Молния в руках Грома. Разведи меня полностью

– Помнешь, убью, – мстительно прищурилась я.

– Смитюк, ты вообще понимаешь, куда собралась устраиваться на работу, а главное – кем?

Шокированная моим решением подруга смотрела на меня как на восьмое чудо света. Или больную на всю голову. За последнее было бы обиднее всего.

А вот не надо меня недооценивать! У меня есть образование, я вполне себе прилично выгляжу, и мозгами меня бог не обидел.

– В крупнейшую IT-компанию, в которую мечтает попасть чуть ли не каждый уважающий себя человек, понимающий хоть что-то в информационных технологиях, – задрав подбородок, я вытянула из ее рук свой пиджак кремового цвета.

Вроде всё в порядке. Одетой надо быть с иголочки, лишний раз не тупить на собеседовании. Да, у меня всё получится!

– Твой спор с Олегом не стоит того, чтобы проходить семь кругов Ада, Ксю, – настойчиво проедала мне плешь Марина, что знала меня лучше, чем содержимое своей сумочки. – Там начальство такое, что половина сотрудников бежит уже через месяц работы, я узнавала. Прошлый секретарь Марка Громова выдержала два с половиной месяца и свинтила, сверкая пятками.

– Вот и будем потом сидеть с тобой и обсуждать, почему она не справилась, а я выдержала испытательный срок и стала помощницей года. А я стану!

Это было уже дело принципа. Нет, чести!

– Да этот придурок со зла наговорил, что ты глупая и не сможешь устроиться ни в одну достойную компанию по специальности! Он просто злится, что ты бросила его, обозвав бесперспективным алкашом. Это первый и самый фееричный развод в его жизни, Ксю!

С таким козлом как он – явно не последний.

Надев пиджак, развернулась к зеркалу и поправила чуть задравшуюся юбку-карандаш до колена. Я создала свежий образ строгой женщины: красивой, но холодной. Об основателе компании было мало что известно, кроме того, что он очень придирчив, замкнут и помешан на работе. Возможно, глупо, но меня это только радовало. Я хотела развиваться в профессии, раз уж решила спустя несколько лет фриланса заякориться, а не служить официанткой и жертвой общественного темперамента на полставки.

– На правду не обижаются, – дернув плечом, отмахнулась от тревожных мыслей.

Где-то в глубине души я вопила во все горло, что окончательно чокнулась. Ксения Смитюк, двадцатисемилетняя противница офисов и любительница целый день по квартире лазить в пижаме, собралась на работу – сидеть в кабинете, варить кофе и лебезить перед начальством. Тьфу! Не штаны просиживать, не приключения устраивать себе, а усердно работать и лезть вон из кожи, чтобы доказать одному придурку, что недооцененным в наших отношениях был явно не он.

Конечно же, будет нечестно всю ответственность спихнуть на Олега, мне ведь тоже интересно, на что я способна. Бросать себе вызовы – весьма увлекательное дело, которым никогда не пренебрегала. Это весело, однозначно всесторонне развивает, ну, и моя внутренняя полоумная натура получает хлеб и зрелища.

– Только не заиграйся, Ксюш, – словно услышав мои мысли, бросила в спину подруга.

– Вся наша жизнь – игра. А я еще даже не сделала свой первый ход. Если пройду собеседование и меня примут, обещаю выслушать все твои наставления.

Милая беззаботная дурочка… Я еще даже не подозревала, чем аукнется мне поход в “Эвопрограм”. Думала, приду, заполню десяток тупых анкет, улыбнусь отделу кадров, сообщу о своих заслугах, и всё – привет рутина, от которой стухну через пару месяцев.

Но, придя в компанию, я очутилась перед дверьми в кабинет самого её основателя. А Марк Громов оказался не столько требовательным и вредным боссом, сколько “горячим” властным собственником. Так моя жизнь разделилась на “До” и “После”.

Сжав пальцы на папке с документами, решительно вошла в высокое здание с красивым стеклянным фасадом и подошла к охране, демонстрируя электронный одноразовый пропуск.

Волновалась не сильно, мне действительно было что предложить этой компании с моим опытом разработчика. Фриланс не воспринимали всерьез лишь недальновидные люди, я же, сидя дома, предоставленная сама себе, в удовольствие изучила несколько языков программирования и поучаствовала в десятке перспективных конкурсов на лучшую разработку. В двух из них заняла второе и третье место.

Не то чтобы я хотела связать с этим жизнь, но изначально очень ценила личное пространство и возможность контролировать рабочий график. По информатике у меня в школе было пять, в университете я тоже получила пусть и обычный, но заслуженный диплом учителя информатики. В общем, как-то все сложилось так, что я решила уйти в свободное плавание и попробовать себя как работника “на заказ”. До этого дня меня всё устраивало.

Внутри здание выглядело не менее красиво и современно. Несмотря на выдержанный стиль отделки и мебели, всё кричало о дороговизне. В таком пространстве невольно хочется ходить с прямой спиной и в костюме из приличного бутика. На свою одежду я не жаловалась – деньги мне было тратить особо некуда, потому в шкафу у меня есть на что попускать слюнки, наверняка, даже местным работницам. Костюм на собеседование я так же выбирала, руководствуясь привычными принципами – красиво, дорого, достойно.

Так, стараясь сильно не коситься по сторонам, чтобы не сойти за впечатлительную простушку, я прошла в отдел кадров в поисках специалиста, который связывался со мной по поводу встречи.

– Ксения Валерьевна Смитюк, – сверила со своими записями ухоженная женщина в строгом черном костюме примерно сорока лет.

На ее столе царил бардак, но, кажется, это никого не смущало. Бумажная волокита, м-м-м, мое любимое. Тьфу!

Кивнув, поудобнее устроилась в кресле напротив, готовясь к беседе.

– Восьмой этаж, выходите из лифта и направо до самого конца. Марк Александрович уже ожидает, – подняв голову, она меня придирчиво осмотрела, вызывая дискомфортные ощущения.

Даже не сразу поняла, что именно мне было сказано.

– Простите, а разве не вы проводите собеседование? – на всякий случай осторожно уточнила.

– Вы устраиваетесь на должность секретаря Марка Александровича. Собеседует в таких случаях он сам лично, чтобы потом не было никаких неясностей, – терпеливо пояснили мне.

Что ж… Теперь я волновалась чуточку больше.

Закусив щеку с внутренней стороны, я следила за сменой этажей на табло в просторном лифте.

Первый, второй, третий, четвертый…

Пришедшая мысль о том, что я глупо пошла на поводу у собственной гордости в желании доказать, что я “крутая”, только добавила масла в огонь.

… пятый, шестой, седьмой, восьмой.

Дудки. Я справлюсь!

Но рассказывать о себе специалисту по набору персонала и своему непосредственному начальству – земля и небо. За это я и не любила работу в офисах. Удаленно, разделенные со мной километрами, любые взаимодействия казались проще, и возможностей сконцентрироваться было гораздо больше. Прямой контакт с заказчиком меня бы выбивал из колеи, отчасти и поэтому удаленка стала для меня идеальным решением.

Сегодня мне предстояло выйти из зоны комфорта, и я даже не представляла насколько. Кто такой Марк Громов? О нем ведь действительно ничего не известно – личность максимально непубличная. А если он вообще извращенец?

Конечно, об этом я решила всерьез задуматься, только придя на собеседование. Потому что мне нужна эта работа, и точка.

На восьмом этаже все офисы были огорожены матовым стеклом – никакого личного пространства. М-м-м, всё именно так, как я люблю… Мысленно застонав, приветливо кивала всем, кто обращал на меня внимание, идя навстречу. Улыбаемся и машем, Ксюша. Улыбаемся и машем…

“Помни, улыбка – твое первое оружие – она очаровательна”, – наставляла меня подруга.

Кабинет главного босса компании, как оказалось, было определить легко – никакого стекла, глухая стена. О своем личном пространстве этот человек позаботился. Как и о своих секретах.

Практически у самого входа стоял широкий угловой светлый стол, компьютерная техника, кулер, кофеварка. Этакое универсальное пространство для “поработать и покушать”. Симпатично, практично, тоскливо… И тут мне предстоит работать в случае положительного решения касательно моей кандидатуры?

Давай, Ксюша, ты справишься!

Поднеся руку для стука, замерла. Что-то внутри дрогнуло, словно от предчувствия – хорошего или плохого, разобраться из-за накатившего волнения было сложно.

Зона у кабинета босса была пустой – видимо, никто без необходимости старался не приближаться к начальству. Это тоже говорило о многом. А прошлый секретарь либо просто отсутствует, либо Громов уволил ее, а нового так и не нашел. И как тогда работает без своей “записной книжки” на двух ножках. Кофе теперь себе сам готовит… Бедняга.

Но все мои попытки себя развеселить и вернуть душевное равновесие осыпались прахом, когда за дверью после стука раздалось строгое и сухое: “Войдите”.

Желудок сжался, а по спине поползли мурашки.

Олег, чтоб тебе с унитаза не слазить неделю! Чтоб тебя тошнило даже от одного глотка виски!

– Добрый день, – доброжелательно улыбнувшись, вошла в очень просторный светлый кабинет, концентрируясь сразу на его владельце. – Ксения Валерьевна Смитюк на собеседование на должность вашего секретаря.

Меня удостоили… никаким взглядом меня не удостоили! Вот хам! Мужчина что-то торопливо записывал, даже не подняв головы. Сам он был одет в строгий черный костюм, волосы были короткими русыми – большего я разглядеть пока не могла. Если занят, зачем пригласил войти?

– Подайте ваше резюме, пожалуйста, и присядьте на диван.

На ослабевших ногах я дошла до широкого длинного стола. Положив документы по левую руку от босса, попутно оценила качество мужской туалетной воды. Отправилась к небольшому кожаному диванчику, что стоял у стены, я с мыслью, что мой будущий начальник весьма неплох собой. Сбоку, по крайней мере.

На журнальном столике неподалеку стояла вазочка с разноцветными флешками, и я на какое-то время зависла, пока мой мозг проводил аналогию с конфетами. Интересная фишка… Надеюсь, жевать их несправившихся со своей работой сотрудников он не заставляет.

Так же, не обращая на меня внимание, мужчина отложил свои документы, взял моё резюме и пробежался по бумагам глазами. Будто там зацепиться было не за что! Нет, это уже хамство! Чтобы я еще раз пошла устраиваться в какой-то дурацкий офис!

– Вы в курсе, на какую должность устраиваетесь? – прервал мою мысленную тираду хозяин кабинета.

А?

– На должность вашего секретаря, Марк Александрович, – терпеливо кивнула, не забывая сдержанно улыбаться. Секретарь – лицо компании тоже, отчасти. Я должна быть вся красивая, милая, но очень профессиональная. Честно попытаюсь, по крайней мере.

– Ваше резюме подходит в отдел разработки, опыт у вас действительно неплохой, а у нас отличная зона роста, – резюмировал мужчина, отложив мои документы в сторону и переключаясь снова на свои дела.

Простите?!

Внутри меня грохнул вулкан, приготовившись к извержению. Ты хоть бы голову поднял, сволочь! Я что, пришла с твоей прической пообщаться? Ты ведь мне и слова не дал о себе рассказать!

– Мне нужна должность секретаря, – тихо, но настойчиво произнесла, чувствуя, как раздуваются ноздри от поднимающейся злости.

– Девушка, секретарь для меня – это очень важная должность, которая требует… – строго начал он и, наконец, поднял голову, видимо, желая меня окончательно выпроводить, но внезапно замолчал.

Голубые глаза встретились с моими, между бровями Громова тут же залегла складка. Я тоже молчала, изучая весьма красивого молодого мужчину лет тридцати пяти на вид. Это лицо показалось мне знакомым. Всего на секунду. Но я так и не смогла найти в своих воспоминаниях хоть кого-то похожего на Громова. Да и где мы вообще могли бы встретиться? Если только в каком-нибудь торговом центре, что вряд ли.

Теперь я могла оценить и его широкие плечи, и идеально завязанный галстук, и крупный кадык, внезапно дернувшийся. Это отрезвило, заставило собраться.

– Будете уговаривать? – чуть более низким голосом внезапно спросил он, приподняв бровь, будто был заинтригован.

– А надо? – растерявшись, уточнила я.

– Я бы посмотрел, – признался он, откидываясь на спинку кресла и соединяя перед собой руки. Его указательные пальцы при этом прижались к нижней губе, чуть оттянув. В своем предвкушении Громов выглядел очень… Очень даже очень!

Я нервно кашлянула, окончательно теряя всю ранее созданную в голове картину планируемого собеседования.

Мужчина перевоплотился в совершенно другого человека прямо на моих глазах. Если до это мне казалось, что за столом сидит этакий упрямый медведь, теперь на меня смотрел заинтересованный леопард. Потрясающая метаморфоза.

Только не уверена, что она мне понравилась. Так на своих сотрудников не смотрят. И даже строгий костюм мне не помог почувствовать себя уверенней перед красивым мужчиной, что смотрел слишком жадно.

– Ну, я пошла, раз секретарь вам не нужен, – дернув плечом, учуяв опасность всем своим женским нутром, тихо бросила и развернулась, чтобы покинуть кабинет. От греха подальше.

Что вообще только что произошло?

– Стоять, – строгое требование распороло пространство, и я вся вздрогнула, тут же замирая. – Зачем вам эта работа, Ксения? Не похоже, чтобы у вас были финансовые трудности. В вашей жизни что-то произошло, что вы решили сменить домашнее кресло на офисное?

Да не нужна она мне! Дура потому что!

Тихо выдохнув, развернулась обратно на каблуках.

– Знаете, я вдруг поняла, что хочу почувствовать себя связанной, – решила частично преподнести я правду, вывернув ее наизнанку. Наизнанку своей натуры, чтоб её. Бровь мужчины красноречиво выгнулась, а в глазах появился странный блеск, и я поняла, что сказала что-то странное. – Связанной какими-то новыми обязанностями и условиями, – поспешила уточнить.

– А если это будет вас душить? – включился в мою игру в метафоры Громов.

– Говорят, в определенных обстоятельствах это приятно, – голос даже не дрогнул, потому что я вдруг осознала, что затея провалилась. Отзеркалив мужчину, тоже приподняла бровь и даже улыбнулась.

Что я несу?

Несу абсурд – могу и вам занести! Но, почему-то, казалось, этот человек всем своим видом бросает мне вызов. Совсем не агрессивный, а интригующий…

Плохо, Ксюша, нельзя. Нужно перевести мысли в более безопасное русло – ты пришла устраиваться на серьезную работу, а не хихикать с очередным заказчиком, радуясь, что между вами сотня километров. 

Ему не нужен секретарь в моем лице, Олег частично выиграл. Хотя, нет. Речь была о работе по специальности, а я амбициозно хотела прыгнуть выше. Провалилась. Но спор выиграла – работу в отделе разработок мне предложил сам основатель компании.

Громов чуть ослабил галстук, окидывая меня внимательным взглядом.

– Сколько будет дважды два? – кажется, на полном серьезе задал он следующий вопрос.

– А сколько надо? – ответила я, как в одном анекдоте.

На мгновение показалось, что мужчина рассмеётся. Но либо Громов быстро взял себя в руки, либо у меня галлюцинации.

– Ксения, у меня очень много работы. А значит, и у вас её будет не меньше. Понимаете, на что подписываетесь? – наконец-то его голосу вернулось немного серьезности.

Но упрямый медведь передо мной так и не появился.

– А мы уже что-то подписываем? – из чистого упрямства, наверное, я все еще не ушла и продолжала эту странную пикировку. Собеседованием это назвать было уже сложно. Или я ничего в них не понимаю.

– Испытательный срок… три месяца. Если быстро освоитесь, он будет сокращен.

– Я же вас не удовлетворяю в роли секретаря! – недоумение скрыть не удалось.

Что за чертовщина? Ничего не понимаю в этой чокнутой офисной жизни. Они тут, что ли, по своим законам живут?

– Вы меня удовлетворяете, Ксения. И будете удовлетворять далее, надеюсь, – протянул он, о чем-то задумавшись и отведя взгляд.

То есть, все-таки я реально могу получить это место?

– Марк Александрович, простите за бестактный вопрос, но вы женаты? – на всякий случай уточнила я. Что-то меня еще напрягал наш разговор. Вернее, его неоднозначность.

На губах мужчины заиграла хищная улыбка.

Ну вот, всё, сейчас он точно должен сказать, что я лезу не в свое дело. Или в свое (я, всё же, личный секретарь), но слишком рано.

– А вам для чего такая информация, Ксюша?

Мужчине, кажется, очень понравилось мое имя, раз он так часто его произносит.

– Это мой первый раз в роли секретаря, – нервно произношу я то, что и так ему известно. – Будет спокойнее, если вы женаты.

Если с человеком предстоит работать рука об руку, немного искренности не повредит. А раз уж все так оборачивается, что меня утверждают на должность секретаря основателя целой компании, то я должна выложиться на полную. Всё же, вызов себе уже брошен. Да и Громов теперь не кажется таким невыносимым начальником.

– Первый раз – это важно, – кивнул мужчина, снова пряча улыбку, но его серьезность была слишком театральной. – Постараюсь быть… нежным. Я не женат. Вам стало спокойнее?

Он же меня умышленно смущает!

– Нет, – честно призналась я.

– Верно понимаю, сейчас вы, мой без пяти минут секретарь, хотите, чтобы я уговорил вас нормально работать и не беспокоиться за свою честь?

– Простите, – скорее пискнула, чем нормально ответила.

Но, кажется, мужчину это вполне устроило. Он вообще на меня так смотрел, что я не знала – то ли мне гордиться и радоваться, то ли хватать документы и бежать куда подальше.

– Сейчас спускайтесь в отдел кадров, я вышлю им форму вашего договора. Подпишите, завтра жду вас к восьми в этом кабинете. Прошлый секретарь плохо справлялся со своими обязанностями, но хорошо с чужими, поэтому был уволен, – поставил меня перед фактом босс. – С вами такого не произойдет, я прослежу, не переживайте. – Теперь вот запереживала, между прочим. – В курс дел введу сам, обучу необходимому тоже. И ваш костюм… – Громов еще раз прошелся взглядом голубых глаз по моему телу, поджал губы, задумываясь, – мне он нравится, никаких претензий – главное соблюдать деловой стиль. Когда мы наедине, называйте меня по имени, мне так комфортнее. И еще одно условие: однажды вы расскажете, зачем вам должность моего секретаря.

Он улыбнулся, давая понять, что ни капли мне не поверил, но дает шанс исправиться. Только если узнает правду, на смех поднимет, или вообще в моих умственных способностях засомневается.

– Я вам сказала правду – мне нужна эта должность, чтобы раздвинуть внутренние границы.

– Ну, раздвинуть ваши границы я буду только рад. – И я уже хотела возмутиться, но Марк Громов тихо рассмеялся, и я “залипла”. Боженьки-пироженки, не припомню, когда слышала, чтобы мужчина так красиво смеялся… – Только вы прокололись на том, что даже не интересовались условиями труда и заработной платой, Ксюша.

– Уверена, что “Эвопрограм” не обделяет своих сотрудников деньгами, а я справлюсь со всем, с чем могли справиться другие, – уверенно парировала я.

– Самоуверенная, порывистая и упертая… Вам уже двадцать семь, а вы не меняетесь. И это замечательно, – покачал головой мужчина, всем своим видом показывая, что действительно доволен.

С тем медведем, к которому я зашла в кабинет, этого Марка Громова я сопоставить всё еще никак не могла.

– А мы с вами знакомы? – удивившись, снова напрягла память, но так и не смогла отыскать лица мужчины в картинках прошлого.

– Не буду скрывать, имел возможность, когда вы еще учились в университете. На одном из старших курсов.

Меня поразило, что мужчина не стал юлить и вот так сразу открыто признался.

– И что я делала?

– А вот это я расскажу вам как-нибудь потом.

От разлившегося по кабинету мягкого смеха пришла мысль, что меня этот рассказ явно смутит. Куда я вляпалась?

– Марк Александрович.

– Мы в кабинете вдвоем, Ксюша – просто Марк. Не разочаровывайте меня, я ведь четко обозначил свои требования.

О, так это были требования?

Верните меня на удаленку! Там проще жить.

– Марк, – я замолчала, пытаясь понять, что именно чувствую, называя своего босса по имени. – Марк, если что, я не шпион или что-то подобное, не подумайте.

Мне показалось важным объясниться. Мысль, что он так легко принял меня на работу, даже зная, что я не озвучила истинных мотивов, напрягал.

– Даже если бы вы сказали, что шпионка, я бы не поверил, – успокоил меня Громов. – Вы слишком открыты – вас легко читать.

А вот это уже оскорбление, на минуточку!

– Вы считаете, что хорошие шпионы плохо обучены прикидываться кем угодно? Пусть даже милыми простушками?

– Я не называл вас простушкой.

Мне было что сказать на это – речь уже готова сорваться. Но тут мужчина решил выйти из-за стола.

В полный рост мой босс оказался еще красивее. Нет, шикарнее. Это я: “Взгляд кошки – грация картошки”, а Марк Громов с прямой спиной, широкими плечами, в черном костюме, что сидел на нем идеально, с этим прожигающим взглядом выглядел как бог. Как мороженка в жаркий летний день, как кисло-сладкий соус для картошки фри, как газики для Колы – он казался идеальным для меня. Черт, ну зачем я об этом подумала?!

Решила, ему нужно взять какие-то бумаги, но Марк медленно направлялся прямо ко мне.

Два шага до двери. Два, Ксюша, беги!

И я отступила на шаг назад.

Довольная улыбка была мне ответом.

– Я вас знаю пять минут, почему мне кажется, что происходит что-то странное? – пискнула я, уже вообще не опасаясь сойти за сумасшедшую или вылететь с работы, так и не устроившись.

– Странным меня еще не называли. Просто радуюсь, что, наконец, нашел свою секретаршу. От радости я иногда могу вести себя нестандартно, вам лучше уже начать привыкать.

Сказав это, он подошел вплотную, будто давая мне возможность примериться к нему.

Примерилась. Я ему до подбородка, и вообще на фоне Грома (так его и буду называть – ему во всех смыслах подходит) выглядела хрупкой, тонкой. Фигура у меня и без того хорошая, никогда не запускала вес, но рядом с таким мужчиной казалась уязвимой. Хотя, такой по сути и была.

Пахло от Марка тоже приятно – дорогим и уверенным в себе мужчиной. И недоступным для простой девочки Ксюши, у которой и отношений за двадцать семь лет толком не было. Брак с Олегом – чушь и ошибка, о которой я пожалела почти сразу. Наверное, поэтому сейчас на сердце не было тяжести.

Вот такая вот я вредная коза: все мне казались неправильными, а с кем начинала встречаться позже, еще и идиотами. Ну не видела я ни в ком своей желанной “половинки”, а попытки построить отношения на одной простой симпатии заканчивались почти так же, как и отношения с Олегом. Хотя, с ним я провстречалась дольше всех – он казался удобным, не бесился из-за моего нагруженного графика. А я брала кучу работы, чтобы не тратить время на личную жизнь…

На предложение о замужестве согласилась в пылу ругани о своем безответственном отношении и тикающих женских часиках. Мне предрекли бездетность, шизофрению и выгорание. А я взяла и с широкого плеча дала шанс показать мне “правильную жизнь”. Да, это было необдуманно, глупо! Но казалось, что так и надо. Потому что всех нас так воспитывали, а мне хотелось просто спокойно заниматься своей работой. Идиотка, теперь всё понимаю. Но тогда у меня были проблемы с одним из проектов, все мои мысли были в создании уникального кода. И тут всё это.

Теперь я точно знаю, что ничего не теряю без золотого обруча на безымянном пальце. Да и без отношений, в целом.

– Тогда я тоже могу вести себя нестандартно, – уперев указательный палец в его грудь, желая отодвинуться, пробурчала я, неосознанно надувая губы. Как же он меня смущает! Я только после развода, у меня тонкая душевная организация. – Вам тоже нужно будет привыкнуть.

– Ваша наглость и неосведомленность весьма очаровательна, – было мне ответом.

Но Громов, собака, так с места и не сдвинулся.

Шаг до двери, только шаг. Если сделаю его, он окончательно поймет, что я струсила?

– Уточните, пожалуйста, что вы имеете в виду? – постаравшись собраться и напустить холодного равнодушия, задрала голову и сделала серьезное лицо.

– Никогда не работали на кого-то и ведете себя так непосредственно. Почитайте на досуге, что такое субординация. Просто для общего развития – подобного потребую от вас только на людях.

В его голосе не было злости или издевки. Нет, наоборот, Громов произносил всё это так, будто поучал меня ради галочки и в качестве развлечения.

Черт, опять забылась. Вот знала же, что работа в офисе – не мое.

– Простите, Марк Алекс… – Его пальцы внезапно подхватили одну из выпавших прядок моих волос. Я сглотнула от такой… такого… да что он себе позволяет!? Мужчина скользнул взглядом по волосам, будто попутно о чем-то задумался. – Марк, это очень плохая идея. Что-то подсказывает, в любой статье про субординацию о подобном отношении к сотрудникам ничего сказано не будет.

Губы босса растянулись в ленивой улыбке.

– Какие только методы не придется использовать, чтобы научиться удовлетворять друг друга, работая в одном пространстве.

– Вы меня пугаете, – внезапно выдохнула я, понимая, что совершенно точно зря затеяла собеседование с Громовым, и опустила взгляд.

Что-то во мне действительно тревожно сжималось все это время. Мало того, что моя картина рабочего мира пошатнулась сегодня, еще и метаморфозы босса пугали до чертиков. Часть меня, что отвечала за приключения и придурковатость, в предвкушении закусывала губу. А тот объективный серьезный человек внутри, что держал жизнь в узде, тряс меня за плечи и просил отказаться от идиотской идеи устроиться на работу.

– Прости.

В услышанное не верилось, потому я замерла на какое-то мгновение. Но раскаяние в его голосе показалось таким искренним.

Уже через секунду Марк отошел от меня на шаг и спрятал руки в карманы темных брюк.

Рассеянно подняв голову, встретилась с виноватым голубым взглядом.

Но можно ли верить этим глазам?

– Я перегнул, да? Просто… ты милая, открытая, “кусаешься” забавно – не привык к такому на работе, да и, в целом, своих кругах. А еще я неплохо тебя знал когда-то, пусть и не лично. В то время я только раскручивал бизнес, ты осталась в моей памяти простой, веселой, искренней. И сразу прости, что перешел на “ты”, но, кажется, так тебе самой будет проще работать. Ты ведь действительно совсем не понимаешь, на что подписываешься. Но формат работы плечом к плечу, на самом деле, кажется сложным только на первый взгляд – потом будет проще, и ты порадуешься, что когда-то решилась. Я помогу, как обещал. И если вдруг ты почувствуешь, что мое поведение слишком “нестандартно”, разрешаю себя стукнуть. Ты всё еще та милая девчонка в моей памяти, и, кажется, с тобой мне будет достаточно просто найти общий язык и сработаться. Перегнул, правда. Прости.

В моей голове шокировано начали переговоры сверчки.

Моргая, я пыталась осознать, кто из нас двоих с боссом более чокнутый. Выходило, что мы оба не от мира сего.

Тревога постепенно угасала. Я просто стояла и молчала, пытаясь понять человека напротив. А Марк послушно и неподвижно давал мне время переварить услышанное.

Нет, общаться на “ты”, постепенно выстраивая приятельские отношения – о таком на работе в офисе я могла только мечтать. Это действительно здорово повлияло бы на мою работу – я не привыкла выслуживаться, терпеть унижения от начальства и так далее – всё то, чем “хвастались” периодически мои знакомые.

– Странная политика и субординация, – наконец, заставила себя выдавить я. – Ты со всеми так экспериментируешь?

Если честно, после пережитого Громова действительно проще было называть на “ты”. Или вообще никак – просто сбежать и забыть навсегда.

– Нет, только с тобой. – Кажется, мужчина начал снова расслабляться. Общая напряженность в позе ушла, да и черты лица стали мягче. – Обычно ко мне приходят устраиваться люди с опытом, с четким пониманием своей ответственности и уже сложившимся видением отношений “босс – секретарь”. Ты – словно с другой планеты для меня. Ну, и… считай, что я хотел проверить – ты устроилась сюда работать или флиртовать с начальством.

Щеки тут же залило румянцем.

– Если мне захочется флиртовать с кем-то, я сделаю это вне работы, – буркнула, немного приходя в себя и собираясь с мыслями.

– А вот этого не надо, – поспешно вмешался босс. – Работа и только работа, Ксюша. Придется привыкнуть к нагрузке. Надеюсь, ты не состоишь в отношениях?

– Нет, развелась на днях, – моргнула я, понимая, что хоть тут ничего в моей жизни не изменится.

Однако, его вопрос показался слишком заинтересованным и немного грозным. Наверное, теперь надумываю себе непонятно что из-за его дурацких проверок.

– Хорошо, – выдохнул Громов так, будто ему это было действительно очень важно. – Еще ни одну женщину развод не испортил. Тебе точно пойдет на пользу.

Чего?!

Между нами разлилась мягкая тишина. Я ждала еще каких-то требований, а мой босс, наверное, каких-то вопросов. Но вот беда – всё произошедшее выбило меня из колеи, и трезво размышлять о работе оказалось сложно.

– Ну, я пошла? – неуверенно протянула я, пытаясь разобраться в себе.

Где-нибудь подальше от этого кабинета.

– В отдел кадров, – согласно кивнул мужчина в ответ.

Да уж помню, не настолько растерялась. Или он решил, что я могу сбежать?

Уже выходя, решила обернуться в дверях и встретилась взглядом с боссом.

– Пока? – тихо бросила я.

Он улыбнулся. И хоть убейте – не так, как это делают начальники с подчиненными.

Почему мне кажется, что ты что-то недоговариваешь, Марк Громов?

И почему я закрываю на это глаза, собираясь всерьез устроиться на должность  твоего секретаря?

– Как собеседование? – нетерпеливо спросила Марина, когда я позвонила ей, покинув здание компании “Эвопрограм”.

Кадровик распечатала мне договор и подала на подпись без единого комментария. Только уходя, я заметила, как она пробегается глазами по оставшемуся в ее руках экземпляру. Свой я тоже оставила, чтобы Громов до завтра подписал, но, изучая предварительно документы, не увидела ничего странного. Потому мне совершенно было непонятно, почему женщина странно хмыкнула, и только после этого отложила бумаги на край стола.

Когда-нибудь я не удержусь от вопроса, что же она там такого увидела. Потому что для меня на бумаге не было ни одного пункта, который вызвал бы улыбку. Только сухие требования, не более.

– У меня подозрение, что помимо секретаря я взяла полставки эскортницы, – на выдохе призналась, пытаясь “выплыть” из сумбурных мыслей и чувств.

Молчание на другой стороне длилось, пока до меня не дошло, как это может звучать.

– Ты там точно всё неправильно поняла, – добавила я мрачно.

– Да? – надо было быть глухим, чтобы не уловить нотку разочарования в голосе подруги. – А я уже надеялась, что там работает шикарный красавец, и если тебе не понравится работа, тебя хоть кто-то нормально драть будет, чтобы любви к жизни прибавилось.

– Фу, ты какая!

А сама невольно представила секс с боссом. На его столе посреди очень важных бумаг…

Стол действительно широкий, а Марк Громов самоуверен и выглядит очень горячо и внушительно…

Тормози, Ксюша, красный свет!

Красный свет – классный босс. Плак-плак.

Тряхнув головой, раздосадованно поджала губы. Это всё его поведение на меня так повлияло. А я вела себя как дура последняя! И почему перед харизматичными мужчинами так сложно держать оборону? Но ничего, пара дней, максимум недель, и я смогу реагировать на выпады Громова спокойно. И на его сексуальность с очарованием вместе взятые. Иначе…

– О, всё, мы её потеряли, – вывел меня из раздумий голос Марии.

– Что? – недоуменно протянула я, быстро шагая по пешеходному переходу в сторону ожидающего меня такси.

– Я у тебя спросила, когда отмечаем и где. А ты вся под впечатлением, как смотрю – ничего не слышишь.

– Марин, мы будто знакомы с тобой первый год, – недовольно пробурчала в трубку. – Где хочешь и когда хочешь. Только в нерабочее время, – в последний момент вспомнила, что теперь жизнь принадлежит не только мне, и исправилась.

Подруга будто почувствовала мое настроение и увидела выражение лица. Расхохоталась, словно издеваясь. Конечно, сама всегда работала офлайн, вставая по утрам и спешно собираясь, чтобы успеть к назначенному времени. Мне теперь тоже придется подниматься ни свет, ни заря, краситься, одеваться, добираться в любую погоду. Еще и улыбаться потом, будто меня всё устраивает!

– Условие было, что тебя не возьмут на работу, Ксю, – хитро протянула подруга, намекая. – Тебя взяли, ты выиграла этот “спор”.

– Да, – кивнула я уверенно, захлопнув дверь авто.

– Завтра ведь уволишься?

По тому, как она задала этот вопрос, было ясно, что Марина уже знает на него ответ.

– Я хочу попробовать остаться, – призналась я.

Не очень уверенно. И уверенность таяла с каждой минутой, но…

“… считай, что я хотел проверить – ты устроилась сюда работать или флиртовать с начальством.” – словно в реальности я снова услышала голос босса.

Не понравится работать – всегда можно уйти. Но не попробовать разгадать загадку по имени “Марк Громов” казалось трусостью и самой большой ошибкой. Если не всей жизни, то последних пяти лет точно. Когда я поняла, что отношения – это скучно, а завести мужчину – значит вечно переживать о том, что в жизни не имеет особого значения. Почти ни один из них не заставлял меня трепетать, смущаться, желать сбежать и бросить вызов одновременно. А мой босс смог сделать это без особых усилий, просто позволив себе то, чего ему хочется.

А ему хотелось, черт побери! Только сейчас, отъехав от здания компании на несколько километров, я четко это осознала.

Он делал то, чего ему хочется, не заботясь о последствиях. И взял себя в руки лишь после моего испуганного признания. Громов точно не тот человек, что будет делать что-либо, действительно не желая этого.

Вспомнилось, как он встретил меня в самом начале. От того Марка Александровича я бы наверняка сбежала, просто удостоверившись, что получила должность. Но, оказалось, наши пути уже пересекались, и для мужчины это стало достаточной причиной, чтобы изменить решение и сделать меня своей… секретаршей. Споткнувшись о собственные мысли, сглотнула.

Интересно, это вообще нормально, что я первым, вторым, третьим и шестым чувством понимаю, что у Марка Громова на меня “встал”, и при этом собираюсь делать вид, что ничего не понимаю? Черт, черт, черт. Маринка меня засмеет, если узнает. Когда узнает.

Это будет интересная игра, готова поспорить на свою самую любимую сумочку.

Если он хочет заполучить меня в свою постель, боссу придется изловчиться. Я оценила его умение признавать ошибки – это одно из самых уникальных качеств среди людей. Ну а я намерена стать хорошей помощницей. И мне интересно, насколько он готов поступиться своими принципами и желаниями. Хитрый – да, наглый – похоже, целеустремленный – созданная им компания говорит сама за себя. Такой мужчина – это бонус. Какой бы не был исход, я получу приятные эмоции и потешу свое самолюбие. Раз уж я так ему приглянулась. А он мне…

Но никаких чувств. Только никаких чувств. Если влюблюсь, лучше сразу уйти. Он отпустит. Такие мужчины – лучшие мужья и партнеры, уверена. Но они не способны удержать женщину, что не верит в любовь и не стремится к созданию семьи. Ставлю свою потрясающую акустическую систему на то, что он хочет лишь поиграть. Поиграть я могу. Поиграть я хочу.

Кто из нас выйдет из игры первым?

Когда на электронную почту пришло расписание на неделю и список должностных обязанностей, я обреченно плюхнулась в компьютерное кресло. А ведь только в квартиру успела зайти и переодеться.

Радуясь, что закрыла все заказы от своих клиентов до похода в “Эвопрограм”, изучала письмо и попутно делала заметки в своем новом ежедневнике. Хоть какой-то толк в моей новой работе – разгребу стопку с красивыми ежедневничками и блокнотиками, что покупала и складывала на полочку не один год. Канцелярский маньяк во мне хлопал в ладоши и исполнял брачные танцы в предвкушении покупки новой красоты – теперь есть еще один повод совершать набеги на книжные магазины.

Конечно, в идеале – освоить записи в телефоне, но у меня и без того столько личных заметок, что черт ногу сломит и три раза перекрестится. Поэтому… та-а-ак, где мой набор наклеек для планирования?

Звук пришедшего смс отвлек от увлекательного дела.

“Для моей любительницы приключений”.

Всего одно предложение от Марины могло значить слишком много. Потому я не удивилась, когда в квартире ожил домофон. Курьерская служба доставила красивый пакет из нашего с подругой любимого бутика нижнего белья.

Прижав кулак к губам, я сдерживала смех и расписывалась в бланке.

“Пока ты не объяснишь, что это значит, я его не открою”, – отправила я Марине, когда попрощалась с “подрумянившимся” парнем из доставки.

Видать, это его первый заказ из магазина со столь интригующим содержанием.

“Я для тебя записку целую написала, бессовестная! Доставай коробку, в пакете будет записочка – это лично от меня. Со всеми необходимыми тебе объяснениями. Вообще меня не ценишь.”

Послушавшись, достала яркую коробку и вытянула записку моей заботливой подруженьки.

“Моей очаровательной, самой привлекательной знойной секретарше. Инвентарь для игры “О, мой босс, я даже не догадываюсь, что ты меня хочешь”. Для разового использования, возврату не подлежит. Если, в итоге, не окажется порван руками Марка Громова, считай, ты просрала эту жизнь.”

Смеялась так, что легкие сдавило. Бедные мои соседи.

“Ты интриганка!” – напечатала я.

“Интриганка во мне скончалась, когда вышла замуж за Оврагова”.

“Это ты ему будешь рассказывать, звезда моя”, – хохоча отправила ответ.

“Уже жду рассказы про самый лучший секс в твоей жизни! Всё, бесконечная работа вдали от мира закончилась, теперь твой босс – твоя работа. И смотри мне!” – пригрозила эта бессмертница.

“Иди вари пельмени своему Виктору, Оврагова. А у меня психологическая травма –  меня подруга-сводница подталкивает к эскорту”.

“Я бы сказала, что деньги не пахнут, но… Запах секса слишком хорош, прости. Тебя давно нужно было как следует отодрать. Чтобы ходила счастливая, довольная и думала о чем-то еще, кроме своей работы. И вообще, не надо брать с него денег – я сама готова заплатить твоему боссу.  Надеюсь, у Громова там не стручок, а дубина – один удар, и ты фанатка бейсбола.”

Нахалка. Но люблю её, козу такую.

Боже, как я после таких разговоров буду боссу в глаза смотреть и не краснеть?

Бросив телефон на диван, закусив губу, подняла крышку коробки с “инвентарем”.

– Вот же сучка! – вырвалось обескураженное, когда на пальцах повисли тонкие  кружева цвета фуксии.

Нет, под костюм такая прелесть сядет очень даже неплохо. Эффект будет “без белья”. И в определенной одежде, какой бы строгой она не была, Марку и пары взглядов хватит, чтобы возбудить свое воображение.

Не по правилам играешь, Мариночка. Кто ж так сразу?

Никак ее не отпустит желание мне мужика “нормального” найти – как вышла замуж, так и начала с ума сходить. Совесть, что ли, её мучает за то, что с Виктором свадьбу сыграли? Так я разве против была?

Витя – хороший мужчина. Как быка за рога мою Маринку взял – не отвертелась. У соперников отбил, завоевал, очаровал и в ЗАГС притащил через год. Эх, хорошо, что такой представитель сильного пола подруге попался. Плохо, что таких больше нет. Я бы тоже не отказалась от решительного, активного сексуального мишки. Но буду радоваться уже тому, что хоть звездочке моей ненаглядной повезло встретить такого и одуматься, а не хвостом крутануть. Эта девушка могла – столько поклонников было отвергнуто когда-то.

Верной подружки в моей жизни стало гораздо меньше теперь, конечно. Только я никогда не демонстрировала свою “обделенность”. Витя так хорошо меня принял, относится чуть ли не как к родной, я что ж, дура последняя? Совет им да любовь, и детишек побольше! Хоть крестной мамой стану, раз сама пока не доросла до нормальных серьезных отношений.

Уложив провокационный комплект белья в шкаф, вернулась к компьютеру и обнаружила новое письмо на почте. Уже очень горячо любимый начальник (как минимум моей подругой) сообщал, чтобы завтра я пришла на работу не к восьми, а к семи. Ближе ознакомиться с делами, документами, немного адаптироваться до того, как начнется поток дел.

В его словах была логика, спорить трудно. Мне оставалось только тихо взвыть, подняв взгляд к потолку. Будто вот-вот бог высунет голову и подмигнет, мол: “Ну что, хотела приключений? Даже не думай сбежать”.

Ксюша – секретарь, вашу ж… Марину. Интересно, когда-нибудь мое умение действовать на эмоциях, не думая ни о чем “лишнем”, и одумываться, только совершив все действия, сойдет на нет? Просто сложно жить, когда в голову лезут идеи, способные перевернуть жизнь с ног на голову.

Нет, я бы не отступила. Громов ворвался в мои будни как шторм – даже если захочу, не смогу выкинуть его из головы. Но работа в офисе, да еще и помощницей “первого” лица – слишком неожиданный поворот даже для меня.

Мой брак длился пару месяцев. Это много, если  учесть обстоятельства вступление в него и вообще мое желание там побывать. К счастью, за это время мы не успели обзавестись чем-то общим или сделать в моей квартире ремонт. Развели нас быстро. С ветерком замуж сходила, так сказать.

Часть меня – та маленькая девочка, выросшая на диснеевских принцессах – надеялась на чудо. Где-то в глубине души, где-то очень глубоко. Но чуда не случилось – я не начала испытывать к Олегу нечто особенное: не воспылала желанием создавать очаг, рожать детей. Да я в принципе не воспылала никаким желанием. Просто мужчина, просто секс, просто отношения. Бледный середнячок.

Признаваться себе в том, что у меня просто отвратительная жизненная позиция относительно отношений – было некогда и неприятно. Без мужчины проще – как не крути. Хотелось добиться чего-то особенного, обзавестись связями, скопить побольше денег, чтобы не переживать, что к старости отменят пенсию, и я буду сидеть на шее детей. Чтобы в принципе была возможность этих детей завести. Потому что мужчины рядом со мной на прочную почву или стену не походили, увы.

Наверное, поэтому сегодня я чертовски нервничала, подходя к офису своего нового босса. Было в нем что-то такое… взрывоопасное, хмельное. Моя внутренняя девочка захотела Громова словно леденец из дорогого магазина сладостей. И уже взрослая я понимала, что могу себе позволить войти в этот магазин и купить конфету “Гром с вишней в ликере”.

Как именно я буду её есть – подумаю потом. Сейчас во мне робко пританцовывало любопытство, играя на струнах странного, даже примитивного желания.

Очень не хотелось думать, что я лишь мотылек, летящий на огонь. Пусть, если и мотылек – то мой полет будет ярким, приносящим эмоции. А там… Да что может случиться? Встретились, разошлись, а перед этим неплохо потрахались. Я не влюблюсь – у меня влюблялка отродясь дефектная – ни с кем не срабатывает. Громов – подавно, у него любовниц теперь, как у меня в косметичке старых шпилек для волос.

– Доброго утра, Марк, – любезно улыбнулась, когда закрыла за собой дверь в кабинете босса.

Меня накрыло дежавю. Снова я стою, буравя взглядом макушку мужчины, что-то сосредоточенно изучающего у себя за рабочим столом. Только в этот раз…

– И тебе цвести и пахнуть, Ксюша.

Громов поднял голову и лучезарно мне улыбнулся. Что-то в груди ёкнуло. И это не сердце, точно не оно! Не-не.

Наши взгляды встретились, и на какое-то мгновение показалось, что весь мир замер.

Мне пришлось усердно поморгать, чтобы развеять пыльную дурь, что стремительно расползалась в моем сознании.

– У нас на сегодня много работы: я не совсем знаю, что ты любишь, поэтому взяла американо. Кофейня – одна из лучших в городе, тебе должно понравиться, – разорвав зрительный контакт, снова растянула губы в будничной улыбке и подошла к столу, чтобы поставить бумажный стакан для босса.

– А  у тебя какой? – кивнул он на кофе в моих руках.

– Капучино. Еще у них классный цитрусовый раф, но слишком сладко для утра.

Мужчина сделал пару глотков, одобрительно кивнул и указал рукой на стол, стоявший у входа. Еще вчера там был журнальный – сегодня вполне себе рабочий.

Не очень хорошее предчувствие царапнуло ребра.

– Это только на сегодня. Покажу тебе, где что лежит, объясню логику, ежедневные обязанности, как лучше организовать пространство. Завтра уже сядешь на место секретаря.

Он будто прочитал мои мысли. Или я, привыкшая сидеть дома, не научилась их прятать.

– Если ты предпочитаешь сладкий кофе – я принесу сахар.

Заметила, что Громов не хмурился, попивая кофе. Я не добавляла сахар, потому что сама его не особо люблю в напитках. И у босса, кажется, вкусы сходятся с моими.

– Нет, терпеть не могу сладкий кофе. Маршмеллоу – край моих возможностей, но это только дома, – он как-то совсем по-простому нахмурился, не стесняясь эмоций.

Маршмеллоу? Картина с боссом, ловящим языком маленькие зефирки в кружке, показалась слишком нереальной.

Сейчас Марк казался каким-то домашним. Снова разбивал все мои представления о том, как должны себя вести мужчины-бизнесмены со своими работниками.

И почему у него в должности секретаря никто не мог задержаться? Душка же.

Или умеет им казаться – тут же напомнила себе. Бизнес требует от человека подстраиваться, прогибаться самому и нагибать кого-то. Хороший бизнесмен – это также весьма хороший актер.

Я бы задалась вопросом – почему со мной он выбрал именно эту роль, но… Знала ответ. И это пугало. Потому что любая маска – это всего лишь маска.

Мне должно было быть плевать. Но не было. Черт знает почему сердце тревожно сжалось. Разве должно это волновать – если мужчина напротив планируется лишь как мимолетное увлечение? Хороший вопрос. Я подумаю об этом завтра.

Раздавшаяся мелодия в телефоне босса, словно знак свыше, демонстрировала правильность направления моих мыслей.

Ответ Марка прозвучал холодно, сухо – отражая отношение к звонящему или ситуации в целом. Коротко, емко, только по делу.

– Меня должно это волновать? Сделай то, что обязан. Ты знаешь, – бросил он под конец разговора.

Убрав гаджет в карман темного пиджака, мужчина, словно фокусник, вернул чертам своего лица теплоту, а во взгляде, что был переведен обратно на меня, появилось участие.

– Устал? – невпопад бросила я, всматриваясь в его глаза. Черт дернул за язык, не иначе.

Марк моргнул, кажется, тоже не совсем поняв, к чему вопрос. Пришлось оформлять свои сумбурные мысли в адекватное объяснение. А то еще подумает что-то не то.

Закрыв папку с завершенными за ближайший год проектами, натянула вежливую улыбку.

– Ты большой человек: много сложных вопросов решаешь, работаешь в темпе, жизнь требует от тебя быстрой реакции и почти не оставляет шансов на ошибки. Устал?

Босс молчал, изучая меня или раздумывая над происходящим. Даже тесно стало в какой-то момент, и я чуть отодвинулась от мужчины, занервничав, что вместо офисного стула мы сейчас сидим на диване.

– Ты – вторая женщина в моей жизни за последние десять лет, которая решила озаботиться моим состоянием, – наконец протянул он. – Вернее, первая женщина, – исправился Громов, странно улыбнувшись и отведя взгляд.

Чего?

Немалых усилий стоило подавить собственные эмоции. Пришлось хватать первую попавшуюся папку и усиленно вникать, что за документы оказались в руках.

Сначала подумала – он о матери. Но последующее исправление… Нет, он холост, сам сказал. А любовницы – да плевать на них, Ксюша! Любовница – не жена, подвинется. Что ты зацепилась вообще?

– Ксень, ты завтракала?

Погруженная в отчеты и старое расписание босса, прикидывая уровень своей нагрузки и пытаясь найти решения, способные помочь сократить затрачиваемое на работу время, не сразу поняла, что вопрос обращен ко мне.

Марк оказался неплохим учителем: доносил информацию доходчиво и быстро, умел выслушать и понять вопрос, дать подробный ответ. Через несколько часов я уже сама разгребала записи, документы, файлы в ноутбуке, который выделила мне компания. Восьмичасовой рабочий график? Не, не слышали. Записная книжка на ножках всегда должна быть в доступе.

Напомни, Ксюша, зачем ты в это ввязалась?

А! Вспомнила! Я просто дура. Точно, как могла забыть?

– Нет, Марк. Не могу с утра в себя еду засунуть. Сначала работа – потом пища.

– Давай закажу что-нибудь в офис? Мне нужен здоровый секретарь – твоя язва желудка не входит в мои планы, – предложил босс, отвлекаясь от дел.

Если честно, от трели его телефона и разговоров у меня уже гудела голова. Дома на удаленке привыкла к тишине и покою, теперь же пыталась просто адаптироваться и не сдохнуть от впечатлений.

– Меня уже ничего не спасет, Марк Александрович, – призналась и поджала губы.

Деятельность компании была впечатляющей и объемной. Как я должна за пару часов разобраться во всем этом? Чокнусь. Точно чокнусь уже через месяц. Нет – неделю.

Не паниковать, не демонстрировать слабость. Успокоиться!

Я не у себя дома, где можно побиться головой о компьютерный стол и подубасить стену. В лепешку расшибусь, но стану незаменимой для Громова. Всем докажу, что могу всё, за что возьмусь.

Эх, опять режим чокнутой карьеристки включился.

Гаденький голос в голове поспешил вставить свои пять копеек: “А отключался ли, Ксюшенька?”

– Слушаю тебя, – начальника отвлекла очередная телефонная болтовня. На этот раз явно более приятная – губы мужчины растянулись в широкой улыбке, как у Чеширского кота, но адаптированного, из журнала “Плейбой”. – Всё прекрасно, хватит носиться как курица с яйцами. Я не монстр какой, тоже мне. Да ценю я, ценю. Хотя мог бы сообщить о таком подарке раньше, а не когда я чуть херни не наделал. Так, это не ты сотворил невозможное, тебя просто судьба в жопку поцеловала и наградила удачей! Конечно, жене привет и спасибо за ее любовь к интригам. Был очень рад с ней познакомиться. Не надо в меня ничего кидать, моя Оля тебе этого не простит! – рассмеялся босс.

Опять какая-то баба нарисовалась, да сколько можно, в самом деле?! Может, мне в очередь на совращение Громова вставать нужно, а я не в курсе, где начало?

Разблокировала экран и открыла мессенджер.

“Марин, у него точно есть какая-то баба. А если она длинноногая модель? Или бизнесвумен в сто пятом поколении? Рано ты в меня “инвентарем” кидаться начала.”

Ответ, как всегда, не заставил себя долго ждать. Я внесла только парочку комментариев к сегодняшнему расписанию, как мой телефон сигнализировал о приходе смс.

“Ты тоже не пальцем деланная, Смитюк. Вышла в люди, узнала, что такое конкуренция и что существуют харизматичные мужики, которые стоят того, чтобы напрячься? А я говорила, коза ты драная! Только и могла, что с компьютером своим обниматься. Как Олежек тебя терпел? Не любил потому что! А этот точно любить может, сердцем чую, Ксю. Давай, расчехляй свое природное обаяние и сексуальность. Возьми его за яйца, тетя Марина благословляет!”

Чем дальше читала, тем больше расширялись мои глаза.

Какой “благославляет”, Оврагова? Ты там траванулась чем-то что ли?

“Тетя Марина, а вы там случайно сегодня не падали с члена своего Виктора? Я замуж уже находилась – не мое это. Раз. Мы с Громовым – два берега одной реки. Два. У него точно есть какая-то баба. Три. Ты меня не любишь! Четыре.”

“Он не женат. Это раз. Я тебя слишком люблю, ради тебя на что угодно готова. Это два. С члена я не падаю, а соскальзываю. Но тебе-то откуда знать про хороший секс, ты ведь им не занималась уже… ЕЩЕ никогда! Так тебе, Ксюшенька. Это три. И только попробуй мне соскочить с этой затеи. Это четыре. Я тебя в оберточную бумагу сама заверну и в багажник к Громову подкину, ты меня знаешь. А теперь таз расслабила и дыши маткой. Заистерила она. У вас там даже еще ничего горячего не началось, а ты уже в панике. Где моя эксцентричная подруга вообще? Ну-ка, приди в себя!”

Шумно выдохнув, бросила телефон на стол и сложила руки на груди. 

Хамка.

Люблю её.

И правда, отпустило немного. Пусть я не разделяла амбиции подруги, но она всегда умела встряхнуть. И что я, правда, думаю не о том? Насколько мне известно, ничто в этом мире не помеха сексу с мужиком, если он не женат. На импотента Громов не похож, так что тоже можно даже не думать о подобном. Опыт, который можно получить в данной компании – неоценим. А моя должность позволит увидеть всё изнутри, покопаться в грязном бельишке – для общего развития. Может, и вдохновиться удастся на новые свершения. Когда вернусь к привычной жизни. Через месяц или два.

– Кто-то обижает? – заставил вынырнуть из размышлений голос босса.

Не сразу сообразила, о чем он.

– Телефон, – кивнул он на отброшенный ранее гаджет.

– А, нет, – усиленно замахала я головой. – Просто подруга-шутница.

– Я заказал завтрак, кофе с тебя. Пойдем, научу пользоваться нашей кофемашиной, – поставил перед фактом босс.

– Тогда уже кофе “с нас” получается, – заметила я, послушно поднимаясь с места.

– С нас, Ксень, – кивнул он. – Заодно познакомлю со всеми необходимыми людьми. Это будет твоя последняя передышка, моя милая секретарша, – предупредил он, хитро улыбнувшись. – Потом – добро пожаловать в мой мир.

И почему звучит угрожающе?

– А разве я еще не в нем? – пройдя в открытую для меня боссом дверь, недоуменно уточнила, оборачиваясь.

– Одной ногой. Но, еще полчаса, и ты станешь частью моей жизни безвозвратно. Еще не хочешь сбежать? Я давал тебе шанс всё утро.

Игривые нотки напомнили мне о собеседовании, а странные намеки – о том, куда я устроилась.

Это он о той горе документов и сотни рекомендаций?

– Ты был милым и добрым, никуда я не уйду, Марк Александрович, – хмыкнула в ответ, радуясь, что в коридорах никого нет и нас не заметят.

– Надеялся это услышать, Ксения Валерьевна. Виновен – не показал свой мир во всей красе, чтобы не сбежала. Будешь меня ругать?

Я уже было открыла рот пошутить, но легкий шлепок по моей обтянутой брюками заднице заставил подавиться воздухом и ошарашенно уставиться на босса.

– А это за Марка Александровича. Я же предупреждал, – нагло бросил он и открыл один из ящиков в рабочей зоне секретаря. Там оказался лаконичный и стильный набор посуды. – Кстати, в подписанном тобой договоре указана просто огромнейшая неустойка, которая превышает мой месячный доход, если ты решишь его разорвать, – так же любезно ответил Громов.

– А еще там не указано, что я не могу поднимать на тебя руку, тиран, – проблеяла, не веря в то, что милый котик вспомнил, что он вообще-то ягуар и хищник.

– Да-да, Ксень, в твоем контракте не указано, что я не имею права тебя трогать. Тоже. Ну и, кто в чью ловушку попался?

А?

Время было одиннадцать утра, а я уже была не в состоянии работать дальше. Тут есть куда прилечь, чтобы отойти от потрясения?

– Кстати, красивое белье, – подмигнул Марк, окидывая меня красноречивым взглядом с головы до ног. – Но ты больше ни с кем сегодня рядом не стой, ладно? Почти все мои партнеры и друзья – мужчины. А я жуткий собственник. Еще покусаю тебя – будешь визжать на весь офис. Стой-ка, у меня же звуконепроницаемые стены и дверь в кабинете. И тренажерный зал есть с душевой…

Он явно решил меня добить своими намеками.

Рука, которой я на автомате взяла кружку с готовым кофе, дрогнула.

– Осторожно, Ксень, береги здоровье.

Босс освободил мои руки, чуть склонился, не сводя с меня взгляда, и медленно подул на палец, на который едва попала капля кипятка.

А я забыла, как дышать. Табун мурашек атаковал мое тело, обстреливая все мысли.

Марина, мне кирдык…

Ох, чего мне стоило взять себя в руки и вежливо улыбаться всем руководителям направлений, которых экстренно созвал Марк. Запоминать их имена, зону ответственности, внешность и прочее. На заднице горел недавно полученный шлепок, а ткань того самого комплекта, который я надела утром шутки ради, чтобы посмеяться с Мариной вечером, теперь обнимал кожу слишком ощутимо.

Нужно было срочно что-то придумать, чтобы не чувствовать себя в западне. Или просто в глупом положении.

Ну и, кто в чью ловушку попался? – вспомнился его дьявольский взгляд.

Ты кто такой, Громов, мать твою?!

Мои эмоциональные качельки просто ничто с его адскими горками.

Ничего, я тоже умею играть на непредсказуемости. Думает, только он может меня смутить? Ха! Подожди, Громов, дай мне несколько дней – максимум неделю, и я начну мастерски играть на твоих нервах.

– Вот Ксения Валерьевна вам и расскажет, когда у меня есть время поговорить о новом вендоре.

Кивнув, проследовала к своему временному пристанищу в кабинете шефа, села за стол и достала ежедневник, открыла календарь в компьютере и… понеслось.

Началась моя новая жизнь. Совсем не та, которую я рисовала себе еще полгода назад, но куда увлекательнее. У меня появилась цель не только попробовать себя в новом амплуа, но и довести до точки кипения своего босса.

Изо дня в день я анализировала свою деятельность, людей вокруг, выстраивала стратегии, пока не начала отдаваться работе на все сто. Сосредотачиваться на обязанностях было куда выгоднее, чем на бархатном смехе босса, его руках, эстетично перевитых венами, длинных аккуратных пальцах, широких плечах, всегда затянутых в пиджак и иногда рубашку.

Стоит отдать должное, Марк тоже меня не испытывал. Будто чувствовал мой настрой держать дистанцию. И в этом он, скотина такая, тоже был прекрасен! Будто цель себе поставил – извести меня своей идеальностью.

Красивый, харизматичный, с обалденной фигурой бизнесмен на шикарной тачке и с чувством юмора – просто обольстительная сволочь.

Образы всех моих парней завяли в памяти. Немного пугало то, насколько возрастала моя планка требований к партнерам рядом с таким мужчиной. Но, черт возьми, больше ни одного Олежика в моей жизни точно не будет.

– Сейчас встречусь с Антоном, и на сегодня всё. Так что заканчивай свои дела и давай домой.

Выйдя из авто, босс открыл мне дверь и подал руку, чтобы помочь. Привыкшая к его воспитанию, и бровью не повела, просто направилась за ним следом.

– Нет, Марк. Знаю я твоего “Антона”. Потом полночи еще сидеть будете вискарь цедить.

Видела, с каким трудом мужчине удалось сдержать улыбку. Аж обе щеки себе, кажется, с двух сторон закусил.

– А потом этот… нехороший человек начнет уговаривать тебя смотаться в какой-нибудь бордель, – фыркнула, поведя плечом и обогнав босса.

Только чтобы не видел моего раскрасневшегося лица. Полгода назад и не думала, что буду работать секретарем какой-нибудь крупной шишки. И даже когда устроилась, представить не могла, что уже через месяц у нас будут настолько “приятельские” отношения, что я ему буду нотации читать и от идиотских затей отговаривать. А Гром и не против, что еще удивительнее. Как кот только щурится на солнце, сидя на широком подоконнике.

– Ксень, ну что ты такое говоришь? – хмыкнул босс мне в спину.

– Здоровье твое берегу, как могу. Знаешь пословицу: “Береги платье снову, а честь смолоду”. Вот и береги, Громов. Тебя еще Ольга дома ждет – всё стабильность какая-то.

В таких ситуациях главное не сдавать позиции и делать вид, что имеешь на это полное право. Если почувствует слабость, жертва превратится в охотника. Всего за полсекунды. Раз – и ты уже не наступаешь, а убегаешь.

Хотя я сейчас тоже убегала. Потому что ну никак не могла тему отношений с женщинами с ним спокойно обсуждать. И не важно, какого формата эти отношения. Сразу не по себе становилось и казалось, что я глупая ревнивица, позарившаяся на чужое имущество.

Надеюсь, по мне хотя бы не видно ничего в такие моменты. Хотя, зная Громова… Да и пофиг! Молчит, значит, всё в порядке. Подколоть-то он меня возможности не упустит, если такая представится.

– Ты ж моя заботливая! – слишком перестарался с восхищением он. – Так забавно ревнуешь, аж дух каждый раз захватывает.

 Охрана, встретившая нас, странно покосилась на мою “пролетевшую” в двери персону, но от комментариев воздержалась. Конечно, при начальстве с его секретаршей парой слов переброситься не рискнешь, да и шутить не станешь – мало ли.

– Ты меня в свою пищевую цепочку не включай, Марк, – продолжила стоять к нему спиной, даже войдя в лифт. – Я единоличница. А если мужикам только дай титьки помять, да юбку кому-нибудь задрать, то это уже другая группа организмов – и цепочка пищевая не моя.

Когда лифт остановился, развернулась к створкам, но они не разошлись в стороны. Тогда-то меня и насторожила разлившаяся между мной и боссом тишина.

Рядом с моим лицом на металл легла мужская ладонь, еще больше сужая свободное пространство.

– Это когда я “титьки мял и юбку задирал” кому-то, Ксюшенька? У тебя помутнение рассудка случилось на фоне стресса? – прозвучало тихое и угрожающее над ухом.

Желание сбежать подальше стало непреодолимым, но куда уж там… И дернул меня черт за язык! Все это гребенное совещание с новым вендором – все соки выпили со своими условиями и пожеланиями. Еще и присутствующие партнеры компании нервы потрепали. А когда кто-нибудь пытается еще и сестру или дочь Громову сосватать, так вообще закипаю изнутри.

Все листы в записной книге изрисованы мечами да цветами. А можно было бы рвать страницы на подобных собраниях – вовсе бы ежедневник новый уже был.

Нервная у меня работа, ох, какая нервная! И не уволишься – как медом намазано, а я та самая муха, что слишком легкомысленно себя повела и застряла.

– Марк, меня не касаются твои похождения, прости, я была не права, – как можно серьезнее проговорила я.

А это еще один освоенный способ общения с боссом – извиняться. Сразу и аргументировано. Он тогда сразу отстает и меняет гнев на милость.

Но сегодня почему-то выверенная схема дала сбой.

– Я жду от тебя пояснения, Ксюшенька Валерьевна.

Его голос был тихим, но я не обманывалась показным спокойствием.

Из-за приглушенного света стало тяжелее дышать. Или тому виной было слишком близко стоящее позади меня мужское тело.

Широкая ладонь, легла на плечо и медленно поползла по руке вниз.

– Слушай, я Антона видела только пару раз, – нервно бросила я, решив лучше быстро выдать всю правду и забыть, как страшный сон. – И когда он приходит, у вас всегда происходит один и тот же разговор. Поэтому я знаю, куда вы ходите потом и что там делаете. Твой друг вообще не скрывается, порой мне письма направляет с адресами, чтобы я проверила свободные окна в твоем расписании, и он мог с тобой где-нибудь там встретиться.

– И? – протянул мужчина.

Я ощутила теплое дыхание, коснувшееся кожи на шее. Слишком близко, черт.

Часть меня хотела топать ногами и требовать открыть лифт, а другая – развернуться в чужих руках и поддаться страсти. Прямо в этом самом месте. Секса в лифте у меня никогда не было.

Только представив шок на лице босса, я отбросила подобную мысль. Как бы мы не были интересны друг другу – черту никто не переходит. Страх всё испортить и потерять то, что есть, жрал изнутри. Нет, не вовремя – я не готова отключить голову и из секретарши превратиться в эскортницу.

– Всё – трогай, кого хочешь, и спи, с кем желаешь, – как можно смелее фыркнула я и дернулась в сторону панели с кнопками управления лифтом. – Хватит давить авторитетом. Уйду я от тебя, Громов, как есть уйду! – голос предательски повысился, когда на меня аккуратно надавали и впечатали животом в холодную поверхность. До кнопки я не добралась…

– Тебя хочу трогать, можно? – томно шепнул он и провел языком по мочке моего уха.

Настойчивые пальцы обхватили тонкие запястья и подняли их вверх, сжимая. Другая свободная рука заскользила вниз по шее, позвоночнику, до самой задницы, а затем моей правой ягодице достался смачный шлепок.

– Ты что делаешь, Марк?! – взвизгнула я, уже вообще не понимая, что делать.

– Демонстрирую тебе, что ты уже в моей пищевой цепочке, Ксюша. И что тебе это понравится. Расслабься. Хочу задрать твою красивую юбку и потрогать грудь. Это ведь твое, не чужое – значит, мне можно, – с каким-то маньяческим удовольствием произнес он и принялся выдергивать края белоснежной блузки из-за тонкого кожаного пояса.

– Громов, черт тебя поимей, ну-ка, руки убрал! – чуть ли не матом заорала я в панике.

Не потому что было неприятно. ПОТОМУ ЧТО, НАОБОРОТ, БЫЛО ПИЗДЕЦ КАК ПРИЯТНО!

– Тише, ревнивая моя. Ты же тоже этого хочешь, да?

Самоуверенности ему не занимать, как всегда. Только вот мне хотелось сквозь землю провалиться. Вот такая вот я роковая соблазнительница оказалась – как до дела дошло, испугалась до жути.

Только что Громову пословицей в лицо бросалась, а сама… На словах ты, Ксения Смитюк – Лев Толстой, а на деле… М-м-м! Выгнулась, когда наглые пальцы прошлись по тонкой ткани бюстгальтера, задевая чувствительный сосок.

– Громов, прекрати, или я заявление на увольнение напишу, как только мы выйдем из лифта, и обещаю – ты меня в жизни не увидишь больше.

Выкрикнула ультиматум, а сама мысленно еще громче взвыла. Что я несу? Да плевать ему на мое местонахождение! Трахнет, а дальше уже – какое ему дело до того, где я буду?

Но руки на моей груди замерли, а дыхание за спиной стало еще тяжелее.

– Я тебе не приятен?

Казалось, мужчина изо всех сил старается сдерживать ровную интонацию.

– Нет, всё не так, – слишком уж поспешно отрицаю я и чувствую, как прижимающееся ко мне тело немного расслабляется. – Просто я так не могу, Марк. Это слишком для меня, как оказалось. Не хочу чувствовать себя шлюхой – не хочу становиться одной из твоих побед. Можешь считать меня глупой, плевать! Но предпочитаю любоваться со стороны, чтобы потом не пришлось собственными слезами заявление на увольнение подписывать.

– А моими слезами подпишешь? Я хочу тебя, Ксюш. Не как “одну из”, что ж ты разницы-то не видишь. Я ж ни на кого не смотрю, как ты ко мне устроилась. Двадцать четыре на семь со мной почти находишься, а дальше носа своего не видишь, мучительница.

– Не верю, просто прими это. Или дай мне время. Не хотелось бы уезжать из города – такие, как ты, забываются, наверняка, куда сложнее. А у меня тут – вся жизнь.

– И вот, ты сама меня с другими мужчинами сравниваешь, что за женщина?! Я не хочу, чтобы ты забывала, моя дорогая помощница! Хочешь время – ты его получишь, сколько пожелаешь. Но один твой голодный взгляд в мою или чужую сторону, один твой намек на то, что ты готова… Я не отступлю, Ксень – ты возглавишь список моих “побед”. Потому что сама этого хочешь.

Он отодвинулся, сам одернул вниз мою юбку, заправил блузу, сосредоточенно прошелся по фигуре взглядом, раздумывая, насколько незаметной останется для окружающих наша… шалость.

Стараясь не шевелиться, пыталась унять дрожь в ногах и руках. Казалось, даже челюсть трясется от тревоги и возбуждения. Грудь помнила настойчивые касания, а пониже поясницы горел очередной шлепок, полученный от босса. Точно извращенец.

Одного не пойму – почему от него другие секретари сбегали? Неужели затрахал? Но я недавно узнала, что у него и мужчина однажды работал – потом ушел, чтобы начать свое дело.

– Марк, а… – открыла рот, чтобы задать вопрос, но так и не рискнула.

Лифт после нажатия на кнопку двинулся дальше, как ни в чем не бывало. Мы вышли на своем этаже, попутно кивнув парочке прошедших мимо сотрудниках в своих стандартных темных строгих костюмах.

– Заканчивай дела и поезжай домой. Я не буду сегодня долго задерживаться, обещаю, – перед тем, как зайти в свой кабинет, Марк обернулся прямо в дверях и  снова решил меня выпроводить.

А спорить я уже и не хотела. Кивнула, пойманная в сети его взглядом, и принялась наводить порядок на столе и собирать сумочку.

– Марк, дружище! – разнесся бас по коридору, когда в нем показался Антон Саприн – друг и партнер моего босса. – Ксенечка, милая, ты уже уходишь?

И мне досталась “капелька любви”.

– Да, Антон Алексеевич. Марк Александрович разрешил сегодня пораньше освободиться, вот я и пользуюсь моментом, – старательно растянула губы в улыбке и ускорилась.

Бабник и ловелас этот Саприн. Скажи мне, кто твой друг – и я скажу, кто ты. А потом Марк обижается…

– Жаль, а я тебя поужинать с нами позвать куда-нибудь хотел.

О, что-то новенькое. Обычно он меня вдвоем куда-нибудь сходить зовет.

– Антох, отстань от моей Ксении Валерьевны, – холоднее, чем обычно, вдруг отозвался Марк. – Обсудим тот неоднозначный контракт и тоже по домам. Ты разве не устал, а?

– Фу ты, какой скучный, – театрально скривился мужчина. – Бабу новую нашел, да? Теперь и секретаря пораньше отпускаешь, и сам спешишь домой?

– Саприн, ты прекрасно знаешь, что я и без того домашний человек, – прищурился босс, будто заподозрил друга в чем-то.

А я бочком, бочком к выходу.

– На тебя у меня время всегда было, а теперь… – трагично отозвался гость в ответ.

И так многозначительно прозвучало, что я только ускорилась, чуть ли не запрыгивая в лифт.

Нашел он бабу, нашел! Странно, что еще с Антоном не познакомил. “Оленька” та в сердце ему пробралась и прочно там засела, точно говорю. Сколько работаю, с ней сюсюкается по телефону. Всегда стараюсь выйти из кабинета, когда дамочка звонит – ревность душит. Когда плод еще запретнее, оказывается, – это ж вообще собственная “жаба” убить может!

“Уволюсь”. – Красиво выводила я в записной книжке, когда ехала в такси. Пока до квартиры доехала, со счета сбилась, на скольких страницах заполнила этим словом поля книги.

Но я знала, что не уйду.

Всего было три варианта:

Первый: трахнуть босса и уйти с работы. Но я же себя изведу позже, что могло всё сложиться иначе – он во мне мог разглядеть что-то большее, если бы я потерпела и постаралась занять в холостой жизни чуть больше места.

Второй: просто уйти с работы. Но хренушки я такого мужика выкинуть из головы смогу. Как говорится: “Не съем, так покусаю!”

Третий: терпеть. Как можно дольше терпеть, усваивать информацию, которая может в будущем пригодиться для собственного развития. И тихо облизываться на босса, который когда-нибудь бросит свою любовницу и поймет, что я ему нужнее.

План – говно, я не хочу в нем участвовать, он дурно пахнет, но других вариантов нет. Вернее… Нет, лучше забыть всё, как очередной эротичный сон. Выкинуть из головы этот день – будто не было. Главное – Маринке не проколоться о том, какой разговор у нас с боссом состоялся. Она меня убьет за то, что отказала Громову. Хотя сама, когда встретила своего Оврагова, такие финты вытворяла, что если б он в нее сразу не влюбился – убил бы точно.

Но то ее любовь – муж ненаглядный. А мы с Громом… Оторви и выбрось, эх.

“Марин, прости, не смогу сегодня забежать к тебе с Виктором. Устала на работе, как последняя сволочь. Обязательно увидимся попозже, не грустите там. Привет Оврагову пламенный от меня и поцелуй в бритую щеку.”

За свою девочку я была безмерно рада, Виктора уважала, как мужчину и человека. Только находиться в их компании нужно, когда есть внутренний ресурс позитива. А сейчас мне что-то вообще погано было – зачем им настроение портить?

У ребят та самая любовь, от которой дух захватывает даже у обычных присутствующих. Химия между ними такая, что любой сериал позавидует. Это окрыляет, на самом деле. Но! – Когда ты в ресурсе. Иначе смотришь на эту пару, и все, что тебе хочется – забиться в угол с ведерком мороженого и рыдать в темноте. Потому что не бывает так у реальных людей в настоящей жизни. Не знала бы подругу – сама бы не поверила в то, что между ними. Однако, их отношения действительно  были лучшим, что я видела в своей жизни.

“Сука ты, Смитюк. Напоминаю просто. Мы с тобой встретиться договаривались еще несколько недель назад. Ни я, ни мой Овражик тебе не верим, так и знай. Но прощаем. Потому что любим. Сиди в своей хате одна и скучай. Сама себя наказываешь, и Виктор, сволочь, мне мозги тебе вправить не дает. Свобода выбора у него, видите ли. Убила б вас обоих.”

Говорю же, Витя – мужик! Пожалуй, единственный, кого этот ураган-Марина слушается.

“Скажи супругу, что он – лучший мужчина на свете! И что я люблю его! И если он сделает мне свои фирменные грибочки на гриле, а еще баклажанчики, я брошу всё и приеду! Обещаю. Но не сегодня. А то уведу у тебя парня, как в пятом классе”.

Раздевшись, улеглась на диван и стала гипнотизировать свой телефон. Стыдно было перед Маринкой как-то. Она ведь не дура… И заслужила подругу куда лучше.

“Называй вещи своими именами: ты меня спасла от идиота, в которого я была влюблена до визга и поэтому не замечала, какой он придурок. Это, кстати, был последний мальчишка, которому я позволила себя облапошить. Так что, на Оврагова рот не разевай – это мой пупсичек и ему, кроме меня, никто не нужен”.

“По сердцу прямо ржавым тесаком, звезда моя! Так и быть, выкидываю пособие по завоеванию чужого мужа и придумываю себе нового идеального героя  романа.”

“У меня есть один портрет на примете. Щас, ван сек, сестренка. Разрешаю на него мастурбировать по ночам – днем он очень занят обычно.”

Хотела отвлечь подругу и развеять напряжение, а теперь хмурилась и хлопала глазами, пытаясь догадаться, что за мужика мне опять решила подсунуть Марина.

Словно издеваясь… Хотя, почему словно? Эта коза медлила – как пить дать! Театрал хренов.

Когда на экране отобразилось присланное фото из интернета (я даже знаю, с какого сайта), мне оставалось только тяжело вздохнуть и порадоваться, что никуда не пошла сегодня. Хотя, более раннее окончание рабочего дня располагало к поездке к друзьям.

Вот, коза! В лоб бы ей дать.

“Да сдался тебе этот Громов, Марина?! Я вообще от него уйду в любой момент!”

“Овражик мой сказал, что устроит тебя тогда няней к своему другу-бизнесмену. Так что можешь увольняться. У тебя нет шанса сбежать от любви, козочка моя”.

Совсем сбрендили! Какая из меня няня? Да кто адекватный меня без опыта возьмет, да еще и ребенка доверит? Я вообще-то программист, на минуточку! И при чем тут любовь, япона мать?!

“Вам детей надо своих заводить. Будете нянчиться с ними”.

“Я дождусь тебя, Ксю! Ты нам жениха, мы вам – невесту”.

Нашей детской договоренностью крыла… Бессердечная.

Уже запустила приложение с доставкой, чтобы заказать домой черничный сорбет и вдоволь нализаться этой вкусняшкой в одиночестве, но мой телефон снова “ожил”. На этот раз смс было от босса.

Закусив губу, ожидала прочитать что-нибудь о произошедшем в лифте. Например, какие-нибудь извинения. Или что-то в стиле: “Это было ошибкой”. Но Марк Громов думал лишь о работе.

Босс срочно попросил прислать ему расписание на завтра. Срочно – это значит, час назад оно должно уже было быть у него в телефоне. Дедлайн Громова – он такой. И что у него там случилось, что потребовалось здесь и сейчас получить все записи?

Раскрыв записную книжку, тоскливо вздохнула. Каждый свободный кусочек пространства на полях страницы был заполнен моими эмоциональными “Уволюсь”. Переписывать времени не было, набирать текст в телефоне или компьютере – тоже.

Что ж, Марк Александрович, надеюсь, вы не злопамятный и только посмеетесь.

До боли закусив губу, навела камеру на книгу и, сделав фото, отправила боссу. Без комментариев. Пусть думает, что так и было задумано, а не он меня с поличным поймал. Когда ж выходные уже, а? Потерпеть денечек осталось.

“Красивый почерк, Ксень. Но я б на твоем месте совсем не пальцы разрабатывал, если всерьез надумаешь уволиться”.

Все внутренности скрутило от полученного послания. Господи, да что ж меня в жар от этого мужика каждый раз бросает?

Фу, пошляк!

“Марк Александрович, работайте, не отвлекайтесь. И Оленьке своей привет передавайте. Мы, кажется, договорились – между нами только деловые отношения.”

“Ксень, если надумаешь уволиться, тебе нужно будет разрабатывать мозги. Ты уже месяц программированием не занимаешься, заказчиков можешь терять. Я по большой любви тебе подкину заказов, так и быть. Но мозги нужно тренировать, шалунья ты моя”.

“ Хам, грубиян и извращенец!” – на эмоциях оттарабанила пальцами по экрану и нажала на отправку.

Отменять было поздно, когда произошедшее дошло до мозга.

Вот черт, а мозг мне и правда тренировать стоит.

“Для тебя – кто угодно, дорогая помощница. Люблю тебя смущать. Забудь про мозг, Ксень. Надумаешь уволиться – я попку твою аппетитную надеру. У меня ладони каждый раз чешутся, когда ты ко мне спиной поворачиваешься. Только я решу, когда тебе пора будет сменить работу. А теперь еще раз перечитай мое сообщение, проникнись и удали. Чтобы не боялась нашу переписку открывать потом. Завтра встанешь и решишь, что тебе всё приснилось. И я помогу. Тоже сделаю вид, что ничегошеньки не было. Всё ради тебя. Цени.”

Словно оглушенная, я не дышала, перечитывая смс снова и снова. Что, черт возьми, с ним происходит? Неужели кровля потекла? Давно секса не было? Воспоминания в лифте подкинули брошенную боссом фразу о том, что с момента моего устройства у мужчины никого не было. Тогда я даже не задумалась об этом, а теперь… Черт, за что такая откровенность и честь?

Подождите, он реально ни с кем не спит просто потому, что я стала с ним работать? Там в договоре, что ли, прописано подобное условие найма? Да не может быть такого.

Но договор свой я все же прочла от корки до корки. И нет, сексуального воздержания босса там в условиях и обязанностях не было. Черт, ничего не понимаю.

Марк ни с кем не спит, потому что я… Не-е-ет, не-не! Я крутила головой, не желая осознавать признание мужчины. Вернее то, что оно могло для меня значить.

Неужели я настолько стала для него желанной, что босс разорвал связи со своими любовницами?

Стоп, но кто тогда Ольга?

– Мы предоставляем комплексные ИТ-решения, поэтому недопонимай возникнуть не должно. Я смогу принести нам еще с десяток миллионов сверху, – отчитывался о чем-то один из сотрудников компании, что поймал босса на выходе из кабинета.

– Ген, я всё сказал. Понимаю, почему ты хочешь забрать контракт себе, но подумай о подводных камнях хотя бы до вечера. Всё хорошенько взвесь, а потом мне расскажешь. Вот об этом я послушаю и дополню, при необходимости. Если будешь готов взять на себя эту ответственность – нет проблем, я заберу его у Лысых и отдам тебе. Но еще раз тебя прошу: подумай об ответственности, а не о выгодах. Это не тот вендор, с которым можно будет что-то откатить.

Сосредоточившись на отчете по вчерашней большой встрече, старалась вспомнить всё важное, а так же дополнить информацию статистикой по участвовавшим компаниям. Настроилась завалить себя работой, чтобы некогда было думать хоть о чем-то бесполезном.

Босс вел себя тихо, как и обещал. Или я просто не замечала ничего, да и вообще старалась в его сторону не смотреть. Это не начало холодной войны – это страх окончательно проиграть. Поэтому, давай, Ксения, ты – номинант на звание лучшей помощницы, надо думать об этом и только. По крайней мере, пока странная ситуация между мной и Марком не решится сама по себе.

Я старалась не вникать в состояния начальника, не разговаривать с ним без дела, не приближаться. Но ближе к вечеру только тупой и слепой не заметил бы, что настроение босса становится всё отвратительнее.

И что заводится? На работе всё отлично, идет как надо, поводов напрягаться совсем нет. Но, кажется, Марку было плевать.

Вообразила между нами стену еще глуше, чем та, что проходила между нашими рабочими зонами. Даже когда кофе относила, глаз не подняла и бровью не повела. Еще начнет приставать, я что делать буду? Рано мне лужей растекаться перед ним, не хочу потерять всё в одночасье. Лучше буду трусихой, но рядом.

– Оля, солнышко, я обещаю сегодня вернуться домой как можно раньше. Привезу всё, что хочешь. Манго? А доставку Вера заказать не может? А, именно я должен выбрать и привезти? Хорошо, как пожелаешь. Мешок? Два? – слишком уж тепло рассмеялся босс, заставляя пожалеть, что я вошла в его кабинет без предупреждения.

Пришла уточнить расписание на следующую неделю, называется… Лучше б три раза постучалась, чем испоганила себе настроение из-за того, что с кем-то он так ласков. А хмурился ходил... Надо было ему сразу этой бабе звонить и добреть. Неделя за неделей эта Оленька из его телефона не вылазит, аж тошно. Как с Громовым трахаться вообще, если у него в голове Оля?! Я так не могу! Я не такая!

Всю малину мне попортила эта баба, в общем. Как слышу ее имя – тошно становится. От зависти.

Потому что на Громова смотреть равнодушно становится всё сложнее и сложнее – в нем есть всё, о чем я могла когда-то мечтать. Когда еще верила в красивую любовь и отношения, а не увлекалась достигаторством.

– Всё, Ляля, работа не ждет, давай до вечера. Сам манго куплю, сам нарежу и тебе принесу, – покосился на меня Громов, и наши взгляды впервые за сегодня встретились

Черти драные, от вспыхнувшего в голубизне обжигающего пламени можно было на месте сдохнуть. От оргазма.

Спешно отведя глаза, не выдержала больше стоять у двери и с независимым видом присела на диван, распуская волосы.

Босс позволял такую вольность, пока никто не видел. Можно сказать, сделал из своего кабинета мое убежище. Только тут я тоже могла весьма напрячься из-за таких вот “теплых” разговоров.

Нервно дернув плечом, снова задумалась о том, что пора уходить с работы. Пусть пока я не лучшая помощница, но хотя бы с цельным сердцем.

Внутренний голос гаденько усмехнулся. Кого-кого, а его хрен обманешь.

Массируя голову подушечками пальцев, вспоминала утренний разговор с подругой. Она сказала, что если с боссом действительно всё плохо, то она попросит познакомить Виктора со своими друзьями. Зачем? Эта дамочка вообще не воспринимала мою новую работу как работу. Не-а, для нее мое секретутство – способ заманить в сети мужика. Сдался ей вообще этот Громов? Ладно, я уперлась – хотелось мне, горела изнутри будто, но Маринка его знала лишь на словах.

Подруга не была охотницей за деньгами. Оторва, знающая себе цену, интриганка, что в прямом смысле слова сводила с ума мужиков. Ей не нужен был чужой кошелек – она хотела крепкое плечо и стальной член. Оврагов появился в ее жизни внезапно и завоевал Маринку, воплотив в себе все качества, которые желала видеть в своем мужчине подруга. А то, что Виктор успешный бизнесмен – совпало, бывает.

Тяжело вздохнув, отгородилась от разговора Марка и слегка стянула волосы, мечтая о расслаблении. Как же хочется просто поваляться на шезлонге где-нибудь у огромного бассейна, а лучше – моря. Когда там можно взять отпуск? Минимум через полгода? Чертова официальная работа…

Еще и Маринка, кажется, всерьез взялась за мое сватовство. Забавно, но теперь мои тараканы не размахивали плакатами на митинге за защиту свободы и пустой постели. Не рвались драться за личное пространство. Да и я не опасалась за свою свободу. Плевать мне на нее уже было, если честно. Марк всю душу отравил своими красноречивыми взглядами на меня да разговорами с Оленькой. Собака на сене.

Сидя с закрытыми глазами, погруженная в собственный мысленный водоворот, чуть не соскочила с дивана, когда почувствовала на своей голове чужие пальцы.

– Устала, Ксень? Чего испугалась? Закрывай глазки обратно, отдохни, – тихо проговорил босс, встав позади и начав мастерски надавливать на нужные точки.

И не сбежать: не хочется, да и не позволит.

Только вот интонация у него слишком напряженна, чует моя жопа подставу.

Первыми я поджала пальцы на ногах, чтобы не застонать от удовольствия. Затем и кулаки сжала, впиваясь ногтями в ладони.

– Так как тебе работа? – буднично поинтересовался Громов.

Держать рот закрытым. Дышать через нос.

Держать рот закрытым. Дышать через нос. Я смогу.

Мужчина опустил пальцы чуть ниже, немного сдавив напряженные шейные позвонки.

– М-м-м! – вырвался сдавленный стон.

Но когда я испуганно дернулась, чтобы отстраниться, на плечи легли широкие ладони и удержали на месте.

– Работа хорошая, босса на мыло – он арбузер, – ляпнула, желая свести всё к шутке и сбежать. К черту планы на завтра – ближе к ночи напишу и согласую.

Его пальцы стали увлеченно массировать плечи, и я замычала от удовольствия снова.

Сладко, как же сладко. Сколько удовольствия от одних только рук.

– Какого же босса ты хочешь?

Его вопрос предвещал беду. Но разве ж думала я об этом, когда его руки мастерски мяли шею, плечи, вынуждая чуть ли не выгибаться навстречу.

– Я хочу… м-м-м, – почувствовав давление под лопаткой, чуть ли не пропела от восторга. Всё, срочно записываюсь на курс массажа! – Хочу босса…

– Дальше можешь не договаривать, – оборвал он расползающиеся желейные мысли, обошел меня и, подхватив за шею, заставил подняться на ставшие слабыми ноги.

Пикнуть не успела. Распахнула глаза и попала в ловушку сумасшедшего взгляда. Марк не просто хотел меня – о, нет! – он буквально пожирал меня глазами. Каждая его мышца была напряжена от желания. Никогда и никто не смотрел на меня вот так. От понимания этого мое тело прошибло током.

Ой-ой, кажется, что-то пошло не так.

– Марк, – вырвалось слабое.

Мои волосы порывисто перехватили, сжали в кулак и оттянули, вынуждая закинуть голову назад.

По шее скользнуло теплое дыхание, и я сглотнула от стремительно растекающегося по телу возбуждения.

Я разрывалась от спорных порывов: сбежать и поддаться. Не хотелось, чтобы мужчина останавливался, но боялась своих желаний.

– Месяц уже работаешь, не сдалась. Ради чего ты здесь, Ксень, а?

Его губы были так близко к чувствительной коже на шее, но не коснулись её.

Пытка.

И снова спорные потребности: сыграть в жертву и самой стать искусительницей. Только вот в первом я была куда более опытна, с учетом того, что Маринка была права – сногсшибательного секса у меня не было никогда в жизни. Громов же явно знал, как доставить удовольствие не только себе, но и женщине.

– Я работаю, мир постигаю. А вот ты, Гром, гремишь, тревогу вызываешь и непонятно чего добиваешься.

– Гром? – в интригующем голосе послышалась улыбка. – Тогда ты – молния, Ксюша. Мелькаешь и прячешься, ослепляешь и убегаешь. То яркая, то далекая, но всегда будоражащая. Почему избегала меня весь день? Оказалось, я подсел на тебя, как на иглу, мучительница.

Вот теперь я точно потекла.

– Чего ты хочешь, Марк? – жадно втянула носом воздух, когда влажный горячий язык прошелся по шее от ключицы до подбородка. – Ты взял на работу развлечение или помощницу? – нервно дернулась, предпринимая очередную попытку отстраниться. Но молниеносно оказавшаяся на моей спине ладонь лишь резко вдавила меня в мужскую грудь. Показалось, что обжигающие искры между нами посыпались.

– Я взял на работу куда большее – Молнию.

– Ты ведь помнишь, что грома без молнии не бывает? – набравшись смелости, подняла руки и уложила их на широкую грудь напротив.

Натяжение моих волос ослабло, и я воспользовалась моментом – перевела взгляд с потолка на Марка. В его голубых глазах плескалась буря, а лицо было напряженным. Сжатые челюсти и упирающийся мне в живот налившийся возбуждением член говорили за хозяина.

– А это покажет только время, язвочка, – низко протянул он и подался вперед, желая поймать мой рот в плен своих губ.

Трель мобильника в пиджаке босса разбила на осколки этот момент. Острые грани ударили по нервам, напоминая, кто здесь кто и для чего. В этот раз я высвободилась легко и с удивлением заметила парочку расстегнутых верхних пуговиц у себя на блузе.

Гром…

– Я домой, – шустро прошмыгнув к двери, бросила, едва обернувшись.

– Ксения! Рабочий день еще не окончен! – оторвавшись от мобильника, предпринял попытку остановить меня предупреждающим взглядом. – Оля, Ксения – моя новый секретарь.

Уже и бабе своей обо мне отчитывается.

– Оленьке привет, пусть она тебя и развлекает, дорогой босс. Уж отпустишь на полчаса раньше, не поломаешься. Это мне за моральный ущерб! – иронично хмыкнула и поспешно закрыла за собой дверь. 

А теперь бежать. Потому что кто его знает, что этому разгорячённому мужчине взбредет в голову?

– Что, прям вот так за волосы и схватил? Прям прелюдию устроил в кабинете? – возбужденная новостями Марина чуть ли не подпрыгивала на кресле.

Посетители кофейни не обращали на нас внимание, но так и хотелось придержать подругу за плечи и попросить быть тише.

– Оврагова, я сама еще не отошла, а ты мне новую психологическую травму создаешь. Угомонись! – шикнула я и спрятала покрасневшее лицо за широкой кружкой с капучино.

– Наконец-то прорвало эту плотину из тестостерона! Думала, не доживу до момента, когда он устанет на расстоянии облизываться.

Внимать моей просьбе эта коза совсем не собиралась.

– Самое главное – я вообще не поняла, с какого перепуга его вдруг так перемкнуло. Всё, как обычно, вроде, было. Ну, игнорила его весь день – так это для общего блага.

Сегодня у меня был долгожданный законный выходной, и я позвала Марину встретиться и прогуляться. Последний месяц оказался достаточно тяжелым из-за адаптации, новых обязанностей и некоторого эмоционального напряжения. Еще и Олег объявился на прошлой неделе: обещал всё простить. Что именно – он сказать затруднялся, но я ему решила помочь и поделилась мыслями о том, что я плохая жена, хозяйка и любовница посредственная. Бывший муж гордо кивнул, обещал дать время на “подумать над тем, чтобы не рушить свою жизнь и семью” и удалился.

Надо замки в квартире, что ли, поменять. Ну, чтоб наверняка. А то как решит снова заявиться ко мне – такой глупой карьеристке, а я не готова его слушать – не порядок. Непонятно человеку, что развод – это необратимый процесс. Повторно замуж я за него точно не собираюсь. Моя б воля – и вовсе не общалась, но что поделать, не гнать же, в самом деле. Не чужие люди.

Разлившаяся горечь на языке говорила за меня – чужие, ох, какие чужие.

– Ксю, когда ты уже осознаешь, что и ты, и он – взрослые люди? Ему вообще тридцать четыре года: у него свои трагедии позади, бизнес поднял сам, и ты думаешь, он будет в песочнице куличи лепить? Громов достаточно зрелый мужик для того, чтобы быстро сориентироваться и понять, чего он хочет. Кого и для чего.

– Ты тоже думаешь, что все это время… – сдвинула брови, пытаясь обдумать слова подруги и припоминая поведение и слова босса.

– Да как пить дать – хочет тебя, он сделал свой выбор, – перебила Марина. – Просто дает тебе время, сам присматривается. Прикинь, если он вообще серьезную роль в своей жизни уготовил тебе? Так там точно стоит быть повнимательнее.

– Ты что несешь, звезда моя? – звонко рассмеялась я, перебирая в голове все “серьезные” роли. – Я ему первая встречная, ты, что, дорам своих пересмотрела и романов перечитала? Заурядная мышка Ким Транда с добрым сердцем и амбициями устраивается в офис к красивому и богатому, а потом в нее кидается деньгами его семья, чтобы она отстала от наследничка?

– Нет, ну, потрахаться, а потом получить большую денежку – весьма неплохо, согласись, – хмыкнула подруга.

Расхохотавшись, отставила чашку, из которой чуть не выпрыгнула от моего смеха воздушная пенка.

– Сама заработаю, Марин.

– Во-первых, у него не такая семья. Во-вторых, Громов уже взрослый и сам решает, как ему строить жизнь.

– Какая ты осведомленная, – приподняла бровь, намекая на то, что уже подозреваю подругу в умалчивании чего-то важного.

Черт, порой кажется, что осведомители моей Маринки весьма хорошо знакомы с Марком. Хотя, если учесть сферу деятельности Оврагова, это будет не удивительно. 

– Ты меня знаешь, Ксюнечка – мне если надо, я любого на голову поставлю. А мне надо, потому что дело касается счастья моей подруги, – ни капли не смутилась эта женщина.

– Да ты просто нам свидание вслепую тогда назначь, мы потрахаемся, и дело с концами.

– Э, нет, – затрясла пальцем перед моим лицом Марина. – Пусть всё теперь само идет, красиво. И буду надеяться, это “всё” не ограничится одним сексом. Ты просто в режиме самозащиты – избегаешь мыслей о большем. А стоит, Ксюш – Громов ух какой мужик.

Словно почувствовав, что о нем говорят, про меня вспомнил этот самый “ух какой”.

“Выходные имеют свойство заканчиваться, Ксения. Думаешь обо мне? Я о тебе думаю. Прямо сейчас. Хочешь поиграть?”

Отбросила телефон на стол, словно обожглась, инстинктивно скрестила ноги и обняла себя руками. Не-не, это всё мне кажется. Это всё – больное воображение. Этого смс не было. Или Марк имеет в виду что-то не то.

– Ты чего? – распахнув глаза, удивленно осматривала меня подруга.

Боязливо указала пальцем в сторону своего смартфона.

– Там – Он, – шепнула я, стараясь успокоить сердцебиение.

Словно наяву я слышала его голос у себя над ухом. Будто не смс прочла, а вернулась в злополучный кабинет, когда он натягивал мои волосы на свой кулак.

– И что там?

Недоумение подруги и хитрый блеск глаз можно было понять. Эта коза явно дорисовывала себя в голове всё происходящее. Не просто дорисовывала, еще и на свой лад приукрашивала.

– Кажется, мой босс очень по мне заскучал. На работу зовет. – Прижав ладонь ко лбу, зажмурилась.

Ну и чего я, в самом деле? Умеет он шокировать и переключаться с одной линии поведения на другую – привыкнуть уже пора. Я ведь тоже не промах – много чего могу. В теории. Но страшно мне перешагнуть эту невидимую черту. Кажется – один неосторожный шаг, и всё разрушится, исчезнет. А мне… мне бы не хотелось терять… Его.

С каждым днем я понимала это всё четче. Наблюдая за ним неделя за неделей, сопровождая его повсюду. И то, как он держался со мной всё это время, лишь изредка позволяя себе переходить на флирт. С уважением к моим личным границам. А в эти два дня будто с цепи сорвался. Оля его эта завела что ли? Если так, то всё совсем погано.

– Ты чего сникла?

Сама не заметила, как мысли мои испортили хорошее настроение. Выдуманные картинки терзали душу, что оказалась весьма влюбчивой. Но влюбчивой лишь в одного мужчину… Словно всё это время его ждала.

Ой, какой же бред! И как я докатилась до жизни такой?

Маринка не стала дожидаться, когда я сформулирую ответ. Словно в медленной съемке я наблюдала, как она шустро взяла в руки мой телефон, ухмыльнулась, прочитав смс от босса, а затем сама пробежалась пальцами по экрану, и ее улыбка превратилась в довольный оскал.

– Хорошей игры, моя одинокая, упертая и сексапильная козочка.

Мне в руки всунули телефон с новым смс, которое я, якобы, отправила в ответ Марку:

“Хочу. Играем в правду или действие. Я первая. Правда или действие, Марк?”

Жалобно пискнув, хлопала глазами, перечитывая текст снова и снова.

– Авантюристка гребанная, – жалобно застонала, боясь представить последствия такого общения с боссом. У нас и так сейчас всё странно, а теперь…

– Твоя любимая, между прочим. Если б не я, так и сидела бы у себя дома, считала Олежика среднестатистическим мужчинкой и избегала нас с Виктором.

– Я не…

Но договорить мне не дал предупреждающий взгляд подруги:

– Нет, дорогая, ты избегаешь нас, просиживая жизнь за работой. Потому что ты боишься той любви, что видишь. Думаешь, нам повезло, а ты какая-то не такая? Я дура, по-твоему, совсем плохо тебя знающая? Нет, козочка моя. И не будет мне покоя, пока ты на собственной шкуре не убедишься в том, что счастья достоин каждый. Даже тот, кто от него так старательно бежит.

– Марина…

Очередной звук приходящего смс разбудил дремавшие под кожей мурашки.

“Правда”.

Всего одно слово, а мысли в голове с визгом разбежались в разные стороны. Что спросить? А что вообще можно спрашивать у босса, которого хочешь трахнуть, но он всё еще твой работодатель, и ты не планируешь пока увольняться?

Перевела беспомощный взгляд на подругу- затейницу.

Та хмыкнула и с шальной улыбкой забрала телефон, принявшись набирать очередное смс.

“Белое кружево или красная мелкая сетка?”

– Марина! – заорала я на всю кофейню, когда увидела, что эта женщина решила отправить. – Я убью тебя! Убью!

♥♥♥

Где-то на другом конце города, прочитав сообщение от своей секретарши, поперхнулся виски вальяжно сидящий в кожаном кресле мужчина. Выпрямив спину, он всматривался в буквы, что складывались в слова, вовсе не торопившиеся расплываться и исчезать.

Он ожидал от Ксюши из его прошлого чего угодно, но не столь откровенного флирта и демонстрации своих намерений оказаться в его постели. Нет, пусть она не умела прятать своих желаний во взгляде, но явно не была готова перейти черту. Пока не готова.

Потому он сдерживал свои инстинкты, старательно пряча тот блядский огонь, что день ото дня грозился прожечь ему яйца. Даже не пытался остудить пыл с кем-то другим. Нет – он нашел свою Ксюшу, больше Марку Громову не был нужен никто. Только одна женщина, только её ласкающие уши стоны и податливое тело, только её (да-да, черт возьми) сердце и душа. И эти невероятные черти, что всегда живут в её взгляде, под какой бы маской их девушка не прятала.

“Предпочитаю не выбирать, а брать всё. Вот моя правда”.

Растянув губы в предвкушающей улыбке, он спрятал телефон в карман пиджака и отставил стакан в сторону. Пить больше не хотелось. По крайней мере, алкоголь. А вот полакомиться одной милой повзрослевшей девчонкой – очень даже.

Он предупреждал, что даст ей время. Но она бросала ему вызов, кажется, сама того не понимая. А он больше не хотел ждать – не мог терпеть, находясь к ней столь близко. Заявить на нее свои права, завладеть телом, душой, сердцем – всем. Сделать своей без остатка – только ему, только для него.

Теперь, раз она готова сыграть с ним, поставив на кон себя, он ни за что не откажется.

И не проиграет.