Межгалактический экспресс на Харму

Сердце колотилось так, будто пыталось проломить грудную клетку. Чёрный ход развлекательного лайнера «Звездный странник» манил огнями и обещанием новой жизни, но сейчас казался неприступной крепостью. Я, задыхаясь, прижалась к холодной стене, пытаясь унять дрожь в коленях. Билет на борт стоил целое состояние, которого у меня, разумеется, не было. Оставался лишь один шанс – проскользнуть незамеченной. Натянув на лицо наглую улыбку, я шагнула в освещенный коридор, стараясь излучать уверенность. 

– Эй, красотка, куда это ты направляешься? – прогремел грубый голос. Передо мной вырос широкоплечий распорядитель с лицом, словно высеченным из камня. 

– Я… я новая певица! – выпалила я, стараясь не заикаться. – Меня ждет менеджер, чтобы обсудить контракт. 

Распорядитель скептически приподнял бровь. 

– Певица, говоришь? А документы где? И что-то я тебя не видел в списке прибывающих артистов, – хмурится здоровяк окидывая меня с ног до головы медленным, сканирующим взглядом. 

Прежде чем я успела придумать правдоподобное оправдание, он кивнул в сторону, намекая, что мне надо идти с ним. Я то понимаю, что от этих выяснений ничего не измениться, так как я хоть и певица, но явно ни лицом ни голосом не вышла, чтобы развлекать публику на таком лайнере. Сюда только звезд приглашают, или тех, кто ими скоро станет. А у меня ни продюсера, ни денег на раскрутку. В общем, я голодранка голожопая, при том в прямом смысле, так как на мне реально сейчас нет  белья. 

Я начала шарить взглядом по входящим по трапу служебного входа в поисках кого-то знакомого, кто мог бы подтвердить мою личность, а мой мозг лихорадочно соображал чтобы такое придумать, чтобы меня пропустили внутрь. 

И тут я увидела их. Два силуэта, высоких и грациозных, выделялись на фоне толпы. Хармиты. С первого взгляда их можно было принять за людей, если бы не смуглая кожа и длинные, львиные хвосты, покачивающиеся в такт движениям. Идеальные лица с высокими скулами, чувственные губы, в глазах – древняя мудрость и хищный интерес. Я узнала их сразу. Те самые мужчины, что вчера вечером помогли мне выпутаться из неприятной ситуации в баре. Эти двое… Я бросила их, оставив разбираться с разъяренными громилами. Кровь отлила от лица. Все внутри похолодело, сковало ужасом, но вдруг решило переплавиться в возбуждение, которое я так отчаянно пыталась скрыть вчера.

Они шли прямо ко мне. Сердце забилось как бешеное, дыхание сперло. Ноги словно приросли к полу. Все тело охватила дрожь. В животе вспыхивало жаркое пламя. Они приближались, и страх смешивался с неистовым желанием. Боже, что же сейчас будет… Этот взгляд… Они смотрели на меня так, словно видели насквозь. Словно знали все мои тайные фантазии. 

Распорядитель, видимо, заметил мой ступор и проследил за моим взглядом. На его лице отразилось замешательство, а затем – почтительный поклон. Хармиты, судя по всему, пользовались немалым уважением на "Звездном страннике". 

– Знаешь их? – тихо спросил распорядитель. 

– Да, – идея пришла в мою голову молниеносно. – Они меня вчера и позвали на лайнер. Сказали, что такого голоса не слышали никогда, – и делаю свои самые честные глаза, смотрю на здоровяка. 

– Хорошо, – бурчит от недовольно. – Внесу тебя в список персонала. Как тебя звать?

 – Лара, – представляюсь. 

– А дальше? – спрашивает распорядитель. 

– Просто Лара, – бросаю и закинув сумку на плечо пытаясь протиснуться мимо него. – Псевдоним у меня такой сценический, – бросаю уже через плечо, мысленно радуясь, что проскочила и меня никто не остановил. Вот только те двое явно меня видели и сейчас запросто догонят, а тогда остануться от меня только рожки да ножки, потому что они не простят мне вчерашней подставы. 

– Твоя каюта шестнадцать, на втором ярусе, – кричит мне вслед здоровяк. – Куда вы это потащили? –  распорядитель уже отвлекся от меня и покрикивает на кого-то другого, так что я облегченно выдыхаю, но ненадолго. Боковое зрение видит две фигуры приближающиеся ко мне. Хотя нет, это не боковое зрение, это моя многострадальная и бедовая попа ощущает, что на нее выдвигается большой звездец в виде двух хмурых хармитов. 

Найти шестнадцатую каюту не составило труда и открыть ее тоже, стоило мне имя свое назвать. Сейчас зайду, запрограммирую все под себя и буду в полной безопасности. 

За спиной закрывается дверь, и только тогда я понимаю, что в каюте уже кто-то есть. Как они оказались здесь раньше меня? Как такое возможно? 

Передо мной стоят  два  хармита. Оба с  короткими черными волосами и пронзительными взглядами, один  слегка наклонил голову, а второй  окинул меня оценивающим взглядом, от которого по коже побежали мурашки.

– Лара, верно? – произнес черноглазый бархатным голосом. От его голоса по телу разлилось тепло. 

– Мы рады снова тебя видеть. Не думали, что встретим тебя здесь, – голос второго заставил меня дрожать. Он был тихим, но в нем чувствовалась невероятная сила и властность. – Надеюсь, ты не думала, что мы позволим тебе просто так уйти?".

Я проглотила комок в горле. 

– Я… я не знала, как вас благодарить. Вы меня спасли вчера, – мое блеяние звучало жалко. 

Они знали, что я вру. Они знали, чего я хочу. И этот взгляд… этот взгляд говорил о том, что они тоже хотят меня. 

– Мы подскажем, – произнес тот, что стоял ближе и щелкнул пряжкой ремня. 

– И вообще, ты не хочешь забрать свои трусики? – у второго в руках оказалось мое белье, которое я так щедро оставила им, когда вчера сбегала. 

– Оставьте себе, у меня еще есть, – произношу и пячусь к двери, но слишком поздно. Я попала. 

Накануне вечером

В животе предательски заурчало, но это был не голод, а чистой воды страх. Я поправила облегающее платье, блестки которого должны были хоть немного отвлечь внимание от дрожащих рук, и глубоко вздохнула. 

Хозяин бара, здоровенный вортианец по имени Грок, продолжал буравить меня своими маленькими, глубоко посаженными глазками.

– Все поняла? – прорычал он, и от его дыхания пахнуло дешевым ромом и еще чем-то отвратительным, инопланетным. 

– Да, Грок, – пролепетала я в ответ, стараясь не смотреть на его мясистые щупальца, которыми он сжимал мое плечо так, что казалось, кости сейчас хрустнут.

Он отпустил меня и тяжело зашагал к своему кабинету, оставив после себя густой запах пота и опасности. Я постаралась взять себя в руки. 

"Все будет хорошо, Лара, просто спой песню и сделай вид, что ничего не происходит", – твердила я себе, словно мантру. Но сердце бешено колотилось, а в голове роились самые мрачные мысли. Что такого могло случиться? Кто-то важный придет в бар? Грок замешан в каких-то темных делах? И какое я имею отношению ко всему этому?

Звуки музыки стали громче, сигнализируя о моем выходе. Ну вот и все, пора. Я шагнула на сцену, стараясь улыбаться. Свет софитов ударил в глаза, и я на секунду ослепла. В зале было полно разношерстной публики: гуманоиды с разных планет, мерцающие эндоплазматические формы жизни, роящиеся в углу группы маленьких, похожих на насекомых существ. Публика обычная для "Звездного скитальца", бара на спутнике Ксор’Так, известного больше своими сомнительными развлечениями, чем крепкими напитками.

Я взяла микрофон и поздоровалась, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее. 

– Добрый вечер, дамы и господа, и все остальные! Сегодня я исполню для вас…, – запнулась , вспоминая список песен, который Грок обычно мне давал. Но сегодня он ничего не давал. Сегодня он просто угрожал. – …сюрприз! – выдохнула я и начала играть первую попавшуюся мелодию на клавитаре.

Волнение нарастало. Я понимала, что каждое мое движение, каждое слово сейчас под пристальным наблюдением. Не только посетителей бара, но и Грока, который наверняка смотрит на меня из своего кабинета. И от кого-то еще, кого я пока не видела, но чье присутствие чувствовала кожей. Что ж, Лара, пришло время петь и надеяться на лучшее. И, конечно, не забывать, что Грок сказал: молчать и соглашаться. Другого выбора у меня сейчас нет.

Подписывайтесь на мой телеграм канал "Книжная реальность любви", там вы найдете еще больше горячих артов без цензуры. 

Мелодия полилась легко и непринужденно, пальцы сами перебирали клавиши клавитара, выводя знакомый мотив старой земной баллады. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться только на музыке, отгородиться от гнетущего чувства тревоги, которое с каждой секундой становилось все сильнее. Пела о любви, о далеких звездах, о надежде, которой так не хватало в этом пропитанном пороками месте.

Но что-то было не так. Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Взгляд. Тяжелый, изучающий, пронизывающий. От него по спине пробежали мурашки, и я невольно запнулась, сбившись с ритма. Открыла глаза и снова окинула взглядом зал. Толпа казалась все той же: шумной, пестрой, равнодушной. Но взгляд остался. Я почувствовала его снова, словно прикосновение холодной руки.

Мои глаза проскользнули по столикам и остановились на двух мужчинах, сидевших в полумраке у дальней стены. Они выделялись из толпы. Высокие, статные, с тонкими чертами лица и пронзительными, глубокими глазами. Они были невероятно красивы, будто сошли со страниц древних легенд. И похожи друг на друга. Братья? Наверное. Их взгляды были прикованы ко мне, и от этого взгляда у меня перехватило дыхание.

Может быть, это они? Те самые важные персоны, из-за которых Грок так нервничал? Но они не выглядели опасными. Напротив, в их взглядах читался интерес, даже… восхищение? Я не могла этого понять. Почему именно я? Почему сейчас? Музыка снова полилась, и я постаралась взять себя в руки. Но теперь пела уже не для публики, а для них. Для этих двух незнакомцев. 

Мелодия докатилась до конца, последний аккорд растворился в воздухе. Потом заиграла вторая песня, более ритмичная. Я попыталась расслабиться, отдаться музыке, но их взгляды преследовали меня. Я знала, что они там, в зале, смотрят. Не понимаю, что им нужно, но я должна играть, должна петь. И снова закончила. Третья пролетела как в тумане. Снова аплодисменты, снова поклон, стараясь не смотреть в сторону тех двоих. Аплодисменты показались оглушительными, хотя, может, это просто нервы шалят. С облегчением отступила за кулисы, в полумрак гримерки. Здесь было тесно и душно, пахло старым гримом и дешевыми духами. Я прислонилась спиной к холодной стене, пытаясь отдышаться.

Перерыв. Слава богу. Я быстро проскользнула в гримерку, схватила бутылку воды и сделала большой глоток. Только сейчас почувствовала, как сильно у меня дрожат руки. В зеркале на меня смотрело испуганное лицо с  возбужденно выпученными глазами, и предательским румянцем на щеках. 

В дверь постучали, и в гримерку протиснулся Грок. На его мясистом лице застыла странная улыбка, от которой мурашки побежали по коже. 

– Неплохо, неплохо, Лара, - прорычал он, обдавая меня смрадным дыханием. – Еще три песни, и я познакомлю тебя кое с кем. Это будет… интересно.

 С этими словами он вышел, оставив меня в полной растерянности и страхе. Его “интересно” и мое, очень сильно отличались. У этого гуманоида только кредиты на счету, за которые он продаст родную маму, если еще не продал.