Минус первый

Когда-то я была стильной. Без смеха! Одевалась в лучших бутиках столицы, а когда возвращалась из отпуска, то привозила с собой целые чемоданы заграничных шмоток. Работа у меня такая, что нужно поддерживать статус. Бизнес-леди — это не только железная хватка. В любом случае встречают по одежке, а провожают по уму. Поэтому моя одежда… В общем, я не понимаю, почему мужики не велись. И красивая, и умная, и целеустремленная, и много чего умею. Одним словом, бриллиант. Или велись, но так, на одну ночь. Да какую там ночь! На десять минут. Вот и вся романтика в моей жизни. Да и не нравился мне никто так, чтоб уж сохнуть.

Хотя нет, грешна, было однажды…

Мы с ним на вечеринке познакомились. Приехала я как-то с подругами в шикарный отель под Новый год. Сняли роскошные номера с видом на озеро и лес. Вокруг — красотища! Заснеженный пейзаж, вычищенные дорожки, уютные беседки, фонарики, все виды мероприятий, уличных зимних игр и... эротических в саунах, двух бассейнах, квестах и спа-салонах. Как и предполагалось, мы быстро познакомились там с компанией парней.

Они были как на подбор: фигуристые, смазливые, рельефные. Из качалки, видимо, не вылезали, разве что кроме одного. Он больше всех был похож на того, кто к спорту вообще никакого отношения не имеет. Чем-то напоминал тюленя, но без лишнего веса. «Офисный планктон!» — сделала я вывод, тем не менее именно он почему-то меня и заинтересовал.

Нам всем было по тридцать-тридцать пять, не больше. Возраст раскованности, смелости и осознанности. Возраст, когда от жизни нужно брать по максимуму и ничего уже не стесняться.

Я долго присматривалась к их мужской компании, особенно к «офисному планктону». Целые сутки ушли на физиогномический анализ. Высокий (не люблю мелких, фуу…), широкоплечий, широкопопый, а не эти, которые дохлятура ходячая. Черты его лица по отдельности ужасали, но в целом, в сборке, производили приятное впечатление. Ромбовидное лицо с четко очерченными скулами, чувственные губы, по-юношески очаровательная улыбка, но одновременно с этим мужественные складки носогубного треугольника. Я млела от удовольствия, когда смотрела на него. Сама не понимала, почему брюнет с модельной стрижкой и светло-карими глазами так сильно заинтересовал меня.

На мои подколы он забавно хмурил брови и ни разу не нагрубил в ответ, в отличие от его приятелей.

Вскоре мужская компания начала вести себя ожидаемо по-хамски. Мой интересный персонаж недалеко от них ушел, хоть и отличался в лучшую сторону и не кичился тем, что «имел по тридцать три женщины на неделе и все от него были без ума». Еще он платил за меня в баре и даже пару раз за снегоход. Но я была уверена, что раз уж он приехал с таким быдлом, значит, и сам такой. Ведь как по пословице? Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. А друзья у него были… м-да… Одни разговоры, даже на отвлеченные темы, заставляли меня вздрагивать и ужасаться.

Сначала я поддакивала и, как и мои подружки, хихикала. Все мы единодушно поддерживали темы о том, как круто быть бабником и иметь многочисленные легкие связи. А потом я напилась и… как-то случайно взболтнула лишнего, высказав совсем не то, что выгодно и современно говорить, а то, что лежало на сердце.

— Всё дело в душевных качествах и отсутствии ума, — поигрывая виски в стакане, вещала я следующим вечером. — Если мужик дерьмо, то количество баб, которые проходят через его постель, не сделают из него съедобное блюдо и уж точно не возвысят в духовном плане. Это никчемный пень, на который мочится каждый мимопроходящий зверь. И он несносно воняет, до тошноты. А потом гниет от чужих испражнений. Труха сплошная. Хотя нет, пень гораздо лучше. А этот… в общем, как был дерьмом, так дерьмом и помрет. На него, кроме навозных мух, никто больше не клюнет. Ни одна достойная и уважающая себя женщина.

Стоило мне об этом сказать, как все из мужской компании, кроме планктона, принялись насмехаться, мол, ты со мной не была, а если бы была, то писала бы кипятком от восторга.

— Знаем, плавали, — отмахнулась я. — Вы только языком способны молоть, а на деле ничего особенного. Стандартные позы, дозы и ритмы. Мужчины, которые обожают бравировать своей готовностью вступить в сексуальный контакт с любой женщиной, порой даже не догадываются, что мы часто подыгрываем. Все те стоны, которыми хвалятся такие самцы, как вы, — лишь для поддержания огня в постели. Вашего огня, замечу, а не женского. Ну и чтоб самой не заснуть, конечно. А не от реальной страсти. Что поделать, если настоящих самцов днем с огнем не сыщешь.

Это был намеренный удар ниже пояса. Они даже онемели на пару минут. После чего я тут же получила в ответ то, на что и рассчитывала: сочувствие, мол, у меня никогда не было нормального мужика, если я притворно стонала, и следом сразу же шло предложение опробовать секс с «настоящим мачо», чтобы почувствовать разницу и понять, как оно бывает без притворства.

Ох, и посмеялась я над ними! Такие предсказуемые, такие глупые, несмотря на все свои дипломы и социальные статусы… Орангутаны.

— Эх, мальчики, мальчики… Открою вам страшную тайну.

— О, блин, обожаю этих открывателей тайн, — рассмеялся Миша.

— Не перебивай.

— Ну давай.

— Даю. Грубость и хамство, бесчеловечность и неадекватная жестокость, отвратительные манеры поведения и черствость — что, собственно, и означает слово «брутальность» — не нравятся женщинам. Мы можем, конечно, притвориться, но временно. Исключительно ради достижения какой-то цели. На самом деле каждой из нас хочется тепла, благородства, верности и заботы. Мы подсознательно ищем сильного и адекватного, надежного и спокойного, напористого и, одновременно, нежного, чуткого, романтичного и уступчивого. И главное, чтобы он сам до всего догадывался, а не после стотысячной подсказки. Спрашивается, где такого найти? Вы все психи какие-то. Либо с перебором тестостерона, либо с недобором. Что в первом, что во втором случае это печально отражается на умственных способностях. В итоге, вся эта ваша брутальность вызывает только две ответные реакции: бить или бежать.

Я всегда предпочитала бить, потому что бегать от кого-либо не в моем характере. К тому же, именно так можно определить, насколько мужчина сильный. Если сумеет победить меня хотя бы в словесной перепалке, то так уж и быть, я обращу на него свой светлый взор и рассмотрю кандидатуру. А уж если и ум его окажется на достойном моего внимания уровне, то вообще, возможно, зауважаю.

Выдала всё это мужичкам. Кто-то из них посмеялся, кто-то опять за своё принялся — про количество баб и опыт, а кто-то и наезжать пытался. А сделала ход конем и обратилась за поддержкой к планктону. Заодно посмотреть хотела, что он-то обо всём этом думает и почему молчит:

— Скажи, Миш, а ты тоже считаешь, как и твои друзья, что чем больше женщин, тем мужественнее?

Миша окинул меня холодным взглядом и очень уверенно отчеканил:

— Да треп у них детсадовский. Алин, неужели не понимаешь, что они троллят? Даже порнушники не в состоянии долго и много. Они делают перерывы и используют стимуляторы. Для того, чтобы было много и долго за один день — по девять, десять раз, нужна влюбленность. Такая, от которой голову будет сносить. Если менять девушек по пять раз на дню, то тут ни о каких крышесносных чувствах речь уже не идет, а, соответственно, только о похоти. Это простая физиология. Поэтому… смешно, когда такое слышишь. Сразу видно, что мужчина всё еще не вырос из подростковых прыщей, и у него до сих пор большие проблемы с сексом и постоянной партнершей — она не заводит или не дает так часто, как хочется. Вот он и ищет на стороне, пытается взять количеством и очень низкого качества. Другие, которые покрасивее, только за деньги идут. А денег жалко.

Он посмотрел на своих друзей. Я тоже бросила на них заинтересованный взгляд. Думала, сейчас начнется перепалка, взаимные оскорбления. Но нет, почему-то все те, кто хвастал, молчали. Злились, но молчали.

— Среди мужчин, как и среди женщин, тоже встречаются шалавистые потаскухи, — добавил Миша. — Потаскухи обоего пола обычно гордятся тем, сколько у них было мимолетных партнеров и сколько измен им сошло с рук. Называют это победами, когда на самом деле это один большой проигрыш. А также они всегда одинаково лезут на рожон…

— Э-э… не поняла. Это сейчас был выпад в мою сторону? — подобралась я, уже готовая дать сдачи.

— Отчасти, — легко согласился он. — Уверенный в себе мужчина — тот, кто действительно имеет успех у женщин, — ни за что не станет хвастаться связями и опытом в интимных делах. Во-первых, это никого не касается. Во-вторых, глупо и отпугивает потенциальных партнерш из-за большой конкуренции и очевидной неверности, ненадежности партнера. В-третьих, из-за возможной передачи инфекций. Если суют во всё, что движется, столько всего обычно хватают, что потом месяцами лечатся и не всегда успешно. Это я вам как врач говорю. В общем, всамделишный популярный мужчина знает себе цену, и уж точно не станет совать во все дыры подряд. Это грязно. А вот фантазии у него могут быть разные, они обычно зависят от личной распущенности, индивидуального фетиша и эстетического восприятия, понимания Красоты. Однако это вовсе не означает, что он будет воплощать все свои грезы и тем более с каждой встречной-поперечной. Для этого существует стоп-система, распознающая красные линии. Эта система называется Разумом. Не у всех она, правда, исправна… Иногда для воплощения определенных фантазий требуется элементарно доверие и, опять же, взаимная любовь. Равно как и достойная внимания женщина не станет выставлять на всеобщее обозрение свой колоссальный опыт в сексе. Проститутки и шалавы-соглашалки привлекают только определенный контингент слабаков и дешевок. А когда мужчина платит за секс… Ну, это вообще, не только социальный маркер, но и показатель степени самоуважения. Перед достойным и без оплаты у ног стелются и на всё готовы, сами себя предлагают и щедро одаривают.

— А как же полигамия? — со всё возрастающим интересом рассматривала его я.

— Возможно, я вас всех сейчас удивлю, но полигамия, вопреки распространенному мнению, свойственна лишь животному уровню развития психики и интеллекта, сознанию низшего порядка. Для такого уровня она может быть и нормальна. И то далеко не ко всем животным применима. По сути, это внутренний конфликт и болезнь души, когда та не ведает любви и заменяет ее различными псевдоконструкциями и противоречащими ее смыслу понятиями. Сексоголики — это вообще-то расстройство психики и сексуального поведения. Так что тут нет никаких достижений и гордиться нечем, разве что болезнью и развратом, которые такие вот детсадовские неудачники-фантазеры пытаются пропихнуть во всеобщее мировоззрение. Чтобы не в одиночестве расчеловечиваться и в конце жизни скулить от тяжести собственной грязи. Кроме толпы кошек с такими уродами никто из нормальных и адекватных женщин не захочет жить. Сексоголикам мало внимания, у них реальные проблемы с самодостаточностью, поэтому они никак не могут насытить себя и ошибочно полагают, будто количество связей им поможет. А для того, чтобы как-то себя оправдывать, они называют всё это приобретением сексуального опыта, когда настоящий опыт никак не зависит от количества связей с разными партнершами. Это всё равно что всю жизнь мастерить одну и ту же вещь для разных людей. На станке. Серийное производство. И ни разу не попробовать сотворить настоящий шедевр собственными руками для кого-то особенного, любимого и драгоценного.

— Но для того, чтобы это знать, тоже нужно уметь, где-то набраться опыта, — засмеялся его друг.

— Костян, для того, чтобы знать, как это вообще делается, не требуется проходить через гарем, — парировал Миша. — Природа не глупее тебя, она позаботилась, заранее прописав процесс размножения в инстинктах.

— А всё остальное от лукавого? — злился Костян. — Не это ли животное спаривание?

— Вот видишь, Алин, как задевает? — смеясь, указал на него Миша. — Короче, посмотри внимательно на этих мачо-сказочников, запомни все их стандартные фразы и посоветуй им как можно быстрее заткнуться, чтобы позорными дураками не выглядеть. Или обратиться за помощью к сексологу и психологу. Но сочувствовать им не хочется, ведь для каждого уровня развития интеллекта и души — свои вершины. Среди кроликов тоже должны быть чемпионы.

Его приятели смотрели на него ошалело и раздраженно. Им не хотелось ссориться, но и проглотить подобное оскорбление им было тяжело. Моим же подругам и вовсе не понравился разворот разговора. Вроде сидим, выпиваем, цинично заигрываем… Мужики бицепсами и яйцами меряются, сочиняют про свои успехи и к сексу склоняют, а тут про любовь… настоящую, не поддельную. Сразу у всех настроение изменилось, все вдруг вспомнили о возвышенных чувствах.

Что-то заныло под сердцем, там, в самой сокровенной глубине. После этого беседа потекла в ином направлении. Кавалеры отчего-то вспомнили, что они не какие-то пустоголовые трахальщики с огромным либидо, а… Мужчины, творения Божьи и носители той самой божественной искры и семени Жизни.

Мне даже стало как-то не по себе. Или это от выпитого?..

— Эй, — ткнула меня в бок Надя, — ты лучше пей и помалкивай. А то всю малину нам портишь. Я понимаю, что ты Мишу пытаешься закадрить и всячески выпендриваешься перед ним, подыгрываешь, чтобы спеться с ним. Он занудный умник и ты такой же стараешься показаться. Но, Алин, умоляю, не порть нам праздник. Мы сюда, если ты помнишь, именно за сексом ехали. А не за дурацкой любовью.

С того вечера я уже не выпускала Мишу из виду. Он вдруг перестал казаться мне офисным планктоном. Тем не менее я осторожничала, памятуя о том, с кем он приехал тусоваться, и боялась обжечься.