила тратить время на подобную чепуху, но Алька из отдела по кадрам за один обед успела прожужжать мне все уши. В чем суть всех тер внутри сериальных разборок, я не запомнила, а вот сделать вечеринку в стиле мафии для одних ну очень высоко почтенных дядечек мне тогда удалось на славу. И гонорара мне тогда хватило на несколько костюмов от Армани и небольшую сумочку Шанель. Люблю я красивые вещи. Бывший мой всегда капал, чтоб лучше откладывала, инвестировала… Вот потому и бывший, что нечего в мой карман свой длинный нос совать. Лучше б у него язык такой длинный был, проку было бы больше. Мне, во всяком случае.

- Ну средство передвижения. Я не знаю, на чем у вас тут ведьмам летать положено, - пожала я плечами.

- Ты на солнце перегрелась? – с какой-то заботой посмотрел на меня Филимон.

- И здесь не летают? – разочарованно поняла я. Не дело это. Хотя бы во сне, а полетала бы. Так нет же. Плохой сон. Испорченный. И мужики тут испорченные. Пора вставать.

- Уж не знаю, где ты эту ерунду услышала, но тут все в каретах ездят, да на лошадях. Не то, что в твоем мире. Ужасный, кстати. Все эти маааашииины. Воняют, убить могут. Кошмар одним словом, - моего кота аж передернуло от воспоминаний, а я досадливо причмокнула.

- Зато на ней мы бы раз и все. На месте. А так чешем уже не пойми сколько и не пойми куда. Я есть хочу, - топнула я ногой и огляделась по сторонам. Вокруг не поменялось ровным счетом ничего. Все та же дорога с желтой насыпью и непонятные деревья с кустами. Мужиков только больше не встречалось на пути. А жаль. Я уже и не прочь была стать чьей-то рабыней, лишь бы никуда не идти. Одним словом, пеший туризм – не мое.

- Пока ты не решишь, куда мы идем, мы и не придем, - философски заметил черныш, я кивнула и прошла еще несколько шагов, прежде, чем до меня дошло.

- Так мы все это время никуда не шли??? – я сжала кулаки и буквально готова была метать гром и молнии из глаз. – Филимон! Мы просто ходили по кругу или куда там, но не в определенное место, где есть еда, вода и диван? Ты шутишь сейчас?

- Я думал, ты решила побродить и подумать о чем-то своем. Не мешал… - начал было кот, но посмотрел на растрепанную, уставшую меня и в миг передумал. Уши у крупного зверя опустились, словно он снова стал маленьким черным котенком. – Прости?

Я была зла. Очень зла. Терпеть не могу тратить время в пустую. А тут! Мы просто уйму времени слили на то, чтобы я ощутила боль в спине и ногах! Аррр! Ну, как можно было так тупить! Не фамильяр, а баран какой-то!

Не сдержалась и пнула ногой камешек, он отлетел в Филимона и со знакомой искрой врезался в пантеру. Которая, не успела я моргнуть, а кот жалобно мявкнуть, отрастила себе рога, копыта и прекрасную баранью шкурку.

- Бе-е-е! Ты что сделала, окаянная! Бе-е-е! – блеял мой Филимон в образе прекрасного черного барашка. Это было ужасно, но помогло. Помогло мне остыть, потому что прекраснее барашка я не видела. Да и вообще не видела. Где я могла их видеть, я же городская от волос до кончиков пальцев.

- А это за то, что не особо ты хороший фамильяр. Я так поняла, ты мне помогать должен. А ты меня гоняешь бестолку по дороге. Объясняй, как добраться до дома, а то так тебя и оставлю, - сложила я руки на груди и грозно посмотрела в милые бараньи глазки. Да, я понятия не имела, как его вернуть в прежний вид, но блеф еще никто не отменял. Пора этому горе помощнику начинать свою работу, а то не заберу его домой, когда проснусь.

- Представь себе, чего хочешь и попадешь в максимально подходящее место. Бе-е-е, - ответил мой баран.

- Как попаду? – решила уточнить я. Хватит с меня сюрпризов.

- Желтая дорога приведет сама. Она пропитана магией и помогает сократить путь. Бе-е-е! Расколдуй! Бе-е-е! – топнул копытцем Филимон.

- Потом. Ты наказан, - хмыкнула я, все еще понятия не имея, как сделать его обратно котом. Надеюсь, как-то само получится до того, как этот чудо зверь поймет что к чему и меня забодает.

- Бе-е-е, - грустно вздохнул черныш и поплелся за мной. А я представила себе теплую кровать, горячий чай, еду и горячую ванную. Вот, чего я хочу. Это мне и дайте. Что там еще сделать надо? Стукнуть хрустальными туфельками друг об друга? Так нет у меня их, стерлись. Столько по бездорожью топать. Ладно. Для бешеной собаки пять километров не крюк.

Должна сказать, я была удивлена, но буквально через сто метров начал виднеться дом. Нет, это был не просто дом, а настоящий особняк. Такой в моем мире стоил целое состояние. Интересно, а в этом сне его можно намагичить? Захотел и у тебя такая домина в четыре этажа с огромным озером, куском леса и конюшней. Да-да. Именно такая красота и предстала моему взору. Не то, чтобы я не была в таких шикарных местах. Была. Именно такие люди чаще всего и заказывают наши услуги по организации всего на свете. Но не жила ни разу. Интересно, чего меня сюда дорожка привела? Для постоялого двора дороговато.

А может, в этом сне деньги за ночлег не берут? Мой шальной мозг сразу подсунул картинки того, что берут, а точнее, что я возьму за этот ночлег и в каких позах. Н-да. Так я стану наложницей хозяина отеля на добрый месяц. Не то, чтобы я себя недооценивала, но будем откровенны. Ни один секс СТОЛЬКО не стоит.

- Что же ты пожелала? Бе-е-е, - проблеял баран с какой-то опаской.

- Еды, ночлег, комфорта…

- А попроще нельзя было пожелать? – недовольно фыркнул Филимон. Создалось ощущение, что он знает больше, чем я.

- Я, что, виновата, что люблю все дорогое? – возмутилась я и уже собиралась уточнить, насколько дорогое я выбрала и что нам с этим делать, как перед нами появился милый мужчина средних лет и учтиво склонил голову.

- Леди, могу я вам чем-то быть полезен? – спросил он, а я засмотрелась на идеально отглаженные воротнички. Надо же.

- Леди желает переночевать в этом доме. Бе-е-е. Если хозяева поместья не будут против, конечно. Бе-е-е, - проблеял мой фамильяр. Мужчина заинтересованно посмотрел на барана, потом на меня.

- Как необычно, - хмыкнул он. – Господин де Линар не будет против столь очаровательной компании. Прошу вас, проследуйте за мной. Уверен, вы устали с долгой дороги.

Я настороженно посмотрела на Филимона, но он беззаботно поцокал своими копытцами за мужчиной, который, видимо, работал дворецким или кем-то подобным в этом роскошном доме. Ладно, если этот обиженка не переживает, то можно и отдохнуть, а там видно будет. С этими мыслями я и направилась вслед за нашим провожатым и маленьким скрученным в бублик хвостиком.

Нас провели по шикарному холлу, потом по вверх по лестнице и по каким-то незамысловатым коридорам. Я только и успевала вертеть головой, наслаждаясь прекрасным убранством поместья. Кто бы ни занимался дизайном этих помещений – я в восторге. Все было выполнено с безупречным чувством вкуса. Хотелось бы мне познакомиться с этим человеком.

- Вот ваши покои, леди…

- Марианна, - вежливо ответила я, понимая, чего именно ждет дворецкий.

- Превосходно. Вот ваши покои, леди Марианна. Располагайтесь. Ужин будет ждать вас через час. Я зайду за вами, чтобы вы не потерялись. Господин де Линар будет рад составить вам компанию, - произнес мужчина и вежливо поклонившись, оставил меня с моим парнокопытным в шикарном номере люкс. Конечно, это была не гостиница, но, если бы ею оказалась, наша комната была бы не просто люксом. Президентским люксом, не иначе.

- Вот это да, - протянула я, осматривая хоромы. Именно о таком отдыхе я и думала. Не стоит быть наивной, надо будет выяснить, как именно придется благодарить хозяина за гостеприимство. Прошла в первую примыкающую комнату и замерла в немом восторге. Тут была огромная шикарная ванная комната. Я открыла кран и из него в ванную потекла горячая вода. Рядом на тумбе были какие-то баночки. На одной из них были нарисованы пузырики. Недолго думая, вылила содержимое баночки в наполняющуюся ванную и довольно взвизгнула, когда поняла, что это пена для ванны.

- Плевать, даже если придется с ним переспать. Это того стоит, - сказала я и скинула свою одежду на плитку.

- Какое интересное предложение, - раздалось сзади.

Смутиться? Да, безусловно именно это я и сделала. Кто находится в моей комнате не ясно. Хотя, какая ж она моя. Не моя вовсе. Кричать? Глупость какая. Так все обитатели жилища сбегутся, чтобы поглазеть на голую меня, а может еще и пофоткают. Есть в этом сне фотики? Аналог точно какой-то да найдется. С моим-то везением. Ладненько. Где наша не пропадала.

— Не интересными я не разбрасываюсь, — ответила, не разворачиваясь и выпрямила свою спину так, чтобы выглядеть максимально надменно. Да, с голой жопой. А что?

— Любопытно… И много у вас подобных предложений? — спросил мужчина, чей голос стал ниже и чуть более хриплым. Я мысленно улыбнулась.

— Смотря кем вы являетесь, — сказала я деловым тоном, и легко развернувшись, села на бортик ванной, разглядывая того, кто пожирал мое голое идеальное тело глазами. А идеальным оно было, я над этим трудилась не меньше, чем над своей карьерой. Люблю я все доводить до некоего совершенства. Ничего не могу с этим поделать. Уж если делать, то так, чтоб удовлетворить заказчика. А в вопросе собственной внешности у меня был очень требовательный заказчик.

— Маркус де Линар, — представился мужчина, усиленно пытаясь не отводить от моего лица свои горящие карие глаза. Я же не была сдержана нормами приличия. О каких нормах может идти речь, когда ты голая в ванной. Вот почему, мои бесстыжие зеленые глаза жадно прошлись по широким плечам, скрытым под рубашкой, крепкие руки завораживали. Хотелось, ощутить их давление на собственном теле. В штанах визуализировался основательный такой бугор, тешащий мое самолюбие. Брюнет на вид был лет тридцати пяти. Не такой сопливый юнец, как Доминик. Что-то такое читалось в его взгляде. Кроме желания трахнуть меня, естественно. — Я хозяин этого поместья.

— Что ж, раз уж вы хозяин этой ванной, которую я планирую принять. Можете разделить ее со мной, — невозмутимо подытожила я и встав, так изящно, как только умела, забралась в горячую воду, покрытую пеной, улеглась там, ловя кайф от моментального ощущения, что меня укутали в теплое одеяло и расслабления мышц и, откинув голову на бортик, прикрыла глаза. Да. Так, словно мужчины больше не было в комнате, а никаких неприличных предложений от меня не поступало. А неприличных и не поступало, на самом деле. Было одно… На грани. Но каждый думает в меру собственной распущенности. А я девочка благопристойная… Хотя нет. Кому я вру.

В ванной комнате было тихо. Не мудрено, такое предложение не могло не сбить с толку и точно сбило. На то и расчет. А вот, насколько он благопристойный… По идее, он должен удалиться из комнаты, оставив непонятную девушку в покое.

Но идеям сбыться было не суждено. Это я поняла, когда раздался шорох одежды, а через некоторое время, которое я бы назвала томительно долгими мгновениями, в мою тепленькую ванну кто-то все же залез. И это был момент, когда уже я замерла.

— Давно мне не поступало таких предложений, — хмыкнул мужчина, чьи ноги расположились с двух сторон от моих. Я открыла глаза и посмотрела на… озорные искорки, прыгающие в карей бездне. Играем, значит. Ладно. — Возможно, теперь и вы представитесь?

В его голосе был смех, ситуация была двусмысленная до жути, но меня тоже пробрало на улыбку. А что? Сейчас-то я вижу и торс мужчины. И слюни текут сами собой. Люблю я красивые тела. Особенно так близко и многообещающе горячо.

— Возможно, от чего же нет. Марианна, креативный директор ивент агентства “Жги”. Рада познакомиться с вами, Маркус, — улыбнулась я мужчине и протянула руку, для пожатия. Он ее перехватил и поднес к губам.

— Марианна, — выдохнул он, обжигая мою кожу своими губами. Выпустил мою руку из своего плена и тоже разместил голову, но на противоположном бортике. — Я не знал, что в поместье гости.

— Ваш… вероятно дворецкий, сказал, вы не будете против, если мы остановимся у вас на ночь, — беззаботно пожала я плечами, а сама на мгновение застыла. Оказаться на улице голой не хотелось. Особенно ночью.

— “Мы”? Кто эти мы? Вы здесь со спутником? — прищурил свой взгляд Маркус. Но на этот раз уже без игривых ноток.

— Да, я тут со своим фамильяром, — ответила, наблюдая, как мужчина, словно выдохнув, расслабляется.

— Можете гостить у меня, сколько пожелаете, — улыбнулся он, а я отметила, каким добрым становится его лицо, когда на нем выступает улыбка. Улыбнулась в ответ и брызнула в его лицо водой, резко выдернув ногу из воды. Секунда замешательства на его мокром лице и пена сползающая по его щеке. Мою ногу поймали за щиколотку и… поцеловали стопу. Чего я не ожидала на свое дурачество, так это поцелуя. Замерла, ощущая, как лицо краснеет от неожиданной ласки.

Мужчина положил мою стопу себе на грудь, и продолжил гладить ее ладонями. Нежно. Заботливо. И совершенно не пошло. Что было абсолютно немыслимо в контексте двух голых тел в одной ванне.

— Это бонус всем вашим постояльцам? — спросила я, когда дар речи вернулся, но оторвать взгляд от ласкающих меня пальцев не могла.

— Только для креативных директоров ивент агентства “Жги”, — улыбнулся мужчина. Немного помассировав одну ногу, он отпустил ее под воду, чтобы выловить вторую.

— Всегда знала, что на моей работе самые лучшие условия труда, — хмыкнула я.

— Давно ты в этом мире? — спросил Маркус.

— В этом сне? Знаешь, такое меня еще не спрашивали ни в одном сне. Даже не знаю. Пол дня? Тут время вообще как идет? — озадачилась я, подергивая пальчиками, когда становилось щекотно.

— Сне? Ты думаешь, что спишь? — внимательно посмотрел на меня хозяин этой ванной.

— Я более чем уверена в этом, — улыбнулась в ответ.

— Вот, почему ты так легко разделила с незнакомцем эту пену, — хмыкнул Маркус, но гладить не перестал.

— Мой сон, что хочу, то и ворочу, — кивнула я и даже слегка взгрустнула, что придется проснуться и больше никогда не заглянуть в эти глаза.

— Поцелуешь меня? — спросил он.

— Что?

— Поцелуй меня и я расскажу тебе правду о твоем сне, — сказал Маркус, разглядывая меня с каким-то сожалением. Словно тоже понял, что я проснусь и больше он меня не увидит, навсегда оставшись тут.

Я смотрела на его губы в нерешительности. Вся моя смелость куда-то пропала. Хотелось поцеловать, попробовать их на вкус. Но возникло стойкое ощущение, что забыть их вкус будет гораздо сложнее.

— Так вот какая она, местная валюта. А я все гадала. А у вас тут все в поцелуях измеряется, — хмыкнула я.

Мужчина рассмеялся, тепло так, заливисто. По воде пошли пенные волны. А я поняла, что мне так уютно с этим незнакомцем, даже просыпаться не хочется. Один поцелуй, это ведь не много. Даже слишком мало. Очень мало.

Я не заметила, как он перестал смеяться. Как я оказалась сидящей на коленях между его ног, а он внимательно смотрел на меня. Как его руки нежно легли на мою талию, слегка притягивая меня к себе. Мои ладошки прошлись по его торсу, пока я неотрывно смотрела на его пухлые губы, слегка приоткрытый рот. Мы были совершенно голые, но, то ли пена служила одеждой, то ли это ощущение нереальности происходящего. Я прикоснулась к его губам. Целуя. Ощущая его дыхание и приятный мускусный аромат его тела. Он не перехватывал инициативу, не прижимал к себе и не пытался углубить поцелуй. Маркус нежно гладил мою спину, позволяя мне делать все, что вздумается с его губами. И я целовала, не желая прерваться, заглядывала в его теплые глаза, углубляя наш поцелуй. Сплетая наши языки в одном танце нежности. Потому что страсти не было. Ей словно кто-то не позволял разжечься. Это был нежный вальс сотканный из наших поцелуев.

— Кхе-кхе, — услышала я голос своего кота и этот чарующий миг исчез. Маркус отпустил меня и я перевела взгляд на черного барашка. Точно. Он же все еще парнокопытный. Совсем забыла.

— Филя?

Барашек смотрел на меня осуждающе. На вас когда-то смотрел осуждающе черный барашек? Зрелище вкрай милое. Смех просто невозможно было сдержать. И что самое забавное, не мой смех. Рассмеялся Маркус.

— Это твой фамильяр? — я перевела на него осуждающий взгляд. — Прости…

Но перестать смеяться он не мог. И я его понимала. А возмущенное “бе-е-е”. Только ухудшало ситуацию. Знала бы я, что через каких-то полчаса, мне уже не будет так весело.

Мужчина озаботился тем, чтобы укутать меня в халат, который я понятия не имела, откуда именно он достал. Мало того, он и сам уже был в халате. Я лишь моргнула, пытаясь как-то соотнести это с реальностью, мысленно хлопнула себя по лбу, вспоминая, что я все еще сплю, а, значит, почему бы и нет. Халат изнеоткуда ничем не хуже и не лучше, чем мой говорящий котобаран.

Кстати, о нем. Филя молча наблюдал за тем, как я покинула ванну разврата и моего грехопадения. (Это все читалось в его милых глазках). А потом начал осуждающе блеять на Маркуса.

— Я ее не заставлял, — шутливо выставил вперед ладони хозяин поместья. Барашка перевел взгляд на меня.

— Я его тоже не заставляла! — возмутилась я. Филимон издал отчаянный вопль, топнул копытцем и вышел из комнаты под наше изумленное молчание.

— Это он нас так осуждает? — разрушил тишину кареглазый.

— Не фамильяр, а мораль на копытцах, — хмыкнула я.

— Я не знал, что они бывают… такой формы, — задумчиво протянул де Линар.

— Какой такой? — переспросила я, все еще глядя вслед своему пушистику.

— Бараньей.

— Вообще-то он кот, — улыбнулась я, вспоминая, каким милым малышом я его нашла. И зачем, спрашивается, повелась на умильную мордашку.

— Кто кот?

— Филимон.

— У тебя два фамильяра? — не понял Маркус.

— Нет. Один. Черный кот Филимон, — пожала я плечами разглядывая наши халатные силуэты в отражении черной плитки.

— Баран, ты хотела сказать.

— Нет. Я хотела сказать кот, — уверенно заявила я, улыбаясь. Да, выглядело это глупо. Он ведь кота не видел. Но… Шалость сама собой закралась в мои мысли. — Филя! Котик, вернись!

Филя отрицательно заблеял из соседней комнате, а я досадливо топнула ножкой. Вот же ж кот упертый. Знакомая уже искра соскочила с меня и помчалась прочь. Как это работает до сих пор не ясно, но раз уж это мой сон. То и играть мы будем по моим правилам.

Маркус скептично смотрел на меня. Искру он не заметил. Филя больше не голосил из соседней комнаты.

— Ты обещал мне раскрыть тайну моего сна, — напомнила я. В конце концов, за эту информацию я заплатила. Мужчина вмиг погрустнел, что совершенно сбило меня с толку.

— Ты права, но нам бы стоило присесть, — сказал он. — Может пойдем в твою гости… Что за?

В комнате появился черный кот. Не баран, не пантера, не котенок, а кот. Упитанный такой, медленный, с глазами все еще полными презрения.

— Ты чего меня звала, — спросил он.

— Кот? — озвучил очевидное Маркус и слегка тряхнул головой. Протер глаза и снова посмотрел на Филю.

— Кот, — подтвердил Филимон слегка раздраженно. Словно сомневаться в этом факте было высшей степенью наглости.

— Но ты же баран, — все еще пытался уложить в своей голове происходящее наш гостеприимный хозяин.

— Сам ты баран, — заявил мой вкрай охамевший фамильяр. — Я кот.

— Но это… Невозможно.

— Почему? — тут уже я не поняла. Это, конечно, и правда невозможно. Было бы. В реальности. А тут… Почему нет-то?

— Потому что магия не позволяет менять форму существ. Кот не может стать бараном, а баран котом. Даже архимаги такого не могут. Что уж говорить о тебе. малышка. Уж прости, но ты точно не архимаг, — все еще шокировано смотрел на Филю Маркус. Я не обижалась. Я даже не знала кто такой этот архимаг.

— А ты маг? — поинтересовалась я неожиданно для всех.

— Конечно, — с гордостью в голосе ответил мужчина. И, словно, сильнее плечи расправил. Да куда уж сильнее. Эх. Красавец, как ни глянь. Еще и маг, что бы это ни значило.

— Хм…

— Ты наложила на него иллюзию? — попытался уложить что-то в своей голове красавец маг.

— Я не умею, — честно призналась я. — Или умею?

Это уже был вопрос к Филе. Он отрицательно покачал головой.

— Не умеешь.

— Не умею.

Маркус растерянно переводил взгляд с меня на кота и обратно. Создавалось какое-то легкое ощущение психбольницы.

— Обед подан, прошу всех к столу, — раздался знакомый голос дворецкого. Ну да, в этой ванной ведь не хватало мужчин.

Дворецкий словно вытащил мужчину из странного оцепенения.

— Мы идем, — сказал Маркус, не давая лишним существам зайти в комнату. Благо, дворецкий не настаивал, дверь в соседней комнате хлопнула. Ушел, поняла я. — Сейчас мы поедим, а потом все обсудим, — то ли нам, то ли себе сказал брюнет и незамедлительно покинул мои покои, на прощание сказав, чтоб я оделась и спустилась.

— Про одеться — отличный совет, — буркнул кот, обводя мой сомнительный наряд не добрым взглядом. На этот раз я была с ним согласна. Одеться стоило, но была одна, вполне очевидная проблема. Одежды не было. Точнее, мой костюм был, но он был настолько безнадежно испорчен, что даже смотреть в его сторону было глупо.

Выйти голой? Да, эта идея промелькнула в моей голове. В конце концов, чего он там не видел. Вспомнилась сказка “Голый король”. А что? Скажу, что одежда на мне невидимая.

Я так долго разглядывала себя в отражении, что Филя занервничал. Тихо, но ненавязчиво мяукнул.

— Хорошо, а что ты мне предлагаешь одеть? — спросила я у своего фамильяра. Бесполезное создание, эти фамильяры, честное словно. Только фыркать и умеет, никакого с него проку.

— Сложный вопрос, — протянул кот. — С твоей внешностью и голодными глазами де Линара… Хоть в занавеску завернись, все подойдет.

Я фыркнула, но на занавеску все же глянула. Помниться мне и такая сказка, где девушка из занавески себе платье сшила. Но я-то не сошью. Выбросила дурную мысль из головы и пошла проверять все шкафы в своих временных апартаментах.

К моему огромному сожалению, все из них оказались пусты.

— Никакой заботы о постояльцах, — вздохнула я.

— А ты ждала, что он все шкафы подходящими платьями заполнит еще до нашего случайного визита? — фыркнул Филимон.

— Ну, может же быть пару дежурных платьев для девушек в беде! — возмутилась я.

Кот ничего не ответил, молча наблюдая за моими попытками найти хоть что-то приличное, что можно использовать в качестве одежды. Все тщетно.

Отчаявшись окончательно, я вернулась к глупому варианту с занавеской и сдернула первую попавшуюся.

— Ну-с, приступим. Не могу же я оказаться настолько бестолковой, чтоб не сшить из этой зеленоватой прелести подобие платья, — цокнула языком и начала обматываться доступной материей.

Спустя десять минут моих бесполезных потуг, я была запыхавшейся, покрасневшей, злой, уставшей. Какой угодно, но только не одетой.

— Да, это бред какой-то! Это же должно быть легко! Обмоталась и вперед! — психовала я, когда очередная моя попытка закончилась ничем. Ткань висела на мне, как занавеска, черт бы ее побрал!

Филимон ржал, он бессовестно катался на спине по полу, дергая своими маленькими пухлыми лапками и даже угрозы снова превратить его в барашка не помогали.

— Ты ужасна, — повторял он, злорадно улыбаясь. — Де Линару понравится.

— Мне плевать, что ему понравится, а что нет. Я хочу одеться, в конце концов! — крикнула я и топнула ногой. А потом в носу зачесалось и я чихнула, моргнула, споткнулась, потеряла равновесие и начала махать руками, пытаясь зацепиться за воздух. Воздух мне не помог и я упала, свалившись на жирного, ржущего кота.

Мягким это приземление было не назвать, но этот котяра, наконец, заткнулся. И то хлеб.

— Слезь! — попытался скинуть меня Филя, но бестолку, я была больше и в занавеске.

— Я пытаюсь, — фыркнула я, вставая с пушистика. — Не так уж это и легко, вставать, запутавшись во все этим юбки.

— Какие еще юбки, — кряхтел кот, пока мы распутывались и поднимались с пола.

— И правда… — поднявшись, я оглядела себя и улыбнулась. На мне было платье. Пышное, красивое платье, которое невозможно было сделать из занавески. Глубокое декольте, длинные, красивые юбки… — Чудеса.

— А наколдовать это сразу было нельзя? — снова возмутился кот.

— А я наряды колдую, только, когда падаю на противных котов, — хмыкнула я, поправляя свой наряд. — Лучше не придумаешь.

— Могла бы ткань поменять, — задумчиво проговорил Филимон, оглядывая меня с ног до головы.

Как поменять ткань я не знала, поэтому шикнула на кота и отправилась утолять свой голод в занавеске. Надеюсь, хозяин поместья не помнит, какие именно ткани висели в его гостевой ванной.

Дворецкий не ушел, как я думала, а чинно ждал меня под дверью. На секунду я подумала, что он слышал все, что я говорила и делала. В шумоизоляции в этом дворце я была не уверена абсолютно. Даже более того, я была абсолютно уверена в ее полном отсутствии. Мужчина смерил меня достаточно выразительным взглядом, чтобы я точно поняла, он-то знает все занавески в доме. Задрала нос повыше и с надменной улыбкой на лице пошла туда, где меня ждали еда и мужчина, разделивший со мной ванну, поцелуй и задолжавший мне один секрет.

Де Линар сидел за большим столом, когда я вошла, но моментально встал, проявляя ко мне уважение, сродни средневековому герцогу. Очень приятно и слегка старомодно. Хотя, могут ли манеры быть старомодными? Вряд ли.

Я не удержалась и присела в легком реверансе, наслаждаясь тем, как внимательно изучает мое декольте мужчина. Всегда мечтала поучаствовать в подобном маскараде. Карнавал вежливости и лицемерия в одном флаконе. Хотя, мужчина, слегка склонивший голову в знак почтения, вовсе не выглядел лицемером. Нет.

— Присаживайтесь и разделите со мной ужин, — произнес Маркус, выдвигая для меня ближайший к себе стул. Я села, позволив поухаживать за собой и оглядела накрытый стол. Запеченное мясо, салат и какие-то овощи. Все лежало на разных тарелках и пахло изумительно. Никакой роскоши и выпендрежа. Просто ужин. Очень ароматный, аппетитный ужин, который хотелось съесть и насладиться, а не выкладывать его в популярные соцсети.

— Спасибо, что позволили нам переночевать, — сказала я, благодарно улыбаясь девушке в фартуке, наполняющей мою тарелку всем понемногу.

— Я всегда рад таким гостям, — улыбнулся мужчина, а я мысленно улыбнулась. Еще бы. — Расскажете о своих планах?

— Сперва, я бы хотела, чтобы вы отдали мне долг, — взглянула я в глаза Маркусу. По какой-то причине он перешел со мной на официальный тон, выкает. Но я готова играть по любым правилам.

— Долг? — на несколько минут он смутился, а потом карие глаза прояснились. Вспомнил. — Что ж, вы правы. Но после этого, я бы хотел получить ответы на некоторые и свои вопросы. Было бы даже гораздо лучше, если бы я получил их раньше, чем отдам “долг”.

— Это почему? — приподняла одну бровь я.

— Боюсь, потом вам не будем хотеться отвечать на вопросы, — ответил брюнет, а я задумалась. Что такого он может мне сказать, что аж “боится”. Странно это.

— Не бойтесь, Вам это не к лицу, — улыбнулась я. — Тем не менее, очередность нарушать мы не станем. Я настаиваю на том, чтобы получить свое.

— Как пожелает прекрасная дама, — сказал Маркус. — Все дело в этом сне.

— Что с ним? Если вы думаете, я не понимаю, что он закончится…

— Он не закончится. Это не сон, Марианна.

— Конечно, сон, что за ерунду Вы говорите? — улыбнулась я, отправляя в рот очередную ложку с горошком. Вкусным, к слову, горошком.

— Нет, Мариана. Это не сон. Все, что происходит сейчас — реальность. И ты в этом мире реальна. И я реален. И наш поцелуй реален. Весь этот мир реален. Я уже слышал про девушек, попавших сюда из лишенных миров. Они, также, как и ты не верили, в то, что происходило вокруг. Некоторые сходили с ума, были даже те, что не выдержали и покончили с собой. Но ты нашла максимально удобный для психики выход, решила, что спишь. Это хорошо, значит, ты допускаешь, что это возможно, просто не в твоей реальности. Осталось немного. Просто принять то, что ты не спишь. Или то, что ты никогда не проснешься из этого сна. Теперь этот сон и есть твоя жизнь. Назад дороги не будет. Фамильяры никогда не бывают в одном и том же мире дважды. А, значит, Филимон не сможет тебя вернуть, даже если захочет. Теперь ты — часть этого мира. Моего мира. Мариана, ты слышишь?

Я рассмеялась. Громко. Горошинка вылетела из моего рта от неожиданного веселья. Ну, да. Еще бы обитатели сна мне говорили что-то другое. Наверняка, им тоже не хочется исчезнуть, когда я очнусь. Мне бы не хотелось. Но ведь это все равно ничего не изменит.

Маркус терпеливо ждал, сжимая вилку в руке. Ждал, пока я успокоюсь и перестану хохотать. А я не могла, вытирая выступившие слезы. Что-то ненормальное было в этом смехе. Истеричное. В какой-то момент я уже не смеялась, а плакала. Кто-то гладил меня по голове. А слезы продолжали течь по моему лицу. Какой дурацкий сон. Дурацкий сон!

А самым ужасным было то, насколько реалистичным он был. Маркус. И его слова тоже. Не было ощущения, что он врет. Нет, он точно говорил именно то, что думал. Не лукавил. Я чувствовала. Оставалась надежда на то, что он очень хорошо отыгрывает свою роль в моем подсознании. Что он не существует. Что я проснусь, дойду до любимой работы, сяду в любимый стул…

— Я не хочу быть здесь, — говорила я, вдыхая успокаивающий мускусный аромат. — Я не хочу.

— Я знаю, — шептал мне кто-то в волосы. — Тише, девочка, все будет хорошо. Я помогу, ты справишься.

Я отпрянула от мужчины, стирая с лица непрошенные слезы.

— Ты думаешь, я останусь здесь, вся такая “девица в беде”, чтобы ты меня спасал? — я накинулась на него без особого повода. Кажется, мы оба это понимали. Но кто может остановить шторм?

— Хочешь дальше бродить без особой цели и направления? — удивленно посмотрел на меня мужчина.

— А ты мне можешь дать цель? — в этой фразе было столько сарказма, что аж самой стало неприятно.

— Нет, но я могу дать тебе кров и… работу.

— Работу? — я удивленно уронила челюсть на ладошки.

— Именно. Мне очень нужен креативный директор, — уверенно заявил мужчина.

— Зачем? — не поняла я, на автомате осматривая помещение, в котором мы ели. Пытались есть.

— Чтобы креативить. Или что ты там делаешь? — закатил глаза Маркус. И Филимону было ясно, он делает это для того, чтобы помочь. Надо соглашаться, кричал мой мозг и здравый смысл. Идти пока все равно некуда. Куда я попала не ясно. Когда проснусь… Да и проснусь ли, тоже неизвестно.

— А зарплата какая? И условия? — не смогла я сдержать маленькую евреечку Сару, что всегда помогала мне выбить наилучшие условия.

Мужчина закатил глаза и рассмеялся. Не так истерично, как я. По-доброму.

— Договоримся, полагаю, — хмыкнул он, а я вытерла слезы.

— А еще мне нужна одежда, — вспомнила я и вернулась к еде. А что? Спать голодной?

Когда я вернулась в свою комнату, спать мне не хотелось. Я была полна мыслей и подозрительно смотрела на кровать. Может, стоит мне прилечь и все кончится? я проснусь дома, если усну здесь? Что-то мне подсказывало, что это не так работает. Я застряла здесь. Надолго? Навсегда? Ну, уж нет. Может кто-то другой на это и согласится. Но не я. Мне не ведомо это чувство. Сдаться. Это как вообще? Я боец. Я борюсь, а раз уж я еще и колдую, с горем пополам. То я им тут всем так наколдую, чтоб точно меня домой отправили от греха подальше.

Или остаться к греху поближе? Мысль о де Линаре проскользнула змеей и спустилась вниз живота. Потому что ужинать надо было не едой, чтобы быть по-настоящему сытой и думать сейчас головой.

Мариана, если ты сейчас не спишь… То он уже и так все видел! А значит, почему бы и да? Потому, что тут есть рабство, помнится. Рабство. Так.

Мозг работал быстро, подсовывая все фразы, что вскользь я улавливала от черныша. Он говорил о том, что слабые ведьмы или кто они там, попадают в рабство. А меня взяли на работу. Это ли не рабство?

Завтра выясню все моменты. Надо точно понимать, где тут у них эта тонкая грань проходит. Уж кем кем, а рабыней я быть не намерена.

А кем я хочу быть? “Царицею морскою” — подкинуло версию бессовестное подсознание. Я от нее отмахнулась, не забыв напомнить себе, почему именно в сказке о золотой рыбке, бабка осталась у разбитого корыта.

Я забралась под большое теплое одеяло, не желая сегодня заниматься мысленным переоформлением своих комнат. Безусловно, я все тут изменю. Не знаю, как надолго я тут, но жить я буду так, как нравится мне, а не де Линару. Даже в его доме.

Филимон свернулся калачиком в моих ногах, что-то ворча сквозь сон. Маленькая собачка — всегда щенок, вспомнилось мне. Интересно, с котами это тоже работает?

Новый день — новые заботы, подумалось мне, когда я открыла глаза в доме Маркуса де Линара. Хотелось ли мне просыпаться — однозначно нет. Был ли у меня выбор? Ответ такой же.

Никакого выбора и сна до обеда. Что за люди здесь живут? Дворецкий, чьего имени, кстати, я не знала, вежливо постучался и предупредил о том, что хозяин изволил разделить со мной утреннюю трапезу. Хотела ли я есть? Скорее я хотела убивать тех, кто устраивает утренние трапезы одновременно с петухами.

Филимон потягивался, точно также, как и я недовольно ворча по этому поводу. Не зря он достался мне, проскочила мысль, а потом я вышвырнула ее из своей головы, как революционную. Принять ее — было тоже самое, что принять себя в этом странном мире, принять то, что это и есть моя реальность. А на это я была не готова. Нет. Я домой, у меня ноги и все такое.

Встала, потянулась, миру улыбнулась и все в этом духе, подошла к шкафу и с тяжелым вздохом отворила его, чтобы горестно цокнуть языком на то, насколько неприлично он пуст, но не смогла. Потому что в нем было платье. Простенькое, но сшитое явно не из занавесок. Теплого коричневого цвета, несколько подъюбников, квадратный вырез. Очень даже миленько. Вот так бы сразу, а то бесят своими пустыми шкафами. А я же и обидеться могу. Платье было сделано таким незамысловатым образом, что надеть и затянуть по фигуре было вовсе не сложно и одной. За что отдельное спасибо производителю и тому шоперу, что мне его притаскал. Интересно, не дворецкий ли, часом. Надо бы не забыть поблагодарить. Глядишь, добрее станет.

Я, вот, с появлением платья, точно стала.

— Не дурно, — протянул Филимон, придирчиво оглядывая творение не моих рук. — У портнихи явно таланта больше, чем у тебя в этом деле.

Хмыкнул он и получил тапком. Нет, ну я все понимаю, но оскорблять зачем? Я никогда не говорила, что я Коко Шанель в мире моды. Да, я модница и люблю выглядеть красиво, но не шить себе наряды. Покупать и носить — вот мой талант.

Видимо, голод был сильнее, чем желание пререкаться и спорить, поэтому Филимон задрал хвост трубой, как единственный ответ на мой возмущенный взгляд, и проследовал в столовую вперед меня. Котяра. И чего я только решила, что он мог быть милым домашним котиком?

За столом нас уже ждал Маркус. Он выглядел свежим и бодрым. Когда он успел выспаться, хотела бы я знать. И почему нельзя делать завтрак позже. В конце концов, бранчи — это ведь тоже прекрасно!

— Доброе утро, Марианна, — поприветствовал меня хозяин дома и встал из-за стола, помогая мне присесть подле него. — Как спалось?

— Сладковато, но маловато, — поджала я губы, разглядывая предложенные варианты на этом “шведском столе”. Булочку не хочу, кашу не хочу, какую-то жареную штуку я тоже не хочу. Спать хочу. Спать тут наливают?

— Интересно, я думал ты привыкла рано вставать на работу, — заинтересованно посмотрел на меня мужчина.

— Нет, я привыкла ходить на работу по необходимости. А она не всегда возникает с самого утра, — возразила я, останавливая свой выбор на каких-то неясных брускетах. Почти тосты. Сойдет.

— Что ж, тогда должен сообщить, что такая необходимость есть, — улыбнулся теплой улыбкой де Линар, а я заинтересованно посмотрела в его сторону. Работа? Уже? Это проверка?

— И что же желает мой заказчик в столь ранний час? — мурлыкнула я так, что Маркус аж подавился. Схватился за бокал и активно начал глотать, пытаясь унять кашель. Да, маленькая месть. Голосом девочки по вызову я пользовалась не часто, но сейчас это сработало как нельзя лучше.

— Марианна, — возмутился он, но посверлив недолго мои бесстыжие зеленые глаза, бросил это бесполезное дело. Я победно улыбнулась, откусила хрустящую корочку и вопросительно посмотрела на Маркуса.

— Сегодня вечером у меня ужин с мужчинами, занимающими влиятельные посты. К сожалению, они приезжают из соседнего города и мне ничего о них неизвестно, точно также, как и о их предпочтениях. Но я знаю людей, у кого в гостях они уже были. От вас мне нужен ужин, который заставит их сказать да. Справитесь с таким заданием?

— Легче легкого, — улыбнулась я, а сама поняла, что сегодня я не присяду. Более того, мне уже пора бежать. Еще, правда, не ясно куда и как.

Как только закончилась трапеза, я первым делом оказалась в кабинете у своего нового нанимателя.

— Я думал, рассказал все самое необходимое, — пожал плечами мужчина, а я закатила глаза. Нет, эти заказчики — ужасные люди. Всегда им нужна звезда с неба, а лестницы у них нет.

— Естественно, но мне нужны некоторые уточнения. Это займет несколько минут, — улыбнулась я своей профессиональной улыбкой, которую в узких кругах мы называем оскалом.

— Ну… Если только пару вопросов… — мысленно я выматерилась. Как-будто это мне нужно устроить ему деловую встречу. Что за безответственность, но мое лицо не отражало никаких визуальных изменений.

— Вот и чудненько. Начнем с простого. Сколько их будет? — спросила я, мысленно составив список из стандартной сотни вопросов, а сама удобно умащивая свою попу в кресло. Но зря, как выяснилось.

— Марианна… Я же уже сказал все, что знаю. Их количество мне неизвестно, собственно, как и остальные данные, — сказал Маркус, а я недоумевала.

— Разве ты не сказал, что это очень важная деловая встреча?

— Так и есть.

— Так, как так вышло, что ты про нее ничего не знаешь? — озадачилась я.

— Я веду дела честно и тщательно, поэтому подобным проверкам не уделяю много времени. Обычно, они не вызывают у меня трудностей, но вчера, до нашего знакомства, я узнал у знакомого, что там все гораздо сложнее, — ответил мужчина и потер пальцами по переносице, как делают люди, когда долго трудятся и устали.

— Значит, тебе повезло, что у тебя есть я. Давай начнем с того, кто именно уже имел дело с этими проверками. Назови мне их имена и где я смогу их найти, — улыбнулась я и приготовилась записывать.

— Девиан Ховап и Эприн Дриам. Девиан живет на горе Стора, а Эприн на улице Симфоний.

— А мы где вообще? — озадачилась я, понимая, что не понимаю ничего из этих названий.

— Наш мир называется Манир, королевство, в котором мы находимся — Олап. Город — Укерас. Наш дом находится на улице Визиции. Чтобы достичь желаемой точки тебе надо либо вновь выйти на искомую тропу либо выйти в город через левые ворота, — спокойно разъяснил мне все Маркус.

Мысль о том, что можно выйти в город, в котором я еще не была, захватывала. Я всегда любила путешествия, а это именно оно. Своего рода путешествие. Можно воспринимать это как отпуск или… Вот. Точно. Рабочая командировка. Я сейчас тут все посмотрю и разузнаю, везде побываю, задание выполню и сделаю всем ручкой. Ну, чем не план? Шикарный, на мой взгляд.

— Отлично! — улыбнулась я, предвкушая свое новое приключение. Лишь бы без меня на моей основной работе дела не посыпались, как карточный домик. Ох, мысль о том, что я не успела закончить подготовку к корпоративу Ильи Петровича, вспыхнула в памяти, как больной зуб. Лучше бы это все же был сон. При чем не длинный. А то полетит моя бедная головушка с плеч, а голая жопка на метле. Потому что денег на бензин для моей малышки не будет.

Ладно. Сейчас я все равно не могу повлиять на ситуацию. А значит, за дело! Правда, было кое что еще, что стоило уточнить.

— Все расходы на выполнение задания, в том числе транспортные и питание, ты берешь на себя, — не вопрос, утверждение. Карие глаза слегка распахнулись от моей наглости, а потом мужчина о чем-то подумал и кивнул. — Что ж, прекрасно. А какая тут валюта?

— Диры. Вот тебе тора, можешь ею рассчитываться. Будет тебе… на рабочие расходы, — мне был протянут небольшой овальный камушек, который в наших краях называют лунным.

— И… Как это работает? — недоумевая, посмотрела я на камень. Не кредитная карта, вот ни разу.

— Давай ее, когда хочешь рассчитаться, один раз увидишь — поймешь. На нее таким же образом можно будет и получать диры, — улыбнулся мужчина. Не зло, а так, словно объяснял маленькой девочке.

— Хорошо, а какой у меня лимит?

— О, не думаю, что ты в нем нуждаешься. Давай так, сегодня никаких лимитов, а дальше посмотрим.

На этом мы и решили, а я, прихватив своего мелкого засранца, не спешащего просвещать меня об устройстве мира, отправилась исследовать город и тех мужчин, о которых я не знаю ровным счетом ничего. Но это пока. Они меня еще запомнят.