Меланья и колдун

- Алло, - она старалась с первых звуков придать своему голосу ровную холодность. Нужно, чтобы он понял, что ей до него совершенно параллельно.

Прошли долгие три года с их последней встречи. Она прожила их в полном одиночестве, если не считать демонов, призраков и прочей нечисти. Она научилась скрывать даже от самой себя бесконечную всепоглощающую тоску. Никому не было дела до её души, до переживаний, которые тяжёлыми комьями мокрого снега налипали и не давали идти дальше, до пронзительного воя по ушедшей лёгкой юности и первой любви. Каждая ночь начиналась со страха опять не заснуть до утра, гоняя в воспаленном от бесполезных мыслей мозге возможные повороты её судьбы.

Сдалась ей тогда эта Москва, всю жизнь порушила. Может сейчас и мать была бы жива, и не знала бы она нечисти идущей от её прародительницы. И вообще бы не знала эту прародительницу. И всё было бы по другому.

Мелана вздохнула, забыв, что на том конце провода он.

- Привет, - его голос звучал несмело, будто прощупывал, как она и где. Милке даже представились длинные тонкие щупальца-усики, вытягивающиеся из микрофона и трогающие всё вокруг.

- Привет, - не изменяя тона ответила она. Изо всех сил она старалась не дрогнуть, не обнаружить свою слабость, хотя в душе и во всём теле полыхал пожар. Да, тогда она его отпустила. Да, это было в тот момент самым лучшим и простым решением. Но в душе он всё равно остался. Он сидел там глубокой занозой, выдернуть которую было невозможно.

- Мил, прости, что звоню, но нужна твоя помощь... - он молчал, ждал. Она молчала тоже. Ей хотелось верить, что ему нужна она, но нужна была помощь...

- Мил, ты меня слышишь?

Бессовестный, бездушный, даже не спросил как она и как у неё дела. Мужчина... Звонок по делу: спросить, решить и жить дальше. "Пошёл к черту!!!" - безумно хотела крикнуть она в трубку, крикнуть изо всех сил, так громко, чтобы он оглох от её выброса, но вместо этого спросила:

- Что тебе нужно?

На том конце провода облегчённо выдохнули:

- Я думал ты не захочешь со мной разговаривать, спасибо, что трубку не бросила. Как ты? Как жизнь?

- Тебе нужна от меня помощь? Чем я могу тебе помочь? - Мила смотрела на качающуюся за окном сирень и ждала ответа.

- Тут такое дело, мы похоже в историю нехорошую вляпались. История по твоей части. Бабка непростая попалась, мы её того, а она никак не отвяжется. Мучает, пугает. А у меня Сашка беременна, ей волноваться никак нельзя. Вот я про тебя и вспомнил, поможешь?

Всё рухнуло в один миг. Что там она себе представляла? На что надеялась? О чем мечтала? Вот дура. Мила только для дела, а беременна Сашка. Мила поможет, а Сашке будет хорошо. Мила возьмёт на себя всю гадость, а Сашка в шоколаде. Нет, не могу, не буду, не хочу... Гори оно всё синим пламенем. Меланья нажала на красную кнопку. Нет меня, я в домике. Она заперла входную дверь и пошла в бабулину комнату. Только здесь ей было спокойно, только здесь она обретала равновесие. Из передней доносился настойчивый звук входящего звонка на телефон. А она плакала, плакала упав лицом в подушки, с надрывом, громко, изливая всю накопившуюся боль.

Всё когда-нибудь кончается. Кончаются и слёзы. С опухшими глазами Меланка пошла в ванную, долго смотрела на себя в зеркало, ругая за слабость.

- Ты просто ведьма, - на полном серьёзе сказала она своему отражению. - Чего ты хочешь? Всё что нужно у тебя имеется, про любовь забудь. Не сможет обычный мужчина твою силу и нрав вытерпеть. А искать под стать где? Эх...

Она уверенно пошла в переднюю, взяла в руки мобильник и набрала Лёхин номер.

- Связь пропала, - не моргнув и глазом соврала она. - Если нужна помощь, то приезжай в деревню. Помнишь адрес? Или продиктовать?

- Да, помню. Мы дня через два приедем, я тебе позвоню, когда точно будем знать дату. Спасибо! Спасибо тебе!

- Благодарить будешь, если помогу, а так - не распыляйся, - обрезала его Милка.

- Конечно поможешь, я в тебе нисколько не сомневаюсь, ты же профи в этих делах. Ещё раз, спасибо. Позвоню. Пока.

Он первый повесил трубку. Нет сомнений, её в его жизни больше нет. Вот так. Идём дальше.

Мила привела себя в порядок и пошла в местный продуктовый магазин, ужас как захотелось шоколада.

________

Дорогой читатель, рада приветствовать на страницах моей новой книги. Здесь я пишу продолжение истории про молодую ведьму Меланью.

Предысторию рождения вы мажете узнать из книги "Седьмая из рода проклятых" https://litgorod.ru/books/view/39452

Историю становления, принятия выбора и своего пути можно прочесть в книге "Меланья. Ведьмина внучка" https://litgorod.ru/books/view/41479

Все книги бесплатные.

Лёха приехал не через два дня, а только через неделю. Сказать, что Мила его ждала, это неправильно. Правильней: она боялась его приезда, и даже не встречи с ним, а своей реакции. Зная себя, она не могла быть уверенной в спокойствии. Тем не менее, когда он позвонил второй раз, было гораздо легче разговаривать. Отпустила. Ну и славно.

Мелана смотрела в окно, как к дому подъехало такси. Лёха выскочил с пассажирского переднего, обежал машину и, открыв заднюю дверь, подал руку. Очень бережно он помог ей выбраться из салона и махнул водителю, чтобы тот уезжал. Приобняв подругу, медленным шагом парочка направилась к калитке, а затем по тропинке к дому.

Мила вышла навстречу и показала рукой на лавку около крыльца, приглашая присесть.

- Что, даже в дом не пустишь? – умоляюще посмотрел на неё бывший. – Сашка с дороги устала, седьмой месяц уже, тяжело ей.

Живот торчал под лёгким сарафаном как большой арбуз. Мила невольно улыбнулась, почувствовав нежность к ещё неродившемуся малышу, но решения не изменила.

- Пока в дом нельзя, сначала здесь посмотрю, погода тёплая, ничего страшного.

- Мил, ну ты чего, вредничаешь что ли? – не успокаивался Лёха.

- Уймись, сказала здесь, значит здесь! – прикрикнула на него Меланья. – И тебя прошу уйти подальше, на тебе всё равно ничего нет. С ней буду разговаривать.

Мила чувствовала, что от девушки идёт холод мертвяка, но не такой, как от тех кто умирает, а будто её тянут туда.

Лёха понял, что Милку не переубедить. Он чмокнул свою беременную девушку и ушел на другую сторону участка, к бане. Оттуда он мог следить за всем происходящим, только было неслышно, далеко.

- Как твоё имя? – спросила Меланья испуганную девушку.

- Александра, - ответила она. – Лёшик говорил, что Вы мне поможете. Мы уже где только не были, всё равно не отпускает.

- А что у вас случилось? Твой муж мне ничего не рассказывал, просто попросил помочь, - Милка заметила на правом безымянном пальце золотое колечко. – Так что рассказывай всё с самого начала и ничего не скрывай. Чем лучше картину увижу, тем скорее помочь смогу.

- Вы знаете, всё началось примерно полгода назад, - начала Сашка. - Парни тогда с дела вернулись, и все вместе к нам в квартиру завалились, как обычно после ходки пьяные и голодные. Я их накормила и разогнала по домам, Лёшика спать отправила, а сама на кухню ушла. Он так храпит, когда нетрезвый, не то что спать, а находиться рядом невозможно.

Мила ухмыльнулась, этот храп она тоже помнила, сама на кухню уходила. А Саша продолжала:

- Сижу, чай пью, книжку читаю, и вдруг так холодно стало. Я Вам не вру, у меня пар изо рта пошёл. Я скорее к форточке, думала, она открылась, но там всё заперто. Поворачиваюсь от окна к столу, а там бабка сидит и на меня в упор смотрит. Я испугалась, к холодильнику прижалась со страху, а она как заорёт: «Отдайте!». И исчезла. Я думала, что у меня из груди сердце выскочит. Такая жуть.

К Лёшке сразу побежала, будить его начала, но разве его в таком состоянии поднять? Так и сидела с ним рядом, пока он сам не проснулся.

- А дальше что? Вы же не из-за этого ко мне приехали? – совершенно без эмоций уточнила Мелана.

Саша опустила голову и продолжила:

- Эта бабка раньше ко мне пару раз в месяц являлась. Покажется, закричит и исчезает. Потом она стала приходить чаще и чаще, потом уже не исчезала сразу после крика, подходила ко мне вплотную. А теперь она ко мне руки тянет, задушить меня хочет, - девушка закрыла ладонями лицо и громко заплакала. - Я теперь оставаться одна совсем боюсь, она меня убить хочет.

Лёха увидел, что Сашка ревёт, и сорвался с места, желая спасти свою жёнушку, но Милка подняла руку в запретительном жесте. Парень сел обратно. Зная о способностях рыжей, он не стал рисковать, не съест же она её в конце концов.

- Почему ты не отдашь ей то, что она просит. Судя по интонации, вы забрали у неё что-то очень дорогое. И самое логичное в этой ситуации – это вернуть хозяйке её вещь. Что тебе Лёшик подарил после той ходки? – расспрашивала девушку Меланья.

- Да в том то и дело, что они вообще тогда ничего не поимели, наводка на схрон была, но парни ничего в том доме не нашли. Вернулись совсем пустые, - оправдывалась Саша.

- Такого не может быть, просто так старуха бы не увязалась. Я пойду за картами в дом, а ты здесь сиди, сейчас вернусь, - Мила скрылась за дверью буквально на минуту, взяла мешочек с картами и вернулась во двор.

Рядом с Сашей уже сидел Лёха и, прижимая к груди любимую, нежно поглаживал её по спине.

- Мил, ну чего ты ей наговорила? Последние месяцы, врач строго настрого запретил нервничать, а она ревёт, - набросился он на Милку с обвинениями.

- Я то ничего ей не говорила, а вот ты мне сейчас расскажешь, что там у вас за тёмная история. И правду говори, а то бабка твою жёнушку с собой заберёт, - с серьёзным лицом заявила парню Мелана. – Непонятно конечно, почему она на неё набросилась, а не на того, кто забрал её вещь. Но факт остаётся фактом.

Достав колоду, Мила долго перемешивала карты. Потом прикрыла глаза на несколько секунд, мысленно обращаясь за помощью, и начала расклад.

- На неё вину сбросили, как на неважный элемент. Мучения эти другому предназначались, тому, кто действительно взял вещь призрака. Но тот... - Мелана подняла глаза на Лёху и спросила, - Среди вас есть колдун?

Парень аж опешил от такого заявления. Он на минуту задумался, перебирая на память своих ребят, но потом уверенно ответил:

- Нет среди нас колдунов, я бы понял. Все ребята свои, проверенные, не раз уже вместе ходили. А если бы что было такого, я бы точно заметил.

- Рассказывай про схрон, - приказала Меланья.

- А чего про него рассказывать, инфа дошла, что в заброшенной деревне есть чем поживиться, но никто туда сунуться не решается. Типа ведьма там жила. Но мы ж парни смелые, поперлись туда... А в итоге ничего там не нашли... Только вот это, - он махнул в сторону Сашки.

- В дом ведьмы ходили? - вытягивала из него информацию Мила.

- Конечно ходили, на него наводка и была.

- Что оттуда вынесли? - вытянув очередную карту она помахал ей перед лицом парня. - Не простую вещь вынесли, ведьмин артефакт, не оставит в покое, пока не вернёте.

- Да пусто там было, точно говорю. Мы только кости ее похоже того... Побеспокоили, - будто оправдываясь рассказывал Лёха. - Она на сундуке кованном лежала в подполе, а мы крышку открыли и её скинули на землю. Может от этого злится?

- Нет, вы у неё вещь взяли. Нужно вернуть.

Собрав карты в мешочек, Мелана встала.

- Всё, можете идти, - она в провожающем жесте протянула руку в сторону калитки.

- Как всё? Какой всё? Мил, ты же помочь обещала, я на тебя надеялся, из Москвы сюда пёрся, её тащил, - он указал на плачущую жену. - Ты не можешь это так оставить, помоги по-нормальному, - умолял парень.

- Я помогла, причину появления мучащего её призрака выяснила, а теперь сам доделывай. Ищи, выясняй. Найдешь ведьмину вещь, отвези ей в дом и откуп не забудь. Так оставишь - жену потеряешь. Решай, всё теперь в твоих руках, - спокойно пояснила Меланья.

Лёха со злостью выругался. Кто это? Приедет всех разнесёт. По косточкам пересчитает, все карманы повыворачивает.

- Мил, а можешь ей что-нибудь успокаивающее дать, чтобы засыпала быстрее, а то по полночи сидит в темноту таращится, пожалуйста.

Мила видела, как ему трудно, он надеялся сегодня всё решить, а тут... Но сами виноваты, нечего по чужим домам лазить. Зацепили гадость - извольте платить.

- Я сбор дам травяной, заваривай по чайной ложке на стакан и пей, но только перед сном. Полегче станет. И с этим вопросом не тяните, чем быстрее отдадите что взяли, тем лучше.

Лёха вызвал такси, усадив жену назад, он помахал на прощание Миле и уехал. Меланья ещё немного постояла на крыльце и пошла в дом. Ей было жалко Сашку, она не в чём не виновата. Но чтобы ей помочь, Лёха должен сам потрудиться, найти чужака в своей стае и заставить его вернуть чужое.

Лёха по приезду в Москву сразу же созвал пацанов. Жена всю дорогу плакала и умоляла его вернуть чужую вещь. Закалённому множеством проблем парню женские слёзы были как пытка, Сашка просила, а он ничего не мог сделать.

Собрались на квартире у Малого, тот жил один, ещё не обзавёлся семьёй. Четверо разношёрстных парней сидели за столом и ждали слова лидера. Лёха не спешил, он стоял, прислонившись к косяку кухонной двери, и внимательно разглядывал каждого. Милка предположила, что один из них колдун? Всех он знает давно, никогда не замечал подозрительного.

- Харэ томить, Леший, - первым не выдержал Малой. – Говори, чего позвал, время деньги.

Малым его звали чисто по приколу, этот здоровенный детина имел богатырскую силу, на схроны без него никогда не ходили. Малой мог запросто поработать лебёдкой при необходимости. Сильный, но правильный, вряд ли за спиной делать будет. Лёха отмёл его сразу. Да и тогда он постоянно рядом был, на виду.

- Точно, - подхватил его Нерв. – Мне ещё до Сходни нужно сегодня добраться, дело там срочное.

Нервом его звали потому, что он взрывался от любого выпада в его сторону, часто затевал драки, вечно харахорился и кипешевал. Небольшого роста и спортивного телосложения он безвылазно пропадал в спортзалах, но был надёжным и преданным. В нём Лёха тоже был уверен.

Остались ещё двое, флегматичный Слон, который на схроны ездил без особого энтузиазма. Его любимым занятием было искать инфу в интернете, проверять её и передавать парням. В тот раз он был с металлоискателем и обходил двор заброшки, выискивая нужный сигнал. За ним практически не наблюдали, так как были заняты обследованием дома. Но похож ли он на колдуна?

И Лещ, худой высокий тёзка Лёхи. Он примкнул к компании последним, привёл его Слон два года назад, познакомились через интернет. Лещ каким-то невообразимым способом вычислял именно те дома, где находили самую богатую наживу. Как он это делал, никто не знал, но со времён его появления в банде дела пошли в гору. Парни начали шиковать. Лёха даже решился на семью, о которой с детства мечтал. Леща все ценили, но толком его никто не знал. Душу по пьяни он так и не раскрыл, вёл себя со всеми ровно, никаких особенностей не проявлял.

- Ребзя, - начал Лёха, - полгода назад мы были в доме так называемой колдуньи, помните? Тогда ещё ничего там не нашли и ржали над прикольной обстановочкой в подвале.

- Конечно помню, пока вы там в доме ржали как кони, я с этим металлоискателем по задворкам лазил, хорошо, что хоть снега не было, промёрз до костей.

- Ладно, Слон, не жалуйся, ты ж у нас как морж, весь жиром оброс. Такие, как ты не замерзают, - разразился хохотом Нерв.

- А меня там чуть балкой не прибило, когда в дверь входили, - вспомнил Малой. – Хорошо я первый пошёл, а то Леща бы точно поломало.

Лёха вспомнил, что тогда Лещ первым рвался в дом, и искал он там не что-то, а именно подвал. И в подвале не побоялся кости на землю с сундука скинуть. Сундук открыл и долго светил по пустому дну фонариком, пока они по стенам засушенных кошек и лягушек разглядывали и ржали.

- Что дальше-то, не тяни, говори быстрее, - Нерв жамкал в руке эспандер, перекладывая его то в левую, то в правую ладонь.

- А то, что там была какая-то вещь, которая принадлежала этой старухе. И эту вещь кто-то из вас взял, - Лёха неотрывно следил за реакцией парней, он подмечал каждую ухмылку и отвод глаз.

Парни непонимающе переглянулись, первым хохотнул Нерв:

- Леший, ты что? Ты ж сам видел, что там вообще нечего было брать. Разве только кошечку сушёную, твою жёнушку попугать. Вообще зазря прокатались, что-то Лещ сплоховал, выбирая деревню.

Лещ мгновенно огрызнулся:

- Инфу проверять надо было лучше, это Слон виноват, что не туда поехали, я вообще не причём.

- Стоп, - оборвал чуть было не начавшуюся перепалку Лёха. – То, что мы ничего не нашли – ладно, проехали. Я спрашиваю, кто нашёл что-то лично для себя и не сказал об этом?

Все отрицательно молчали. Малой мешал сахар в большой кружке, Нерв методично двигал челюстями, жуя жвачку, Слон как обычно зависал в интернете со смартфона (Лёха был уверен, что он и не слышал половины разговора). Что делал Лещ? Он беззвучно шевелил губами, будто что-то проговаривал, руки его были под столом.

- Лещ, что ты нашёл в том пустом сундуке, - решил взять его нахрапом Лёха.

Но когда обвиняемый поднял на него свои чёрные глаза, Лёхе стало не по себе. Взгляд пронзал холодом до самых костей. Головокружение и тошнота подступили и заставили тело приземлиться на табурет. Далее всё происходило как во сне. Леший всё видел и слышал, но не мог решать и действовать по своей воле. Мысли мутные, движения, будто на автомате. На других это похоже действовало также. Лещ водрузил на стол литровую бутылку спиртного, и началась попойка. Последнее, что врезалось в память, был властный приказ: «Забыли всё!»

Дома Лёха оказался далеко за полночь, совершенно в невменяемом состоянии и сразу бухнулся спать. Он даже не обратил внимания на то, что жены в квартире не было, рухнул на диван как подкошенный и захрапел.

* * *

А Мила никак не могла заснуть. Её не покидала мысль, о том, что она неправильно поступила, отпустив Лёху самого разруливать ситуацию. Если в близком окружении колдун, и парни об этом даже не догадываются, то вряд ли у него получится заставить вернуть его ведьмин артефакт. Наверняка тот применит отвод глаз или затуманит головы, а наутро никто ничего не вспомнит.

Бедная Сашка, мучается по чужой вине, а с ней и ребёночек страдает. Милка вспомнила, как малыш ей улыбнулся. Хороший мальчишечка, крепкий, здоровый, другой бы давно уже сдался, а этот – улыбается.

Накинув на плечи шаль, Меланья вышла на крыльцо, подышать свежим воздухом. Почти полночь, в деревне тихо, только кузнечики бешено стрекочут. Фонари освещают единственную центральную улицу, на которой нет ни единой души. Кое-где в окнах горит свет. Хорошо здесь, спокойно, но похоже придётся ехать. Не сможет она себя простить, если не поможет тем, кто к ней обратился. Будет постоянно вспоминать и на душе неспокойно. "Утром встану, сразу ему позвоню", - подумала она, - "а сейчас спать".

Ночь была беспокойной, вдруг приснилась бабуля. Давно ведь не являлась, а тут стоит, молчит и на Милку с укором смотрит. Внучка хотела подойти ближе, спросить, чем недовольна, но старушка запретила, только себя по груди в области сердца ладонью похлопала и исчезла. К чему такое? Ладно, поживём увидим.

Утром Мелана сходила на службу в местную церковь, свечи поставила и маме и бабушке, поминальную заказала. А вернувшись домой, набрала Лёшке. Он трубку взял не сразу, а только на второй звонок:

- О, привет, какими судьбами? Сто лет не звонила, чего вдруг? – услышала она в трубке знакомый голос.

- А то, что ты с женой ко мне позавчера приезжал – это не считается? Или забыл уже?

На том конце повисла напряжённая тишина.

- Мил, она от меня ушла… Я ничего не понимаю, мы к тебе приезжали? Бред… - бессвязно говорил Лёха.

- Найди её, найди как можно скорее. Можешь домой не тащить, главное удостоверься, что с ней всё в порядке. И ещё, со своими парнями пока не встречайся, придумай какую-нибудь отмазку, знаю, у тебя хорошо это получается, - давала она короткие наставления.

- А что случилось то? Можешь объяснить? – непонимающе бормотал он в трубку.

- Приеду, поговорим. Сашку найди, и смотри, чтобы с сыном ничего не случилось. Всё, пока. Я позвоню, - Мила закончила звонок и полезла в интернет заказывать билет на поезд до Москвы.

Лёха уставился на телефон непонимающим взглядом. То, что от него ушла Сашка, он понял по отсутствию её вещей. И то, она забрала не всё, и значит, точно вернётся. Почему ушла жена, он тоже понимал. Вчерашняя пьянка затянулась, да и вообще он стал часто зависать вместе с пацанами, да ещё потом вёл себя, как настоящая свинья. Сейчас он помоется, побреется, наденет чистую одежду и пойдёт к Тамаре Петровне, своей «любимой» тёще.

От мыслей о матери Сашки Лёху скривило. Какая же она у неё стерва, за дочку готова всех порвать. Сколько раз уже он выдерживал этот ураган обвинений и оскорблений в свой адрес, сколько раз Сашка сама старалась утихомирить мать и защитить мужа. И не смотря на всё это, при малейшем их конфликте Саша бежала к мамочке.

- Здравствуйте, Тамара Петровна, я за Сашей, - репетировал он перед зеркалом, намыливая щёки гелем для бритья.

Улыбка была совсем недружелюбной, в глазах откровенное презрение, не поверит, ей богу не поверит. Может сначала позвонить? Обрадовавшись хорошему варианту, Лёха быстро нашёл номер жены. Конечно же, трубку никто не брал. Следующий звонок был адресован тёще. Тоже без ответа. Ну ладно, значит, от скандала не отвертеться, и он продолжил сборы.

Тут на телефоне пикнула смс-ка, в надежде, что это от Сашки он схватил трубку и увидел на экране короткую надпись: «Поезд прибывает в 19-20 на Казанский. Встречай»

Он совсем забыл про Милку, что там она ему втирала? Что они с женой к ней позавчера ездили, что Сашку надо найти и ни в коем случае не встречаться с пацанами. Какой бред. Видать она там в своей деревне совсем кукухой съехала, и теперь едет сюда сама, да еще и встретить её нужно. Лёха посмотрел на часы. Одиннадцать утра, ладно, успеет со всем разобраться. Сначала за Сашкой.

Приехав на Садовую, Лёха поднялся на лифте на 9 этаж и, предварительно выдохнув и нацепив улыбку, позвонил в дверь. Никто не спешил открывать. Он звонил снова и снова, пока до него не дошло, что дома никого нет. Где же они?

Спустившись вниз, он сел на лавочку у подъезда и стал ждать. Всё равно придут. Полуденное солнце нещадно пекло голову, похмелье сушило и заставляло подрагивать пальцы рук. «Надо купить водички», - подумал Лёха и хотел уже встать со скамейки, как услышал знакомый голос:

- Явился? Как всегда прощения просить, оправдываться, эх… - Тамара Петровна была какой-то странной. Где презрительный голос? Где витиеватые ругательства в его адрес? Почему просто прошла мимо?

- Тамара Петровна, здравствуйте, а где Саша? Я звонил-звонил, а дверь никто не открыл, - догнал он тёщу и придержал металлическую дверь подъезда, пока та входила.

- И не откроет, - грустно сказала она, - Сашку в больницу положили. Если бы был вчера вечером дома, знал бы.

- А что с ней, вроде всё в порядке было, - забеспокоился парень.

- Лёш, я тебе сейчас скажу, только ты не обижайся, ты такой придурок. Вот угораздило мою дочь в тебя влюбиться, да ещё замуж за тебя вышла, а теперь и сына носит. А ты как был раздолбай, так им и остался.

Лёха последовал за женщиной в лифт, а потом и в квартиру хотел зайти, но она решительно преградила ему дорогу.

- Она твоя жена, имеешь право знать. Езжай в девятую городскую, туда её положили. У врача сам всё узнаешь, а я с тобой даже разговаривать не хочу, - и Тамара Петровна захлопнула дверь прямо перед носом опешившего зятя.

- Тамара Петровна, откройте, - начал колотить он в дверь, но оттуда раздалось громкое «Уйди!»

Делать нечего, раз с тёщей не получилось, узнает всё у врача. До девятой городской больницы недалеко.

- Я к Поспеловой Александре Сергеевне, - сунул он голову в окошко регистратуры.

- Поспелова в гинекологии, второе крыло, третий этаж. Доктор Васильев, сначала к нему, а он уже дает пропуски на посещение, - ответила молодая регистраторша.

- Спасибо, - на автомате ответил Лёха и пошёл во второе крыло.

На третьем этаже стоял турникет и кнопка вызова врача. Лёха нажал и приготовился ждать. В больницах никогда не бывает быстро, тем более с посетителями, это он знал наверняка. Наконец в проходе показался немолодой уже доктор, примерно лет шестидесяти.

- Кто и к кому, - задал он безразличным тоном привычный вопрос.

- Муж к Поспеловой, - также ровно ответил Лёха.

Врач оценивающим взглядом окинул парня с головы до ног, пожевал губы и, хмыкнув, уточнил:

- Мать её только ушла, беременная отдыхает, и беспокоить её сейчас нельзя. Весь необходимый материал для исследований мы взяли, результаты будут не раньше, чем завтра. Больше ничего сказать не могу, - доктор собрался уходить.

- Подождите, подождите, пожалуйста, - попытался задержать его Лёха. – Я с тёщей в контрах, она мне ничего не говорит, расскажите хоть вы. Что с Сашкой произошло? Почему её в больницу положили?

- У вашей супруги асфиксия невыясненного происхождения. При осмотре не выявлено ни инородных предметов в дыхательных путях, ни отёков, мешающих дыханию. Но тем не менее у неё ярко выраженное кислородное голодание и периодические приступы удушья. Мы наблюдаем за ней, есть вероятность отторжения плода, но пока мы справляемся с этим.

Лёха стоял, выпучив на доктора удивлённые глаза:

- Доктор, а с чего это? Всё же нормально было, вчера ещё она себя хорошо чувствовала? Она что-то говорила, рассказывала? Почему она задыхается?

- Молодой человек, её к нам на скорой без сознания доставили, она ничего не рассказывала. Приходите завтра, будут готовы анализы, может картина станет яснее. До свидания, - и доктор быстро удалился к себе в кабинет.

* * *

Поезд медленно подъезжал к вокзалу. Милка закинула на плечо дорожную сумку и направилась в тамбур. Хотелось выйти первой, она так устала от давящего фона из чужих мыслей и эмоций попутчиков, что, не успев приехать, уже так скучала по родной деревне. Там было тихо.

Через окно она заметила, стоящего на перроне Лёху. Вид у него был потерянный. Что-то случилось. Выйдя из поезда, Меланья сразу направилась к парню.

- Привет, - поздоровалась первой она, - как дела?

- Мил, ты зачем приехала? – не ответив на её приветствие и вопрос начал нападать Лёха. – Тут итак проблем выше крыши, а ещё ты со своими просьбами. У меня жена в больнице, врачи не знают что с ней. Я весь на нервах, а ты меня спрашиваешь «как дела». Зачем позвала?

- Понятно, - задумчиво произнесла Мила, - значит, ничего не помнишь? Когда последний раз с пацанами собирались?

- Вчера, а тебе какое дело? Чего я вообще тут с тобой разговариваю? Всё, встретил, пока! – он развернулся и собрался уходить, но Меланья остановила.

- Стой, - приказала она. – Сними крест с груди и мне дай, сейчас же! Лёха, ты меня знаешь, не испытывай моё терпение.

- Да пошла ты, - плюнул он на перрон, сорвал с груди цепочку с крестом и бросил в ноги Милке. В голове тут же началась карусель, ноги перестали слушаться, Лёха спотыкнулся и рухнул всем телом на асфальт.

Падая, он сумел сгруппироваться и не разбить голову. Удар об асфальт получился сильным, но без последствий. Охнув от боли, Лёха сел и потёр ушибленные места.

- Зачем ты это сделала, - со злостью выругался он.

Постепенно головокружение отпускало, картинка перед глазами приобретала чёткие формы, и парень наблюдал, как Мелана, обернув руку пакетом, поднимает с земли его крест.

- Идти можешь? – коротко спросила она.

- Да, - он осторожно встал, стараясь не делать резких движений.

- Там лавочка, пошли, сядем, поговорить надо, - и она первой направилась в указанном направлении. Лёха, как послушный телёнок, побрёл следом.

- Что вчера было? Рассказывай, вспоминай всё что узнал, - Мила выжидающе смотрела на своего бывшего парня.

- Ничего особенного, выпивали с парнями, - буркнул Лёха.

- Кто проставлялся? Какая была причина вашего сборища? – выуживала Меланья информацию.

Лёха задумался, действительно, зачем они вчера собирались? Какой был повод? В голове медленно начали вырисовываться нечёткие картинки воспоминаний.

- Дай руку, - приказала Мила и положила свою ладонь на Лёхину. – Сейчас быстрее пойдет, продолжай вспоминать.

Парень нахмурился, пытаясь ухватить ускользающие мысли, ничего не получалось.

- Откинься, закрой глаза и расслабься, - продолжала командовать рыжая.

Лёха послушался и ощутил лёгкое жжение ладони, на которой была её рука. Жжение усиливалось и распространялось от кисти вверх по предплечью, в плечо, в шею и в голову. Он вспомнил, как они ржали над Слоном. Вспомнил, как Малой просил не орать громко, чтобы соседи ментов не вызвали. Вспомнил одиноко сидящего на диване Леща. Это же он достал литруху. А что было перед этим? Лещ не из тех, кто просто так поить будет. Он что-то говорил, вернее Лёха у него что-то спрашивал…

- Чёрт, Милка, чего ты меня мучаешь? Ну набухались вчера, какая разница, что за цель. Лещ пойло поставил, все пили, весело было.

- Закрой глаза и вспоминай дальше, это важно, - не давала она расслабиться.

Лёха вспоминал. Все вспоминали схрон в доме колдуньи, Слон замёрз, Малой чуть не убился, Нерв ржал над сушеными лягушками. Что делал Лещ? Искал что-то на дне пустого сундука. А Лёха спросил его, что он там нашёл. А зачем он его спросил? Потому что Лещ взял вещь колдуньи…

- Б..ть, - с остервенением крикнул Лёха так громко, что проходящие мимо оглянулись. – Это же он виноват. Это он что-то взял, и он приказал нам забыть, вот сучара, я его порву, - Лёха вскочил со скамейки, бросив руку Меланьи. – Мил, спасибо тебе, я пошёл его убивать.

- Сел обратно, живо, - прикрикнула на него Милка. – Дальше вспоминай.

Лёха с опешившим видом вернул седалище на деревянные доски лавочки и снова протянул ладонь рыжей.

- А что ещё то вспоминать? Всё ж теперь понятно.

- Вспоминай, что Лещ Сашке дарил.

Картинки весёлой пацанской жизни замелькали в обратном порядке. От того, что всплывало в памяти, Лёха обхватил голову руками и начал обзывать себя самыми последними словами. Он вспомнил, сколько раз Сашка просила его о помощи, вспомнил их походы к различным экстрасенсам, бабкам и прочим лекарям. И каждый такой визит заканчивался выяснением отношений с пацанами, попойкой и полным забвением.

Бедная его девочка, сколько она уже это терпит. И ведь каждый раз она ему снова и снова верила, возвращалась, любила, и опять просила о помощи. Это был замкнутый круг. А теперь она в больнице. Конечно же врачи ей не помогут, они ей просто не смогут помочь. Помочь должен он, он должен заставить этого предателя вернуть старухе то, что она требует. Как это сделать?

- Мил, как мне заставить его вернуть чужое? Вдруг он снова затеет пьянку? Сашку нужно срочно спасать, может ты сходишь к ней, поколдуешь там или ещё что-нибудь…

Умоляющим взглядом он смотрел на рыжую ведьму и, не переставая, ругал сам себя.

- Лёш, вспоминай, что тогда Лещ дал Сашке? Она рассказывала, что старуха к ней явилась сразу после вашего похода в этот дом. Значит, он должен был ей что-то дать в тот вечер.

Лёха скрипел мозгами, выуживая то, что было давно и по нескольку раз забыто.

- Он тогда конфеты купил, когда мы за бухлом в магазин заезжали. Мы над ним ещё ржали, а он сказал, что к даме в гости без сладкого нельзя. Прям с порога и вручил ей эту коробку. Вот падла.

- Ну вот, хронологию восстановили, теперь держись от него подальше. Сначала Сашку вытянем, потом и с Лещём займёмся, - Милка поднялась со скамейки и пошла по перрону в сторону выхода в город.

- Эй, ты куда, а я, а Сашка, не бросай? – взмолился ей вслед Лёха.

- Отдохнуть и подумать нужно. Пришли мне адрес больницы, где твоя жена лежит, завтра утром к ней поедем. Всё, пока! - и она зашагала дальше, оставляя парня наедине с кучей его неприятных воспоминаний.

Сашка лежала в палате и таращилась в потолок стараясь не засыпать. Уже ночь. Чем её здесь накололи, она не спрашивала, тело было ватным, любые движения давались с большим трудом. Спать хотелось постоянно, только вот сны видеть не хотелось. А стоило девушке хоть на секундочку задремать, как она видела рядом с собой ту страшную старуху. Растрёпанные седые волосы обрамляющие лицо с глубокими морщинами, обезумевшие красные глаза и постоянное шипение: «Верни, верни, верни…»

Если бы она знала, что вернуть, отдала бы сию минуту. Но она ничего не знала…

Тёмный потолок начал смещаться по спирали, Саша чувствовала, что её затягивает в сон. Одновременно с этим, она почувствовала на своей шее ледяные костлявые руки. От страха всё тело вконец оцепенело, и от отчаяния она во весь голос закричала. Кричала громко и протяжно, переходя на визг, но только крика не было. Рот открывался, гортань напрягалась изо всех сил, в голове кружило от перенапряжения, а крика не было.

Костлявые пальцы всё сильнее и сильнее сдавливали шею. Сашка задыхалась. К счастью, соседка по палате услышала хрипы, проснулась, зажгла свет и позвала медсестру. Снова осмотр дежурного врача, снова укол и скоро отключка. Похоже, сегодня ночью она точно задохнётся. По щекам Саши текли слёзы. Она просила Бога о помощи, совершенно не помня слов хоть какой-нибудь молитвы.

– Боженька, сохрани хотя бы жизнь моему мальчику, пусть старуха меня заберёт, а мой малыш живёт дальше. Я буду с неба на него глядеть и радоваться. Боженька, пожалуйста, пощади хотя бы его…

* * *

Мила почти всю ночь не спала. Оставив Лёху на перроне, она направилась к Лерке. Ещё из поезда ей звонила, и та согласилась приютить рыжую ведьмочку на пару ночей в своей художественной студии. Встретившись, девчонки долго болтали. Лера рассказывала про выставки и конкурсы, в которых принимала участие, про вдохновение и новые картины, про обучение различным техникам и встречи с интересными людьми. А Милка в основном молчала и отшучивалась, не хотелось ей посвящать воздушную художницу в подробности своей жизни.

Наконец поток новостей иссяк, скулы сводила навязчивая зевота, и Валерия, показав Миле, где можно взять постельное бельё, попрощалась и ушла. Меланья подошла к окну. Как много здесь огней: здания, улицы, везде подсветка и мерцающие рекламные вывески. По дороге вереница горящих фар сливается в одну светящуюся линию. Это вам не в деревне.

Мила прошлась вдоль стен студии, полюбовавшись работами подруги, может ещё не поздно попробовать рисовать? Нет, уже не хочется, да и дел много. Даже в достаточно удалённой от городов деревне, её находили люди и обращались за помощью. Мила никому не отказывала, единственное - с чернотой она не связывалась. Как только чувствовала, что человек своими действиями хочет другим вред нанести, то не бралась. Сглазы снимать – это пожалуйста, а вот порчу наводить – сразу выгоняла. Крепко запомнила того демона и бессонные ночи, испытывать судьбу повторно совсем не хотелось

Ладно, полночь уже близко, пора начинать. Мила достала из своей дорожной сумки необходимую атрибутику. Сейчас она поколдует немного, и окончательно снимет с парня наваждение. А на крест защиту крепкую поставит. После этого колдуну уже будет сложнее голову морочить своими заговорами.

Тот крест, с груди Лёхи, был явно заговорён, Милка это сразу почувствовала, как только он в разрезе рубашки показался. Маленький, серебряный, на тонкой цепочке. Ничего особенного на первый взгляд в нём не было, крест как крест. Но веяло от него чужой силой, и совсем не той, которой церковь наделяет. Чтобы не брать на себя чужую энергетику, девушка высыпала в стакан со святой водой содержимое пакета и подождала, когда закончат подниматься воздушные пузырьки, от цепочки. Она повертела стакан, поднеся его совсем близко к глазам, и заметила тонкую чёрную нитку, повязанную на украшении. Эту ниточку плотным кольцом окружали прозрачные шарики воздуха. Мила покачала стакан, пузырьки не поднимались.

«Значит огнём», - подумала она и стала искать подходящую ёмкость, в которой можно бы было развести небольшой костёр. В художественной студии, где кухней служил небольшой островок, не было ни одной подходящей миски.

«Вот засада», - негодовала Меланья, обшаривая полки стенных шкафов в прихожей и ванной. – «Придётся над свечой держать, неудобно…»

Она выбрала место в комнате подальше от стен, где рядами стояли готовые и недоделанные работы Леры, на чайное блюдце поставила перекрученные церковные свечи, закрыла глаза, настроилась и прочитала нужную молитву. Потом подожгла свечи, и когда огонь хорошо взялся и перестал трещать, Мила вытащила крест на цепочке из стакана и подняла над пламенем.

То, что пламя ярко вспыхнуло и увеличилось в размерах раз в пять, Мелану не удивило, а вот дальше начались непонятные мерцания. Пламя то поднималось вверх, обнимая цепочку, то начинало плясать влево - вправо, того и гляди собираясь потухнуть. Мила до того увлеклась наблюдением за этим странным танцем, что не заметила как сильно нагрелась цепочка, за которую она держала крест. С резким криком она отбросила её в сторону и посмотрела на пальцы. Ожога нет, небольшое покраснение, ничего страшного. Где крестик? Вот глупая, нужно было не рукой держать, а хотя бы платком. Ищи его теперь, куда улетел?

Цепочка висела на подрамнике одной из картин, а крест… Мила от негодования аж застонала в голос. Крест соскользнул с цепочки и размазывал глаз симпатичного юноши, изображённого на портрете. Этот портрет был написан маслом, Лера похоже поставила его сушиться, а Лёхин крест замечательно впечатался в изображение. Вздохнув, Меланья отлепила ногтём остывший металл от картины, окинула взглядом масштаб бедствия и ещё раз вздохнула.

Что ж, придётся перед подругой извиняться. Юноша, изображённый на портрете, имел уверенный, целеустремлённый взгляд. Короткие темные волосы, худощавое телосложение, черная куртка, а на плече крыса.

- Фу, - вырвался звук отвращения, - терпеть не могу крыс. Неужели он ей позировал прямо с этим хвостатым убожеством на плече, гадость. Где здесь у художника растворители?

На часах уже была половина второго ночи. Наконец, крест отмыт, Лёха свободен.

Теперь нужно подумать, как облегчить страдания Сашки, пока старухе не вернут украденную вещь. Первое, что приходило в голову – нужно перебросить вину с Сашки на кого-то другого. В идеале – вернуть обратно колдуну, но для этого нужна какая-нибудь его вещь. А этого нет. Звонок Лёхе?

- Алё, - раздался в трубке хриплый голос сонного парня.

- Лёш, у тебя есть какая-нибудь вещь твоего Леща? Мне нужно для обряда.

- Мил, ты на часы смотрела? Сейчас ночь, давай утром.

- Ах ты бревно бесчувственное, - разозлилась Меланья, - у него жена беременная в больнице мучается, а он дрыхнет. Резко вставай и обыщи всю квартиру, наверняка есть что-нибудь забытое. Вы же вечно всей толпой по хатам бухаете.

- Ладно, ладно, не ори, сейчас посмотрю, - Лёха повесил трубку.

Не прошло и пяти минут, раздался входящий звонок:

- Нашёл? – первой спросила Милка.

- Да, куртка его уже полгода висит, наверное, забыл про неё.

- Срочно вези её мне, записывай адрес, - командовала рыжая.

- Мил, я вечером выпивал, - простонал в трубку Лёха.

- Такси вызывай и ко мне, - не терпящим возражений голосом отрезала Мелана.

- Хорошо, жди.

Через час в дверь студии раздался звонок. Мила посмотрела в глазок, на лестничной площадке был он, её бывший, а ныне муж той, кого нужно спасти. Она повернула ручку замка и впустила парня в квартиру.

- Вот, - Лёха сунул ей в руки черную кожаную куртку. – Я домой не поеду, здесь останусь, где тут можно поспать?

- Ладно, вон там диван, - Мила указала в сторону комнаты.

- А ты где спать будешь, - зевая во весь рот, спросил парень.

- На нём же, рядом ляжем, не бойся – не съем, - Меланья теребила в руках чужую куртку, не понимая, откуда та ей так знакома. Чёрная кожа была на ощупь холодная, а на груди декоративная наклейка в виде оскалившейся крысы. – Лёшка, подойди сюда, посмотри кое-что.

- Ну что ещё? Я и отсюда хорошо вижу, говори, - парню явно хотелось поскорее заснуть.

- У меня странное ощущение, связи между курткой и портретом. Ты не знаешь того, кто здесь нарисован? – Мила указала на портрет юноши, с размазанным глазом.

- Знаю, - приглядевшись, ответил Лёха удивленным голосом. – Это Лещ, тот самый, которого ты колдуном называешь.

Парень резко вскочил с дивана и подошёл к стене с портретом. Сон как рукой сняло. Он взял подрамник в руки:

- И это его любимый Рык, - ткнув пальцем в крысу на плече изображённого, добавил он. – Везде с собой эту тварь таскает, мы раньше на него наезжали по этому поводу, а потом привыкли и плюнули. А что у него с глазом? Художник сплоховал?

- Это твой крест в глаз ему прилетел, когда я заговор снимала. Кстати, держи, - Мила протянула Лёхе цепочку с крестиком, - теперь он чистый и с защитой, можешь носить спокойно. Через него Лещ на тебя воздействовал.

- Мил, спасибо, что приехала, спасибо, что помогаешь, - Лёха в порыве благодарности обнял Милу.

Крепкие мужские объятия вызвали в девушке совсем не тот отклик, что был бы уместен. Лёха это почувствовал и не отпускал её. Слабые попытки девушки освободиться, не имели никакой силы перед напором мужского желания. Волна страсти накрыла так неожиданно и так не вовремя. Мила хотела сказать, что сейчас нужно Сашку спасать, что осталось совсем немного до утра, а она ещё планировала провести обряд, но рот закрыл глубокий всепоглощающий поцелуй. Она больше не могла этому сопротивляться и сдалась.

Спустя примерно полчаса рыжая ведьмочка зажигала свечи в чайных блюдцах, готовя обряд переклада вины с жены Лёхи обратно на Леща. Она смотрела на спящего на диване бывшего и кусала губы от гадкого ощущения неправильности содеянного. Как так получилось? Почему она это допустила? Как теперь Сашке в глаза смотреть?

***

Утром Лёха проснулся первый и обнаружил Милу не рядом на диване, а спящую на стуле возле подоконника. Под головой у неё была свёрнутая куртка Леща. Рыжие кудри закрывали лицо, лишь кончик заострённого носа торчал наружу, беззвучно втягивая и выпуская воздух.

«Красивая», - подумал Лёха.

Милка зашевелилась, почувствовав на себе пристальный взгляд. Она села, откинула волосы назад и, поднявшись со стула, встретилась глазами с Лёхой.

«Сейчас размажет», - мелькнуло в голове у парня, но взгляд он не отвёл.

Меланья фыркнула со злостью, взяла с подоконника куртку и всучила её бывшему.

- Отдашь ему при встрече, в отместку за страдания Сашки. Чего уставился? Давай собираться и поехали.

- Куда? – оторопел Лёха. – К Лещу?

- К жене твоей, балбесина, - Мила пошла в ванную, умываться.

- Я с тобой, - решил пофлиртовать Лёха и приобнял Милу за талию, но получил в ответ такой разряд злости, будто током ударило. – Мил, ну ты чего? Я же пошутил.

Девушка даже не обернулась, оставив парня одного в комнате студии. Набирая полные ладони холодной воды, она опускала в них лицо и пыталась себя успокоить. Пошли они все куда подальше, девчонке помогла, ему защиту поставила, а дальше пусть сами разбираются. Милу мелко потряхивало от одного присутствия бывшего рядом, если она не уедет – точно ему не поздоровится. Закончив с водными процедурами, она сразу пошла на выход, Лёшка молча поплелся следом.

После укола Саша практически мгновенно заснула. Ей снилось, как она идёт по какой-то старой просёлочной дороге, а впереди виднеется деревня. Во сне был день, светлое небо, зелёная трава, деревья с большими кронами, всё как в жизни. Но было также тяжёлое ощущение чего-то гнетущего и неизбежного.

Подойдя ближе, Сашка увидела заброшенные избы и покошенные заборы. Возле каждого дома стояли люди, где по одному, где целыми семьями. Все они неотрывно следили за каждым шагом девушки. И от этих взглядов и неестественности происходящего Сашку накрывало волнами ужаса. Внутренний голос запрещал останавливаться. Вперёд, только вперёд. Сейчас она пройдёт это жуткое место, и всё снова будет хорошо.

Вот последние две избы по обе стороны дороги, дальше кусты, перелесок. Дорога гонит и не заканчивается. Вот поворот, сейчас она выберется. Сашка уже бежала, она поняла, что это сон, но проснуться не было сил. Повернув направо, она увидела то, что заставило остановиться и замереть. Дорога заканчивалась. А в её конце стояла ещё одна заброшенная изба. И от этой избы медленным шагом к девушке шла та самая старуха.

Саша хотела развернуться и убежать в обратную сторону. Холодящие кровь взгляды людей с деревенской улицы были ничем, по сравнению с тем ужасом, который вселяла в неё старуха. Но обернувшись, девушка ничего не увидела, вообще ничего, будто она стояла на краю, а позади чернота стеной. Бежать было некуда. Липкий страх обездвижил тело. Саша стояла и ждала своей смерти. В том, что старуха хочет её убить, не было никаких сомнений.

И вдруг стало легко, не понятно почему, она совершенно перестала бояться. Резко, одним моментом. Из-за её спины вышла рыжая девушка, та самая к которой они тогда с мужем ездили в надежде на помощь. Девушка прошла мимо, не обращая внимания на Сашку, и направилась к старухе. Она отдала ей что-то чёрное и сон резко оборвался.

Саша открыла глаза. Больничная палата, соседки ещё спят, а за окном начинается рассвет. Малыш толкнулся в животе, возвещая о своём пробуждении. Дико захотелось есть. На цыпочках она вышла из палаты и направилась к дежурной медсестре.

- Ты чего тут делаешь? Иди в палату, ходить ночью по коридорам не положено, - шёпотом заругала её дежурная, но узнав о причине, пожалела. – Пойдём, чаю налью сладкого, и печенье есть.

Жизнь налаживалась, внутри была стопроцентная уверенность, что кошмар закончился. Сашка пила горячий чай с галетами и улыбалась сама себе.

- Чего такая довольная, сон хороший увидела? – спросила медсестра.

- Да, - ответила Сашка, - спасибо вам большое, пойду лягу, теперь наверное засну.

- Иди, до подъёма еще три часа, успеешь выспаться.

* * *

- Поспелова, к тебе посетители, - заглянула в палату медсестра.

- Иду, - Сашка медленно встала с кровати и зашлёпала в коридор. Она была уверена, что пришла мама, но увидела мужа с рыжей девушкой из сна.

- Привет, моя хорошая, - Лёха крепко обнял и поцеловал жену, а потом наклонился, чмокнул её в живот, и поздоровался, - привет, сын, как дела? Мамку не мучаешь?

Сашка от радости расплылась в блаженной улыбке. Она своего мужа любила, очень сильно.

- Здравствуй, Александра, - рыжая девушка подошла ближе, и Лёшка отступил назад. – Дай мне руку, пожалуйста.

Закрыв глаза, Мила считала чистую ауру и окончательно успокоилась.

- А вы мне сегодня приснились, это же вы помогли? Я теперь себя чувствую просто прекрасно, спасибо, - поблагодарила Сашка.

- Пожалуйста, - ответила Меланья и сразу же попрощалась. – Больше моя помощь не требуется, прощайте.

- Мил, а с Лещём разве не будешь разбираться? – удивился Лёха.

- А со своим дружком ты сам разбирайся, - отрезала Мила. – Отдай ему куртку и поговори по-мужски. Думаю, он сам всё поймёт и покинет вашу компанию.

Не имея больше никакого повода для задержки, Мелана покинула больницу и отправилась обратно в студию к Лерке. Нужно за собой прибрать и решить что-то с испорченной картиной. А потом можно и домой отправляться. Не нравится ей теперь Москва, душно в ней и суетливо очень.

Валерия пообещала приехать за ключами к обеду. Говорить про портрет по телефону Мила не стала, решила дождаться и вживую сообщить. Наконец щелкнул замок входной двери, и влетела воздушная фея изобразительных искусств.

- Ой, Мил, ты не поверишь, - начала она быстро рассказывать о чем-то своём, - я вчера с таким художником познакомилась. Это улёт. Мы с ним всю ночь проболтали о Рембрандте, я утром еле встала. А ты почему решила так быстро уехать? Вроде на две ночи просила?

- Лер, я закончила просто, не могу здесь, душит, хочу в деревню.

- А помнится, раньше наоборот в Москву рвалась, - засмеялась художница.

- Раньше – это раньше, - неопределённо качнула головой Меланья. – У меня к тебе новость не очень приятная, я картину одну испортила.

Валерия заметно напряглась, а когда подошла к указанному подрамнику, весело расхохоталась.

- Чем ты ему в глаз заехала? Ну и ладно, я с ним вообще видеться не хочу, такой тяжёлый человек. Теперь хоть есть причина не заканчивать портрет. Скажу ему, что испортила работу, а на новую времени нет. Так что не расстраивайся. Считай, что избавила меня от неприятного заказчика.

- Ну, тогда ладно, - улыбнулась в ответ Милка. – Тогда пока, я на вокзал.

- Пока, подруга. Приезжай ещё, как время будет!

Закинув дорожную сумку на плечо, Меланья обняла Леру и отправилась в обратный путь. Она здесь всё сделала. Её ждёт вокзал и три часа по рельсам. Зато потом родные пенаты, свежий воздух и отдых.

У Леща день не задался с самого утра. Проснулся он с дикой головной болью. В мозгу пульсировали обрывки ночного кошмара. Хотелось закрыть глаза и не просыпаться.

- Алёшенька, сынок, иди завтракать, - раздался с кухни голос матери. – Я блинчиков твоих любимых напекла, вставай, на работу проспишь.

Парень поднялся и, держась рукой за висок, направился в сторону туалета.

- Что с тобой? – забеспокоилась матушка, когда он проходил мимо кухни.

- Голова болит, мочи нет. Мам, дай таблетку какую-нибудь, - жалобно протянул он.

- Сейчас-сейчас, потерпи немножечко, - мать сразу же засуетилась, побежала к аптечке и начала рыться в лекарствах.

Приняв на грудь двойную дозу обезболивающих, Лещ заел их блинами. Сидя за столом с закрытыми глазами, он ждал, когда полегчает. Минут через пятнадцать боль начала ослабевать. Теперь можно собираться.

- Мам, ты мне обед собрала? – прокричал он из прихожей, завязывая шнурки на кроссах.

- Да, сыночка, конечно, мой хороший, - мать поставила пакет с лотками еды рядом с дверью. – Ты сегодня во сколько вернёшься? Я бы курочку на ужин запекла ко времени.

- Не знаю. У меня каждый день по-разному, ты же знаешь. Как приду, так приду. Всё, пока, - и парень вышел из квартиры.

Возле подъезда, не смотря на достаточно ранее время, сидели бабки и оживлённо делились новостями. Увидев Леща, они мгновенно замолкли, подождали, когда тот отойдёт подальше и начали шёпотом перемывать ему косточки. Так было каждый раз. Раньше Лещ бесился и ругался с ними, а теперь просто не обращает внимания. Когда-нибудь он найдёт дедовы записи, вот тогда им всем не поздоровится.

Он шёл в соседний квартал на квартиру покойного деда Филиппа. Там он работал: компьютер, интернет, что ещё нужно? Оттуда он узнавал все новости, искал нужную информацию, совершал то, что не для чужих глаз, а главное – там он искал главный тайник деда.

Филипп умер три года назад, до этого времени Лещ даже и не знал о его существовании. Вернее знал, что дед по линии отца есть, а кто, где – понятия не имел. И тут выясняется, что он единственный наследник. Мать с батей развелась, когда Лёшке три года было. Батя умер раньше деда, а других детей и внуков у него не было. Повезло парню.

Мать, когда узнала такую новость, чуть в обморок не свалилась, побелела вся, дышать перестала. Алёшка сначала не понял почему, а спустя время догадался. Она про деда знала, и знала, что тот был колдуном, а сыну ничего не рассказывала, чтобы уберечь его от беды. И теперь Лещ собирает обрывки информации о Филиппе сам, никого не посвящая в свои дела. А чтобы мамку не нервировать лишний раз, сказал, что жильё сдаёт, она вроде успокоилась.

Придя на квартиру, Лещ первым делом накормил и выпустил из клетки крыса Рыка. Это был его верный друг и помощник. Лёшка не понимал ещё, как это всё действует, но Рык будто с ним разговаривал, телепатически передавал информацию. Именно он нашёл один из дневников деда, по которому парень начал учиться колдовать. Этот дневник был явно не первый, некоторые вещи были недоступны, потому что нужно было знать их начало, и тем более не последний. Но кое-что из дневника всё же смогло пригодиться Алёшке. Парень научился находить клады.

Он нашёл в интернете компанию любителей заброшек, втёрся им в доверие и начал применять свои новые навыки в деле. Парни, найдя первый серьёзный схрон, обрадовались и к Лещу стали относиться с уважением. Второй и третий схроны привели их в полный восторг, теперь Леща начали ценить. Но одни клады для Алёшки были неинтересны. Ему хотелось большего, он начал искать ведьмины дома. Там, согласно записям деда, можно было найти алтарь с инструментарием. А заряженный ведьмой артефакт, ой как бы пригодился Лещу в его самостоятельном освоении магии и колдовства.

Полгода назад они делали рейд на заброшенную деревню в Тульской области. Схроны там были мелкие и не стоящие, чем очень разочаровали парней. Но зато Лещ наконец-то нашёл ведьмин алтарь и небольшой камень, принадлежащий ей. Зная про преследование, Лещ незаметно от всех провел обряд переклада вины на другого. Самой подходящей жертвой была девушка Лешего, ей передал заговорённые конфетки и спокойно продолжил жить. А вот Сашка, как оказалось, начала мучаться.

Лещ не знал, что девчонка в то время была беременна, он вообще рассчитывал, что Леший как обычно «поматросит и бросит», корил себя за неосмотрительность, но вернуть обратно ничего не мог. Дальше стало труднее. Каждый раз, когда Сашку преследовали, она обращалась к эзотерикам и колдуньям. Все ниточки всегда приводили к виновнику, и тогда он применял отвод глаз и забвение. Ненадолго, но помогало. И потом по накатанной.

Сегодня ночью ему снился самый настоящий кошмар. Чьи-то руки рвали его тело на мелкие кусочки, лица и тела он не видел, но руки точно были женские. До сих пор на груди странное ощущение холода и пустоты. Ну да ладно. Будем решать проблемы, по мере поступления. А сейчас он продолжит простукивать стены на предмет пустот. Пол Алёшка уже весь проверил, снял и уложил обратно паркет и в комнате и в коридоре. В кухне было проще, там линолеум. В косяках и над дверьми ничего не было. Остались стены. Возможно там записи Филиппа.

Провозившись с молотком до самого обеда, Алёшка проголодался и сел на кухне опустошать, заботливо собранные матерью контейнеры с едой. На коленях привычно сидел Рык и с удовольствием жевал кусочки человеческой еды.

- Что-то ты давно со мной не говорил, - обратился к крысу Лещ. – Раньше подсказки давал, направлял, а сейчас молчишь, обиделся что ли?

Крыс оторвался от макаронины и внимательным взглядом посмотрел на Алёшку. В голове у парня мелькнуло одно слово - дурак.

- Обзываешься? - продолжил разговаривать с Рыком Лещ. - Почему дурак? Всё же как надо делаю: обряды, жертвоприношения, по дням что указаны, в местах что описаны. Почему дурак?

Крыс продолжил жевать, не обращая внимания на тираду хозяина.

- Нет, ты скажешь, - прикрыв еду рукой, настаивал Алёшка. - Почему ты меня дураком обозвал?

Крыс поднял мордочку на Леща, куснул его за палец и убежал под диван.

- Ах ты жопка неблагодарная, я к нему со всей душой, а он тут фертили выделывает. А ну, не уходи от разговора!

Алёшка встал на колени и заглянул под диван. Рык сидел и умывался, после вкусного обеда. В голове у парня начали четко выстреливать короткие фразы.

- Конец тебе. Ничему не научился, а к ведьме полез. Думаешь знаешь? Ты только одну тетрадь нашёл, а их двенадцать. Колдун недоделанный. Сон в руку. Жди беду.

Лещ поднялся и задумчиво сел к столу. Макароны уже не лезли, Рыку он верил, тот никогда не обманывал. Значит зря он тогда взял ведьмин камень. Но он думал, что силу удвоит, знания дополнительные получит. Но ...

- Ладно, вылезай, я всё понял, - позвал Алёшка крыса из-под дивана. - Ты бы мне подсказал, где тетради искать, а то "в квартире". Я скоро эту квартиру на кусочки разнесу, живого места не останется.

Крыс медленно вышел из своего укрытия и недовольно пискнул. Лещ только махнул на него рукой, и убрав со стола остатки еды, пошёл дальше методично простукивать стены. Зазвонил мобильный, определился номер Лешего:

- Лещ, нужно срочно встретиться, прямо сейчас, давай в метро, я сегодня не на машине, - спешно говорил звонивший.

- Хорошо, - ответил Алёшка. - Бауманская подойдёт? В центре станции.

Он хотел прислушаться к интонациям Лешего, что-то его явно зацепило и напрягло. Но Лёха коротко бросил "да, через час" и повесил трубку. У Леща ёкнуло под сердцем, странное предчувствие подкатывало и трогало своими холодными пальцами. Он схватил дедову тетрадь и, найдя нужное заклинание, начал читать корявые слова. Эти фразы он уже почти наизусть запомнил, часто применял. Они приносили эффект дурмана на голову собеседника. Алёшка всегда перед важными встречами его читал, и разговоры однозначно заканчивались так, как ему было нужно.

Но в этот раз что-то пошло не так. Упоминая имя Лешего в заговоре, язык будто спотыкался, буквы сами по себе менялись местами и произносились не так как надо.

- Ладно, пока еду повторю, в метро шумно, никто не разберёт, - говорил он сам себе покидая дедову хату. Бауманская была не близко, но Лещ всегда выбирал её, чтобы не выдать свой настоящий адрес. Ни к чему им о нем знать лишнего.

- Короче так, Лещ, мы с пацанами тебя из банды исключаем, бывай, - сказал Лёха и отдал пакет с чем-то чёрным.

- Почему? – опешил Алёшка. - С какого такого? Что произошло то?

- Прими это как факт, - Леший больше ничего не стал объяснять, развернулся и пошел к выходу со станции.

Лещ стоял в широком коридоре Бауманской и смотрел в спину лидеру его бывшей банды. Стряхнув мимолётное оцепенение от неожиданной новости, он вытащил из рюкзака дедову тетрадь и, чтобы не путались слова, стал шёпотом читать заговор. Ему нужно вернуть всё обратно. Никаких исключений, у него свои планы на пацанов, ещё столько дел нужно провернуть.

Лещ читал, слова произносились легко, но до Лешего не долетали. Тогда Алёшка пошёл за ним следом, незаметно приближаясь. На эскалаторе он пристроился сзади, через человека, и снова начал читать заговор из тетради. Почему? Почему не действует? Раньше всё было по-другому, с первых слов уже шла реакция, что не так?

Тем временем Лёха его заметил и, пропустив вперед разделяющего их пассажира, жёстко взял Леща за локоть.

- Зря стараешься, мне защиту поставили, не в твоих силах пробить. Я теперь знаю, кто ты и чем промышляешь. Даже не приближайся больше, пожалеешь, - оттолкнув худощавого пацана, Лёха пошёл по своим делам.

Лещ стоял и переваривал полученную информацию.

«Значит, теперь они всё знают. Ладно, попробуем с другой стороны зайти. Посмотрим, сколько они без меня протянут, нашлю на них порчу, проверим, как с ней защита справится», - принял решение Алёшка и отправился обратно на платформу. По дороге он достал из пакета то, что ему отдал Леший. Его старая чёрная куртка. Сунув её обратно в пакет, он включил музыку в наушниках и больше ни о чём не думал до самого дома.

Дедова хата встретила тишиной, Рык даже не выглянул навстречу хозяину.

- Ах ты, усатая морда, - пожурил он крыса. – Наговорил мне гадостей и спрятался. Смотри что принёс, - он вытащил из пакета и бросил на спинку дивана куртку с лейблом в виде оскалившейся крысы на груди. – Твоя любимая, помнишь, сколько мы с тобой в ней вместе проходили? Я в ней, ты в кармане. Да вылезай ты уже!

Алёшка наклонился посмотреть под диваном и направил туда фонариком. Рык неподвижно сидел и смотрел на хозяина своими маленькими чёрными глазками. Прямо над ним был какой-то пакет, приклеенный к днищу дивана скотчем. Быстро перевернув предмет мебели кверху ножками, Лещ отклеил скотч и вынул из целлофана стопку тетрадей деда Филиппа. Наконец-то. Столько раз диван с места на место перетаскивал, а посмотреть под него хорошенько не догадался.

Первую тетрадь он нашёл на самой верхней полке шкафа, когда хлам из квартиры выносил. Она сразу показалась ему странной, и он её не выкинул. А уж когда разобрался в дедовом почерке, то обрадовался ещё сильнее. Теперь в его руках сила. Только как оказалось одной тетради мало, нужно остальные найти, и вот теперь он их все держит в своих руках.

- Ну, Леший, погоди, - зловеще проговорил Лещ, и сам же рассмеялся над комичностью своей фразы. – Я тебе покажу, как исключать таких, как я. Сам пожалеешь.

Алёшка методично изучал, полученные записи. С красной ручкой в руках он выделял то, что может ему пригодиться в ближайшее время. Особенно его заинтересовало заклинание на вызов демона прислужника. У Филиппа было написано, что эта сущность за каплю крови готова делать всё, что ей приказывают. Заманчиво. Мальчишка посмотрел на часы, почти полночь, самое время. Что нужно? Огонь и кровь, всё есть. Что ему приказать? Пусть заставит Лешего поменять решение, пусть всё будет как прежде.

Лещ решил разводить огонь в ванной. Чёрные свечи у него уже были, нож с кухни он принёс, теперь нужно написать договор и скрепить его кровью. На листок бумаги он переписал текст из тетради и уже собирался начать проговаривать слова для вызова демона, как вдруг резко погасли свечи.

- Что за хрень, - возмутился Алёшка, заново чиркая спичкой о коробок. – Кто мне мешает?

- Верни, что украл! – раздался глухой скрипучий голос из комнаты.

Лещ удивлённо обернулся. Дверь в ванную была открыта, и в кухне горел свет, поэтому очертания комнаты хорошо проглядывались. Со стороны балкона к нему медленно приближался силуэт старухи с всклокоченными волосами.

- Верни, что украл! – перешла старуха незваная гостья на визг.

У Алёшки уши заложило от её крика. Он закрылся в ванной и судорожно пытался зажечь фитиль свечи. Как назло спички ломались, и пламя гасло, не успев коснуться фитиля. Лещ запаниковал. Он ещё не сталкивался с нежитью, только читал про это. Тем временем в дверь начали стучать, сначала просто кулаком, а потом всё дверное полотно затряслось с такой силой, будто с той стороны был не призрак старухи, а куча здоровых мужиков.

Трясущимися от страха руками, Алёшка наконец зажег свечу, поднёс её к тетради и начал быстро читать заговор вызова демона. Пламя от слов заклинания вытянулось в тонкую струну и будто замерло. Закончив с заговором, Лещ резанул себя ножом по пальцу, припечатал кровью договор, написанный на листке ранее, и поджёг его от свечи. Лист бумаги ярко вспыхнул и практически мгновенно превратился в пепел.

Что делать дальше, в тетради написано не было. Лёшка замер в ожидании. Но ничего не происходило. Старуха за дверью всё так же бесновалась, прислужник не проявлялся.

- Чёрт, - выругался он в отчаянии. - Ну и где этот демон? Я ему крови не пожалел, а он не явился?

- Явился, - раздался спокойный голос из тёмного угла. – Для чего вызывал?

- Успокой эту сумасшедшую за дверью, - приказал Лёшка, пытаясь разглядеть того, кого он вызвал.

В темноте были видны лишь очертания тела, похожего на человеческое, и ожидаемые рожки на бугристой голове. Жёлтые круглые глаза поблёскивали, отражая в себе пламя свечи.

- Как прикажешь, - промолвил чёрт, и за дверью тут же стало тихо. – Что-то ещё?

- Да, сделай так, чтобы меня не исключали из банды, пусть всё будет как прежде, - быстро выпалил Лещ заранее подготовленную просьбу.

- Мелко мыслишь, - демон сделал многозначительную паузу. - Зачем как прежде? Может сразу главарём? Или не потянешь? – в голосе вызванного прислужника сквозила откровенная издёвка.

- А ты голова, - похвалил демона Алёшка, пропустив мимо ушей его смеющийся тон. – Точно, давай главарём, потяну.

- Как прикажешь, - в ванной раздался громкий хлопок, и свеча снова погасла.

Лещ ещё пару минут стоял в темноте и прислушивался. В квартире тишина, завывания старухи прекратились, в дверь никто не ломится. Алёшка набрался смелости и, отперев щеколду, приоткрыл дверь. В комнате никого не было. Включив везде свет, новоявленный колдун успокоился только тогда, когда проверил каждый угол. Старуха исчезла. Демона тоже нигде не было видно.

- Ты здесь? – на всякий случай спросил Лещ в пустоту. Никто не отозвался.

«Ну и хорошо, спокойнее будет без этой нечисти. Когда понадобится - позову», - подумал про себя Алёшка и вернулся к изучению тетрадей. Незаметно глаза его самопроизвольно закрылись от усталости, и он заснул.

***

Днем Лещу позвонил Слон и сразу огорошил предложением:

-Слушай, нам тут Леший про тебя пурги наплёл, но мы все его послали подальше. У него с этой беременной бабой совсем крыша поехала. Короче, Лещ, мы все проголосовали за тебя. Теперь ты всем рулишь, а Лешего мы исключили.

Алёшка на секунду растерялся, но вспомнив события ночи, довольно улыбнулся:

- Без базара, решили, значит так и будет. У тебя ещё нет намёток, куда следующий рейд делать будем? – внутри у новоявленного вожака всё ликовало, раз – и он уже главарь банды. – Я недавно инфу нашёл про заброшенный посёлок в Брянской области. Скину тебе на проверку, посмотри по своим каналам. Как узнаешь что-нибудь, звони. Соберёмся новым составом и обсудим.

- Да, конечно, пока, - согласился Слон и повесил трубку.

Лещ с довольной улыбой на лице потирал ладони. Он теперь с этим демоном столько дел наворочает, его не только ценить, его боготворить начнут. Беглым взглядом он осмотрел комнату в поисках верного друга.

- Рык, ну чего ты в клетку забился? Давай, вылезай, поговори со мной, я сегодня добрый, - Алёшка принудительно вытащил упирающегося крыса из клетки и посадил себе на колени. – Чего ты такой невесёлый? Всё же хорошо, ты мне записи дедовы помог найти, я себе прислужника организовал. Ну, куда ты убегаешь?

Крыс явно поменял своё отношение к хозяину. Если раньше он был готов сидеть на коленях и наслаждаться поглаживаниями вечно, то сейчас спрятался в спальник в своей клетке и не высовывался оттуда.

- Ну и ладно, сиди там, если так хочется. А я пойду к матушке, она меня горяченьким накормит.

Алёшка подсыпал питомцу свежего корма, сменил воду и ушел к матери. На душе у него было легко, планы в голове строились крепко и устойчиво, ничего не предвещало беды, всё замечательно.

* * *

Лёха совсем не ожидал такой подлости. Его бросили, с ним не согласились, да ещё и выставили полным идиотом. Утренняя сходка по поводу исключения из компании Леща закончилась исключением его самого. Все пацаны единогласно поддержали деньги, а не долгую дружбу их банды.

- Продажные сволочи, - выругался он вслух, сидя в кресле напротив телевизора. – Ещё и Сашку мою приписали, а меня съехавшим подкаблучником назвали… Ладно-ладно, вот как одно место загорится, так вспомните меня. И слова мои сразу нормальными покажутся. Сами идиоты.

По телеку показывали футбольный матч. Обычно рьяный болельщик красных, сегодня Лёха вообще не мог сосредоточиться на игре. То, что произошло, кардинально меняло направление жизни. Теперь вопрос: либо он собирает новую команду, либо идёт работать в найм, чего ему очень не хотелось. Где искать новых пацанов вопрос не стоял, загвоздка была в доверии, ведь то, чем они последние годы занимались было опасным и рискованным делом. Да и шансы на обнаружение хорошего схрона никогда нельзя было спрогнозировать. Хотя Лещ это мог. Но теперь-то Лёха знал, как он это делал. И это ему совсем не нравилось.

Парню дико хотелось выговориться, просто слить то, что у него сейчас в душе, чтобы его послушали и пожалели. Сашка ещё в больнице, друзья бросили, кому бы позвонить. В списке последних звонков числился номер Милки.

- Привет, - просто поздоровался он, ожидая реакции на той стороне линии.

- Привет, - Меланья поздоровалась холодно и отстранённо, как будто их ничего не связывало.

- Как дела, как добралась, отдохнула уже? – это были вопросы не с целью получить на них ответы, а с целью понять, хочет ли она с ним разговаривать.

- Лёш, говори прямо, зачем ты звонишь? – Мила быстро расставила всё по местам, стало понятно, что поплакаться в жилетку не удастся.

- Просто хотел спросить, не хочешь, можешь не отвечать. Извини, что потревожил, - в голосе прозвучала обида.

- Как Сашка? – ради приличия задала вопрос Мелана.

- Врачи оставили понаблюдать ещё на пару дней, если всё будет хорошо, то выпишут.

- Старуха больше не приходила?

- Больше нет, Сашка сегодня утром хвалилась, что всю ночь как убитая проспала. Тебя хвалила. Спасибо передавала.

- Хорошо, приняла, не беспокой меня, пожалуйста, по пустякам. Всё, пока.

Звонок прервался, а Лёха ещё долго смотрел на тёмный экран смартфона. Щемящее чувство тоски сжало в груди. Захотелось тупо выпить стакан водки и завалиться на диван, но нельзя. Завтра обещал к тёще заехать, вещи Сашкины забрать и извиниться. А перегар Тамара Петровна за версту чувствует, выгонит с порога. Лёха решил пойти в качалку, сейчас потягает железо, а там мозг разгрузится, может и мысли дельные на ум придут.

До железа он в этот вечер так и не добрался. По пути к спортзалу встретил Светку, с которой мутил два года назад, зацепились языками, и парень получил прекрасную «жилетку» для сброса накопленного негатива. Девчонка тоже осталась довольной, уж что-что, а ублажать женщин Лёха умел. Утром, с чувством лёгкой вины, он поехал к Тамаре Петровне.