Мой друг

- Так значит Раевский?

Способность говорить покидает меня так же внезапно, как и изменившееся выражение лица Артёма. Теряюсь, не в силах ни то чтобы сказать хоть что-то, даже пошевелиться не могу. Лишь ощущаю, как растет температура воздуха, вызывая жар во всем теле. Щеки горят, и осознание этого распаляет по-новой. А в момент, когда он поворачивается и без труда считывает мое раскачавшееся состояние, не выдерживаю и срываюсь в ванную.

Умываюсь холодной водой, остывая и обретая возможность свободнее дышать. Этот собственнический взгляд, которым прожег напоследок, не выходит из головы. Как он смеет? Среди тысячи терзающих мыслей, цепляю главную - спокойно сообщить о своем решении пойти на свидание с Сашей Раевским. А что? Ему же без разницы, и нечего так на меня смотреть, если не собирается ничего предпринимать!

Поднимаю голову, в попытке оценить свой внешний вид, и тут же испуганно подпрыгиваю на месте, оценивая вместо этого вид Артёма, что стоит позади меня.

- Чего убежала?

- Душно стало, - выдавливаю глухо, не успевая подумать.

- Понимаю, мне тоже, - смотрит исподлобья, даже не пытаясь скрыть ехидную улыбку.

- Чего ты хочешь?

- Я? - хмыкает. - Всего-то спросил о твоих планах, могу же поинтересоваться?

- Можешь. Не видела смысла отказываться, узнаю его получше, - неуверенно пожимаю плечами, пряча глаза.

- Мм, понятно. Ну хорошо, - будто дает мне разрешение. - Думаешь, что-то изменится? Он же тебе неинтересен, - говорит со знанием дела.

- К чему все эти вопросы? - вспыхиваю недовольно, поворачиваясь к нему лицом.

Артём двигается в мою сторону, но замечая ужас в глазах, меняет траекторию и присаживается на край ванны.

- Может я хочу помочь подруге, - отвечает многозначительно, приводя меня в замешательство.

- Помочь?

- Целоваться умеешь?

- Умею! - загораюсь тут же.

- Тот нелепый поцелуй не в счет, что это вообще было? - смеется ненавязчиво. Отталкивается и медленно подходит ближе.

Не успеваю дернуться, как ловит за талию, прижимая ближе и меняя нас местами. Обхватывает за шею, смотрит в глаза, словно ищет в них согласие, скользит взглядом к губам, закусывая свои. Забываю, как дышать. Кажется все процессы в организме замедляются, лишь сердце оглушительно тарабанит в предвкушении. Не дожидаясь его остановки, сокращает расстояние и целует...

Невозможно даже сосчитать, сколько раз я представляла в красках этот момент, разгоралась от одной только мысли о том, что могла бы ощутить, но то, что происходит сейчас... Это взлет на космическую высоту, стремительное падение и с каждым следующим движением его губ очередной подъем. А когда он вскользь касается языком и следом проникает глубже, меня разбивает на части, осыпая вселенную звездным дождем. Он летает со мной, обмениваясь дыханием и не только. Это беспрерывный поток энергии, который заполняет каждую частицу души.

С трудом отрываюсь, жадно хватая воздух, и снова рвусь к своему источнику энергии. Время течет мимо нас, путая секунды с минутами, лишь отбирая кислород, которого все время критически мало. Артём разрывает поцелуй, спасая от потери сознания, и шепчет с улыбкой в губы:

- Дыши.

Спойлер:
Каждое его прикосновение ощущается как первое.
Для него это привычные ничего незначащие действия, а для меня..
иллюзия того, что он рядом.

Милана

- Сегодня мы поговорим об индивидуальных особенностях человека. Темпераменте, характере, способностях, - озвучивает новую тему Мария Александровна.

Психология один из моих любимых предметов. И это не потому, что наш учитель - по совместительству моя родная тетя.

- Талант - высшая степень развития способностей. В понятии таланта обнаруживаются два значения. Первое обозначает...

Артём: «Макеева, ты осознаешь насколько талантлива?»

Милана: «???»

Артём: «Ты очень талантливо выносишь мне мозги ;)»

Милана: «🖕»

Артём: «Фу, как некультурно...»

- Существенно важный фактор развития способностей человека - устойчивые специальные интересы. Специальные интересы - это интересы к содержанию определенной области человеческой деятельности, которые перерастают...

Артём: «Хмм... А может ты просто очень заинтересована во мне? ;)»

- Господи, какая же нудятина... - скулит под боком Вероника - моя лучшая подруга.

- Ты просто не любишь психологию, - улыбаюсь ей.

- Да кому она нужна? Все итак понятно. Если парень тебя хочет, он... - косится на мой телефон, затем переводит взгляд на Артёма. - Строчит тебе пошлые смски, - подмигивает Ника.

- Тише! - вспыхиваю тут же, пробегаясь глазами по классу в надежде, что никто нас не слышит. - Ничего он не хочет...

Артём: «Молчание - знак согласия?»

Милана: «Если бы ты внимательно слушал, то понял, что речь идет о профессиональном интересе к трудовой или учебной деятельности🤓»

Артём: «🥱»

- Да ладно... Поэтому вы тусуетесь вместе двадцать четыре на семь и всюду зажимаетесь? - иронизирует подруга.

- Мы вообще-то друзья! Лучшие, вот и тусуемся... И ничего мы не зажимаемся!

Ника многозначительно хмыкает, доставая из кармана телефон.

- Так-так... Посмотрим, что тут у нас вчера выложила скромница Милана, - открывает Realgram* и начинает листать мою ленту.

Прикрываю лицо рукой, пытаясь скрыть смущение. Пока она копошится в телефоне, набираю сообщение Тёме.

Милана: «И да, я ооочень заинтересована. Например, мне дико интересно, как долго ты сможешь прожить без самого ценного для тебя органа!»

Артём: «Пфф, не очень остроумно. Попробуй еще»

Милана: «При потере крови более 150 мл/мин смерть наступит в течении 15-20 минут. Ставлю сотню, ты не проживешь и секунды!»

Артём: «Зубрила»

Артём: «Твои будущие пациенты не будут рады таким заявлениям ;)»

Вечно подкалывает меня по поводу моего маниакального рвения поступить в медицинский. Но он даже не догадывается о том, что послужило истинной причиной выбора будущей профессии...

В седьмом классе его нехило поколотили старшаки, и я первой оказалась рядом, когда на нем фактически не было лица. Ну, мне на панике так тогда показалось. На самом деле расшибли бровь, разбили нос, в результате чего было много крови.

Я сокрушалась о том, что не знала, как оказать первую помощь, не могла ничем помочь, разве что позвонить родителям. Еще и отгребла за свои действия и за то, что, как он выразился, сую нос не в свое дело. В итоге мы разругались, и по приходу домой я всю ночь шерстила Ютуб на эту тему, а в моей сумочке появились бинты, пластыри, перекись и зеленка-карандаш.

- Оууу... - тянет подруга, добравшись до моего аккаунта в соцсетях. - Вот мы кривляемся на камеру, вот.. он что, задницей светил на улице?? Ладно, дальше.. ой, как мило, обнимаются голубки...

- Я просто замерзла!

- Ну да, ты постоянно с ним мерзнешь, - издевается все еще моя подруга. - А тут запрыгнула на него, чтобы получше согреться? А как он тебя за задницу держит! Вы чеее, сосались? Нифига не видно за капюшонами, - таращится на меня.

- Нет конечно! Мы просто прикалывались...

- Как и всегда. Ладно, ладно, продолжай отрицать, - пихает в бок.

А я не знаю куда деться от стыда. Пылаю, наверно, как новогодняя елка.

Артём: «Заеду в 21:00»

Артём: «21:ОО»

Артём: «Не в 22, не в 21:59, не в 21:30 и даже не в 21:01»

Артём: «А в 21:ОО!!!»

Ну и что, что я постоянно опаздываю! Тоже мне, педант!

- Соколов Артём, понимаю, что в телефоне куда интереснее, чем у нас на уроке, но не могли бы Вы рассказать нам, почему гениальность - это образ, созданный почитателями или потребителями таланта?

Артём медленно поднимается, стреляя в меня быстрым взглядом и расплываясь в улыбке.

- Гениальность - это такое понятие, которому невозможно дать логически законченное определение. При разработке проблемы гениальности возникает множество вопросов. Этому есть несколько причин. Первая: гениальность - это неисчерпаемый объект философской рефлексии, в который философия...

- Достаточно Соколов, это будет следующая тема урока, садись, - обрывает его учитель, косясь на меня.

Делаю максимально невозмутимое выражения лица. Как только перестаю быть объектом наблюдения, снова достаю телефон.

Милана: "И кто еще зубрила!"

Артём: "В 21:ОО!!!"

- Так шарит в психологии, но нихрена не разбирается в девушках, - вздыхает Вероника. - Ну идиоту же видно, что ты в него влюблена...

- Это потому, что ты знаешь. И только ТЫ! - делаю акцент на последнем слове, напоминая в очередной раз, что этот секрет необходимо унести в могилу.

С ума сойду, если кто-то узнает. Особенно ОН.

- Уверена, что как только он узнает, ваши отношения перейдут на новый уровень, - заявляет подруга.

- Или разрушатся...

Это же я, как она говорит, провожу с ним двадцать четыре на семь и вижу, кто я для него.

Мы дружим с первого класса. Я в мельчайших деталях слышала описываемые им эмоции о первом поцелуе. Естественно, не со мной. Благо, что подробностями о первом сексе не делился, этого бы я не пережила. Хм, а может его и не было? Надо спросить.

Хотя... Нет. Бред. Ему в декабре восемнадцать стукнуло, и он явно не асексуал. Именно я иногда играю роль его девушки перед назойливыми поклонницами. Хотя в нашей гимназии все отлично знают, что мы только друзья.

Я так давно в него влюблена, что уже даже и не вспомню, когда это случилось. Возможно в один из моментов, когда он защищал меня перед другими мальчишками. Или, может быть, когда поддерживал, утирая сопли, после трагической смерти бабушки. А может в тот момент, когда он познакомился с моей мамой, оказавшись впервые у нас в гостях. Как он мастерски тогда помогал нарезать салаты, не забывая отвешивать матери комплименты, аж сама заслушалась.

Нет, я никогда и ни за что не признаюсь ему. По крайней мере до тех пор, пока не буду на все сто процентов уверена во взаимности. Не представляю, что могу потерять нашу дружбу.

Мои мысли прерывает звонок, оповещающий об окончании учебной недели. Впереди выходные, и сегодня мы идем на вечеринку, которая состоится на даче у парня из параллельного класса. В предвкушении вечера улыбаюсь, прикидывая в голове, что сегодня надену.

Уже на выходе из класса меня окликает наш учитель. Подаю Артёму знак, чтобы ждал, и возвращаюсь назад.

- Мила, как мама? - интересуется тетя.

- Все нормально, приходит в себя и возвращается к привычной жизни, - пожимаю плечами.

- Она мне сегодня звонила, я приду к вам на ужин, ты же дома будешь?

- Вообще мы сегодня встречаемся с друзьями... - тяну я, не желая менять планы.

- Ну ладно, может оно и к лучшему, поболтаем с ней с глазу на глаз. Не перемывать же при тебе косточки твоему отцу, - смеется беззаботно.

- Точно, - соглашаюсь с ней.

На самом деле мне абсолютно все равно.

Он загулял со своей ассистенткой, укатив с ней на моря в Новый год под предлогом срочной рабочей командировки. В день, когда мать узнала, в доме стоял такой ор, что стены дрожали. А после мы с мамой пили вино, "паковали" его вещи и, не сдерживаясь в выражениях, словесно стелили ему скатертью дорожку. Ну, точнее я была невольным свидетелем всего этого истерического безумия. А после уже утешала мать всевозможными словами. Хорошо, что сестры не было дома, она тогда гостила у тети. Хоть у нас с ней и небольшая разница, всего два года, ей это видеть было никчему. Ей всего шестнадцать и она у нас сложный ребенок, подростковый кризис никак не утихает и даже, кажется, прогрессирует.

- Тогда до встречи, не смею задерживать, - улыбается понимающе.

- До встречи, - отвечаю в том же тоне.

Вылетаю из класса, натыкаясь на друга.

- Говорили обо мне? - интересуется самодовольно.

- Не много чести?

- А я думал, будет хвастаться своим лучшим учеником, - заявляет, задирая нос.

- Пойдем, лучший ученик, - толкаю в спину самовлюбленного болвана.

Садясь в машину Тёмы, достаю телефон, открывая смс от мамы.

- Нееет, - тяну расстроенно.

- Что там? - спрашивает друг, пристегиваясь.

- "Доча, у нас сегодня гости, будь дома", - читаю вслух.

- Я отказываюсь идти без тебя.

Милана: "Мааам, я же тебе говорила, мы собираемся у ребят"

Мама: "Во сколько? Твоя тетя приходит в 6"

Милана: "Отлично, успею и с вами посидеть, я ухожу в 9"

- И не пойдешь, - улыбаюсь довольно, пряча телефон в сумку.

- Супер! - радуется Артём, хлопая меня по бедру, а затем.. не убирает руку.

В салоне авто тут же становится душно, стараюсь дышать ровно, натягивая на лицо самую невозмутимую маску. По телу пробивают тысячи игл, стремясь к области сердца.

Каждое его прикосновение ощущается как первое. Для него это привычные ничего незначащие действия, а для меня.. иллюзия того, что он рядом. Не как друг, а как что-то большее. И хоть я и понимаю, как обстоят дела на самом деле, это не мешает мне наслаждаться и таять в его руках.

Кто-то посчитает меня распущенной, но я такая только с ним, и делаю все для него. Одеваюсь для него, крашусь для него, позволяю себя обнимать, целовать, жаль, что только в щеки... Хотя какой там щеки! Мое лицо обцеловано им уже тысячу раз, каждый сантиметр, кроме губ...

Но мне и этого достаточно. Так я обманываю себя изо дня в день.

Достаю телефон, делая кадр его руки на моей ноге.

- Ну нееет, ты опять? Как у тебя еще память на мобиле осталась?

- Я скидываю на комп, - улыбаюсь довольно.

- Врач-фотограф, прямо как профессионал-универсал, - заключает с важным видом.

- Фотография - это хобби. И не нуди. Если бы не я, у тебя бы даже авки не было. А так вон какой альбом тебе забацала, от девчонок отбоя нет.

- Это все моя харизма их тянет как пчелок на мед, - хвалится Казанова несчастный. - Кстати... Там будет одна пчелка... Нам бы как-нибудь намекнуть ей, что все, харэ, мед просрочен, пора отлипнуть бы... - делает несчастную гримасу, кривясь и выискивая во мне поддержку.

Донжуан доморощенный!

- Нам? - возмущаюсь, задыхаясь.

- Сложно что ли? По старой схеме, план рабочий же!

- Она что, не из нашей гимназии?

- Не, залетная пташка, тебя не знает, - убирает руку с моего бедра, обхватывая руль и входя в резкий поворот на дороге.

- Пчелка...

- Что? - смотрит недоумевающе.

- Пчелка твоя залетная, а не пташка!

- А че кипишуешь то так? - косится подозрительно.

Черт. Еще не хватало истерику тут поймать и вывалить все, что в душе кипит. Быстро включаю мозговую активность, как бы съехать удачно. Но ничего стоящего не приходит на ум, кроме как...

- Планы свои может были, не думал? Там же не только пчелки залетные будут. Мужские особи тоже наверняка слетятся.

- Таааак, - тянет выжидающе.

- А что? - на секунду задумываюсь, а что, если..ревнует? Как я сразу не додумалась спровоцировать!

- Да просто.. ты не рассказывала. Нравится кто? Фейсконтроль то не пройден. Покажешь - решу. Я то в людях разбираюсь, - подмигивает довольно.

Разбирается он... А во мне почему не догадываешься разобраться?

Я расстроена. Идиотка. Какая там ревность? Я ему все равно, что сестра! Хотя сестер так не обнимают... Подруга и точка. Никаких кавычек, которые я бы с усердием стерла с лица земли. Приложила бы все усилия, если бы был на них намек.

- Лады, давай так. Приходим, тыкаешь пальцем, проверяем твоего кандидата. Если не годен, выдаем отсрочку и переключаемся на мою пчелку. Годится?

- Годится...

До дома молчим, минут пять осталось ехать. Не трогает меня и дает остыть, так всегда происходит, когда я чем-то недовольна. Подъезжая к дому, хочу разрядить обстановку, дабы стопроцентно отвести от себя подозрения.

- Везет тебе, на тачке гоняешь уже, тоже хочу...

- Подрасти малышка, - улыбается довольно.

- Вообще-то мне уже исполнилось восемнадцать! - бурчу обиженно.

- Цифра в паспорте еще не делает тебя готовой "гонять", - выделяет последнее слово.

Вообще, я и не собиралась в автошколу, но сейчас вдруг резко захотелось...

- Приехали, ходи сюда, - приглашает в объятия, разводя руки.

Отстегиваю ремень и прижимаюсь к нему, прикрывая глаза и наслаждаясь моментом. Тяну воздух, кайфуя от его запаха. Охрененные духи, сама выбирала.

- Стоп, стоп, это что? - отодвигает меня, смотрит недоумевающе.

А у меня язык к небу прилип, он что, почувствовал, как я его нюхала??

- Ччто? - голос предательски дрожит.

- Не понял, чем ты пахнешь? Где моя клубничка?

- Ааа, да закончился гель для душа, у мамы взяла другой.

Облегчение разливается по телу. Стресс отнял последние силы, и сейчас ощущаю себя, как после пробежки пятикилометровки. Ноги ватные, надеюсь смогу выйти из машины, не растянувшись на асфальте на своих каблуках. Не самые удобные ботинки, но Тёме нравятся.

- Ну нееет, так не пойдет. Скинешь фотку, куплю годовой запас.

- Не надо, я уже заказала парочку.

- Подставляй щеку.

Приятно когда он такой. Заботливый, внимательный, чуткий и ласковый...

Быстро чмокает меня, снова прижимая, и двигается к уху, щекотя отросшей щетиной.

- В двадцать один ноль ноооооль, - шепчет, отрезвляя.

- Да поняла я, поняла, - чмокаю его в щеку, оставляя на ней помаду.

Обычно стираю ладонью след. Да и вообще.. специально крашу губы, чтобы потом провести рукой по его коже, убирая остатки помады или блеска. Но сегодня хочу, чтобы увидел в зеркале и вспомнил обо мне.

Выскакиваю из машины, благодаря земную гравитацию, что устояла на ногах, и резво переставляю ноги с грацией кошки к двери своего дома.

Машу на прощание рукой и, не дожидаясь ответа, залетаю во двор, прислонясь спиной к калитке. Телефон тут же вибрирует. Улыбаюсь, понимая от кого смс.

Артём: "Ми, фотка"

Милана: "???"

Артём: "Клубничка, твой гель для душа"

Залезаю в инет, сохраняя картинку спелой клубники и, довольная собой, отправляю ему.

Артём:"👌"

И только сейчас слышу звук колес отъезжающей машины.

А следом шлю фотку, что сделала в авто:

Realgram

Милана Макеева:

_____

Realgram* - выдуманная социальная сеть.

Спойлер:
- Что мне сделать? - шепчу взволнованно.
- Просто продолжай, - хрипит,
глядя на меня. - У тебя неплохо получается.

Милана

- Я тебе кричу уже десять минут, - отчитывает мама, стягивая с меня наушники.

- Прости мам, Асти* кричала громче, - стучу пальцем по уху. - Я домашку делаю, что ты хотела? - интересуюсь лениво.

- Нужна твоя помощь на кухне, ты же не забыла про ужин? Домашку сделаешь и завтра, впереди выходные.

- Завтра мы идем с Тёмой на каток, в воскресенье - приставка. Все расписано, - развожу руками.

- Сегодня - помощь с ужином, завтра - уборка в комнате, а в воскресенье - уроки, - диктует «мои» планы на выходные.

Не люблю, когда она так делает... Решает все за меня, словно я ребенок. Мысленно считаю до пяти, выдыхаю и продолжаю уже спокойно:

- Все именно так. А я разве сказала по-другому? - иронизирую, изображая недоумение.

Скидываю наушники на стол, захлопываю учебник и быстро шагаю на кухню.

- Нарежь черри на «Цезарь», курицу я уже обжарила. Сможешь доделать салат? - летит в спину.

- Угу...

Принимаюсь за готовку, жалея, что не захватила наушники с собой. Мама ставит в духовку замаринованный лосось и принимается за овощную нарезку.

- Мариша будет через сорок минут. Как раз и Алина вернется с французского.

- Угу...

- Как дела в гимназии? - не теряя надежд разговорить меня, пытается завязать диалог.

- Все хорошо. Электронный дневник расскажет тебе все в мельчайших деталях.

- Я знаю твои оценки, не о них сейчас... С учителями как? Как.. со сверстниками? - вкрадчиво интересуется мама.

- У меня все хорошо, мам. Что за допросы?

- Да не допросы, я просто.. просто спрашиваю. Ты такая взрослая уже у меня... Мы могли бы обсудить какие-нибудь важные темы...

Под ее словами «какие-нибудь» слишком явно маячит очевидный конкретный вопрос. Но я усердно продолжаю тереть пармезан и сохранять при этом невозмутимость лица.

- Например, о мальчиках...

Бинго! А мы все ходим вокруг да около.

- Маам, - тяну предупреждающе.

- Что «мам», ну а кто тебе подскажет, объяснит, убережет от...

- Мама! Эра информационных технологий! Гугл мне в помощь! Да и вообще.. у меня есть Тёма, помнишь? Он и убережет, - обрываю ее на полуслове.

- От себя бы уберег... - вздыхает обречено.

- Кажется, он только это и делает, - тихо бурчу себе под нос.

В попытках закрыть неприятную тему, хочу сбежать с кухни как можно скорее.

- Так, я все, что еще сделать?

- Давай накроем на стол.

Расставляю тарелки, кладу столовые приборы, пока она достает стаканы и два бокала. Конечно же для себя и тети.

- Все? - спрашиваю нетерпеливо.

- Да, беги...

В надежде успеть закончить с уроками, спешу к себе в комнату. Стоит открыть учебник, как прилетает смска от Ники.

Вероника: «Какое?»

Листаю ее фотки в разных платьях, отмечая, что все они достаточно откровенные. Смеясь, советую надеть самое открытое.

Вероника: «Я тоже его хотела! Спс😘»

Открываю макбук и натягиваю наушники, собираясь выбрать музычку. И.. колеблясь пару секунд, кликаю на самый востребованный ярлык на моем ноуте - галерею. На автомате вбиваю зазубренный пароль, что позволяет залезть в скрытую папку.

Листаю фотки Артёма, которые делаю уже на протяжении нескольких лет. О существовании половины из них он даже не знает...

Например, о тех, что я делала, когда он засыпал под мое монотонное чтение вслух. Или вот - он готовит нам попкорн к фильму, пока я жду его за барной стойкой у него дома.

Потеряв счет времени, подпрыгиваю на стуле от стука в дверь и быстро хлопаю крышкой ноутбука.

- Маришка пришла, пойдем, - зовет мама, косясь на мою ладонь, что с излишним усердием давит на лэптоп, охраняя свою собственность.

- Иду, - тараторю растерянно.

Обстановка за столом более менее спокойная. Линка сбежала к себе в комнату спустя минут пятнадцать, мне так шустро слинять не удалось, пришлось дождаться десерта.

Через час я уже выбираю наряд на вечер. Останавливаюсь на черном облегающем платье до середины бедра с тонкими бретельками и открытым вырезом. Благодарю вселенную, что оно уже отутюжено, и отправляюсь в ванную.

Пока принимала душ, на телефон прилетела фотка от Тёмы.

Артём: «Готовятся к слету гостей»

Милана: «Ты уже там???»

Артём: «Не кипишуй, скоро выдвигаюсь за тобой»

В запасе полтора часа и мне их едва хватает, чтобы закончить со сборами. На часах 20:59. Горжусь собой, что в этот раз мне удалось собраться вовремя. Пока дело не доходит до выбора украшений...

С кухни доносится голос Тёмы, видимо мама успела открыть дверь. Нервная дрожь усиливается, в груди предательски шумно стучит, намереваясь раздробить мои ребра. Буквально слышу участивший ритм сердца, что бешенной пульсацией отдается в висках.

Провожу трясущимися руками по талии, придирчиво сканируя свою зеркальную копию. Снова возвращаюсь к бижутерии, торопливо перебирая подрагивающими пальцами.

Дверь за спиной с шумом распахивается. Бросаю быстрый взгляд перед собой, встречаясь с темными глазами в отражении зеркала. По телу пробегают мурашки, заставляющие содрогнуться все тело. Артём скользит цепким взглядом от головы до ног и снова возвращается к глазам. Не теряем зрительный контакт на протяжении его короткого пути ко мне.

- Вау... - тянет друг, продолжая откровенно рассматривать меня, - Ты даже успела вовремя, - смотрит на ручные часы. - Если бы вышла из комнаты восемь минут назад.

Хочу что-то сказать, но язык словно отсох. Пытаюсь взять себя в руки, вернуть себе невозмутимый вид, ведь каждый раз мне это с трудом, но все же удается.

- Чего так дрожишь? - обхватывает руками мои голые плечи, продолжая стоять у меня за спиной. Склоняет голову ниже и смотрит куда-то вниз. В груди детонируют оглушающие взрывы, подобные вспышкам ярких фейерверков. Он что... собирается поцеловать меня в шею?? - Сколько цацок... Хватай эти и погнали, - едва заметно кивает на стол и отпускает меня.

А нет, показалось... Всего-то рассматривал мои "цацки".

Делаю глубокий вдох, следом выдох, цепляю черный кулон на подвеске, часы с серебряным браслетом, снимаю телефон с зарядки и, закидывая все в сумку, направляюсь за Тёмой в сторону звуков оживленной беседы на кухне.

- «Милка» для Милки, - шутит Тёма, указывая на шоколадную плитку с фундуком, что оставил на столе.

Усмехаюсь, закатывая глаза к потолку. Если бы я хранила все эти шоколадки, что он мне приносит, можно было бы забить ими всю нашу кладовку. Утрирую конечно...

- Ты же знаешь, что я их не ем, зачем покупаешь? - не успеваю взять сладкий подарок, как ее хватает непонятно откуда нарисовавшаяся Линка.

Я ее даже не заметила здесь. Да что там, я вообще никого вокруг сейчас не вижу!

- Я давно догадалась, что ты носишь их мне, - заявляет сияющая сестра, обращаясь к другу.

- Может тогда будешь клубнику? - играя бровями, произносит парень и кивает на лоток свежей ягоды, за которую уже принялись домочадцы.

- Бери, пока мы все не съели, уже мытая! - навеселе щебечет мама.

- Спасибо, - смотрю на Тёму, смущаясь, и закидываю клубнику в рот.

- Ладно, мы пошли, - хватаю друга за локоть, таща к выходу.

Оказавшись в машине, чувствую, что градус неловкости начинает расти. Отбрасываю мысли в сторону, стараясь расслабиться. Друг заводит двигатель и включает мне обогрев сидения, за что я несказанно благодарна.

- Миха предложил мне остаться с ночевкой, - разрывает повисшую между нами тишину, сложившуюся на протяжении половины пути.

- Ну ничего, закажу такси.

Давлю в себе прогрессирующую волну ревности, предполагая, как он проведет эту ночь. Надо бы постараться отшить эту его пчелку... Проблема в том, что это не исключает вероятности того, что он без проблем тут же найдет другую.

- А ты не останешься? - интересуется равнодушно.

Зачем? Зачем мне оставаться в малознакомом доме с ночевкой? Смотреть, как к нему липнут девчонки? Нет уж, спасибо. Да меня никто и не отпустил бы...

- Нет, мне в двенадцать нужно быть дома, - пытаюсь оживить свой поникший тон.

- Могу совсем не пить и отвести, - предлагает, не задумываясь.

- Да нет, не парься.

И снова образуется тишина, в течении которой я с повышенным интересом рассматриваю свои руки.

Да что со мной сегодня?

Я же давно научилась контролировать свои чувства рядом с ним! Ну, точнее не дрожать как кролик. Не оставлять ему шансов залезть мне в голову и понять, что там творится. А творится там... война миров, настоящая битва титанов! Мне безумно хочется на одном дыхании все ему выложить, признаться, что давно влюблена, и в то же время боюсь этого больше смерти!

- Кстати, прикольное платье, для залетного старалась? - щурится, бросая быстрый взгляд в мою сторону, и снова возвращается к дороге.

Да уж... Для залетного. Я даже забыла о том, что наплела ему сегодня про свои наполеоновские планы охмурить кого-то.

- Угу... - все, что могу выдавить из себя.

- Ммм, - размышляет о чем-то своем. - Ну пойдем, приехали.

Стоит открыть дверь частного дома, как нас сбивает с ног сумасшедший вайб безумия и драйва, сопровождаемый громкими битами. А еще даже десяти нет!

И так выглядит практически каждая тусовка в этом году. Как никак выпускники. Типо взрослые. Пытаемся оторваться напоследок своим привычным составом, перед тем как нас разбросает жизнь по университетам в разных уголках земли. Далеко не каждый хочет остаться в Краснодаре, многие метят на Москву, Питер и даже Ростов. Лишь бы не дома. Рвутся из-под родительской опеки с завидным энтузиазмом.

Я и сама планирую поступить в московский универ Пирогова, и домашние меня в этом поддерживают, главное получить высокий балл на экзаменах. Да и старший брат тоже учится в Москве, не окажусь одной в незнакомом городе.

Из динамиков доносится знакомая песня Холидей-бой и народ оживляется. Девчонки активно подпевают, доказывая всеми своими движениями, как сильно малышки хотят движа*. Раскрепощено танцуют, не ограничиваясь обычными покачиваниями, резво виляют задницами, привлекая взгляды довольных парней.

- Ооо, чувствую сегодняшняя пирушка будет запоминающейся, - орет на ухо Тёма и тащит меня вглубь дома. А я вдруг вспоминаю, что так и не надела свои украшения.

- Подожди! Мне надо в туалет, - кричу в ответ.

- Да бля.. ладно, я буду там, - тычет в самый центр скопления народа.

Ну еще бы... Бегу в уборную, здороваясь по пути со знакомыми лицами. Попутно отмечаю откровенность нарядов женской половины здешнего сборища. Но я и сама выгляжу отпадно, оценивающие взгляды парней не дадут соврать.

Около туалета успела скопиться очередь, а это только начало тусовки! Ситуацию не спасает даже то, что некоторые девчонки ходят по парам. Ладно, не так уж сильно и хотелось, решаю вернуться сюда позже. Достаю из сумки кулон, ловко застегивая на шее, следом идут часы. Немного поразмыслив, решаюсь обновить помаду, склонясь в сторону ярко-красной, блеск в сумочке упорно не замечаю. Отрываюсь от маленького зеркальца на пудренице, ощущая пристальное внимание. Меня прожигает пренебрежительным взглядом стройная брюнетка, намеренно толкая плечом и презрительно хмыкая.

Это еще что за стерва?

Да и хрен с ней. Возвращаюсь назад, выискивая в толпе друга. Пока направляюсь в его сторону, отмечаю, как он круто смотрится в новых черных джинсах и обтягивающей плечи белой футболке. Темные волосы небрежно торчат в стороны, в руке стакан, а на запястье черный браслет, что дарила ему на новый год.

Замечая меня, машет, подзывая к себе, и предлагает пузырящееся шампанское. Я уже знаю, что это будет единственный на сегодня бокал. И это не потому, что могу получить замечание от мамы о плохом примере для младшей сестры. Просто рядом с ним я боюсь слишком расслабиться и вытворить что-то такое, о чем буду жалеть потом всю оставшуюся жизнь.

Пообщавшись в компании друзей какое-то время, все начинают потихоньку рассасываться. Девчонки тянут потанцевать, но я сопротивляюсь, и мы с Тёмой перемещаемся в зал, где потише. Двигаемся в сторону большого дивана, на котором уже собралась часть ребят и о чем-то активно спорит.

- Тогда может в "правда или действие"? - выдвигает предложение Миша - хозяин дома.

- Ну нееет, надоело, - ноет его подружка под боком, - я тебе итак все расскажу, а может и сделаю, - смеется кокетливо.

- Ну не "бутылочка" же! - возмущается девчонка, которую вижу впервые. А тут не мало залетных, отмечаю про себя.

Протиснувшись между развалившихся парней, садимся с Тёмой рядом, продолжая наблюдать за дискуссией.

- Моя пчелка здесь, стоит прямо перед лестницей и смотрит сюда, - произносит Тёма, обдавая жаром ушную раковину. - Сделай вид, что я говорю тебе что-то безумно заводящее.

Мне даже не придется делать вид...

Его рука медленно скользит со спинке дивана, прямиком опускаясь мне на талию. Обхватывает крепче и прижимает к себе. А затем... Проводит языком от моего подбородка до самого виска, целуя в него напоследок.

Ох... Черт! Его движения уверенные и такие... распаляющие.

Господи Боже, хвала небесам, что у меня от природы чистая кожа, и я не вынуждена пользоваться тоналкой. Иначе даже не представляю, какая бы сейчас влажная взлетная полоса растянулась у меня на пол лица. Тяжело сглатываю, усмиряя разбушевавшиеся эмоции.

Дико хочется посмотреть на эту самую «пчелку», оценить, сравнить с собой, понять, что за типаж ему нравится. Не смотря на то, что знаю - он постоянно меняется. Хотя не скажу, что так уж часто... На моей памяти - это третья отвергнутая им девица, перед которой мне приходится играть роль его девушки.

Медленно склоняюсь к его лицу, пробегаясь ладонью по подбородку и тянусь... к уху.

- Что мне сделать? - шепчу взволнованно.

- Просто продолжай, - хрипит, глядя на меня. - У тебя неплохо получается.

Скольжу пальцами, едва касаясь кожи, плавно переходя от подбородка к губам. Ползу по нижней, отмечая ее мягкость и сухость, чувствую покалывание в тех участках, где мы соприкасаемся.

О Боже, когда еще мне удастся так беспрепятственно его трогать. Раньше такого себе не позволяла, видимо градус в крови добавляет решительности. Сейчас я даже благодарна его пассии за то, что предоставила мне такую возможность.

Он высовывает кончик языка, смачивая губу, и ненароком задевает мои пальцы. От неожиданности одергиваю руку и смотрю в его глаза, замечая промелькнувший в них странный блеск.

- Тёма, что это значит?? Это кто такая? - уязвлено пищит прилетевшая пчелка, принимая страдальческий вид.

А она ничего такая. И я ее видела прежде... Стерва около уборной.

В белом платьишке, словно ангелок, а на самом деле.. мегера, прикидывающаяся святошей. Хлопая ресницами, сверлит его обиженным мокрым взглядом, а меня - убийственным.

- Моя девушка, - отзывается лениво, прижимая меня крепче, продолжая поглаживать плечо.

Кожа покрывается мурашками. Мне одновременно и холодно и жарко, словно полюса столкнулись. Ощущения неописуемые. Я даже забываю, что на самом деле не являюсь его девушкой, меня это сейчас мало заботит. Я варюсь в этом сладком, тягучем кайфе, закипая от удовольствия.

- Охренел? - задыхается его ошарашенная бывшая подружка. Теряет свою ангельскую маску, оскорбленная его откровенным похеризмом. - А ниче, что ты пару дней назад валялся в моей постели?

Перевожу на него пораженный взгляд, «изображая» всем своим видом ревность и возмущение. На самом деле так и есть...

Крушительное падение с высоты, на которую он меня так легко превознес, является уничтожающим. Ребра щемит так, словно их раздробило на мельчайшие пазлы, которые я не приложу ума, как буду собирать воедино. Запоздало приходит понимание, что лучше уж так никогда не летать... Грозит губительными последствиями.

Мы не видим его подружку, не замечаем никого вокруг, обмениваясь многозначительными взглядами, которые говорят за нас вместо слов.

«Это правда?»

«Она не это имела ввиду»

«Не похоже на то»

__________

Асти* - певица Asti

«Малышка хочет движа»* - отсылка к песне исполнителя Xolidayboy.

Спойлер:
Да... Не так я представляла себе
свой первый поцелуй.

Милана

Отворачиваюсь, захлебываясь целой бурей одолевающих меня эмоций. В груди пылает, хочется согнуться, чтобы вытерпеть эту боль, но знаю, что это никак не поможет. И вроде глупо так реагировать, будто меня предали. Ведь это не так. Я лишь подруга, перед которой он в принципе не обязан оправдываться и отчитываться обо всех своих похождениях. Усмехаюсь своей безрассудной тупости.

Хочу сбежать, спрятаться, пережить это разрушительное падение в одиночестве, но вместо этого... Пробегаюсь по толпе глазами и указываю на первого попавшегося парня, стоящего у выхода из комнаты в кругу своих друзей.

- Это он.

Артём отслеживает мой взгляд, едва заметно дергается, достигнув обозначенной цели.

- Нет, нет и еще раз нет! - отрезает жестко. - Ты вообще знаешь, кто это?! - вспыхивает яростью.

- Да мне плевать, он мне нравится! - произношу упрямо, не собираясь отступать.

- Этот татуированный хрен?!

Его суровый и хлесткий тон заставляет усомниться в правильности своего выбора. Перенимая его обеспокоенность, лишь на мгновение стопорюсь. Но я не готова сдаваться. Мне нужно выплеснуть скопившийся адреналин, иначе разорвет. Здоровый рассудок сейчас в спячке. Во мне бушует страсть, злость, обида и ревность...

- Ничего не имею против тату. Да и ты, судя по всему, тоже, - наконец вспоминая о его подружке, с легкой усмешкой киваю в ее сторону, зрительно цепляя иероглифы на обнаженном бедре.

- Да не в этом дело! Я против. Категорически!

Что за наглость?? Еще смеет указывать, запрещать, решать за меня!

- А знаешь что... - задыхаюсь. - Ты и правда охренел!

Вскакиваю с дивана, резво направляясь в сторону «татуированного хрена», обхватываю его за шею и прижимаюсь своими губами к его.

Это нелепое столкновение ртами, а иначе никак не назовешь, длится от силы пару секунд. Да... Не так я представляла себе свой первый поцелуй. Да и рассчитывала, что это будет хотя бы приятно.

- Проиграла в спор? - в сознание врывается грубый голос.

- Нет... - бормочу растерянно.

- Какое-то задание выполняешь?

- Да нет же! - в моем тоне появляется твердость и даже злость.

- Тогда пошли, - заявляет решительно, обнимая меня за поясницу и сжимая пальцами верхнюю часть ягодиц.

- Стой, куда?? - испуганно упираюсь в грудь.

Несмотря на мои сопротивления, он продолжает сжимать только крепче и уверенно толкает на выход в сторону лестницы.

Паника нарастает, сердце стучит где-то в горле, перекрывая воздух и не давая возможности произнести и звука. За доли секунд успеваю осознать весь масштаб грядущих проблем и пожалеть, что просто не сбежала отсюда поплакаться дома.

Конечно... слезы же не для меня.

Не замечаю, как к нам подлетает Артём и дергает меня за запястье, вырывая из капкана наглых мужских рук.

- Она здесь со мной, - обращается к самоуверенному уроду, при этом не отводя от меня недовольного взгляда.

- А целует меня, - лениво подмечает парень.

- Мы уходим, - произносит твердо и тащит меня в коридор.

Я не сопротивляюсь лишь потому, что хочу оказаться подальше от пугающего меня человека. Стоит нам оказаться в холе, как я останавливаюсь. Пытаюсь выдернуть руку из пальцев друга, но он не отпускает.

- Я никуда не ухожу, даже одиннадцати нет! - упрямо задираю нос.

- Посрать, ты едешь домой.

- Я остаюсь!

Все же удается вырвать ладонь из захвата, а точнее, он позволяет мне это сделать. Давлю решительным взглядом, давая понять, что спорить со мной сейчас бесполезно.

Артём тяжело дышит, смотрит так, будто впервые меня видит и не узнает. Усмехается, заметно нервничая.

- Ты... Какого хрена ты творишь, Ми? Решила за один день попробовать все и сразу? Ты че, накидалась? Когда успела? - сыпет вопросами, глубоко раня своими упреками.

- Я выпила всего бокал, да и не важно это!

- Тогда че с тобой? - подходит ближе, заглядывая в глаза. Хочет прочитать в них правду. Но я продолжаю стоять на своем. Буду отражать удары один за другим.

- А с тобой? Я остаюсь.

Обхватываю себя руками, стараясь унять дрожь в теле. Меня заметно знобит, лихорадит как при тяжелом гриппе. И я понимаю, что за вирус гуляет в моей крови, стремительно поражая клетки. Но проблема в том, что я не знаю как с ним бороться, где взять лекарство. Потому что мой организм не способен с ним справиться самостоятельно... Иммунитета ноль.

- К нему не приближаешься, - отсекает жестко, делая акцент на каждом слове.

- А это не тебе решать.

- Ты даже не знаешь его, - говорит так, словно он сам знает. - И поверь, не хочешь узнать.

В его голосе полная уверенность. И мне сложно с ним не согласиться, я привыкла ему доверять. Но... это же не я буду, если промолчу, признаю свою вину и, самое страшное - сдамся.

- А может знаю и именно этого и хочу! - шиплю смело, противореча самой себе.

Между нами образуется звенящая тишина, даже музыка заметно стихает. Я тут же начинаю жалеть о том, что сказала, но поздно забирать слова назад. Оказывается, мне проще соврать, чем признать, что неправа? Или я так глушу свою боль, ударяя в ответ? В любом случае - это неправильно. Собираюсь признаться, что на самом деле это не так, и я лгу, как...

- Пиздец, - судорожно проводит ладонью по волосам, смотрит куда-то в сторону. - Хах, ну-ну. Он сейчас как раз направляется с рыжей на верхний этаж в спальные комнаты. Давай, скачи, будешь третьей!

Удар. Хлесткая пощечина. И бью не я, а меня...

Он стоит неподвижно, лишь грудь широко вздымается. Теряет дар речи также как и я. Эта словесная ментальная оплеуха отрезвляет, но лишает способности формировать свои мысли и складывать в слова. Отрицательно качаю головой, не веря в действительность происходящего.

Я не плачу практически никогда. Единственный раз, когда Артём видел мои слезы - был день потери родного, близкого для меня человека. И сейчас я на грани того, чтобы он увидел их снова.

Пытаюсь сдержать влагу, что уже собирается в глазах, заметно увлажняя их, пячусь назад и разворачиваюсь ровно в тот момент, когда понимаю, что не справляюсь.

- Блядь... - надломленный голос. - Ми... прости... я не это хотел сказать...

Больше ничего не слышу.

Сбегаю, трусливо несусь в уборную, благодарная ему, что не преследует. И снова сталкиваюсь там с дикой очередью. Сейчас меня этот факт жутко злит и даже бесит. Достаю телефон, чтобы проверить время и вижу смс от Ники. Черт, я совсем про нее забыла, подруга из меня супер, ниче не скажешь.

Вероника: "Все ок? Прости, меня не будет, форс-мажор"

Даже Нике не поплакаться... А может и к лучшему, пора бы научиться справляться со своими переживаниями самой.

Дождавшись своей очереди, привожу себя в порядок и возвращаюсь в основной зал. В запасе полчаса и я не намерена сбегать домой раньше времени, показывая тем самым свою слабость. За десять минут ожидания мне практически удалось себя в этом убедить.

Иду на диван к знакомым девчонкам, по пути незаметно сканирую комнату на наличие объекта, который я собираюсь избегать до конца вечеринки. Но и избегать некого.. его нет.

Меня перехватывает Варя - моя одноклассница и тащит танцевать. Не сопротивляюсь. Мне действительно становится немного легче, или мне просто удается себя в этом убедить. Но ровно до тех пор, пока не ловлю взгляд Тёмы, что заливается на кухне с парнями.

Взгляд поплывший, но пристальный, движения дерганые, складывается впечатление, что собирается сталкерить до конца моего пребывания здесь. Да и плевать.

- Идем танцевать, - дышит в волосы Саша - парень из параллельного.

- Нет настроя, - отзываюсь устало.

- Да че ты динамишь, этот медляк от силы на полминуты включили, составь компанию.

А ОН все смотрит, смотрит и смотрит.

- Ну ок, - обнимаю за плечи Сашу, приказывая себе не поворачиваться в ЕГО сторону.

Танец и правда вышел коротким. Возвращаюсь на диваны, ощущая жар в области лопаток и затылка. Саша идет следом.

И, как оказалось, не только он...

Падаю на диваны, хватая с кофейного столика запечатанную бутылку питьевой воды. Да, здесь она особо не пользуется спросом. Саша разваливается рядом. Артём напротив.

И пчелка его нарисовалась. А свободных мест уже нет. Злорадно усмехаюсь, не испытывая угрызений совести за свою реакцию. С замиранием дыхания наблюдаю, как эта стерва плывет целенаправленно в руки к нему и метит своей пятой точкой прямо на колени.

Вот же сука...

Он даже не смотрит на нее, продолжая сверлить меня затуманенным взглядом. Но спокойно реагирует на посягательства на свое личное пространство тощей задницей брюнетки. Кстати, сейчас она мне уже не кажется такой симпатичной.

Саша, хочу заметить, тоже стал более уверенным в своих действиях. Закидывает руку мне на плечо и слегка поглаживает. Остро ощущаю себя здесь лишней... Кому и что пытаюсь доказать, наступая себе на горло? Ведь уже задыхаюсь.

Захожу в приложение на телефоне, вызывая такси, времени впритык. Мой отъезд не будет выглядеть побегом.

Поразмыслив с минуту, пробудившаяся во мне мстительница набирает смс:

Милана: «А с ним можно?»

Минута. Две. Гипнотизирует экран мобильного. Ответ.

Артём: «Норм пацан. Дерзай»

Как бы не хотелось скривиться, натягиваю вымученную улыбку. А на что я, собственно, рассчитывала?

Его пассия вскакивает с ног, вызывая у меня облегченный выдох. А затем тянет Артёма за руку, вынуждая следовать за собой.

И я давлюсь поднимающейся изнутри и душащей меня ревностью. Горло сковывает острыми шипами, перекрывая кислород. Воздух стремительно покидает легкие, сжимая их до микроскопических размеров. Лицо заливает жаром.

Но что я могу сделать? Остановить его? И как это будет выглядеть?

Артём не встает...

Она продолжает держать его руку, слегка дергает на себя, но он не двигается с места, сидит в той же позе, прожигая дыру в моей голове.

Сигнал телефона уведомляет о прибытии машины, вынуждая подняться и направиться в гардеробную за верхней одеждой. Встаем с ним практически синхронно.

Разворачиваюсь и шагаю в холл, испытывая острое желание взглянуть в его глаза напоследок. И я совершаю фатальную ошибку...

Проклятая пчела в ангельском образе приклеивается своим жалом к моему Артёму, намереваясь высосать из него душу.

Моему! Сейчас я это как никогда остро ощущаю.

А этот.. "мой" ее не отвергает. Даже попыток не прикладывает. Конечно... А кого он отталкивает, кроме как.. меня.

В голове вакуум. В горле тошнота. В легких пепел. В душе агония. В сердце заточенное лезвие. В глазах...

Пытаюсь сделать один короткий вдох, чтобы не свалиться с ног в припадке, но у меня не выходит. Оковы на шее вызывают приступ астмы, я словно надышалась угольной пылью, химическими парами, что исходят от их реакции соединения.

Не думаю. Мне сейчас этот процесс недоступен. Делаю шаг вперед, представляя как вцепляюсь в гриву наглой девицы, вырывая ее жало с корнями и кромсая на мелкие ошметки, но чувствую сопротивление...

Бросаю мутный взгляд на пальцы на моей руке - Саша.

- Уже уходишь? - где-то в голове сквозь толщу слоев стучит вопрос парня.

Теряюсь, путая реальности, вращаясь среди временных пространств.

- Давай проведу, - тянет к гардеробной, принимая решение за меня.

Накидывает куртку на мои плечи, одевается сам. Выходим на воздух, чему я несказанно рада. Постепенно возвращается способность дышать. Отрывисто, рвано, но и этого достаточно, чтобы переставлять ноги, удаляясь как можно дальше отсюда.

Нахожу свое такси, запрыгивая назад, Саша метит следом. Не знаю, что сейчас горит в моих глазах, но он стопорится. Нахожу силы прояснить:

- Сама, - голос свой не узнаю - пугает. Но доносит посыл неоспоримо точно.

Дергаю на себя дверь, откидываюсь на сиденье, опускаю ресницы и утопаю в собственных душевных терзаниях.

- Приехали, - выводит из транса мужской голос водителя.

Спохватившись смотрю в окно, выскакиваю на дорогу и плетусь во двор.

Мама как всегда не спит, дожидаясь меня. Сидит на кухне с кружкой и нервно стучит пальцами по столу.

- Мила! - вспыхивает возмущенно. - Начало первого, на телефон не отвечаешь, почему заставляешь меня.. - подходит ближе, прерываясь. - Что случилось, милая? - заглядывает в лицо, обхватывая мягкими ладонями.

- Я к себе, - вырываюсь из хватки.

Иду в душ, привожу себя в более менее стабильное состояние. Путем внутренних переговоров даже удалось добиться правильного решения и не мониторить соцсети. Держусь. Ползу в кровать, как слышу короткий стук в дверь. Ну нееет...

- Доча, чай с мятой, как ты любишь, - плывет ко мне мама, аккуратно приземляя кружку на тумбочку.

Молчит. Садится рядом на кровать и продолжает тихо рассматривать меня тревожным, но ласковым взглядом. Любящим.

Хочу такой взгляд в ЕГО глазах...

- Знаешь, - тихо начинает мама. - Однажды мы с Маришкой так разругались... Мне было шестнадцать, а ей семнадцать на тот момент. Твоей тете нравился парень из параллельного, а я его ненавидела. Ненавидела за то, как он с ней обращался. Он был настоящим засранцем, - смеется тихо. - Они общались, кое-как дружили, вместе проводили время, но когда я слышала, что он ей говорил, так злилась! - задумчиво смотрит в окно. - На двадцать третье она подарила ему книжку, в которой написала чуть ли не любовное послание. Я ее тогда жутко ругала! А он ей, знаешь, что подарил на восьмое марта? - интригует своим вопросом.

- Что?

- Эту же книгу! И приписал к ее посланию свое...

- Какое? - едва дослушав, спрашиваю с интересом.

- Лучше поступай на экономический, в твоем тексте аж две грамматические ошибки! - цитирует важно.

- И что случилось дальше?

- Что-что... Они поженились! - хохочем с мамой, вспоминая о муже тети.

- Дядя ее очень любит... - шепчу, не задумываясь.

- И всегда любил, милая. Мужчина, когда притворяется, что влюблен - внимательный, веселый, старается ухаживать. А когда он по-настоящему любит - превращается в самого настоящего осла.

Тут мы вместе заливаемся смехом. Не замечаю, как допиваю чай, и в груди становится теплее.

- Ты такая красивая, доча. Самая лучшая! - гладит по волосам.

- А как же Линка, - произношу, будто подловила ее.

- И Алинка тоже, - улыбается мама. - Повезло же мне с вами.

- А нам - с тобой.

- Кстати... Вы так быстро убежали на свою тусу, - тянется куда-то под письменный стол. - Я принесла в твою комнату, - достает пакет и показывает содержимое, приоткрывая. - Мне кажется, тут годовой запас! - не переставая улыбаться, заглядывает мне в глаза.

А я обмираю... клубничный гель для душа. Тот самый, мой. Штук десять, наверное.

- Спасибо, мам, - обнимаю ее крепко.

- За что? - искренне удивляется.

- За вкусный чай.

Мама уходит, а я продолжаю лежать и просто смотреть в потолок. Сон никак не идет. Уже знаю, что в конечном итоге залезу в Реалграм, но упорно борюсь с собой.

В какой-то момент не выдерживаю и осознаю, что делаю, когда пальцы ускоренно листают ленту. Пусто. Все веселятся, им не до трансляций.

Натыкаюсь на Мишину страничку и, не задумываясь, перехожу в профиль. Мало, но фотки есть. Но ни на одной нет его...

Realgram

Михаил Поршнев:

Спойлер:
- Че делать будем-то? Тебе норм? Не ломает разве?
- Подумаешь... Друзья приходят и уходят...

Милана

Просыпаюсь от навязчивого жужжания телефона на прикроватной тумбе. С трудом открываю глаза, гипнотизируя экран смартфона. Не сразу приходит понимание того, что нахожусь в реальности. Подсознание с радостью впитывает все счастливые эмоции, которыми пронизаны мои сновидения. Но как только Морфей выпускает из своих объятий, возвращается осознание печальной действительности.

Спохватившись, тянусь к затихшему мобильнику. Несколько смс от Ники, два пропущенных от нее же, одно сообщение от Саши и ни следа от него.

Заталкиваю куда подальше обиду, привожу себя в порядок, завтракаю и с особым рвением приступаю к уборке в комнате. Отвлекает. Пытаюсь закончить с домашкой, но никак не получается сосредоточится на задании. В мыслях то и дело всплывают отрывки прошедшего вечера...

"Решила за один день попробовать все и сразу?"

Вздрагиваю.

"Давай, скачи, будешь третьей!"

Озноб ощутимо пробивает тело, в ускоренном темпе стучит раненное сердце. Все от того.. что не ожидала такого. От него не ожидала. Никогда так не ранил прежде.

- К тебе можно? - в комнату с опаской заглядывает сестра. - Тут... Вероника, - тычет пальцем в свой телефон.

- Скажи, что перезвоню.

Линка так дергается, будто на другом конце провода сирену врубили. Смеюсь, узнавая подругу.

- Ладно, давай, - тяну руку.

- Ненормальная... - ворчит сестра, прикрывая за собой дверь.

Мне же сперва приходится выслушать все претензии, что скопились у подруги за пол дня моего затишья, и только потом она переходит к главной причине своего звонка.

- Собираемся у меня, предки в отъезде. С ночевкой! Хватай лучшую пижаму и дуй ко мне помогать. Девчонки будут через три часа, я ниче не успеваю! - тараторит Ника на повышенных.

Раздумываю не долго. Без особого желания, но все же соглашаюсь на незапланированный девичник. Иначе просто свихнусь дома в четырех стенах...

Собираюсь быстро, не особо заботясь о том, как выгляжу. Скидываю вещи в рюкзак и иду на кухню.

- Мам, я к Нике. Девчонки позвали с ночевкой, не против?

- А как же каток?

- Отменяется... - разочарование и злость скрыть в голосе не удается.

- Ладно... Только телефон, пожалуйста, держи при себе, - корит мама за прошлый вечер.

Через полчаса мы уже пыхтим с Никой на кухне. Готовлю закуски, пока она заканчивает с нарезками и заказывает пиццу на вечер. Потом идет собираться и, оценив мой внешний вид, тащит за собой.

К приходу девчонок успеваем впритык. На удивление, мне удается отвлечься и, более того, прекратить на повторе прокручивать в голове слова Артёма. Незаметно для себя расслабляюсь, ровно до того момента как оживает мой телефон.

Артём: "Выйди"

Еще чего! Да я даже не дома!

Заторможенно смотрю в экран, с сожалением признавая, что не в силах тормознуть противоречивые эмоции, что испытаю сейчас. Злость и радость... Долбанная радость, что написал. Приехал.

Всего одним гребаным словом превращает в пыль все мои старания - не думать о нем. Разносит в щепки самоконтроль, всю мою выдержку, выбивает воздух из легких.

Нервничаю...

Перебираю варианты. Что он хочет? Зачем приехал? Извиниться? Что мог бы сказать такого, что перекроет выдвинутое им накануне?

Самое страшное - я боюсь, что лишь стоит его увидеть, и падет моя с трудом выстроенная баррикада. Не смогу на него злиться, буду выглядеть жалкой. Вот как он это делает?

Убираю телефон подальше в сумку, не удосужившись ответить.

- Миил. Там это... Сокол прилетел, тебя требует, - настороженно тянет Ника.

Он здесь.

- О-о-о, нет, нет, нет. Пусть летит дальше, - отрезаю, даже не раздумывая.

Спрыгиваю с дивана, мечусь как загнанный зверек, в попытках найти укрытие. Зачем-то достаю мобильник из сумки, видимо с целью занять руки.

-Ты че? Давай иди быстрей! - подруга явно удивлена моим поведением. - Только не долго и чтобы вернулась!

- У нас девичник, забыла? - выдвигаю в свою защиту.

Уговоры Ники пролетают мимо ушей. Не пойду. Не сейчас. Мне нужно какое-то время, чтобы переварить все, что произошло вчера. Договориться с собой. Да как минимум - подготовиться к этой встрече! Настроиться морально.

Не добившись от меня результата, плетется к двери на выход.

- Да не ходи ты! - кричу в спину. Делает вид, что не слышит.

Становлюсь дерганой, не знаю, куда деться. Ощущение, словно сейчас вломится и вытащит отсюда силой. Не может же? Не станет? Не зайдет? Нет. Нет. Что за бред. О чем я только думаю!

Вернувшаяся подруга недовольно сверлит взглядом, но с ответом не спешит. А на моем лице явно читается немой вопрос: "Ну что? Что? Что сказал?"

- Он сказал, что будет сидеть в тачке, пока не выйдешь.

- Да пусть там хоть всю ночь проторчит! - взрываюсь тут же. - Все, закрыли тему, не бегай даже.

Ника выжидающе смотрит, рассчитывает, что поделюсь, объясню, в чем дело. Но благо, сама не допрашивает. И на том спасибо.

- Ну ок, - произносит с деланным безразличием и направляется к остальным девчонкам.

Выдыхаю.

Все, все. Успокоиться. Взять себя в руки. Формирую в подсознании ментальные установки: расслабиться, не думать о нем, отвлечься. Программирую себя на спокойствие. Может закрыть дверь на замок?

Подскакиваю от звука рингтона на мобильном. Трясущимися руками беру и, затаив дыхание, тупо пялюсь в экран вибрирующего телефона.

«Не поднимать трубку» - расширяю список внутренних установок. Не буду с ним разговаривать. Не о чем. Не сейчас. Не сейчас!

Экран тухнет, вызывая, буквально на мгновение, грусть. Тут же стопорю себя. Сейчас уедет, и все станет нормально. Истерически посмеиваюсь над собой... И это я? Я? Милана Макеева? Та, что всегда все говорит прямо? Любую проблему встречает с высоко поднятой головой? Лицом к лицу. Я?

С ним я другая. Полная противоположность самой себе. Дрожу, скрываю чувства и эмоции, прячусь, вру...

Артём: "Выходи"

Чееерт! Да хватит уже, уезжай!

Закидываю телефон обратно в сумку. Гневно приказываю себе не доставать его до утра. Как ни стараюсь, как ни борюсь с собой - не выходит настроиться на волну девчонок, вникнуть в разговоры подруг. То и дело поглядываю на дверь.

«Он давно уехал» пульсирует в голове, а сердце качает кровь на ускоренных. Несколько раз порываюсь к телефону, но в последний момент одергиваю себя.

Время близится к полуночи. Ссылаюсь на мигрень и отправляюсь в выделенную мне комнату на втором этаже.

Ложусь в кровать, даже не пытаясь уснуть, по кругу гоняю мысли как заезженную пластинку. В тишине они оглушительны. Не в силах терпеть, сажусь, кошусь на сумку. Вскакиваю на ноги, хожу по комнате, закусывая губы, заламывая пальцы. Становится душно. Дергаю шторы, хватаюсь за ручку, чтобы открыть окно, и в ту же секунду отскакиваю от него, будто увидела приведение...

Уже не думаю. Какой там! Подлетаю к сумке, хватаю телефон, листаю сообщения подрагивающими пальцами.

Артём: «Поговорим нормально»

Артём: «На долго не задержу»

Артём: «Выйдешь?»

Артём: «Я не уеду»

Поглядываю на окно, не решаясь подойти снова. «Я только посмотрю» - твержу себе. Нужно всего лишь убедиться, что мне не привиделось, и это действительно он сидит в машине.

Крадусь, словно может услышать мои шаги, позорно прячусь за занавеской, вглядываясь в темноту.

Сидит за рулем в машине, крутит головой, по всей видимости разминая затекшую шею. Достает телефон, с минуту зависает, пока не тухнет экран, а затем швыряет его куда-то в сторону. Не двигается, застывает в неподвижной позе. И когда резко распахивается водительская дверь, слегка отшатываюсь в испуге быть пойманной. Но он меня не видит. Выходит и с несвойственной для него небрежностью размашисто хлопает дверью, опирается на нее спиной, роется в карманах куртки. Огненная икра, тяжелая затяжка, клубы дыма на выдохе. Стоп. Курит?! Завязал же с этой хренью!

Вскидывает голову. Смотрит в упор. Взглядами сцепляемся. Нехило пробивает.

Замираю. Пошевелиться не могу, парализует все мышцы моментально, сводит судорогами окаменевшее тело. Даже на таком расстоянии он умудряется пробраться мне под кожу, скручивая все внутренности.

Опомнившись, запоздало отскакиваю от окна. Воздуха критически мало, легкие горят, сердце бешено колотится под ребрами. Все лицо заливает жаром, кажется, сейчас вспыхну. Захлебываюсь взрывной волной накативших эмоций.

Артём: "Я тебя видел, выходи"

Как в бреду, плыву обратно к окну. Стоит на том же месте, давит тяжелым прицеленным взглядом. Вытягивает вверх зажатый в руке мобильник и хаотично разрезает им воздух, намекая, чтобы ответила.

Смотрю на оживший телефон, закусывая губы до ран. С каждым очередным жужжание грудная клетка раздувается шире. Выругавшись, давлю с силой на зеленую трубку на экране.

- Ми... - протягивает глухо. - Спустись. Прошу, выйди, - выдает с надрывом.

Молчу. Лишь усиленно циркулирую кислород, что начинает вызывает головокружение. Едва различимо мотаю головой в протесте.

- Блядь... - роняет в безысходности и замолкает. Даже отсюда вижу его напряженность, ломает не меньше моего. - Ми, пять минут. Дай пять минут и я уеду, - с каким-то отчаянным сожалением произносит. - Если захочешь - уеду, - добавляет тверже.

Скидываю звонок.

Не могу. Тяжело. Мучительно сложно слышать этот хриплый, раздирающий нутро голос. В особенности, когда чувствую, что разматывает его, понимаю, что хреново сейчас как и мне.

С излишним усердием одергиваю шторы, разве что нитки не трещат по швам. Выдаю набор каких-то вымученных звуков, толи стонов, толи хрипов, ведь осознаю уже, что падает та шаткая стена, что с натугой возводила на протяжении дня.

Злюсь. Безумно злюсь на себя, но продолжаю метаться по комнате, натягивая джинсы и толстовку. На подкорке мозга рябит жалкая отмаза: «Только отправлю его домой и обратно!»

Артём не сразу видит меня. Откинувшись, залипает на светящихся точках, разбросанных по черному южному небу. Заметив мое приближение, на мгновение столбенеет в неком оцепенении, видимо не рассчитывал, что все же спущусь. Внутри все сжимает спазмами, но я не оттягиваю, с ходу налетаю на него. Успевает сделать пару коротких шагов в мою сторону, как я толкаю в грудь, прикладываясь с силой, выплескивая тем самым бушующие агрессивные импульсы.

Инстинктивно перехватывает вокруг талии, притягивает ближе, плотнее... По инерции впечатываемся вместе в холодное покрытие машины. И снова глаза в глаза...

Прямой контакт.

Мощнейшие разряды пробивают сгустившийся между нами горячий воздух. Обмен энергией. Коротит не хило. Выбрасываем по оголенным нервам статическое напряжение, поражает... Целенаправленно шарашит под ребра, достигая той самой четырехкамерной мышцы.

Накрывает.

Предохранители слетают. Меня несет. Обрушиваюсь на его грудь и плечи с градом беспорядочных ударов, ощущая такой прилив, как бы не захлебнуться! Не сдерживаю, выпускаю, весь поток направляю на него. Принимает... Лишь частично блокирует, прижимая к себе сильнее, крепче.

- Прости... - хрипит в волосы, обжигая шею. - Прости, прости... - едва разбираю слова. - Прости... - током по клеткам.

Быстро слабею, выдыхаюсь. Если бы не держал, обессиленно рухнула бы прямо посреди дороги. Держит... И когда до моего затуманенного сознания доходит эта информация, хочу вырваться.

- Пусти, - шепчу задушенно. А затем накатывает очередная волна, открывается второе дыхание, снова срываюсь. - Пусти... Пусти! Пусти! - уже кричу на грани истерики.

Раздумывает не долго, но все же отпускает.

- Сядем в машину?

- Говори, что хотел и уезжай.

Потряхивает. Все еще штормит. Не знаю как держусь на ногах, но что бы сейчас не предложил - пойду в отказ, упрусь рогом, блин. Находит задержанный аффект отчаяния.

Артём поджимает губы, напрягает челюсти, в глаза не смотрит. Куда угодно, но не на меня. Помолчать приехал? "Прости" и замяли? Я ведь и правда никогда и дуться-то толком не умела. Какой-нибудь пустяк разруливала наша детская мирилка. Больше как прикол, что-то общее, только между нами... Но пусть только рискнет сейчас кирпич припомнить, пришибу им же!

- Ми, не знаю, что сказать...

Ну супер! Подготовился прям.

- Придурок, идиот конченный, херню сморозил. Не знаю... Не смог сдержать в моменте. Раскачало че-то.

Кидает быстрый взгляд, реакцию проверяет. А меня и правда расшатывает... Не могу, так сложно злиться, не умею, блин! На него не получается... Обида заливает, с примесью банальной ревности. Сколько так тянуть еще, смогу ли? И без него никак и с ним.. тяжко.

Переминаюсь с ноги на ногу, подрагивая от холода. Хоть и теплая зима в этом году, но все же февральская ночь дает о себе знать, пробирает до костей.

Или не в этом дело?

Снимает кофту, заботливо накидывает на мои плечи, выкручиваюсь и отхожу.

- Да подожди!

Направляюсь прямиком на пассажиркой сидение. И это не от того, что передумала и приняла его предложение, а потому что сама так решила! И не важно, что могла бы с таким же успехом пойти в дом...

Садится следом, заводит двигатель и включает обогрев на полную.

- Мил... - выдает на серьезе. - Че делать будем-то? Тебе норм? Не ломает разве? Меня пиздец как колбасит! Целый день, блядь! - вываливает на одном дыхании. - Мириться надо...

- Кому надо?

- Мне... - произносит, не раздумывая. - Тебе. Нам!

- Подумаешь... Друзья приходят и уходят, - роняю тихо, а саму от этих слов выворачивает.

Разве готова к этому? Да это мой самый жуткий кошмар!

- Блядь... Ты щас серьезно? Серьезно, Ми? Пиздец... Какой уходят?! Какой, нахуй, уходят! Охереть...

Ничего не отвечаю, лишь плечами неопределенно пожимаю. Лицо держу. Все старания прикладываю к этому невыносимо энергозатратному процессу. "Не выглядеть жалкой" - кручу на повторе.

А его заметно передергивает... Сжимает руль до побелевших костяшек на руках. Кривится так, словно.. словно мои слова ему причиняют боль.

- Нет, блядь. Это навсегда, - отрезает со всей уверенностью. - Поняла? Навсегда, Ми.

Вот только... Что навсегда? Что в его понимании значит "навсегда"? Какой смысл вкладывает в это слово? И на сколько сильно он разится с тем, что вкладываю я.

- Я соскучился... Хреново без тебя, тоскливо, - давит с каким-то отчаянием.

«Мне тоже» пульсирует в голове, но произнести не способна.

- Дай обниму? - со слабой надеждой просит.

- Не хочу... - хочу! Еще как хочу! Но разве я могу это сказать?

Противоречу сама себе. И все-таки злость есть. На себя. Почему мне кажется, что это я все усложняю? Может просто признаться? А там что будет. Как сказать? Начинаю раскручивать и только закидываю себя в состояние жуткого стресса. В панике стягивает спазмами живот, диафрагма зажата - не вздохнуть, лицо пылает, даже на ушах ощущаю жар, ком в горле - не выдавить и слова.

А он тем временем усмехается... Но в смехе этом нет ничего веселого. Какой-то нервный он, вымученный, безысходный.

- Потерять тебя - невозможно... Скучаю. Пиздец как.

И тут я совершаю что-то невообразимое...

Кидаюсь к нему сама. Лечу прямо в руки, будто кто-то толкает в спину. Жмусь с особой одержимостью, пробегаясь пальцами по затылку. Судорожно тяну воздух, качаем по полной. И такое облегчение разливается по телу, а за ним табун мурашек.

- Задушишь, - хрипит на ухо, вызывая смех.

- Сам просил, - уже улыбаюсь.

- Ми... Я бы никогда... Хрен бы тебя пустил... Ну, туда, куда отправил.

- Заткнись, не порти момент, - вжимаюсь сильнее.

- Мирись?

Спойлер:
Кровь приливает к лицу, и я цепенею, когда он,
прилагая неимоверные усилия, цедит сквозь зубы:
- Милана, за мной.

Милана

Даже не знаю, радоваться или нет, что у меня достаточно хорошая память. Каждое сказанное Артёмом слово прочно засело в мозжечке, впечаталось намертво, не выдрать, не вывести, можно даже не пытаться.

"Тебе норм? Не ломает разве? Меня пиздец как колбасит!"

Если бы он только знал... Если бы знал... Как выкручивало, выламывало каждую косточку, пока проживала день без него. Всего один гребаный день! А что касается жизни? Как я смогу прожить ее одна? Даже страшно вообразить... Мне всего восемнадцать, не стоит заглядывать так далеко, ведь никто не знает, что нас ждет в будущем, нет смысла даже размышлять об этом. Но я размышляю. В мельчайших подробностях прокручиваю дни, когда наши дороги разойдутся, и я останусь одна. Нужно быть законченным мазохистом, чтобы так терзать свой мозг, изводить себя, представлять, во что превратится мое жалкое существование без него.

Но фантазировать себе не позволяю. Нет ничего хуже того, чтобы разрисовать яркими красками наше совместное общее будущее, а затем разрушиться до основания, столкнувшись с суровой реальностью и одиночеством.

Вчера я была практически на грани того, чтобы признаться, выложить все, что кипит на душе, все что испытываю, чувствую к нему. А если бы он не ответил взаимностью? Что бы случилось тогда? Какой бы была после этого дружба? Да я бы первой сдалась, не смогла продолжать общаться как прежде, так сказать - "дружить".

"Это навсегда. Поняла? Навсегда, Ми."

Навсегда... Очень хочется в это верить. И я не буду тем человеком, который уничтожит все, что мы строили на протяжении одиннадцати лет. Нет... Никогда, никогда ему не скажу. Лишь по той причине, что боюсь потерять. И он боится. Этого невозможно было не почувствовать.

"Потерять тебя - невозможно... Скучаю. Пиздец как."

А как же скучаю я! Вчера, сейчас, и даже когда нахожусь рядом с ним, все равно продолжаю скучать... Так вообще бывает?

Включаю танцевальные треки в надежде, что музыка разгонит мои мрачные мысли. Бреду к шкафу и, перебирая одежду, останавливаю выбор на джинсах скинни и свободной футболке оверсайз.

Артём: "Готова? Выезжаю?"

Вообще-то нет, как всегда опаздываю. Ускоряюсь со сборами, накладываю быстрый макияж и параллельно пишу ответ:

Милана: "Почти. Я закажу такси, не надо приезжать"

Вот вроде бы отпустила ситуацию, не злюсь, не обижаюсь, и даже боль притупилась, но вместе с тем накрывают необъяснимые чувства, охватывает абсурдное желание - отстраниться. Я словно умышленно намереваюсь отдалиться от него... Сама себе не верю. Видимо, в попытке защититься, я готова на крайние отнюдь малоприятные меры. Возможно, если попробовать снизить в нашем общении тактильный контакт, которым мы так любим злоупотреблять, мне будет легче воспринимать Артёма как друга, и я стану проще реагировать на отсутствие того самого интереса с его стороны. В любом случае, не лишним будет проверить эту теорию.

Артём: "Ок. Захвати руссич"

Выравнивая свое эмоциональное состояние, запрыгиваю на заднее сидение ожидающей машины и мчу к Артёму. Программирую себя на то, что буду соблюдать между нами дистанцию, никаких телесных контактов, платоническое общение - вот наш максимум. Ну... Я хотя бы попытаюсь.

Артём встречает с порога, налетает так быстро, что я не успеваю сориентироваться и застываю в его объятиях, не в силах пошевелиться.

- Ммм, клубничка, - сжимает крепко, шумно тянет воздух и также тяжело выдыхает, обжигая шею, - Привет. Домашку не забыла? - вроде бы спокойно спрашивает.

- Привет, - отмираю не сразу. - Взяла.

- Ну пойдем, че в дверях топчемся, - тянет за руку на кухню.

Мои внутренние датчики надрывно пищат, засекая запретную близость. По всему телу разносятся предупредительные тревожные сигналы, оповещая о необходимости усилить защиту, уберечь свое сердце от волнительного вторжения. Приборы сбоят. Надсадно вздыхаю, обхватываю себя руками и уныло плетусь следом.

- Мятный чай? Или сок? - роется в шкафу, доставая заварник. - Вишневый закончился, но есть апельсиновый, - ставит чайник, не дожидаясь ответа. А ведь я, действительно, хочу чай...

- Давай сок, - отзываюсь упрямо. Почему-то сейчас даже злит, что так хорошо меня знает.

- Хм, ну ладно, - удивление не скрывает. - Щас уже пиццу привезут, спецом заказал на час позже, - в очередной раз намекает на мою непунктуальность. Правда, тон скорее смиренный, чем обвинительный. Привыкает?

- Отнесу тебе в комнату тетрадь, - на самом деле хочу взять небольшую передышку. А ведь я только приехала...

Едва успеваю покинуть кухню, как он быстро нагоняет меня, несется вперед и, достигая своей берлоги, хлопает крышкой ноутбука на письменном столе.

- Эм, что это было? - смеюсь в недоумении.

- Ноут забыл выключить, - говорит сдержанно, но я слишком хорошо его знаю, чтобы уловить некую тревожность. Определенно точно, там что-то такое, что он не хотел бы засветить мне.

- Запрещенка? - выдвигаю предположение, просто проверяя реакцию.

- Раскусила, - ухмыляется. Ясно, мимо. Но докапываться не стану.

Звонок в дверь отвлекает, и мы идем обратно, по пути перехватывая доставку. Перемещаемся в гостинную с едой и напитками. Артём включает приставку, а я кутаюсь в плед, забиваясь в дальний угол широкого дивана. "Держать дистанцию" - напоминаю себе. Хватаю кусок пиццы, уплетая с удовольствием.

- Как там дела у родителей?

- Да не очень, - не скрывая тревоги, отвечает друг.

- Все так плохо?

- Ну... сдвиги есть, подключили лучших юристов, но, как оказалось, на той стороне тоже не простые люди. В общем, улаживают, еще на день задержатся.

Артём не особо распространяется о том, что сейчас происходит в их семье. Но из того, что знаю, можно сделать вывод, что проблемы действительно серьезные. У его отца достаточно крупный бизнес в сфере недвижимости, и конкуренты не слабо давят, даже до угроз доходило. А не так давно появились какие-то сложности с документацией, следом всевозможные проверки, замечания. Не сложно догадаться, чьих рук дело. Но Тёма говорит, что все будет хорошо, и я склонна ему верить.

- Врубаю мортик? - выдвигает свое предложение, забавляясь тем, как недовольно я хмурюсь.

- Ну неет, сколько можно? Вообще-то, самоутверждаться за счет победы над девушкой низко и некрасиво, - замечаю беззлобно, а сама еле сдерживаю улыбку.

- Да ладно, - смеется. - Я нам новую игруху взял, гляди, - протягивает диск.

- Хм, - читаю описание на обратной стороне. - Мы будем в роле планирующей развод пары, которой предстоит пройти испытания, чтобы в конечном итоге...

- Ага, - веселится, не давая закончить.

- Ну, включай, я за синеволосую!

- Еще бы я за бабу играл, - возмущается, закатывая глаза.

- А что, может лучше бы женщин стал понимать, - подмечаю типо невзначай.

Не комментирует. Лишь бросает быстрый нечитаемый взгляд.

Приземляется рядом и закидывает мои ноги к себе на колени, вызывая тем самым дрожь по всему телу. Пытаюсь не подавать виду, но это чертовски сложно, учитывая то, что наши плечи и ноги так плотно соприкасаются.

Игруха и правда прикольная, но моментами чувствую себя неловко.

- Ми, ну давай! Одновременно нужно, - по-доброму инструктирует друг. - Раз, два, прыгаем! - дергается, слегка подкидывая мои ноги вверх.

Вместе с тем по инерции скачет мое сердце, проделывая такие головокружительные кульбиты, подобные мертвой петле. А когда Артём внезапно хлопает по бедру, я и сама подпрыгиваю на месте, словно пришибленная высоковольтным разрядом.

Глаза в глаза. Заземляемся...

Из оцепенения выводит рингтон телефона. Реагирует молниеносно. Разрывая контакт, наклоняется к кофейному столику, чтобы ответить на звонок.

- Здорова, - слышу мужской голос на другом конце, но слов не разобрать. - И? - хмурится, поглядывая на меня. - Ну лады, заваливайся.

Смотрю вопросительно, силясь понять, почему так косился в мою сторону на протяжении короткого разговора, и кто это должен завалиться.

- Миха подъедет, ты же не против? Че-то там со своей не поделили, - по реакции вижу, что недоволен.

Сомневаюсь, что так уж переживает за очередной конфликт в отношениях друга. Может.. хочет побыть только со мной? Вдвоем? Наедине? Не успев толком обрадоваться, глушу в себе призрачные надежды, что не безразлична ему, слишком быстро осознавая абсурдность своих мыслей.

- Нет, конечно, - отзываюсь невозмутимо.

Спокойно возвращаемся к игре, лишь изредка обмениваясь короткими фразами, но сложно не заметить напряжение, которым буквально пропитан воздух.

Что-то изменилось.

И это "что-то" не предвещает ничего хорошего. Копаюсь в себе, прокручиваю наши диалоги, анализирую его действия, оцениваю взгляды и, к своему сожалению, делаю совсем не утешительные выводы.

До меня вдруг доходит осознание того, что он все понимает, и если бы чувствовал то же самое, что и я, между нами уже все изменилось. Но ничего не происходит. Он вроде бы рядом, но по факту далеко. И это не я тот человек, что держит дистанцию.

Артём уходит встречать друга, а я вдруг задумываюсь, не стоит ли мне уехать домой?

Голоса парней заставляют подняться и выйти в коридор. Застываю в смятении, не зная, как реагировать на появление друзей Артёма. Видно, что он тоже не ожидал такого поворота и явно не очень рад тому, что Миша пришел не один. Неловко топчусь на месте под прямым заинтересованным взглядом Саши, некстати вспоминая, что так ему и не ответила.

- На минуту, - грубо отсекает Артём и уходит с Мишей в соседнюю комнату.

Следую за ними, вроде бы направляясь в туалет, но все же притормаживаю около двери, за которой скрылись парни.

- Нахрена ты его притащил?! - гневно шипит Артём. И это все, что я успеваю услышать.

- Мила, - дергаюсь, испуганно оборачиваясь к Саше.

- Раевский... Ты что здесь делаешь? - налетаю с необоснованными претензиями, стараясь не думать о том, как со стороны выглядел мой шпионаж. Но Саша этого словно и не заметил.

- Не рада меня видеть? - щурится, заглядывая в глаза. Не знаю, что он в них хочет увидеть, но по итогу отворачивается, раздраженно хмыкая.

А я продолжаю стоять в растерянности, не зная, что ответить. Врать не хочу, но и правду сказать не решаюсь.

- Почему не отвечала на сообщения?

- Проблемы были. Не до переписок как-то, извини, - неопределенно пожимаю плечами.

- Мм, а уже проблем нет, да? Ты же тут, - как ни пытается сдерживать, все равно сквозит недовольством.

- Да, разрешилось. Не успела тебе ответить. Так что тут делаешь? Миша не говорил, что ты приедешь с ним.

- Да так, пересеклись. Дай, думаю, к Тёмычу заскочу, - в глаза не смотрит.

- Предполагал, что я тут буду? - спрашиваю прямо.

- Нет... Точно знал. Собственно, поэтому я и здесь, - разводит руками, продолжая напряженно посмеиваться.

Возможно он уже успел пожалеть о своем спонтанном решении, разговор никак не клеится. На вечеринке было проще. Мою отрешенность он воспринял за смущение. Тогда мне было плевать на то, кто находится рядом, никого вокруг не замечала, я варилась в своем аду.

- Думал, может хоть так поговорим нормально, - боковым зрением замечаю приближение парней. - Поэтому, если уж совсем честно - приехал к тебе.

Артём вскидывает на меня резкий взгляд, сводит темные брови, плотно сжимает челюсти, напрягаясь всем телом. Было бы глупо сомневаться, услышал ли он слова Саши.

Вот и что это? Что за реакции? Как по мне - очень похоже на ревность, но ведь я рядом с ним, что мешает ему размыть эти дотошные кавычки в нашей дружбе?

Кровь приливает к лицу, и я цепенею, когда он, прилагая неимоверные усилия, цедит сквозь зубы:

- Милана, за мной.

И мне становится по-настоящему страшно. Вот только... чего бояться?