Морозко. По работе ли оплата?

Морозко

«Надо морозы подкрутить. Может, хоть так эти неугомонные люди дома будут сидеть. А то сейчас отметят свой праздник и повалят в лес, зверей пугать и мусор раскидывать. Чего в тепле не сидят? Не знаю. Только все елки обошел, все посеребрил. Хоть садись и сам картины пиши.

Так, косулю ранили. Есть что ли этим людям нечего? Вот, ушла она раненная от них. Теперь в агонии терзаться будет. Надо найти и заморозить. Чтобы не мучилась. И заодно волков покормлю. А то наотмечаются праздников и в лес пойдут. А тут голодные волки! Непорядок.

Эх, надо время найти и к Ядвиге заглянуть. А то хандра взяла. Да и к ней, не особо попадешь. Кикимора-то спит. Вся нагрузка на одну. И видимо избаловали мы ее вниманием своим. Стала огрызаться, шутит зло, смеется, дерзит. А может просто баба устала? Хм… Тоже может быть. Как ни как, а летом и Кикимора прием ведет, и шишиги забредают… И для нас разнообразие. А тут только Яга, и та баба. Тьфу. Вот живешь безрадостно. Ходишь, красоту создаешь, а мир и тот не радуется. Эко меня завернуло. Мысли какие в голову полезли. Нет, решено! Сейчас косулю найду, волков накормлю и к Ядвиге. Пусть и не шибко красивая, вредная, злобная, пакостит, но баба же, и то дело» - думал я, в тот момент, когда все только-только начиналось.

- Да, чтоб тебя! – раздосадовался я.

«Вот, опять! Ну почему сейчас-то? У меня косуля мертвая, волки голодные, «вопрос» встал колом к Ядвиге, а мне опять малолетку с кашей пубертата в голове подкинули, перевоспитывай или поощряй! После Нового года нельзя? Зачем сейчас-то? Я, между прочим, тоже в праздники не работаю. Кто за меня рутинные дела сделает? Сейчас гостьей займусь. А ваших празднующих пусть волки тогда голодные едят! » - осекся в своих размышлениях.

- Волки ж! - произнес вслух то, что на самом деле имело значение в тот момент.

Прибавил шагу. Надо было найти эту попаданку. «А то будет не попаданка, а пропаданка!» - усмехнулся про себя. «И перевоспитывать некого будет», — почти радостная, крамольная мысль посетила, но я ее прогнал. «Вот что за родители? Кто ребенка в новогоднюю ночь в лес отправляет? Ладно раньше… А сейчас-то! Вроде у них там изменилось что-то. Тьфу, какая разница. Все равно к Ядвиге не попаду уже. Теперь главное до этой гостьи вперед волков добраться» - разговаривал внутренним голосом сам с собой, пока искал место, где же она черту перешла. Что это была именно девушка, я не сомневался. За всё время работы парней мне не присылали. Почему? Не знаю. Может там они не такие ценные, чтобы перевоспитывать или наказывать…

- Намел сугробов, теперь беги по ним! Спотыкайся. – ругал сам себя, ковыляя по переметам и глубоким оврагам с сугробами.

Благо идти пришлось недалеко. И вот что же я там увидел…

Ульяна

- Ульяна то, Ульяна сё! Тьфу! Сколько можно? Девятнадцать лет уже Ульяна. Заманили в глухомань и давай мозги полоскать! Посмотри на Настеньку! Возьми пример с Настеньки! Надоели! – бубнила я зло под нос, перебирая упрямо ногами в неизведанном направлении.

Родители, как всегда, решили отметить Новый год вместе. Только в этот раз заморочились с местом проведения. Выбрали коттедж в каком-то дремучем лесу. Видимо, чтобы мозги мне промывать рассказами о своей старшей дочери без опаски, что уйду и оставлю их одних. «Знали бы они, как эта Настенька место свое прекрасное на работе заслужила! Подавились бы салатом! » - злорадствовала по дороге я. «Не бегаю по дому с тряпкой, как только с учебы приезжаю. Ну и что? Я могу отдохнуть хотя бы где-то? » - самооправдание – моё всё. Настька-то отучилась уже и работает. Да и как училась, так и работает! Сессии сдавала у ректора в кабинете. Сейчас работает у шефа на ковре. «Тьфу. Чем только меня пытаются укорить? Я, в отличие от нее, девственница еще.» - обиделась на родителей еще больше. Ну, это пока. Надо кандидата достойного найти. Чтобы и приятно, и с пользой. Но видимо, так только Настьке везет.

Сестрица моя на первом курсе под мажора местного легла. Тот ей наигрался, папе ректору отдал. А там и пошло-поехало. И приятно было, и в жизни устроилась. Не сужу ее. Наверное, так-то, правильно все у нее. Место хлебное и не нервное нашла так, как получилось. Родители только бы не тыкали меня ей, и она не строила бы из себя святую. И все было бы хорошо. Просто замечательно.

- Блин! Вот Ульяна. Все-таки дура ты! Куда забрела? В платье секси на голое тело и шубке? Куда теперь идти? Кому своим психозом лучше сделала? – ругала себя, на чем свет стоит, оглядываясь между сосен и елей, — Блин, блин, блин.

Увидела дымку какую-то. «Может это охотники костер жгут? » - родилась мысль о спасении.

- Вот прямо сказка двенадцать месяцев! Пустите у вашего костра погреться? – рассмеялась звонко, направляясь к то ли дымке, то ли туману.

Эх, знала бы я, что меня впереди ждет! Ни за что бы не пошла! Или нет? А чего это я вру? Не пошла бы, а побежала! Потому что таких приключений и впечатлений и захочешь получить, не получишь! А главное – не забудешь.

Ульяна

Когда нервы немного успокоились, и я смогла уже соображать. Внутри зародилась паника. Да и посудите сами. Вокруг был лес. Уже смеркалось. Странная дымка, которая настораживала. Я хорошо училась в школе и знала, что для тумана должна была погода перемениться: от теплой к холодной. И чтобы влажность была до заморозков. А тут… Мороз крепчает, конечно. Но он крепчает уже несколько дней. Влажно не было. Снег кругом. Болота не парят. Тут еще и волки завыли!

- Боже мой! Что я наделала? – застонала жалобно и прижалась к сосновому стволу, — Родители искать-то меня будут? Или только Настеньку бы пошли спасать?

Я уже почти прощалась с жизнью, стирая озябшими руками слезы с щек, проклиная себя за импульсивность, обзывая сестру последними словами, как в один миг все переменилось. Будто посветлело.

А еще из густого тумана ко мне стала приближаться какая-то тень. Она была внушительных размеров. Чем еще больше пугала меня. Но человеческие очертания, а не звериные, все-таки обнадеживали. Хотя, как было знать, кто это? «Кто еще, кроме истеричной меня, мог очутиться в канун Нового года в лесу? Правильно! Маньяк.» - сама спросила мысленно, и сама же ответила. Коленки тряслись, руки дрожали.

- Кто вы? – закричала я, не дожидаясь, когда человек появится полностью.

И тут из тумана вышел мужик. Он ничего не говорил, только выглядел необычно. Взгляд хмурый, я бы сказала, сердитый, но глаза не злые. Не смотря, на то, что вокруг лежал снег, и я сама одета была не по погоде, меня все же озадачил его внешний вид. Странная шуба. Если это можно назвать шубой. Красивая, явно плотная ткань, то ли расшитая, то ли выбитая, а, может, шелкография, с меховой оторочкой и щепоткой блеска. Все было выдержанно в каком-то сказочном, и в то же время будничном стиле. Я рассматривала мужчину, и в душе зарождалась поистине детская обида, что что-то не так. Будто неправильно что-то и все тут. Вот вроде красиво, но не хватало лоска, помпезности, шика. Хотя сам владелец странного одеяния и был шикарен. Но шубка явно не дотягивала до звания парадно-выходной. И тут у меня картинка сложилась - с чем я сравниваю одеяние! «Новогодний костюм Деда Мороза! » - прокричала про себя мысль-озарение. Тут же вспомнилась Кремлевская елка. Нас один раз родители возили в Москву на представление. Дед Мороз и Снегурочка. Там они были шикарны! А тут передо мной стоял обычный, такой Дед Мороз - работяга!

- Тьфу! – выдала раздосадовано, – Вот, даже Дед Мороз и тот, какой-то трудовой! Вот для Настеньки бы вышел Ален Делон в шубке от Версаче! А Ульяне и так сойдет? - наступила еще раз на больную мозоль сама себе, и даже показалось, что теплее вокруг стало.

Видимо от злости и досады кровь побежала быстрее по венам. И ноги уже слушаться стали лучше. И руки, вроде, не заледенели. Мужчина смотрел на меня с немым вопросом. Казалось, что он ошарашен увиденным. Нет, не удивлен. А именно ошарашен. Он осматривал меня своим взглядом, который почему-то ощущался на коже. И будто не верил своим глазам.

- Так и будем в гляделки играть? Вы к новогоднему столу не торопитесь? – спросила ехидно.

Но мужчина молчал. Так и не веря тому, что перед собой видит. Волна протеста и негодования прошла, и мороз опять стал давать о себе знать. Поэтому играть в гляделки не хотелось. Подошла и ущипнула его.

- Ай! – раскатистый бас зажурчал, окутывая меня бархатным теплом. Он растекался по округе, плутая между сосновых стволов и уносясь куда-то дальше, где еще не развеялся туман.

- Очнулся? – сама прибывая в шоке от голоса оппонента, поинтересовалась я.

- Ты как здесь оказалась? Не поздно ли тебя воспитывать? – поинтересовался мужчина, как-то странно рассматривая мои коленки в тонких капроновых чулках.

- Чего? Воспитывать? Вы голову отморозили? Вы кто такой? И тут мне будут нотации читать? С ума все посходили? Где коттеджный поселок? Я замерзла и хочу в тепло! – заголосила я.

Внутри опять поднимался протест: «Воспитывать все меня собираются. Даже чужой мужик в непарадной шубе. И тот туда же! ».

- Да-а-а-а, - продолжал дурманить меня своим тембром незнакомец, — в этот раз что-то интересненькое. Не знаю радоваться или горевать.

Странный Дед Мороз почесал свою бороду и только сейчас я заметила, что она у него не искусственная, а самая что ни наесть настоящая.

- А вы не в первый раз перед Новым годом в лесу бродите и на девушек натыкаетесь? – с тревогой переспросила я.

Мужчина ничего не ответил, просто молча стоял, находясь в своей задумчивости. А меня уже стало потряхивать. Сама не могла понять от чего: то ли от нервов, то ли от холода.