Майор.. Подари мне рассвет

Не болит сердце волка, лишь блеск холодных глаз

От Москвы до Нью-Йорка работает спецназ

За мечты и за жизни, за всё, что свято в нас

По приказу Отчизны работает спецназ

Денис Майданов.

Дмитрий Погодин

33 года

Боец СОБРа из группы «Альфа», позывной «Тень»

Май

— Бойцы, на позиции! — раздается в наушнике голос полковника Жданова. —  Начинаем штурм через три минуты. Напоминаю, группа «Альфа» работает на три часа, «Дельта» на шесть, «Сигма» на девять, «Омега» на двенадцать часов. Группы прикрытия и закрепления, тоже готовимся и ждем сигнала от командиров групп захвата.

— Принято, Первый. Группа «Альфа» на месте. Ждем отмашки. — отзывается Вадим Маркелов, наш бессменный командир под позывным «Акела».

И точно так же отзываются командиры других групп.

— Так, парни, — Акела крепит на левую руку щит и поворачивается к нам. —  Строимся. Я впереди, за мной Тень и Стрела. Гамлет, прикрываешь.

Я занимаю привычную позицию. Чуть пригибаюсь, положив руку на плечо командира, и крепче сжимаю во второй руке автомат.

Ну вот и всё, да здравствует жаришка! Сейчас будет шумно и очень «весело».

Отсчет до начала штурмового броска пошел: три, два, один…

—  Погнали! — рявкает Маркелов, поднимая перед собой щит, и мы начинаем двигаться к объекту.

Быстро, быстро, быстро… Это слово звучит в ушах и отбивается в ритме сердца.

При штурме на счету каждая секунда. Потому что промедление— это чья-то неспасенная жизнь.

Всех бойцов спецназа этому учат с самого начала, потому и проводят эти бесконечные тренировки, напоминая легендарные слова генералиссимуса Суворова:

Тяжело в учении, легко в бою

Мы двигаемся быстро и слаженно, как один боевой механизм. Реагируя не только на слова, но и на малейшие знаки, получаемые друг от друга.

Да, в нашей работе нет права на ошибку, поэтому важно понимать боевого товарища с полувзгляда.

В Московском СОБРе, а точнее в «Альфе», я всего три года, но за это короткое время сумел полностью сплотиться с ребятами.

Они стали для меня настоящим братством, и это было чертовски круто. И спустя годы я готов признать, что перевод из питерского отделения Росгвардии в московское стал для меня наилучшим выходом.

Всё равно Плотников и его семейка не дали бы мне житья. Ну их всех к чертовой матери. И Полину туда же.  Пусть живет с муженьком-уебком, раз тащится от него.

А мне плевать давно, всё внутри напалмом выжгло. Все старые чувства в пепел превратились и развеялись по ветру.  И это тоже к лучшему.

Но это всё лирика, а сейчас пришла пора вступать в заварушку…

— Тень, — всего одно слово, легкое движение плеча командира, и я начинаю действовать.

Забрасываю светошумовую гранату в открытую дверь и пригибаюсь за спиной командира, пережидая взрыв.

И только после этого группа врывается в помещение.

Дальше идет схема стандартной зачистки: бег по коридорам, бесконечные двери, крики «чисто» или «огонь на поражение».

И автоматные очереди по муляжам противника, расставленным в определённых комнатах.

— Первый этаж чист, — чеканит командир, — идем наверх.

То же самое повторяется на втором этаже, и на третьем.  И заканчиваем зачистку мы уже на крыше, добивая последнего «боевика» …

— Здание «А-236» зачищено, — рапортует Акела по связи. — Ждем группу закрепления.

Спустя еще полторы минуты всё было кончено. Здание полностью взято под контроль. Позиции закреплены.

— Отлично сработано, бойцы, — довольный голос полковника гремит в наушниках. — Все объекты успешно зачищены. Новый рекорд за группой «Альфа». Так держать, парни. Итак, учебно-тактический штурм по отработке навыков и приемов ведения боя в городских условиях объявляю законченным. Продолжим учения на полосе препятствий. Десять минут на передышку и «вперед».

— Поздравляю, мужики, мы снова лучшие, — Акела смеётся, и мы пожимаем руки командиру и друг другу.

А заодно стягиваем маски с лиц, чтобы немного подышать нормально.

— Да, — Стрела, он же с недавних пор мой лучший друг Кир Стрельцов, — убирает автомат и поводит плечами, сбрасывая напряжение. — Хорошую суету мы навели. Жара прям. И «дельтовцев» по носу рекордом щелкнули. Кстати, предлагаю на выходных отправиться в кабак. А еще лучше в баньку. Отдохнуть хорошенько и отметить успех.

— Я не против, — хмыкаю. После таких вот «учений» парильня была как раз кстати. Чтобы и всю грязь с потом смыть, и мышцы расслабить.

— И я не против, — Маркелов усмехается.

— А я пас, парни, —Лёха «Гамлет» качает головой. — Мне жена харакири сделает, если я лыжню в баню проложу. У тёщи день рождения в воскресенье.  Будут семейные посиделки, а в субботу генеральная уборка квартиры. Так что сами понимаете…

— А ты у нас тот еще каблук, да, Гамлет? — заржал Кир.

— Да-да, — подхватывает шутку «Скиф». —  Конкретно так его Офелия прижала, как я смотрю. Шаг вправо, шаг влево — расстрел.

Тут мы начинаем смеяться уже все, даже командир не удерживается от ухмылки. А Лёха лишь отмахивается.

— Да ну вас. Когда женитесь, поймете сами, что нельзя семью на третий план задвигать. Со службой Надюха моя еще готова мириться кое-как, но точно не с постоянными хождениями по увеселительным заведениям. Так что в кабак-парилку я с вами как-нибудь в другой раз.

— Ладно, парни, хорош ржать. Делу время, а потехе час, как говорится, — Акела положил конец нашим шутейкам.  — Передохнули? Тогда топаем вниз. И не забудьте морду лица прикрыть. Нас сейчас журналисты снимать будут.

Дальнейшие два часа происходила сплошная показуха под прицелами камер.  Пробежки по полосе препятствий, демонстрация стрельбы и рукопашного боя, кренделя с бронетехникой и просто короткие интервью с репортерами.

Одна дамочка так и крутилась вокруг меня, откровенно стреляла глазками и даже просила снять маску.

Достала до печенок, так, что отшил не слишком вежливо:

— Простите, мадмуазель, но я вам не Гюльчатай, чтобы открывать личико. Не положено.

И чтобы избавиться от назойливого внимания, пошел к стрельбищу. Принял упор лежа и начал стрелять по ростовой мишени.

Результат был почти образцовым: девять из десяти в голову, один в сердце.

Наконец, эта байда заканчивается, и командир Жданов дает полный отбой, позволяя нам уйти на отдых.

На полигоне прошла модернизация полгода назад, так что теперь бойцы размещались не в палатках, а в двухэтажных зданиях.

Там были и жилые помещения, и столовая, и душевые. А для бойцов Нацгвардии был отведен отдельный корпус, повышенной комфортности.

Так что я с большим удовольствием принял душ, переоделся и отправился на небольшую сопку, где ловила мобильная связь. Нужно было  позвонить родным.

—  Ох, Димочка, — мама вздохнула, услышав мой голос. — Как ты? Как у вас всё прошло?

— Замечательно.  В вечернем выпуске новостей можешь меня поискать. Нас очень активно снимали.  Вернусь в Москву в субботу после обеда.

— Ну слава богу…

Облегчение в голосе матери было ощутимо слышно, и я убедился, что правильно сделал, не став тянуть со звонком.

Знал же, как сильно она за меня переживает. Да и отец тоже, хотя успешно это скрывает.

— Мам, ну чего ты? Ты там переживала, что ли?  Я же всего лишь на учебно-тактических учениях, а не на боевой операции.

— А мне всё едино, Дима. На этих ваших учениях тоже можно знатно покалечиться. В Узбекистане что-то там взорвалась на полигоне, и десять человек пострадало. А в Перми вчера взорвалась граната на учениях в центре МВД. Новости пару часов назад прочитала и сразу не по себе стало. Пришлось корвалол капать.

— Мама, — мысленно выругался. — а давай ты не будешь читать стремные новости в интернете. Они в 99 процентах случаев оказываются туфтой. Так что не накручивай себя, лады? У нас на полигоне всё четко и хорошо организовано, никаких сбоев и накладок. Да и мы не зеленые пацаны, так что не додумывай лишнего и не порть себе нервы.

— Ладно, сынок. Я постараюсь. Кстати, ты к нам когда приехать планируешь?

— Мам, ну не знаю я.  С моей работой не запланируешь. То боевая тревога, то усиление, то проверки сверху. Давай лучше вы с батей ко мне приедете, м? Так всяко проще будет.

 Мы разговариваем еще минут десять, маман окончательно успокаивается, обещает приехать в конце месяца и просит себя беречь.

И только потом отключается, а я возвращаюсь в наш корпус.

— Что, матери звонил? —  спрашивает Кир, когда я плюхаюсь на соседнюю койку.

— Ага, она ж переживает за меня до безумия. Повышенная тревожность, все дела.

— Все матери такие, — друг усмехается. — Мы для них всю жизнь будем неразумными пацанами. Ну и с нашей работой тревожность вполне обоснованна, сам же знаешь. В любой день можем вернуться грузом двести.

— Да знаю, конечно…

— Кстати, — друг поворачивается набок и смотрит на меня, чуть прищурившись. — Ты же не забыл, что в следующую пятницу у нас открытие мемориала павшим бойцам?  Торжественная церемония будет, и что-то типа банкета.

— Мля, — поморщился. — Совсем забыл… А что, ожидается что-то особенное?

— Еще какое. Там на базе грандиозный шухер творится. Странно, что ты не слышал. Такие люди приедут, товарищ полковник обещал… Настоящие легенды нашего СОБРа. Круто будет увидеть их вживую…

Дисклеймер от автора!

Дорогие мои, добро пожаловать в мою новую историю про настоящих мужчин))

История ОДНОТОМНИК, но ОБЪЕМНАЯ, сразу предупреждаю.

Это не повесть, чтобы «зашел и вышел, прочитал за полчаса».

Эту историю надо смаковать, а не торопить финал.

В ней будет всё и экшен, и боевые операции, и любовь, перемешанная с драмой, и настоящая мужская дружба, закалённая в боях.

И конечно же – заслуженный ХЭ

Кто любит такое — пристегиваем ремни, готовим чай или кофе и настраиваемся на очень увлекательное путешествие.

Ну и не забывайте поддержать книгу на старте: добавляем в библиотеку и ставим сердечки книге. Это очень и очень важно!!!

Держись моей дороги

Я тут рискую вечно.

Какими будут боги –

Никто не знает это

Какими бы словами

Слагались две легенды,

Здесь всё одними нами

Сольётся непременно

ОСТ СЕРИАЛ СОБР

— Это кто, например? — заинтересованно посмотрел на друга.

— Ну как кто? Данил Миронов, он же «Беркут» и Антон Мальцев, он же «Полоз». Они без преувеличения легенды Росгвардии. Особенно полковник Миронов.  Он дважды герой России, ветеран второй чеченской. Настоящий мужик, короче.  Долгие годы руководил отрядом, в частности группой «Альфа», пока по трагическим обстоятельствам не вынужден был уйти в отставку. Почитай на сайте его биографию потом.  А я пока тебе в двух словах расскажу.

И Стрела рассказал такое, отчего я неверяще присвистнул.

— Да ты гонишь? Побывать в таком аду и не схлопотать ни одной пули? Так не бывает.

— Бывает, как видишь.  Были контузии, ушибы, но пулевых никогда за время службы. Поэтому и слухи ходили, что он заговоренный. А боевики дали кличку Миронову: бессмертный командир. Потому что не смогли добыть его голову, как ни старались. А уж не нам ли с тобой не знать, как старательны эти твари в своей охоте. Но ликвидировать Миронова так и не смогли. Даже когда он у них прямо под носом бегал.

— Охренеть. — я задумчиво почесал затылок. — А почему тогда он в отставку ушел?

— А там был лютейший пиздец.  Он семью потерял во время одного из терактов. Пока на службе был, они погибли. У любого бы на его месте крышак… ну, ты понимаешь.

— Жесть, конечно, Кир. Тут и застрелиться недолго. — меня передернуло. — Жуткая судьба.  А сейчас с ним что?

— Да вроде оклемался, женился, если верить слухам, во второй раз.  Где-то в другом городе бизнес открыл.  Это всё, что я знаю.  Но в любом случае он стал легендой при жизни.

— Да уж, — я задумчиво кивнул. — Полагаю заслуженно.  Будет интересно познакомиться с таким человеком.

— Хмм… как думаешь? — Стрела встал и подошел к окну, его взгляд посерьезнел и задумчиво заскользил по полигону. — А мы когда-нибудь дорастем до такого? Чтобы новое поколение считало нас легендами?

—  Если такой ценой, Кирюх, то на хер бы оно сдалось, — фыркнул я.  — Ебись оно всё «Макаровым» через «Калаш».   Не дай бог такого никому, дружище.

— Согласен, Тень. Согласен…

*****

Как я и сказал матери, в субботу утром мы вернулись в город.  А вечером всей дружной компанией, если не считать  смывшегося к семье Гамлета, отправились в Андреевские бани.

Чисто в дружном мужском коллективе посидели. Командир был категорически против всяких девок сомнительного поведения.

Так что посидели, закусили, выпили, попарились. Отходил меня Акела веником от души, так что царапины на полспины остались.

Правда, мужики чего-то ржать сразу начали, как спину мою расписанную увидели.

— Ну и чего ржем? —покосился на них, выйдя из бассейна и обернув бедра полотенцем.

— Да мы Гамлета вспомнили. — Кир чуть не хрюкнул от смеха.  — Командир ему веником такие же царапины оставил как-то раз. Так наш Лёха потом чуть с женой не развелся. Его Надя решила, что он с проституткой трахался. С очень длинными когтями…

— Да, — Вадим ухмыльнулся, развалившись на лавочке с кружкой кваса. — Надя —  особа очень вспыльчивая и темпераментная. И ревнивая к тому же. Вот и устроила мужу разнос.

— И что в итоге?

— Пришлось устраивать следственный эксперимент в бане. — командир хохотнул. — В личном присутствии Надежды. Только после этого она поверила, что Лёха налево не ходил.

— Ну теперь понятно, почему он в парилку не особо рвётся. Душевная травма на всю жизнь.

По помещению пронесся дружный хохот, а Кир не преминул съязвить.

—  Так что выбирайте тщательнее подруг жизни, мужики. Если не хотите потом, чтобы вам мозг сношали двадцать четыре на семь и боевые операции стали казаться раем.

Снова раздался смех, но на этот раз я уже остался в стороне. Снова болезненное прошлое дало о себе знать.

Тщательнее выбирать подруг, дружище, да? А как тут выбрать, сердцу ведь не прикажешь.

Полинку я с первого взгляда застолбил, когда в клубе увидел. Сразу глаз на нее упал, решил, что в лепешку расшибусь, но моей станет.

Зеленый тогда был, только в СОБР работать устроился. Но напора, харизмы и самоуверенности мне было не занимать, так что быстро окрутил Польку.

Пара свиданий, прогулки под луной, жаркий секс.

Ее здорово штырило от того, кем я работаю. Всем подружкам прожужжала, что встречается с крутым парнем из СОБРа.

Так что роман закрутился бурный, и через полгода мы стали жить вместе. А еще через два года Поля со мной порвала.

Причина?  Да потому что поняла, что боец спецназа — это не принц на белом хаммере, а быть женой офицера не так легко и приятно, как ей казалось.

Она такой скандал мне закатила тогда, что мама не горюй.

— Я не могу так больше жить, Дима, — чуть ли не рыдала, размазывая тушь по лицу. — Тебя нет рядом, ты постоянно торчишь на своих чертовых заданиях или в командировках. А я устала ждать тебя, понимаешь? Я хочу веселья, внимания, мужской ласки, в конце концов. И лучшей жизни. Хочу большой дом, соболиную шубку, бриллиантовые сережки. В отпуск на море минимум два раз в год ездить. А твоя зарплата просто смехотворна. Это же сущие гроши. Не хочу всю жизнь по углам мыкаться и кредитами перебиваться.

В общем, мы знатно тогда разругались, а на следующее утро Полька собрала вещи и уехала.

К любовнику, которого успела завести, пока я рисковал головой в борьбе с террористами.

Пока я лежал  в горах на холодной земле, под дождями и шквальным огнем, она в Питере трахалась как последняя шалава.

Как я ее не убил — не знаю.  Повезло, наверное, что военная выдержка сильнее эмоций оказалась.

Да и узнал я о ее измене уже не на горячую голову. Вот и обошлось.

В итоге Полинка через три месяца после нашего разрыва выскочила замуж за Артемия Плотникова, сына одного из «отцов» города, крепко дружащего с самим губернатором. Крупную рыбку отхватила, да.

Простой боец спецназа явно не котировался в сравнении с наследником олигарха и многообещающим молодым политиком.

Херово мне тогда было, что есть, то есть. Забухал по-черному, едва не вылетел из отряда с позорным клеймом.

Спасибо бате и парням из отряда, что вытащили из той ямы, в которую попал.

Оклемался в итоге, вырвал сердце из груди и завязал с серьёзными отношениями.  Снимал в клубах красавиц на пару ночей, и все.

Ничего личного, просто секс.

И всё вроде было неплохо, боль угасла, чувства сгорели, жизнь вернулась в прежнюю колею.

А потом в наш отряд нелегкая принесла младшего брата мужа Полины. И начался настоящий треш.

Денис попал в СОБР явно по блату, потому что обычного парня с такой подготовкой бы не приняли. У него не было ни нужной физической кондиции, ни дисциплины, ни умения слаженно работать в команде.

Лишь голое желание понтоваться корочками и мерзкий характер избалованного большими деньгами и вседозволенностью мажора.

Решил мальчик в войнушку поиграть. А в нашей работе так нельзя.  Мы не играем, а ежедневно рискуем головой, ходя у смерти на прицеле.

А Дэн этого не понимал. Для него служба была чем-то вроде реального компьютерного шутера.

Вот и получил пулю спустя три месяца.  Вполне заслуженно получил. Очень сильно нарывался и таки нарвался.

Выжил, но с войнушкой пришлось завязать. Пожизненно хромать и с тросточкой ходить теперь будет, дебиленок.

Стоит ли говорить, что семья Плотниковых после такого начала искать козла отпущения?  И таким козлом оказался я.

Плевать им было, что их пацан нарушил приказ командира, что сам подставился и подставил всю группу под огонь, что из-за него мы чуть не упустили банду и не получили массовые жертвы среди гражданского населения.

Плотниковы на это закрыли глаза.

А я стал удобной мишенью. Бывший бойфренд жены старшего брата, который решил отомстить сопернику через его младшенького, так неудачно попавшего в тот же отряд.

Очень удобная версия.

Изначально Плотниковы меня хотели выкинуть с позором из отряда, но генерал Степанов заступился. Поскольку знал меня и помнил, как я отбивал его внучку у похитителей.

 Он и выбил для меня компромисс. Перевод в московское отделение СОБРа.

— Прости, Дима, большего я сделать для тебя не смогу. Давление идет страшное, и даже у меня связаны руки.

— А как же справедливость, товарищ генерал? — горько усмехнулся я тогда. — Все же знают, что Денис сам виноват. Любого другого на его месте выперли бы сразу за профнепригодность. А из него делают жертву.

— Справедливость…  Иногда ее не удается добиться, к сожалению, — Степанов тяжко вздохнул и хлопнул меня по плечу.  — И с этим приходится мириться. А иногда нужно время, чтобы она восторжествовала. Порой даже годы на это уходят. Но ты не думай, все мы знаем, кто на самом деле прав. Весь отряд за тебя горой, поэтому никто уволить тебя не позволит. Но перевестись в Москву придется, капитан. Это в твоих же интересах, поверь.   И для тебя это будет повышением, считай.

Ну я и согласился, куда было деваться. Понимал, что ерепениться смысла нет.

Но самое поганое было в том, что ко мне посмела заявиться Полина. И ладно бы извиниться пришла за выходки родственников в законе, так нет, она начала тоже на меня бочку катить.

—  Дим, уезжай из города, пожалуйста.  Не порть жизнь ни мне, ни себе.

— И чем это я тебе порчу жизнь, а, Полечка? — смерил яростным взглядом ту, которую несколько лет назад любил больше жизни.

 И от одного вида которой теперь тошнило. Несмотря на дорогие шмотки, выглядела Полька как вульгарная дешевка.

 А внутри была просто пустышкой. Та девушка, в которую я влюбился  когда-то, либо исчезла, либо ее никогда и не было.

Просто кто-то уж очень хорошо притворялся.

— Зачем ты это сделал с Денисом, Дим? Разве он виноват в том, что я не вышла замуж за тебя?

— Хочешь правду, Поля? Твой Денис — моральный урод, которого нельзя подпускать к оружию на пушечный выстрел. И спецназовец из него, как из тебя поэтесса. Он пострадал по своей вине, я тут и близко ни при чем.

— Но Плотниковы считают иначе. А муж меня еще и жутко ревнует. Считает, что я к тебе неровно дышу, скандалы устраивает. Поэтому уезжай, прошу тебя. Так будет лучше для всех.

— Я-то уеду, Полина, — зло сплюнул, — а вот ты останешься плавать в дерьме, которое принимаешь за озеро с шоколадом. Только когда опомнишься, звонить мне не надо. Помни, что свой выбор ты сделала.

Вот так вот выбрал я на свою голову один раз.

Бросился в омут любви с головой, и пришлось потом спешно менять жизнь.

И хоть в итоге всё обернулось к лучшему: и в Москве я прижился, и звание майора получил, но зарекся вляпываться в любовь, что называется…

Так что Кир в этом явно не прав. Отношения с женщинами — это чистая игра в русскую рулетку с револьвером, где только в одной камере из шести нет пули…

И играть в это снова я не был готов. Привык уже быть одиноким волком. С моей профессией это, пожалуй, только к лучшему.