Мой куратор — наследник престола

Этот день должен был стать самым счастливым в моей жизни!

Однако во дворце до сих пор не включили магическое отопление, а потому радоваться, кутаясь в нарядную накидку и переминаясь с ноги на ногу, получалось плохо.

Право слово, не знала, что Его Величество столь экономный! Уверена, если дыхнуть, то в воздухе появится облачко пара.

Я бы проверила свою теорию, но делать это перед стоящими напротив министрами постеснялась. А вот стоящие напротив министры совсем не стеснялись и наглым образом таращились на меня.

Ещё бы, ведь перед ними целый бастард! Во дворце! Приставлен к королевской награде за изобретение! Вопиющая новость — оказывается незаконные дети благородных семейств умеют (какая неожиданность!) думать.

Над ухом снова раздался ужасающий звук. Вообще, по задумке, это торжественная трубная музыка. Но мужчина, в чьи руки кто-то не очень умный решил вложить инструмент, явно не знаком ни с нотами, ни с музыкой в общем.

— Уважаемый, прекратите, пожалуйста, — шикнула я на трубача. Тот услышал, но не внял. Очень зря. Пришлось прибегнуть к давнему запрещенному приему… и сделать страшные глаза. Мужик закашлялся, покраснел и проворонил момент явления монарха.

Монарх царственно шел к трону, завернувшись в пушистую накидку. На его голове возвышалась шапочка, а на ногах были обнаружены теплые тапочки.

— Жарковато, не находите? — спросил король у своих министров, и те тут же принялись утирать невидимый пот со лба. — Так-так, что у нас сегодня? Ах да, награждение! — Его Величество царственно сел на трон и наконец посмотрел на меня.

Я вспомнила про манеры и поклонилась. Мне подарили снисходительную улыбку и самую щедрую похвалу из всех возможных:

— Ты молодец!

И всё?

— Спасибо, мой король.

— Я рад, что в моем королевстве живут такие талантливые люди. Твоё изобретение облегчит жизнь многим, а потому тебя, стало быть, нужно отблагодарить.

Железная логика, мой король! Я вся в ожидании. Мой пустой кошелек, кстати, тоже.

— Итак, — продолжал правитель, — Евангелина Юрай, за твоё открытие я дарую тебе грамоту за особые заслуги перед страной!

И всё?!

И всё. Веревку с мылом сама найдешь.

— Но это, разумеется, не все! — король выдержал театральную паузу. За это короткое мгновение я уже успела купить билет на корабль к Восточным землям, домик на берегу океана, утроить бизнес и обзавестись парочкой лошадок на остаток. Последнее для удовлетворения детской мечты! Мечты, по которой через секунду ударили наковальней жестокой реальности и возмутительной скупости: — Отныне ты адептка столичной академии Рассенталь! Поздравляю!

Трубач к этому моменту как раз прокашлялся и ознаменовал мой сокрушительный успех страшным воем, отдаленно похожим на похоронный марш.

— Ваша ми-милость… бе-бе-безгранична, государь, — протянула я, испытывая желание вернуть щедрые дары, забрать своё изобретение и убежать с ним в лес, чтобы больше ни один «великодушный» правитель не смел меня донимать.

— Желаю успеха в учебе, Евангелина Юрай!

Правитель ушел. Вместо него в тронной зале возник мужчина с золотым подносом, на котором ютились напитки. Полагаю, от меня ждали вежливого отказа, но вместо этого я схватила сразу два кубка с красным вином. Грустно чокнувшись ими, я двинулась к выходу.

Да, с кубками.

А что? Денег, в которых я так нуждаюсь, не дали, так хоть посудину упру. В качестве моральной компенсации.

Вот только уйти господа-министры не позволили. Неровным забором они выстроились передо мной. Судя по их лицам — явно не с целью от души порадоваться за меня.

— Куда вы?

— Домой. Праздновать, — буркнула я.

— В академии отпразднуете, — заявили они.

— Боюсь не вытерплю. Учебный год уже начался.

— Верно! Но для столь талантливой леди ректор готов сделать исключение и принять вас на курс сегодня же.

— Мне нужно подумать.

— Замечательно. Академии как раз для того и нужны, чтобы думать.

Я попыталась отступить, но сделала лишь хуже — портальная воронка, которую господа-министры незаметно развернули за моей спиной, причмокнула от восторга и всосала меня в пространственный туннель.

И тут я совершила вторую за день глупость. Первая, разумеется, моё явление во дворец. Но если это можно пережить, то волнения магического поля — штука опасная и непредсказуемая. И именно к ним привела моя попытка выпрыгнуть из портала.

Магия затрещала, загудела и выплюнула меня… аккурат в чьи-то крепкие объятия. Охнув, я вцепилась пальцами в широкие плечи своего спасителя.

— О, а вот и ваша подопечная! — произнес чей-то подозрительно счастливый голос за спиной.

Судя по холодному блеску изумрудных глаз, мой новоявленный куратор был совсем не рад свалившемуся на него счастью.

Я с любопытством осмотрела наставника, внешность которого оказалась крайне примечательной. Полагаю, обладатель столь красивого лица разбил не одно женское сердце. А этот грешный изгиб губ явно сводит с ума всех адепток и преподавательниц академии.

При всём неудобстве моего положения, я смогла оценить его выдающийся рост и подтянутую фигуру, высеченную не без помощи изнурительных тренировок.

Куратор тоже изучил меня. И, кажется, не пришел в восторг. Нужно как-то реабилитироваться!

И в этот знаменательный момент я вдруг вспомнила… про вино. Вино тоже вспомнило про меня: портальный вихрь раскрылся над нашими головами и откашлянул парочку золотых кубков.

Посудина, в которой чудом сохранился напиток, перевернулась в полете, окатив нас алыми брызгами. По закону пакости, больше всего вылилось на куратора. Вино было повсюду! Оно стекало с его белых волос на лицо, скатывалось по подбородку на белую рубашку и текло дальше, к белым же брюкам.

Кое-кто сегодня явно не угадал с нарядом!

— К нам случаем кабан на вертеле не припозднился? — с иронией спросил наставник.

Стоило ему договорить, как портал снова открылся. И я тут же поняла, кто спешит на встречу.

— О нет! — вскрикнула я. Но было уже слишком поздно.

В кабинет из скопа искр со звонким чихом ворвался самый преданный друг человека — Апчихвах! Крупный щенок с непропорционально длинными ушами заметил меня и изо всех сил замахал этими самыми ушами.

Не долетел.

Пришлось ловить.

Второго попутчика мой верный рыцарь… То есть наставник не стерпел и меня поставили на пол.

— В академию с животными нельзя, — произнес куратор.

— Это не животное. Это мой друг. Кстати, познакомтесь — Апчихвах.

— Да хоть древний родовой фамильяр.

Апчихвах, который ещё не успел вникнуть в суть разговора, изо всех сил пытался произвести впечатление. Он растопырил уши, вывалил длинный язык и принялся строить беловолосому глазки. Ещё никогда эта собачья хитрость не подводила…

Но всё бывает впервые. Есть подозрение, что я стою на пороге очередного открытия — я нашла живое, но абсолютно бессердечное существо.

Пока я боролась со жгучим желанием показать этому снобу язык, ко мне подошел незнакомый дяденька, который всё это время с насмешливой улыбкой наблюдал за нами.

— Прелестное создание! — умилился он, пытаясь погладить притихшего щенка. — Что он умеет?

— У него аллергия на негодяев! Он на них… — в момент, когда пухлая мужская опустилась на голову Апчихваха, тот жутко расчихался, — чихает, — договорила я, глядя на помрачневшего мужчину.

Тот выдавил из себя фальшивую улыбку, достал из кармана платок и принялся с остервенением вытирать руку.

Я решила обелить честь питомца:

— Впрочем, это не точно. Сдается мне, у него аллергия на резкий одеколон, на цветы, на траву, на синее небо, на яичницу, на недалеких людей...

— Как я его понимаю, — хмыкнул куратор, впервые улыбнувшись. — Норисс, я не собираюсь учить эту экстравагантную особу. Объяснения моего отказа требуются или и без того всё ясно?

Кто бы мог подумать, что наши желания окажутся схожи. Экстравагантная особа тоже учиться не хочет и с радостью поменяет путевку в гадюшник… извините! В столичную академию на мешок золотых монет.

И нет, вы не подумайте, что я жадная, просто мне ну очень срочно нужно сбежать из страны! А обучение в академии, пусть и самой престижной, никак этому не способствует.

Я уж было приготовилась болеть за наставника, как меня жестоко обломали. Второй раз за час, между прочим!

— Приказ Его Величества, — протянул незнакомец, наконец оттеревший свою покрасневшую руку. — Леди Юрай удостоена его милостью, а потому учитель у неё должен быть тоже… самый лучший, мой принц.

Стоп, погодите! То есть я сейчас на ручках у принца была? Какая честь. Надеюсь, это не входит в список королевских наград. Будем считать это за приятный бонус. 

Лицо Его Высочества оставалось непроницаемым, но сверкающие от сдерживаемого гнева глаза опасно блестели в полумраке кабинета.

— Адепт Мейерхольд, даже вы не можете перечить приказам отца, — с гаденькой улыбкой напомнил мужчина.

— Вы так трепетно относитесь к законам, глава. Похвально, — с деланным спокойствием произнес наставник. — Осталось понять, вы верны короне или роду Райнхард.

Незнакомый мужчина поежился и даже чутка взбледнул. К этому моменту настроение принца стало совсем уж паршивым. Развернувшись на каблуках, он направился к выходу, небрежно бросив через плечо:

— За мной, адептка Юрай.

Разочарованно вздохнув, я засеменила за куратором, прижимая к груди Апчихваха. Мы вместе вышли в коридор, и я быстро прочитала табличку на двери.

«Ректор Мерд Норисс»

Чудесно!

— Мы обчихали ректора, — произнесла на длинное собачье ушко. — Думаю, это можно вписать в наш список великих достижений.

Ходил принц быстро, а потому вскоре мне пришлось сменить шаг на трусцу. Со стороны, наверное, выглядело так, будто от меня пытаются сбежать. На деле… На деле было примерно также.

Шли мы молча. И долго. Петляли по пустым коридорам, скакали по лестницам то вверх, то вниз, и, наконец, пришли. К дверям, посреди которых на уровне ручек была высечена голова какого-то странного существа.

— Всё забито, мест нет, — внезапно произнесла голова, щелкнув ручками. — И с собакой не пущу!

— Так мест ведь нет, — подловила я тут же.

— Для собаки уж точно.

Прощаться с единственным товарищем мне жуть как не хотелось. Впрочем, я и не планировала.

Мило улыбнувшись, я отправилась на поиски выхода из академии.

— Ну и куда ты? — донеслось мне в спину.

— Домой.

— Тебя всё равно вернут в академию.

Эти слова стали для меня последней каплей. Я замерла, повернулась к нему и прошипела, глядя в равнодушные ко всему на свете глаза:

— Я день и ночь билась над своим изобретением. Перерыла все библиотеки в городе, год проводила тесты! И всё ради чего? Ради того, чтобы у меня отняли друга?! Какая щедрая награда за мой труд!

— Изобретение — это единственная твоя заслуга? — усмехнулся принц.

Тут я вспомнила, перед кем пытаюсь качать права.

— Прошу прощения. Но Апчихвах очень дорог мне. Я обещаю внимательно следить за ним. Он не доставит неудобств.

Ответ Его Высочество устроил. Он сделал пас рукой, и дверь нехотя открылась, выразительно закатывая глаза.

— Ходят тут всякие архимаги, тьфу! — пробурчала она, захлопываясь за нами.

Мы оказались в просторном коридоре с ровным рядом дверей. Самых обыкновенных, слава Небу. К одной из таких мы и подошли.

— Здесь твоя комната. Учебники и расписание возьмешь в библиотеке. Форму у кастеляна.

— Спасибо, — я широко улыбнулась. Вдруг взгляд принца прояснился. Он подался вперед и схватил меня за подбородок, вынуждая запрокинуть голову.

— Это ты, — сказал он уверенно. — Я тебя узнал, воровка из Норта.

И тут я тоже его узнала. Узнала и страсть как захотела провалиться сквозь землю!

Милые дамы, рада приветствовать вас в моей новинке! Будет весело, романтично и очень интересно))) Подарите книге сердечко, если вам понравилось начало❤️❤️❤️ Это совсем не сложно, а мне будет ну оооочень приятно! 
Добро пожаловать в академию Рассенталь! 

Да, нехорошо получилось… Знаете, обычно, когда воруешь у кого-то, единственное, о чем мечтаешь — больше никогда этого «кого-то» не встретить. Мне сегодня очевидно везет!

Как утопленнику, но все же.

Дело было так: когда-то давно, когда земля была сплошь и рядом заселена драконами…

Ладно-ладно, теперь серьезно: несколько лет назад в скромную деревушку с нескромным названием Норт (Золотая) приехала делегация из лордов, леди, их многочисленных слуг и комнатных собачек, которых зачем-то решили снять с насиженных бархатных подушек и познакомить с жестокой реальностью. В восторг гости не пришли — ну ещё бы, ведь все деньги на благоустройство деревни были благоустроены в кошельке старосты. К слову, у старосты гости и остановились.

Я и мои многочисленные подружки в то время как раз работали в его доме.

И был среди гостей юноша красоты неописуемой!.. Но я все же попытаюсь: высокий, худощавый, с белоснежными волосами и ярко-зелеными глазами, на дне которых окончательно и бесповоротно поселилось презрение ко всему вокруг.

Все девушки были от него в восторге! Я же была в восторге от его красивых часиков, которые он носил не снимая — уже тогда во мне проснулась тяга к винтикам, шестеренкам и замудренным магическим механизмам. И мне было достаточно наблюдать за цацкой со стороны, но случай — крайне неприятный — вынудил пойти на подлое дело.

Впрочем, сам виноват! Нечего быть таким бессердечным. Да и цацка, которую я столь ловко стащила у него, пошла на благое дело. Она, можно сказать, человеку жизнь спасла.

— День выдался такой тяжелый, не так ли? Я прямо-таки с ног валюсь!

— Где мои часы, Юрай? — с фальшивым спокойствием спросил он.

— Часы… Так вот же они, — я постучала ногтем по стеклянному циферблату, украшающему его левое запястье. — Кстати, хорошенькие. Дорогие, небось?

Беловолосый нехорошо усмехнулся.

— Часы, что ты стащила, были мне очень дороги. Надеюсь, ты нашла им достойное применение.

— Самое достойное из возможных! Я обменяла их на кулек конфет, — подарив ему обворожительную улыбку, я нащупала дверную ручку и попыталась улизнуть. Замок громко щелкнул и не поддался. Продолжая натянуто улыбаться, я попробовала снова.

— Никак?

— Никак.

— Странно.

— Может быть, позаимствуешь мне ключик?

— Может быть, украдешь его у меня?

Мы замолчали, сверля друг друга взглядами. Наконец принцу надоело со мной возиться. Он достал из кармана ключ…

Но так и отдал его мне. Вместо этого сам открыл дверь и даже галантно пропустил меня внутрь.

— Добро пожаловать на боевой факультет. Наше знакомство вряд ли будет долгим, а потому особо не привыкай.

Он подбросил ключ к потолку. Тот вспыхнул и исчез. В этот момент правая ладонь нещадно зачесалась. Опустив Апчихваха на пол, я с интересом оглядела возникший на коже рисунок: золотой ключик.

Полюбоваться проявлением высшей магии не вышло. Просто я наконец осмыслила слова принца.

— В смысле на боевой?!

Но Его Высочество уже оставил меня, а догонять и расспрашивать я посчитала ниже своего достоинства, по которому сегодня не пнул только ленивый.

«Ещё не вечер», — подумала я мрачно.

Но как же так? Я — артефактор! Почему на боевой?

Если королю настолько не понравилось моё изобретение, мог бы сразу отправить в ссылку. В Северные земли, например. Там бы я быстро и безболезненно замерзла.

Казнил бы что ль, на худой конец.

Здравствуйте, я Евангелина Юрай — боевой маг, профессиональный охотник на нечисть, заклинатель меча, лука и всех видов оружия разом. Даже звучит смешно! Во мне из боевого только… А вот именно, что ничего. У меня рука болеть начинает, если отвертку передержу.

— Гадство, — заключила я.

— Апчхи! — задорно отозвался песель.

— И то верно. Не пропадем.

Вот только рассчитывать не на кого. Куратор мне явно не помощник. Да и друзей в академии найти вряд ли получится.

Рассенталь — самое престижное заведение в стране. Обучение здесь исключительно платное и по карману лишь единицам. Но денег недостаточно. Чистота крови — вот что главное. Сюда принимают самых родовитых.

Меня вот, например, брать отказались. А мой отец, граф Вердье, год воевал с управлением академии. Даже королю прошения писал. Но все зря. Бастардам здесь не место.

И я впервые согласна с подобной дискриминацией!

Однако несмотря на это слова принца меня задели. Знакомство вряд ли будет долгим? Не привыкать, да? Ну-ну, Ваше Высочество, посмотрим кто кого.

Дело сделано, потому нужно намотать сопли на пассатижи и идти вперед. Ну или хотя бы за формой.

Кастелян, старый и худой мужчина, которому не страшен ни грипп, ни простуда, ни конец света, ибо у него в кармане есть проверенное лекарство от всех бед — фляга с горячительным, мрачно осмотрел меня.

— Там…

— Что — там?

— Всё, — икнул он, не отнимая глаз от кроссворда.

Мне пришлось самостоятельно лезть в кладовую за набором юного волшебника.

— Состояние ясного ума и твердой памяти… — задумчиво протянул кастелян.

— Трезвость, — крикнула я, балансируя на хлипкой стремянке в надежде снять оттуда коробку с мылом. Та в итоге свалилась мне на голову, сбросив меня с лестницы. Зашипев, я принялась с интересом наблюдать за порхающими мимо звездочками, попутно потирая ушибленную поясницу.

— Хо-хо! Сошлось. А ты мозговитая! О, вот ещё, самое маловероятное явление в магической физике.

— Добросовестное исполнение обязанностей, — фыркнула я, выползая из каморки.

— Не, нужно одно слово.

— Нет, три сойдет. Или пойду к ректору. Жаловаться.

Меня обворчали с ног до головы, но всё же выдали все необходимое.

— Андартика, — сказала я, прежде чем уйти.

— А?

— Правильный ответ — андартика. Андар — белый, тика — черный. Это когда две полярные силы соединяются в одном заклинании.

Кастелян довольно оскалился и стал вписывать буквы в ячейки. Я же ушла к себе.

В целом, день проходил спокойно. Я обживалась в комнате, листала выданные в библиотеке книги и мечтала о спокойном вечере.

Не срослось. Стоило мне выйти из коридора, как я натолкнулась на… А, впрочем, посудите сами:

— Что ты здесь делаешь, гадина?!

Год прошел, а сквернословить мои благородные родственники так и не научились.

Так-так, Биба на месте. Где же Боба? Ах, вот и Боба. Все в сборе. Зовите художника, будем рисовать портрет счастливой семьи!

Позвольте представить, Элеонора и Фаниш Вердье — законные наследники славного рода Вердье.

Гостеприимные:

— Тебе здесь не место!

Добрые:

— Вали, пока можешь!

— И вам чудесного вечера.

Ой, чуть не забыла — крайне вежливые:

— Пошла ты!

О да, их добродетели можно перечислять бесконечно. Мои брат и сестра, можно сказать, эталон аристократического воспитания, вершина гения их многочисленных учителей и наставников, папина гордость и мамина радость. Таких, как они, больше нет!

Слава Богу.

Недаром говорят, что природа отдыхает на потомках великих людей. Есть подозрение, что в их случае она вовсе улеглась в спячку и замечательно выспалась. 

Так или иначе, эти двое успешно прошли тесты и поступили в Рассенталь годом ранее. Слуги и я вздохнули с облегчением. Даже домовые привидения перекрестились, узнав об их отъезде.

И вот мы снова вместе. Ура?

Можно подумать, что я не хочу учиться в академии из-за этих двоих, но нет. На них мне плевать. У меня есть проблема куда весомее двух кретинов. И она поджидает за стенами Рассенталя. 

— Не подскажите, где находится столовая?

Брат и сестра гневно переглянулись.

— Ладно, сама найду.

Сказав это, я ловко влилась в поток людей и, не обращая внимания на крики дорогих родственников, отправилась на поиски ужина.

Столовая была обнаружена в самом неожиданном месте — под куполом академии. Чтобы добраться до еды, нужно проявить смекалку, впечатляющий уровень физподготовки и запастись терпением, ибо самые благородные люди страны всегда готовы совершенно неблагородно толкнуть тебя локтем.

Покорив несколько крутых лестниц, десяток длинных коридоров и парочку раз свернув не туда, я наконец… обнаружила магическую платформу, курсирующую по этажам.

Но печалилась я недолго, ибо передо мной разверзлись райские врата… В общем, я наконец нашла вход в столовую.

Столовая представляла из себя огромный круглый зал с ровными рядами столов и стульев. С правой стороны находилась линия раздачи, где можно набрать всевозможные яства. Пахло просто изумительно. Вид, кстати, тоже был ничего себе — из-за стеклянного потолка создавалось впечатление, словно ты плывешь по небу на большом облачке.

Набрав поднос еды, огляделась. Все столы оказались заняты, но стеснительностью я не страдала, а потому направилась к ближайшему столу с целью обзавестись новыми знакомствами и пустующим стулом.

— Здесь занято, — категорично заявила девица, сидящая в гордом одиночестве.

Пожав плечами, я направилась к следующему столу. Внезапно… он тоже оказался занят. Третий стол также отказался принимать в свои ряды одного талантливого и голодного артефактора.

За четвертым мне вовсе заявили:

— Обеденный зал для персонала в другом крыле.

— Чудно, так чего же ты здесь расселся? — вернула шпильку я.

Парень открыл глаза столь широко, словно на него опустилось озарение на пару с прозрением. К моему большому удовольствию нахал в этот момент жевал, а потому ко всему прочему он подавился, закашлялся и принялся стремительно краснеть.

Фыркнув, я отошла от столика и вновь огляделась. Брат и сестра были обнаружены у стены. Чрезвычайно довольный вид выдавал их с головой.

Оперативно сработали! Я их недооценила. В пакостях они всегда были дилетантами. Неужели натренировались за год? Молодцы. Вот только там, где они учились, я — преподавала.

Нацепив широкую улыбку, я отправилась показывать мастер-класс. С грохотом опустила поднос на стол и, воспользовавшись всеобщим шоком, преспокойно села на свободное место.

— Всем привет! Я Ева. Старшая сестра этих… Ну вы поняли кого, — с этими словами я звонко поцеловала Фаниша в щеку, отчего того перекосило.

Я бы и Элеонору поцеловала, мне не жалко! Да вот только тянуться через весь стол лень. Сегодня бедняжка останется без проявлений сестринской любви.

— Ты… — начала было сестрица, но я взвизгнула от восторга:

— До чего же чудесно на тебе сидит эта кофточка! Видели бы вы, как она слезно выпрашивала её у меня. Я, признаться честно, выбрасывать хотела, а она как давай канючить! Ну и как этим глазкам отказать? — я схватила Элеонору за щеки и сдавила их. Та зашипела и вывернулась, но меня это не смутило. — Кстати, Фаниш, матушка просила узнать, сходил ли ты к врачу?

— К врачу? — нахмурился мой тугодумный брат.

— К врачу. По поводу твоей сыпи.

— Нет у меня никакой сыпи!

— Как это нет? Ты же мне её сам показывал. Ну та, которая на лишай похожа… Или у тебя ещё какая-то есть?

Нужный эффект был достигнут в рекордные сроки. Фаниш покраснел, а Элеонора была готова взорваться и не отказала себе в этом удовольствии. Подскочив на ноги, она принялась рычать на всю столовую:

— Не верьте ей! Она всё придумала!

— Сестричка, что случилось? — ласково спросила я. — Почему ты так разозлилась?

— Не смей называть меня сестрой, гадина! — рявкнула она.

— Ах так! Тогда больше не приходи ко мне в слезах, когда тебя опять бросит кавалер! Утешать не буду.

Всё. Занавес!

Издав странный звук, благородная графиня Вердье запустила в меня супом. Весьма предсказуемый ход, от которого я ловко увернулась.

Я-то увернулась. А вот Его Высочество нет.

Принц чудесным образом был облит жирным бульоном с головы до ног. И, несмотря на то, что я была не виновата, смотрел он исключительно на меня.

Блин мне в рот! Это ж надо было умудриться…

В столовой воцарилось тяжелое, даже скорбное молчание. Лишь кто-то смелый протянул:

— Помянем…

Лицо Элеоноры сделалось таким белым, словно она увидела высшего демона из преисподней, а не красавца-принца. Впрочем, чего таить, мне тоже было чуточку не по себе. Глаза куратора светились магическим огнем, из-за чего хотелось извиниться, потом извиниться ещё раз, а после сбежать из страны, сменить внешность, имя и жить во страхе, молясь, чтобы он никогда меня не нашел.

— Прошу прощения! — сказала Элеонора немыслимые для неё слова. Надо же! Она умеет извиняться. Уму непостижимо.

Удивление от встречи с воистину невероятным явлением сыграло мне на руку. Я наконец пришла в себя и приготовилась разруливать ситуацию. Но не успела открыть рот, как вдруг Фаниш поднялся, расправил плечи и встал на защиту сестрички:

— Ваше Высочество, во всём виновата Ева. Это она попросила Элеонору бросить в вас суп! — храбрый рыцарь хотел сказать что-то ещё, но под взглядом принца отвага внезапно оставила героя, и герой плюхнулся на место, прикрывшись графином с водой. 

— Да! — невпопад заявила Эли. За столом все принялись авторитетно кивать. Один за всех и все против меня, получается? Ну ладно, с этими разберемся позже. Моя главная проблема сейчас обретает смирение и прощается со вторым комплектом одежды за день.

Пока у бравой аристократии в край не разыгралась фантазия, я сделала решительный шаг навстречу к принцу. Он заинтересованно выгнул бровь.

— Случилось недоразумение, — произнесла я мягко. — Я всё исправлю!

В этот момент я, по задумке, должна была встать в позу, звонко щелкнуть пальцами и активировать заклинание очистки ткани. Именно так я и поступила…

Чтобы в очередной раз убедиться: прикладная магия — это не моё. Совсем.

Пиджак Его Высочества задорно зашипел, забулькал и озарился ярким пламенем. Не синим, нет. Самым обыкновенным. Однако от этого лучше все равно не стало.

Горел принц красиво, нечего сказать. Любая соломенная баба, сжигаемая на праздник зимнего солнцестояния, пустила бы завистливую слезу.

Отвечать за убийство наследника престола перед королем и советом министров мне не хотелось, потому я поступила, как всегда, мудро! Схватив с его подноса стакан, я окатила куратора пересахаренным компотом.

Внимание, загадка! Холодный как снег, сладкий как мед, очень вреден для здоровья! Ваши варианты? Не-а, неправильно. Это принц. И сейчас он открутит мне голову.

Его Высочество угрожающе медленно приблизился.

— Закончила? — поинтересовался ласково, отчего по спине пробежали пугливые мурашки.

— Угу, — отозвалась я, прикусывая нижнюю губу от волнения.

— А чего так? У меня ещё рагу в тарелке есть.

— Приятного аппетита, — съязвила, не удержавшись.

Мы стояли неприлично близко друг к другу. Я зачарованно смотрела в его глаза. Опустить взгляд отчего-то не получалось. Наверное, со стороны это выглядело так, словно я бросаю ему вызов.

Нехорошо улыбнувшись, наставник всучил мне свой поднос, а после нагнулся к уху.

— Не в моих правилах угрожать женщинам, — жарко зашептал Мейерхольд, — но у тебя есть все шансы нарваться. Не беси меня, Юрай. Я и без того от тебя не в восторге.

Зато я от себя сегодня в таком восторге: хоть стой, хоть падай, хоть к ректору иди за отчислительным бланком.

— И да, книжку, из которой ты черпаешь свои феноменальные идеи, выбрось, а лучше закопай.

Он ушел, оставив меня с подносом и кучей вопросов. Что за книжка-то? Как вылететь из академии быстрее пробки из шампанского? Кстати, это отличное название для моих мемуаров…

Оглядев притихшую публику, я поинтересовалась:

— Кому-нибудь холодно? Могу включить персональное отопление.

Адепты принялись испуганно мотать головами. Натянуто улыбнувшись, я бросила поднос на край стола. Элеонора дернулась и неуклюже смахнула его. Тарелка с рагу подлетела и шлепнулась аккурат на её модную юбочку.

Возмездие свершилось!

Вот только мне от этого совсем не весело.

Из столовой я уходила триумфально: стуча каблуками и держа на вытянутой руке мясной супчик для Апчихваха. Есть самой мне категорически не хотелось. Да и вряд ли захочется в ближайшую неделю.

Смельчаков, готовых помешать моему удалению из обеденной залы, не нашлось. Не знаю, что их смущало: суп или мои магические способности. Немыслимо, но мне даже в спину ничего не кричали. Из этого складывается вывод, что аристократы поддаются дрессировке.

Отчитываюсь: до комнаты я дошла без происшествий, никого не подожгла, ни с кем не поругалась, суп донесла в целости и сохранности. Апчихвах радостно обчихался, унюхав запах еды. Я же пристроилась на краю кровати и стала горестно вздыхать, глядя на трапезничающего песеля.

Хоть кто-то сегодня доволен жизнью. 

В целом, всё не так плохо, правда? Да, денег за артефакт не получила и из страны не сбежала. Зато теперь я надежно спрятана от опасности в академии. Подумаешь — никому не нравлюсь. Я не золотая монета, чтобы всем угождать! А то, что принц меня теперь ненавидит… Ну так принцы — народ избирательный. А у моего вовсе выражение лица такое, словно он сам себе не по душе.

Так, а чего это сразу у «моего принца»? Мне таких принцев даром не надо! Обойдусь.

Если так рассудить, то у меня всё замечательно! А то, что на боевом факультете оказалась, так это ничего. Магия — она и на боевом факультете магия.

Справлюсь!

— Справлюсь ведь? — уточнила у заляпанного в супе Апчихваха.

— Апхчи! — согласился приятель.

— Именно!

И я легла спать, предвкушая первый, легкий и приятный учебный день.

Ох, если бы в этот момент я знала, что ждёт меня завтра… Я непременно бы сбежала!

Утро началось торжественно! Звук, который служил в академии будильником, пронесся по общежитию, выбивая из тела желание не только спать, но и жить. Есть подозрения, что эту страшную какофонию придумал мой знакомый трубач из дворца.

Спросонья я вдруг решила, что началась война. Во мне проснулось всё, кроме боевого духа, а потому я заерзала, завертелась, намереваясь завернуться в одеяло покрепче, и шлепнулась на пол. Апчихвах был рад свалившейся с неба сосиске и принялся восторженно скакать по мне.

Пришлось выползать из теплого кокона и браться за сборы. Сборы прошли быстро. Косметики у меня нет. Заколок и украшений тоже. Расчески, впрочем, также не наблюдается. Спасибо хоть зубную щетку с мылом выдали.

Свернув волосы в дулю, натянула форму, запихнула в холщевый мешок из-под оной учебники и отправилась постигать азы боевой магии.

На завтрак не пошла. И нет, не потому что боюсь гнева одного зеленоглазого Высочества. Просто я до сих пор никак не могу приучить свой организм к раннему приему пищи.

В приюте по утрам не кормили, а сразу сгоняли на работу. Первую еду выдавали лишь спустя три часа, ближе к обеду. Тело привыкло к такому раскладу и менять привычки никак не хочет.

Первым занятием в расписании значилось таинственное ОФВ. Как выяснилось позже, эти таинственные буквы складываются в весьма тривиальное — основы физического воспитания.

Для себя этот предмет я назвала так: РБПШНП — рожденный бегать по шее не получит. Все полтора часа демон, каким-то чудом принявший вид добродушного мужика со свистком, нещадно гонял нас по полигону, всячески мотивируя:

— Курицы косолапые! Сморчки безногие! На таких гусениц даже голодный дракон не позарится, так стыдно ему за вас будет!

Внимание! Выведен новый вид ящеров — дракон-физкультурник. Крайне опасное существо. При встрече заставит сдать нормативы и пробежать эстафету.

Конца ОФВ я ждала как Святого пришествия. Дождалась. И тут же потянулась за расписанием, чтобы узнать, какие дни я буду прогуливать с чистой совестью. Выяснилось, что никакие. Проклятые три буквы значились в каждом столбце каждого учебного дня.

— Хуже и быть не может, — пробубнила я.

Оказалось, что может. Ещё как может!

Два следующих урока были посвящены теории боевых заклинаний. Слушая материал, я ощущала себя не гениальным изобретателем, а милой дурочкой, случайно перепутавшей дверь модного бутика с заседанием ученых королевства. Из прослушанного мне было ясно только слово «вот», с помощью которого не очень красноречивый преподаватель заканчивал мысль.

В итоге я убедилась в том, что боевой маг из меня получится весьма-весьма посредственный. Вот.

Чтобы хоть как-то влиться в учебный процесс, мне пришлось методом угроз и шантажа выбить у старосты конспекты. Староста, низенькая крикливая девочка, поначалу ничего давать мне не собиралась и стойко выдержала все мои тяжелые, многообещающие взгляды. Но стоило намекнуть о жалобе преподавателям, как в моих руках тут же появились стопка тетрадей, исписанных ровным почерком.

— Испортишь — вызову на дуэль! — заявила она.

Пришлось клятвенно заверить её в своей пряморукости.

Учебный день нехотя катился к концу, и наконец на горизонте замаячило последнее занятие.

Боевая подготовка.

Зал, в котором проходило сие мероприятие, был многоуровневым и делился на три этажа. На двух верхних уже вовсю кто-то упражнялся, но нас туда никто не пустил. Весь поток первокурсников боевого факультета остался просиживать штаны на первом.

Вернее, штаны просиживала я одна, а все остальные схватились за оружие и принялись спаринговаться.

Вдруг двери с грохотом открылись, и внутрь прошел широкоплечий мужчина. Не очень высокий, со вздутыми мышцами, малость коротковатыми ногами и идеально круглой головой. Ко всему он был лысым! Эдакая заготовка для глобуса. У меня аж руки зачесались изобразить на нём карту мира.

Ко всему прочему у него были маленькие, злые глазки, которые быстро скользнули по залу и остановились на мне.

— Новенькая, — не сказал — прошипел он. — Чего расселась? Думаешь, лучше других?

Отвечать на явную провокацию не стала. Просто поднялась и мило ему улыбнулась.

— Приветствую учителя, — протянула вежливо. Он не впечатлился и едва не сплюнул. Шаг, второй, и вот мужчина неумолимо приближается, чтобы безмолвно замереть напротив. Смерив меня долгим, недовольным взглядом, он вдруг заявил:

— Учить тебя я не буду. Вон из зала.

Вот это поворот!

Не сказать, что я сильно против уйти отсюда. Будь моя воля, я бы вовсе сюда не заходила. Сидела бы себе в комнате, загадочно глядя вдаль, томно вздыхая по принцу на белом коне…

Кхм! Откуда взялся принц? Заново: сидела бы себе в комнате, загадочно глядя вдаль, томно вздыхая по новенькому набору артефакторских инструментов. Вот, это совсем другое дело! Жаль, несбыточное.

Учиться в академии мне не хочется, но пока это единственный способ спрятаться от… неважно чего. Даже думать об этой мерзости не хочется! А ещё больше не хочется с ней столкнуться. Потому мне никак нельзя вылететь отсюда. А без боевой подготовки на боевом факультете, увы, делать нечего.

— Но почему?

— Перечить вздумала?

— Вздумала. Потому что вы не можете меня выгнать. Я ничего плохого не сделала.

— Ты не подходишь.

— Почему???

— Потому что не умеешь драться.

Знаете, глядя на адептов своего курса, которые только что неуклюже размахивали мечами, зачем-то жутко скалясь при этом и попеременное выкрикивая забавное «Хий-а!», складывается ощущение, что драться здесь не умеют все.

— Возможно, потому что я ученица, а не мастер боевых искусств? — сделала я кощунственное предположение, упрямо глядя на эту тумбочку с завышенными самомнением.

— Не имеет значения. Все здесь проходили вступительные испытания, доказывая комиссии, что достойны учиться в Рассентале. Ты проникла сюда как терририст с гранатой!

Интересно, знает ли король, что послал в академию террориста с гранатой? Нет? Какое забавное недоразумение! Я обязательно ему передам при встрече. И автора этой великолепной цитаты упомянуть не забуду.

— Хорошо. Если ты выдержишь две минуты рукопашного боя с адептом своего курса, то я разрешу тебе остаться, — смилостивился тренер.

Я махнула рукой, принимая правила его игры.

Страшно не было.

Ещё бы, ведь когда живешь в приюте нужно держать ухо востро, руку на пульсе, а в кулачке зажимать камушек для усиления твоих «аргументов».

Дерусь я шумно, забавно и самую малость подло. В моём хрупком теле едва ли хватит сил на сильный удар, а вот на болезненный тычок в ребра с последующим залетом в глаз я всегда готова.

— Эйри, подойди, — пропел лысый глобус.

В ожидании противницы я оглядела зал и заметила замершего на балконе Майерхольда. Наши взгляды встретились. Он выгнул бровь и едва заметно кивнул, мол, покажи, на что ты способна.

Почему-то я напряглась и испытала иррациональное желание ни за что, ни при каких обстоятельствах не облажаться. Не то чтобы я планировала, но при принце мне страсть как не хотелось падать лицом в грязь.

К этому моменту Эйри как раз вышел на середину зала. Вот только вместо ожидаемой девушки я обнаружила напротив огромного бугая, рост которого превосходил мой в два раза, а вес… Извините, а что это гора кушает? Петуха на завтрак, свинью на обед и бычка на ужин, полагаю.

— Он ведь меня раздавит, — не возмущалась, а констатировала я.

— Мест на кладбище хватит на всех, изобретательница, — насмешливо хмыкнул мужчина.

Его откровенное веселье всё же смогло выбесить меня окончально, и я позволила себе колкость:

— Вам когда-нибудь говорили, что у вас замечательное чувство юмора?

— Нет.

— И не скажут, — буркнула я, двигаясь в сторону горы, которую по недоразумению назвали нежным именем Эйри.

Итак, что мы имеем? Неуемный (и даже неуместный) оптимизм, призрачную веру в победу и великую, я бы сказала — гигантскую возможность остаться со сломанной шеей. Негусто, но работаем с тем, что есть.

Парень, который явно учится в другой группе — иначе я бы его точно заметила куда раньше, оскалился и принялся пританцовывать на месте, звонко ударяя кулаком одной руки в раскрытую ладонь другой. Дорогая спортивная форма скрипела на огромном теле и, кажется, искренне не понимала, за что судьба столь жестоко с ней обошлась.

Я задумчиво мазнула по нему взглядом, пытаясь отыскать хоть какое-нибудь слабое место.

— Понравился? — хохотнул громила. — Прости, детка, ты не в моём вкусе!

Слабое место, очевидно, найдено. Полное отсутствие мозгов. Как жаль, что некоторые человеческие особи настолько живучи, что могут преспокойно существовать без них.

— Начнем, — произнесла я, вставая в позу. Эйри же просто расставил ноги пошире и протянул глумливо:

— Дамы вперед. Хотя какая из тебя дама, бастард?

Божечки! Это что же, меня оскорбили? Я сейчас пущу слезу. У кого-нибудь есть платок? Нет? Ну ничего страшного, бастарды и в рубашку высморкаться могут. Мы не гордые, знаете ли.

Пока Эйри улыбался под одобрительный гул публики, я подогнулась, подалась вперед и со всей дури, а её во мне много, уж поверьте, врезала ему кулаком в живот.

Такой подставы Эйри не ожидал, а потому закашлялся и покачнулся. Именно на это я и рассчитывала. Нелепо подскочив, ухватилась за его могучие плечи и потянула вниз, чтобы ударить коленом в солнечное сплетение.

В моих мечтах после этого враг должен был осесть на пол, встать на колени и слезно молить о пощаде. Однако фантазия вновь не совпала с реальностью, и крепыш Эйри быстро взял себя в руки и меня заодно тоже взял. В руки.

Было нетрудно догадаться, что меня сейчас банально приложат об твердые маты, которые постелили в зале скорее для виду, нежели для защиты копчика, шеи и всех других важных состовляющих моего тела.

Мириться с судьбой размазанного по полу блинчика я отчаянно не хотела, и каким-то чудом исхитрилась уцепиться за плотную ткань его костюма,
перекрутиться и… сесть здоровяку на шею.

Так, гору оседлала, что дальше? Положение мне внезапно понравилось. Сжав ноги покрепче, я принялась душить своего противника и зачем-то подняла глаза наверх, к балкону, на котором стоял принц.

Блондин всё ещё был там и со скучающим видом наблюдал за нашим поединком. По его бесстрастному лицу было невозможно понять, о чём он думает, однако в холодном свете изумрудных глаз я заметила одобрение.

Или мне просто хотелось так думать?..

Развить мысль дальше не получилось. В этот момент Эйри понял, что пристала я знатно и спускать к простым смертным не желаю. Тогда-то в его пустой голове зародилась почти хорошая идея: горит сарай — гори и хата.

Короче, он принялся падать на спину.

В последний момент я чудом успела соскочить, но уйти мне не дали. Сильная рука вцепилась в щиколотку, буквально сдернув меня с пола. Рухнув на локти и колени, я не на шутку разозлилась и впечатала свободной ногой в аристократический нос.

Раздался вой.

— Ах ты… нехорошая девочка, — прошипел Эйри.

Ладно-ладно, никакой «девочки» не было. В его высказывании в целом ничего приличного не было.

— Помой рот с мылом, — хмыкнула я, стараясь не морщиться от боли в коленях, принявших удар на себя. — После того, как тебе вправят нос, разумеется.

Меня снова наградили непечатным высказыванием и попытались подмять под огромное тело. Допустить подобное никак нельзя. Из такой позиции я точно не выберусь, какой бы юркой не была.

Победа неумолимо ускользала. Тогда я и прибегла к старой как мир хитрости против излишне самоуверенных мужчин.

Я зарядила ему меж ног.

Низко? Без сомнений. Стыдно ли мне? Ни в коем случае. Наш поединок — это одно большое олицетворение подлости. И виноват в этом исключительно лысый глобус.

Била я не в полную силу. Мне, знаете ли, не хочется оставить какой-нибудь славный, древний и со всех сторон благородный аристократический род без наследников. Я всего лишь хочу отстоять своё право на учебу здесь.

— Ничего личного, — беззлобно сказала я, усаживаясь здоровяку на живот.

Это была победа.

Моя гнусная победа.

Я уж было собиралась встать, издевательски поклониться собравшимся и гордо уйти из зала, хлопнув дверью… Как вдруг меня приложили к полу. Разъяренный Эйри навис сверху, криво улыбаясь.

— Ничего личного, бастард, — усмехнулся он, заламывая мне руки.

Судя по всему, просто побеждать юный лорд не хотел. Он хотел если не сломать, то хотя бы вывихнуть мне что-нибудь.

«И ведь никто не вступится», — со злостью подумала я. И ошиблась.

Силовая волна не просто сбила, она сдула Эйри с меня. Тот кубарем покатился прочь, к стене, прихватив за собой парочку особо улыбчивых парней.

— Не знал, что лорды и леди из благородных домов любят наблюдать за избиением младенца, — с ленцой протянул принц, спуская по лестнице к нам.

Все тут же притихли. Даже тренер, до этого одобрительно ухмыляющийся, собрал всю свою серьезность в кулачок.

— Эфри, со мной сразиться не хочешь? — поинтересовался Майерхольд ласково, отчего все вокруг поежились.

Гора к этому моменту как раз успела отскрести себя от стеночки.

— Я Эйри… — ляпнул он.

— Да мне плевать, как тебя зовут. Ну так что?

Бугай сбледнул, икнул и покачал головой.

— Я так и думал, — усмехнулся принц.

— Ваше Высочество, вы не должны вмешиваться в учебный процесс, — попытался вступиться тренер, за что был легко и быстро осажен одной фразой:

— А вы не должны смешивать личные обиды с учебным процессом.

Лицо учителя побагровело от гнева, а Майерхольд продолжил разрушать его хрупное эго своими словами:

— Вашу «гордость» только что почти разбила неопытная девица-артефактор. На вашем месте я бы пересмотрел кандидатуру лучшего ученика и пригляделся к адептке Юрай. Раз главой рода состояться не вышло, почему бы не попробовать стать хорошим учителем?

Тренер сжал кулаки и даже шагнул к принцу навстречу, но тут его внезапно посетил редкий гость — благоразумие, и он успокоился.

Едко усмехнувшись, принц посмотрел на меня.

— И долго ты собираешься валяться?

— Мешаю? — фыркнула я, и все же попыталась встать на ноги. Не получилось. Вместо этого я зашипела от острой боли, пронзившей меня словно копье с головы до ног.

На мгновение на лице Майерхольда промелькнуло беспокойство, а уже в следующую секунду…

Меня подняли на руках и на глазах у всех понесли в сторону выхода.

Вы не подумайте, что я ханжа. Смутить меня очень сложно, однако у Его Высочества вышло в два счёта.

Легко, и даже как-то играюче, он прижал мою настрадавшуюся тушку к себе и бодрым шагом пересек зал.

Тело ныло, правый глазик чутка дергался, а выбившаяся из хвоста принца прядь длинных белых волос щекотала кожу под носом. Не сдержавшись, я тихонечко чихнула, уткнувшись в широкую грудь.

Принц закатил глаза и продолжил идти вперед, как ни в чем не бывало.

— Куда ты меня несешь?

— Как ты думаешь, куда отправляются адепты, получившие ранение на тренировках? — с непривычной живостью в голосе произнес он. 

— Только не говори, что к некромантам. Я пока не горю желанием стать учебным пособием.

— Хуже. Я несу тебя к целителям, — усмехнулся куратор, уверенно минуя коридор.

Наверное со стороны мы выглядим жуть как романтично! Я — сраженная злодеем дева, и он — мой спаситель, одолевший врага. Прямо-таки ожившее вдохновение для романиста. Осталось лишь научиться делать томный взгляд и таращиться им на принца до тех пор, пока глаза не вытекут от любви и очарования.

Быть сраженной девой оказалось внезапно скучно. Лекарская башня находилась на противоположной стороне замка, а потому путь был банален и сер, а приключения решили, что с меня хватит, и не спешили посещать нас.

— Почему я так сильно не понравилась тренеру? — задала вопрос я.

Не то чтобы мне важно нравится всякой пробегающей мимо собаке. Я готова смириться и даже царственно положить кирпич безразличия на каждого человека, которому моя скромная персона не придется по вкусу. Но здесь что-то другое. Это не просто неприязнь.

Это натуральная ненависть.

— Ты бастард, — коротко ответил принц, сворачивая на лестницу.

— И что? У него аллергия на незаконнорожденных, что ли?

Только представьте себе! Кто-то пухнет от тополиного пуха, кто-то истекает слезами в присутствие пушистых животных, какие-то бедолаги покрываются пятнами после случайно съеденного орешка, а господин-тренер едва ли не лопается от злости рядом с бастардами.

Как удобно!

Я мигом придумала бизнес-модель, в которой этот недо-учитель увольняется с работы, заставляя всех (и меня особенно) вздохнуть с облегчением, и идет проверять всех наследников великих родов на чистую кровь. Рушатся семьи, обличаются измены, закатываются грандиозные скандалы, а тренер сидит на мешках с деньгами, попутно сморкаясь в честно заработанные купюры.

— Его отец передал всё наследство сыну своей любовницы, а Ноэрд остался ни с чем, — лаконично отозвался принц.

Теперь мне ясны целых две вещи! Первая — тупицу-тренера совершенно неверно наградили красивым именем Ноэрд. Вторая — его отец поступил мудро, оставив Ноэрда без штанов. Так ему и надо!

Пока я обдумывала полученную информацию, на принца вдруг напало желание поговорить:

— Если сломаешь себе что-нибудь, ректор пойдет на встречу и исключит тебя.

— Ты очень добрый, — фыркнула я.

— Я всего лишь хочу помочь тебе не убиться.

— А как насчет учить меня? — поинтересовалась язвительно.

— Я не люблю тратить время впустую, — категорично поставил на мне крест наставник. — Ты не боевой маг. И никогда им не станешь.

Стало обидно. Настолько, что взыгравшая гордость победила и здравый смысл, и инстинкт самосохранения. Я попыталась вырваться и чуть не сверзилась на каменный пол. Благо сильные мужские руки не позволили, крепко-накрепко обхватив меня.

— Ты можешь хоть минуту не пытаться самоустраниться из этого мира? — прошипел куратор, заглядывая в мои глаза.

— Минуту?! — искренне возмутилась я.
— Да, и правда. Я слишком много прошу, — едко протянул он, толкая ногой дверь, ведущую в лекарское крыло.

И тут мне стало ясно, что этот раунд не за мной. Да и трудно ощущать себя победителем, стоная на руках идейного врага.

Но я не сдамся. Он будет учить меня, и точка. Об этом я не потрудилась сообщить наставнику. Тот лишь усмехнулся.

— Знаешь, когда ты улыбаешься, рядом с тобой почти не страшно находиться, — проговорила, нехотя отрывая взгляд от его лица.

— Именно поэтому я не улыбаюсь, — припечатал парень, входя в палату.

Меня уложили на свободную койку и громко позвали дежурную сестру. Стало ясно, что дуть на ваву, трепетно сжимать мою ручку и обтирать платочком мой потный лобик никто не собирается. Как только из чулана появилась взъерошенная девица в белых одеждах, больную, несчастную и упрямую меня поручили ей и…

Ушли.

Блондин бессердечный! Мы ещё повоюем, вот увидишь.

Я принялась сверлить дверь злобным взглядом и почти прожгла в ней дырочку, как вдруг рядышком раздалось протяжное:

— Эх…

— Всё настолько плохо? — заволновалась я.

— А? Да нет, с тобой всё хорошо. Парочка ушибов, куча растяжений и ещё больше ссадин. Жить будешь. Наверное, — будничным тоном произнесла сестра. — Знаешь что… И не надейся!

До чего же быстро она меняет прогнозы! Первый мне больше нравился. 

— Слушай, — начала вкрадчиво, — я извиняюсь, если обидела, и извиняюсь заранее, если ещё не успела, но помирать в ближайшие пятьдесят лет я не планирую. Давай ты как-нибудь соберешься с силами, позовешь кого поопытнее, и вы дружным лекарским коллективом поставите меня на ноги, а?

Девица озадаченно моргнула.

— Крепко приложило, да? — с сочувствием поинтересовалась она. — Я про Кая.

А-а-а-а! — хотелось протянуть мне понятливо. Но вместо этого я спросила:

— Кто это?

— Кайрат! — воскликнула она почти обвинительно, словно речь шла ни много ни мало о божестве.

— М…

— Про того красавчика, что принес тебя на руках! Если ты его забыла или, что ещё хуже, не запомнила, то у меня плохие новости. У тебя либо зрение ни к черту, либо вместо памяти решето!

Так вот как его зовут… Кайрат Майерхольд. А неплохо! Звучит.

— Пижон, — фыркнула я как можно более пренебрежительно. Глаза целительницы округлились, а сама она возмущенно зашипела:

— Почему???

Недолго думая, я пояснила свою позицию:

— Он не настолько сильно одарен, чтобы вести себя столь заносчиво.

Так уж устроен мир магов — чем сильнее твой дар, тем больше у тебя права на противный характер. Определить уровень силы можно, лишь взглянув на шевелюру мага. Чем больше в волосах цветных прядей и чем ярче их цвет, тем сильнее колдун.

Мне вот не очень повезло. У меня всего несколько белых локонов у висков и парочка на затылке. Но я не жалуюсь.

А вот принцу бы стоило — магических прядей у него даже меньше, чем у меня.
Примерно то же самое я сказала сидящей напротив девушке, которая, к моему удивлению, разразилась хохотом. Мои слова насмешили её настолько, что она покачнулась, свалилась с табуретки на пол, но не разозлилась, и продолжила гоготать уже из-под койки. Пришлось подобраться и нагнуться к ней.

— Ты чего?

Девица попыталась успокоиться. Хрюкая и всхлипывая, она поползла к шкафу за растиркой. А я всё не понимала, что произошло.

— Смешная ты, — отозвалась целительница.

— Да что не так-то?

— А то, что в королевской семье все мужчины — брюнеты. Особенность у них такая.

Да, похоже, приложило меня и правда знатно, ибо дотумкать до правильного умозаключения самостоятельно не вышло. Пришлось просить помощь зала, и зал охотно пояснил:

— Кай тоже брюнет, — подмигнула целительница, а после добавила с нескрываемым восхищением: — Он силен настолько, что магия полностью перекрыла его родной цвет волос!

Прелесть какая. За свою короткую жизнь с кем я только не ссорилась: с наставницей приюта, со старостой деревни, с заезжим чародеем, взявшим за изгнание нечисти пять золотых… Список длинный, однако самого могущественного мага королевства в нем еще нет. Какое досадное упущение!

Нужно наверстать.

— Короче говоря, и не надейся. Ты, конечно, симпатичная. Может быть он с тобой даже интрижку закрутит, но после всенепременно бросит и разобьет твой сердечко вдребезги!

В этот момент из шкафа выпал бутыль с какой-то зеленой жидкостью. Шлепнувшись на пол, он с грохотом разлетелся. Девица не растерялась, показала на него пальцем и заявила:

— Это знак!

Именно. Знак того, что не стоит нести чушь во время работы. После работы, конечно, тоже лучше не нести, но каждый развлекается как может.

— Его даже герцогиня Анаверд не смогла окучить, а она красавица, каких не сыскать! К тому же родовитая и очень сильный маг! Она, кстати, его напарница по Игре.

Благо, красавицы меня не интересовали. Их я решила оставить принцу, а вот про Игру все же спросила.

— О! Это спортивно-магическое соревнование. Очень престижное! — охотно пояснила целительница. 

Увы, но большего узнать не вышло. Смена этой милой болтушки подошла к концу, а на замену пришел мрачный парень. Он нехотя обработал мои ссадины, влил в меня какую-то горькую гадость и ушел в неизвестном направлении. Спасибо хоть на ключ не закрыл.

Лежать очень скоро стало скучно. Когда все банки в шкафу, квадратики, которыми был выложен потолок, и даже застиранные пятна на одеяле были подсчитаны, находиться в палате стало вовсе невыносимо.

Я лежала на кровати, изображая памятник лежащей на кровати себе, и думала о будущем. Будущее, скажем честно, вырисовывалось совсем не радужным.

По программе я отстаю. Но мало того: меня не хотят учить азам! Вон какое представление Ноэрд устроил, чтобы «показать моё место».

С таким раскладом после первой же сессии мне торжественно пожмут руку, махнут белым платочком на прощание и плюнут в спину, чтобы я точно не вернулась.

И принц помогать отказывается. А ещё он не похож на человека, которого легко заставить сделать что-либо. Кхм… Пожалуй, так будет честнее: он похож на человека, который никогда не станет делать что-либо не по своей воле.

Впрочем, он прав. Я не боевой маг. И никогда им не стану.

А значит нужно искать выход! Он всегда есть. Вот, даже в палате их целых два: окно и дверь. Один для реалистов, другой для оптимистов.

Стоило подумать о двери, как та открылась и внутрь ввалились двое парней.

— Эта?

— Да вроде…

Переглянувшись, они двинулись к кровати.

Это что же? Меня убивать пришли, а я не накрашена? Какая досада!

Триумфально прошествовав три метра, они замерли напротив. Один нерешительно кашлянул, другой как-то странно покосился в мою сторону и натянуто улыбнулся.

Безмолвно договориться у юношей не вышло, потому они решили сыграть в камень-ножницы-бумагу прямо перед моей койкой. Выиграл тот, что слева. Тот, что справа, недовольно поджал губы, прочистил горло и протянул зычно:

— О, Фея Огня, помоги нам!

— Спирт в шкафу, — брякнула я.

— Зачем нам спирт? — удивились они.

— Вот именно, что не нужен. У вас без него глюки. Пора вставать на рельсы здорового образа жизни!

Парни снова непонятливо переглянулись. Я тем временем быстро осмотрела визитеров. Высокие, широкоплечие брюнеты с карими глазами. Братья? Похоже на то. Да и цвет магии у них один — ярко-зеленый.

— А я говорил тебе, что Фея Огня звучит по-идиотски! — фыркнул левый. — Вот Повелительница Пламени — совсем другое дело!

— Фея Огня — нежнее. Она же, все-таки, девочка!

— Вы очень наблюдательны, — съехидничала я.

Спорщики замолкли на секунду, а после решили прибегнуть к помощи самой здоровой головы в палате. Ко мне:

— Тебе как больше нравится: Фея Огня или Повелительница Пламени?

— Как тривиально. Присмотритесь к Вождю Светильников и идите с миром, юные падаваны.

Уходить с миром они почему-то не захотели. Вместо этого парни без приглашения приземлились на кровать, потеснив меня с двух сторон.

— Нам нужна твоя помощь, Вождь Светильников.

— Научи нас тому заклинанию, которым ты сожгла принца.

Во-первых, не сожгла, а подожгла. Это важное уточнение, ибо за первое меня могут казнить, а за второе… казнить, но более гуманно.

Во-вторых, научить не могу. Это моя личная особенность, дар, если хотите. Если нужно по-драматичнее — проклятие!

Дело в том, что практическая магия мне дается с крайней неохотой. Почему-то почти каждый раз, когда я призываю силу в реальный мир, она обращается огнем.

Упорством и практикой мне удалось совладать с некоторыми бытовыми заклинаниями, но, как видите, и они не всегда работают идеально. Пиджак Кая Мейерхольда подтвердит.

Но в этом есть и плюсы. Мне отлично дается предметная магия. Зелья и артефакты (особенно артефакты!) — мои лучшие друзья. Почти под каждое заклинание я придумала альтернативу в виде какого-нибудь механизма.

— О, друзья, — протянула я, подкладывая под спину подушки. — Это исключено. В своё братство огня я беру только лучших из лучших.

— Мы готовы на всё!

— Нам ну очень надо.

Ну раз надо…

— Водички принеси, — повелительно отозвалась я.

Очень скоро в моей руке появился стакан с живительной влагой, а в другую вложили подкупную шоколадку. Подкупная шоколадка оказалась с изюмом и была возвращена на родину. Даритель сконфузился и рассыпался в извинениях. Я наслаждалась ситуацией.

— Как вас зовут-то?

— Агес Ферден, старший, — представился левый.

— Арес Ферден, младший. Но от этого ничуть не хуже! — сказал правый.

— Магии я вас не научу, но устранить врага путем возгорания помогу. Условия два — не доводить дело до крайности и никому не говорить, что я в доле… Тьфу ты, в деле. А, и ещё: все материалы за ваш счет. Список получите завтра.

— Это три условия… — блеснул феноменальными математическими способностями Арес.

— Счетоводов попрошу выйти!

— Мы согласны! — воскликнул Агес, толкая брата локтем. — Спасибо тебе, Вождь Светильников, мы у тебя в долгу.

Ещё в каком. Уж поверьте, я своего не упущу.

Начинающие пиротехники ушли. Я тоже выползла из-под одеяла, натянула верхнюю одежду и направилась в столовую. Голод, знаете ли, не тетка. Да и Апчихвах отмену ужина не оценит.

На обеде мне повезло. Я успела занять большой стол и преспокойно наслаждалась едой, пока адепты жались на скамьях, толкаясь локтями, и бросали в мою сторону тяжелые взгляды. Видимо, они надеялись, что кусок наивкуснейшей запеканки встанет мне поперек горла, я тихонечко издохну и они быстренько займут мой стол.

Не свезло. Их надежды не оправдались, а я продолжила обедать.

В какой-то момент ко мне решительно двинулся парень. Я уж обрадовалась будущему соседу, как тот скомуниздил у меня стул и ушел. К стеночке. Так он и ел. У стены. С подносом на коленях.

И на что только аристократы не пойдут, чтобы не есть рядом с презренным бастардом за одним столом!

Увы, но в этот раз временного преимущества у меня не было. Пока я доковыляла до столовой, вся академия успела забуриться в обеденный зал и рассесться по местам.

Думаете, я отчаялась и пошла к стеночке?

Нет.

Я заметила Кая Мейерхольда, который одиноко сидел за своим столом и загадочно смотрел на небо.

Рассудив, что ему скучно, я направилась к нему устраивать если не концерт, то хотя бы небольшое представление. На глазах у ошарашенной публики я водрузила поднос и смело села напротив.

— Мы не договорили, — сказала вместо приветствия.

В ожидании проды предлагаю вам посмотреть на нашего главного героя! 
1.

2.

3.

4.

В моем вы можете разглядеть его получше❤️
Шепотом: а ещё там есть один горячий визуал нашего Кая... А ещё там есть два секретных арта с нашими главными героями вместе!)
Короче говоря, я вас всех жду

Ложка, не выдержав напряжения, решила самоустраниться с моего подноса, и в звонкой тишине упала на пол. Недолго думая, я позаимствовала прибор у принца и приступила к еде.

— И тебе приятного аппетита, — почти с восхищением произнес немного удивленный наставник.

Вся столовая таращилась на нас, потому я старалась вести себя как можно более непринужденно, словно ужинать с принцем — привычный пунктик в списке дел на день.

Кайрату было совершенно всё равно и на людей, окружающих его, и на меня, пытающуюся поймать его взгляд. Его интересовал лишь кусок отбивного мяса, который он беспощадно нарезал в своей тарелке.

— Вкусное, наверное, — протянула я. — Не поделишься кусочком?

Принц поднял на меня хитрые глаза и как-то нехорошо, многообещающе улыбнулся.

— А как же, — хмыкнул он, обмакивая кусок в соусе и протягивая его мне. На вилке. Ко рту. — Кусай.

Не знаю, что за игру затеял этот мутный товарищ, но поддаваться я не планировала. Мило улыбнувшись… Я стащила у него тарелку.

— Проголодалась? — столь же благосклонно поинтересовался блондин, словно потеря сочного куска мяса его совсем, ну ни капельки не расстроила.

— Да. После того как мне чуть не сломали руки, я почувствовала небывалую тягу к еде, — произнесла ехидно, набивая рот отбивной и смачно причмокивая, — и к знаниям. Раз ты столь любезно поделился со мной ужином, может быть и научишь меня чему-нибудь?

— Нет.

— Тогда я буду есть с тобой каждый божий день!

— Ты серьезно считаешь это угрозой?

— Разумеется. Я буду воровать твою еду, пинаться под столом и жутко чавкать!

Наши взгляды встретились. Шутить и ухмыляться перехотелось, а мир вокруг словно замер.

— Повторяю ещё раз. Для непонятливых, голодных и излишне самоуверенных. Я не буду тебя учить, Юрай. Не потому, что ты мне не нравишься. Просто это не имеет смысла. Ты провалишься. Я это знаю.

— Повторяю ещё раз. Для непонятливых, голодных и излишне самоуверенных. Ты будешь меня учить. Иначе…

А вот это уже лишнее. Угрожать принцу, который в потенциале должен стать моим учителем и союзником, глупо.

Глупо, но я это сделала. Если не словом, то взглядом. Кайрат понял, прочитал мои мысли. И они ему жутко не понравились.

Медленно поднявшись, он обошел стол и жестом фокусника вытащил из кармана платок.

— Ты испачкалась, милая, — склонившись ко мне, Кай мягко провел гладкой тканью по уголку моего рта. — Так-то лучше. До завтра. И спокойной тебе ночи.

Улыбка, что мне подарили на прощание, была столь сладкой, что мне срочно захотелось запить её чем-нибудь.

«И что это было?», — думала я, глядя вслед удаляющемуся куратору.

Ответ нашелся сам собой, стоило мне отмереть и оглядеться. Куча ревнивых девичьих взглядов, обращенных в мою сторону, не сулили ничего хорошего…

Тем, кто осмелится выйти на тропу войны со мной.

Что ж, если до этого я просто всем не нравилась, то сейчас женская половина академии втайне мечтает придушить меня в темном уголке.

Хитро. Просто. И со вкусом. Браво, Ваше Высочество. Но не на ту нарвался.

Не знаю, на что он рассчитывал, но я продолжила ужинать. Съела и мясо, и суп, и грушевый пирог вилочкой потыкала, выпила чай и, подхватив порцию Апчихваха, продефилировала к выходу.

К этому моменту жизнь в академии поутихла. Адепты разбрелись по комнатам, освещение в коридорах притушили. Я шла по опустевшему замку, планировала принять горячую ванну, а после обложиться конспектами старосты и зубрить их до посинения.

Но стоило оказаться в крыле общежития, как меня настигло дурное предчувствие. Которое, увы, оправдалось сполна.