Милая дурочка открывает кафе

За семейным столом графской семьи Гранд царила весьма приятная и располагающая атмосфера. Все улыбались друг другу и говорили о том, насколько хорошо сегодня постарался наш семейный повар. И всё было вполне обычно, но ровно до тех пор, пока мой отец, граф Байрон Гранд, не взял бокал, чтобы произнести небольшой тост:

- За нашу семью! – голос худого и пожилого мужчины был торжественным, что заставило всех членов семьи остановиться и посмотреть на него. Довольный собой отец провёл пальцами по своим пышным седым усам, закручивая кончики. – Я безмерно горд и счастлив быть во главе такой прекрасной семьи! И именно поэтому хочу сказать, что принял решение… - драматичная пауза. – Всё моё имущество будет разделено между моими детьми. А именно между моими сыновьями Джетом и Опалом, а также моей старшей дочерью Агатой. Надеюсь, что вы достойно распорядитесь своей долей.

- О боже! Отец! – ахнула моя старшая сестра Агата, прижимая платок к глазам. – Я не знаю, что сказать… Ты такой щедрый.

- Отец, мы не подведём тебя! – заверил Джет, будучи полной копией своего отца. Тот даже манеру говорить и стиль одежды брал с отца, как под копирку.

- Благодарю, отец, - улыбался Опал, уважительно склонив голову.

Мама, Малинда Гранд, наблюдала за всей этой сценой с гордостью за своих детей и слезами на глазах. Она даже решила похлопать в ладоши, словно находилась в театре и стала свидетельницей прекрасной сцены.

Даже мой маленький семилетний племянник Сфен, сын Агаты от прошлого брака, смеялся, радуясь хорошей атмосфере, хотя до конца не понимал, что тут происходит.

Все были счастливы.

Все были благодарны.

Все были готовы к светлому будущему.

Однако оставалось одно «но»…

- А я?.. – аккуратно спросила, прервав радость за семейным столом. – А что я получу?

- Руби… - устало вздохнула матушка, после чего поспешила нежно улыбнуться. – Милая, ты о чём? Тут говорится о взрослых делах. О бизнесе, о шахтах и так далее. Ты всё равно ничего не поймёшь, поэтому не забивай этой сложной ерундой свою прекрасную головушку. Хорошо, милая? А потом мы сходим с тобой по магазинам и купим тебе красивое платье и туфельки, договорились?

- Но… я уже взрослая, - настаивала на своём. – Мне восемнадцать, и я имею право на свою долю в семейном бизнесе, разве нет? Я могу! Я справлюсь! Прошу, дайте мне шанс и тогда…

Но меня перебил громогласный смех всех членов семьи, из-за которого даже бокалы на обеденном столе дрожали и сотрясались. У отца даже выступили слёзы на глазах, которые он тут же поспешил смахнуть ладонью.

- Ты и бизнес?! Боже-боже… Как это мило! – смеялся отец. – Дурочка ты наша… Ну какой бизнес? Зачем он тебе, милая? Это ведь нужно много думать, нужно много работать, а оно тебе ненужно. Твоя главная работа – это быть красивой, Рубина. Остальное оставь на своих братьев и сестру.

- Руби, - начал самый старший брат Джет, также нежно улыбаясь. – Всё хорошо. Потом я куплю тебе всё, что захочешь. Платье, сумочку или даже украшение, которое ты хотела в прошлый раз. Ты будешь самой красивой, обещаю.

- К тому же, - вновь заговорил отец, делая глоток из своего бокала. – Ты всё равно скоро выйдешь замуж, милая. Я уже обо всём договорился со своим школьным другом. И он очень счастлив стать твоим законным мужем. Тебе не нужно заботиться о деньгах, ведь их у маркиза Иорик их более чем достаточно. Однако он не любит умных женщин, милая… - добавил он, бросив в мою сторону пронзительный и холодный взгляд.

Всё, как всегда. Любое моё желание будет расцениваться как глупая просьба наивного ребёнка. Так меня растили и воспитывали. В их глазах я до самого конца буду лишь пустоголовой куклой, которую нужно выгодно продать.

Маркиз Иорик, который ровесник отца, буквально покупает меня из семьи. И будь я прежней собой, то непременно бы с этим согласилась, так как совершенно не знаю, как жить иначе. Всю жизнь за меня всё решали другие. И что мне носить, и то, как мне выглядеть, то, что мне есть, и то, что мне говорить…

Но это всё в прошлом.

Правила просты, если я не выйду замуж за друга отца, то в итоге останусь ни с чем, лишившись покровительства графской семьи Гранд. И всё же…

- Я не выйду за маркиза Иорик, - ответила семье, спокойно сложив столовые приборы перед собой. – Он старый и страшный.

- Боже мой! – воскликнула моя мать. – Милая, нельзя такое говорить о своём женихе! Да и тем более, внешность – это не главное. Главное – стабильность. И мы с твоим отцом желаем тебе только самого лучшего. Поэтому не спорь с нами.

- Да и тем более, - продолжил отец. – Как я уже сказал, ты ничего не получишь из наследства, Рубина. Ты просто не справишься с семейными активами. Так как, скажи мне на милость, ты собираешься выживать в этом грубом и беспощадном мире, милая?

Разумеется, он собирался меня напугать и даже надавить своим авторитетом, вот только у меня уже имелся план.

- Я открою своё кафе, - уверенно заявила за столом, после чего в помещении воцарилась гробовая тишина.

Трудно сказать, когда всё началось.

Наверное, с того момента, когда произошёл несчастный случай с каретой. Это был самый обычный день из моей жизни. Я собиралась со своей старшей сестрой Агатой поехать в город за очередными покупками, поэтому радостно спешила сесть в карету. Однако в тот момент, когда я забиралась внутрь, ступенька, на которую ступила моя нога, в самый неудачный момент сломалась, и я упала на спину.

Последнее, что я помню перед тем, как всё потемнело, это резкую и острую боль в области головы, так как я ударилась ей о гравий.

В следующий раз я очнулась уже в своей комнате на кровати, совершенно не понимая, сколько времени прошло. Судя по моему наряду, который в этот момент был на мне, не прошло и дня, так как я всё ещё находилась в том самом нежно-кремовом платье, в котором собиралась отправиться за покупками. Однако по ощущениям прошла целая вечность.

На воротнике и груди я увидела запёкшиеся капельки крови. Голова безумно болела, но я была в сознании. А это уже хорошо. Также я чувствовала на своей голове несколько слоёв бинтов, значит, первую помощь мне всё же оказали.

Я уже хотела позвать кого-то, так как самостоятельно двигаться больно и элементарно опасно, но не успела и звука произнести, как услышала голоса со стороны коридора. Дверь моей комнаты приоткрыта, поэтому голоса были чёткими и сразу узнаваемыми.

Это говорила моя мама с каким-то мужчиной. Кажется, она общалась с нашим семейным врачом, который недавно обработал мои раны.

- Не тяните уже, доктор Брук, - требовала матушка своим строгим голосом. – Как моя Руби? Коснётся ли это её прекрасного личика?

- Что же, графиня, - вздохнул мужчина, слегка откашлявшись. – Травма не угрожает жизни, однако я бы порекомендовал некоторое время лежачий режим и исключить какие-либо вылазки за пределы дома. Хотя бы первую неделю. Вашей дочери нужен полный покой и спокойствие. Так как задета голова, то могут быть побочные эффекты. Тошнота, укачивание, пульсирующая боль, помутнение перед глазами, возможно даже галлюцинации. Если что-то из перечисленного проявится, то незамедлительно вызовите меня, а пока…

- Вы не слышали моего вопроса?! – громко перебила доктора моя мать. – Что с её внешностью? Там такой синяк… Он уродует мою дочь!

- Это… - растерялся доктор, явно не ожидая подобной реакции. – Это нормально после такого удара. Но со временем оттёк спадёт, рана заживёт и синяк исчезнет. Так что… - откашлялся. – Её красоте ничего не угрожает. Просто нужно подождать и дать леди отдохнуть.

- Ах, вот как! – тут же радостно отозвалась матушка, наконец-то получая то, чего она так сильно хотела. – Ну, тогда не смею вас больше задерживать.

- Эм… Д-да, но если у вашей дочери заболит голова, то прошу, передайте ей лекарство, которое я пропишу, оно называется…

- Ох, нет-нет! – со смехом отозвалась моя мать. – Нам это ненужно. Моя дочурка очаровательна, но такая дурочка. В её голове… Там просто нечему болеть.

И в завершение Малинда, моя мать, мило засмеялась, полностью удовлетворив всё своё беспокойство. Словно все остальные переживания не имели смысла. После этого я отчётливо услышала, как доктор растерянно ушёл, покидая графский особняк.

Я же всё это время лежала в кровати и не понимала, почему всё так? Это странное ощущение, словно всё не на своём месте. Всё это неправильно. Нет-нет, вроде матушка ведёт себя, как обычно, но… Теперь её поведение мне кажется неправильным.

Но почему?

Найти ответ на этот вопрос я не могла, так как голова рассказывалась до безумия. И ещё эти постоянные вспышки перед глазами. Я вроде бы сижу в тёмном помещении, но перед глазами снова и снова появляются какие-то образы и картинки, которые я не могу понять.

Я видела себя, но другую себя. В той версии у меня были короткие тёмные волосы. Хотя в этой жизни я даже подумать боюсь о том, чтобы постричь свои длинные светлые волосы. Ведь так я буду похожа на мужчину, что недопустимо в моём положении. Также в той версии я носила штаны и брюки. Более того, это считалось чем-то обычным. Но в этом мире только одна мысль о подобном может вызвать вопиющий скандал. В моей семье так уж точно.

Но главное другое… Там я была смелой, сильной, уверенной в себе и делала то, что сама хотела, а не то, что от меня требовали другие. У меня было всё, что я только могла пожелать. Свой дом, свой бизнес, свои друзья, своя семья… Все поддерживали меня, даже если мои решения казались безумными.

Видеть все эти образы… Возникало такое чувство, словно меня окатили ледяным душем. Хотелось во весь голос закричать: «Разве так может быть?! Разве это возможно?!»

Сильная зависть сковала моё сердце. Я так хотела тоже быть столь уверенной в том, что делаю. Так хотела жить такой же жизнью. Так хотела быть той незнакомкой!..

И сама того не осознавая, отчасти я ей стала.

Пока я лежала на кровати, из-за травмы головы образы моей прошлой жизни просочились в нынешние воспоминания. Не заменяя их полностью, а лишь дополняя. Делая меня лучшей версией самой себя. Той, какой я хотела бы быть.

Однако с этими новыми знаниями и пониманием пришло и разочарование.

Теперь я по-новому взглянула на всю свою жизнь, осознавая, в каких условиях всё это время росла. А росла я просто – как красивая, но безвольная кукла.

С самого рождения я отличалась удивительной красотой. Мои старшие братья и старшая сестра также были красивы и хороши собой. Все со светлыми волосами и голубыми глазами. Но моя красота была особенной. Хотя, возможно, так хотели думать мои родители, сравнивая меня с очаровательной куклой.

Родители всегда водили меня на различные мероприятия, хвастаясь перед другими аристократами и привлекая всё больше и больше чужого внимания. Правда, мне запрещалось играть с другими детьми, запрещалось куда-либо уходить, запрещалось есть лишнее, запрещалось жаловаться на усталость, запрещалось плакать…

Другие дети стали замечать, что со мной словно не о чём поговорить. Я просто стояла и улыбалась, не зная, как вести себя рядом с ними. И если вначале они были привлечены моей внешностью, быстро теряли интерес и уходили играть отдельно. У детей создавались связи, друзья или хотя бы приятели. Я же всегда была одна.

То же самое было и во время поступления в академию, которую должен пройти каждый аристократ. В академию поступил мои братья, в академии училась и моя сестра, но мне было запрещено её посещать.

- Милая, к чему эти трудности? – спрашивала меня мама, когда я снова и снова просила позволить мне поступить в академию. – Так грубые дети, которые ничего не смыслят в таком очаровательном ребёнке, как ты, Руби. К тому же эти уроки, эти занятия, эти экзамены, этот стресс… Зачем он такой милашке, как ты? Ещё, не дай бог, морщинки раньше времени на лице появятся.

- Но как же знания?.. – растерянно спросила я, всё ещё надеясь переубедить матушку.

- Рубина, - вздохнула женщина. – Ну какие знания? Тебе главное быть красивой, а остальное приложится. А там выйдешь замуж, родишь детей, вот и все знания, которые тебе нужны. Не забивай этим свою головушку. Твои мама и папа обязательно помогут тебе устроиться в жизни. Слушай меня. Я всё-таки старше и мудрее.

И приблизительно так протекала вся моя жизнь.

У меня не было своей воли. Если подумать, я даже представить себе не могла, чтобы сказать родителям «нет». Они решали за меня всё, от стиля одежды до меню еды, которую я ем. Всё основывалось на том, чтобы я сохраняла свою природную красоту.

Особенно сильно это усилилось после того, как старшая сестра Агата вышла замуж за того, кого родители предложили, но спустя год мужчина развёлся с Агатой и бросил её с младенцем на руках. Потом он вновь женился на девушке ещё моложе. А моим родителям и Агате выплатил незначительную компенсацию за развод.

Мама и папа не ожидали подобного, ведь отчасти они рассчитывали на финансы бывшего мужа Агаты. И даже тот факт, что она родила сына, то есть прямого наследника, не помог им.

Именно тогда родители усилили своё давление и ещё больший контроль над моей жизнью. В каком-то смысле у меня было всё: красивая комната, драгоценности, разнообразные наряды и так далее. Иногда я даже могла покапризничать, как ребёнок, что воспринималось даже мило и с добрыми улыбками. Но при этом имелись и запреты.

Я знала, что наша семья владеет шахтами по добыче драгоценных камней, но каждый раз, когда я хотела хотя бы что-то узнать о семейном бизнесе, то отец, то братья мгновенно ограничивали доступ к информации.

- Ох, милая, это слишком сложно для твоего нежного ума. Оставь это лучше отцу и братьям, хорошо? – улыбался старший брать Джет, закрывая документы. – Хочешь, мы потом сходим и тебе серьги купим? Это намного лучше, чем читать об этой грязной и пыльной шахте.

Когда я хотела научиться верховой езде, меня заверяли, что это не женское дело и это очень опасно.

Когда хотела попробовать себя в владении меча, все говорили о том, что я могу пораниться, повредить свои прекрасную кожу, поэтому мне лучше заняться чем-то нежным. Например, танцами или рисованием.

И если в детстве я уже пыталась как-то сделать хоть что-то самостоятельно, но к восемнадцати годам отказалась от этой идеи. Просто смирилась, считая эту «золотую клетку» истинным и единым миром.

Ровно до того дня, когда меня познакомили с моим потенциальным женихом.

До сих пор вспоминаю этот день с содроганием, хотя прошло практически полгода. Это был самый обычный день, если не считать того факта, что мама приказала горничным особенно уделить моей внешности.

Если и до этого я всегда была под присмотром, то в этот день у меня и минуты свободного времени не было. И всё ради одной простой цели: знакомство с женихом.

Родители очень хотели, чтобы я понравилась маркизу Иорику. Матушка снова и снова давала мне советы о том, как смотреть, как улыбаться, что говорить, как говорить, даже какая должна быть тональность голоса.

Но правда в том, что все советы и рекомендации в одно мгновение забылись, когда я наконец-то увидела того, кто должен был стать моим мужем после моего совершеннолетия.

И нет, не потому, что я была восхищена и влюбилась в мужчину с первого взгляда. Всё скорее наоборот.

Мне с самого детства читали сказки о прекрасном принце и очаровательной принцессе. О их первой любви и о том, как они жили долго и счастливо. Я, конечно, не ждала, что встречусь самим принцем, но я хотя бы надеялась на то, что он будет привлекательным.

Однако меня ждало разочарование и полный крах моих детских грёз.

В гостиной, где должна была состояться встреча, меня встретил не юноша, а самый настоящий старик, который по возрасту мне в отцы годится. Он буквально ровесник моего отца.

Однако маркиз Иорик Ларри, в отличие от моего низкого и худого отца, был огромен. Выше двух метров в высоту, широкие плечи, но при этом сгорбленная спина, из-за чего казалось, словно он нависал над собеседником, подобно монстру.

Длинные седые засаленные волосы спадали с его плеч. Лицо же было вытянутым. Большой крючковатый нос, впалые глаза, тонкие морщинистые губы и длинный заострённый подбородок, выпирающий вперёд. От чего я скорее видела в нём уродливую ведьму из сказок, нежели хоть какое-то подобие мужчины.

Также в его руках имелась прочная чёрная трость, украшенная золотом и драгоценными камнями. Стоя передо мной, маркиз сильно упирался о трость, тяжело дыша.

Однако его глаза не казались старческими. Нет-нет, в них был всё тот же жадный блеск. И ещё кое-что. Он нагло осматривал меня с головы до ног, словно делал оценку лошади, которую собирается купить, а не потенциальной жены.

- З-здравствуйте… - робко произнесла я, так как чувствовала неловкость от затянувшегося молчания.

Но маркиз никак на это не отреагировал. Полное игнорирование. Да и вообще, он стар разговаривать с моей мамой, а не со мной, которая стояла прямо перед ним.

- Что же… - бросил он в сторону Малинды. – Сойдёт. Когда поспеет?

- Через полгода, - тут же с улыбкой отозвалась женщина. – Совсем немного осталось.

- Значит, через полгода я вернусь, - гнусавым голосом произнёс маркиз, кашлянув, и протянул в сторону моей матери стопку документов. Малинда тут же их схватила, не забыв поблагодарить напоследок.

Я не знаю, что именно было в этих документах, но глаза моей матери засияли неподдельной радостью и жадностью, а вот сам маркиз, облизав языком свои сухие тонкие губы, вновь посмотрел на меня.

- Хорош цветок, - усмехнулся он, проведя пальцем по моей щеке, от чего живот тут же скрутило, а по спине пробежался холодок. Инстинкты кричали и требовали бежать, но я продолжала стоять на месте, растерянно смотря то на свою мать, то на этого старика. – Через полгода я сорву тебя, цветочек, - добавил он, от чего я уже дрожала всем телом от непреодолимой тошноты.

Казалось, ещё немного и из меня выйдет всё то, что я успела съесть за день, но маркиз поспешил уйти, посчитав встречу завершённой.

В тот день я впервые посмела сказать чёткое «не хочу» родителям, говоря о своём женихе. Я надеялась, что они поймут и прислушаются ко мне, но сильно ошибалась. Очень сильно ошибалась.

Отец был в ярости, а мама всячески пыталась «вразумить» меня, говоря о том, что это идеальная кандидатура. Она говорила о том, что маркиз богат, а значит я ни в чём не буду нуждаться. Говорила о том, что он будет заботиться обо мне. Говорила, что родители желают мне только самого лучшего, поэтому мне следует поблагодарить их, а не идти против их слова.

И многое-многое другое…

В итоге мой голос и моё решение утонуло под наплывом родительского авторитета, как и всегда.

И я, в тот момент, решила просто не думать об этом. Полгода – это ведь так много. Просто забыть о проблеме, словно она решится сама собой. Жила, как обычно, а о женихе даже словом не упоминала.

Ну… Ровно до тех пор, пока я не вспомнила прошлую себя.

Теперь-то мне уже восемнадцать, и маркиз должен вот-вот приехать к нам, чтобы сыграть свадьбу, как и было оговорено.

Герцог Байрон Гранд уже всё давно решил. Он решил передать по сорок процентов имущества своим сыновьям и двадцать процентов доли достаётся старшей дочери Агате. И то только потому, что Агата родила мальчика. В ином случае, сомневаюсь, что сестре досталось бы хоть что-то.

Не то чтобы отец не любил нас с сестрой, вовсе нет. Просто в его глазах женщины всегда были бесполезны и годились только на одно – рожать детей. В нём сказывалось старое воспитание, где на первое место всегда ставили сыновей, как истинных наследников и продолжение рода.

Он никогда не уставал напоминать, что именно Джет и Опал продолжат его труды и прославят фамилию Гранд. А мы с сестрой, можно сказать, уже принадлежим чужой семье, так как выйдем замуж, возьмём другую фамилию и покинем отчий дом.

Тогда, спрашивается, а зачем в нас что-то вкладывать, если в итоге всё это достанется чужой семье?

Поэтому нас старались растить не как наследниц графской семьи, а как товар, который можно выгодно продать. С Агатой так и случилось, да вот только… После развода она всё же вернулась домой. Ей всего двадцать восемь, а её сыну Сфену десять лет. И, если честно, об этом никто не говорит, но все прекрасно понимают, что ей сильно повезло, что у неё родился именно мальчик, а не девочка. В ином случае, сомневаюсь, что отец принял бы Агату обратно.

Но раз у него есть внук, то это многое меняет. Именно к мальчикам Байрон относился более трепетно. Нанимал персональных учителей, оплачивал дорогие лекции, сам принимал непосредственное участие в воспитании. Но мы с сестрой видели его, в основном, только во время семейных ужинов.

Сейчас же, когда положение Агаты наконец-то окрепло, она всегда и всюду поддерживает отца, боясь, что всё потеряет.

А братья… Что же… Джет, которому уже исполнилось тридцать, можно сказать, вылитый отец. И внешностью, и стилем одежды, и даже манерой говорить. Он буквально подражал отцу, что, разумеется, очень нравилось графу. Хотя сейчас даже не задумывается о том, чтобы жениться. Говорит, что не может отыскать подходящую для него партию для брака.

А Опал… Ну, он, скорее, пошёл характером в матушку, которая и слова против молвить не смеет. Для мамы отец – нерушимый закон и сама истина. Вот и Опал такой же. Он всего на два года старше меня. Ему двадцать лет, но ведёт себя… Как ему скажут, так и будет себя вести. Тот самый человек, который идёт туда, куда проще, избегая сильного течения.

И вот она я… Последняя и самая младшая из детей графа Гранд. И, как со старшей сестрой, меня намеревались выдать замуж.

Вот только теперь мне не было страшно от одной мысли о маркизе. Более того, я прекрасно понимала, что меня ждёт, если я всё же пойду против отца и его решения. У меня нет связей, нет друзей, нет денег, нет знаний… Единственное, что у меня есть – это коллекция ярких платьев, каждое из которых напоминает свадебный торт или фруктовое пирожное.

Страшнее всего то, что любое моё странное поведение тут же докладывается отцу, из-за чего до последнего приходится изображать из себя наивную, глупую и непонимающую. Иначе я и в самом деле могу оказаться бездомной и без гроша в кармане. Конечно, многие могут сказать, что главное ты жива. Но с этим хилым телом, которое не знает, что такое спорт и вечно сидит на диетах, сомневаюсь, что надолго.

Мне нужно было действовать, но так, чтобы сильно не привлекать внимание семьи. Даже так, чтобы они сами добровольно закрыли глаза на мои выходки, считая, что для меня всё это лишь очередные игрушки.

Но чем я могу заниматься в этом мире? Мои руки ничего тяжелее вилки с ножом не держали. Да и об этом мире я мало что знаю, так как меня с детства ограничивали в информации. А раз так, то для начала стоило понять, что это за графство? И, главное, что это за королевство?

Ночами, когда вся семья спала, я пробиралась в библиотеку и читала семейные книги, впитывая информацию, как губка. Узнала расположение графства, запомнила карты, а также соседние территории. Но самое главное, я узнала о том, что семья Гранд долгое время жила за счёт добычи драгоценных камней из шахт, которые были в наших владениях.

Однако не всё так просто. Недавно была война между королевствами. Воевали королевство людей и королевство нелюдей, в следствии которого люди проиграли. Многие аристократы пали жертвой смены власти, но графская семья Гранд сохраняла всё это время нейтралитет, из-за чего нас пощадили, но… потребовали серьёзную плату.

Большую часть добычи приходится отдавать нашему новому королю, который одновременно является гномом. Из-за этого наша семья, привыкшая к определённому уровню жизни, была на грани. И только финансово выгодные браки дочерей могли бы вернуть те условия жизни, к которым привыкли родители.

И, разумеется, маркиз Иорик заплатил за меня приличную сумму, которую семья уже поделила и поспешила вложить в различные бизнес-проекты.

- Вот дерьмо… - тихо выдохнула я, сидя в библиотеке и читая семейную бухгалтерскую книгу, где отображались расходы за предыдущий квартал. Но тут…

- Что?.. – прозвучал шокированный детский голос со стороны входа. Это был Сфен, мой десятилетний племянник, который также не спал ночью. И он меня услышал. – Тётя Руби… Что ты сказала?
Пока ожидаете продолжение, обратите внимание на другую книгу Литмоба от