Мой ангел

— Эй, соня! Ты что ещё спишь? — над моим ухом раздался удивлённый голос старшей сестры. — На время смотрела? Солнце уже клонится к закату, а ты ещё даже не вставала.

— И что? — сладко потянувшись и зевнув, пробурчала я в ответ. — Могу себе позволить.

— Хлоя, заканчивай лентяйничать. Сколько будет продолжаться твой незапланированный отпуск? — возмущалась Дженнифер, насупив брови. — Нет, ну это ж надо было оставить такую престижную, высокооплачиваемую работу и уволиться просто в никуда.

Дженнифер всё никак не могла смириться с моим спонтанным решением об увольнении из отделения интенсивной терапии. Вот уже миновали две недели с момента моего возвращения в родной дом к отцу, на протяжении которых я тупо валялась в кровати и отсыпалась. Организм настолько ослаб и истощился, что мне совершенно ничего не хотелось делать.

А всё потому, что поступив в медицинский колледж я света белого, можно сказать, и не видела. Сначала усердно и очень упорно грызла гранит науки, чтобы выучиться и стать достойным высококвалифицированным медиком, потом проходила резидентуру (примеч. — аналог. ординатура) в отделении интенсивной терапии в Северо-западной мемориальной больнице города Чикаго, где впоследствии и осталась работать. И что я имела к двадцати семи годам своей жизни? А ничего! Ни мужа, ни семьи, ни детей. Одна только работа и никому не нужные грамоты, да награды за добросовестное выполнение своих должностных обязанностей. Да, не спорю, мне ужасно льстило, что я достигла поставленных целей и стала востребованным специалистом. Но просто в один прекрасный момент мне всё опостылело и осточертело.

— Хлоя, ты не подменишь меня на дежурстве? А то у моего Эдварда сегодня день рождения и мы хотели устроить праздничный ужин, — слёзно просила коллега выйти вместо неё на ночное дежурство.

— Да не вопрос! Конечно выйду, — беспрекословно соглашалась безотказная Хлоя. Ведь у меня не было ни Эдварда, ни Майкла ни вообще какого-нибудь парня, потому что я попросту жила на работе. Да что уж там говорить, если я даже собаку или кошку не могла себе завести. Кто бы их тогда кормил и выгуливал? А живые цветы в горшках, что я покупала для своей съёмной квартиры засыхали и погибали из-за недостаточного полива.

А ещё глава моего отделения любил обратиться за помощью, состроив жалостливую гримасу.

— Хлоя, сможешь поработать в свой выходной день? Отделение не справляется с наплывом пациентов и нам постоянно не хватает свободных рук. С таким багажом знаний и квалификацией ты просто незаменимый сотрудник.

— Конечно, мистер Стивенсон, я поработаю в свой выходной день, — ну разве могла мягкосердечная и добропорядочная Хлоя отказать главе отделения. И в очередной раз, стиснув зубы, через усталость и не могу я выходила на дежурство в свой выходной.

Поэтому в один прекрасный день, я сказала себе: — «Хватит!» Не хочу больше так жить. И написав по электронной почте заявление об увольнении, я собрала свои скудные пожитки из съёмной квартиры и вернулась в родной дом к отцу. Мистер Стивенсон — глава отделения интенсивной терапии, завалил меня сообщениями, предлагая отдохнуть несколько дней или оформить отпуск. Он согласился, что в последнее время я работала на износ и обещал принять любые мои условия, только бы я не увольнялась из отделения.

Конечно, кому захочется терять такого ценного сотрудника, готового в любой момент прийти на помощь и подменить заболевшего врача или остаться на внеочередное ночное дежурство. Но я была непреклонна в своём решении и сказала мистеру Стивенсону, что хочу найти себе место, где не придётся жить на работе и пахать, как проклятой. Да, вот прямо так и заявила. Мистер Стивенсон возможно не ожидал столь резкого ответа из моих уст, но в итоге смирился, надеясь, что отдохнув пару недель и остыв, я вернусь обратно.

Но я настроилась решительно и возвращаться в отделение не собиралась. Ведь в глубине души у меня всё ещё жила ма-а-а-аленькая надежда на простое семейное счастье. Я верила, что смогу найти достойного молодого человека и, наконец, устрою личную жизнь. Но для начала хотелось просто выспаться и отдохнуть. Что собственно говоря я и делала последние две недели, находясь под крышей родного дома. Почему и заслужила от старшей сестры выговор.

— Посмотри на кого ты похожа! — продолжала возмущаться Дженнифер, стягивая с моих ног одеяло. — Твои волосы в ужасном состоянии. Мне страшно смотреть на эти пересушенные и посеченные кончики. Под глазами жуткие круги, щёки впали от истощения. Ты вообще когда последний раз была у косметолога?

Я встала с кровати и подошла к зеркалу.

— Нет, ну что ты наговариваешь, круги под глазами заметно уменьшились, — попыталась я оправдаться.

Хотя стоило согласиться с Дженнифер — мой внешний вид внушал страх и ужас. Некогда блестящие, огненно-рыжие волосы потускнели и приобрели непонятный мышиный цвет. Потухший взгляд карамельных глаз, бледная кожа с сероватым оттенком и осунувшееся лицо выдавали все признаки физического и морального истощения. Да когда мне было ходить по парикмахерским и косметологам, если всё свободное время я проводила в отделении. То срочная операция, то внеплановое дежурство.

Зато Дженнифер другое дело. Блестящие каштановые волосы лежали в безупречной укладке, свежий макияж (и это в пять часов после полудня!), пухлые губы, подведённые яркой помадой, манили и притягивали взгляды. В чёрной узкой юбке и белой блузке, Дженнифер смотрелась, как всегда, изящно и элегантно. Профессия юриста в престижной адвокатской конторе обязывала следить за своим внешним обликом. И в принципе, для тридцати трёх лет сестра выглядела очень даже недурно. Только принесло ли ей это счастье?

Не так давно Дженнифер съехала из шикарной квартиры в чикагском даунтауне (примеч. — центральный район для богачей), из-за начавшегося бракоразводного процесса с мужем. Она думала, что достигнув определённого успеха в карьере и обретя финансовую устойчивость, наконец, сможет сделать перерыв в работе, чтобы в полной мере насладиться всеми прелестями материнства. Всё-таки биологические часики неумолимо тикали, тем самым увеличивая всевозможные риски и патологии в детородной функции женщины.

Но её муженёк считал по-другому. Вместо того, чтобы остепениться и обзавестись потомством, Курт завёл себе любовницу. Дженнифер пришла в бешенство, когда уличила его в измене и сразу же подала на развод, потребовав раздела имущества и компенсации за моральный ущерб. Дорогая элитная квартира в престижном районе и стала камнем преткновения в бракоразводном процессе. Муж не хотел расставаться с шикарными апартаментами, рассчитывая, что и дальше продолжит придаваться утехам с новой пассией в семейном гнёздышке, которое так заботливо ремонтировала и обставляла дорогой мебелью Дженнифер.

И Курт, и Дженнифер были первоклассными и амбициозными юристами, и ни один из них не хотел идти на уступки. Поэтому до сих пор этот вопрос оставался неурегулированным, и бракоразводный процесс растянулся на долгие месяцы. Дженнифер вынужденно переехала к отцу, так как не могла находиться в квартире, где её «обожаемый» муженёк развлекался с другой женщиной.

— Сестрёнка, — Дженнифер подошла ближе и обняла меня за плечи. — Я ничего не имею против твоего незапланированного и спонтанного отдыха — просто сильно переживаю и волнуюсь за тебя.

— Со мной всё хорошо. Вот ещё немножко отлежусь и начну искать новую работу, — я похлопала сестру по руке, улыбнувшись ей в зеркале.

Я чувствовала, что она сильно волновалась и переживала за меня. Это качество в ней выработалось, когда не стало нашей мамы. На тот момент мне исполнилось пятнадцать лет, а она уже была студенткой юридического колледжа. Рак четвёртой степени — диагноз, поставленный маме, прогремел, как гром среди ясного неба в нашей семье. Ещё совсем нестарая женщина в расцвете лет угасла на глазах за четыре месяца. Она и побороться толком и не успела.

Смерть мамы стала ударом для всех нас. Папа старался держаться изо всех сил, ведь ему предстояло поднять и вырастить двух дочерей. Трагедия, настигнувшая нашу семью, сплотила всех ещё больше. Мы стали бережнее относиться друг к другу. Ценили время, проведённое вместе и заботились о благополучии каждого члена семьи.

Дженнифер в один миг повзрослела, взяв на себя обязанности не только старшей сестры. Она пыталась быть для меня матерью, за что я ей бесконечно признательна и благодарна. Сестра трудилась, как пчёлка наравне с папой, чтобы я ни в чём не нуждалась.

Именно после внезапной и скоропостижной смерти мамы я приняла решение стать медиком. Видя как на моих глазах угасал самый родной и близкий человек, захотелось иметь знания в области медицины, чтобы найти лекарство, способное вылечить маму. Тогда я была ещё слишком наивной и глупой, и не знала — не от всех болезней существуют лекарства на земле. Но это нисколько не уменьшило моего стремления и желания стать первоклассным медиком. Дженнифер и папа поддержали меня, одобрив идею с медицинским образованием.

Только благодаря их помощи и содействию, я смогла осуществить мечту и поступила в престижный колледж. Ну а дальше жизнь понеслась с бешеной скоростью — бесконечные лекции, зубрёжка учебников, посещение семинаров и повышение квалификации. На сегодняшний день я имела колоссальный багаж знаний в области медицины. Но какой ценой мне дался этот результат? Я была морально опустошена и изнурена физически. Полное отсутствие личной жизни и каких-либо развлечений в повседневной жизни. Такой ли судьбы хотела для меня мама? Не думаю. Поэтому я приняла, пусть и достаточно жёсткое, но единственно правильное решение — ушла из отделения интенсивной терапии, чтобы наконец-то просто начать жить.

— Кстати, Хлоя, ты не слышала новость последних дней? — неожиданное восклицание сестры вырвало меня из задумчивых размышлений, когда мы спускались по лестнице, чтобы выпить кофе.

— Какую новость? — подавляя зевок, поинтересовалась я.

— Вот уже который день соседи перемалывают косточки новым жильцам, что купили дом пожилой четы Макларенов.

— Макларены дом продавали? Не знала, — хмыкнула я в ответ, беспечно пожав плечами. — В последнее время я с соседями практически не разговаривала.

— В общем, знаешь кто купил дом? — Дженнифер упёрла руки в бока и загадочно взглянула на меня.

— Ну и кто? Не тяни, говори уже, — не обращая внимание на лукавый взгляд сестры, я налила себе в кружку кофе и отхлебнула бодрящий напиток.

— Эйден и София Уилсон! И вообще, мне казалось, что это ты должна была сообщить столь неожиданную новость. Вы ведь с Софией были подругами в старшей школе.

— Что?! — я поперхнулась глотком кофе, который успела отхлебнуть из кружки.

— Странно, что ты ничего не знаешь об этом. Давно вы общались? — сестра бросила на меня любопытный взгляд, пока наливала апельсиновый сок в стакан.

— Не помню. Но наверное, очень давно. Ты же знаешь, я вечно занята на работе. Мне не хватает времени даже на телефонные звонки, не говоря уже о встречах, — попыталась я оправдаться перед сестрой. — Надеюсь, теперь всё будет иначе.

После окончания школы, поступив учиться в разные колледжи, мы с Софией отдались друг от друга и виделись крайне редко. В последние пару лет наше общение свелось к пожеланиям счастливого Рождества и поздравлениям с днём рождения посредством телефонных разговоров и социальных сетей.

Я даже и подумать не могла, что София и Эйден подыскивали себе дом. Ведь у них была прекрасная квартира в центре Чикаго. Хотя не удивительно, что они выбрали именно этот район для смены места жительства. Наш посёлок Уиннетка (англ. Winnetka), расположенный в шестнадцати километрах к северу от Чикаго имел одну достопримечательность, что отличало его от всех других районов. Продавая объекты недвижимости, риелторы не забывали упомянуть, что именно здесь находился знаменитый «дом МакКалистеров», где снимали самую кассовую кинокомедию всех времён «Один дома» с Маколеем Калкиным в главной роли. Съёмки длились полтора года. Дженнифер на тот момент было три года, а я ещё не появилась на свет. Папа рассказывал, в посёлке тогда поднялась небывалая шумиха. Всем хотелось посмотреть на дом, где жила семья МакКалистеров. После большого успеха фильма дом стал главной достопримечательностью штата. В настоящее время особняк приобрела супружеская пара и использовала его в качестве туристического аттракциона.

И по какому-то невероятному стечению обстоятельств Эйден и София Уилсон купили коттедж пожилой четы Макларенов и теперь являлись моими соседями. Сейчас я не могла с уверенностью сказать, какие чувства испытала, узнав об этой новости.

— Между прочим, — обратилась ко мне Дженнифер, привлекая внимание. — Только что я видела припаркованный автомобиль у коттеджа Макларенов и кучу расставленных коробок с вещами. Возможно, в эту самую минуту Эйден и София въезжают в своё новое жилище.

— Серьёзно? Прямо сейчас?! — я удивлённо вскинула брови. — Как думаешь, может, стоит сходить поздороваться? Вдруг им помощь какая нужна.

— Сходи, конечно, и передай привет нашим новоиспечённым соседям.

— Обязательно, — выкрикнула я, поднимаясь на второй этаж.

Мне нужно было переодеться и привести свои спутанные волосы в порядок. Не могла же я появится перед ребятами в таком растрёпанном виде. Схватив расчёску, я каким-то чудом справилась с колтунами в волосах и заплела тугую косу. В последнее время, ложась спать с мокрой головой, я даже не пыталась высушить спутанные пряди. Теперь же беспечность и лень выходили мне боком.

Мне пришлось хорошенько пощипать свои бледные щёки, чтобы к ним хоть немного вернулась краска. Накрашенные ресницы, конечно же, не помогли спрятать тёмные круги под глазами, но выглядела я гораздо лучше, чем до всех этих проделанных манипуляций. Быстренько натянув свободные шорты и футболку, я схватила телефон и выбежала на улицу. Погода в Чикаго для второй половины июня стояла довольно жаркая. Город изнывал от изнуряющего пекла и повышенной влажности.

Я шла по пешеходной дорожке в сторону дома четы Макларенов, пребывая в волнительном предвкушении. По мере приближения к уютному двухэтажному коттеджу моё сердце участило ритм, а ладошки стали влажными от пота. Как давно я не видела Эйдена? Изменился ли он с момента нашей последней встречи?

Пожалуй, стоит признаться, что Эйден Уилсон нравился мне ещё со школы. Впервые я с ним увиделась, когда перешла учиться в старший класс. Старую школу пришлось сменить, так как для поступления в медицинский колледж мне требовалось изучение предметов в области естественных наук. Дженнифер с папой подыскивали различные варианты и в итоге остановили свой выбор на одной из престижных школ в центре Чикаго, которая подходила по всем параметрам. Помимо дорогостоящего обучения и сложной программы, имелся ещё один недостаток этого выбора — папе и сестре приходилось тратить неимоверное количество времени по утрам, чтобы каждый день отвозить меня в школу. Но как говорится — цель оправдывает средства. Благодаря упорству и труду, мне удалось окончить школу с хорошими оценками, что позволило без проблем поступить в медицинский колледж. Поэтому я не переставала благодарить свою семью за непосильный вклад в осуществлении моей мечты.

Стоит отметить, что одновременно со мной в эту школу перешла учиться и София. Будучи новенькими в классе мы с ней начали общаться и впоследствии очень дружились. Гораздо легче осваиваться в новой школе, когда у тебя есть друг, чем делать это в одиночку.

Мы с Софией сразу же обратили внимание на светловолосого юношу Эйдена Уилсона, который разил всех девчонок наповал своей обаятельной улыбкой и привлекательной внешностью. Многие находили в нём сходство с Джастином Тимберлейком. Хотя я считала, что Джастин даже рядом не стоял с Эйденом, настолько сильное впечатление произвёл на меня взгляд его изумрудных глаз и очаровательная улыбка чувственных губ.

Я и подумать не могла, что из всех девочек в классе Эйден обратит внимание именно на меня. И даже чары моей подруги Софии оказались бессильны. Хотя она к тому времени уже записалась в команду чирлидеров и впоследствии стала их капитаном. Со своими длинными белокурыми локонами, потрясающей фигурой и милым личиком София покоряла сердца многих парней из старших классов.

Поэтому я жутко удивилась, когда однажды Эйден, одарив меня своей очаровательной улыбкой, предложил дружить. Поначалу я стеснялась столь повышенного внимания с его стороны, но впоследствии общение с Эйденом стало для меня глотком свежего воздуха. В то время я тяжело переживала смерть матери и ощущала себя серой субстанцией — амёбой. Меня ничто не радовало и не привлекало в жизни, многие вещи делала на автомате просто потому, что так было надо.

Но внимание и интерес, проявленный Эйденом, взбодрил меня. Я словно очнулась и встрепенулась ото сна. В мою жизнь вернулись краски, и я по уши влюбилась в этого доброго, отзывчивого мальчика. Мы даже успели сходить на пару свиданий, на одном из которой он подарил мне самый невероятный и чувственный поцелуй на свете. А потом всё резко оборвалось. Ни с того, ни с сего Эйден в одночасье прекратил наше общение. Тогда я была робкой и застенчивой девушкой и не решилась спросить о причине столь резкой перемены в его поведении. А он лишь украдкой кидал на меня грустные взгляды и резко отворачивался, когда замечал, что я на него смотрела.

Смирившись с его решением, я сосредоточилась на учебном процессе. Чтобы без проблем поступить в медицинский колледж, мне следовало подтянуть оценки по некоторым предметам. Прошла пара месяцев, и я вдруг случайно узнала, что София и Эйден начали встречаться. Зная о моих чувствах к Эйдену, подруга побоялась рассказать об этом, чтобы не причинять ещё большей боли.

Поначалу София испытывала некоторое чувство неловкости и смущения в моём присутствии. Но я никоим образом не выдавала своей обиды и печали по поводу их отношений. Поэтому спустя время, София раскрепостилась и стала вести себя, как прежде. Эйден же, в свою очередь, продолжал кидать в мою сторону укоризненные взгляды, ничего при этом не говоря.

С тех пор начались двухлетние муки моего личного ада. София считала, что мне было просто необходимо хоть иногда отвлекаться от учебников. И на правах подруги старалась всячески разнообразить мой досуг, вытаскивая из дома на вечеринки, в кино и кафе. В итоге я стала убогим приложением к их популярной паре — рыжим хвостиком, таскающимся повсюду за Эйденом и Софией.

Одноклассники даже иногда отпускали нелицеприятные шуточки в адрес Эйдена, намекая, что он неплохо устроился, заполучив сразу двух девчонок. И просили его поделиться хотя бы одной девушкой. Эйден незамедлительно пресекал подобные заявления и шёл разбираться с ребятами. Иногда дело доходило до драки. Но Эйден превосходно отбивал нападки своих невоспитанных сверстников, так как владел приёмами рукопашного боя. Ведь Кристофер Уилсон — отец Эйдена был непревзойдённым борцом греко-римской борьбы. Он-то и научил сына всем премудростям.

В моменты таких стычек и издевательств со стороны одноклассников Эйден в моих глазах представал в образе благородного рыцаря Айвенго, спасшего из лап грозного Буагильбера дочку еврейского ростовщика чернобровую деву Реввеку — то есть меня. Но к сожалению, сердце благородного рыцаря уже принадлежало белокурой леди Ровене. В нашем варианте эта роль отводилась Софии. И я ничего не могла исправить или изменить. Как и в романе Вальтера Скотта «Айвенго» после всех душераздирающих событий, Ревекка посвятила свою жизнь заботе и уходу о больных и страждущих людях. Такой же путь предназначался и мне в реальной жизни. Я не стала соперничать с подругой, добиваясь внимания Эйдена, а просто ушла в тень, углубившись в изучение естественных наук и медицине. Но каждый раз при встрече с ним глупое сердце учащало ритм и стремилось выпрыгнуть из груди.

Так случилось и сегодня. Когда до дома Макларенов оставалось пройти пару шагов, я замедлилась и притормозила. Эйден разгружал багажник своего внедорожника и не заметил моего приближения. Золотистые локоны на макушке развивались от дуновения лёгкого ветерка. Мускулы на его предплечьях бугрились и напрягались, когда он поднимал тяжёлые коробки. Хоть Эйдан не пошёл по стопам своего отца и не увлёкся греко-римской борьбой или каким-либо видом спортом, всё равно фигура его была подтянутой, а на животе имелись упругие кубики пресса. Ведь Эйден занимался тяжёлым физическим трудом. Изготавливая потрясающие предметы мебели из натурального дерева ему приходилось поднимать и перетаскивать тяжёлые листы древесины и прочие сопутствующие материалы. Вот откуда взялись внушительная мускулатурой и развитым плечевым корпусом.

Я пришла к выводу, что он нисколько не изменился с момента нашей последней встречи. Наоборот, казалось, что Эйден возмужал и стал ещё красивее. Простая трикотажная футболка плотно прилегала и обтягивала его упругое подтянутое тело. Тёмно-синие джинсы сидели на узкой талии, как влитые. Я непроизвольно облизала пересохшие губы и глубоко вздохнула. При виде предмета моих давних грёз и мечтаний грудь сдавило со страшной силой и стало нечем дышать. Я ничего не могла с собой поделать. Контролировать эмоции удавалось с трудом.

Когда же Эйден поднял голову и взглянул на меня, глупое влюблённое сердце пропустило удар, а колени слегка задрожали.

Эйден Уилсон

София Уилсон

— Хлоя Дэвис! Ты ли это?! — удивлённо воскликнул Эйден, уперев руки в бока. Тёмно-зелёная футболка придавала его глазам более насыщенный оттенок. Он сжал губы в тонкую линию, и несколько секунд испепеляли меня пристальным взглядом. По напряжённому выражению лица было сложно распознать его эмоции. Скорее всего, моё неожиданное появление слегка озадачило и удивило Эйдена. — Что ты здесь делаешь?

Остановившись и робко пожав плечами, я продолжала рассматривать столь милого сердцу бывшего одноклассника, мысли и фантазии, о котором, занимали мою бедовую голову на протяжении последних лет. Я не смогла сдержать восхищённой улыбки, когда лёгкий ветерок подхватил непослушную прядку волос с его лба и начал играться с ней.

— Что?! Хлоя! — вдруг послышался голос Софии, сидевшей чуть поодаль на белом шезлонге. Она обмахивала себя стареньким журналом, прячась от жары в тени деревьев.

Заметив меня, София попыталась встать, но из-за огромного выпирающего живота сделала это с большим трудом. Потребовалось всё моё самообладание, чтобы удержать сияющую улыбку на лице. София была беременна, а я и знать не знала. Оценив внушительный размер её живота, мне не составила труда догадаться — пополнение в их семье случится совсем скоро.

В те недалёкие времена, когда мы ещё иногда созванивались, София утверждала, что заводить ребёнка раньше тридцати лет не собирается. Она опасалась, что из-за располневшей фигурой ей перестанут предлагать роли в постановках и спектаклях. Ведь София, окончив Чикагский колледж исполнительских искусств, пыталась реализовать себя, как драматическая актриса. Что в принципе у неё неплохо получалось. Но сейчас, увидев округлившийся живот и сияющее от счастья лицо подруги, я, признаться, была шокирована.

— Вау, София! Ты беременна, поздравляю! — я выдавила из себя радостное восклицание, а на душе вовсю скребли кошки. Меня накрыло ощущением своей никчёмности и полного одиночества. В отличие от Софии и Эйдена, которые готовились стать родителями, у меня не было и десятой доли того, что имели они. Последние несколько лет моя жизнь представляла собой бесконечную череду дежурств в отделении, и ухода за тяжелобольными пациентами. В своём плотном рабочем графике я не могла выкроить время даже на себя.

— Ох, спасибо, дорогая! Да, беременна. Вот уже на протяжении тридцати недель (приблиз. семь месяцев), — София довольно улыбнулась, сияя от счастья. — Иди обниму тебя, моя пропащая подруга.

София приблизилась ко мне, заключив в кольцо своих рук. Что в принципе было сделать сложно, из-за внушительного размера её живота. Беременность нисколько не уменьшила привлекательности Софии. Да не спорю, утончённые черты лица слегка распухли, и она немного раздалась в талии и бёдрах. Но голубые глаза излучали радость и счастье, что никакие изменения в фигуре не могли затмить красоту женщины, которая собиралась стать матерью.

Разомкнув объятия с Софией, я потянулась к Эйдену, чтобы поздороваться и с ним. Из-за своего высокого роста ему пришлось довольно низко наклониться. А разогнувшись, он подхватил меня за талию и покружил над землёй.

— Мы очень рады видеть тебя, Хлоя, — произнёс Эйден, возвращая меня на землю. Это было ничего не значащее дружеское приветствие. Но знал бы он, что со мной делали его прикосновения. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда твёрдые пальцы схватили меня за талию. Я собрала в кулак всё свою волю и выдержку, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции и сохранить внешнее спокойствие.

— Ты, вообще, как тут оказалась? — поинтересовался он с любопытством.

— Тот же самый вопрос хотела задать и вам. Я живу вон там, в начале улицы, — махнув рукой, я указала в сторону своего дома.

— Серьёзно?! — София и Эйден удивлённо переглянулись. — Что за невероятное совпадение!

— Господи как я могла забыть этот район, — растерянно заметила София, осматриваясь по сторонам. — Да точно, я же бывала здесь раньше, когда приходила к тебе в гости.

— Вот именно! — кивнула я в знак согласия. — А мне думалось, что у вас есть квартира в центре Чикаго. Разве нет?

— Да, да, так и было, — закивала София, подтверждая моё предположение. — Просто на пятом месяце беременности мне вдруг в голову пришла одна мысль. Я захотела, чтобы наша малышка, появившись на свет, жила не в тесной и душной квартире в густонаселённом мегаполисе, а в просторном доме с зелёной лужайкой во дворе. Чтобы она росла, получая максимальное количество солнечного света и свежего воздуха. Эйден, как заботливый и ответственный муж, поддержал мою идею и согласился продать квартиру, чтобы приобрести дом в пригороде Чикаго. По какой-то невероятной случайности мне на глаза попалось объявления о продаже именно этого коттеджа. Риелторы так расхваливали и расписывали район, что мы согласились, практически не раздумывая.

— Ну что ж. Благодаря такому невероятному стечению обстоятельств, мы теперь с вами соседи! — я попыталась сделать голос радостным и взглянула по очереди сначала на Софию, а потом на Эйдена.

— И это здорово! Зато теперь мы будем чаще видеться. Прямо как в старые добрые времена. И твоя помощь окажется как раз кстати, ведь малышка вот-вот появится на свет, — подруга радостно заулыбалась, поглаживая круглый живот.

Надо отдать должное Софии — в любой ситуации она находила выгоду для себя. Конечно же, я не стала возражать или говорить что-то против её грандиозных планов. Если помощь потребуется, то я готова с радостью оказать любую поддержку с новорождённой малышкой.

Эйден всё это время стоял молча. Сделав глубокий вдох, он пригладил пальцами взъерошенные волосы и спросил.

— Мне казалось, что ты тоже снимала квартиру в городе, недалеко от работы. Поэтому странно было увидеть тебя сегодня здесь.

— Да, точно! Неужели трудовая пчёлка Хлоя, нашла время в плотном рабочем графике, чтобы навестить отца? — поинтересовалась София, придерживая живот.

В её замечании чётко прослеживалась доля сарказма и укора. Но я не придала особого значения колким словам. София всегда обижалась, если мне приходилось отменять запланированную встречу, ссылаясь на внеочередное дежурство или изменение рабочего графика, что отчасти являлось правдой. Но в нашем отдалении и прекращении общения была и другая причина — я намеренно избегала встреч со счастливой супружеской парой, дабы не бередить своё глупое влюблённое сердце старыми ранами. Ведь забыть Эйдена и перестать думать о нём, у меня так и не получилось.

— Да, снимала квартиру, но теперь съехала оттуда, потому что уволилась из отделения, — еле слышно произнесла я, опустив голову.

— Что?! — Эйден удивлённо вскинул брови.

— Да, неужели, — опешила София, всплеснув руками.

— Тебе же нравилось работать в отделении. Ты так самоотверженно боролась за жизни и здоровье своих пациентов, — недоумевал Эйден, буравя пристальным взглядом.

— Да, всё так. Я и дальше буду продолжать это делать. Только в более спокойной обстановке и с нормальным рабочим графиком, — я поспешила успокоить Эйдена, который так остро воспринял новость о моём увольнении. — София верно заметила, в последнее время я совсем перестала уделять внимание близким, друзьям и даже себе. Поэтому мне и захотелось изменить свою жизнь, чтобы это исправить.

— Вот и правильно! — София закивала головой, поддерживая моё решение об увольнении. — Я тебе давно говорила, что нельзя жить одной работой. Памятник при жизни тебе никто не поставит. А вот красота и молодость уходят, и всё меньше времени остаётся, чтобы устроить личную жизнь.

— Да, всё верно, — я кивнула. — Поэтому трудовая пчёлка Хлоя решила сбавить обороты. Хочется найти более спокойную работу, и пожить немного для себя.

— Так вот почему ты перебралась к отцу? — Эйден продолжал сканировать моё лицо.

— Ага. Вот уже вторую неделю живу у него. Возможно это временное явление. Хотя кто знает, как сложатся обстоятельства дальше. Не зря говорят, нет ничего более постоянного, чем временное. Да и папа не спешит меня выгонять, — улыбнулась я, пожав плечами.

— Ну раз мы выяснили все нюансы столь приятной и неожиданной встречи пойдём в дом, я проведу тебе небольшую экскурсию, — София схватила меня за руку и потащила внутрь.

Эйден, не сказав ни слова, проводил нас задумчивым взглядом и продолжил выгружать коробки из багажника.

— Внутри мы особо ничего переделывать не стали. До появления малышки осуществить грандиозный ремонт, всё равно не получилось бы, да и дом в отличном состоянии, — затараторила София, показывая гостиную, которая плавно переходила в просторную кухню со столовой. Пока ещё сложно было оценить интерьер помещения, так как повсюду были расставлены коробки и пакеты с вещами. Но даже несмотря на беспорядок, мне нравилась обстановка и особая аура в коттедже пожилой четы Макларенов. Дом хранил в себе атмосферу уюта и семейного тепла.

— Пришлось, правда, в экстренном порядке перекрыть кровлю, так как старая знатно прохудилась и также перекрасили фасад дома. Я выбрала свой самый любимый небесно-голубой оттенок, — продолжала рассказывать София, показывая первый этаж.

— Да, я обратила внимание, когда только подошла к дому. Цвет отлично гармонируют с оттенком твоих глаз.

— Ага, — улыбнулась София и повела меня на второй этаж, где располагалась спальня и детская. В столь короткий промежуток времени Эйдену и Софии удалось проделать масштабную работу по осуществлению косметического ремонта. В каких облаках я только витала, если не замечала таких серьёзных изменений в доме по соседству.

Осматривая хозяйскую спальню мне приглянулись панорамные окна от пола до потолка. Так как эта сторона дома выходила на север, в спальню не попадали прямые солнечные лучи и создавалась приятная прохлада. Но за счёт панорамных окон в спальню проникало достаточное количество света, отчего комната казалась более просторной. А вот в детской ремонт шёл полным ходом. Полы устилала прозрачная плёнка, а стены, оклеенные белыми обоями, ждали своей очереди.

— Вот планирую выкрасить детскую в нежно-розовый цвет, — пояснила София, оглядываясь по сторонам комнаты. — Как думаешь, не сильно банально? Ведь у нас будет девочка.

— Нет, нисколько. Будуар в розовом цвете для маленькой принцессы, думаю, то что надо. Если нужна помощь с покраской, зови меня. Вообще, не представляю, как ты с таким животом ещё умудряешься что-то делать.

— Ах, да это пустяки. Эйден никуда меня особо не подпускает. Всё сам делает, — отмахнулась София. — Но от помощи не откажусь. Тем более, Эйден много времени проводит в своей мастерской и мне приходится целый день скучать в одиночестве. Но теперь, когда мы будем жить по соседству, сможем чаще видеться друг с другом, скрашивая минуты досуга. Не так ли, Хлоя?

— Конечно, дорогая!

София подошла ко мне ближе и взяв за руки тихонько произнесла, — Я скучала по тебе. Мне так не хватало нашей глупой девчачьей болтовни о мужчинах, браке и прочей дребедени.

— И я скучала, — одарив подругу своей самой доброй и искренней улыбкой, я сжала её ладони в ответ.

А может, вовсе и не плохо, что София с Эйденом теперь живут по соседству. Подруга искренне обрадовалась, увидев меня сегодня. Что было даже очень неожиданно и приятно. Возможно, я излишне волновалась и зря переживала по поводу возобновления общения с Эйденом и Софией. Мне уже давно следовало отказаться от своей юношеской влюблённости и увлечься каким-нибудь другим мужчиной. Только времени на всё, как всегда, не хватало. Но то было раньше. Теперь же я решила вплотную заняться поисками спутника жизни. Но для начала нужно устроиться на новую работу.

После того как София закончила показывать комнаты на втором этаже, мы спустились. Я пообещала, что обязательно загляну к ней завтра и помогу с покраской детской. На что она одобрительно закивала и заключила меня в объятия. Попрощавшись с Эйденом и Софией, я направилась к себе домой.

Двигаясь медленным шагом в сторону дома, я ощущала, как приятное тепло разливается по всему моему телу и конечностям. Ноги стали ватными, а руки безвольно свисали по бокам. Настолько сильно на меня подействовала встреча с Эйденом. Глупое, наивное сердце предательски заныло при виде предмета давних грёз и мечтаний. Мне с трудом удалось обуздать нервы и не показать своих чувств. Если Эйден и София собираются жить по соседству, то нам придётся видеться гораздо чаще. Я должна научиться контролировать эмоции. А лучше и вовсе избавиться от юношеской влюблённости. Конечно, сделать это непросто, если за столько лет у меня так и не получилось заглушить чувства к Эйдену. Но я дала себе обещание, что буду очень сильно над этим работать.

Отвлёкшись на размышления, я не заметила, как преодолела расстояние до дома. Когда оставалось пройти несколько метров, в поле моего зрения попал спортивный автомобиль, припаркованный у обочины. Какой-то мужчина яростно хлопнул дверцей и уселся за руль. Расстояние до автомобиля было приличным, но я успела в очертаниях незнакомца разглядеть бывшего мужа Дженнифер. Двигатель грозно заурчал, и спорткар тут же сорвался с места, взвизгнув шинами. Интересно, что ему здесь понадобилось?

Я поспешила к входной двери и зашла внутрь.

— Неужто Курт к нам пожаловал? Это ведь он только что отъехал на своём шикарном авто?

— Да! Будь он неладен, — в голосе сестры чётко прослеживались нотки раздражения и досады. Дрожащими руками она достала из сумки сигареты, и подкурив одну, нервно затянулась.

— Ты же не куришь?! — я удивлённо уставилась на Дженнифер, округлив глаза.

— Ага, не курю. Это просто средство для успокоения нервов. Прибегаю к нему в очень редких случаях.

— Курт снова требовал оставить ему квартиру?

— Не просто требовал, этот мерзавец угрожал мне! Ты представляешь?! Сказал, если я не уступлю, то он сделает всё возможное и невозможное, чтобы сломать мою карьеру. Собирается накопать какой-то липовый компромат, чтобы очернить меня перед руководством.

— Вот гад!

— Не то слово, — Дженнифер снова затянулась и стряхнула пепел в раковину на кухне. В нашем доме не держали пепельниц. Ведь никто из нас, в принципе, не курил.

— Я всегда думала, что люди не меняются. Но глядя, на поведение Курта после развода, поняла, что ещё как меняются, и не в лучшую сторону, — проговорила я, констатируя непреложную истину.

— О да, и этому человеку я посвятила лучшие годы своей жизни. А когда заговорила о ребёнке, то получила нож в спину и пинок под зад. Мне всегда казалось естественным, что со временем супружеская пара заводит детей. Разве нет? — сестра пожала плечами и устремила растерянный взгляд на меня.

— Дженнифер, не расстраивайся, — я подошла ближе и крепко обняла сестру. — Может оно, и к лучшему, что вы расстались. Ты ещё достаточно молода и очень привлекательна. У тебя есть все шансы встретить достойного мужчину. Который не побоится ответственности и захочет завести детей.

Возможно мои слова не сильно успокоили Дженнифер, но я была уверена — настоящие мужчины точно существуют. Но их катастрофически мало. У меня сразу же в голове всплыл образ заботливого и преданного Эйдена. Софии крупно повезло встретить на своём пути именно такого мужчину. Он сделал предложение руки и сердца сразу же после окончания колледжа. На тот момент им было по двадцать три года. Разве это не смелый поступок настоящего мужчины? Эйден взял на себя всю ответственность и должным образом обеспечил Софии достойную жизнь. Пока она занималась карьерой, бегая на прослушивания по различным студиям и театрам, он трудился не покладая рук, чтобы раскрутить свой мебельный бизнес. И Эйден совершенно не спасовал перед решением Софии наконец-то завести ребёнка. Он давно уже мечтал о детях, но терпеливо ждал и не давил на свою супругу. Поэтому на фоне такого заботливого и ответственного Эйдена, Курт казался склизким бесхребетным червяком. И даже очень хорошо, что они с Дженнифер расстались.

— Ладно, что уж теперь сожалеть и разводить руками, — сестра разомкнула объятия и тяжело вздохнула. — Лучше расскажи, как ты сходила к новым соседям?

— В целом, неплохо. Представляешь, приобретая уютный коттедж Макларенов, София напрочь забыла, что я живу в этом районе.

— Надо же. Прям забыла. А может, и не хотела вспоминать? — хмыкнула Дженнифер, лукаво изогнув бровь.

Я пропустила мимо ушей колкое замечание сестры в адрес подруги, и, понизив голос, произнесла еле слышным шёпотом: — А ещё... Совсем скоро у них родится ребёнок. София беременна и ожидает появление девочки.

Наверное, в глубине души я испытывала некоторое чувство зависти. Но это была белая зависть. Ни Эйден, ни София не виноваты в том, что моя личная жизнь оказалась в таком плачевном состоянии. Я сама загнала себя в угол. Ведь мне никто не мешал встретить достойного мужчину и завести с ним нормальные, здоровые отношения. Да, возможно, работа в какой-то степени поспособствовала моему уединённому образу жизни, но почти всё в нашей судьбе, и достижения, и потери, зависит от нас самих.

— Ну надо же. Значит, Эйден и София Уилсон будут жить с нами по соседству. И у них скоро появится ребёнок... И как на это отреагировало твоё влюблённое сердце, Хлоя?

— Да ну, брось. Ничего подобного и в помине нет, — я отвела глаза, не выдержав проницательного взгляда сестры. Она читала меня насквозь.

— Ой перестань, будто я не знаю, что Эйден нравится тебе ещё со школьных времён, — продолжала настаивать Дженнифер.

— Ничего подобного! — возмутилась я и, схватив тряпку, стала протирать столешницу на кухне. Хотелось чем-то занять руки, чтобы не спрятать реакцию от пытливых вопросов сестры. — Может, когда-то такое и было, но всё уже давно в прошлом. Эйден выбрал Софию, и теперь они живут в счастливом браке. И совсем скоро на свет появится их малышка.

— Да, конечно — конечно. Опять все лавры, и почести достанутся белокурой нимфе Софии, а скромная и кроткая подруга Хлоя уйдёт в тень и будет терзаться угрызениями совести от неразделённой любви, — Дженнифер затушила сигарету и посмотрела на меня с укором.

— К чему ты клонишь?

— А к тому, что ты всегда была в тени своей более популярной и напористой подруги. Мальчишки первым делом замечали эффектную блондинку Софию и только потом кидали беглый взгляд на скромную и робкую Хлою. Возможно, если бы ты вела себя по напористей и смелее, Эйден выбрал бы тебя, а не Софию, — сестра выпалила свою проникновенную речь и ткнула в меня указательным пальцем.

— Дженнифер, что на тебя нашло? — я даже слегка растерялась от такой странной реакции сестры. Видимо, она сильно разнервничалась из-за визита Курта и её понесло куда-то не туда.

— Хлоя, ты прекрасная, добрая девушка. Тебе уже двадцать семь лет и ты до сих пор одна. Я очень волнуюсь и переживаю за тебя. Может быть, я не всегда об этом говорю или показываю, но мне хочется, чтобы у моей младшей сестрёнки всё наладилось в жизни. Перестань тешить себя пустыми надеждами и обрети уже, наконец, своё женское счастье, — взгляд Дженнифер смягчился и она подошла ко мне ближе. — Я понимаю, сложно по щелчку пальца заставить сердце не любить. Но ты должна позаботиться о себе и своём благополучии, а не бегать на побегушках у Софии.

— Я ничего такого и не планировала делать, — моя попытка оправдаться прозвучала еле слышно и неуверенно.

— Да, конечно. Небось уже пообещала помочь подруге с переездом и прочими делами.

— А что здесь такого? Ну подумаешь и помогу.

— Возможно, в этом ничего такого и нет. Просто хочется, чтобы ты общалась и с другими молодыми людьми, ходила на свидания, развлекалась, а не проводила всё свободное время с Софией и Эйденом. Понимаешь?

— Я тебя прекрасно понимаю Дженнифер. Поверь, мне тоже всего этого хочется. Поэтому-то я и уволилась из отделения, чтобы, наконец, начать жить нормальной жизнью.

Сестра абсолютно правильно заметила, мне следовало больше времени проводить в обществе других людей, выбираться в клубы, ходить по ресторанам или в кино. Я и планировала разнообразить свою жизнь новыми эмоциями и впечатлениями, а там, глядишь, и встретила бы какого-нибудь свободного, приличного парня.

— Ты всё правильно говоришь, Джен. Я обязательно займусь своей личной жизнью, вот только ещё немного отдохну. Ты мне веришь?

Дженнифер ненадолго замолчала и внимательно всмотрелась в моё лицо. А потом громко выдохнула и сказала: — Верю, моя хорошая. И первым делом рекомендую начать с парикмахера. Твои волосы в ужасном состоянии.

Я притянула сестру ближе и крепко обняла за плечи: — Конечно, дорогая! Этим я и планировала заняться в первую очередь. Может, поделишься контактами хорошего стилиста? — я отстранилась и широко улыбнулась Дженифер. — А тебе, сестрёнка, пора бы уже завести своих собственных детей. Мне, конечно, приятна твоя чрезмерная опека и забота, но сегодня ты перегнула палку.

Дженнифер не успела ничего ответить, так как папа вышел из своего кабинета-мастерской, прервав наш разговор по душам.

— О чём это вы тут болтаете, крошки мои?

— Да ни о чём пап, — воскликнула я, поспешив сменить тему разговора. — А ты опять целый день просидел в своей мастерской и, конечно же, ничего не ел?

С выходом на пенсию у папы прибавилось свободного времени, поэтому он переоборудовал небольшую кладовку в мастерскую, где ремонтировал различные электроприборы и бытовую технику. Таким образом, он коротал монотонные дни своего одиночества. Соседи частенько обращались к нему с просьбами о ремонте сгоревших миксеров или вышедших из строя микроволновок и тостеров. Папа кропотливо трудился над каждым прибором, возвращая его к жизни. Мы с Дженнифер всячески поддерживали его увлечение. Ведь хобби приносило неплохой дополнительный заработок и папа ощущал свою значимость и полезность.

— Да, ты права, дочка, я ужасно голоден, — подтвердил папа мою догадку. — Так давайте поужинаем все вместе?

— Ах да, конечно. Сейчас я быстренько разогрею лазанью, — я достала из холодильника лоток и поставила на десять минут в духовку. — Дженни, поможешь приготовить салат.

— Не вопрос, конечно, помогу.

— Мне показалось, или я слышал мужской голос в гостиной, — поинтересовался папа, когда мы сели за стол.

— Эээ... — я запнулась и вопросительно взглянула на Дженнифер, так как не знала, стоило ли говорить отцу про Курта.

— Да, ты прав. Мой бывшей муженёк изволил почтить нас своим визитом, — призналась Дженнифер, источая сарказм и недовольство. Она раздражённо гоняла листик салата по тарелке.

— Дженни, милая, — обратился папа, сжав её ладонь в своей руке. — Если он и дальше продолжит досаждать тебе, то разреши мне поговорить с ним по-мужски. Я никому не позволю обижать моих девочек.

Я взглянула на папу и по сердце сразу же разлилось приятное тепло, а губы растянулись в трогательной улыбке. Вот ещё одно доказательство того, что преданные и благородные мужчины существует, и это никакой не миф и не вымысел. На протяжении долгих лет папа был для нас с Дженнифер заботливым и любящим отцом, и даже, несмотря на столь преклонный возраст, собирался поставить на место обидчика своей старшей дочери.

Дженнифер поспешила успокоить разволновавшегося отца, заверив, что сама разберётся с Куртом. Дальше мы не поднимали эту щекотливую тему, и ужин прошёл в тёплой, спокойной атмосфере.

На следующий день я уже не позволила себе валяться в кровати до обеда. Встав пораньше, сразу же отправилась в гости к Софии. Сегодня подруга планировала заняться покраской стен в детской. Не хочется, чтобы она скакала по стремянке с таким огромным животом.

Я решила выждать немного времени, чтобы к моему приходу Эйден уже уехал в свою мастерскую. Сложно в один миг заставить влюблённое сердце замолчать. Чем реже мы будем видеться, тем легче будет искоренить чувства к нему. Пока я выработала для себя такой план — любыми способами избегать Эйдена. Не знаю, получится из этого что-нибудь или нет, но другого выхода из сложившейся ситуации я не видела. Если моя голова будет постоянно занята мыслями о чужом мужчине — открыть своё сердце для новых отношений у меня не получится.

К тому моменту, когда я пришла к Софии, она уже расстелила клеёнку на полу и готовила лоток с валиком для покраски.

— Эй, ты что творишь! А ну, отдай! — выпалила я с порога, выхватив из рук Софии банку с краской и валик.

— И тебе доброе утро, Хлоя, — пробурчала подруга. — Не переживай ты так, я сама справлюсь. Вот только можно, попрошу тебя передвинуть стремянку.

— Ну конечно, она сама справится, — возмутилась я, всплеснув руками. — Какой ты говоришь у тебя срок? Тридцать недель? Собралась скакать по стремянке с таким животом? Наверное, хочешь родить раньше времени.

— Нет, не хочу, — София улыбнулась, замотав головой. Сегодня она была покладиста как никогда. — Спасибо тебе Хлоя, что-то я себя не очень хорошо чувствую. Даже нет сил с тобой пререкаться. Это всё из-за жары.

Я всмотрелась повнимательней в лицо подруги и отметила тёмные круги под глазами и чрезмерную бледность кожи.

— Так! Ты сейчас же идёшь в свою комнату и ложишься отдыхать, а я пока тут вместо тебя поработаю.

Подруга хотела было вставить слово, но я подняла руки ладонями вверх, останавливая её: — И возражения не принимаются! София, пожалуйста, позаботься о себе и малышке.

— Ладно, настырная Хлоя, — забурчала недовольно подруга, но в итоге повиновалась и ушла к себе в спальню, чтобы немного отдохнуть.

А я принялась за работу, напевая под нос весёлую песенку. Лучший способ отвлечься от насущных проблем — это сменить обстановку и заняться каким-нибудь полезным делом. Вот и я, орудуя краской и валиком, настолько увлеклась этим незатейливым занятием, что не заметила, как пролетело время. Моё сознание полностью перезагрузилось, а голова освободилась от ненужных мыслей и дум. И стало даже как-то спокойнее на душе. Я ощущала себя обычным человеком. Мне не нужно было спешить на дежурство или бежать на экстренную операцию, чтобы кого-то спасти. Я знала, что сейчас не распахнуться двери реанимации и не привезут пациента с тяжёлыми ранами, которого нужно будет собирать по кусочкам, а потом дежурить у кровати волнуясь выживет он или нет. Вот уже на протяжении двух недель ничего такого не происходило.

И сейчас, пока я клочок за клочком покрывала стены в нежно-розовый цвет, время словно остановилось и замерло в моменте. Мне нравилась это ощущение тихой, спокойной жизни. И я всё больше убеждалась в правильности своего решения об увольнении.

Через пару часов в комнату вошла София. Выглядела она уже гораздо лучше, чем с утра.

— Хлоя, ты что всё закончила?! — воскликнула София и осмотрелась по сторонам.

— Почти, — улыбнулась я.

— Спасибо тебе огромное, — подруга подошла ближе и крепко обняла меня в благодарность. — А я мгновенно провалилась в сон и так хорошо отдохнула.

— Вот и славно.

— Кстати, я совсем забыла тебе рассказать, — вдруг вспомнила София, разомкнув объятия. — Мне на электронную почту прислали приглашения на школьную встречу выпускников. Может, и тебе такое же приходило?

— Серьёзно? — мои брови приподнялись от удивления. — Даже и не знаю. Я уже давно не проверяла электронку.

— Я тебе точно говорю. Обязательно проверь почту. Но, в общем, не суть. Я тут подумала, было бы здорово, всем вместе отправится на встречу с выпускниками. Прямо как в старые добрые времена — ты, я и Эйден. Тем более что в этом году исполняется десять лет нашему выпуску.

— Что? Уже десять?! — я удивлённо уставилась на Софию, не веря своим ушам. Как быстро пролетело время.

— Вот именно! Мы просто обязаны посетить эту встречу, — радостно воскликнула подруга, хлопнув в ладоши. Её глаза светились озорным блеском, предвкушая встречу с бывшими одноклассниками и другими ребятами с нашего потока. Утреннее недомогание и усталость Софии, как рукой сняло. Она всегда любила подобного рода веселье и вечеринки. И даже сейчас, будучи на седьмом месяце беременности, не могла пропустить столь грандиозное мероприятие.

— О нет! Нет, София. Не заставляй меня туда идти. Все будут хвастаться своими успехами и достижениями. А чем похвастаюсь я? — моё приподнятое настроение тут же опустилось ниже плинтуса.

— Да ну, брось. Мы сходим туда просто, чтобы развеется и пообщаться. Давай соглашайся! Будет интересно со всеми увидеться спустя столько лет.

— Спасибо, но нет, — возразила я категорично. — Вы, конечно, с Эйденом сходите, но я пас.

Все одноклассники придут туда со вторыми половинками и будут рассказывать о своих успехах и достижениях. А я, как и в школьные годы, приду на вечер в качестве бесплатного приложения к Эйдену и Софии. Нет уж, увольте!

Подруга ещё долго пыталась уговорить меня, но я была непреклонна в своём решении. После того как стены в детской подсохли, мы с Софией сделали влажную уборку. Ну как сказать сделали — в основном убиралась я, а София отдавала распоряжения. Потом она попросила перетащить из спальни детскую кроватку, которую Эйден собрал накануне. Также в дополнение к кроватке шёл комод и пеленальный столик. Подруга не верила предрассудкам и приметам и заранее закупила все необходимые вещи для малышки.

Вернувшись домой после визита к Софии, я достала свой ноутбук и открыла интернет, чтобы посмотреть объявления с вакансиями. Мне хотелось устроиться на такую работу, чтобы я и дальше занималась любимым делом, то есть помогала больным людям, но при этом у меня оставалось достаточно времени на себя. Ну и местоположение играло немаловажную роль. Я не планировала возвращаться в центр Чикаго и жить в бешеном ритме мегаполиса. Было бы замечательно, подыскать себе место где-нибудь в тихом районе недалеко от дома. Размер зарплаты не имел особого значения. Пока я трудилась в отделении интенсивной терапии, за переработки и сверхурочные часы мне доплачивали приличные деньги. Средств накопилось достаточно, так что я могла себе позволить какое-то время вообще не работать. Но мне нравилась медицина, и я не хотела терять квалификацию.

После изучения вакансий на рынке труда я решила написать пару электронных писем своим бывшим коллегам, в надежде, что они могли бы порекомендовать какие-то варианты или подсказать, куда можно обратиться с просьбой об устройстве на работу.

Просидев за ноутбуком довольно много времени, я всё же решила проверить электронную почту и в потоке неотвеченных писем с рекламой и спамом нашла приглашение на вечер встреч выпускников, про которое говорила София. Организаторы планировали провести мероприятие в банкетном зале River Hotel через две недели. Фешенебельный отель располагался у реки в самом центре Чикаго. Я отметила, что билет на такое грандиозное торжество стоил недёшево. Ну уж нет. Моей ноги точно там не будет.

Я провела ещё какое-то время в интернете и разослала резюме по более-менее приемлемым вариантам. А после, наконец, захлопнула ноутбук и поняла, что чертовски устала. Много сил ушло на помощь Софии с покраской детской комнаты. Но это была приятная усталость. Поэтом сладко потянувшись, я размяла затёкшие мышцы и отправилась на кухню, чтобы приготовить ужин.

Приблизительно в таком режиме проходили мои будни. Днём я навещала Софию и помогала с обустройством нового жилища. А вечером проводила время в спокойной семейной обстановке с отцом и Дженнифер.

Однажды я задержалась у Софии чуть дольше обычного, и не успела улизнуть домой до прихода Эйдена.

— Хлоя, рад тебя видеть! — Эйден улыбнулся, заметив меня. — Я уж было подумал, не мираж ли мне привиделся в тот день, когда ты пришла к нам в гости.

Он подошёл к Софии и оставил нежный поцелуй на губах жены. А потом ласково погладил её по щеке. Наблюдая за таким трепетным проявлением чувств друг к другу, я стыдливо опустила глаза в пол, а сердце предательски заныло.

— Поужинаешь с нами, Хлоя? Или я начну думать, что ты специально избегаешь меня.

Я закашлялась, поперхнувшись собственной слюной. Его замечание попало точно в цель. Надеюсь, он просто пошутил. Ведь я старалась не подавать вида, что Эйден нравился мне и всячески скрывала свои чувства. Поэтому посчитав, что мой отказ будет выглядеть подозрительно, решила остаться.

— На ужин, да хорошо. Почему бы и нет.

— Да-да, Хлоя, оставайся, — София поддержала предложение мужа. — Может, Эйдену удастся уговорить тебя пойти с нами на вечер встреч с выпускниками.

— А разве Хлоя не идёт? — Эйден вопросительно взглянул на меня, буравя взглядом зелёных глаз. — Мы же не ходили на пятилетии со дня выпуска. А ты хочешь пропустить мероприятие в честь десятилетнего юбилея?! Ну уж нет, так не пойдёт.

— Я думаю, что на таком грандиозном мероприятии никто и не заметит моего отсутствия, — возразила я категорично.

— Не знаю, как другие, но мы с Софией точно заметим, — продолжал настаивать Эйден. — Ты и так уже достаточно долгое время избегала наше общество. Вспомни, когда мы в последний раз все вместе куда-то выбирались?

— Вот-вот, — поддакивала София, сложив руки на груди.

Ну разве могла я противостоять такому натиску сразу с двух сторон. Особенно когда Эйден бросил на меня взгляд, полный надежды.

— Ладно! Чёрт с вами, пойду я на вашу встречу!

— Вот это другое дело, — Эйден улыбнулся одним уголком рта и кивнул в знак одобрения.

София радостно захлопала в ладоши: — Я знала, что Эйдену ты не откажешь! Разве могли мы пойти на эту встречу без тебя.

Может, действительно стоило, отбросить все предрассудки, и с гордо поднятой головой пойти на этот вечер и посмотреть в глаза своим одноклассникам. Мы уже давно не дети. Не думаю, что кто-то начнёт открыто шутить насчёт нашей троицы. Ведь далеко не каждый человек может похвастаться хорошей крепкой дружбой со своими школьными друзьями, в то время как мы с Эйденом и Софией кое-как, но всё-таки пытались поддерживать приятельские отношения.

После того как вопрос с вечером встреч был решён, я помогла Софии накрыть на стол. Поначалу я чувствовала себя совсем неловко и то и дело бросала исподлобья мимолётные взгляды в сторону Эйдена. Но потом более-менее освоилась и немного расслабилась.

— Хлоя, как продвигаются поиски новой работы? — Эйден до сих пор не мог смириться с тем фактом, что я уволилась из отделения. Он считал, что медицина — это моё призвание. — Ты первоклассный специалист. Редкий встретишь человека, когда он работает именно на своём месте.

— Ах, спасибо Эйден, за столь высокую оценку моих способностей, но пока ничего подходящего найти не смогла, — ответила я с грустью в голосе. Хотя сильно по этому поводу расстраиваться не собиралась. Я никуда не торопилась и у меня была уйма времени.

София немного заскучала от нашего разговора и поспешила сменить тему. Она пожаловалась, что с началом декретного отпуска её жизнь стала однообразной и пресной. София очень скучала по сцене и театральной тусовке и поэтому возлагала большие надежды на вечер встреч с выпускниками. Ведь тогда у неё появится потрясающая возможность снова оказаться в центре всеобщего внимания. И она непременно станет этим центром. Можно было даже не сомневаться. Не утратившая былую привлекательность внешность и интересное положение Софии вызовут массу восторженных возгласов и комплиментов от бывших одноклассников. И зачем я только согласилась на эту авантюру? Мало мне было насмешек в школе. Захотела пощекотать себе нервишки уже в зрелом возрасте.

Когда ужин подошёл к концу, я не стала злоупотреблять гостеприимством друзей, а поспешила вернуться к себе домой.

Дженнифер очень обрадовалась, когда узнала о моём решении пойти на встречу с выпускниками по случаю десятилетнего юбилея со дня окончания школы.

— Хлоя, это же замечательная новость! — воскликнула Дженнифер, хлопнув в ладоши. — Мы подберём для тебя элегантное платье, уложим растрёпанные волосы в красивую причёску и сделаем бомбический макияж.

— Дженни, кажется, ты воодушевилась этой идеей больше чем я. Может, сходишь вместо меня на встречу выпускников?

— Ну уж нет! Кому из нас нужно заниматься своей личной жизнью и больше бывать в обществе? — Дженнифер лукаво изогнула бровь и ткнула в меня пальцем.

— Можно подумать, мои одноклассники и ребята с потока сплошь свободные и неженатые мужчины, — возразила я сестре.

— Пойми, я не рассчитываю, что именно там ты встретишь свою судьбу. Нет. Просто хочется, чтобы ты обрела уверенность и, наконец, почувствовал ту красоту, что вижу в тебе я, — Дженнифер подошла ближе и провела ладонью по моей щеке. Так обычно делала мама, когда мы приходили к ней со слезами и рассказывали о проблемах и неудачах.

— Для этого обязательно наряжаться, как кукла и идти на этот вечер? — мой враждебный настрой немного смягчился, но я всё равно продолжала бурчать.

— Да, Хлоя! Ты же в школе была, как все девочки. Любила наряжаться и делала макияж. Куда всё это подевалось?

— Может возраст такой?

— Хах! Какой возраст?! — фыркнула Дженнифер. — И это говорит мне младшая сестра в двадцать семь лет. Не мели чушь, Хлоя. А может, даже и хорошо, что твои друзья теперь живут с нами по соседству.

— Почему это? — удивилась я.

— Зная весёлый и непоседливый нрав твоей подруги Софии, осмелюсь предположить, что ей удастся вывести тебя из зоны комфорта и ты начнёшь хоть немного шевелиться.

— Поверь, мне Дженнифер, я уже начала шевелиться. Вот даже успела откликнуться на пару вакансий и разослала своё резюме.

— Оу! Ну это прекрасно. Но от вечера выпускников тебе всё равно не отвертеться. И не переживай по поводу наряда, твой внешний облик я возьму на себя, — прокричала Дженнифер через плечо, поднимаясь на второй этаж.

Я открыла было рот, чтобы вставить возражение, но пришлось сразу же его захлопнуть, потому что сестра уже скрылась из вида. Ну всё. Раз Дженнифер взяла дело под свой контроль — выхода в свет мне не избежать.

До вечера встреч оставалось две недели, но они пролетели с какой-то невероятной быстротой. Днём я, как обычно, наведывалась в гости к Софии и помогала с обустройством дома. Её живот увеличивался с каждым днём, отчего ей становилось тяжело выполнять определённые действия. Поэтому я взяла на себе наиболее сложную работу. Например, помогла подруге повесить шторы в гостиной. Разобрала коробки и пакеты с вещами. Передвинула несколько раз мебель, пока София утвердила окончательный вариант обстановки в гостиной.

В те дни, когда моя помощь не требовалась, я продолжала поиски новой работы. Даже сходила на пару собеседований в медицинские клиники и госпиталь. Меня готовы были принять с радостью прямо в день визита, так как грамотных специалистов с моим опытом и квалификацией катастрофически не хватало. Но я вежливо отказывалась, обещая рассмотреть их предложение. Нигде толком меня не устраивали условия. Я не хотела снова оказаться в кабале, выполняя функции недостающих специалистов. Нет, хватит. Через это я уже проходила. Поэтому ничего другого не оставалось, как ждать наиболее подходящего варианта.

***

И вот наступила суббота — день, когда должен был состояться вечер встреч с выпускниками. Дженнифер сдержала обещание по поводу моего внешнего облика и заказала доставку одежды прямо к нам домой. Уже с самого раннего утра меня ожидала куча пакетов и коробок с платьями и обувью, которые предстояло примерить и выбрать наиболее подходящий вариант. Но муками выбора я терзалась недолго, потому что сразу же влюбилась в коктейльное платье персикового оттенка. Оно отлично сочеталось с цветом моей бледно-розовой кожи. Юбка из нескольких слоёв тонкой ткани струилась вокруг коленей, словно воздушное облачко. Платье плотно облегало талию, подчёркивая стройность и изящность моей фигуры. Грудь фиксировалась дополнительным слоем ткани в виде складок. Тонкую шею обрамляла широкая полоска, расшитая сверкающими камнями.

Дженнифер настояла, чтобы я примерила и другие наряды для сравнения. Но в итоге пришла к выводу, что первый вариант был самым удачным. С выбором обуви проблем не возникло абсолютно. Мы сразу же остановились на кремовых босоножках с высокой шпилькой. Два широких ремешка переплетались на щиколотке, фиксируя голень. Что делало босоножки достаточно удобными и устойчивыми. Дженнифер отыскала в своих закромах маленький, но вместительный клатч из лакированной кожи бежевого оттенка, который отлично гармонировал с босоножками.

Закончив с выбором наряда, Дженнифер принялась колдовать над причёской. Сделав косой пробор на макушке, она заколола мои волосы в низкий хвост. А потом брала отдельные прядки и сворачивала их в тугие жгутики, фиксируя невидимкой. В итоге копна непослушных волос превратился в каракулевый пучок из аккуратных буклей. Мои посеченные безжизненные кончики, которые я так и не удосужилась подстричь, были надёжно спрятаны и скрыты от всеобщего обозрения.

— Эй, поаккуратнее там, — ворчала я на сестру, когда она нечаянно воткнула мне в голову острый край невидимки.

— Терпи! Красота требует жертв.

— Ай, больно! А можно это будет не моя жертва? — возмутилась я, скорчив недовольную гримасу.

— Слушай, ты хочешь быть красивой или нет? — злилась Дженнифер, уперев руки в бока.

— Конечно, хочу.

— Тогда терпи.

Каким-то чудом мне удалось выдержать двухчасовую экзекуцию. Но оно того стоило. Закончив с причёской, Дженнифер с виртуозной ловкостью воссоздала на моём лице потрясающий вечерний макияж. Я ахнула и открыла рот в изумлении, увидев в зеркале своё отражение. Перламутровые тени песочного оттенка, которые выбрала сестра, выигрышно подчеркнули глаза. Иногда в зависимости от обстановки и освещения мои зрачки часто меняли цвет, становясь, то более тёмными, то светлыми. Но сегодня за счёт платья персикового оттенка и песочных теней они были именно светло-карими, словно тягучая карамель в леденцах.

Каким-то невероятным образом Дженнифер удалось скрыть синюшные круги под глазами, которые заметно уменьшились с момента моего незапланированного отпуска, но до конца так и не исчезли. Розовые румяна подчеркнули и смягчили острые скулы, прибавив свежести уставшему лицу.

— Дженнифер, если тебе вдруг надоест юриспруденция, то можешь смело подаваться в визажисты или стилисты. С твоими навыками в искусстве макияжа ты будешь востребована и никогда не останешься без работы.

— Подхалимка, — Дженнифер цокнула языком и улыбнулась моему отражению в зеркале. На самом деле она была очень довольна полученным результатом. — Ну а теперь ты готова сразить весь мир своей красотой?

— Знаешь, да! В этом потрясающем платье, с шикарной причёской и макияжем — я могу свернуть горы, — я подошла к сестре и, обняв за талию, взглянула на своё отражение. — Ну разве скажешь, что эта чертовски привлекательная девушка, которая смотрит на нас тобой в зеркале — никчёмная замухрышка Хлоя Дэвис.

— Эй, ты сейчас получишь по лбу, — возмутилась Дженнифер. — Вот только причёску не хочется портить.

— Сестрёнка, спасибо тебе огромное за помощь в создании моего потрясающего образа. Знаешь, ты и тут оказалась права. В таком наряде я, действительно чувствую себя более уверенно. Теперь мне совершенно нестрашно идти на дурацкий вечер выпускников. И кажется, что сегодня я могу сравниться красотой с Софией.

Дженнифер фыркнула, закатив глаза: — Я тебя умоляю! Ты в тысячу раз прекрасней своей подруги. И не только сегодня. Милая, моя Хлоя, красота не исчисляется ухоженными волосами, умелым макияжем или дорогой одеждой. Красота человека заключается в его добром, отзывчивом сердце, — при этих словах сестра положила ладонь мне на грудь и улыбнулась.

От переполнявших эмоций я чуть не расплакалась. Но тут же взяла себя в руки и сдержалась. Не хотелось портить макияж, над которым так старательно трудилась Дженнифер. И чтобы я только делала без своей старшей сестры? Даже не представляю.

— А теперь иди и повеселись там, как следует. Домой ночевать можешь не приходить, — Дженнифер лукаво подмигнула и шлёпнула меня по заднице.

Я спускалась по лестнице, предвкушая увлекательный вечер в обществе друзей и бывших одноклассников. Преображение из гадкого утёнка в прекрасного изящного лебедя прошло по высшему разряду, что придало мне недостающей уверенности в себе. Папа вышел из своей мастерской, чтобы оценить мой внешний вид. Сказав, что я выгляжу сногсшибательно, он поцеловал меня в лоб и пожелал хорошо провести время.

Выйдя из дома на улицу, меня сразу же обдало жарким влажным воздухом. Погода продолжала бить рекорды максимальных значений температур, что было совершено не свойственно для умеренного климата Чикаго. Мне даже не пришлось прикрывать оголённые плечи палантином или лёгкой кофточкой — настолько жарким и тёплым выдался вечер в середине июля.

С моих губ не сходила счастливая улыбка, пока медленным шагом я двигалась в сторону дома Эйдена и Софии. Мне так давно не доводилось надевать обувь на каблуках, что первые пару метров я шла пошатываясь и спотыкаясь. Но быстро освоившись и вспомнив все навыки ношения шпилек, преодолела расстояние до дома друзей за десять минут.

Накануне мы договорились, что поедем на встречу выпускников вместе. Эйден посчитал, что наиболее оптимальным вариантом будет отправиться не на такси, а на своей машине. Чтобы в любой момент не задерживаясь можно было уехать домой. У Софии шёл восьмой месяц беременности, и хотелось максимально обезопаситься от непредвиденных ситуаций.

Оказавшись у дома друзей, я тихонько постучала в дверь и нервно вздохнула. Меня накрыло чувством волнения и трепетного возбуждения от предстоящей встречи с Эйденом. Интересно, заметит ли он моё преображение?

Спустя пару мгновений входная дверь распахнулась. Передо мной предстал Эйден во всём своём очаровании и притягательной красоте. Светлые волосы были зачёсаны назад, но одна непослушная прядка выбилась из причёски и падала ему на лоб. Для сегодняшнего торжества он выбрал светлые брюки, которые плотно облегали упругие бёдра и ягодицы. Рубашка из тонкой ткани нежно-голубого оттенка обтягивала его подтянутое тело. А на левой руке виднелся блестящий циферблат дорогих часов. Замшевые туфли из мягкой кожи были подобраны в тон ремня, который опоясывал узкую талию.

Так как вечер встреч с выпускниками не являлся деловым обедом и носил неофициальный характер, Эйден позволил себе расстегнуть пару пуговиц на вороте рубашки. Я невольно задержала взгляд на оголённом участке кожи, который был доступен для обозрения, и нервно сглотнула. Смутившись, я опустила глаза в пол и лишь спустя пару мгновений смогла вернуть самообладание.

Увидев меня, Эйден прикрыл глаза ладонью, словно защищался от яркого света и радостно воскликнул: — Боже мой, я сейчас ослепну от этого невероятного свечения! Неужели сама звезда спустилась с небес к нам на землю. Хлоя, я даже не сразу узнал тебя. Выглядишь, потрясающе!

— Спасибо, Эйден! — выдохнула я с волнением в голосе. От комплимента, сказанного немного в шутливой форме, захотелось растечься лужицей у его ног. Эйден внимательно разглядывал меня с нескрываемым восхищением в глазах. Совсем как в первые дни нашего знакомства. Сейчас мне казалось, что те несколько замечательных дней, проведённых с Эйденом, происходили не наяву, а во сне. Но я была готова отдать всё на свете, чтобы ещё раз удостоиться восхищённого взгляда невероятных зелёных глаз. И сегодня мне удалось это сделать.

Примерно так выглядел наряд Хлои:

А так выглядел Эйден: