Мезальянс

- Эта проклятая яма с каждым годом становиться все больше, и до этого никому нет дела! Сколько еще человек должно пострадать?! Мисс, я прошу вас, откройте глазки! Она бледная как покойник, вы только посмотрите на нее!

Громкий голос с визгливыми нотками раскаленной спицей ворвался в мой мозг, вызвав приступ тошноты. О-о-о, как больно… Что со мной? Почему так болит голова?

Я попыталась открыть глаза, но ничего не вышло. Веки были тяжелыми, словно свинцовые пластины.

- Миссис Эндрюс, вы так громко кричите, что у меня закладывает уши! – раздался еще один голос, в котором слышалось раздражение. – Вы разве не видите, что бедная девочка не может прийти в себя?!

- Миссис Бишоп, вы кричите не меньше моего! – ответила ей женщина со странной фамилией Эндрюс. – Мой покойный супруг, упокой Господь его душу, всегда говорил, что ваш голос похож на визг пилы!

- Знаете что, дорогая…

- А вот и доктор!

Я все-таки приоткрыла один глаз и увидела раскрасневшегося мужчину с пушистыми седыми бакенбардами. Он тяжело дышал и вытирал большим платком пот со лба. Но тут же его силуэт поплыл, задрожал, будто марево над раскаленной дорогой. Я снова закрыла глаза, не в силах сфокусироваться. Что со мной такое? Я попала в аварию? На меня напали?

- Разойдитесь! Дайте мне пройти! Миссис Эндрю! Миссис Бишоп!

Через несколько секунд чьи-то пальцы приподняли мои веки, потом прижались к шее, проверяя пульс.

- Ну что, мистер Додсон, она жива? Или при смерти? Или бедняжка потеряла память? О-о-о… это такое горе, такое горе… - женские голоса снова взорвали пространство вокруг меня, и я застонала.

- Леди, успокойтесь! – прикрикнул на них тот, кого они называли доктором. – Вы мешаете мне!

Они замолчали, и мне сразу стало хоть немного легче.

- Миссис, вы слышите меня?

Я открыла глаза и часто заморгала, когда из-за темного силуэта, нависшего надо мной, появился оранжевый шар солнца. Его теплые лучи ослепили меня, лаская лицо вместе с легким ветерком. Почему так тепло? Вроде бы был февраль…

- Вы слышите меня? Ответьте, миссис!

- Доктор Додсон, она мисс, а не миссис… - раздался из-за его спины шепот. – Это мисс Хардман. Она ехала к своим теткам! Сестрам Ларкинс!

- А вы откуда знаете? – мужчина посмотрел назад. – Вы знакомы?

- Нет, но мы прочли письмо, которое было в ее ридикюле… - снова шепнула женщина. – Мы ведь должны были узнать кто эта бедняжка…

- Миссис Бишоп! – возмущенно воскликнул доктор и сунул мне под нос какой-то пузырек.

От резкого запаха я закашлялась, чувствуя, как он раздражает дыхательные пути и проясняет голову.

- Уберите это от меня! – я убрала руку с пузырьком, жадно вдыхая свежий воздух.

- Прекрасно… С вами, мисс, все будет в порядке, - тихо засмеялся мужчина, и я вдруг поняла, что слышу нерусскую речь. Окружающие меня странные люди, говорили не по-русски! Но я прекрасно понимала их, и свои первые слова тоже произнесла на их языке! Что происходит, в конце концов?!

Превозмогая слабость и боль в голове и плече, я попыталась сесть. Мне тут же помогли, аккуратно подтянув вверх, после чего я почувствовала, что опираюсь спиной на что-то твердое.

Все вокруг приобрело четкие формы, но меня это совершенно не обрадовало, потому что то, что я видела, не могло быть реальностью!

Изумрудная роща, рядом дорога, посреди которой лежал перевернутый экипаж. Одно из его колес отвалилось и лежало в огромной луже, заполняющей довольно внушительную яму. Экипаж? Это что, съемки исторического фильма? Ага, а я не судебный пристав, а Моника Беллучи… Я попыталась вспомнить, что же произошло, но перед глазами мелькали лишь неясные образы. Нужно успокоиться. Я – Говорова Лидия Валерьевна. Судебный пристав. Мне сорок пять лет, я живу в Санкт-Петербурге в квартире с окнами на Неву… У меня нет мужа, нет детей, зато есть любимая работа, в которой намечался рост по карьерной лестнице.

- Сейчас за мисс Хардман прибудет другой экипаж, - сказал мужчина с седыми бакенбардами, виновато комкая поля шляпы. – Мне так жаль… Я не знаю, как это получилось…

- Не вините себя, - доктор похлопал его по плечу. – Здесь всегда происходят такие… кхм… приключения… И не переживайте, с мисс Хардман все будет в порядке. Вы-то не пострадали?

- Нет-нет! Немного ударился локтем, но это ведь сущая ерунда… А вот мисс… - мужчина чуть ли не плакал. – Мне нужно было объехать эту чертову лужу!

Я наблюдала за происходящим и ничего не понимала. Надо мной стояли двое мужчин, один из которых, как я поняла, был доктор, а второй, похоже, работал водителем чудного транспортного средства. А еще здесь находились две женщины лет пятидесяти в о-о-очень странных нарядах. На их головах были соломенные шляпки, завязанные под подбородком, из-под которых выглядывали кружевные чепцы. Любопытные лица окружали завитые локоны. Платья на них тоже смахивали на костюмы для исторического фильма, что совершенно сбивало меня с толку.

- Миссис Бишоп, верните мисс Хардман письмо, - доктор многозначительно посмотрел на блондинку с тонкими губами и удивленно приподнятыми бровями. – Немедленно.

- Да, конечно! Прошу прощения… - она покраснела и протянула мне конверт со сломанной печатью. Брови женщины выгнулись еще больше, когда она нагнулась ко мне и прошептала: - Вы же понимаете, дорогая, что нам нужно было понять, кто вы и куда направлялись?

Я промолчала, и, отойдя от меня, она схватила под руку свою спутницу, пряча глаза.

- Не стоит извиняться. Мы поступили правильно, - брюнетка с острым носом и маленькими глазками, гордо приподняла подбородок. – Мы должны следить за порядком в нашем маленьком Корндбери.

- Вы теперь работаете констеблем? – доктор насмешливо взглянул на нее. – Леди, идите домой, я уже вижу экипаж. Спасибо за помощь.

Странные дамы окинули его недовольным взглядом и, подобрав юбки, быстро пошли прочь.

Когда к нам подъехала очередная древняя повозка, запряженная парой лошадей, мне совсем стало не по себе. Это какие-то красочные галлюцинации? Или розыгрыш? Но я ведь понимала, о чем они говорят! Я чувствовала тепло солнца, дуновение ветерка, ощущала запахи…

- Миранда, дорогая! О, моя детка! – дверца открылась и из экипажа почти вывалилась полненькая пожилая женщина в клетчатом платье. Ее шляпка была сдвинута на бок, бант на лентах выглядел небрежно, а несколько седоватых локонов выбились из-под чепца.

Следом за ней появились еще две пожилые женщины. Миловидная блондинка с проседью, в ситцевом платье в мелкую розочку, и высокая брюнетка, похожая на оглоблю. Ее одежда выглядела более строгой из-за темных тонов, а лицо казалось каменным. Под коричневой шляпкой был такой же темный чепец, слегка открывающий прилизанные волосы без единого завитка.

- А вот и ваши тетушки, мисс Хардман, - доктор помог мне подняться. – Сейчас вас уложат в кровать, напоят крепким бульоном, и станет легче.

Но я в этом очень сильно сомневалась… Похоже, мой разум поглотило безумие. Да, я сошла с ума.

- Как же так! Ужасное происшествие! Ужасное! – не прекращала охать «клеточка», направляясь ко мне. – Мистер Додсон, что с нашей девочкой?

- Подозреваю небольшое сотрясение, - успокоил ее доктор, ведя меня к экипажу. – Постельный режим и хороший сон все исправят.

- Кэнди, ты слишком эмоциональна, - дама в темном посмотрела на нее осуждающим взглядом. – Умерь свой пыл, это неприлично.

- Что плохого в том, что я переживаю о племяннице, Присцилла? – фыркнула Кэнди. – Ты пытаешься все засунуть в рамки приличия!

- Корндбери держится на приличиях и условностях, - холодно возразила женщина по имени Присцилла. – И не стоит нарушать их даже в мелочах.

- Пойдем, дорогая, не слушай их, - молчавшая все это время, третья женщина «в цветочек» подхватила меня под локоть с другой стороны. – Ты так бледна…

- Шерил, усади девочку на подушки! – громко сказала Кэнди, чем опять вызвала недовольство ледяной Присциллы.

- Как можно тише. Неприлично говорить таким громким голосом.

Мое безумие приобретало странные очертания логичности. Вокруг всеми своими красками расцветал неизвестный мне мир, и оставалось лишь догадываться, каким образом в голове могли сформироваться такие насыщенные образы.

Я позволила усадить себя на неудобное сидение и отвернулась к окну, чтобы никто не заметил растерянности, охватившей меня. Мне не было страшно, я не паниковала, я лишь хотела разобраться в происходящем, чтобы действовать по ситуации.

Что терзать себя, портить нервы и истерить, если изменить происходящее мне не по силам? Нет, такое поведение было не в моих правилах. Итак, что мы имеем. Что-то случилось со мной в той, прошлой жизни или в настоящей реальности… Но пока память не спешила прояснить все нюансы, а значит, нужно быть очень осторожной. Здесь все уверены, что я Миранда Хардман, и я не собиралась их переубеждать, чтобы не загреметь в сумасшедший дом.

Экипаж тронулся, за окошком поплыли незнакомые пейзажи. Рощи, заливные луга с пасущимися коровами, частоколы и ни одного столба с проводами, ни одной высотки вдалеке… Странное, очень странное место…

- Миранда, как ты себя чувствуешь? – сидящая рядом женщина по имени Шерил, похлопала меня по руке, и я обратила внимание, что ее кисть затянута в перчатку без пальцев. По-моему они назывались митенки.

- Благодарю вас, со мной все в порядке. Немного болит голова, но это не страшно, - я все-таки отвернулась от окна.

Напротив меня сидели «клеточка» Кэнди и помешанная на приличиях Присцилла. Первая смотрела на меня с любопытством, а вторая с легким осуждением на каменном лице. Интересно, в чем я провинилась?

- Миранда, твоя мачеха в интересном положении? – Кэнди улыбнулась. – Генерал написал нам, что она разрешиться от бремени к Рождественским праздникам.

- Да, так и есть, - ответила я, вдруг подумав, что мне будет тяжело вести разговоры о том, чего я абсолютно не знаю.

- Близнецам нет еще и двух лет? – холодно поинтересовалась Присцилла. – И она снова в положении?

- Они с мужем не теряют времени зря, - захихикала Шерил, но тут же осеклась, наткнувшись на взгляд сестры.

- Миранда, батюшка хоть как-то озабочен твоей судьбой? – Присцилла снова обратила на меня свое внимание. – В таком возрасте уже тяжело найти достойную партию, но шансы еще есть. Пусть это будет немолодой вдовец с небольшим капиталом. Надеяться на что-то лучшее все равно нет смысла, а так ты обретешь дом и семью.

Я совершенно не воспринимала ее речи. Мало того, что у меня кружилась голова, и ломило виски, так еще разговоры о каком-то замужестве. И тут меня окатило холодной волной внезапного понимания ситуации. Если они мои тетки, то мне никак не может быть сорок пять!

Зеркальце! Мне нужно зеркальце! Я принялась шарить руками по сидению, вспомнив, что у меня был ридикюль, в который засунула письмо.

- Что вы ищете, дорогая? – Шерил взволнованно наблюдала за мной. – Что-то случилось?

- Мне нужно зеркальце, - попросила я, и женщина ласково сказала: - Сейчас, у меня есть с собой.

Она порылась в своем ридикюле и протянула мне круглую коробочку, покрытую эмалью.

Дрожащими руками я открыла ее и поднесла зеркало к лицу.

- Ох! – этот возглас вырвался у меня непроизвольно, потому что я испытала настоящий шок.

- Дорогая, что такое? - спросила Кэнди, переглядываясь с сестрами.

- У меня… у меня… синяк на виске… - выдохнула я, глядя на синее пятнышко. Костяшки моих пальцев, держащих зеркальце, побелели от напряжения. Это было не мое лицо. Чужое!

На меня смотрела молодая женщина чуть за тридцать с темными волосами, уложенными в простую прическу. Красивой формы брови, аккуратный нос и чувственные губы. Верхняя была чуть больше нижней, что придавало женщине немного капризный вид. На этом лице я не заметила и грамма косметики, все было натуральным и естественным. Незнакомка была мила, но если привести ее в порядок, то могла стать даже красавицей… Эти мысли промчались в моей голове испуганной птичьей стайкой. Господи… что происходит?

Я несколько раз моргнула, чтобы удостовериться, что это действительно я. И незнакомка тоже моргнула, глядя на меня с той стороны зеркала карими, похожими на шоколад глазами.

- Действительно синяк! – присмотревшись, воскликнула Кэнди. – Ничего, милая, его можно слегка запудрить, а под шляпкой никто и не увидит эту безобразную отметину!

- Зачем ей пудриться? – недовольно произнесла Присцилла. – Этого еще не хватало! Пудра и румяна для… Вы сами знаете для кого!

- Миссис Джулия Пединстон пудрит лицо и подкрашивает брови! – Шерил сложила губки бантиком. – А, возможно, и губы! Они чересчур розовые для ее возраста!

- Миссис Джулия Пединстон может делать, что хочет. А у нас приличный дом! – отрезала непримиримая Присцилла, поворачивая ко мне голову. – Надеюсь, Миранда, ты это понимаешь.

Но мне было не до их разговоров о косметических средствах. Я старалась понять, каким образом я из блондинки крупного телосложения превратилась в эфемерное существо с глазами трепетной лани. Меня со старших классов называли Лидка Гренадерша за мой рост и комплекцию. Я на равных дралась с мальчишками, а потом и парнями. Они получали от меня хороших тумаков, если обижали девочек. Должники меня боялись, поэтому моя фотография на доске «Работник года» прописалась навечно.

Что ж… ладно… Я принимаю правила игры. Уж кто-кто, но Лида Говорова никогда не сдавала назад. Главное вспомнить, каким образом я сюда попала, а там разберемся.

- Миранда? Голос Присциллы вывел меня из раздумий. – Приличия. Ты помнишь?

- Конечно, - кивнула я, с ужасом представляя веселую жизнь, которая меня ожидала в этой сюрреалистической реальности. – Приличия прежде всего.

Посмотрев в окошко, я увидела, что мы въехали в город. Здесь были узкие улочки, вымощенные булыжником, двух, а порой и трехэтажные каменные дома, магазинчики с красочными витринами. И во всем этом киношном антураже расхаживали люди в нарядах викторианской Англии. М-да…

Экипаж свернул в проулок и остановился возле крошечного палисадника с дорожкой, выложенной мелкой ровной плиткой. Она вела к двухэтажному дому с окнами, выступавшими эркером на фасаде. В палисаднике цвели розы, между кустами боярышника стоял столик, накрытый льняной скатертью, и четыре стула с высокими спинками.

Конюх спрыгнул с козел, помог выйти сначала женщинам, а потом и мне. Он подвел меня к калитке, выкрашенной в белый цвет, которая уже была распахнута настежь.

- Бесси, помоги мисс Миранде подняться в ее комнату, - обратилась Присцилла к молодой женщине в сером переднике и простом, но безупречно чистом чепце. – И принеси ей молока с медом.

- Да, миссис, - служанка взяла меня под руку. – Пойдемте, я уложу вас в кровать.

Мы вошли в дверь и оказались в узком холле, стены которого на две трети высоты от пола были выкрашены в темный цвет. Выше находился бордюр, а от него до потолка тянулись полосатые обои. Здесь стояло высокое зеркало с полочкой для свечи и подставками для зонтов, а также вешалка для шляп и шкаф для верхней одежды. Пока мы шли к лестнице с балюстрадой, я заметила, что слева и справа есть еще двери, ведущие в какие-то комнаты.

Спальня, которую мне выделили в этом доме, была небольшой, но довольно уютной. Стены, как и в холле, разделяли темные панели, верхняя же часть, оклеенная обоями в розочку, придавала комнате нежного романтизма. Широкая кровать, тумбочка возле нее, шкаф, комод и стол возле окна – вот и вся мебель, но ее было достаточно, иначе здесь бы совсем не осталось свободного пространства.

- Вам помочь раздеться? – Бесси застыла у двери, ожидая ответа.

- Нет, я сама, - я улыбнулась ей. – Спасибо.

- Сейчас я принесу теплого молока, - она вышла в коридор, а я с волнением подошла к овальному зеркалу, висящему между дверями и шкафом.

Тело, которое теперь заселила моя душа, было довольно привлекательным. Стройная фигурка, длинные ноги, узкие кисти… Миранда Хардман оказалась высокой женщиной, но в ней не было неуклюжести, что не могло не радовать. Я приподняла подол серого платья и посмотрела на ступню, обутую в простой, коричневой кожи башмак. Не сорок третий как в той жизни… Хорошо…

- Будем разбираться, Миранда? – я подмигнула своему отражению. – Ведь зачем-то я здесь появилась.

С трудом, но мне удалось снять платье, выглядящее ну очень непрезентабельно. Цвет мышиный, пошив строгий. Даже платья хозяек дома казались куда наряднее. Под ним я обнаружила целый ворох одежды и поняла, что никогда не справлюсь с этим в одиночку. Корсет, сорочка, несколько нижних юбок, предназначение которых было для меня загадкой. Зачем столько юбок, да еще и таких жестких? Чтобы платье казалось более пышным? Но ведь это так неудобно!

Когда пришла Бесси, я попросила помощи и она ловко раздела меня.

- Выпейте молоко, мисс, и ложитесь в кровать, – служанка протянула мне кружку. – Я сварю вам крепкий бульон.

Она ушла, а я не могла надышаться полной грудью, избавившись от корсета. Нет… это просто невозможная, гадкая штука, от которой одни страдания!

Голова еще болела, но в целом я себя чувствовала не настолько плохо, чтобы несколько дней пролежать в кровати. Интересно, куда делась хозяйка этого тела? Ушла в небытие или ее заселили в мое бывшее тело? Если это, конечно, не плод моего воспаленного воображения…

Я мысленно поблагодарила Бога за то, что он одарил меня устойчивой психикой и крепким характером. А еще за то, что я оказалась в теле молодой женщины, а не старухи… Старуха!

Меня практически подбросило в кровати. Я вспомнила все, что случилось. До последнего момента!

Мы пришли в квартиру какой-то Бутицкой Марии Игнатьевны, чтобы описать и изъять имущество. Дверь нам открыла странного вида старуха с папиросой, торчащей между двух оставшихся зубов. Она была одета в бордовое платье с кружевным воротничком, на ее плечах лежала черная кружевная шаль, а седые волосы находились в полнейшем беспорядке. Среди этого «гнезда» торчала искусственная роза, кокетливо приколотая какой-то штуковиной с разноцветными камнями.

Мы с моей напарницей переглянулись, с трудом сдерживая улыбки. Бабка была очень колоритной.

Пока мы ходили по квартире, хозяйка молчала, наблюдая за нами из-под сонно опущенных век. Она не отвечала на вопросы, игнорировала любое обращение к ней, а потом вдруг сказала:

- А ведь бабку обижать нельзя… Бабка и ответить может… Лишаете меня нажитого имущества, а я могу и жизни лишить…

- Вы нам угрожаете, Мария Игнатьевна? – хмыкнула я, глядя на старушку с высоты своего роста.

- Нет, не угрожаю. Думаешь, если здоровенная такая, то на тебя управы нет? – ее взгляд стал чистым и проницательным.

- Вы только что сказали, что лишите меня жизни. Разве это не угроза? – я внимательно посмотрела на ее руки, которые она держала за спиной. Кто знает, что у этой сумасшедшей на уме. – Покажите руки, Мария Игнатьевна.

Старуха вытянула подрагивающие руки с пожелтевшими от никотина пальцами и хрипло рассмеялась.

- Боишься? Это правильно. Потому что, проклинаю я тебя. Изменится твоя жизнь так быстро, что опомниться не успеешь. Все,к чему привыкла, в пыль превратится, станет сном! Но если добра людям не сделаешь, не откупишься, то и другая жизнь под откос пойдет. Сгинешь! Сгинешь снова!

Она захохотала, трясясь всем телом, а потом резко замолчала и опять впала в полусонное состояние, периодически выпуская серый дым.

Я покачала головой, чувствуя жалость к бедной женщине. Сколько мне пришлось выслушать угроз, глупостей, истерик за время работы… Их было такое множество, что можно книгу писать.

К вечеру я и думать забыла о сумасшедшей старухе. В моих планах были диван, теплый плед и просмотр фильма за бутылочкой хорошего вина.

Я приготовила легкий ужин, все расставила на столике перед телевизором, а сама пошла в душ. Что могло быть чудеснее, чем надеть пижаму, пушистые носочки, включить торшер и окунуться в романтическую историю, зная, что завтра выходной?

Но моим планам не суждено было сбыться. Выходя из ванной, я поскользнулась на мокром кафеле, и свет померк.

- Ах ты, старая дрянь! – воскликнула я, понимая каким образом, оказалась здесь. – Ну, доберусь я до тебя!

Как? Как я смогу добраться до нее, если нахожусь непонятно где?!

Мне стало так обидно, что я чуть не расплакалась. Но это тоже было не в моих правилах, поэтому я просто насупилась, сложив руки на груди. Ничего… я обязательно найду способ, как справиться со свалившимися на меня неприятностями. Если это испытание, что ж, хорошо, я люблю трудности.

Я вспомнила о письме, которое вытащили из моего ридикюля предприимчивые местные кумушки. Нужно прочесть, что там.

Вытащив конверт, я достала из него сложенный вчетверо лист и прочла:

« Дорогие мои сестры, Присцилла, Кэнди и Шерил! Посылаю Миранду на ваше попечение, ибо в нашем доме и так слишком тесно. Моя дорогая супруга ждет ребенка, а присутствие Миранды делает ее больной. Вы ведь знаете, как ей хочется, чтобы она обрела семью, но видимо у Миранды другая судьба. Бедняжка Дороти говорит, что аура старой девы, которая окружает мою дочь, дурно влияет на ее состояние. Я буду оплачивать пребывание Миранды в вашем доме, сколько потребуется. С уважением генерал Уильям Хардман».

Какая прелесть… Папенька вытурил дочь из дома по просьбе супруги. Классика жанра! А супруга видать молодая, раз они плодятся, будто кролики…

Так, Лида, держи себя в руках. Здесь такие разговоры не поймут. Как можно аккуратнее.

- Приличия. Ты помнишь, Миранда? – я скопировала голос Присциллы и охнула, когда резкая боль пронзила висок. – Нет, нужно отлежаться…

Осушив одним глотком кружку с молоком, я закинула руки за голову и не заметила, как задремала.

Меня разбудила Бесси. Она гремела посудой, расставляя ее на прикроватном столике. Я почувствовала аромат куриного бульона.

- Мисс, просыпайтесь, нужно покушать и выпить порошок, который передал доктор Додсон.

- Спасибо, - я устроилась удобнее, чувствуя, как желудок отзывается на аромат, исходящий из супницы.

- Конюх привез ваши вещи, мисс Миранда, - Бесс кивнула в угол, где стоял небольшой сундучок, сумка из ковровой ткани, напоминающая саквояж, и громоздкий чемодан, больше похожий на тумбочку. – Как только я закончу с ужином, сразу же приведу в порядок ваши платья.

Служанка ушла, оставив меня есть в одиночестве, чему я была несказанно рада. Хотелось уединения, чтобы до конца понять и принять ситуацию.

Когда я в очередной раз склонилась над тарелкой, из разреза сорочки вдруг вывалился маленький ключик. Он болтался на тонкой цепочке, почти касаясь желтоватого бульона, словно намекая о своей значимости. А ведь правда, если его носили близко к телу, значит, он представлял для владелицы некую важность.

Мой взгляд сразу же метнулся к сундучку, на котором висел небольшой замочек.

Так – так…

Морщась от головной боли, я встала с кровати и, сняв ключик, вставила его в замок. Он сразу же щелкнул, откидывая вверх блестящую дужку. Открыв крышку, я пробежала глазами по содержимому. Книги, чернильница, набор перьев, еще куча каких-то безделушек, но мое внимание привлекла стопка писем, перетянутая красной лентой.

От кого эти письма? Почему их хранила Миранда?

Я вытащила их из сундучка и вернулась в кровать. Быстро доев бульон, я развязала ленту и вскрыла первое письмо.

«Дорогая, любимая Миранда. Мои дни превратились в настоящую пытку. Я так скучаю по Вам, что готов бросить все и мчаться обратно. Ваши глаза снятся мне каждую ночь, я слышу Ваш голос, и в каждой женщине мне чудятся Ваши нежные черты. Жена моя, любовь моя, единственная…».

Жена?! Жена?! А как же старая дева?!

В дверь постучали, и я быстро засунула письма под подушку. История становилась все более пикантной…

Это была Шерил. Она аккуратно прикрыла за собой дверь и присела рядом со мной, сочувственно разглядывая синяк на виске.

- Миранда, тебе удалось поспать? Ты бледна, а под глазами круги.

- О да, я хорошо отдохнула, - ответила я, чувствуя исходящий от нее легкий аромат розовой воды. – У вас хорошие перины.

- Да… мы следим за этим… - вздохнула она, и мне показалось, что она хочет мне что-то сказать. Так и случилось. – Дорогая, соседи скоро захотят навестить тебя. Обычно визиты наносят на третий день, но ты ведь еще слаба, поэтому подождем неделю.

- Хорошо, - мне хотелось, чтобы она поскорее ушла, ведь под подушкой меня ждали письма. – Пусть приходят через неделю.

- Присцилла очень переживает, что некоторые из них будут задавать вопросы… - Шерил немного покраснела. – Поэтому тебе стоит отвечать, что уже есть претендент на твою руку, а мы постараемся найти приличного человека, который женится на тебе. Ты милая… у тебя красивые глаза… Вполне вероятно, что ты даже приглянешься отставному полковнику Роберту Гитчу… У него неплохой дом, есть земли и он не так уж и стар… Всего пятьдесят семь… Для мужчины это прекрасный, зрелый возраст…

- Я не собираюсь замуж, - немного грубовато прервала я ее речи. – И не собираюсь врать.

Шерил опешила. Она смотрела на меня непонимающим взглядом, а потом протянула:

- Миранда… Это не совсем прилично… Пусть общество думает, что не все так плохо, тогда не будет лишних вопросов…

- Я отвечу на все вопросы, даже на самые неудобные, - я не собиралась сдаваться. – Но врать не буду. И не нужно мне сватать престарелых полковников, я все равно откажу ему.

Лицо тетушки вытянулось. Она явно не ожидала такого отпора с моей стороны.

- Ты изменилась, Миранда… Раньше ты не была такой резкой.

- Все в этом мире меняется, - я смотрела на нее невинным взглядом, а она все больше краснела. – А люди и подавно.

- Что ж, отдыхай, - Шерил поднялась и, неловко улыбнувшись, вышла из комнаты. Наверное, понесла «ужасные новости» своим сестрам. Теперь меня закроют в комнате, чтобы я, не дай Бог, не опозорила их перед обществом. Конечно, я не думала, что дойдет до такого, но и удержать меня где-то было миссией мало выполнимой.

Я снова извлекла из-под подушки письма и продолжила чтение, в надежде узнать, что же это за тайный муж, о котором не знают даже родственники Миранды.

Остальные послания тоже были пронизаны чувственностью, в них явственно прослеживалось трепетное отношение мужчины к своей даме сердца, и я даже немножко позавидовала хозяйке этого тела. Мне таких писем никогда не писали. Да и слов таких никогда не говорили…

Но меня заинтересовало вот что… Одно из писем немного приоткрывало завесу тайны странного брака. Вернее небольшой его кусочек.

«Моя милая супруга, я так жажду назвать Вас своей при всех, что поддавшись нахлынувшим чувствам, чуть не написал об этом тетушке Абигейл. Но меня остановило лишь одно обстоятельство – пока я далеко от Вас, то не смогу защитить от нападок и осуждения общества. Вы ведь знаете, что в Агландии очень уж крепки устои, и неравный брак будет осуждаться, несмотря на то, что по закону я вполне могу жениться на обычной учительнице. О, прошу прощения! Вы не обычная учительница, а самая очаровательная, самая нежная, самая умная женщина из всех, что мне довелось повстречать. Моя Миранда. Поэтому подождем нашего полного воссоединения, чтобы я смог лично привести Вас в свой дом и представить как супругу и хозяйку».

А вот это уже любопытно. Значит я, вернее Миранда – учительница? Но кто же тогда ее муж, упоминающий о неравном браке?

Все письма были подписаны двумя инициалами «У. М», что окончательно запутывало следы.

А еще я хотя бы примерно узнала, где нахожусь. Какая-то Агландия. Англия с гландами…

Отчаявшись найти хоть какую-то зацепку, я раскрыла последний конверт, который казалось, был пустым, и обнаружила там вырезку из газеты. Это был некролог.

«20 ноября 1840 г. от Рождества Христова трагически скончался лорд Уиллоу Мерифорд, рожденный 1 апреля 1805 г., член парламента, уважаемый общественный деятель и благотворитель».

- Е-мае… - протянула я, глядя огромными глазами на вырезку из газеты. В титулах я не была сильна, но лорд это ведь аристократ? Граф? Маркиз? - И что, я теперь графиня?

Ничего себе поворот! Я сложила письма в конверты, снова перетянула лентой и спрятала их в сундучок. Что же делать? Стоит ли говорить кому-то об этом? Похоже, покойный лорд так и не успел «обрадовать» своих родственников наличием супруги-учительницы. Но почему молчала Миранда? Уиллоу Милфорд скончался двадцатого ноября того года! Прошла уйма времени!

Я должна была воспользоваться этой ситуацией, хоть и не понимала, каким образом. Для начала стоило узнать, кто такой этот лорд, где его земли. Есть ли они у него вообще… Может, он нищий!

- Нет, нет! – вслух возразила я сама себе. – В некрологе написано, что он благотворитель, а значит… Денежки у него точно были.

Я упала на подушки, стараясь унять круговорот мыслей. Если уж я нахожусь непонятно где, то почему должна прозябать обычной учительницей? Возможно, я имею право на какое-то наследство? Но мне не давало покоя одно обстоятельство – Миранда скрывала этот брак даже после смерти мужа. Что-то здесь было не так.

Несколько дней пролетели как один миг. В течение этого времени меня мало кто навещал. Шерил больше не заходила, а Присцилла и Кэнди заглянули один раз, чтобы справиться о моем здоровье. В основном со мной бывала Бесси, за что я была ей очень благодарна.

Но пришло время выползти из комнаты и окунуться в неизвестный мир, полный загадок и тайн. Находясь в одиночестве, я постоянно думала о том, что со мной случилось, и начинала кое-что понимать. Вариантов было несколько. Либо я должна что-то изменить в себе, чтобы вернуться обратно, либо я здесь навсегда и нужно не впадать в меланхолию, а стараться закрепиться. Да, мне хотелось домой, я злилась, иногда не верила в то, что происходило, и загоралась надеждой, что вот-вот проснусь, но реальность все-таки заставила меня взять себя в руки.

В этот день Бесси пришла рано утром. Она помогла мне одеться, причесала волосы и затянула их в тугой пучок, отчего я стала похожа на Присциллу. У меня немного дрожали ноги, когда мы спускались вниз, но в целом я чувствовала себя нормально. Нужно было расхаживаться, чтобы все пришло в норму, иначе я никогда не выберусь из этого состояния.

Гостиная являлась образцом старинного интерьера, который так часто показывают в исторических фильмах. Она была просто заставлена мебелью - софа, стулья с высокими спинками, кресла, этажерка, столик для написания писем, столик для шитья и вышивки и для чая, а в центре находился круглый стол. За ним уже восседали тетушки, и при виде меня Присцилла нахмурилась.

- Миранда, ты растеряла последние крохи воспитания? Где твой книксен?

Где мой что? Я растерянно замерла. Аааа… это, наверное, приседание! Отставив ногу назад, я присела, но не удержалась и чуть не упала, вовремя схватившись за дверь.

- Откуда такая неуклюжесть? – Присцилла швырнула чайную ложку на белоснежную скатерть. – На это невозможно смотреть!

- Девочка еще слаба, - заступилась за меня Кэнди. – Не будь такой злой.

- Если она слаба, то пусть лежит в кровати, - отрезала тетушка и указала мне на стул. – Присаживайся, нечего стоять истуканом.

Я глубоко вдохнула, чтобы не ответить в тоне, которым обычно осаживала зарвавшихся должников. Ладно… поживи еще, сухарь в юбке.

- Итак, Миранда, мне бы хотелось поговорить с тобой. – Присцилла не сводила с меня пристального взгляда, пока я шла к столу. – Шерил сказала мне, что ты эээ… не хочешь немного подыграть нам… Это правда?

- Это правда, - кивнула я, шаря глазами по столу. – Я не собираюсь врать.

- Господь с тобой! – возмущенно воскликнула тетушка, поправляя чепец нервным жестом. – О чем ты говоришь?! Ты просто должна сказать, что есть претендент на твою руку! Вот и все!

- И что потом? – я взяла кусочек хлеба и намазала его маслом. – Вы быстренько постараетесь сосватать мне старого подполковника?

- Мне плохо… - протянула Присцилла, закатывая глаза. – У меня сейчас будет приступ…

Кэнди подскочила и сунула ей под нос какой-то пузырек.

- Присси, прошу тебя… Просто вдохни…

- Это неблагодарность! Разве можно вести себя подобным образом, находясь в нашем доме?! – тетушка не собиралась останавливаться. – Незамужняя девица должна испытывать радость оттого, что неравнодушные родственницы хотят устроить ее жизнь!

- В доме генерала… - тихим, смущенным голосом поправила ее Кэнди. – Ты забыла, что наш дом принадлежит брату, Присси?

Ага! Вот значит как… Дом, где жили тетушки, принадлежит отцу Миранды, плюс он оплачивает ее расходы. Вообще прекрасно! Теперь уж точно мною никто помыкать не будет!

- Главное приличия и устои! – Присцилла все-таки понюхала пузырек и, отшатнувшись назад, замахала на себя платочком. – В Корндбери спокойная жизнь, и каждый скандал тут же разлетается по всему герцогству! Леди Абигейл устраивает пикник в саду в честь нового герцога Мерифорд и мне бы хотелось побывать на нем! Но если на нас начнут косо смотреть, я этого не вынесу!

Кусок хлеба застрял у меня в горле, когда я услышала знакомую фамилию. Уиллоу Мерифорд был герцогом! Причем сейчас я нахожусь на его землях…

- Не стоит так переживать, тетушка, - я с трудом протолкнула хлеб. – Я не буду перечить вам. На меня что-то нашло… Сказывается травма. Прошу прощения. Я скажу все, что нужно.

Пока я не разузнаю, что здесь происходит, на рожон лезть не стоит. Насильно меня все равно никто замуж не выдаст, поэтому можно и пойти на поводу Присциллы. Подумаешь, велика проблема сказать, что есть какой-то там претендент на мою стародевичью руку.

- О, моя милая… - Кэнди с умилением взглянула на меня. – Мы все понимаем… Хорошо, что ты приходишь в себя.

- Ну, слава Богу! – Шерил тоже воспряла духом. – Наша Миранда вернулась! Скромная и послушная девочка!

Хороша девочка… Выскочила замуж за герцога втихую, да еще и скрывала это столько времени! Что же тебя останавливало, Миранда?

- Я рада, что ты взялась за ум. Иначе мне пришлось бы писать твоему отцу о недопустимости такого поведения, - было видно, что Присцилла испытывает облегчение. - Дамы, мы должны поторопиться. Пора собираться в церковь.

Я, молча, жевала и думала о своих дальнейших действиях. В сундучке не было никаких документов, подтверждающих брак Миранды с герцогом, но ведь где-то же они должны быть? Например, в церкви.

Бесси начала собирать со стола грязную посуду, а я все сидела, не заметив, что тетушки поднялись и смотрят на меня.

- Тебе еще стоит находиться в кровати, - ласково сказала Шерил. – Мы передадим от тебя привет отцу Келли.

- Нет, мне бы хотелось пойти с вами, - я тоже поднялась. – Я себя чувствую намного лучше, да и свежий воздух мне не помешает.

- Что ж, это правильно. Божье слово лечит не хуже порошков, - похвалила меня Присцилла. – Возьми шаль, Миранда. Сегодня на улице свежо.

Я сходила наверх, нашла среди вещей легкую шаль, лавандового цвета и, предвкушая интереснейшее путешествие, спустилась в холл.

- Ты помнишь, что нужно отвечать на неудобные вопросы? – перед тем как выйти, Присцилла еще раз напомнила мне о легенде, которой я должна придерживаться. – У тебя есть претендент на руку и сердце, но ты пока не хочешь называть его имя.

- Да, я помню, - ответила я, чуть ли не скрипя зубами от раздражения. Моя буйная натура просто рвалась наружу. – Не волнуйтесь, тетушка.

- Все-таки твое поведение выглядит несколько странно… - она в последний раз окинула меня подозрительным взглядом. – Но возможно это действительно последствия травмы…

Наконец мы покинули дом, и пошли по улице в сторону острого шпиля церкви, виднеющегося между верхушками деревьев. На улице было прохладно, а дома, палисадники и прохожих будто заволокло белой ватой. Это клубился густой туман, оседая на лицо и волосы мелкими капельками. Я всегда считала, что в туманах есть некая неуловимая красота, таинство, нечто мистическое. Особенно сейчас размытые границы предметов, их неясные очертания будоражили мою душу, словно я попала в сказку.

- Доброе утро, дамы!

Уже знакомый мне голос я услышала раньше, чем увидела его обладательницу. Из тумана выплыли две женские фигуры, и я узнала в них кумушек, которые первыми оказались на месте аварии. Если это можно было так назвать…

Они приблизились к нам и сразу же уставились на меня любопытными взглядами.

- Доброе утро, миссис Бишоп, миссис Эндрюс, - поприветствовала их Присцилла, а Шерил с Кэнди лишь улыбались, сложив руки на юбках. – Погода ужасная, не правда ли?

- Как вы правы! – миссис Эндрюс сделала грустное лицо. – У меня болят все косточки! Сегодня наша Рози даже растопила камин, чтобы я смогла хорошенько прогреться после церкви! А как здоровье вашей дорогой племянницы?

- Уже лучше, - ответила я. – Благодарю вас, что не оставили меня в тот ужасный день.

- Ну что вы, милочка! – миссис Бишоп расцвела, словно роза майская. – Разве мы могли оставить вас в таком состоянии? Наш христианский долг помогать и проявлять сострадание! Мы приехали в Корндбери полгода назад, и этот городок стал для нас родным!

- Ах, мне так неловко! – вдруг воскликнула Шерил, смущенно взглянув на сестер. – Мы ведь даже не представили вам нашу Миранду!

- А ведь правда! – согласилась с ней Кэнди. – Миранда была у нас в ноябре того года, как раз после смерти герцога, и вы незнакомы!

- Ничего страшного! – миссис Эндрюс поправила складки платья суетливым движением. – Мы обязательно узнаем друг друга лучше! Ваш дом уже открыт для визитов?

- Да, Миранде намного лучше, поэтому вы можете нанести визит завтра, - ответила Присцилла. Похоже, ей было тяжело выносить общество этих болтливых кумушек.

- Благодарим за приглашение, - лицо миссис Эндрюс расплылось в довольной улыбке, но тут же она увидела каких-то женщин и ее внимание переключилось на них. – Миссис Фирджи! Приветствую вас!

Она схватила свою спутницу под руку и потащила дальше, что-то шепча ей возбужденным голосом.

- Маргарет и Камилла приехали в Крендбери, потому что стало тяжело оплачивать счета в столичных домах, - объяснила мне Кэнди. – Теперь они живут вместе, ведут хозяйство, ведь так намного экономнее. Эти дамы знают все, что творится в городе.

Все ясно. Сплетницы первой гильдии. С такими нужно быть аккуратнее в беседе.

Мы пошли дальше, а в моей голове формировались догадки. Миранда была здесь после смерти герцога. Она не могла проводить супруга в последний путь в качестве законной супруги, и, видимо, ходила на кладбище после похорон.

Церковь находилась в очень живописном месте. Ее окружали вековые дубы, высокие ясени, среди которых буйствовали заросли остролиста, а еще здесь было старое кладбище. Ухоженное, со скошенной травой, покрытыми мхом надгробиями, оно навевало не страх, а легкую грусть.

Большие витражные окна с изображениями библейских святых, остроконечная черепичная крыша и арочный вход придавали церкви готический вид, а заросшие плющом каменные стены лишь усиливали это впечатление.

Возле нее уже собрались городские жители. Мужчины кланялись дамам, отходили в сторону, чтобы обсудить свои дела, а женщины собирались в кучки, чтобы посплетничать перед службой.

- Мисс… Мисс Хардман! Какая неожиданная встреча!

Мы с тетушками повернулись на мужской голос, и я увидела седовласого священника в широкополой шляпе. Он шел к нам быстрым шагом, а на его лице явственно читалось волнение.

- Доброе утро, отец Келли! – в один голос поздоровались тетушки, и он растерянно посмотрел в их сторону.

- Да, да… доброе утро, дамы… Мисс Хардман, вы давно в Крендбери? Надолго ли к нам?

- Нет, совсем недавно. Думаю, надолго, - ответила я, отмечая, что он явно чем-то встревожен. – Доброе утро, святой отец.

- Могу ли я поговорить с вашей племянницей? – обратился он к тетушкам. – Это касается приходской школы.

- Конечно, отец Келли, - Присцилла что-то шепнула сестрам, и они пошли ближе к церкви.

- Миранда, вы ведь не хотели приезжать сюда, - священник огляделся, словно боялся, что его могут подслушать. – Или вы решили открыться?

Так, так, так! А теперь нужно быть очень осторожной, чтобы не ляпнуть лишнего, но и узнать хоть малость из тех тайн, что окружали меня.

- Я не знаю… может быть…

- Вы ведь знаете, чем это может обернуться! – воскликнул он, но испугавшись своего громкого тона, зашептал: - Если бы покойный герцог позаботился об отказе от «права левирата» , то вы бы еще могли раскрыть свой новый статус, но сейчас не стоит этого делать! Подождите, когда новый герцог женится!

Я ничего не понимала и не могла уточнить, что он имеет в виду, чтобы не вызвать подозрений. Но священник выложил все сам.

- Вы взрослая женщина, Миранда, что обязывает вас быть рассудительной! Аристократы для того и пишут отказ от «права левирата», чтобы их братья не были вынуждены жениться на их вдовах! Я не знаю, по какой причине покойный герцог Мерифорд затянул с этим, но если вы объявите себя его законной супругой, Эммету придется жениться на вас! Будьте милосердны к юноше! Для семьи Мерифорд тайная женитьба Уиллоу и так будет шоком!

Я с трудом сдерживалась, чтобы не выругаться. Ничего себе законы! Вот значит, почему Миранда скрывала тот факт, что она вдова герцога…

После разговора со священником я поняла несколько вещей. Первое, мне нужно дождаться, когда младший брат герцога женится, а только потом заявлять о своих правах. И второе, если старший Мерифорд забыл избавить своего брата от обременительного брака, то кто мог дать гарантии, что он не забыл упомянуть обо мне в завещании? Скорее всего, так и было. Отец Келли дал понять, что в таком случае, семья решает, какую сумму на содержание выделить вдове. В общем, прежде чем что-то предпринимать, нужно было взвесить все за и против.

Все эти мысли кружились в моей голове, когда я стояла в церкви, вполуха слушая проповедь.

«И сказал Господь: вопль Содомский и Гоморрский, велик он, и грех их, тяжел он весьма; сойдя, посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне, или нет; узнаю».

Я вынырнула из раздумий и прислушалась. Похоже, священник говорил о Содоме и Гоморре. Но мое внимание привлекли очень интересные слова.

- … И когда огонь разорвал небо пополам, и на землю упала звезда Возмездия, мир воспылал тысячами пожарищ. И остались жить только самые праведные! – священник вскинул вверх указательный палец. – Так будем же помнить о Содоме и Гоморре, а также о звезде Возмездия, упавшей по велению Бога по истечению нескольких тысяч лет после!

Что-то такого я не припоминала в библейских текстах… Какая еще звезда Возмездия? А может, это совершенно другое развитие мира? Отдельная ветвь человечества? Все-таки и страны такой не существует в моей прошлой реальности.

Да и фиг с ним. Какая, по большому счету, разница?

Внутри храм ничем не отличался от католических костелов. Запрестольный образ, дубовая панель с резными херувимами за алтарём, две большие латунные люстры, уставленные свечами, деревянные скамьи с истертыми спинками. Классика жанра.

После проповеди отец Келли снова подошел к нам и сказал:

- Мисс Хардман, на следующей неделе я жду вас.

- Вам не хватает учителей? – поинтересовалась я, не очень понимая, чему могу научить хоть кого-то.

- Ах, я совсем позабыл вам сказать, что приходская школа для девочек потеряла одну учительницу. Бедняжка скончалась от чахотки месяц назад. Леди Абигейл Мерифорд поручила мне найти новую учительницу. Она всегда уделяет внимание своему детищу, ведь из нашей школы выходят самые лучшие слуги. Леди Мерифорд построила ее и теперь поддерживает финансово.

- Тебе нужно чем-то занять себя, дорогая, - Шерил взяла меня под руку. – Это отвлечет от грустных мыслей. Будешь учить девочек элементарной арифметике, чтобы они могли делать покупки.

- Этого вполне достаточно, - важно кивнул священник. – Как говорит леди Абигейл, прислугу незачем обучать грамоте и письму, иначе это приведет к ужасным последствиям. Они возомнят себя равными с высшим обществом и начнут устраивать бунты.

Тетушки испуганно ахнули, а Присцилла возмущенно поджала губы.

Ничего себе дела! Значит, если ты прислуга, то шансов изменить свою жизнь, нет абсолютно никаких. Какая несправедливость!

Естественно, будучи натурой горячей и справедливой, я моментально воспылала праведным гневом. Нет, это никуда не годится!

- С тобой все в порядке, Миранда? – взволнованно поинтересовалась Кэнди. – Твои щеки горят, словно маки!

- Немного стало дурно, - соврала я. – Наверное, слишком много пробыла на ногах.

- Да, да, милая… - тетушка посмотрела на священника. – Мы пойдем, святой отец. Миранда обязательно приступит к работе через неделю.

- Благослови вас Господь, - сказал отец Келли и многозначительно посмотрел на меня. Намекал, чтобы я держала язык за зубами?

Мы уже почти подошли к дому, когда на дороге появилась карета, запряженная двумя белоснежными лошадьми. Ею правил конюх в голубой ливрее с золотистыми пуговицами и с такими пышными усами, что казалось, будто он их специально начесал. Он сидел на черных козлах, украшенных накидкой с гербом и позолотой. Такой же герб красовался на дверце кареты.

Она поравнялась с нами, и я увидела в ее салоне пожилую женщину с седыми волосами, уложенными в высокую прическу. Этот шедевр парикмахерского искусства был увит нитью жемчуга, с которой кое-где свисали каплевидные бусины. Лицо у дамы было строгим и надменным, будто вылепленным из гипса.

- Леди Абигейл! – с придыханием воскликнула Шерил и дернула меня за юбку. – Книксен, Миранда!

Я присела, опустив голову, и выпрямилась, лишь когда карета проехала мимо.

- Какая у леди Мерифорд карета… - мечтательно протянула Кэнди. – Говорят, что ее подарил сам принц Бретфорский!

Итак, моя первая встреча с родственницей мужа состоялась. После слов отца Келли, я лишний раз убедилась, что эта женщина весьма неприятная особа. Неудивительно, что покойный герцог скрывал свой брак. Может, не стоит вообще лезть к ним? Что хорошего можно ожидать от тетки с таким выражением лица, будто ей должен весь мир?

Я задумчиво плелась за тетушками и, когда раздался стук копыт, даже не успела отскочить в сторону. Всадник еле успел удержать лошадь, и она встала на дыбы. Я вскинула руки, ожидая, что на мою голову сейчас опустятся огромные копыта, но ничего не произошло.

- Тише, тише… Вот так… Тише Призрак… Хороший конь…

Я убрала руки от лица и увидела прекрасного коня необычной серебристой масти. Величественное животное нервно фыркало, но послушно стояло на месте.

Когда всадник спрыгнул на землю, я сделала шаг назад, наткнувшись на строгий взгляд темных глаз под сдвинутыми бровями. Это был молодой человек, которому на вид я бы не дала больше двадцати пяти лет. Высокий, стройный, но с хорошо развитыми плечами, мужчина явно занимался каким-то спортом. Жесткая линия нижней челюсти и нос с горбинкой придавали его породистому лицу высокомерное выражение. Это ощущение усиливала некая холеность, словно передо мной стоял, по меньшей мере, принц датский.

- Вы в порядке? – молодой человек спросил это с раздражением. – Мой конь не задел вас?

- А вы больше носитесь по узким улочкам, тогда точно кого-то затопчете! – мой гнев, который я давила в себе все это время, просто выпирал наружу. – Это что вам, ипподром?! Тоже мне, наездник! Вам можно только пони доверить!

Где-то за моей спиной сдавленно охнула одна из тетушек.

- Вы понимаете, с кем говорите? – если он и разгневался, то виду не подал, оставаясь холодным и высокомерным.

- А разве есть какая-то разница, копыта, чьей лошади тебя чуть не растоптали? – проворчала я, понимая, что надо притормозить. Нельзя Лида! Стоп! Я демонстративно отвернулась, сложив на груди руки.

- Ваша светлость, прошу прощения! – Присцилла появилась очень вовремя. – Наша племянница недавно попала в ужасное происшествие… ее экипаж перевернулся… она сильно ушиблась и еще немного не в себе…

Меня снова начало накрывать от происходящего. Значит, я чуть не оказалась под копытами лошади и мне же нужно извиняться?!

Я медленно повернулась, но тут же застыла от внезапной догадки. Что? Его светлость? Это герцог?!

- Тогда вам стоит держать свою родственницу в кровати с грелкой до полного выздоровления, а не водить ее по улицам Корндбери. Всего хорошего, дамы.

Он вскочил на лошадь и, окинув меня еще раз внимательным взглядом, поехал прочь. Но уже не так быстро. Ага! Вот так вот!

- Миранда… - Присцилла смотрела на меня огромными глазами, в которых плескалась гамма всевозможных чувств. – Ты… ты… представляешь, что натворила? Кошмар! Это недопустимо! Это…

Внезапно ее голос стал каким-то далеким, расплывчатым, и я вовремя успела вцепиться за ограду дома, у которого мы стояли. Голова закружилась, перед глазами поплыли разноцветные круги, и меня вырвало прямо в чей-то палисад с цветущими кустами.

Возмущения Присциллы мгновенно закончились. Она бросилась ко мне, схватила под руку и помогла сохранить равновесие.

- Дамы, что стоим?! На вас напал столбняк?! – рявкнула она на сестер и заглянула мне в лицо. – Миранда, дорогая, с тобой все хорошо?

- Да… уже все прошло… - я с трудом выпрямилась, чувствуя, как начинает раскалываться голова. – Наверное, действительно слишком много на сегодня приключений…

Тетушки помогли мне дойти до дома, уложили в постель, заставили выпить порошки, и тут бы мне отдохнуть, но случилось вот что…

Я дремала, убаюканная шелестом начавшегося дождя, снизу доносились приглушенные голоса тетушек, а Бесси гремела на кухне посудой. И тут в дверь громко постучали.

Сначала я услышала, как служанка открывает дверь, потом тихий разговор, вскрик. И через несколько минут началось светопреставление.

- Кэнди, быстрее! Неси нюхательные соли! – кричала Шерил.

- Миссис Присцилла, держитесь за меня! Вот так… Ох, прошу вас, не падайте! – причитала Бесси. – Беда, какая беда!

Среди всех этих воплей слышались стоны самой Присциллы, и я села в кровати. Что еще могло произойти? Накинув халат, я осторожно вышла в коридор и замерла на лестнице. Но дальше не смогла сделать даже шага, когда увидела развернувшуюся передо мной картину.

Тетушки суетились над повисшей на руках Бесси Присциллой, а в дверях стояла молодая женщина с младенцем на руках. Она была одета в простой плащ, а возле нее стояли сундуки, сундучки и саквояж с вышитым на нем аистом. Не знаю, почему, но во мне волной поднялось дурное предчувствие. Я просто всем своим существом ощущала, что произошло нечто из ряда вон выходящее, да еще и имеющее ко мне самое непосредственное отношение.

Женщина подняла глаза и, увидев меня, чуть не плача, воскликнула:

- Леди, слава Богу! Я приехала как вы и просили, а тут… тут такое! Беатрис всю дорогу плакала, мне кажется, у нее болит животик! Бедное дитя!

Она обошла полуобморочную Присциллу и сунула мне в руки ребенка.

- А вот и мама, милая… Мама соскучилась по нашей малышке…

Мама?! Я застыла, будто громом пораженная. Это я мама?!

Малышка была чудесная. Она смотрела на меня темными бусинами заплаканных глаз, и стрелочки мокрых ресниц доставали почти до бровей.

- Ну, здравствуй, Беатрис… - растерянно прошептала я, глядя на это нежное личико с губками бантиком. – Давай знакомиться…

- Миранда! – гневный голос Присциллы разрушил очарование момента. – Миранда! Немедленно объяснись! Немедленно! Я требую!

Что я могла объяснить, если сама ничего не понимала?

Тетушка оттолкнула от себя Бесси и выпрямилась. Ее лицо исказила гримаса гнева.

- Ты опозорила нашу семью! Из-за тебя мы не сможем смотреть в глаза соседям! На нас будут тыкать пальцами и говорить, что мы родственницы… пад… пад… падшей женщины!

Последние слова она почти выплюнула, покрываясь пятнами. Господи, да ее же сейчас удар хватит!

- Зачем вы так говорите о леди Миранде?! – вдруг возмущенно воскликнула незнакомка. – Она не падшая женщина, а леди Мерифорд! А я кормилица леди Беатрис – Хлоя!

В коридоре воцарилась гробовая тишина. Тетушки застыли как «морские фигуры» из детской игры, а я обреченно вздохнула. Тайны начинали сыпаться, грозясь превратиться в настоящий обвал.

- Кто леди Мерифорд? – тоненьким голосом протянула Кэнди. – Наша Миранда?

- Да… - Хлоя растерянно посмотрела на меня, а потом прошептала: - Леди, вы ничего не сказали своим родственникам?

- Нюхательные соли! Миссис Кэнди! – завопила Бесси. – Ой, держииитеее!

Присцилла сползала вниз по стене, закатив глаза. Ее лицо из красного стало мертвенно-бледным.

- Так, поднимайся с ребенком в мою комнату, - я передала малышку Хлое. – Вторая дверь справа. А я разберусь со всем этим.

- Хорошо, леди, - кормилица быстро пошла наверх, я же спустилась к тетушкам.

Все вместе мы затащили Присциллу в гостиную и усадили в глубокое кресло. Она стонала, охала, но я видела, что тетушка следит за мною из-под ресниц.

- Миранда… я прошу тебя, объясни, что происходит? – жалобно взмолилась Шерил. – Это правда?

- Правда, - кивнула я, понимая, что уже не отвертеться. – Я вдова герцога Уиллоу Мерифорда. Беатрис наша дочь. Остальное я расскажу позже, потому что хочу подняться к ребенку.

- Хорошо, Миранда… - кивнула Шерил, глядя на меня огромными глазами. – Мы подождем…

- Бесси, приготовь комнату кормилице и отнеси туда вещи, - распорядилась я, и служанка присела в книксене. – Да, леди.

- И держи язык за зубами, - я многозначительно взглянула на нее. – Ты понимаешь, что из этого дома ничего не должно выйти?

- Леди, я и словечка не скажу! – пообещала Бесси, не сводя с меня восхищенного взгляда. – Можете мне полностью доверять!

Я вышла из гостиной, чувствуя, что тошнота возвращается, а с нею и головная боль. Оставалось надеяться, что это был последний сюрприз из прошлой жизни Миранды.

Интересно, как ей удавалось скрывать беременность? Рождение дочери? Одни загадки! Единственное, что было более или менее понятно так это то, что у Миранды отсутствовало молоко. Девочку она грудью не кормила.

- Леди, мне так неловко! – Хлоя бросилась ко мне, как только я вошла в комнату. – Я ничего не должна была говорить, но я ведь не знала!

- Ничего страшного. Все утрясется, - я улыбнулась ей. – Как малышка?

- Она заснула, - кормилица кивнула на кровать, где лежала Беатрис. – Ее очень вымотала дорога.

- Послушай… я хочу тебе кое-что рассказать… - начала я, с осторожностью подбирая слова. Мне ведь нужно было узнать хоть что-то! – Когда я ехала сюда, экипаж перевернулся, и я сильно ударилась головой…

- О, леди! С вами все в порядке? – Хлоя заволновалась. – Ваше здоровье…

- С моим здоровьем не все так плохо, - остановила я ее. – Но моя память немного пострадала… Я не помню некоторые вещи…

- А разве так бывает? – она изумленно уставилась на меня.

- Доктор сказал, что бывает и что скоро все восстановится, - врала я напропалую. – Но мне бы хотелось уточнить некоторые детали…

- Спрашивайте! Я все расскажу вам! – Хлоя похоже поверила мне. – Все, что знаю!

- Где жила Беатрис?

- Ох, леди… Вы не помните, где мы жили? – женщина покачала головой. – Мы с Беатрис жили эти три месяца после ее рождения у меня. С вами мы познакомились, когда вы переехали в графство Поркинд, чтобы скрыть ваше положение от отца и мачехи. Ведь все грозилось открыться в любой момент!

- Но как я это объяснила родственникам?

- Вы заплатили доктору, чтобы он сказал генералу, что вам нужен морской воздух. Генерал спокойно отправил вас в Поркинд, чему была очень рада его молодая супруга. По крайней мере, вы мне так рассказывали, - Хлоя смотрела на меня с беспокойством. – Вы и этого не помните?

- Нет, увы… - я пожала плечами, переживая, что все это выглядит несколько странно.

- Леди, вы съездили на могилу супруга и все время до рождения Беатрис провели в графстве. Потом вы решили отправиться в Корндбери, где его светлость оставил для вас дом.

- Дом? Герцог оставил мне дом?! – эта новость немного взбодрила меня. Такие сюрпризы мне однозначно нравились… - Но у меня нет на него документов!

- Есть! – Хлоя подмигнула мне. – Они вшиты в подкладку вашего плаща!

Так. Мне нужно было срочно распутать этот клубок тайн, загадок и несостыковок, иначе мой мозг взорвется.

Недолго думая, я отправила Хлою помогать Бесси и достала плащ. Я сразу же нащупала бумаги, спрятанные в его подкладке – они были аккуратно зашиты под широким капюшоном. Распоров ткань ножом для вскрытия конвертов, я с волнением извлекла их. Итак, что же оставил мне муж Миранды?

Моему удивлению не было предела. Оказалось, что герцог был довольно щедр к своей супруге. С этого момента я была хозяйкой поместья «Золотая роща», земель, окружающих его, и денежного довольствия, размеры которого мне было определить сложно из-за незнания местных финансовых особенностей. Но еще меня ожидал сюрприз в виде письма самого Уиллоу Мерифорда…

« Дорогая моя супруга, это письмо не будет столь нежным, как предыдущие. Но это не потому, что мои чувства угасли к Вам, а потому, что в нем я хочу затронуть серьезные вопросы. Вы знаете, что в соседней Тирландии неспокойно. Но пока я не могу уехать отсюда. Мне нужно собрать и вывезти из тирландского поместья все важные документы, а также ценности, принадлежащие нашей семье. Пока войска не утихомирят бунтовщиков, может случиться что угодно. Поэтому я отправляю к Вам своего посыльного. Он привезет бумаги, в которых я изъявляю свою волю. Не волнуйтесь, моя родная, я собираюсь вернуться к Вам целым и невредимым, но на всякий случай должен подстраховаться. Мне бы не хотелось оставить Вас в этом жестоком мире без дома и гроша в кармане. Итак, моя воля такова. Вам переходит поместье «Золотая роща», находящееся на границе герцогства, плодородные земли, по которым проходит железная дорога и лесопилка. Также я назначаю Вам денежное довольствие в размере пяти тысяч фунтов в год. Эти деньги Вам будет перечислять нотариальная контора мистера Бенни Притта. Со всеми вопросами Вы можете тоже обращаться к нему.

А теперь о самом главном. О праве левирата. Я не собираюсь отзывать его, потому что Эммет собрался жениться на леди Веронике Монтгомери, и их венчание должно состояться в самое ближайшее время. На этом я вынужден заканчивать, так как есть еще великое множество дел, с которыми мне нужно разобраться. Чем быстрее я решу все проблемы, тем скорее мы с Вами встретимся, дорогая жена.

С любовью навечно, Ваш Уиллоу».

Значит, что-то случилось в этой… как ее… Тирландии. Возможно, герцог погиб от рук бунтовщиков. Но если Эммет собирался жениться, то почему тогда священник попросил подождать? Неужели свадьба еще не состоялась? Хотя… вполне вероятно. Ведь в семье герцога еще траур. Похоже, венчание пришлось отложить. Но что делать мне? Как вести себя дальше? Если настоящая Миранда пригласила сюда кормилицу с ребенком, значит, она собиралась раскрыть правду, несмотря на риск стать женой младшего брата Уиллоу. Но почему она не могла подождать? Скорее всего, из-за малышки, ведь скрывать ребенка становилось все труднее… Но если мыслить логически, то Миранда могла переехать в поместье и по душам поговорить с Эмметом. Пообещать не показываться на людях до того момента, пока он не вступит в законный брак. А что, это вполне достойная идея… Спрятаться в поместье от чужих глаз и жить в свое удовольствие…

Хлоя унесла малышку в соседнюю комнату. Туда уже притащили старую колыбель, в которой, видимо, в младенчестве укачивали каждую из моих тетушек. Я же спустилась вниз, чтобы, наконец, поговорить со своими новоиспеченными родственницами.

Тетушки так и сидели в гостиной. Присцилла уже пришла в себя и обмахивалась бумажным веером, отчего кружева на ее чепце весело трепетали. Шерил с Кэнди о чем-то возбужденно шептались, но увидев меня сразу же замолчали.

- Думаю, вы хотите знать подробности моей связи с герцогом? – начала я, опустившись на софу.

- Да уж, будь добра, расскажи нам, как такое могло произойти? – Присцилла холодно смотрела на меня. – И почему никто не знает о столь знаменательных событиях, как твое венчание с герцогом и рождение ребенка?

- Я опущу момент нашего с ним знакомства и перейду к главному. Его светлости пришлось срочно уехать в Тирландию, чтобы спасти от бунтовщиков документы и ценные вещи его семьи. Это я попросила его не говорить семье о нашей свадьбе. Они вряд ли бы обрадовались такой невестке, а остаться без поддержки супруга в его отсутствие мне не хотелось, - спокойно ответила я, надеясь, что эта версия не особо отличалась от того, что произошло на самом деле. – А потом вы сами знаете, что случилось… Уиллоу не стало. Мне даже представить было страшно, что придется идти к его родственникам…

- Что же изменилось сейчас? – Присцилла внимательно слушала меня, прищурив глаза.

- Теперь у меня есть дочь. Я ждала, когда младенец немного окрепнет, чтобы можно было привезти ее сюда. В дом, который оставил нам ее отец, - мне казалось, что мои сказки звучали довольно убедительно. – Мне все равно где жить, но малышка имеет все права пользоваться имуществом отца.

- Герцог оставил тебе имущество??? – охнула Шерил, быстро моргая от изумления.

- Да, оставил. Поместье «Золотая роща» с землями и пять тысяч в год, - кивнула я, отмечая, как вытягиваются лица тетушек.

- Но по землям «Золотой рощи» проходит железная дорога! – выдохнула Кэнди. – За нее герцог получал огромные деньги! Плюс лесопилка!

- Вот это дааа… - протянула Кэнди, с восхищением глядя на меня. – Миранда, ты теперь богата!

- Вы рано радуетесь, - в голосе Присциллы зазвенел металл. – Герцог написал отказ от права левирата?

Головы тетушек повернулись ко мне.

- Нет, не написал, но его брат должен был жениться, поэтому я решила поговорить с ним. Никто не узнает о том, что я вдова герцога Мерифорда до тех пор, пока Эммет не сочетается браком… Скоро кончится положенный год траура и…

- И он будет обязан жениться на тебе, - прервала меня Присцилла. – Потому что невеста нового герцога, Вероника Монтгомери, скончалась от пневмонии.

- Что? – я растерянно посмотрела на нее. – Как скончалась?

- В своей девичьей постели, - отрезала тетушка. – Ты не знала об этом?

- Нет… откуда я могла это знать? – мое настроение стремительно портилось. Наследство становилось недосягаемым, потому что замуж я не хотела. А еще я подозревала, что высокомерный пижон по имени Эммет тоже будет не рад перспективе жениться на вдове брата.

- Что же теперь делать? – Шерил взволнованно завертелась на софе. – Сестры, нужно что-то решать с этим!

- Но что мы можем? – Кэнди умоляющим взглядом посмотрела на Присциллу.

- Главное, не паниковать, - ответила она твердым голосом. – Долго скрывать ребенка у нас все равно не получится. Девочке нужен свежий воздух, да и нам часто наносят визиты. Люди станут задавать вопросы.

- И как мы поступим? – в один голос спросили Кэнди и Шерил.

- Придется обратиться к Флойду Барчему, - зловещим голосом произнесла Присцилла. – Другого выхода у нас нет.

- К Флойду Барчему?! – воскликнула Шерил, но тут же прикрыла рот ладошкой.

- Оооо! – следом за ней протянула Кэнди. – Присси…

- Кто это? – мне было любопытно, почему у них такая реакция на этого человека.

- Он живет в хижине на краю леса. Этот мужчина был осужден за подделку документов и ему отрубили правую руку, но говорят, что он и левой может творить настоящие чудеса! – прошептала Шерил и добавила: - Но вряд ли Флойд захочет браться за старое.

- Мы предложим ему много денег, - Присцилла решительно поднялась. – Я пойду к нему прямо сейчас.

- Вы хотите подделать отказ от права левирата? – я никак не ожидала от тетушки такой прыти. Мне казалось, что она недолюбливала меня.

- Именно это я и хочу сделать, - деловито произнесла Присцилла. – Я не позволю, чтобы мою племянницу унижали своим высокомерием. Даже герцоги. Пусть утрутся, когда Миранда получит свое наследство. Девочка заживет в достатке, не обремененная мужем, который будет вымещать на ней зло за навязанный брак!

Ай да тетушка! Ай да Присцилла!

К Флойду Барчему мы отправились всей семьей. Шерил и Кэнди не хотели отпускать Присциллу одну, а я бы чувствовала себя неловко, оставаясь дома, когда решается моя судьба. Несмотря на легкое недомогание, я упрямо шагала за тетушками, размышляя над тем, как дальше вести себя в этой ситуации. Заявиться в дом герцога и объявить о том, что я его вдова? Или на вполне законных основаниях въехать в «Золотую рощу»? Рано или поздно об этом узнают высокородные родственнички и прикатят сами. Нет, все-таки стоит пойти… Я ведь не воровка и не аферистка, чтобы вот так вселяться в даже пусть принадлежащее мне по праву жилье.

- А кто же ты? – ехидно поинтересовался внутренний голос. – Аферистка и есть. Ты куда сейчас идешь? Нет-нет, не отвечай! К уголовнику, который подделывает документы. Так что ты там говоришь? Не слышууу…

- Ты еще заткнись, - зло прошептала я. – Я спасаю и себя, и этого высокомерного пижона от огромной ошибки! Кто я такая, чтобы портить ему жизнь? Но самое главное из всего этого – я не хочу портить жизнь себе!

- Что ты там бормочешь, Миранда? – Шерил повернулась и удивленно взглянула на меня. – Все в порядке?

- Споткнулась, - ответила я, чувствуя муки совести. Как судебному исполнителю мне претило пользоваться услугами преступного элемента, но как женщине, попавшей в ужасную ситуацию, грех было не воспользоваться!

Мои душевные терзания продолжались до самой хижины Флойда Барчема, но когда Присцилла постучала в дверь сего приземистого строения, я успокоилась. В конце концов, до предъявления документа еще было время, и я могла спокойно все обдумать.

- Кто там? – раздался грубый голос с нетрезвыми нотками. – Чего шляетесь под окнами?! Хотите, чтобы я взялся за ружье?!

- Мистер Барчем, мы пришли по важному делу, - спокойным, без единой эмоции голосом произнесла Присцилла. – Прошу вас, выслушайте нас.

Дверь резко отворилась, и я увидела крупного мужчину с густой бородой и нечесаной шевелюрой, одетого в простую несвежую рубаху. Вместо правой кисти у него была зажившая культя с розоватой кожей на месте раны.

- Дамы? – удивился он, расплываясь в широкой улыбке. – Вот так сюрприз! Чего вам понадобилось от старины Флойда?

- Это касается… кхм… вашего бывшего занятия, - сказала Присцилла, многозначительно приподняв брови. – Вы понимаете меня?

Мужчина тут же посерьезнел и, выглянув на улицу, проворчал:

- Проходите.

Мы вошли внутрь и остановились у порога, чувствуя неловкость. В хижине была одна комната с очагом, а из мебели - лишь кровать, стол, стул и большой кованый сундук.

- Как видите, посадить мне вас негде, так что не обессудьте, - он уселся на стул и налил себе в стакан какого-то мутного пойла. – Так что вам нужно от меня?

- Нам нужен документ, - начала, было, тетушка, но он прервал ее:

- Вы разве не видите, чем закончились мои прошлые делишки? – мужчина поднял культю. – С чего вы взяли, что я стану что-то делать для вас?

- Мы вам хорошо заплатим, - пообещала Присцилла, а Шерил с Кэнди быстро закивали головами. – Очень хорошо.

- Судя по вам, вы обычные горожанки с доходом в пятьсот фунтов в год, а может, и того меньше. Что вы можете мне предложить?

Недолго думая, Присцилла изложила ему всю историю, не забыв упомянуть, какой именно документ мы от него желаем получить. Флойд Барчем внимательно выслушал ее, попивая спиртное, а потом сказал:

- Я могу подделать любой почерк, любую печать, это не сложно, но вот достать бумагу верже, которой пользуются аристократы для меня уже непросто, - честно признался мужчина. – Это особая бумага с гербом, которую просто невозможно подделать. Раньше я запросто мог украсть ее, но сейчас…

- Вы дадите гарантии, что никто не узнает о настоящем происхождении документа? – меня это интересовало больше всего.

- Это не настолько серьезный документ, чтобы кто-то затеял проверку на его подлинность, - он ухмыльнулся и добавил: - И вы не обижайтесь, леди, но он будет только на руку брату вашего почившего супруга. Вряд ли он горит желанием жениться на его вдове. Так что, наличие этой бумаги выгодно всем, как ни крути.

Да этот человек умен! Его логическое мышление даже немного удивило меня, хотя обладать талантом подделывать документы, наверное, мог не каждый.

- Вы правы. Вы очень даже правы… - я начала присматриваться к нему с возрастающим интересом. – А если я достану бумагу, вы сделаете это?

- Хорошо, я возьмусь за это дело, но с одним условием.

- И что же это за условие? – Присцилла нахмурилась. Да и я немного напряглась, ведь кто знает, что этот человек с сомнительной репутацией может потребовать.

- Ваша леди возьмет меня на работу в свое поместье. – Флойд Барчем отставил стакан и уставился на нас красными глазами.

- Что? – я немного не понимала, зачем ему это. – Вернее, для чего?

- Те деньги, что я получу от вас рано или поздно закончатся, а я хочу нормальной жизни, - неожиданно разоткровенничался бывший мошенник. – Вы не смотрите, что у меня нет руки, я много чего умею, и точно пригожусь в хозяйстве.

- По рукам, - я протянула ему левую руку, и он пожал ее.

- Когда вы принесете бумагу?

- В самое ближайшее время, - пообещала я и, попрощавшись, мы с тетушками покинули его хижину.

- Но как ты собираешься добыть бумагу с гербом герцога? – спросила Шерил, как только мы вышли на дорогу.

- Мне придется пойти к ним в поместье и рассказать, кто я есть на самом деле, - ответила я. – Может получится украсть бумагу.

- Но это ведь опасно! – испуганно воскликнула Кэнди. – А если тебя поймают за этим делом?

- Меня ведь не казнят за лист бумаги? – рассмеялась я, но все-таки поспешила успокоить тетушек: - Никто меня не поймает. Я обещаю.

- Миранда права, - снова удивила меня своей поддержкой Присцилла. – Лучше попробовать украсть бумагу, чем всю жизнь терпеть непонятно что! Знаешь что, милая? Ты еще молодая женщина, а теперь еще богатая вдова. У тебя есть шанс найти свою судьбу… Супруга, которого ты будешь уважать и любить. Разве это не стоит того? Борись за свою жизнь, чтобы не провести ее с ненавидящим тебя молодым повесой, который и в постель-то твою вряд ли заглянет… Дерзай, девочка, но помни о приличиях. Они, прежде всего.

- Ох, я сейчас расплачусь, – Шерил достала из рукава платочек и приложила его к глазам. – Присси, ты очень хорошо сказала…

- Да, сестра права, - Кэнди тоже тяжело вздохнула. – Новый герцог Мерифорд всегда славился своим умением соблазнять дам. Говорят, в его постели побывала даже знаменитая оперная Дива Колетта Буанансон! Правда, Эммет ее бросил через две недели, и она пыталась повеситься на той штуке, которой поднимают занавес!

- А история с баронессой Дитчен? – подхватила эстафету сплетен Шерил. – Она сама ездила к нему по ночам, переодевшись мужчиной! Не знаю, где она брала жилеты и сюртуки, которые без труда сходились на ее груди! А ее зад еле влезал в штаны!

- Шерил! Не говори слово «зад», это неприлично! – прошипела Присцилла, одарив сестру возмущенным взглядом. – Тем более у баронессы Дитчен не зад, а целый карточный стол.

Тетушки принялись хохотать, и я подумала, что все-таки у меня неплохие родственницы. По крайней мере, на них можно было положиться. Они мне чем-то напоминали крестных фей из сказки о спящей красавице – Флору, Фауну и Меривезу.

- Миранда, не отставай, - Присцилла повернулась ко мне и подмигнула. – Нам еще нужно обдумать твой визит к герцогу.

Чего его обдумывать? Собралась да пошла. Я тянуть не привыкла, и с этим уж точно не собиралась.

Вернувшись домой, я поднялась наверх, чтобы переодеться, и заглянула в комнату, которую заняли Хлоя с младенцем.

Девушка дремала, свернувшись калачиком в широком кресле, а малышка тихо посапывала в колыбели. Я накрыла пледом Хлою и подошла к дочери Миранды. Вернее, уже моей дочери. Меня тянуло к ней с каким-то болезненным любопытством, хотелось рассмотреть девочку лучше… Я всегда мечтала о детях, но уже давно смирилась с тем, что их никогда в моей жизни не будет, а тут такое чудо…

Беатрис была такой беззащитной и трогательной, что у меня защемило сердце. Розовые щечки, темные кудряшки и длинные ресницы делали ее похожей на сказочную принцессу.

- Какая же ты красавица, - прошептала я, осторожно касаясь бархатной кожи кончиками пальцев. – Я уверена, что полюблю тебя. Пусть твоя настоящая мама не переживает…

Малышка почмокала губками, и я убрала руку. Пусть спит.

Тетушки в нетерпении ожидали моего появления. Как только я вошла в гостиную, Шерил сказала:

- Миранда, дорогая, мне кажется, нам нужно идти в дом герцога вместе.

- Зачем? – я опустилась на софу.

- Мы сможем отвлечь кого угодно, пока ты будешь заниматься делом, - многозначительно произнесла Шерил. – Понимаешь?

- Что ж, это неплохая идея, несмотря на то, что меня сочтут глупой девицей, которая шагу не может ступить без своих тетушек, - усмехнулась я. – Но мне все равно, пусть думают что хотят.

- Правильно! – закивала Кэнди. – Главное добиться своей цели!

- Значит так, мы отправляемся в поместье герцога сразу после завтрака, - молчавшая до этого Присцилла, обвела всех строгим взглядом. – Они будут обязаны нас принять.

- А если нет? – Шерил взволнованно комкала носовой платок. – Скажут, что сегодня герцог не принимает или они с тетушкой уехали с визитами… Можно много чего придумать, чтобы избежать нежеланных гостей.

- Пока вы расхаживали по дому, я отправила Бесси в поместье Мерифордов с письмом, в котором написала, что мы просим аудиенции с его светлостью. И что у нас есть очень важная информация о покойном герцоге, - ответила Присцила с горделивыми нотками в голосе. – Постоянно мне приходиться думать за всех вас!

- Я ужасно волнуюсь! Меня бросает в жар только от одной мысли о встрече с леди Абигейл! – Кэнди вскочила с кресла и начала расхаживать по комнате. – Леди Абигейл такая высокомерная! Она просто ледяная глыба!

- Ничего, им придется поговорить с нами, - твердо сказала Присцилла. – Семейство герцога не может игнорировать вдову Уиллоу. Выгнать они нас тоже не смогут, так как у Миранды есть документы, подтверждающие… Миранда, у тебя есть документы?

- У меня есть письма герцога. Есть бумаги на поместье «Золота роща», а еще муж написал, чтобы я обращалась к нотариусу Бенни Притту, - ответила я. – Ах, да! Отец Келли тоже знает о нашем венчании.

- Отлично! – воскликнула Присцилла, но тут же нахмурилась. – Священник знал и скрывал это от всех! Не думаю, что леди Абигейл погладит его за это по головке!

- Но во всем этом нет его вины! Что он мог сделать? – возмутилась Кэнди. – Его светлость и наша Миранда взрослые люди и он не мог отказаться провести обряд! В конце концов, это мог сделать кто-нибудь другой!

Я слушала их, но абсолютно не волновалась. На моей стороне был закон, а все эти горделивые аристократы могли хоть в лепешку разбиться в попытке как-то унизить меня. Не на ту напали. Лидка Гренадерша не таких ломала.

Утром Хлоя принесла мне Беатрис, и я с трепетом взяла малышку на руки. Она казалось такой крошечной, такой хрупкой… Девочка смотрела на меня своими темными глазками с такой серьезностью, будто понимала, что вокруг нее происходит.

- Она так похожа на вашего покойного супруга… - Хлоя протянула мне медальон на цепочке. – Вот, он затерялся в детских вещах.

Я передала ей Беатрис и взяла украшение. Золотые створки были сделаны в форме сердца, а внутри оказались два портрета – мой и темноволосого мужчины. Похоже, это герцог и есть. Симпатичный… Благородное лицо, открытый взгляд, черные волосы, уложенные в аккуратную прическу. Да, дочь очень походила на своего отца. Тут хватит одного взгляда, чтобы увидеть родственную связь.

Надев медальон на шею, я спустилась к завтраку, мысленно настраивая себя на поход в поместье герцога. Прокручивала в голове все варианты разговора, реакцию новоиспеченных родственников, но все же я прекрасно понимала, что события будут разворачиваться в непредсказуемом ключе.

Тетушки уже были одеты в прогулочные платья и в свои самые лучшие чепцы с кружевными вставками.

- Вы готовы, дамы? – Присцилла поднесла ко рту чашку с чаем, оттопырив мизинец. – Сегодня у нас трудный день.

- Готовы, Присси! – Шерил отодвинула тарелку с яблочным пирогом. – Но я так волнуюсь! Так волнуюсь! Кусок в горло не лезет!

- Выпей успокоительных капель, - тетушка повернулась ко мне. – Миранда, ты как себя чувствуешь?

- Все хорошо, - вполне честно ответила я. – Я спокойна.

- Отлично. Тогда заканчиваем с чаем, и в путь, дамы.

Утро было туманным и в его дыхании уже чувствовалось приближение осени. Капельки росы блестели маленькими бриллиантами на пожелтевшей траве, а робкие солнечные лучи пробивались сквозь плотное покрывало серых туч. Мы шли по берегу небольшой реки с берегами, покрытыми мхом, и я с наслаждением вдыхала свежий воздух, наполненный терпким ароматом грибов.

Впереди показалась подъездная аллея, ведущая к поместью. Высокие деревья образовывали живой свод над ней, в котором прыгали рыжие белки, пищали птицы и мне показалось, что я попала в сказку. Под ногами шуршали первые опавшие листья, было тихо, но где-то вдалеке слышались чьи-то голоса.

Это были слуги, подметающие площадку перед красивым домом с белоснежными колоннами. Величественное строение просто дышало богатством, лоском аристократической жизни и даже розы, растущие на круглых клумбах, выглядели высокомерными, как и хозяева этого великолепия.

Увидев нас, один из слуг быстро поднялся по ступеням и постучал в двери. Их отворил высокий седой мужчина с пышными усами, выслушал его, поглядывая в нашу сторону, а потом шагнул через порог. Он застыл в ожидании, сложив руки за спиной, и когда мы поднялись, холодно поинтересовался:

- Что вы хотели, дамы?

- Вчера мы отправляли письмо для герцога. Мы миссис Ларкинс, а с нами наша племянница… кхм… миссис Миранда Хардман, - ответила Присцилла, не уступая ему в холодности. – Прошу вас, проводите нас к его светлости.

- Сейчас я узнаю, сможет ли его светлость принять вас, - дворецкий смотрел на нас как насекомых. – Я ничего не знаю ни о каком письме.

Вот гад! Он специально ведет себя так, чтобы унизить нас. Ну, уж нет, меня всякие тараканы строить не будут!

- Вы немедленно пойдете к герцогу и скажете, что прибыла вдова его брата! Покойного Уиллоу Мерифорда! – процедила я, с наслаждением наблюдая, как вытягивается его лицо. – Немедленно! Но прежде, проведете нас в гостиную и предложите чашку чая.

- Я… я… - дворецкий растерялся, его глаза забегали, но он тут же взял себя в руки. – Прошу вас, пройдемте за мной.

Мы вошли в огромный холл, на роскошества которого я даже не обратила внимания. Раздражение уже охватило меня, а это было предвестием нехороших вещей. Мои должники знали, когда я нервничаю, со мной лучше не спорить.

Дворецкий провел нас в гостиную и умчался прочь, а мы переглянулись.

- Правильно Миранда, так его! – зашептала Кэнди. – Пусть не строит из себя господина!

- Сейчас начнется светопреставление, - вздохнула Шерил, с восхищением разглядывая убранство комнаты. – Ох, я снова начала волноваться! Сердце выскакивает! Но какая же красота кругом…

Присцилла молчала, сжав губы, и выглядела при этом очень решительно.

Интересно, кто выйдет к нам? Сам герцог или его высокомерная тетушка? Хотя, особой разницы я не видела, главное провернуть то, зачем мы сюда пришли.

Раздались быстрые шаги, дверь распахнулась, и в гостиную вошел Эммет Мерифорд. Его лицо было хмурым, брови сошлись на переносице, а глаза метали молнии. Он секунду смотрел на нас злым, недоуменным взглядом, а потом спросил, не сводя с меня взгляда:

- Я так понимаю, это вы мните себя вдовой моего брата?

Ага, мну!

- Я и есть вдова вашего брата, - я улыбнулась, зная, что у меня появляются симпатичные ямочки на щечках. – Что могу с легкостью доказать.

- Вот даже как? – герцог шагнул ко мне. – Чем? Предъявите какого-нибудь ребенка, и ваши родственницы в один голос запоют, что его вам сделал покойный Уилллоу? Но поспешу вас расстроить, это не доказательство.

После слова «сделал», тетушки охнули. Это был верх неприличия.

- О нет… я могу предъявить бумаги на оставленное мне поместье «Золотая роща», письма Уиллоу, свидетельства нотариуса Бенни Притта, а еще вы всегда можете посмотреть церковную книгу, где есть запись о нашем венчании. И да… ребенка я тоже предъявлю, но позже.

Молодой герцог застыл, прожигая меня горящим взглядом. Казалось еще чуть чуть и из его рта вырвется пламя.

- Эммет, дорогой, что случилось? – в открытые двери стремительно вошла седовласая леди Абигейл и окинула нас хмурым взглядом. – Кто эти дамы?

- А это, тетушка, вдова нашего Уиллоу со своими родственницами, - процедил новый герцог, не сводя с меня взгляда. – Как вас там? Миранда Хардман, если я не ошибаюсь?

- Ошибаетесь, - сладким голоском произнесла я. – Леди Миранда Мерифорд.

- Что?! – леди Абигейл побледнела, а потом гневно прошипела: - Да как вы смеете порочить имя моего племянника, бессовестная лгунья?!

- Я бы попросила вас перестать разговаривать со мной в таком тоне, - холодно произнесла я. Если это семейство думает, что меня можно напугать яростными взглядами и громкими воплями, то они ошибаются – не таких обламывала. – Проявляйте уважение к вдове покойного герцога. Если вы не хотите смотреть на бумаги, так тому и быть. Я пришла сюда только из-за того, что посчитала правильным, уведомить родственников супруга о своем статусе и о том наследстве, что он мне оставил.

- Наследстве?! – мне показалось, что леди Абигейл сейчас хватит кондратий. – Эммет, о чем говорит эта женщина?!

- Погодите, тетушка. Сейчас мы во всем разберемся. Меня интересует одно обстоятельство… - новый герцог прищурил свои темные глаза, глядя на меня. – Почему Уиллоу не рассказал семье о своей женитьбе? Это очень странно, вы так не считаете… леди?

- В этом нет ничего странного, - я спокойно выдержала его взгляд. – Он просто не успел этого сделать. Уиллоу хотел рассказать вам все до отъезда, но я попросила его не делать этого, потому что не хотела остаться с вашим презрением в одиночестве. Мы договорились, что герцог представит меня вам после того как вернется, но увы, мой муж умер…

- Но почему вы не пришли сразу? – Эммет проводил тетушку к креслу и помог ей сесть. – Почему тянули с этим?

Я понятия не имела, почему конкретно Миранда тянула с этим и поэтому сказала:

- Я ждала, пока наша с Уиллоу дочь хоть немного окрепнет. Ей всего три месяца.

- Вы родили ее после смерти брата? – молодой человек обошел меня, разглядывая словно товар на витрине. – М-да… никогда не замечал в Уиллоу страсти к таким дамам, вы уж простите меня, леди… кхм… Миранда.

Он старательно избегал называть меня Мерифорд и это раздражало. В принципе, как и высокомерие, сквозившее в его взгляде.

- Вы стараетесь задеть мои чувства, но у вас ничего не выйдет. Мне плевать на ваши попытки уколоть меня. Я знаю, кто я и что мне принадлежит, а как вы станете мириться с этим, не мои проблемы, - я криво усмехнулась и снова спросила: - Вы желаете посмотреть на документы и письма?

- Пройдемте в мой кабинет, - он сказал это так, будто его через силу заставляли говорить со мной.

- Я тоже хочу посмотреть! – леди Абигейл подскочила с кресла. – И если вы обманываете, милочка, то я упеку вас в тюрьму на долгие годы!

Вся наша компания двинулась вслед за герцогом, который шагал впереди со сложенными за спиной руками. Да уж, вот это я преподнесла им сюрприз… Они его надолго запомнят. Но мне не было жаль это семейство, слишком уж много гонора и пафоса!

Наконец, мы остановились у двустворчатой двери, на которой был вырезан герб и герцог распахнул их перед нами.

- Прошу.

Мы вошли внутрь, а он обошел нас и опустился в широкое кожаное кресло, стоящее за столом.

- Присаживайтесь, - отрывисто произнес он, постукивая пальцами по лакированной поверхности. – И давайте уже покончим с этим.

Я присела напротив, тетушки устроились на диване, а леди Абигейл осталась стоять, всем своим видом выражая негодование.

Порывшись в ридикюле, я достала документы на поместье, письма Уиллоу и протянула их Эммету.

- Вот, возьмите.

Пока он читал их, между его бровями образовалась глубокая складка, что явно говорило о том, что брат Уиллоу удостоверился в подлинности бумаг. В это время я тоже не теряла времени зря и, пробежав глазами по столу, увидела стопку бумаг с гербом. Она лежала совсем близко к Эммету, прикрытая кожаной папкой. Как же мне добраться до нее?

- Ну что там, дорогой? Скажи же мне, наконец! – раздался нервный голос леди Абигейл. – Это все ложь?!

- Похоже, что нет… - Эммет поднял голову от бумаг. – Уиллоу действительно оставил поместье «Золотая роща» этой женщине. Я, конечно же, отправлю посыльного к нотариусу и схожу в церковь к отцу Келли, но…

- Мне плохо! Ох! Помогите! – этот голос принадлежал не леди Абигейл и я удивленно обернулась.

Шерил закатила глаза, вскинула руки и вдруг свалилась с дивана прямо на шикарный герцогский ковер. Выглядело это очень эпично… Раскрыв розовый ротик, над верхней губой которого сияли золотом усики, она замерла и лишь вздымающийся под юбкой живот давал понять, что «пациент жив». В ней точно умерла великая актриса.

- Тетушка, прикажите, чтобы принесли воды и нюхательные соли! – Эммет бросился к Шерил, леди Абигейл выскочила за двери, а я наклонилась и выдернула из стопки самый верхний лист. Мне не составило труда засунуть его в декольте, сложив перед этим в несколько раз. После этого я тоже бросилась к Шерил, которая продолжала отчаянно притворяться, позволяя трясти себя так, что ее голова казалось, вот-вот отвалится.

В кабинет забежала служанка с фарфоровой миской. Она быстро отжала ткань, плавающую в воде, и приложила на лоб Шерил, а потом сунула ей под нос нюхательные соли.

- Ох… ооох… - тетушка шарахнулась от пузырька, скривив лицо. – Благодарю… оооо…

Ее усадили обратно на диван, и Кенди принялась обмахивать ее веером.

- Тебе лучше, Шерил?

Ее глаза переместились в мою сторону, и я еле заметно кивнула.

- Да, мне намного лучше, - она убрала веер Кенди от своего лица и встала. – Мы уже можем идти домой?

Герцог удивленно наблюдал за происходящим, а меня душил смех. Запихнув бумаги обратно в ридикюль, я обратилась к Эммету:

- Ваша светлость, надеюсь, у вас ко мне больше нет вопросов?

- Отчего же… Есть, - его лицо приобрело суровое выражение. – Я не видел среди бумаг отказ от права левирата. Вы понимаете, что это значит?

Что, испугался, выскочка? Так тебе и надо! Если бы я попала в тело какой-нибудь страшненькой мамзели, то обязательно вышла бы замуж и таскалась за тобой по всем приемам!

- Правда? – я сделала большие глаза. – Не может этого быть! Я видела его своими глазами!

Порывшись для вида в ридикюле, я тяжело вздохнула.

- Ох, прошу прощения… видимо я забыла его на столе, когда собиралась к вам. Я могу прислать его завтра с посыльным.

- Нет, не стоит. Я сам за ним заеду, - герцог казалось, испытал облегчение. – Могу ли я завтра увидеть вашу дочь? Как ее зовут?

- Ее зовут Беатрис, - ответила я и добавила: - Она не только моя дочь, но и вашего брата.

- Беатрис? – переспросил он, проигнорировав мои последние слова. – Уиллоу всегда нравилось это имя. Так звали нашу матушку.

- Она очень похожа на него, - я была уверена, что стоит им увидеть малышку и все сомнения сразу же отпадут. – Приходите завтра и сами убедитесь в этом.

- Благодарю за приглашение. - Эммет посмотрела на Шерил. – Я вижу вам действительно лучше.

- Но все-таки я бы хотела отправиться домой, - слабым голосом сказала тетушка. – В родных стенах любое недомогание проходит быстрее.

Нас провели до дверей, и мы быстро пошли по аллее, оставляя позади особняк напыщенного семейства.

- Мне кажется, герцог не поверил в твой обморок. – Кэнди подтолкнула сестру в бок. – Уж слишком ты быстро пришла в себя.

- Кому какое дело, во что он там поверил? – фыркнула Шерил. – Главное, что мы добыли бумагу.

- Ты точно взяла ее? – Присцилла нервно поправила шаль. – Миранда?

- Да, вот она, - я достала из декольте сложенный лист и расправила его. – Может сразу и отнесем его Флойду Барчему?

- Конечно! Времени мало, и документ должен быть готовым до завтрашнего утра, - воскликнула Присцилла. – Ты будешь свободна от всех обязательств, дорогая. Разве это не счастье?

С этим трудно было поспорить.

Флойд Барчем оказался дома и был даже трезв, несмотря на то, что на столе стояла полная бутылка виски.

- Только не говорите, что достали бумагу, - он в ожидании уставился на меня из-под густых бровей.

- Достали. Теперь дело за вами, - ответила я, протягивая ему бумагу верже. – Сможете состряпать документ до завтрашнего утра?

- Какие вы шустрые, леди, - усмехнулся Флойд Барчем. – В былые времена я бы не отказался от таких помощниц. Подделать почерк герцога дело пяти минут. Есть какое-нибудь письмецо, написанное его рукой?

- Есть. А печать? – я достала из ридикюля одно из писем Уиллоу Мерифорда.

- У меня есть слепок с печати герцога, - мужчина извлек из сундука деревянный ящичек и поставил его на стол. – Такому мастеру как я, положено иметь печати высокопоставленных лиц.

Он открыл крышку, и я чуть не ахнула. Ящик был полон деревянных болванок с оттисками.

- Но как вы раздобыли их?

- Оооо, если бы я не мог заполучить печати, то какой смысл был бы в моей работе? – глаза Флойда Барчема подернулись дымкой воспоминаний. – Хорошие были времена, скажу я вам…

Он принялся рыться в ящике и через несколько минут радостно воскликнул:

- А вот и она! Чтобы сделать слепок с печати старого герцога мне пришлось соблазнить горничную из поместья Мерифорд! Раньше я был моложе, красивее… Женщины сохли по мне и всегда соглашались помочь! С трудом удалось сохранить хоть что-то из своих инструментов от проклятых жандармов!

Флойд Барчем забрал у меня письмо и налил себе виски.

- Вы будете пить или работать? – недовольно поинтересовалась Присцилла.

- Стаканчик виски только сделают мою работу лучше, уж поверьте, леди! – он потер руки и указал нам на дверь: - Идите домой, дамы. Вы будете мне мешать!

- Хам! – проворчала Присцилла, но подтолкнула сестер к дверям. – Уходим.

Вернувшись домой, я первым делом поднялась к Беатрис. Малышка лежала в колыбели и выглядела очень серьезной.

- Эй, принцесса, ты когда-нибудь улыбаешься? – ласково спросила я, разглаживая складочку между ее бровками.

Девочка хмурилась еще больше, словно чувствовала, что перед нею не ее мать. Я осторожно взяла ее, надеясь, что девочка не заплачет. Беатрис наблюдала за мной темными глазками, а я чувствовала, как в душе поднимается щемящее чувство потери. Я потеряла столько лет на ненужное, пустое, а главного так и не приобрела. Вот оно, счастье. Маленькое, хрупкое, пахнущее так трогательно и уютно…

- Леди, наша деточка сегодня очень тихая. Не заболела ли?

- Жара нет, - я прикоснулась губами к лобику Беатрис. – Она не плачет. Для волнений пока нет причин. Она ведь тоже чувствует перемены, Хлоя. Здесь не ее дом.

- А когда мы в новый дом переедем? – девушке явно не терпелось переехать в большое поместье.

- Завтра новый герцог Мерифорд нанесет нам визит. Он хочет посмотреть на свою племянницу, - ответила я. – А после этого я отправлюсь в поместье «Золотая роща». Нужно посмотреть в каком оно состоянии, а потом уже принимать решение.

- Если оно пригодно для жилья, мы переедем туда? – с надеждой спросила Хлоя. – Правда, леди?

- Конечно. Мы с дочерью должны жить в своем доме, а не ютиться у теток, - у меня по этому поводу была одна мысль, но вначале нужно было поговорить с родственницами.

- Хоть бы там все было хорошо! – Хлоя радостно завертелась на каблуках. – Тогда мы сможем забрать Ричарда из лечебницы и сами ухаживать за ним, как того хотел его светлость!

Тааак! Я медленно повернулась к девушке, все еще держа Беатрис на руках. Это когда-нибудь закончится?! Господи, сколько же еще тайн у этой женщины с «титулом» старой девы!

Хлоя внимательно смотрела на меня несколько секунд, а потом осторожно спросила:

- Леди, вы точно уверены, что с вами все в порядке и память вернется?

- Прости меня… - я не знала, как объяснять столь странную забывчивость. Причем выборочную. – Я не хотела тебе говорить, что все так серьезно… Я действительно многого не помню.

- Но ведь доктор правда обещал вам, что память вернется? – девушка выглядела испуганной.

- Да, это правда, но он просил меня, чтобы я вела себя как можно естественнее, чтобы не травмировать близких, - самозабвенно врала я, понимая, что если бы врали так мне, то это бы точно не прошло.

- Вы даже не помните Ричарда??? – Хлоя забрала у меня малышку и уложила ее в колыбель. – Оооо… мне так жаль, леди… так жаль… но что же теперь будет с ним?

- Расскажи мне все, может память вернется? – предложила я, понимая, что подцепила ее на крючок своего вранья. – Кто такой Ричард?

- Хорошо, леди, - она усадила меня на кровать, гладя по рукам успокаивающими движениями. – Ричард – это брат Уиллоу и Эммета Мерифордов. Родной брат! Он был болен с детства, но пока были живы родители братьев, его держали в доме, показывали его самым лучшим врачам, возили на курорты… Но когда они умерли, тетушка Абигейл увезла парня на лечение в Икарию, а потом сказала, что он отдал Богу душу. Его тело похоронили на территории монастыря, там же, в Икарии. Матерь божья, вы ведь сами мне все это рассказывали!

- Но если его похоронили, то как мы можем забрать его? – моя голова просто взрывалась от постоянно поступающей информации.

- Ваш супруг подозревал тетушку в обмане и отправил в Икарию сыщика, - на глазах девушки появились слезы. – Сыщик нашел его. Ричард в доме для душевнобольных.

- Но почему Уиллоу и Эммет сразу не подвергли сомнению смерть брата? – я подозрительно прищурилась, но Хлоя все объяснила:

- Так они были молодыми и глупыми! Никто бы ничего не узнал, если бы Уиллоу перед отъездом не нашел тайные счета, которые оплачивала леди Абигейл! Вот тогда он и понял, что она что-то скрывает! В планах вашего супруга было забрать Ричарда… Господи, леди Миранда… мы столько раз обсуждали все это… Вы ведь поклялись сделать все, как хотел его светлость…

- Но сколько Ричард находится в этом ужасном месте? – почти шепотом спросила я, чувствуя, как покрываюсь липким потом от всех этих ужасов.

- Вроде бы пятнадцать лет… - пожала плечами Хлоя. – Пятнадцать лет все думали, что Ричард мертв.

- Но как я собиралась забрать Ричарда? Разве бы мне кто-то отдал его? – задала я вполне резонный вопрос. – Его пребывание в этом месте оплачивает леди Абигейл и вряд ли можно так просто вытащить человека из сумасшедшего дома!

- Я не знаю… - девушка взволнованно заходила передо мной. – Я ничего не знаю! Может, вы все скоро вспомните? А, леди? Вы говорили мне, что скоро все изменится, что правда она всегда выплывет наружу!

- Ладно, хорошо, я разберусь со всем этим немного позже, - мне просто необходимо было подумать. – Хлоя, у нас больше нет никаких тайн? Скрытых братьев, сестер, детей?

- Нет, леди… - она растерянно посмотрела на меня. – Ничего я больше не знаю…

- Ничего пока никому не говори. Понятно? – я грозно уставилась на нее. – Вообще никому!

- Хорошо, хорошо, леди! Я все понимаю! – закивала Хлоя. – Вы меня уже предупреждали! Мой рот на замке!

Я пошла к себе, чтобы переодеться, а из головы не выходила история с сумасшедшим братом. Почему тетушка герцога поступила так? Разве ей было не жалко своего племянника? Вряд ли то место, в котором он находился, можно было назвать курортом… Я бы даже сказала, наоборот…

Мои дорогие читатели! Встречаем книгу моей любимой писательницы Марьяны Брай! Обожаю ее слог, манеру описания тех миров, в которых оказываются ее попаданки. Все ее книги прекрасны, с таким замечательным послевкусием, что я всегда оставляю их в библиотеке, чтобы доставать оттуда и смаковать!

Когда ты в своей жизни привык всего добиваться трудом, то попав черт-те куда проблем быть не должно. Если, конечно, в нагрузку судьба тебе не подсунет небольшой (Большой!!!) багаж из братьев, привыкших жить на широкую ногу. И они, конечно, захотят выгодно пристроить тебя. А если ты против, и всю жизнь сама решала за себя? Так и будем жить дальше! Единственное, что героиня захотела бы поменять в своей жизни - побольше быть женщиной, а комсомолкой поменьше! Наше любимое бытовое фэнтези! Героиня с юморком, обязательный ХЭ, а враги пусть еще покрутятся, чтобы навредить! Чтобы Валентину Степановну обидеть, надо три раза пообедать!

На следующий день герцог прибыл в дом теток один. Видимо, леди Абигейл было абсолютно плевать на дочь покойного Уиллоу. Но мне было все равно. Это ее проблемы.

Эммета проводили в гостиную, а я распорядилась, чтобы Хлоя принесла Беатрис.

Герцог явно чувствовал себя неуютно, был немного раздражен, и его высокомерие периодически проглядывало сквозь аристократический холод.

- Я так понимаю, вас больше всего интересует именно это? – я протянула ему документ, подделанный Флойдом Барчемом.

- Меня интересует все, что связано с вами, - он окинул меня недовольным взглядом. – Но вы правы, отказ от права левирата очень важный документ.

Эммет пробежал по нему глазами, и в них появилось облегчение.

- Благодарю вас, - он вернул мне бумагу. – Итак, что вы намерены делать?

- Переехать в «Золотую рощу», - спокойно ответила я. – Теперь это наш с Беатрис дом.

В этот момент в гостиную вошла Хлоя с малышкой на руках, и герцог стремительно шагнул им навстречу. Он долго вглядывался в лицо девочки, а потом сказал:

- Девочка действительно очень похожа на Уиллоу…

- Это естественно, ведь она его дочь, - я кивнула Хлое, чтобы та унесла Беатрис. – А вашей тетушке, видимо, не интересно, как выглядит ребенок ее племянника?

- Ее можно понять, - немного нервно произнес Эммет, поглядывая в окно. – Леди Абигейл испытала потрясение, и ей нужно прийти в себя.

- А в чем потрясение? – насмешливо поинтересовалась я. – В том, что от родного человека осталось его продолжение?

- Вы прекрасно понимаете, что дело не в этом, - герцог перевел на меня пылающий взгляд. – Но почему-то ведете себя агрессивно и неуважительно.

- Агрессивно? – удивилась я, мысленно рассмеявшись. О, ты еще не знаешь, как я могу себя вести! – А какое у меня может быть уважение к людям, которые сыпали оскорблениями в первую нашу встречу? Или вам это позволено по праву рождения?

- Вы невыносимы! – прошипел Эммет. – Как Уиллоу вообще мог связаться с вами?!

- Не связаться, а полюбить и жениться на мне, - проворковала я, наслаждаясь его бешенством. – И впредь, ваша светлость, выбирайте выражения, когда разговариваете с леди.

- Вы дочь отставного генерала, не так ли? – похоже он хотел придушить меня, потому что его рука, сжимающая набалдашник трости напряглась, а костяшки пальцев побелели.

- Это как-то меняет дело? - этот выскочка начинал раздражать меня. – Или дочери отставных генералов чем-то отличаются от холеных аристократок? У нас не на том месте носы? Косые глаза? А может горб? Ах, нет… простите… я поняла! Вы считаете ниже своего достоинства обратить внимание на обычную женщину, над головой которой не сияет нимб высокомерия?

- Нет, это становится невыносимым! – герцог секунду в бешенстве смотрел на меня, а потом взял себя в руки. – Леди Мерифорд, мне пора идти. Позволите ли вы мне навещать Беатрис в «Золотой роще»?

- Конечно. Вы ее дядя, и я считаю неуместным препятствовать вашему общению, - как бы он меня ни раздражал, но я не имела права лишать дочь Миранды общения с родственниками. – Вам всегда будут рады.

- Благодарю вас, - холодно произнес Эммет и поклонился. – Прощайте, леди.

- Всего доброго, ваша светлость, - я мило улыбнулась ему. – До скорой встречи.

Он одарил меня убийственным взглядом и вышел.

Как только за окном раздался удаляющийся стук копыт, в гостиную практически ворвались тетушки.

- Ну что? Как все прошло? - у Шерил дрожали руки. – Он видел документ?!

- Видел. Никаких вопросов не возникло, - я улыбнулась им и воскликнула: - Все прошло идеально!

- О, моя милая! – Кэнди бросилась обнимать меня. – Я так рада!

Присцилла же стояла с задумчивым лицом. И когда я повернулась к ней, спросила:

- Когда же ты собираешься покинуть нас?

- По поводу моего переезда… - я посмотрела на тетушек ласковым взглядом. – Мне было бы очень приятно, если бы вы согласились переехать со мной. Ваша помощь и забота так нужны мне…

- Я еду в «Золотую рощу»! – так неожиданно завопила Кэнди, что я даже немного испугалась. Женщина сжала меня так крепко, что перед глазами поплыли разноцветные круги. – Миранда! Это такой подарок для нас! Ты даже не представляешь!

- Я буду жить в «Золотой роще»? – Шерил растерянно развела руками, потом села на софу, но тут же снова встала. – В это невозможно поверить… Об этом станет судачить весь Корндбери!

- Мы не можем переехать в поместье, – сказала Присцилла, по привычке поджав губы. – Не хватало еще садиться Миранде на шею!

- Я буду только рада, если мы станем жить в одном доме! – заверила я ее со всей душевностью, на которую была способна. – Прошу вас, не отказывайтесь.

- Ну, хорошо… - милостиво согласилась Присцилла. – Тем более, что Беатрис нужно прививать правила приличия уже с детства. Кто сделает это лучше, чем я?

- Присси, ты такая молодец! – Кэнди даже прослезилась. – Как же хорошо!

После обеда с визитом явились миссис Эндрю и миссис Бишоп. Кумушки устроились в гостиной за чашкой чая, приготовившись посплетничать.

- Дорогая, так когда же ваша свадьба? – длинный нос миссис Бишоп зашевелился. – С тайным кавалером?

- Мы говорили это специально, чтобы оградить Миранду от лишних разговоров, - ответила за меня Присцилла. – Но теперь уже скрывать правду не имеет смысла.

- О чем это вы? – миссис Эндрю осторожно поставила чашку на столик. – Какую правду вы скрывали?

- Наша племянница вдова герцога Уиллоу Мерифорд, - с достоинством произнесла тетушка. – И в скором времени переезжает в поместье «Золотая роща».

В гостиной воцарилось молчание. Миссис Бишоп хлопала глазами, а миссис Эндрю схватилась за сердце.

- Как такое может быть? – наконец выдавила из себя Камилла. – Мы ничего не слышали о свадьбе его светлости! Никто в Крондбери этого не слышал!

- Венчание было тайным, - Шерил многозначительно приподняла брови. – Герцог так захотел.

- Вот это новости… - Маргарет повернулась ко мне. – Миранда… Леди Мерифорд… Примите мои соболезнования. Очень жаль, что от вашего союза не осталось наследников…

- Во-первых, это бестактно, - процедила Присцилла. – А во-вторых, у Миранды есть дочь.

- Дочь? – такого они уж точно не ожидали, и миссис Бишоп суетливо заерзала в кресле. – Как неожиданно!

- Не то слово! – миссис Эндрю поднялась, ее глаза бегали. – Дамы… я совершенно забыла, что мы сегодня собрались отбеливать кружево к празднику…

- Это очень важное и нужное дело, - насмешливо протянула Присцилла. – Не смеем вас задерживать.

- До встречи, дамы, леди Мерифорд, - кумушки ринулись к двери, застряли в ней и несколько секунд отчаянно отталкивали друг друга, пытаясь пройти.

В конце концов, миссис Бишоп выскочила первой, а через минуту мы услышали, как хлопнула входная дверь.

- Эту новость начнут обсуждать через час на каждом углу, - вздохнула Кэнди. – Нас засыплют приглашениями…

- И пусть, - меня это совершенно не заботило. – Сейчас главное осмотреть наше новое жилище. Не хотите отправиться прямо сегодня?

- Конечно, хотим! – Шерил посмотрела на Присциллу.

- Присси?

- Тогда одеваемся, дамы, - она поднялась и пригладила юбку. – И вперед к новой жизни.

Уже через полчаса мы тряслись в экипаже, глядя на пейзажи уходящего лета. Я не испытывала страха, не переживала, лишь надеялась, что если мне удастся вернуться в свою жизнь, то я должна оставить настоящей Миранде достойное будущее. А удастся ли тебе вернуться? – спросил внутренний голос, и я скривилась, не желая вступать с ним в дискуссии. Молчи. Просто молчи.

Я, конечно, ожидала увидеть все что угодно, но у меня просто дар речи пропал, когда передо мной предстало наше новое жилище. Сначала нас встретил шикарный парк, с пролегающей через него широкой подъездной аллеей. Потом я увидела клумбы с розами всевозможных расцветок. Посреди этого великолепия возвышался белоснежный особняк с остроконечной крышей, в стены которого были встроены часовая башня а-ля Биг-Бен и по углам башенки с зубчатыми стенами. Было что-то в этом особняке неоготическое, популярное в викторианскую эпоху, и средневековое, напоминающее замок. Создавалось ощущение, что был дом и к нему постепенно пристраивались новые помещения, которые в итоге и образовали столь сложное строение.

- Какой бесподобный розарий! – всплеснула руками Шерил. – Я всегда мечтала о таком!

- Миранда, единственным назначением девушки из приличной семьи всегда было замужество, но сейчас есть женские клубы по интересам, - Присцилла говорила размеренно и деловито. - Например, для любительниц садоводства, вязания, чтения и кулинарии. Ты вполне можешь выбрать садоводство и проводить время в розарии.

- О нет, благодарю! Я плохой садовник, и не имею тяги к такому досугу, - сразу отсекла я ее попытки пристроить меня в какой-нибудь нудный женский междусобойчик. – А вот на лесопилку и железную дорогу я бы с удовольствием посмотрела.

- Зачем тебе это? – Кэнди даже немного испугалась. – Тебе достаточно получать доход от них.

- Поговорим потом, пора выходить, - экипаж остановился, и я выглянула из окошка. – Интересно, к нам выйдут?

- В приличных домах слуги всегда встречают гостей, - проворчала Присцилла. – А ты хозяйка!

- Они этого не знают и гостей не ждали, - я открыла дверцу и спрыгнула на землю. – Уверена, что сейчас кто-нибудь да выйдет.

Терраса с колоннами выглядела величественно и пафосно, что было вполне в стиле этой семьи. Подойдя к лестнице, я посмотрела на вытянутые окна, сияющие чистотой – идеальное чопорное место с каждым вылизанным углом.

Я оказалась права. Как только моя нога ступила на первую ступеньку, дверь открылась, и из дома вышел высокий мужчина в простом темном фраке. Он был худым и угловатым, а блестящую плешь на голове прикрывало некое сооружение из собственных оставшихся волос.

Он не сделал даже шага в нашу сторону, замерев у двери с высокомерным выражением лица. Похоже, дворецкий. Где же они берут такие экземпляры?

- Добрый день, леди. Что вас привело в «Золотую рощу»? Если вы желаете встретиться с его светлостью или леди Абигейл, то смею вас огорчить, они здесь проживают исключительно весной, а также приезжают на Рождество. Поэтому могу посоветовать вам, записаться на аудиенцию в их родовом поместье Мерифорд.

- Добрый день, - я поднялась выше, чтобы оказать с ним на одном уровне. – Мы не желаем встретиться с его светлостью. Я – леди Миранда Мерифорд, вдова покойного герцога, и теперь «Золотая роща» принадлежит мне.

Чтобы не быть голословной, я достала документы, чтобы показать дворецкому. Он ведь был не обязан пускать нас в дом только потому, что я так сказала.

У мужчины вытянулось лицо, с лица моментально слетела вся спесь, и быстро пробежав глазами по документу, он низко поклонился.

- Добро пожаловать, леди Мерифорд. Я служу здесь дворецким. Мое имя Джошуа Клатчер. Прошу вас!

Дворецкий распахнул двери, и мы с тетушками вошли в просторный светлый холл с большими окнами.

- Следуйте за мной в гостиную, леди. Я распоряжусь, чтобы подали чай. И соберу слуг.

Пока мы шли за ним, я обратила внимание, что интерьер этого дома создавался хозяевами, чтобы поразить воображение. Отделка пестрела псевдоготическими резными украшениями и разноцветной плиткой, куча мебели в разных стилях, стены покрыты орнаментами, а вдоль них расставлены вазы и керамические изделия, похожие на китайские. Мне даже пришло в голову, что хозяева руководствовались принципом: чем больше всякой всячины, тем лучше.

- Какой шикарный интерьер… - протянула Кэнди. – Сразу видно, что сюда вложено немало средств…

- Кэнди, обсуждать чьи-то финансы неприлично, – шикнула на нее Присцилла. – Не забывай об этом.

Как только мы устроились в гостиной, дворецкий моментально испарился. Похоже, сейчас весь дом окажется на ушах от такой новости. Так и случилось. Послышались топотки, приглушенные голоса, а вскоре дверь в гостиную распахнулась и в нее въехала тележка с чайными принадлежностями. Ее толкала горничная в светло-сером платье, поверх которого был надет белоснежный передник.

Девушка сделала книксен, не поднимая глаз, и принялась расставлять посуду на круглый столик красного дерева. Вместе с чаем нам подали лимонный пирог, миндальное печенье и яблочную пастилу. Шерил даже нетерпеливо облизнулась, но попробовать сладости мы не успели, в гостиную вошел дворецкий, а за ним и остальные слуги. Я наблюдала за этим «ручейком», тянущимся в открытые двери, и все больше хмурилась. Да сколько же их будет?!

Джошуа Клатчер взялся представлять нам их всех по именам, но я понимала, что вряд ли сразу запомню такое количество людей. Но вот кто служил в поместье, было более или менее ясно. Экономка, шесть горничных, шесть лакеев, две кухарки, старший конюх, несколько его помощников, грум, кучер и четыре садовника.

Слуги неловко топтались, сбившись в кучку, с любопытством и страхом поглядывая на меня. Видимо боялись, что новая хозяйка станет устанавливать свои правила, а это могло вылиться в чье-то увольнение.

- Мне очень приятно познакомиться со всеми вами, - я подошла ближе и протянула руку полной женщине, которую звали миссис Клаудия Тарпс. Она служила экономкой. – Надеюсь, вы станете служить мне также преданно, как и бывшим хозяевам.

Женщина удивленно взглянула мою протянутую руку и осторожно пожала ее. Остальные тоже чувствовали себя не в своей тарелке, пожимая руку. Я уже с запозданием поняла, что наплевала на приличия. Присцилла обязательно выскажет мне о недопустимости такого поведения.

- Леди, я прошу прощения… - дворецкий немного замялся, но все же спросил: - А почему его светлость не предупредил нас о вашем визите?

- Его светлость, наверное, не успел этого сделать, - ответила я, подозревая, что скорее всего им было плевать, как я здесь появлюсь. – Он сам узнал об этом совсем недавно.

- Мы можем надеяться, что нам выплатят жалование за все эти месяцы? – Джошуа Клатчер покраснел. – Мне очень неловко… но… если вы теперь новая хозяйка, то…

- Что? – я настороженно уставилась на него. – Вам не выплачивали жалованье?

- Уже как несколько месяцев мы не получаем ни пенни, - мужчина развел руками. – Если быть точным, с начала июня.

Интересно… Имея такие доходы, герцогское семейство не выплачивает слугам жалованье? Что-то здесь было нечисто. Такие вещи всегда вызывали у меня подозрения, ибо в ста процентах случаев оказывалось, что либо у работодателя не было денег, либо они уходили налево. Но ведь это бред… Зачем семье герцога куда-то девать свои деньги? Банкроты? Тоже не похоже… Жизнь они вели шикарную, Миранде оставлено приличное содержание, за аренду земель им пожизненно платила железная дорога… Мой профессиональный нюх тут же уловил душок аферы, отчего я сразу же внутренне собралась.

- Я обязательно разберусь с этим. Все получат свое заработанное.

- Благодарю вас, - дворецкий поклонился. – Леди, есть ли у вас какие либо распоряжения?

- Да. Мои тетушки – миссис Присцилла Ларкинс, миссис Шерил Ларкинс, миссис Кэнди Ларкинс будут жить в этом доме. Приготовьте для них комнаты. Еще мне нужна детская. У покойного герцога есть маленькая дочь.

Слуги стали переглядываться, не в силах скрыть изумление.

- Вам нужна нянечка? – поинтересовался дворецкий, но я покачала головой:

- Нет, благодарю. У Беатрис есть кормилица, которая ухаживает за ней.

- Мы все сделаем, леди Мерифорд. - Джошуа Клатчер снова поклонился. – Когда вы собираетесь переезжать в «Золотую рощу»?

- Завтра. Комнаты должны быть готовы к завтрашнему дню, - я улыбнулась слугам. – А теперь мне бы хотелось хоть немного осмотреть дом. Давайте начнем с первого этажа?

- Все за работу! – дворецкий хлопнул в ладоши, и слуги потянулись к выходу. – А вас, леди, прошу следовать за мной. Предлагаю начать с кухни.

Экскурсия по дому открыла для меня некие нюансы. Коридоров на первом этаже было минимум, а если точнее – один, который вел на кухню. В основном комнаты оказались проходными. В особняке имелось много технических помещений и уголков, как то котельная, кладовая, встроенные шкафы и прачечная. Санузлы тоже были предусмотрены во всем этом великолепии, что не могло не радовать. Пусть они разительно отличались от современных, но уж лучше, чем горшок под кроватью.

Кухня сияла идеальной чистотой и начищенными кастрюлями, а ее размеры и размеры печей предполагали проведение банкетов с размахом. Кабинет плавно переходил в библиотеку и мне очень понравился запах, витающий в этой большой комнате. Книжный, слегка похожий на букет сухостоя с летнего поля. К нему примешивался аромат лимонной полироли и кожи. Я подошла к столу, провела по его гадкой, прохладной поверхности и заметила лист бумаги, на котором было что-то написано аккуратным, каким-то вытянутым почерком. Письмо?

- Что это? – я подняла глаза на дворецкого.

- Это писала леди Абигейл в свой прошлый визит сюда, - ответил он. – К нам просилась на службу женщина, прибывшая из Лодлена, и госпожа хотела узнать о ней у бывшей хозяйки. Начала писать письмо, отвлеклась и забыла.

- А где же сейчас эта женщина, нуждающаяся в работе? – меня покоробило такое отношение к людям. Писала и забыла…

- Я пристроил ее на полевые работы, потому что Сьюзан нужно кормить ребенка, - вздохнул дворецкий. – А она ведь чудесная горничная, а ко всему еще и швея.

- Бедняжка трудится в поле?

- Это единственное, чем я мог ей помочь. - Джошуа Клатчер сейчас не выглядел таким высокомерным. – Иначе она осталась бы на улице без гроша в кармане.

Я взяла письмо и, пробежав глазами по написанному, почувствовала, как во мне поднимается волна негодования.

« Сударыня! Поскольку Сьюзан Частер желает получить место горничной в моем доме, я прошу Вас, ее бывшую хозяйку, сообщить, подходит ли она для выполнения столь серьезных обязательств. В прошлом я много раз сталкивалась с дерзостью и подлостью слуг и впредь хочу обезопасить себя от козней этих людишек. Мое мнение таково, что низшие существа как прислуга, созданы Богом исключительно для того, чтобы испытывать нервы нормальных людей. Что сразу мне понравилось, так это внешность Сьюзан. У нее совершенно безобразный, плебейский нос, похожий на картофелину, редкие, коровьи ресницы и глупый взгляд. Я считаю, что чем невзрачнее прислуга, тем лучше. Серая, незапоминающаяся внешность это что-то вроде дешевой униформы для горничных, предназначенной им самой природой: указывает им их место и отвращает от желания создавать пару с мужчинами. Мне в моем доме романы не нужны, ибо смотреть на чувства низшего сословия равносильно тому, как наблюдать за брачными игрищами собак. Я хочу спросить вас, вежлива ли Сьюзан? Потому что служанка должна с покорностью сносить мои справедливые выговоры и побои».

На этом сие мерзкое послание заканчивалось, и я с омерзением скомкала его. Какая гадость!

Подняв глаза, я увидела обалдевший взгляд дворецкого и сказала:

- Женщину перевести в дом в качестве горничной. Немедленно.

- Да, леди! – Джошуа Клатчер весь засиял, будто начищенный пятак. – Благодарю вас!

- Сегодня я составлю новый свод правил. Вы должны будете раздать их всем слугам, - я хотела сделать для них выходные, отпуска, премии и все то, что было в цивилизованном мире. Свободный человек не должен жить как раб!

- Увы, леди… Кроме меня никто не может читать. Поэтому я объявлю всем устно, - ответил дворецкий. – Вы можете передать все мне, а я зачитаю остальным.

- Как это не умеют читать? – я изумленно приподняла брови. – Взрослые люди не умеют читать?

- Вы задаете странные вопросы, леди Мерифорд… - мужчина недоуменно взглянул на меня. – Слуг учат только элементарному счету и правилам поведения с хозяевами.

Моя душа взбунтовалась против такого уничижительного отношения к людям, стоящим ниже на социальной лестнице. Разве так можно?!

- Сообщите всем, что со следующего месяца каждый четверг все будут обязаны приходить на уроки чтения и письма, - сказала я. – Мне не нужны неграмотные люди рядом. Это ведь целый пласт жизни! Сколько книг они не прочли! Сколько писем не написали! Так дело не пойдет.

Дворецкий находился в полном шоке и смотрел на меня как на гуманоида в кокошнике.

- Но это не практикуется в высшем обществе… вы навлечете на себя осуждение…

- И что? Я стану как-то хуже жить после этого? – я действительно не понимала, как на меня может подействовать чье-то осуждение. – Меня не станут приглашать в дома знати? Как-нибудь переживу, мой дорогой мистер Клатчер. Я не вижу в этом особого удовольствия и с радостью ограничусь общением со своей семьей и приятными мне людьми вне зависимости от их социального положения.

Нет, я, конечно, понимала, что в таком обществе быть нерукопожатным для кого-то это сродни удару. Но меня это совершенно не заботило. Деньги у меня были, дом и земли тоже. А плыть по течению глупых правил и условностей, чтобы периодически светиться на приемах лживых, кривляющихся аристократов было еще противнее, чем читать письма леди Абигейл. Моя буйная, деятельная и чересчур справедливая натура отчаянно сопротивлялась тому месту, куда я попала. Разве я смогу спокойно жить, принимая все те глупости, которые придумали люди возомнившие о себе невесть что? Нет, милые мои… Лидка Гренадерша никогда не прогибалась под изменчивый мир и этот точно не дождется от меня гибкости. Если я перла как танк, то могла и раздавить.

- Леди, чувствую, тяжело вам придется с такими-то мыслями… - дворецкий с трудом подбирал слова. – Вы мне напоминаете тех своевольных дам из общества «Плющ и клевер».

- Это еще кто? – я мгновенно заинтересовалась. Неужели есть восставшие против приличий?

- Вы не знаете о «Плюще и клевере»? – снова удивился Джошуа Клатчер. – Эти дамы выступают против всего на свете! Им не нравится, что мужчины имеют доминирующую позицию, что к слугам относятся как к домашним животным, они продвигают революционные идеи и от них шарахаются как от чумы!

- Неужели в Корндбери есть такие леди? – у меня даже заломило между лопаток от такой информации.

- Есть, конечно! Они собираются в старом маяке, пьют виски, читают стихи и толкают свои сумасшедшие идеи! – возмущенно воскликнул дворецкий. – Среди них есть и вдовы, и старые девы и поговаривают, что на эти встречи бегают молодые мисс! Это ужасно!

- Но что такого они сделали? – я совершенно не понимала суть претензий к этим женщинам.

- Они отрицают тот строй, при котором мы живем! – мужчина разнервничался не на шутку. – Да разве можно женщине ставить себя на одну ступень с мужчиной?! Отец Келли говорит, что это грех! Их ждет геенна огненная!

Понятно… Кто пошел против правил тот обязательно должен попасть в ту самую пресловутую геенну, а тот кто считает людей быдлом, не имеющим права голоса и не имеющим права читать и писать, унаследует Царствие небесное. Господь уж точно не этого хотел. Глупое, мерзкое право превосходства.

- И кто же руководит «Плющом и клевером»? – мне была интересна личность смелой женщины, рискнувшей пойти против общества.

- Миссис Дейзи Фицпатрик, - ответил дворецкий и скривился. – Поговаривают, у нее есть даже трубка как у мужчины! Она вдова управляющего железнодорожной станцией, который погиб, когда поезд сошел с рельс. Теперь ей выплачивают приличную сумму за его смерть и эта женщина ни в чем себе не отказывает. Леди Абигейл всегда говорила, что она сбивает с толку слуг, заставляя их верить в то, что они тоже люди.

- А разве слуги не люди? – я приподняла брови, слушая такие речи. – Или они созданы не по подобию Господа?

- Слышала бы вас леди Абигейл… - грустно усмехнулся Джошуа Клатчер. – Ее бы точно хватил удар.

М-да… Ну ничего, я не собиралась слушать такие глупости и даже если тетушке герцога придет в голову говорить со мной на эту тему, то она получит достойный ответ.

За основу письма леди Абигейл взята пародия 1844 года, опубликованная в сатирическом журнале "Панч", которая высмеивала запросы нанимательниц.

Въедливые хозяйки обращались к предыдущим хозяевам какой-нибудь Мэри или Нэнси, чтобы выяснить, чистоплотная ли она, действительно ли хорошо выполняет свои обязанности, не водится ли за ней склонность к воровству.