Минутка слабости

Начало 21-го века - это перспективное начало нового, пока что безымянного века литературы.

Появилось очень много новых молодых поэтов, что повлекло за собой повышение уровня грамотности среди молодёжи. Это можно назвать перерождением русской литературы.

Вошло в моду читать и слушать классические произведения, одеваться на старинный манер, изучать историю и различные языки, собирать коллекционные книги и распространять "эстетичные картинки".

В структуру старых стилей встраиваются новые асимметричные формы, различные уточнения, а также учащаются случаи заимствования слов, в основном английских. Это совершенно новый вид поэзии.

Современные поэты встанут на один уровень с поэтами прошлого, их творчество станет новой классикой, тем, что потом возьмут за образец. Это новая творческая эпоха.

Искусство - понятие крайне широкое и ещё более противоречивое на каждом стыке своих микроопределений. При этом противоречивость, как свойство, особо чётко наблюдается при выявлении "творческой жилки" у какого-либо конкретного человека.

Даже само существование искусства не так просто, как кажется: да, в большинстве случаев под понятием «Искусство» понимается нечто неосязаемое, подобное душе, но это стоит отнести скорее не к самой сущности искусства, а к его проявлению, к особой сфере физиологии человека и его общественно-духовной жизни.

Другое дело - взять материалистическую точку зрения. Уже давным-давно известно, что если лишить человека даже не всего головного мозга, а определённой его части - какое-то качество человека пропадёт, может даже и бесследно. Подобное неоднократно подтверждалось на практике, когда посредством оперативного вмешательства человека лишали разума, но оставляли организм в нормальном функционирующем состоянии; иными словами: человека обращали в «животное», в узком понимании этого слова. Это говорит о том, что тело человеческого искусства сокрыто в теле самого человека и является его непосредственной анатомической и физиологической частью.

А как быть с проявлением искусства? - мнение о том, что искусство касается лишь картин, скульптур, фильмов и т.п. является пусть и самым распространённым, но никак не самым полным. Не зря же говорят: «Искусный мастер» или «Искусный врач». Даже если взять классический пример, в лице художника, то искусство проявляется многоэтапно. Та часть мира, которая улавливается «творцом», проходит первый этап искажения ещё на подходах к основной своей обработке, проходя через органы чувств и переводясь на язык самого организма. Позже, уже в головном мозгу, вся воспринятая информация дополнительно фильтруется благодаря неким «шаблонам», созданным человеческим сознанием, а уже потом наступает главный этап - рекомбинация или творчество, как таковое. Всё, что прошло этап фильтрации, должно быть разбито на мелкие части, и чем мельче - тем лучше, однако размер может регулироваться человеком, точнее - его сознанием. Частички информации смешиваются и соединяются вновь, но уже с новой локализацией друг относительно друга, после чего копируются для памятного архива и выдаются обратно, во внешнюю среду, как видимая зрителям часть искусства, точнее его физиологии, или творчества. Как раз эту часть и можно назвать проявлением или самовыражением человека. Существует и другая, более простая и известная модель творческой физиологии, если принимать понятие «Творчество», как синоним искусства, а не как одно из его составляющих - модель призмы. Тут всё просто: лучи света, проходя через стеклянную призму, выходят из неё уже под другим углом. Данный образ широко используется в сфере психологии.

Итак, что мы видим в итоге? - искусство является улавливанием действительности, рекомбинацией отдельных её частей и выдачей новой формы этой самой действительности, однако из-за большей востребованности в общении не всего понятия, а лишь его главной и конечной частей, подразумевающих творение новой общей информации и её носителя, понятие «Творчество» стало синонимичным понятию «Искусство» при разговоре. Стоит также отметить, что «искусным» в своей трудовой деятельности человек может называться лишь тогда, когда то, чем он занимается, станет его непосредственной частью, частью именно его искусства.

Было бы ошибкой считать, что разделение мира на реальный и виртуальный произошло только с приходом интернета.

Как водится, детский разум является самым чистым из всех – опыт, хороший и не очень, в нём присутствует лишь в виде редких вкраплений, но сама сущность ещё нетронута; такое принято называть словом «наивность».

Не даром ведь говорят, что счастье в неведении. Наивному человеку свойствена хрупкая, но иногда и самоотверженная вера в добро. С возрастом эта вера не умирает и не пропадает, как многие думают – она переходит в мечты.

Каждый человек мечтает о чём-то. Пусть и необязательно для всех, но хотя бы для него самого мечты – царство добра, счастья и душевного спокойствия. Сами же мечты, как явление, были с человеком всегда, с самого его разумного начала – это ли не виртуальный мир?

Раньше виртуальность носила локальный характер – для каждого человека мечты всегда сокровенны, их невозможно передать полностью; вообще мысли передать с полной точностью невозможно – если только примерно их описать.

Что же сделал интернет, эта вещь, ставшая теперь синонимом виртуальности? – Собственно, небольшую, но такую значимую для многих людей вещь – возможность делиться мечтами! Отныне и впредь виртуальный мир каждого человека доступен каждому желающему войти «в голову» к другому.

Есть и некое изменение, довольно глобальное. Раньше виртуальный и реальный миры были чётко разделены, при этом виртуальная сторона была в меньшинстве. На момент начала XXI века стороны сравнялись, а граница между ними начала стираться: множество людей буквально живут в интернете, при помощи которого можно убить или спасти, а можно и заработать на жизнь, хотя существование реальное никуда не делось и без него жить виртуально пока невозможно.

Если процесс продолжится, то уже очень скоро настанет момент, когда виртуальность завладеет реальностью, когда человек, породивший мечты, сам станет мечтой, когда мир перевернётся с ног на голову. Если представить перед собой дерево, то его корни, реальность и виртуальность, идут раздельно, в стволе они соединяются, а вот в какие причудливые ветви это всё вырастет – пока никто не знает.

Иногда возникает интересное предположение: сказки о колдунах и ведьмах - не такие уж и сказки. Да, они значительно приукрашены, однако небезосновательны. Видимо, слова человека, в том числе и заклинания тех самых колдунов, в самом деле обладают какой-то неведомой силой.

Вообще звук, который мы издаём во время словесной речи, несильно отличается от того, который используют при дроблении камней или использовании эхолокации - звуком действительно можно оказать нешуточное механическое влияние, даже просто громко крикнув человеку в ухо.

А что со смыслом? - Говорят же, что словом можно ранить. Ранить-то можно, но можно и защититься. Если принимать слова слишком уж серьёзно, то любое слово может оказаться роковой пулей, но если придавать чуть-чуть меньше значения тому, что слышишь, то можно значительно повысить свою моральную прочность и устойчивость; главное здесь - не перестараться.

Существует и такое мнение: любая речь, любое слово, которое мы услышали в свой адрес, оставляет неизгладимый, хотя и малозаметный след в нашем сознании, который, однако, в особенные моменты способен даже решить судьбу человека. Подобное часто используется на войне уже много веков, когда вражеские стороны стараются деморализовать друг друга, понижая тем самым боеспособность противника. Более мощный эффект дают слова, сказанные близким человеком, но сильнее всего влияние оказывает собственная речь. Её действие на столько велико, что даже в собственную ложь можно уверовать. Слово, сказанное человеком, влияет на его подсознание и тем самым - на его действия.

Были даже отмечены случаи, когда человеку было достаточно даже не сказать, а просто подумать о чём-то; он даже и сделать ничего не успевает, а эффект уже проявляется. Наши слова, что являются проекцией нашего сознания, точно так же как наши поступки, действительно способны на невероятные вещи. Получается, что каждый из нас сам себе колдун и каждый из нас волен вершить свою словесную магию.