Маркиза, кот и чертополох

Мистер Рубио, дворецкий, спешил. Он нёс госпоже замечательную весть.

Всякий, кто не был знаком с маркизой, думал, что Марсия ла Косс весьма набожна, правильна и некрасива. Всякий — кроме мистера Рубио. Он был уверен: молодая госпожа обладала множеством добродетелей.

Время пощадило старика. Его сухощавое тело ещё таило в себе былую силу, а благородная седина несла мудрость прожитых лет. Мужчина хромал и медленно двигался по парку к святилищу Первого, где уже несколько часов госпожа молилась.

Пышные юбки из мокрого шёлка пепельной розы окутывали хрупкий стан леди. Она стояла на коленях, но, заслышав шаги, тут же сунула что-то под юбку, сложила руки и начала шептать молитву.

Мистер Рубио хмыкнул. Он бросил недовольный взгляд на любимца маркизы, который крутился там же, где преклонила колени благочестивая леди.

— Миледи.

— О! Аргус, напугали, — девичий голос звенел и ласкал слух старика. Маркиза вынула из-под юбки фолиант и зашуршала страницами. — Думала, мистер Лейтон меня нашёл.

— Он раздражён, миледи. И сказал, что будет жаловаться вашему дядюшке. Потому что это «непосфолительно не снать филозофию». — Мистер Рубио передразнил наставника философии, который жутко шепелявил, но славился своей учёностью.

Маркиза засмеялась. Её смех, поразительный, словно перелив колокольчиков, разлетелся над зеленью парка.

— Нет, ты это слышал, Анемон? — жалобно обратилась маркиза к любимцу, отвлекаясь от книги. — Философия — отвратительна.

Чёрный кот согласно мяукнул и прищурил жёлтые глаза.

— Миледи, только что прибыло письмо от вашего дяди.

— Неужели там что-то интересное, и вам не терпится это сообщить?

Дворецкий важно кивнул.

— Наш благодетель сообщает, что племяннице пора замуж, а посему её жених, герцог Андертон, вскоре должен прибыть в имение ла Косс.

— Это что, шутка? — глаза Маркизы распахнулись, превратившись в два блюдца.

Анемон тут же зашипел, словно учуял недовольство леди.

— Миледи, но вам давно пора выйти замуж и бросить эти глупые забавы, — дворецкий покосился на фолиант. «История растений. Теофраст Эресский» — засёк зоркий глаз старика.

— Да-да. Пора уже заняться штопаньем рубашек мужа, домашним хозяйством и детьми, — саркастично загибала пальцы маркиза. — Но я хочу чего-то большего! А как же мои научные исследования?

— Ах, леди, вам не пристало забивать голову этими знаниями. Ведь каждая женщина скажет: истинное предназначение — в семье. Ваш будущий супруг — выгодный жених.

— Он богат?

— Герцог Андертон — состоятелен и привлекателен, — дворецкий понизил голос, — и он также будет членом Совета Десятерых.

— Он маг?! — возмущённо вскрикнула маркиза.

Анемон сразу же приблизился к её юбке и стал тереться о ней, пытаясь успокоить свою госпожу.

— Самый настоящий.

— Ужасно, — пробормотала себе под нос маркиза, — но я мечтала о графе Дейтоне в качестве мужа.

— Виконт Лайл никогда не согласится на графа, если вас можно выдать замуж за герцога. И не забывайте: муж-маг — престижно. В то время как граф — всего лишь учёный без магических способностей.

Леди резко вскочила и схватила тяжёлый том. Её зелёные глаза, оттенка скошенной травы, блестели от еле сдерживаемой злости.

— Анемон, за мной! — приказала маркиза, и кот тут же побежал следом.

Мистер Рубио отступил, уступая дорогу «кошачьей нечисти».

Анемон носил милую кличку цветка и должен был быть похож скорее на лютик, чем на демона. Но для усадьбы ла Косс кот стал истинным наказанием. Каждый из слуг хотя бы раз был укушен или оцарапан им. Анемон нарочно разбивал любимые вазы маркизы. Но она разводила руками и утверждала: Анемон — совершенно нежное существо, которое не способно намеренно причинять вред.

Поэтому мистер Рубио следовал за леди на почтительном расстоянии.

Маркиза решительно шла к главному входу поместья, запихнув под мышку толстую книгу. Затем влетела в дом и перепугала старую экономку. Та еле успела отскочить со стопкой чистого постельного белья, как мимо неё пронеслись маркиза и кот. А увидев Анемона, мадам Нейб принялась шептать молитву Первому.

Леди поднялась по деревянной скрипучей лестнице, перепрыгивая ступеньки. Она ураганом влетела в свои покои и начала метаться по комнате.

Мистер Рубио вошёл следом.

Комната маркизы не напоминала женский будуар — здесь не было рюшечек, оборочек и цветочных занавесок. Покои были скорее под стать мужчине.

Стены завешаны гербарием — коллекции маркизы позавидовал бы сам Теофраст. Каждый сухоцвет был заключён в рамку под стекло. Под экземплярами располагалась табличка, на которой аккуратным женским почерком было выведено название растения и место его сбора.

Письменный стол был заставлен необычными приспособлениями и образцами растений. Здесь был и редкий микроскоп, и специальный пресс для гербария. Книги покрывали каждую доступную поверхность: они лежали на столе, на прикроватном столике и даже на полках у секретера.

Маркиза нашла самый вместительный сундук и стала туда сваливать книги, платья и личные вещи.

Анемон запрыгнул на кровать, и жуткие золотистые глаза уставились на мистера Рубио.

— Миледи, — избегая взгляда кошачьего демона, ровно произнёс дворецкий, — что вы делаете?

— А на что это похоже? — вскинула бровь маркиза.

— На побег?

— Решила закончить труд о лекарственном действии чертополоха, — пояснила маркиза, закидывая любимую книгу «Мир растений» в сундук. Леди прошлась по комнате, раздумывая, ничего ли не забыла, а затем остановилась перед картой, которая висела над кроватью. — Вот. Как раз городок Райдеро подходит.

— Но это на другой стороне Королевства! — с ужасом воскликнул дворецкий. — Вы не можете так поступить. Ваш наречённый скоро будет здесь.

— Придётся ему подождать пару месяцев, — едко заявила маркиза, — или лет. В любом случае — до тех пор, пока я не закончу свою работу.

Бледно-голубые глаза мистера Рубио округлились. Он привык к взбалмошности своей госпожи, поэтому быстро справился с эмоциями.

— Миледи, тогда я еду с вами.

Маркизу это не удивило. Она пожала плечами и продолжила внимательно изучать карту.

— Учтите: Анемон поедет со мной.

Если дворецкому это и не понравилось, то он не подал виду.

— Я подготовлю ваши вещи и карету, миледи, — мистер Рубио поклонился.

Кот важно мяукнул и тут же побежал по своим кошачьим делам.

***

В это же время, в замке Велиуса, герцога Андертона, его камердинер — мистер Брутус Рубио — топтался перед дверью личных покоев господина.

Брутус был родственником Аргуса, дворецкого семейства ла Косс. Он был поразительно похож на своего старшего брата, словно его копия, только ниже ростом и круглее в талии. Лишний вес вовсе не мешал камердинеру, а, напротив, придавал ему вид важной персоны.

Брутус вздохнул, но всё же толкнул дверь. Господин не любил, когда его будили. И хотя уже была середина дня, герцога Андертона ждали важные дела, камердинер боялся получить взбучку.

— Ваша Светлость, — громко позвал слуга. — Ваша Светлость!

Занавески были плотно задернуты, отчего покои погрузились в полумрак.

Герцог не реагировал.

Тогда Брутус решительно подошёл к окну и раздвинул шторы: яркий свет стремительно заполнил комнату.

В этот момент со стороны кровати раздался ворчливый мужской баритон:

— Какого демона, Брутус?

Взгляд камердинера задержался на кровати. В темноте он не сразу разглядел леди, заботливо укутанную в шёлковую простыню герцога.

— Ваша Светлость, — Брутус спохватился и тут же отвернулся. — Вы приказывали разбудить вас на рассвете, но уже полдень.

Андертон сел и обхватил голову. Та раскалывалась, словно он выпил накануне целую бочку медовухи, а не пригубил немного бренди. Хотя, возможно, вчера он и переборщил — не каждый же день брат, пусть и двоюродный, женится.

Рядом заворочалась леди. Молочную кожу и светлые волосы выгодно оттеняла тёмно-синяя простыня.

— Уже утро, любовь моя? — прошептала она.

— День, — отозвался герцог.

Леди открыла глаза и с обожанием посмотрела на Андертона.

— Брутус, мой завтрак, газету и почту. Живо! — потребовал герцог.

— Сию минуту, Ваша Светлость. — Слуга поклонился и выскочил из комнаты, словно за ним гнались демоны.

— Ваша Светлость... — Леди привстала, томно глядя на Велиуса. — Может, продолжим и... займёмся любовью?

Он улыбнулся, провёл ладонью по круглому плечу и чмокнул её в нежно-розовую щёку.

— Росалиа, разве ты не собиралась на чаепитие к леди Ольс? Мне кажется, тебе уже пора.

— Ах, так?! — Из нежной девицы она тут же превратилась в фурию. — Пытаешься от меня избавиться? Да?!

— Во имя Первого, любовь моя, сейчас не время для развлечений. — Герцог откинулся на подушку. — Хочешь, пришлю модистку? Или пусть Брутус отвезёт тебя в новый ювелирный магазин?

— Нет, Вел! — Леди спрыгнула с кровати и пригладила простыню, которая всё норовила соскользнуть с её гибкого стана. — Лучше бы ты купил мне венчальное платье! Сколько можно прятаться? Когда мы обвенчаемся? Хочешь погубить мою репутацию?

— А она всё ещё есть, Роса? — насмешливо спросил герцог. — Прекрати верещать, моя голова сейчас треснет.

— Вот именно! Моей репутации давно нет! И ты не желаешь это исправлять! Велиус Най Андертон, ты не умеешь обращаться с женщинами! — взвизгнула блондинка, схватила подушку и запустила её в герцога.

Он со смешком увернулся, откинул одеяло и встал.

Роса была очень красива, и каждый раз сердце герцога билось быстрее при взгляде на неё, но он знал точно — жениться не желает.

— Разве я тебе что-то обещал, Роса? — Велиус прошёл, в чём мать родила, к багряному халату, что висел на спинке стула.

Леди покраснела, наблюдая за Андертоном. Он и правда был воплощением мужественности: широкие плечи, узкая талия, под кожей перекатывались стальные мышцы. Однако больше всего Росалию привлекали герцогские ягодицы и выносливость в любовных утехах.

Роса давно мечтала, чтобы Велиус надел на её палец родовое кольцо и назвал своей герцогиней. Правда, Андертон не торопился, и это беспокоило леди Уилио. Она уже подумывала сказать ему, что беременна. Возможно, это подтолкнуло бы его к решению, но горячий нрав любовника сдерживал Росалию от этой лжи. Нет, Андертон бы её не простил.

Велиус быстро оделся, послал леди воздушный поцелуй и без лишних слов вышел из комнаты. Сегодня у него было отличное настроение, и он не хотел портить утро разборками и битьём ваз.

Спустившись в гостиную, герцог насвистывал весёлую мелодию. На столе уже стоял кофе, рядом лежали газета и письма.

Брутус прохаживался туда-сюда, поглядывая на лестницу и раздувая щёки от важности.

На мгновение повисла тишина.

Андертон пил кофе и читал свежие новости Королевства.

— Брутус, — герцог покосился на письма и вздохнул. — Там есть что-то важное?

Слуга встрепенулся.

— Ваша Светлость, но я не читал вашей почты.

— Сегодня или вообще?

Лицо Брутуса залилось красными пятнами.

— Вы очень поможете мне, если перескажете, что там… и спасёте мою голову, которая вот-вот лопнет.

— Там приглашения на бал вдовствующей графини Дейтон и герцогини Хейдер, отчёт о неудачной попытке продажи поместья Райдер… и брачный договор.

Герцог поперхнулся кофе.

— Что?! Какой ещё договор?! Я не собирался жениться!

Серебристые глаза герцога сверкали гневом. Они имели редкий, почти неземной оттенок, и радужка мгновенно отражала любую эмоцию Велиуса. Сейчас же взгляд был холодным, как буря в ненастную ночь, — и ничего хорошего не сулил.

— Брутус! — рявкнул он.

Слуга вздрогнул, чуть не подпрыгнув от грозного тона своего господина.

— Не могу знать, Ваша Светлость, — проблеял камердинер, совмещавший в себе и обязанности секретаря. — Возможно, вдовствующая герцогиня Андертон приложила к этому руку?

— Эта женщина решила отдать меня на растерзание волчицам? — мрачно протянул герцог, допивая кофе. — Где она? Где моя мать?

— Её Светлость поправляет здоровье на минеральных источниках, — важно сообщил слуга.

Герцог ценил Брутуса за невозмутимый характер. Единственное, что его раздражало — это чересчур длинный, вечно сующийся нос камердинера и его привычка прикладываться к бутылке. Зато информированность Брутуса часто была ему на руку, и потому Андертон сразу уточнил:

— Гмм... А кто она, эта волчица?

— Ваша Светлость? — светло-голубые глаза слуги непонимающе уставились на господина. — Волчица?

— Наречённая, Брутус. Наречённая, — процедил герцог.

— Маркиза ла Косс.

Смоляные брови герцога изогнулись в изумлении.

— Кто?! — Андертон хохотнул и откинулся на спинку стула. — Этот... синий носок?

— Чулок.

— При чём здесь вообще чулок?

— Ваша Светлость, подобных дам принято именовать «синими чулками».

— Да откуда мне знать! — фыркнул Велиус. — Я с такими не вожусь. И вообще, подобных леди я обхожу стороной. Подай мне этот договор. Живо.

Брутус тут же протянул бумаги.

Андертон углубился в чтение — и с каждой строкой его брови хмурились всё сильнее.

— Ужинает ли сегодня виконт Лайл в «Белом Береге»? — Герцог решительно поднялся. — Решу этот вопрос с помолвкой сегодня же. Никакой свадьбы не будет! — Серебристые глаза Велиуса впились в Брутуса. — Так, а что с поместьем? Я хотел избавиться от этого захолустья до конца месяца. Почему поверенный его не продал?

— Вампиры, Ваша Светлость, — спокойно доложил слуга.

— Что?! — Велиус взвился. — Эти шуточки доведут меня до белого каления! Говори немедленно, что там происходит?!

— Вампиры свирепствуют в округе, — монотонно проговорил Брутус, не выказывая ни тени улыбки. Его голубые глаза оставались непоколебимо серьёзными. — Цены на недвижимость упали втрое.

— Ты что несёшь за чепуху?! — взревел герцог и стукнул по столу так, что чашка с кофе подпрыгнула и печально звякнула. — Какие ещё вампиры? Их не существует!

Брутус тяжело вздохнул.

— Вот, Ваша Светлость, — слуга извлёк из стопки письмо и протянул его господину. — Извольте ознакомиться.

Герцог лениво распечатал конверт ножом для масла и пробежался по строчкам.

— Сумасшедший дом, — выдохнул он. — Кровососы терроризируют округу, пьют кровь местных жителей... Превосходно. Этот день просто чудесен! Брутус, собирайся. После "Белого Берега" выдвигаемся в Райдеро.

Андертон ловко поднялся со стула и направился к лестнице пружинистым шагом.

— Ах да. Передай Росалии, — обернулся герцог, — что меня не будет. Неделю. Или две. Или сколько потребуется.

— Как прикажете, Ваша Светлость, — Брутус с достоинством поклонился.

Брутус позаботился, чтобы герцогу оседлали самую шуструю химеру.

В Королевстве Сагней содержать химер было модно. Дворяне отказывались от чистокровных лошадей в пользу этих выносливых созданий: вытянутые морды и узкие глаза песочного цвета, блестящая чешуя, грива шипов, – всё это напоминало меринов, но более безупречных. Химеры развивали огромную скорость за счёт длинного костного хвоста и позволяли добираться до цели вдвое быстрее.

Герцог выскочил из парадного входа и уже нёсся на Брутуса.

Андертон выглядел словно франт. На голове изысканная шляпа, от самого модного шляпника Королевства, с серебряной вышивкой и белоснежным пером. Чёрный камзол по последней моде, расшитый серебром, выгодно подчёркивал стройную фигуру мужчины. Тёмные бриджи и высокие блестящие сапоги из мягкой кожи довершали образ. Сбоку красивый и резной пояс, на который поверх цеплялись ножны и меч.

Мужчина пронёсся, словно ветер, мимо слуги и вскочил в седло. Химера зафырчала, а герцог натянул поводья:

– Что там с «Берегом»?

– Только что почтовый грифон доставил письмо. Как вы предполагали, Ваша Светлость, виконт Лайл изволил ужинать в «Белом Береге» и будет вас ожидать. – Слуга почтительно склонил голову.

– Хорошо, Брутус. Пока я буду отсутствовать, упакуй личные вещи. Как только закончу дела с Лайлом, выдвигаемся в Райдеро. – Сказав это, герцог тут же пришпорил химеру и понёсся в направление столицы, оставляя за собой облако пыли.

Андертон прибыл в «Белый Берег» за полчаса до назначенного времени. Этот мужской клуб собирал в своих стенах лучшие умы Королевства и особ голубых кровей. Комнаты были выполнены в пастельных тонах и уставлены дорогими побрякушками. В «Береге» существовали не только отдельные кабинеты, в которых вершились дела Королевства, но и залы, где высший свет развлекался азартными играми.

«Берег» располагал личным ипподромом, на котором проводились скачки. Редко этот мужской клуб устраивал свои знаменитые балы, приглашения на которые было практически не достать. И все в Королевстве мечтали, хотя бы раз, побывать на таком празднике.

Велиус ловко спрыгнул с химеры и щёлкнул пальцами. Пыльный костюм преобразился и стал чистым. Довольно насвистывая, герцог зашагал к входу.

Двери распахнули, и слуга поклонился так низко, словно хотел поцеловать землю, по которой Его Светлость изволила ходить.

Андертона хорошо знали в столице. Он происходил из древней родовой линии Наев и обладал редким даром магии крови. Герцог был весьма честолюбив и стремился занять место в Совете Десятерых, в который входили могущественные маги и титулованные особы Сагнея. Этот правящий орган зорко присматривал за Королевством, и, естественно, недостаточно хорошо следил за членами совета.

– Сюда прошу, Ваша Светлость, – почтительно пробормотал слуга, указывая на один из богато меблированных кабинетов, который в «Белом Береге», использовался не только для переговоров.

Андертон зашёл и совсем не по-герцогски плюхнулся в кожаное кресло цвета слоновой кости.

Вкусные ароматы витали по комнате, заставляя его живот уныло бурчать. Белоснежная скатерть стола уставлена разными блюдами: рябчики под сметанным соусом, окуни с ветчиной, чирята с оливками, пулярд с трюфелями. Глаза просто разбегались от изысканных кушаний. Ко всем этим блюдам подавался херес.

Велиус был в самом разгаре маленького пира, когда дверь тихонько открылась и вошёл виконт Лайл.

Сухой старик, одетый по последней моде, довольно улыбнулся. Его блёклые зелёные глаза блестели от удовольствия. Конечно, сам герцог Андертон почтил визитом.

– Добрый вечер, мой мальчик, – вежливо пробормотал старый господин, поправляя белоснежный парик.

– Вечер добрый, Лайл, – ответил также учтиво герцог.

Виконт приходился дядей и опекуном маркизе ла Косс, правда леди не вызывала у него особого интереса. Лайл, конечно, следил за её образованием и делами поместья, но делал это неохотно. И теперь старик решился сбыть маркизу с рук, чтобы несносная девчонка стала головной болью мужа, а не его собственной.

Они ужинали в тишине. Наконец, Лайл отложил вилку и нож, удовлетворённо откинулся на спинку кресла.

– Вы хотели поговорить, Андертон? – прищурился старик.

– Хотел бы знать, во имя Десятерых, что за брачный договор я получил? – зло бросил герцог, швырнув белоснежную салфетку на стол.

– А это-о-о, – протянул Лайл и пригубил терпкий херес. – Мы же вроде с вашей матушкой все решили. Или я должен был отправить брачный договор сначала ей?

– Проклятие, Лайл! Что вы себе позволяете? Я взрослый мужчина, – мрачно произнёс Андертон, – и сам решаю, когда и на ком мне жениться.

– О, вы не знаете?

– Чего?

– Что без жены вашу кандидатуру в Совет никто рассматривать не станет. Но ваша матушка позаботилась об этом. – Виконт хитро посматривал на герцога. – И нужно сказать, девице ла Косс давно пора обзавестись мужем. Я, конечно, смотрю на её выкрутасы уже много лет сквозь пальцы, но… поверьте, вам она придётся по душе. А её происхождение и титул откроют дорогу в Совет. Уж я позабочусь об этом, если мы, конечно, породнимся.

– Проклятие!

– Рад, что мы поняли друг друга! – Виконта забавляла реакция мальчишки. Наконец-то он поставил его на место. – Коли вопросов нет, пожалуй, я откланяюсь.

Он слишком бодро для старика вскочил со стула и отправился к выходу. Взявшись за круглую ручку двери, Лайл обернулся:

– Свадьба назначена на конец лета.

Велиус проводил взглядом старика и ещё раз выругался. Ничто не могло его остановить! Он должен войти в Совет. Любой ценой!

Герцог потянулся за хересом и сделал глоток.

А что, если жениться и отослать девицу в самое далёкое имение? Например, на север Королевства. Росалия останется в роли любовницы, и станет согревать холодными ночами герцогскую постель, в то время как будущая супруга будет жить в своё удовольствие, наслаждаться собственным уединением. Правда была маленькая сложность – наследники...

«Когда девица родит сына, я отправлю её в самое отдалённое место», – подумал Андертон и согласно кивнул. Да пожалуй, так он и сделает.

Вот только разберётся с проклятыми вампирами, которых не существовало.

Если бы пожилая пара маркизов ла Косс была жива, они никогда не допустили бы, чтобы их милая девочка вышла замуж не по любви. Испокон веков маркизы выбирали пару, к которой испытывали нежные чувства. Естественно, мезальянс был недопустим.

Маркиза ла Косс долгое время не могла зачать ребёнка. И на склоне лет сам Первый благословил её дочерью. Девочка родилась слабенькая, и повитуха боялась, что ночь малышка не переживёт. Маркиз весь день, и всю ночь молился Первому за здоровье дитя и супруги.

Утром, на радость, четы ла Косс ребёнок был жив и краснощёк. Маркиза назвала свою дочь Нерине, в честь цветка нимф – лилии. Но маркиз был несогласен. Он требовал от жены выбрать традиционное для Королевства имя, например: Силия, Марсия или на худой конец Эвэнджелина. Но тихая до сих пор маркиза встала на дыбы. После настоящего сражения в доме маркизов воцарился мир. Девочка получила двойное имя: Нерине Марсия ла Косс. И теперь на всех торжественных мероприятиях Королевства использовалось второе имя девочки. Но мало кто знал, что Марсия было именем, которое Нерине терпеть не могла.

Девочка выросла в любви. Отец поощрял её стремление к ботанике, которое, как ни странно, дочь унаследовала от матери. Нерине баловали и лелеяли до тех пор, пока родители, возвращаясь из загородного поместья, не перевернулись в экипаже.

Маркизу и маркиза ла Косс похоронили в семейном склепе зимним холодным днём, разделив жизнь Нерине на «до» и «после». В возрасте двадцати лет девушка и её состояние перешли под опеку виконта Лайла, брата матери. Лорд не имел своих детей и заниматься чужими не желал.

Этой зимой Нерине исполнилось двадцать семь лет, и замуж она не собиралась. Все стремления, и желания были связаны с ботаникой. Её труды о пользе лекарственных растений были широко известны в узких научных кругах. И желание опекуна выдать замуж именно сейчас девушку раздражало. Ведь устои Королевства были патриархальны, и супруг мог запретить заниматься ботаникой, а этого бы Нерине не пережила.

Проклятый пейзаж битый час не менялся за окном. Маркиза плохо переносила дальние поездки. Её укачивало и изредка даже тошнило, что для леди было непозволительно. Ещё раз тяжело вздохнув, маркиза ла Косс уставилась в окно экипажа. Анемон клубочком свернулся на коленях, и Нерине ласково поглаживала шелковистую шёрстку.

– Миледи, если вы ещё раз вздохнёте, я велю экипажу остановиться, – мрачно предупредил мистер Рубио.

– О нет, Аргус, нужно поскорее добраться до Райдеро. – Девушка вздохнула. – Я потерплю.

– Миледи, ваш цвет лица позеленел на полтона с прошлой остановки, – мило защебетала Кирс, личная горничная маркизы.

– Вам нужна передышка, – настаивал мистер Рубио. Он постучал тяжёлой тростью с круглым набалдашником по стене, и экипаж остановился.

Анемон лениво заморгал глазами. Остановка ему не нравилась. Кот встал, потянулся и с укором уставился на маркизу.

– У-у-у, демон, – прошептала горничная, исподтишка грозя ему кулаком. – Чтоб тебя утащило в пекло! Но как только кот повернул голову, служанка вжалась в стенку кареты.

– Мяу, – предупредил Анемон.

Кирс спасло то, что Аргус открыл дверцу, спустился и подал руку своей госпоже.

Нерине практически вывалилась из кареты. Её цвет лица оставлял желать лучшего. Следом выпрыгнул кот, который заметил белку и тут же решил на неё поохотиться.

Кирс достала корзинку с обедом и несколько плотных пледов. Её стараниями был организован небольшой пикник. Свежий воздух и твёрдая земля быстро сделали своё дело, а вкусная еда восстановила силы маркизы. И через полчаса она носилась по поляне за своим охотящимся котом. А ещё через полчаса Нерине обнаружила редкий цветок – сноудонскую ястребинку, которую леди непременно хотела добавить в свою коллекцию.

– Миледи, нам нужно выдвигаться, – вмешался Аргус, когда заметил, что если не поторопит маркизу, то им придётся ночевать в лесу. – До Райдеро осталось два часа.

– О, простите, Аргус. Я слишком увлеклась. Вы правы.

– Ваш кот, миледи! – вдруг запричитала Кирс. – Он, кажется, погнался за белкой в самую чащу!

– Анемон! – позвала маркиза. – Ну-ка вернись, дружочек!

Девушка подобрала юбки и бросилась за котом. Они бежали какое-то время, пока нахальному созданию не надоело охотиться. Затем кот нашёл длинную травинку, которая на время его увлекла.

– Ах, проказник. – Пожурила девушка, наблюдая, как Анемон словно котёнок атакует траву. – Иди, сюда.

– Мяу. – Задрав чёрный пушистый хвост, Анемон вернулся к маркизе.

Леди взяла лохматого питомца на руки и вернулась к карете, однако там уже ждали незваные гости.

– Но у нас больше ничего нет, – послышался дрожащий голос Кирс.

Кучер, горничная и Аргус стояли на полянке с поднятыми вверх руками. Вокруг шастала шайка разбойников, вооружённая до зубов. Но их главарь был похож на человека благородного судя по выправке и пристёгнутому мечу.

Заметив маркизу, главарь подошёл к ней. Это был жилистый человек среднего возраста. Его тёмная одежда была чистая, хоть и местами потёртая. За широкой шляпой нельзя было рассмотреть цвета глаз, а лучезарная улыбка никак не вязалась с разбойничьим ремеслом.

– Миледи. – Его поклон был шутовской. – К вашим услугам Тит, виконт ла Ветт. Прошу меня простить, но ваших великолепных химер мы забираем.

Каштановая бровь маркизы взлетела. И она довольно изящно подала мужчине свою руку.

Тит хмыкнул, но всё же вежливо поцеловал тыльную сторону ладони.

– Маркиза ла Косс, – холодно ответила девушка. – И как, по-вашему, милорд, мы доберёмся до Райдеро?

– У вас останутся ваши изящные ножки, моя леди, – насмешливо ответил бандит.

– Мои изящные ножки не перенесут долгой ходьбы. – Маркиза с мольбой посмотрела на Тита, хлопая длинными ресницами. – А как же мои инструменты для работы? Их вы тоже возьмёте?

– Нет, миледи. Мне достаточно вашего золота и химер.

– Возможно, вы заберёте это всё чуть позже? – схитрила девушка. – Например, в Райдеро?

– Ах, леди. – Тит добродушно рассмеялся. – А вы умеете уговаривать!

За этим диалогом совсем недобро наблюдал Анемон. И когда разбойник подал руку Нерине, кот вырвался из объятий леди и вцепился клыками и когтями в ладонь виконта.

Тит вскрикнул и отскочил, по коже побежали струйки крови, а в воздухе повис запах железа.

Довольный Анемон юркнул под юбку леди.

– Пекло меня забери! – Бандит выругался. – Простите, но ваш кот – отъявленный мерзавец!

– Просто он тоже не согласен идти, милорд, – парировала маркиза, доставая Анемона из-под юбки.

– Тогда, пожалуй, мы вас всё же подвезём. – Тит внезапно развеселился. – Во имя ваших прекрасных глаз, моя леди.

Виконт предложил здоровую руку маркизе и сопроводил до экипажа.

Аргус, горничная, Нерине, разбойник и кот разместились внутри кареты.

Люди виконта ла Ветта сопровождали их на химерах.

– Итак, милорд, – спросил Аргус, когда карета тронулась, – что сподвигло вас выйти на большую дорогу?

– Мистер…

– Мистер Рубио, – подсказал он.

– Так вот, мистер Рубио, я получил в наследство разрушенное поместье и бесплодную землю, а моих людей кормить нужно. И убудет ли от вас денежных мешков? – Белоснежная мальчишеская улыбка виконта вновь зажглась на губах. – Ведь мы никого не убиваем и не насилуем.

– Значит, вы благородный разбойник? – Нерине усмехнулась. – Грабите богатых и отдаёте всё бедным?

– Моё благородство сомнительно, миледи, впрочем, как и происхождение. – Виконт покосился на кота, который ласково мурчал на коленях девушки. – А вы всегда путешествуете с котом?

– Мы редко расстаёмся.

– А что привело вас в Райдеро? – Разбойник на секунду залюбовался зеленью глаз маркизы. – Сейчас там довольно опасно.

– Опасно? – удивилась Нерине.

– Да. Вы не знаете? На Райдеро напали орды вампиров.

Маркиза засмеялась.

– Что за нелепица, – фыркнула она, – их не существует.

– Как знать, миледи. Как знать.

– Признайтесь, милорд, неужели вы хотите нас напугать? – озадаченно спросила Нерине.

– Я?! – Виконт вскинул голову, и лучистые карие глаза довольно блеснули. – Во имя Первого, никогда бы не стал запугивать леди.

– Тогда, возможно, развлечь мрачной и пугающей историей?

– Скорее остеречь, моя леди.

– И вы, милорд, встречались с ними? – вмешался Аргус.

– Лишь однажды. – Виконт улыбнулся. – Мрачная фигура в мантии предстала передо мной…

– Вы убежали или сразились с чудовищем? – насмешливо поинтересовалась маркиза.

– Миледи, – пробормотал разбойник с укором. – Как в вашу премиленькую голову попала мысль, что я мог сбежать?

– Неужели ограбили, милорд? – дразнила его маркиза. – Отобрав химер и золото?

– Ах, моя леди. Вы любите играть с огнём? – Виконт наклонился так близко к Нерине, что она ощутила горячее дыхание на своей щеке. – Со мной шутки плохи.

Мистер Рубио нарочно закашлял.

Разбойник тут же отклонился и на его лице вновь зажглась мальчишеская улыбка.

Маркиза находила его обаятельным. По правде говоря, виконт обладал потрясающим магнетизмом: даже дурнушка в его компании чувствовала себя самой прекрасной женщиной на земле.

Карета дёрнулась и остановилась.

– Ваша остановка, моя леди.

Тит ловко спрыгнул с подножки кареты. И вместо того, чтобы протянуть маркизе ладонь и придержать, обхватил двумя руками осиную талию и словно пушинку, переставил со ступеньки экипажа на землю.

Щёки Нерине вспыхнули.

Анемон, крутившийся у ног маркизы недовольно мяукнул.

– Я тоже люблю играть с огнём. – Интимный шёпот разбойника раздался у её уха. Затем он махнул своим людям, и они сгрузили сундуки маркизы в пыль.

– Что же, милорд, надеюсь, мы с вами больше не встретимся, – пробормотала маркиза с сожалением, поглядывая на свою карету.

– А я надеюсь на обратное, моя леди, – ответил разбойник.

– Боюсь, на другие встречи с вами у меня не хватит золота.

Разбойник тихо рассмеялся.

– Ах, миледи, простите, но ваш экипаж тоже придётся забрать.

– За моё нахальство?

– За нахальство вашего кота.

Виконт подмигнул маркизе и коснулся рукой шляпы. Он легко запрыгнул на химеру и подал знак остальным разбойникам. Экипаж маркизы и её химеры удалялись. Девушка осталась на дороге без золота, драгоценностей и кареты.

Кирс вдруг разрыдалась.

– Кирс, ну что такое? – недовольно буркнул Аргус.

– Как же мы будем теперь? А-а-а! – выла она. – Нам никогда не дотащить эти сундуки!

Нерине мрачно посмотрела на горничную, подняла серебряные юбки и плюхнулась на ближайший сундук.

– Меня беспокоят не вещи, а то, что я планировала снять небольшой домик. Но теперь всё золото украл обаятельный виконт, – хмурясь бормотала маркиза.

Аргус задумался.

– Миледи. – Он прервал печальные мысли госпожи. – Рядом с городком, располагается поместье вашего наречённого.

– Что?! – воскликнула Нерине и даже привстала. – Я хотела уехать как можно дальше… Почему вы молчали, Аргус?

Кирс перестала всхлипывать.

– О, миледи, но это же прекрасно. Аргус отправится туда и попросит помощи. А потом, экипаж вашего наречённого нас заберёт вместе с вещами. – Горничная захлопала в ладоши. – И ночевать нам тут не придётся!

– Это отличная идея, Кирс, – одобрил мистер Рубио.

– Я бы не считала это хорошей идеей, – фыркнула маркиза.

– Чего вы боитесь, миледи? Его Светлость тут не станет вас искать, – вмешалась горничная.

– Надеюсь, – буркнула Нерине.

Так и порешили. Мистер Рубио отправился к Райдерскому поместью. Кучер, горничная, маркиза и кот остались наслаждаться сельскими видами на сундуках.

Когда сумерки коснулись земли перед тройкой замученных путников и котом, остановился экипаж с гербом герцога Андертона.

– Ура! Ура! – радостно хлопала в ладоши Кирс.

Маркиза хмурилась.

Анемон охотился за сапогами кучера.

Несчастный кучер не знал, куда себя деть.

Наконец, погрузившись в карету, уставшая, замученная маркиза и её слуги облегчённо вздохнули: ситуация для них разрешилась благоприятно. Через полчаса, наречённую герцога, встречал мистер Доумио. Худой и высокий, он напоминал уличный фонарь.

– Добрый вечер, миледи, – Слуга поклонился. – Мистер Доумио, управляющий Райдерского поместья. – В его руках сияла лампа, чтобы маркизе ла Косс легче было проследовать к дому. – Простите, миледи, но Его Светлость герцог Андертон не сообщил о вашем прибытии, и потому придётся немного подождать, пока мы подготовим комнаты, – добавил огорчённо управляющий.

– Ничего страшного, мистер Доумио, – вежливо ответила Нерине, взяв на руки Анемона. – Мы не собирались пользоваться вашим гостеприимствам, если бы не встреча с разбойниками.

Маркиза в сопровождении горничной прошествовала к особняку.

Ночь была настолько тёмная, что оценить красоту поместья становилось затруднительно. Но, когда маркиза попала внутрь дома, она отметила про себя: он чист и уютен. В воздухе разливался приятный лимонный аромат, и почему-то именно в этот момент живот леди уныло буркнул.

– Я велел пода́ть ужин, миледи. – Управитель низко поклонился. – Пожалуйста, сюда.

Маркиза проследовала в светлую и уютную столовую.

Белый длинный стол и стулья изящно расписаны витиеватыми золотистыми узорами. На стенах золотые канделябры, мягкое свечение которых, делало атмосферу комнаты поистине домашней.

Нерине присела на краешек стула.

Слуга тут же подал жареных куропаток с солёными лимонами, козий сыр и мясной пирог. Также к столу была доставлена бутылка лучшего герцогского хереса.

Маркиза успела прожевать кусочек пирога и сделать глоточек хереса, как дверь резко открылась и в столовую широким шагом вошёл Его Светлость, герцог Андертон. Он приехал на полчаса позже маркизы.

– А вы шустрая, миледи. – Герцог плюхнулся на стул с другой стороны стола, напротив маркизы. – Ещё моя подпись не успела высохнуть на договоре, как вы уже тут как тут.

Нерине потрясённо застыла, молча хлопая длинными ресницами.

– Вы что, ещё и немая? – буркнул Андертон.

Так скоро он свою наречённую увидеть не планировал. Его расстроило, что леди была некрасива. Единственное, пожалуй, что заслуживало герцогского внимания – её зелёные глаза: огромные, на пол лица, и такого яркого оттенка, словно скошенная трава жарким июльским днём. И, пожалуй, ещё, удивительные блестящие локоны, цвета горького шоколада.

– Я…нет… – хрипло ответила маркиза, приходя в себя, – не ожидала вас здесь встретить.

– Во имя Десятерых, миледи, – насмешливо произнёс герцог, – а кого, вы надеялись встретить в моём поместье?

– Кого-нибудь, только не вас!

Нерине злилась на себя, за то, что никак не находила остроумных ответов.

Герцог фыркнул и молча приступил к ужину.

Маркиза разглядывала мужчину из-под опущенных ресниц. На самом деле Нерине видела его дважды. Первый раз на одном из балов герцогини Хейдер, а второй – в ювелирном магазине с любовницей мисс Уилио.

И хотя герцог Андертон хорош собой и пользовался успехом у женщин, Нерине решила: он ей не подходил. Единственное, что понравилось в герцоге – глаза цвета зимнего неба. Но отвратительный характер Андертона всё портил.

– Марсия, – позвал герцог.

Но Нерине настолько поглощена мыслями о герцоге, что даже не подняла головы.

– Марсия, – вновь повторил он.

И здесь маркиза не ответила.

– Нужно позвать доктора Альбио, – выдохнул раздражённый Андертон.

Наконец, маркиза подняла на него глаза:

– Вы больны?

– Я? – хмыкнул герцог. – Он нужен вам.

– Но я редко болею и хорошо себя чувствую. – Маркиза потянулась за бокалом хереса и сделала маленький глоток.

– Но ваши уши, миледи.

– А что с ними? – удивлённо спросила Нерине.

– Они не слышат. Как раз и хотел, чтоб доктор Альбио их прочистил.

– Вы издеваетесь? – Маркиза уставилась на мужчину. В зелёных глазах отразилось само пекло.

– Ничуть. Я звал вас по имени, Марсия.

– Но это не моё имя.

– Не ваше? – Чёрная бровь герцога вскинулась.

– Моё…но…– Маркиза закрыла глаза и выдохнула. Даже есть не хотелось. Потому что герцог портил аппетит всем своим видом.

– Так ваше или нет? – рявкнул герцог, выходя из себя. – Объясните толком.

– У меня двойное имя. Я пользуюсь вторым именем только на приёмах или использую для официальной подписи.

Ещё чуть-чуть и герцог почувствовал бы, что из ушей пошёл пар.

Эта женщина просто невыносима! Даже толком не назвала своё имя!

– Во имя Десятерых, как вас тогда зовут?

– Нерине.

– Не-ри-не, – произнёс герцог, как бы попробовал на вкус её имя. – Вам идёт. Такое странное... Никогда подобного не слышал. Что оно означает?

– Цветок нимф, Ваша Светлость.

– Я не разбираюсь в цветах, миледи.

– Это лилия.

– Гмм.

На минутку герцогу и маркизе показалось: между ними воцарилось понимание.

– А как зовут вас?

– Велиус. Мы могли бы звать друг друга по имени... если вскоре поженимся...

– Если? – едко переспросила маркиза.

– Если раньше не умру от переполняющего меня раздражения. – Герцог взял бокал хереса, пригубил, и на лице проступила довольная улыбка.

– Правильно ли понимаю, что я привожу вас в бешенство всем своим видом? – Щёки маркизы покраснели от негодования.

– Именно.

– Андертон, вы не умеете обходиться с женщинами.

– Почему постоянно это слышу? Я умею. – Серые глаза герцога сверкнули. – Называйте меня по имени – Велиус.

– И не подумаю, Андертон! – зло бросила маркиза, скрестив руки.

– Значит, злючка?

– А вы упёрты?

– Через неделю, миледи, будете ходить по струнке, – бросил герцог, впиваясь в девушку взглядом.

– Что-о-о? – Маркиза привстала от такого нахальства.

– Если захочу, будете отзываться на имя Марсия…– продолжал раздражать её Андертон.

– Только попробуйте! – Лели топнула ногой. – Вы… вы... Невыносимы! Вот!

– А вы мегера! – парировал он.

– Осёл.

– Ведьма.

Зелёные и серые глаза сошлись в опасной схватке.

Именно в этот момент, за стеной что-то рухнуло. Не сговариваясь, маркиза и герцог бросились в холл. Перед ними развернулась невообразимая картина. Аргус и Брутус стояли на ступенях у самого верха. Оба господина были бордовые, словно переспевшая свёкла. Внизу у лестницы валялся закрытый сундук маркизы, который наделал столько шума.

– Это потому что ты меня никогда не слушаешь! – рявкнул дворецкий маркизы ла Косс.

– Но ты отдавил мою ногу! – возмутился камердинер герцога Андертона.

– Тогда, может, нужно отдавить и вторую? – Сузив глаза, произнёс Аргус. – Вдруг это помогло бы, и ты начал прислушиваться к старшему брату?

– Что у вас тут происходит? – рыкнул и без того раздражённый герцог.

– Этот идиот бросил ручку сундука и отдавил мне ногу, – взревел красный Брутус.

– А я тебе сказал, чурбан ты этакий, у меня больная спина! Мне нужна была небольшая передышка, – буркнул сердитый Аргус.

– Да там оставалось две ступеньки!

– Вот видите, миледи. – Герцог повернулся к маркизе. – И часа не прошло, а вы поставили мой дом на уши.

– Что?! А я здесь при чём?

– Да вы довели спокойного Брутуса. Первый раз слышу, как он орёт, – фыркнул герцог и уставился на сундук маркизы.

Нерине сверлила сердитым взглядом спину мужчины.

Герцог подошёл и попробовал перевернуть сундук. Но он был слишком тяжёлый, и Андертон не сдвинул его с места.

– У вас там что? Камни?

– Просто личные вещи, – надменно сказала маркиза.

Тогда герцог открыл сундук, а поскольку тот лежал замком вверх, то часть вещей вывалилась на пол. Андертон поднял книгу «Увлекательный мир растений» и отодвинул от себя, словно это мерзкое насекомое, которое хотело цапнуть.

– Фи! Ты был прав, Брутус, – едко пробормотал герцог. – Она синий чулок.

Брутус покраснел ещё больше.

– Я т-такого не г-говорил, м-миледи, – заикаясь пробормотал он.

– Удивительно, – шёпотом сказала Кирс, которая стояла в стороне с управляющим. – Это даже лучше уличного театра!

Мистер Доумио кивнул:

– Нужно, наверное, вмешаться... Пока эти двое не поубивали друг друга.

– Погодите, мистер Доумио, – весело фыркнула Кирс.

– Вы…– Маркиза была в бешенстве. – Ну-ка положите книгу, откуда взяли, Андертон.

Мужчина разжал пальцы, и книга упала с глухим шлепком на пол.

Тогда маркиза схватила одиноко стоящую белую вазу и тут же запустила в герцога.

Он увернулся и рыкнул:

– Ну-ка прекратите! Терпеть не могу, когда швыряются вазами!

– А-а-а. Так вам не впервой? – язвительно пробормотала маркиза, подбирая себе новый метательный объект. – А я терпеть не могу, когда берут мои книги без спросу!

– Думаю, теперь пора, – шепнула горничная.

– Мятный чай для Его Светлости и миледи, – громко произнёс мистер Доумио.

Мятный чай немного снизил градус напряжения.

Маркиза и герцог недовольные друг другом разошлись по своим комнатам.

Брутус и Аргус договорились и подняли сундуки в комнату маркизы.

И только Кирс оставалась жутко довольной.

Утро выдалось хмурым, как и сам герцог. Он уже полчаса пытался завязать шейный платок, но Велиусу не нравился узел.

Андертон тридцать третий раз перевязывал платок перед зеркалом. Именно столько попыток от скуки насчитал Брутус. И не предлагал помощи, потому как герцог, терпеть не мог, когда его одевали.

Наконец, Велиус шумно выдохнул.

– Ваша Светлость? – Седая бровь слуги вскинулась.

– Думаешь, следует извиниться перед маркизой?

– Несомненно. – Брутус кивнул.

– Гмм. Я не умею извиняться перед женщинами, с которыми не сплю, – пробормотал Андертон, всё ещё мучая шейный платок.

– Купите цветы… Хотя нет... – Брутус на секунду задумался. – Миледи увлекается растениями. Нарвите букет полевых цветов.

– Но я в них не разбираюсь!

– Собирайте самые яркие.

– Она меня никогда не простит, – с грустью в голосе пробормотал герцог. – Этот брачный договор вывел меня из равновесия, а здесь ещё она…

– Миледи попала в беду, Ваша Светлость. Экипаж и химер угнали разбойники. А вы на неё набросились!

– Да? – повернулся Андертон. – Откуда знаешь?

– Мне сказал управитель. – Пожал плечами Брутус.

– Что же, наведаюсь к мистеру Прутио. Где это видано, чтобы на будущую герцогиню нападали бандиты? – возмутился Велиус. – И что здесь вообще происходит?

Андертон не выдержал, наспех повязал шейный платок и ослепительно улыбнулся отражению.

– Химера?

– Химера осёдлана, Ваша Светлость.

– Отдыхай, Брутус. – Бросил герцог и выскочил из комнаты, словно за ним гнались демоны из самого пекла.

– Ну вот, – буркнул под нос слуга, провожая взглядом господина. – Когда он в таком настроении, ничего хорошего ждать не приходится.

Райдеро располагался в двадцати минутах езды от поместья. Крошечный городок состоял из одной улицы. Но, как и в любом крупном городе, здесь располагались главные городские постройки и магазины, где каждый путник мог приобрести всё необходимое.

Обветшалое здание с кривой деревянной вывеской «Дом ищеек» находился на самом краю города, рядом с таверной «Гусь и яблоки».

Андертон толкнул скрипящую дверь и вошёл. Вместо мистера Прутио, главного ищейки города, в махонькой комнате сидел юнец и выводил что-то в блокноте.

С прошлого посещения здесь ничего не изменилось. Ободранная комната. Посредине старый стол из ольхи и два стула. Над столом портрет нынешнего короля Бренниуса III в толстой позолоченной раме.

– Обед, – буркнул парень, не поднимая глаз. – Не принимаю!

– Что за обед? – рявкнул герцог. – Ещё утро, щенок.

– Много вас таких, а я один. – Юнец поднял взор. – А за оскорбление мага при исполнении посажу за решётку на трое суток.

Глаза Андертона сузились от такого нахальства. Участвуя в военных кампаниях, он оставался верен службе, и любое пренебрежение обязанностями выводило из себя.

– Ты у меня сейчас сам там окажешься! По-твоему, я должен исполнять твои обязанности?

На последней фразе герцога в комнату вплыла грузная фигура мистера Прутио с корзиной творожных булочек.

– Быстро извинись, – грозно произнёс маг-ищейка, недовольно шевеля седыми усами. – Это же герцог Андертон. Доброе утро, Ваша Светлость.

– Г-герцог? – заикаясь от страха, прошептал юнец. – Из-з-звините, милорд.

– Простите его. Он новенький, – суетливо произнёс мистер Прутио и поставил корзину с вкусно пахнущей сдобой на стол. – Накажу, Ваша Светлость, накажу его. Стажёра прислали.

– Я бы на твоём месте высек щенка, – проворчал герцог.

– Всенепременно. – Главный ищейка поправил очки. – Чаю, Ваша Светлость?

Он тут же показал стажёру глазами, чтобы тот раздобыл кипятка. Парень схватил металлический чайник и выбежал из комнаты.

– Нет уж. Благодарю, Роло, – мрачно ответил Андертон. – Лучше скажи, какого пекла Райдерское поместье не продаётся?

– Вампиры, Ваша Светлость.

Чёрная бровь Велиуса вскинулась.

– Нападения ночью участились на горожан и путников. – Вздыхая, пояснил мистер Прутио. – Тела находят обескровленными, а на шее следы укуса.

– Хочу посмотреть.

– Конечно, Ваша Светлость. Как только обнаружится новое тело, мой стажёр вас разыщет.

– И ещё. На будущую герцогиню напали разбойники по дороге в Райдеро.

– О-о-о, прошу прощения, Ваша Светлость. Но из-за вампиров бандиты совсем распоясались. Знают, что я занят…

– Понимаю. – Велиус посмотрел на корзину с булочками.

– Но мы, конечно, найдём мерзавцев, что напали на Её Светлость.

– Буду ждать известий. – Велиус пружинистым шагом пошёл к двери.

– Всего доброго, Ваша Светлость, – елейным голосом пропел господин Прутио.

На улице, выходя из офиса ищеек, Андертон столкнулся со светловолосым мужчиной.

– Какого гримма! Смотри, куда прёшь, – гаркнул тот. – Андертон?

Маг в тёмно-синем жакете, чёрных бриджах и высоких начищенных сапогах, выглядел как чужеземец. Его внешность и стиль одежды выделялись среди окружающих. Но когда тот поднял зелёные глаза, герцог тут же узнал в нём своего старого друга.

– Гай. Аквилио. – Велиус прищурился. – Только не говори, что тебе снова нужна помощь. Мне некогда. Я вешаю себе жену на шею.

– Вел, старик, неужели женишься? – Друг хлопнул по плечу. – Зубы гримма! Какая милота! Нам срочно надо это отметить!

– Уже отмечали. Когда мой брат собирался жениться...

– Но это другое. Неужели ты не выпьешь со мной за собственную свадьбу?

– Ладно, – проворчал герцог. – Но только недолго. У меня ещё дела.

– А, понимаю. – Аквилио усмехнулся. – И кто же она?

– Ведьма, мой друг. С улыбкой на лице, мужчины направились к таверне «Гусь и Яблоки». Хотя друзья только что виделись, у них было множество тем для разговора. Их связывала давняя дружба и общие дела в прошлом.

За весёлым разговором приятели не заметили, как провели вместе больше половины дня. И кажется, Андертон слишком увлёкся местной медовухой.

– Как тебя развезло, Вел, – произнёс почти трезвый Аквилио, помогая другу выйти на улицу. – Давай помогу добраться до поместья.

– Н-не надо! – сказал герцог шатаясь. – У меня ещё есть дело. Всё-всё, Аквилио, бывай.

– Прощай, мой друг. – Он покачал головой.

Велиус только с третьей попытки забрался на химеру.

Он вспомнил: нужно извиниться перед маркизой.

Поэтому отправился за цветами в соседний лес. Андертон присматривался к цветам, но не понимал, какие лучше выбрать. Наконец, он решил, что цветы должны напоминать маркизу.

«Её красота внутренняя, но у неё есть и колючки», – подумал герцог. И тогда его взор упал на совершенный цветок (по его мнению).

Ярко-фиолетовая корона и узкие колючие листики.

– Идеально, – пробормотал себе под нос герцог и набрал полную охапку удивительных цветов.

Он потратил так много времени на поиск красивого букета для маркизы, что возвращался домой непроглядной ночью.

– Проклятие, – ворчал Андертон, бредя по тёмному поместью. – Сфера… Ик… Зажгись! А, ладно. Ничего не вижу. Где комната этой ведьмы?

Наконец, герцог отыскал дверь маркизы и постучал кулаком.

– Отворяй, ведьма… – едва пробормотал Велиус и снова забарабанил. – Ик.

Нерине распахнула дверь и хмуро уставилась на герцога.

Волнистые каштановые волосы разметались по сторонам, а тонкую талию леди подчёркивал шёлковый лиловый халат.

– Ваша Светлость?

Велиуса шатало как на корабле во время шторма. Мужчина поклонился. Чуть не упал, и рукой зацепил голубую вазу, которая с громким звоном полетела на пол.

– О-о-о? Андертон! Да вы пьяны в зюзю, – заметила со смешком Нерине, разглядывая осколки.

– Это всё из-за тебя. – Герцог сунул ей под нос букет. – Миледи, примите вместе с моими извинениями свежесрезнвй… ик…свежесрезнвй…букет.

– Это же чертополох! – Ехидная улыбка расползалась по губам маркизы.

– И что? Он также… ик… мил как вы.

– Какой сомнительный комплимент. Ещё никто не говорил, что я мила, словно сорняк, – фыркнула леди и посмотрела вглубь комнаты. – Нет, ты это видел, Анемон?

– Это кто ещё там?! – взревел герцог. Он отодвинул маркизу и ввалился в комнату. – Что за Анемон? Любовник? И имя то какое у него дурацкое! Такое же кислое, как лимон… Ик…

Леди прыснула от смеха.

Чёрный кот, лежащий на кровати, подозрительно посмотрел на Велиуса.

– Это мой кот, но мило, что вы ревнуете.

– У-у-у, зверюга! – Герцог с сожалением посмотрел на Нерине. – Я хотел из-з-звиниться, что вёл себя непоз…ик…непозволительно.

– Давайте завтра поговорим. – Она мягко улыбнулась.

– Нет! Я хотел сказать!

– Может, присядете хотя бы, Андертон?

– Нет. – Мотнул головой Велиус. – Не сбивай с мысли, женщина. Я огорчился, потому что мне навязали брак. И сожалею, что вёл себя как осёл.

– Навязали? – Глаза леди расширились. – Но… я думала…

– Буду стараться вести себя х-хорошо. – Перебил герцог и плюхнулся на постель. – Погоди, голова кружится.

Кот юркнул под кровать.

– Андертон, спасибо. С вами всё хорошо?

– Хотел сказать… – Велиус замолчал и закрыл глаза.

– Что?

Но в ответ леди услышала храп.

Она тихо выскользнула с букетом чертополоха из комнаты. Анемон следовал за маркизой.

Нерине спала плохо. Она не могла уснуть частично из-за того, что была смущена извинением герцога. Отчасти, что кровать в Оранжевой комнате слишком твёрдая. А ещё Нерине расстраивал тот факт, что дядя «навязал» её герцогу.

Кирс пришла, чтобы причесать маркизу, которая сидела перед круглым посеребрённым зеркалом, грустно глядя на своё отражение.

Горничная ловко расчёсывала каштановые волосы, которые мягкими волнами рассыпались по спине леди и доходили аж до ягодиц.

– Сделать пучок, украсив его лентами? Или заплести косу, уложив её короной? – спросила Кирс.

– Всё равно, – бесстрастно ответила Нерине.

– У вас плохое настроение, миледи?

– Я недостаточно красива для герцога. – Зелёные глаза маркизы мрачно сверлили зеркало. – Поэтому какая разница?

– Вы очень миленькая! – воскликнула Кирс. – Да, сейчас модно быть блондинкой и хлопать синими глазами. Но, миледи... Вы и правда хорошенькая! Даже не смейте думать иначе! Неужели вы вздыхаете по герцогу?

– Что? – Нерине отвела взгляд. – Нет.

– Тогда по разбойнику-виконту?

– Нет. Меня печалит другое.

– Что же, миледи? – Горничная замерла с расчёской в руках. – Отчего вы сегодня придираетесь к своей красоте?

– Герцога заставили жениться, – тяжело вздохнула Нерине. – И у меня никогда не будет такого же брака как у родителей. Андертон не будет меня лелеять и станет проводить время в чужой постели. А это разобьёт моё сердце!

– С чего вы взяли, что его заставили? – Кирс округлила глаза.

– Андертон сам так сказал.

– Ах, миледи. Герцог – могучий маг, который участвовал во множестве военных кампаний. Чего только стоило сражение под Обербургом! Неужели думаете, что кто-то может его заставить? Сам так решил, и как всякий мужчина, просто бесится, что ему придётся остепениться.

– Возможно, ты права, – выдохнула Нерине. – А где Анемон? Снова убежал? Не пойму, где он всё время пропадает?

– Для этого дем… кхм… кота тут раздолье. Он вернётся, миледи. Сегодня хороший день, чтобы поискать тот цветок, как там… Эн… нет… Эл…

– Эустому?

– Да, именно её, миледи. Это поможет вам отвлечься от грустных мыслей.

Кирс заплела маркизе косу и уложила короной, украсив причёску жемчужными заколками.

– Да. Ты права, Кирс. Сегодня хороший день. Не могла бы одолжить то старое платье?

– Конечно, миледи. – Горничная широко улыбнулась. – Совершенно не желаю отчищать ваш модный наряд от травы.

– И подготовь мои инструменты, Кирс.

– Копалку, садовый нож и пресс для сушки? – довольно бормотала горничная.

– Ещё пару кусочков гигроскопической ваты. И блокнот для заметок, – добавила маркиза.

– Конечно, миледи.

Переодевшись, маркиза отправилась разыскивать редкий цветок, который должен был дополнить коллекцию.

***

Герцог открыл глаза и сначала не сообразил, где он находится. Во рту чувствовался отвратительный горький привкус. В воздухе отчётливо пахло лавандой и кардамоном, но мужчина не разобрал, что это за дивный аромат.

Велиус медленно моргнул и уставился в светло-пурпурный балдахин.

– Во имя Десятерых! Почему здесь всё розовое? И почему пахнет так, словно я спал в клумбе? Брутус!

Слуга не отозвался.

Герцог побарахтался в кровати и вылез из-под розового одеяла.

– Где эти проклятые сапоги? – буркнул он, разглядывая свои ноги в шоссах.

Андертон несколько раз перевернул подушки, пытаясь обнаружить там обувь, а затем приподнял одеяло.

– Гмм.

Мужчина заглянул под кровать.

– А где же второй? – Он выудил правый и надел его на ногу, потом прошёлся по комнате в одном сапоге и, наконец, заметил расстёгнутый левый за горшком с геранью.

– Что за…? Фу-у-у! Почему он мокрый? – Герцог принюхался и скривился. – Брутус!

– Доброе утро, Ваша Светлость. – В комнату вплыла пышная фигура слуги.

– Доброе, – рявкнул Андертон и поднёс испорченную обувь к носу слуги. – Почему этот сапог пахнет как кошачьи экскременты? Откуда здесь вообще кошка?

– А вы ничего не помните?

– Помню, как проклятый кукольник меня споил, а потом… я проснулся в розовой клумбе, – пожаловался герцог.

– Неужели вы встретили мистера Аквилио? – вежливо поинтересовался Брутус.

– Да. Этот негодяй взялся за старое! Снова берёт заказы у тех, кто больше заплатит, – герцог тяжело вздохнул. – Совершенно не помню, как попал домой. Надеюсь, я не нарвался на маркизу?

– Но мы находимся в комнате маркизы.

– Что?! О-о-о! – Андертон запустил руку в волосы, пропуская их сквозь пальцы. – Мне нужно с ней поговорить и извиниться. Но кто-то помочился мне на сапог.

– Возможно, это был Анемон.

– Кто?

– Любимый кот маркизы.

– Во имя Десятерых, ничего не помню. У этой женщины есть кот? Терпеть не могу котов! Да сделай же что-то с этим! – возмутился герцог, тряся мокрым сапогом перед носом Брутуса.

– Ваша Светлость, я принесу новую пару, а эту…– Слуга сморщился от едкого запаха. – Лучше сжечь.

– Да-да. Кофе, газету и почту. Живо.

Андертон привёл себя в порядок и направился в столовую. После скромного завтрака мужчина ознакомился с последними событиями в королевстве и прочёл письма. Наконец, герцог вздохнул и отправился на поиски маркизы.

Зеленеющий пейзаж был залит солнечным светом. Погода стояла чудесная.

Герцог увидел силуэт девушки в лиственной роще, располагающейся сразу за особняком.

Маркиза лежала на животе, с раскрытой книгой, в которую леди что-то записывала. Кофейные пряди выбились из идеальной причёски. И эта «не идеальность» добавляла маркизе особого шарма. Хлопковое коричневое платье облегало стройную фигуру девушки, а из-за подола выглядывали нежные розовые пяточки.

– Миледи, – позвал герцог, полностью очарованный обликом маркизы. Он почувствовал, как что-то внутри свернулось в клубок, а кровь наполнилась чувственным желанием.

– Ваша Светлость? – Изящная бровь девушки подпрыгнула. Она не ожидала увидеть герцога.

– Я хотел бы поговорить с вами. Можем прогуляться?

– Конечно, Ваша Светлость.

– Во имя Десятерых, называйте меня Велиус. Мы скоро станем супругами.

– Сегодня без «если», милорд? – иронически поинтересовалась маркиза. Её зелёные глаза сверкали, словно неогранённый изумруд.

Нет, всё в порядке. Маркиза, как и вчера, вызывала его раздражение. Вероятно, Андертону показалось, что он испытывал желание.

– Миледи. Вы балансируете на грани.

Девушка надела чулки и башмаки, взглянув на мужчину с насмешкой.

– Бросьте ваши игры, Андертон.

– Видит Первый, – пробормотал мужчина, протягивая ей руку. – Я хотел извиниться.

Герцог и маркиза прогулочным шагом устремились вглубь рощи.

– Не обидел ли я вас вчера? – тихо спросил Андертон.

– Ну если не считать, что вы уснули на средине извинений, то нет.

– Значит, я всё испортил?

– Вы извинялись с букетом, милорд. – Нерине улыбнулась. – Разве этим можно что-то испортить?

– Уф.

– Почему вы так сговорчивы сегодня?

– Но я всегда мил и поэтому нравлюсь женщинам, – доверительно сообщил герцог. – Значит, между нами мир?

– Возможно.

– Скажите, вам понравились цветы?

Маркиза засмеялась. Её заливистый смех, звучал словно звон колокольчиков.

– Что? – Велиус застыл поражённый. Между его бровей залегла морщинка.

– Просто вспомнила момент, – ответила Нерине. – Если не считать того, что это были сорняки…

– О нет! Какие вы любите цветы? Я немедленно исправлюсь, – перебил её Андертон.

– Мне пришёлся по душе этот букет.

– Но вы же сказали…

– Но вы недослушали меня…

– Удивительная леди, – восхищённо произнёс герцог, – которой нравятся сорняки.

– Мне нужен чертополох для опытов. Потому было очень мило с вашей стороны принести его мне... Извинения приняты.

– Я бы хотел, чтобы мы провели какое-то время в моём поместье. У меня здесь есть дела, и я был бы рад потратить свободное время на то, чтобы наладить наши отношения. Это важно для нашего будущего.

– Разве у меня есть выбор? – Маркиза вздохнула. – Мой экипаж был украден, и я не знаю, как вернуться.

– Я мог бы вас отвезти. Но хочу, чтобы вы остались.

– Чтобы терпеть ваши колкости? – резко спросила Нерине.

– Миледи, – предостерёг мужчина, пытаясь смягчить тон, – я хочу только то, чтобы наши отношения были основаны на взаимном уважении и понимании.

Нерине рванула вперёд.

– Вы куда? – воскликнул герцог.

– Погодите, Андертон. Там цветёт Эустома. – Леди побежала в направлении цветка, но через секунду стройная фигура исчезла.

– Нерине!

Герцог побледнел. Маркиза сбежала с тропинки и пропала за кустом терновника. Андертон кинулся следом, но почти сразу остановился. Чужой магии он не чувствовал, а маркиза ею не обладала, значит, всё прозаичнее.

Возможно, леди провалилась? Поискать яму?

Герцог внимательно смотрел под ноги и сразу обнаружил зияющую чёрную пустоту. Он отметил, что яма припорошена ветками и травой.

Кто-то хотел скрыть яму? А несносная маркиза, видимо, не смотрела под ноги!

– Нерине! – Велиус крикнул в темноту.

– Андертон? – раздался испуганный голос леди.

– С вами всё хорошо? Вы не ударились?

– Немного, – смущённо ответила маркиза.

– Во имя Десятерых, что болит?

– Леди об этом не пристало говорить, – фыркнула Нерине.

– Какого демона? – рявкнул герцог. – Миледи. Отвечайте сию минуту. Где болит?

– Андертон, я слишком сильно ударилась пятой точкой, – со смешком ответила она.

Он вздохнул. Раз леди улыбалась, значит, не всё так плохо.

– Ваш зад давно напрашивался на трёпку, – усмехнулся герцог в ответ.

– Вы собираетесь меня спасать или нет? – требовательно спросила маркиза, а, может, даже топнула изящной ножкой.

– Не уверен. – На губах Велиуса проступила улыбка. Он решил подразнить девчонку.

– Боитесь темноты?

– Думаю избавиться от наречённой и завладеть её приданым, – старался как можно серьёзнее сказать герцог.

– Вы этого не сделаете.

– Разве-е-е? – протянул Велиус, а потом вздохнул со смешком. – Не сделаю, вы правы. Скажите-ка лучше, что видите вокруг, миледи?

– Здесь слишком темно.

Андертон щёлкнул пальцами, и перед ним возникла багряная сфера, излучающая мягкий свет. Мерцающий шар медленно опустился, и герцог разглядел глубокую яму, а в самом низу насыпь из листьев, веток и травы. И поэтому Нерине не пострадала.

– А теперь?

– О-о-о-о! – вскрикнула маркиза. Её голос прозвучал волнующе.

– Нерине?

Она не ответила.

Кровь забурлила, и без раздумий маг прыгнул вниз. Он ловко сгруппировался и приземлился на ноги. Сфера света тут же последовала за ним.

Андертон огляделся.

Это была небольшая подземная комната, из которой вёл земляной проход. Он был настолько низким, что герцогу пришлось согнуться, чтобы протиснуться сквозь него. Когда коридор закончился, Велиус увидел, что в помещении горят факелы, ярко освещая пространство. Андертон чувствовал, что огонь – магический, и это показалось странным.

Мужчина снова щёлкнул пальцами, и сфера света мгновенно исчезла.

Впереди стояла маркиза и рассматривала растение, которое покрывало каменную стену.

Эта женщина невыносима! Она вызывала у него тревогу. Велиус давно уже не испытывал такого страха за чью-то жизнь.

– Нерине? Да вы издеваетесь, миледи!

– Вы всё-таки пришли меня спасать? – Маркиза не обернулась. – Посмотрите, Ваша Светлость, какие у «асплениума постепенного» ажурные листочки. Я давно уже перестала его встречать наверху. Раньше «асплениум» рос в скалах.

– Хочется вас придушить, – прошипел герцог сквозь зубы, – и не знаю, как мне с собой справиться.

– Бросьте, Андертон. Так, вам всё равно не удастся получить приданое. – Нерине хитро улыбнулась. – В договоре ясно написано, что убийцам ничего не полагается.

– Даже ваше золото меня не остановит, – мрачно прошептал герцог надвигаясь. – Мы уходим.

Маркиза ощупывала стену. Её пальцы скользили по холодным камням, и леди внимательно искала признаки тайного хода.

– Но здесь должен быть проход. Разве вам неинтересно, что там? – Она постукивала по камням в разных местах. – Я чувствую дуновение ветерка. Здесь что-то есть.

– Нет! – рявкнул он. – Возвращаемся так, как пришли.

Маркиза задела один из камней, и стена с громким скрежетом начала поворачиваться.

Герцог вздохнул. Какого демона происходило? Неужели, Первый отвернулся от него? А в наказание послал эту женщину?

– Ваша Светлость? – Изящная бровь Нерине поднялась.

Леди хотелось приключений. Разве он смел отказать?

– Держитесь за моей спиной, – буркнул герцог. – И только вздумайте ослушаться! Я надеру ваш миленький зад, когда вернёмся в поместье.

– Конечно, Ваша Светлость, – хихикнула маркиза, пропуская мужчину вперёд.

Герцог вошёл первым, а леди следовала за ним.

– Неужели вы сомневаетесь? – тихо спросил Велиус.

Но леди не ответила, а просто протянула руку, указывая вперёд.

– Ого! Посмотрите-ка на это!

Комната была залита светом, благодаря десятку горящих факелов. Андертон чувствовал: воздух здесь пронизан магией, но мужчина не разделял восторга Нерине.

У дальней стены стояла каменная фигура идола, высотой несколько этажей любого дома.

Больше сотни лет королевство молилось богу небес – Первому, и опасалось гнева Отятого, повелителя пекла.

Но перед ними стоял совсем другой идол.

Его голова украшена извивающимися рогами. Лицо, похожее на человеческое, изогнуто в зловещей улыбке, обнажая острые клыки. Руки демона оканчивались тремя пальцами, удерживающими чашу, а мантия скрывала ноги.

В центре комнаты располагалось капище, залитое свежей кровью. Плоский камень, которого служил для жертвоприношений этому демоническому богу.

Нерине с любопытством осматривалась.

– Миледи, держитесь рядом, – попросил шёпотом маг. – Пожалуйста.

Герцог подошёл к каменной статуе. Хотелось заглянуть в чашу, отчего-то он думал, что там кровь.

– Воло, – произнёс Велиус и провёл рукой перед собой, рисуя витиеватый символ. Как только знак загорелся красным, герцог легко поднялся в воздух.

Андертон приблизился к чаше, как ожидалось, обнаружил, что она наполнена кровью. Он опустил два пальца в ёмкость, а затем мягко приземлился на каменный пол. Маг размазал кровь по ладони и вдохнул кровавый аромат. Между его бровями залегла морщинка.

Кровь была свежей и человеческой... Мужчина.

Герцог медленно подошёл к алтарю и наклонился, чтобы рассмотреть его ближе.

– Во имя Первого, сколько их здесь? – прошептал Велиус.

Нерине приблизилась. Мгновение наблюдала за герцогом, а затем взгляд леди привлекли стеклянные шары: они заботливо выложены вокруг алтаря. Нерине осторожно подняла один, внутри которого медленно пульсировала фиолетовая энергия.

– Что это? – Улыбка исчезла с её лица, а в глазах отразился страх.

– Возвращаемся, – выпрямился Велиус.

– Согласна. Мне здесь не нравится, – отозвалась маркиза крепко сжимая находку. – Вся комната в крови…

Герцог схватил за руку Нерине и поволок обратно к выходу.

За спиной скрипнула деревянная дверь.

Послышались торопливые шаги.

А потом раздался мрачный голос:

– Не так быстро.

Герцог тут же обернулся и выхватил меч. Лезвие переливалось иссиня-черным. Рукоять с мордой змеи горела огнём, а её глаза опасно поблёскивали золотом. Колдовской меч назывался «теневик» и резонировал от силы мага.

Нерине за спиной нареченного вздохнула от восхищения. Прежде леди никогда не видела подобного меча.

Фигура, закутанная в чёрный плащ, стояла напротив них рядом со статуей. Наверное, вблизи идола был ещё один тайный ход.

– Взять живьём. Прольём кровь на потеху нашего господина, – раздался тот же мрачный голос.

Маги в тёмных мантиях окружали герцога и его избранницу.

Андертон выругался.

Врагов не больше десяти, но даже владея могущественным оружием, Андертон не был всесильным.

– Когда вспыхнет пепельное пламя, – шепнул Велиус девушке, – бегите, Нерине. Оно не причинит вреда. А я догоню…

– И оставить вас одного с ними? – Подбородок маркизы упрямо вздёрнулся. – Ни за что!

– Во имя Десятерых, слушайся, женщина! – прогремел герцог.

– Нет, и ещё раз нет, – ответила упёртая маркиза.

Раздался звон стали, и маги извлекли мечи. Каждое оружие было напитано чарами своего владельца. В большей степени это были мечи магов стихий.

Андертон ждал.

Пульс беспощадно стучал в ушах. Кровь горела огнём, наполняя сердце диким предвкушением неминуемой схватки.

Пятеро бросились на герцога с разных сторон.

Велиус тут же опустил меч, и когда остриё коснулось земли, серый огонь вспыхнул и отбросив магов назад.

Поверженные противники корчились на каменном полу от колдовских ожогов.

Вокруг Велиуса и Нерине не спеша угасал серый огонь: он оставался верной защитой от наступающей угрозы.

Маги медленно двинулись к ним, подбирая подходящий момент для атаки.

Андертон не хотел нападать первым. Рядом с ним стояла наречённая, которую он обязан был защитить. Герцог сжал рукоять меча крепче.

Это случилось одновременно.

Оставшиеся в живых набросились на него. Герцог оттолкнул леди, выведя её из линии атаки противника. Одного пронзил мечом, и враг с глухим стуком упал к его ногам, а три лезвия вились вокруг Андертона, пытаясь добраться до сердца.

Велиус вступил в опасный и смертельный танец.

Шаг. Удар. Блок. Удар. Шаг. Звон металла.

Когда герцог оттолкнул маркизу, она потеряла равновесие и рухнула на холодный пол. Шар, который леди сжимала всё это время в руке, не выдержал удара и треснул, выпустив фиолетовую энергию из своих глубин. В этот момент в уме Нерине всплыла картина, которую она где-то прочла: об артефактах-сферах, которые использовал демон Змиулан для перемещения на короткие расстояния в поисках редчайшего растения, что наделяло владельца сверхъестественным очарованием.

«А вдруг это сработает? Любистка здесь, конечно, нет, но зато можно было попробовать сбежать», — подумала Нерине и посмотрела, как герцог изящно парировал удары.

– Осторожнее! – воскликнула маркиза.

Но Велиус не успел отреагировать, и красный меч противника прошёлся по руке герцога, рассекая предплечье. В отместку он прикончил врага.

Воздух подземелья ещё больше пропитался запахом железа и кровью.

Оставалось двое.

Герцог тяжело дышал. На его висках поблёскивали капельки пота. Он снова пропустил, когда маг-огневик стал подбираться со спины.

Нерине ничего лучше не придумала, как подняться и с разгона врезаться в герцога.

Тот упал. Девушка сверху. Она тут же ударила сферой об каменный пол. Фиолетовая дымка окутала герцога и леди, перенося их из подземелья.

Нерине восседала сверху на герцоге. Честно говоря, вниз смотреть она опасалась, поэтому старалась рассматривать каменную стену перед собой.

Девушка закусила губу.

«Он меня убьёт», – подумала она и вздохнула, всё же бросив из-под длинных ресниц несмелый взгляд.

Герцог лежал, упрямо сжав губы.

Серые глаза потемнели настолько, что были похожи на грозовое небо. Зрачки расширены. Жилка подёргивалась на шее от раздражения.

– Я говорил... что хочу вас… придушить? – вдруг прошипел герцог. – Вы бросились на мечи.

– М-м, да. Уже что-то такое было, – пробормотала маркиза и поёрзала на герцоге.

Почему Андертон снова замер и покраснел?

До сих пор злился?

Нерине застыла и даже постаралась реже вдыхать.

– Вы…вы…– герцог замолчал.

– Да говорите, Андертон, а то, мне кажется, будто вас хватит апоплексический удар, – фыркнула маркиза. – А я не знаю, где искать доктора Альбио.

– Понятия не имею, что сказать, – ответил он сдавленно. – У меня в голове такое… ТАКОЕ... что дамам слышать непозволительно. Да прекратите ёрзать! Это… это… отвлекает.

– Простите. Нижние юбки скользят.

– Тогда вам лучше встать, – пробормотал раскрасневшийся герцог.

Нерине вскочила и смущённо посмотрела на Андертона. Мужчина поднялся и вернул в ножны «теневик». Их взгляды встретились, и они замерли. Серые глаза мужчины вспыхнули и стали восхитительного серебряного оттенка. Герцог словно приручённый хищник ласкал леди взглядом. Она почувствовала, как его взор замер на губах, и почему-то стало горячо от сей ласки.

Никогда прежде Нерине не ощущала подобного, и это пугало.

Но герцог мотнул головой, и чувственная магия развеялась. Его тон кожи от красного вернулся к бледному, и он рявкнул:

– Сумасшедшая! Какого пекла, вы бросились на мечи? А если бы сфера не сработала, миледи? Вы даже не представляете, чем бы это кончилось!

– Я действовала спонтанно. Простите. – Леди подняла на него зелёные глаза.

– Вы едва не пострадали! – добавил он мягче. – Никогда так не делайте больше.

– Но пока пострадали только вы. – Нерине кивнула на руку герцога, из которой сочилась кровь. – Позволите мне позаботиться об этом?

– У вас всё равно нет бинтов. Пусть остаётся. Рана неглубокая. – Он вздохнул. – И где мы теперь?

– Это комната за статуей, – ответила маркиза и уголки губ дрогнули в усмешке.

– Что?!

Нерине сделала два шага назад, но улыбка не погасла.

– Мне было интересно, что за стеной…

– Почему вы не подумали о своём розовом балдахине? – прогрохотал герцог. – Мы могли бы перенестись в поместье, в лес… Да куда угодно! Но вы выбрали… Да вы несносны!

– Не кричите, Андертон. Сфера не перемещает так далеко.

– Тогда надо было выбрать, то место, откуда мы пришли, – прорычал он. – И откуда вы вообще знаете про сферы?

– Я много читаю. – Леди спрятала улыбку и подумала, что всё же стоило заботиться о герцоге, хоть иногда. Потому что, не ровен час, она доведёт его до доктора. А им ещё венчаться.

– Женщины, не выносимые создания, – ворчал себе под нос герцог. Он пошёл вперёд осмотреться.

Пустая комната, вымощенная кирпичом.

Впереди коридор.

Велиус вернулся, схватил леди за руку и потащил за собой.

Каменный коридор петлял, словно ему не было и края. Они шли до тех пор, пока не упёрлись в деревянную кривую лестницу, которая поднималась к квадратному люку на потолке. Герцог полез первым и помог забраться маркизе.

Они оказались в кладовой, набитой едой. Кругом стояли мешки крупы, сахара и соли. На верёвках, привязанных к металлическим крюкам, висело вяленое мясо, сало, копчёные рульки и колбасы. На каменных нишах в стене расположились сыры, кувшины со сливками и молоком.

– Забавно, – пробормотал герцог.

– Знаете, где мы? – спросила Нерине.

– Это кладовая таверны «Гусь и яблоки».

Маркиза вздохнула.

– Это мне ни о чём не говорит.

Они выскользнули из кладовой в зал и тут же раздался низкий голос.

– Андертон.

Нерине проследила за баритоном. Это был высокий и светловолосый мужчина в чужестранном костюме. У незнакомца были правильные черты лица и жёлто-зелёные глаза. Почему-то он напомнил маркизе кота.

– Тебя слишком много, Аквилио, – фыркнул в ответ герцог.

– И почему мне, кажется, вы не с прогулки? – хмыкнул мужчина, бросив взгляд на руку товарища. – Интересно-о-о, – протянул. – Видок у вас такой себе, сойдёт пугать детей. Представишь наречённой?

Щёки Нерине вспыхнули и она опустила взгляд на испачканный подол. Казалось, что, кроме друга герцога, никто не обратил внимания на их вид. По крайней мере официантки и посетители занимались своими делами.

– С чего ты взял, что она наречённая? – прищурился герцог.

– Потому как ты на неё смотришь, Вел. – Зелёные глаза товарища улыбались.

– Миледи, этот подлец, мой друг Гай Аквилио. – Велиус предупреждающе посмотрел на мага, а потом добавил:– Нерине маркиза ла Косс. Моя леди.

Гай поклонился, и маркиза протянула руку.

Поймав рассерженный взгляд серых глаз, негодяй хмыкнул и оставил вежливый поцелуй.

– Милорд, вы путешествуете? – спросила Нерине.

– Да, я родом из республики Тенебриз, госпожа. Здесь по работе. – Маг с интересом осматривал девушку. – Прошу за мой столик. – Он указал рукой в угол таверны.

Велиус, Нерине и Гай расположились за массивным дубовым столом.

– Чем вы занимаетесь? – улыбнулась маркиза, обращаясь к Гаю.

– Он проходимец и убийца, – ответил за него герцог.

– О-о-о! – воскликнула маркиза.

– Вел, ты всё портишь! – Негодник усмехнулся. – Эх, пожалуй, пойду скажу повару, что мой ужин увеличился на две персоны.

Гай прошагал в сторону кухни.

– Поужинаем и вернёмся в поместье, – сказал герцог к маркизе. – Но наш разговор не закончен.

Нерине кивнула.

Гай довольно быстро вернулся.

Официантка ему мило улыбалась и мгновенно доставила к столу: мясной пирог, сыр, нарезанный крупными ломтями, овощи, жареную рыбу, хлеб и кувшин вина́.

– Итак, Гай, хотел бы я знать, что ты тут снова делаешь? Неужели тебе заплатили за мою голову? – буркнул герцог.

– Ой, Андертон. – Гай отмахнулся. – Если бы просили твою голову, я бы сделал это бесплатно. – Улыбнулся маг, разливая вино по кубкам.

На какое-то время над столом повисло молчание. Все наслаждались ужином, но когда голод был утолён, Гай спросил:

– Госпожа, расскажите, как вам удалось заарканить этого ворчуна?

Герцог с интересом на неё посмотрел.

Нерине подумала, что лучше отшутиться, не стоило рассказывать правду… пусть это и друг Его Светлости.

– Любовь, милорд.

Тёмные брови герцога подпрыгнули.

– О! Я и вижу, что Велиус растёкся лужицей у ваших ног, – хмыкнул маг, отпивая терпкое вино.

Нерине улыбнулась. Гай ей понравился.

– На самом деле это я без ума от него, – ответила маркиза.

– Неужели? О нет! – картинно вздохнул Гай. – Я хотел вас украсть у Вела, но вы влюблены… Какое горе! Как мне теперь с этим жить?

– Прекрати паясничать и волочиться за будущей герцогиней, – вмешался Андертон, буравя друга взглядом.

Негодяй фыркнул от смеха. Ему нравилось дразнить герцога.

– А как вы познакомились, милорд? – сменила тему Нерине, смущённо поглядывая на Велиуса.

– А он не рассказывал о нашей дружбе? – Широкая улыбка тут же возникла на губах мага.

– Нет.

– Тогда это тайна, госпожа. Потому что, если я скажу правду, вы мне никогда не поверите.

– Неужели он занимался чем-то порочным? – шёпотом спросила маркиза.

– О да!

– Молчи, Гай. Лучше одолжи нам химеру. – Андертон начинал раздражаться. Ужин ему не нравился, и ещё то, что Гай флиртовал с его наречённой.

– Хм. – Хитрый взгляд мага остановился на герцоге и тут же сместился на леди. – Ладно. Можете взять, но не забудьте потом вернуть.

Велиус и Нерине попрощались с Гаем, поблагодарив его за ужин.

Герцог пообещал другу: к утру вернёт химеру.

Оказавшись на улице, Нерине вдруг подумала, что им придётся ехать в одном седле, и покраснела.

– Что? – Герцог поймал её смущённый взгляд.

– Нет-нет, ничего. Просто устала.

– Потерпите, мы скоро будем дома, – тихо ответил Андертон. – Вам помочь забраться на химеру?

Леди покачала головой и ловко залезла сама.

Велиус устроился позади неё.

Целых двадцать минут маркиза была так близко к герцогу, как никогда. В кольце его рук было уютно. Леди чувствовала запах мускуса вперемежку с железом.

Нерине тяжело вздохнула, подумав о его ране. Нет, он совсем не заботился о себе.

Герцог сидел за письменным столом, откинувшись на спинку кресла. С тяжёлым вздохом вытянул длинные ноги, положив на мягкий коричневый пуф. Изначально Андертон собирался отчитать Нерине, за то, что она рисковала собой в подземелье. Но почему-то уже не хотелось ругаться, особенно когда на него смотрели смешливые зелёные глаза маркизы. Она желала помочь, отправилась за лечебными настойками и настояла, что обработает рану.

Дверь тихо скрипнула, и в кабинет вошёл кот.

– Ааа, Лимон, – хмыкнул герцог, – проходи. Как раз собирался тебя отругать.

Кот понял и недовольно фыркнул. Запрыгнул на письменный стол, потоптался, и, поджав лапки, умастился на полированной поверхности. Его нахальные жёлтые глаза уставились на герцога.

– Знаешь, мой друг, я терпеть не могу, когда портят сапоги, – начал Андертон.

– Мяу, – ответил кот.

– Ещё раз увижу рядом с сапогами, закрою в подвале, пока всех мышей не отловишь, лентяй. – Прищурил глаза мужчина. – А то знаю. Вечно крутишься на кухне и выпрашиваешь у повара лучшие куски телячьей вырезки.

Кот мявкнул и закрыл наглые глаза, сделав вид, что задремал.

Именно в этот момент вернулась Нерине. Она переоделась в платье мятного цвета. Пышная юбка из мокрого шёлка мягко колебалась при каждом шаге. Узкий лиф с циановой отделкой подчёркивал стройную талию и изящный бюст леди. Каштановые волосы аккуратно убраны в пучок.

Маркиза принесла с собой большую деревянную шкатулку, которую поставила на стол.

– О, Анемон. – Леди ласково погладила дремлющего кота. – И ты тут.

– Что означает его имя, миледи? – спросил герцог.

– Цветок. Семейства лютиковых.

– Этот Лютик испортил мои лучшие сапоги, – печально вздохнул Андертон.

– О! Наверное, вы оставили их на его любимом месте, а Анемон консервативен в вопросах сна.

– Гм, – ответил герцог и положил правую руку на стол.

Нерине расстегнула рукав батистовой рубашки Велиуса. Разрезанная ткань прилипла к запёкшейся ране. Леди достала колбу с настойкой «гвоздики травянки» и полила сверху.

Герцог следил за её осторожными движениями. Он мог и потерпеть, если бы она разок рванула ткань. Но Андертон не вмешивался.

Нерине снова полила настойкой рукав и ловко отделила ткань от раны. Затем взяла колбу с «тысячелистником» и осторожно покрыла порез мазью, чтобы ускорить регенерацию кожи. Последним штрихом стала повязка, которую сноровисто наложили тоненькие пальчики маркизы.

– У вас хватко выходит. – Проследив за её манипуляциями, подметил герцог. – Наверное, даже лучше, чем у доктора Альбио.

– Это единственное, что я умею делать хорошо. – Пожала плечами Нерине, завязывая хвостики бинта в милый бантик.

– А что вы делаете плохо? – Герцог поднялся с кресла и почти вплотную приблизился к маркизе.

– Много чего, – ответила леди, убирая обратно в шкатулку склянки и бинт.

– Например? – голос Андертона стал на мягче.

– Я плохо знаю философию, – улыбнулась Нерине.

– А ещё? – Герцог сделал ещё один маленький шаг к леди.

– Вышиваю довольно скверно.

– А ещё?

– Отвратительно веду хозяйство и совершенно ужасно составляю меню на званые вечера.

– Есть ли предел для ваших «талантов»?

– Это лишь верхушка айсберга, милорд.

Нерине ощущала дыхание герцога на своей щеке. Он был слишком близко.

– Я должен вас отблагодарить за старания, – прошептал Велиус.

Мгновенно от шёпота у Нерине побежали мурашки. Его запах мускуса смешался с масляным травяным ароматом.

– И как же? – выдохнула она и подняла голову, чтобы видеть серебряные глаза.

Шершавая ладонь герцога коснулась её подбородка. Он не хотел пугать, поэтому просто прижался к её губам. Это был самый невинный поцелуй в его жизни. Никогда прежде, Андертон не целовал женщин так осторожно, так трепетно. Почему-то именно с ней ему не хотелось спешить. Он наслаждался чувственным изгибом нежных губ, пряным ароматом, который приводил в восторг. Единственное, что позволил себе герцог, слишком крепко прижать хрупкий стан леди. Так, сильно, чтобы почувствовать её плавные изгибы, как тогда в подземелье, когда она сидела сверху.

В дверь постучали.

Он с разочарованием выпустил девушку из объятий. И довольно отметил про себя, что леди возмущенно вздохнула теряя живительное тепло.

– Что там? – раздражённо бросил Велиус. – Я занят!

– Ваша Светлость, – проблеял Брутус за дверью, – здесь Его Светлость герцог Даргон.

– Что надо этому кретину? – зло бросил Андертон.

– И я рад тебя видеть, Андертон, – послышался из-за двери весёлый мужской голос.

– Ваша Светлость, – тихо сказала маркиза, – я пожалуй, пойду.

Он кивнул, а затем снова недовольно вздохнул.

Нерине и слуга ушли, а в проёме возникла долговязая фигура.

Герцог Даргон был главным противником Андертона. Во-первых, они соперничали за вхождение в Совет Десятерых. Ведь только один мог туда попасть. Во-вторых, они были соседями южных земель. И это затянуло в своеобразную гонку. Дело в том, что южные земли Королевства отведены для добычи вольфрамовой руды. И если один приобретал технику или новый метод добычи, второй тут же хотел лучше и новее.

Даргон плюхнулся в кресло и закинул нога на ногу. Андертон недовольно уставился на соперника. Хотя внешность Даргона была совершенно невзрачная, он следил за модой и изысканно одевался. У лорда был большой нос картошкой, близко посаженные глаза синего цвета и когда-то ярко-рыжий волос. Правда герцог все больше лысел и теперь всегда носил модный белоснежный парик.

– Чего тебе? – бросил Андертон.

– Говорят, ты продаёшь Райдерское поместье. – Соперник плутовато улыбнулся.

– Допустим.

– Я бы хотел его купить.

– Что же, хорошо. – Адертон вздохнул. – Мы можем заключить сделку.

Конечно, меньше всего герцогу хотелось продавать земли противнику, но Андертону срочно были нужны деньги для новой разработки золоторудного месторождения.

– Погоди, но мы не обсудили цену.

– Моя цена такая же, – нахмурился Велиус.

– Куплю за пять тысяч золотых.

– Чего? – рявкнул Андертон. – Поместье стоит двадцать тысяч.

– Стоило. Ты хотел сказать стоило. – Даргон довольно усмехнулся. – Ты что не следишь за земельным вопросом?

– Оно стоит двадцать тысяч, – твёрдо повторил герцог.

– Дам семь и разбежались. Это замечательная цена.

– А не твоих ли рук это дело? – Велиус прищурился. – Шастающая вампирская нечисть по моим землям?

– Ай-ай-яй, Андертон. Нет, конечно, – цокнул языком Даргон. – Как нехорошо. Мы же соседи, и я решил помочь. Или ты забросил свой новый рудник? Может, тогда за него сторгуемся?

– Убирайся.

– Восемь тысяч – последняя цена. Соглашайся, Андертон.

– И не подумаю.

– Тебе всё равно что-то из этого придётся продать. – Даргон усмехнулся. – Рудник-то больнее…

– Двадцать тысяч.

– Сам придёшь. И учти, тогда моя цена будет пять. – Даргон поднялся из кресла и пошел в сторону двери, но затем обернулся. – Андертон, а что за миленькая малышка у тебя гостит? Новая любовница?

– Наречённая.

– О! Прости, – выдохнул Даргон, демонстрируя белоснежные зубы. – Неужто женишься? Восхитительно.

– Это не твоё дело.

– Не в настроение? Понимаю. Наверное, мне тоже стоит присмотреть невесту. Как ты говоришь имя твоей наречённой?

– Даже не смей. – Глаза Велиуса мрачно блеснули.

– Поместье, Андертон.

– Нет.

– Что же, увидимся на свадьбе. На моей свадьбе. – Даргон усмехнулся. – Прощай, Андертон.

Соперник вышел из кабинета, громко при этом хлопнув дверью. Нет, всё-таки Даргон раздражал Велиуса больше, чем несносная маркиза.

Андертон откинулся на спинку кресла, и подумал: нужно поскорее разобраться с вампирами. Нельзя терять много времени на эти глупости. Остановка добычи полезных ископаемых на рудниках стоила слишком дорого: тысячи золота, а может, даже десятки тысяч. И пойти на сделку с Даргоном было глупо. Райдерское поместье, итак, продавалось за бесценок. Потому как бескрайняя и плодородная земля стала бы хорошим подспорьем для развития сельского хозяйства. Но ещё больше Велиусу не хотелось остаться без средств к существованию, как пятнадцать лет назад.

Велиус Най Андертон, являлся XIII герцогом в роду. Его отец, XII герцог Андертон проиграл все земли в карты и с горя застрелился. Мать слегла с мигренью, и никуда из своей комнаты не выходила. Велиус остался один, с герцогским титулом, но с пустыми карманами. Даже родовое гнездо было проиграно.

Когда Андертону исполнилось девятнадцать лет, он проходил обучение в престижной Академии Тёмных Искусств. Внезапная новость о смерти отца перевернула его жизнь. Велиус мечтал стать преподавателем, так как он владел уникальной магией крови. Однако он вынужден был прервать своё обучение и вернуться в замок, который уже не был его домом. Новый владелец замка дал Велиусу месяц на то, чтобы покинуть родовое гнездо, где семья Андертонов жила последние четыреста лет.

Андертон отвёз свою мать к её брату в республику Тенебриз. Там, совершенно случайно, герцог познакомился с нынешним другом Гайем. Аквилио относился к древнему магическому дому, но его семья отказалась от него, потому что тот убил наречённого сестры. Велиус плохо знал историю друга, поскольку Гай почти ничего не рассказывал о Марлене.

Аквилио занимался тем, о чём было не принято говорить вслух: азартными играми, наёмными убийствами и поиском редких магических ингредиентов. Он жил на грани, рискуя собой каждый день. Гай выслушал проблемы друга и пообещал помочь выкупить родовое гнездо, но сказал, чтобы вернуть остальные земли, Велиусу придётся потрудиться самому.

Аквилио сдержал своё слово.

Андертон до сих пор не знал, каким образом друг вернул замок — либо выкупил его, либо запугал бывшего владельца. Но внезапно на имя новоиспечённого герцога пришло письмо, в котором объявлялось: замок теперь полностью находится в распоряжении Велиуса. Он погрузился в мир азартных игр и заказов на редкие алхимические ингредиенты. Никто не знал о его тёмной стороне жизни. Все полагали, что Андертон поправил своё финансовое положение благодаря наследству от бабушки. Но никто не догадывался, что наследство составляло всего пятьсот золотых.

В течение восьми лет Велиус много работал, чтобы накопить деньги. Он вкладывал все свои заработанные средства в исследование полезных ископаемых. Ведь его острый ум видел в этом огромный потенциал для прибыли. Мужчине удалось восстановить всё своё имущество и даже приобрести новые земли, благодаря чему герцогство процветало. Люди любили и уважали его как благородного и мудрого правителя. Андертон собрал войско, которое защищало земли герцогства, и помогал Гаю в трудные моменты, чтобы отблагодарить его за замок. И теперь Велиус задумывался, что женитьба на маркизе ла Косс могла бы укрепить его положение ещё больше. Но хотелось, чтобы жена испытывала к нему хоть какие-то чувства. Герцог не желал, чтобы его дом превратился в поле битвы. А ведь маркиза – сплошная ходячая неприятность. Женившись на ней, никогда в его доме, не будет покоя. Тем не менее Андертон находился на грани. Леди то выводила его из себя, то вызывала в нём жгучее желание. И это Велиусу не нравилось, потому что он не любил, когда планы нарушались, а влюбляться не входило в их число.

***

Когда Нерине вышла из кабинета герцога, её щёки горели от стыда. Она никак не могла предположить, что Андертон решится на поцелуй. Их отношения были натянуты, и они словно ходили над пропастью. Любое неловкое слово могло всё испортить.

«Как так вышло?» Нерине прикоснулась к губам и закрыла их маленькой ладошкой.

Это был её не первый поцелуй. Однажды леди поцеловалась на балу с графом Дейтоном. И Нерине совсем не понравилось. Лорд напустил ей полный рот слюней. О, это было ужасно!

Она всё это время думала о «Лекарственном воздействии циномория джунгарского на долголетие человека», и только благодаря этому её не стошнило.

Но губы герцога были одновременно нежными и твёрдыми. Нерине знала, что он подарил ей невинный поцелуй, и была ему благодарна. Леди никак не ожидала, что Андертон способен быть таким тактичным и чувственным. Ведь герцог производил впечатление дикаря, который берёт всё силой. Но сейчас Нерине прислонилась лбом к холодному стеклу и не знала, что о Велиусе думать. С каждым днём всё больше становилось ясно, что у Андертона есть и другие стороны, но и вспыльчивость никуда не делась. Он по-прежнему слишком легко выходи́л из себя.

Нерине тяжело вздохнула и решила: ей следует сосредоточиться на своей работе над чертополохом.

Зачем волноваться из-за Андертона, когда через несколько недель она будет представлять свою работу на учёном собрании герцогини Хейдер?

Нужно закончить исследования. Опять маркиз Зуш будет подшучивать, что её место за вышиванием, но Нерине решила не обращать на это внимание. Она должна показать лучший результат, возможно, тогда новый журнал «Наука и магия» решит опубликовать её работу. Нерине уже несколько раз отказывали только потому, что она не являлась мужчиной.

Леди достала из своего сундука микроскоп, разместила перед собой и уныло на него уставилась.

Интересно, а что же леди Уилио? Дал ли отставку ей Андертон? А если нет?

Быть может, он рассчитывал содержать любовницу и в браке? Некоторые мужья так поступают.

Но Нерине точно знала, что такого не потерпит.

Будет ли он хотя бы с нежностью к ней относится? Ведь брак свяжет их крепко.

К тому же Андертон пожелает наследников, а она совсем не знала, хотелось ли ей детей.

Нет, ей больше подходил граф Дейтон. Их интересы хотя бы совпадали, и он не будет препятствовать заниматься наукой. Дейтон всегда поддерживал её начинания.

Да. Нужно написать дяде и попросить отказаться от брака с герцогом.

Нерине даже была готова заплатить неустойку по брачному договору, ведь деньги для неё не проблема.