Мой куратор — наследник престола. Игра❣️

— Он занят! — категорично заявил секретарь, стоило мне ввалиться в двери ректората.

— Знаю я, чем он занят, — прошипела, попутно пытаясь отдышаться.

На аудиенцию к главе академии Рассенталь я не бежала — а летела на ещё не открытой учеными скорости. Один раз упала. Два раза ушибла плечо. Три раза споткнулась — надеюсь на удачу. Как-никак, Небеса троицу любят.

А меня вот явно недолюбливают за какие-то грешки, иначе я не знаю, как оказалась в столь ужасной ситуации!

— Объяви обо мне, — потребовала, угрожающе медленно приблизившись к секретарю.

Я решила не вламываться в кабинет с ноги. Этот пункт оставила в качестве запасного плана на случай, если Мерд Норисс — лорд, уважаемый ректор и заклятый сладкоежка, упрется рогом и откажется говорить со мной.

Щуплый парень попытался спрятаться за папками с документами, но их оказалось до обидного мало, потому отгородиться от настырной меня не вышло.

Под моим тяжелым взглядом он нехотя нажал на кнопку переговорного артефакта и произнес:

— Милорд, с вами очень хочется встретиться Евангелина Юрай.

— Вопрос жизни и смерти, — подсказала шепотом я.

— Вопрос жизни и смерти, — икнул парень.

— Дело не терпит отлагательств, — продолжила наускивать я.

— Дело не терпит отлагательств.

— Оно важнее ящика шоколада. Нет! Двух ящиков шоколада!

— Я тебе не передатчик! — недовольно отозвался секретарь.

— Пусть войдет, — к всеобщему шоку отозвался артефакт.

Недолго думая, я прошла в кабинет.

Мерд Норисс по своему обыкновению сидел за столом в окружении фантиков из-под конфет, пил чай и загадочно смотрел в окошко. Примерный ректор, ни дать ни взять! День и ночь трудиться не покладая рук (и поглатая сладости) во благо академии.

— Лорд Норисс, — начала я с порога. — Произошла чудовищная ошибка.

— Присаживайся, Ева.

Я охотно опустилась на стул и принялась сверлить в ректоре отверстие взглядом.

Тот тяжело вздохнул.

— Ева, я знаю, зачем ты пришла. Но ничего уже не поделать.

— Но я туда попала по ошибке!

Вернее — по большой подставе.

— Я не вписывала своё имя в Гримуар!

— Однако оно там есть. И ты будешь участвовать в Игре.

— А если я не хочу участвовать?

— Тебя накажут. Посадят под стражу. Или даже запечатают магию. Быть участником Игры — великая честь. От такого нельзя отказаться.

— Но я и не подписывалась! — начала закипать я. — Во всем виноват Астарт Райнхард. Пусть его под стражу сажают.

Лицо ректора, вечно доброе и беспоконечно миролюбивое, моментально переменилось.

— За такие слова непременно нужно платить, девочка. За оскорблением наследного принца следует ужасное наказание. Но сегодня я буду добр к тебе и сделаю вид, будто ничего не слышал.

Глядя на этого холодного человека, внезапно оказавшегося передо мной, я вдруг отчетливо поняла — ректор мне не друг и уж точно не союзник. Напротив, он явно причастен к подмене имён.

Поднявшись с места, я, нахально глядя в глаза Норисса, стащила из его вазочки пару конфет и вышла из кабинета. Нужно ведь мне хоть какое-то моральное облегчение!

Сделал пакость — на сердце радость, как говорится.

Зато теперь я знаю, почему меня сослали на боевой факультет. Чтобы я смогла на законных основаниях принять участие в Игре.

Маленькая, слабая, с неконтролируемой магией — я стану отличной обузой для принца, имевшего все шансы на победу.

Неужели король благоволит Астарту, а не Каю? Странно, ведь Кайрат явно сильнее брата как физически, так и магически. Аст же способен лишь на подлые уловки.

И до чего же неприятно оказаться решающим винтиком в одной из них!

Я понуро шла по коридору, как вдруг увидела того, с кем всем сердцем мечтала поговорить. Того, кто должен меня выслушать… и поверить.

— Кай! — крикнула, бросаясь навстречу. — Кай, постой!
Дорогие мои, это второй том истории❤️ Первый том вы можете прочитать бесплатно

Его Высочество лишь усмехнулся и скрылся за поворотом. Я влетела следом, но принца там уже не было. Только падающие на пол искры захлопнувшегося портала.

Ладно-ладно, Майерхольд. Академия тесная, за углом встретимся.

Тяжело вздохнув, я поползла на занятия.

День прошел как в тумане. Я все думала об Игре, о Кае и Асте, а ещё о туманном будущем.

Эти мысли так увлекли меня, что даже на занятии с Грейлисом я умудрилась ни с кем не поругаться. Ни с самим нумерологом, ни с одногруппниками. Могу собой гордиться!

После занятий я побежала отбывать своё наказание. Намывая полы в коридорах, я надеялась встретиться с принцем, но все тренировочные залы были закрыты.

Соваться к нему в комнату не стала. Не буду скрывать и с позором признаюсь — побоялась.

Потому пришлось отложить откровенный разговор до лучших времен. То есть до завтра.

Сон мне снился крайне занимательный. Кого там только не было!

Ректор бегал за мной и требовал вернуть конфеты. За ним, утираясь белоснежным платочком, поспевал Астарт. Конфеты второго принца не интересовали, он хотел заполучить мою кровь и нагло умолял меня не жадничать.

Следом за ними всеми скакала восторженная Майа с новой порцией сплетен:

— Да постой же ты! Я тебе сейчас такоооое расскажу! — кричала она.

То тут, то там одна неуклюжая герцогиня Анаверд постоянно наскакивала на ведро и жутко ругалась.

Благо хоть братьев Ферден не было… А нет, вот же они! Постойте-ка, а куда они тащат мой сундук с инструментами?

— А ну положите на место! — гаркнула я.

— Не-а!

— Мы нашли артефактора получше.

— Отдадим сундук ему!

Мысленно окрестив их всех предателями, я ускорилась, намереваясь спрятаться от погони.

Свернув на повороте, я в кого-то врезалась. Заботливые руки тут же крепко, но бережно окутали меня.

— Кай, — выдохнула облегченно, прижимаясь лбом к его груди. — Как же я рада тебя видеть.

Его Высочество улыбнулся и медленно склонился ко мне, словно собирался поцеловать. Его губы замерли в крошечном сантиметре от моих, заставляя меня сгорать от нетерпения.

— А я вот нет, — выдохнул Майерхольд, — предательница.

Он легонько толкнул меня. Всплеснув руками, я полетела в пропасть, внезапно разверзшуюся под ногами.

— Какой ужас! — заключила я, резко садясь на кровати. — И присниться же такое…

— Какое? — раздалось внезапно.

Вздрогнув, я бросила взгляд в сторону кресла и увидела Кайрата, преспокойно сидящего в нём.

Я вдруг поняла, что так и не показала вам нашу главную героиню. Это дело нужно исправить! Давайте же вместе посмотрим на неё) 
1

2

3

4

Кайрат Майерхольд

— А я знала, что с ней что-то не так! Чувствовала, что она предаст тебя, — распалялась Луиза, истерично наворачивая круги по комнате.

Право слово, понятия не имею, как она просочилась в мою комнату.

После разговора с ректором, который ни к чему не привел, я вышел проветрить голову и обнаружил прелюбопытнейшую картину.

Поганца Аста… и Еву.

— Здравствуй, братец! Как тебе наш с Евой подарочек? Разве не прелесть? Теперь ты сможешь проводить со своей возлюбленной куда больше времени.

Евангелина все это время служила Райнхардам. Очевидный вывод, который напрашивался сам собой.

Она из Вердье. А род Вердье предан Райнхардам и связан с ними как дружескими, так и семейными узами. И пусть Юрай не носит их фамилию, но кровь — не водица.

Все, абсолютно все указывало на её приверженность Астарту. Срывы тренировок. Требование заняться её обучением — разумеется, чтобы отвлечь меня от цели. Старые трюки: она не первая девушка, которую мне пытались навязать.

Однако Евангелина куда талантливее своих предшественниц. Те быстро сдавались, а после столь же быстро раскрывали свои дурные мотивы и имя своего господина, подославшего их — Астарта Райнхарда.

Признаю. В этот раз брат превзошел все мои ожидания.

— Я знала, знала же! — в который раз воскликнула Анаверд.

Её голос неприятно резанул по ушам.

— Успокойся, — приказал, поморщившись.

— Кай, знал бы ты, как я зла! Из-за неё все наши планы пошли дракону под хвост!

— Разве твои крики могут что-то изменить?

Девушка замерла и понуро опустила голову. Грустила она недолго. Уже через минуту Луиза зачем-то забралась на подлокотник кресла, в котором я сидел, и принялась массировать мне плечи.

— Не расстраивайся, Кай. Знай, для меня ты всегда будешь первым, — произнесла она восторженно, а после нагнулась к самому уху и протянула с придыханием: — Всегда.

Её слова и действия, по задумке, должны были принести мне облегчение.

Но этого не последовало.

К собственному удивлению я понял, что меня раздражает ощущение её рук на теле. Запах её парфюма. Голос. И само ощущение близости.

Нет. Меня это не раздражало. Меня это не на шутку бесило.

— Не нужно, — сказал я наконец, отстраняясь от неё.

Анаверд надула губы, спрыгнула с подлокотника и встала передо мной.

— Кай, я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Подумаешь — Игра. Если бы Юрай не влезла, мы бы точно одержали победу.

— Ничего ещё не кончено.

— То есть как?

— Ты меня прекрасно расслышала.

Её брови, тщательно подведенные углем, сошлись на переносице.

— Ты… собираешь тренировать её?

— А ты что, против?

Герцогиня дернулась, словно кто-то залепил ей пощечину.

— Ты ведь капитан. Ты можешь снять команду с Игры! Забудь об Оке! И о ней тоже забудь. Она предала тебя, разве не видишь? И в Хрустальной пещере предаст!

— В тебе сейчас говорит забота или ревность?

— Разумеется забота!

— Странно. Отчего же мне слышится иное?

— Она…

— Предала меня. Слышал. Но отступать я не планирую. Ева пойдет со мной в пещеру. Хочется тебе этого или нет.

Луизе мой ответ не понравился. Она несколько раз выразительно шмыгнула носом, одарила меня самым грустным взглядом, на который только была способна, а после стремительно выбежала прочь.

Странно. Не похоже на неё. То, что я сейчас увидел, скорее дешевое представление, призванное надавить на жалость. Никак не реакция Анаверд, с которой я давно знаком.

Всё произошедшее похоже на кривую башенку, собранную ребенком.

Поднявшись, я прошел к столу. Руки сами потянулись к заветному ящику.

Грубая шпилька привычно легла в ладони, согревая теплом дерева.

Евангелина Юрай, мой разум больше не верит тебе.

Вот только сердце требует обратного.

Так или иначе, мы теперь связаны. И ты от меня никуда не денешься.

Его Высочество ничуть не стеснялся и с превеликим удовольствием сидел в кресле, вольготно развалившись. Голова чуть откинута, подбородок упирается в кулак левой руки. По плечам, обтянутых злополучной красной рубашкой, разметалось серебро длинных волос.

Сердце невольно екнуло при виде него, а кончики пальцев зазудели, требуя вновь запустить руку в сверкающую шевелюру.

На его коленях лежал Апчихвах, которого Его Высочество тщательно наглаживал. Пушистый предатель откровенно млел, высовывая язык и подставляя голову. На сконфуженную хозяйку, сраженную внезапным гостем, ему было решительно все равно.

Так-так, что мы имеем? Одного злого Майерхольда. Разомлевшую псину, лишенную всякой воли и способности на защиту непутевой хозяйки. И, собственно, саму непутевую хозяйку.

Итог: сейчас меня тихонечко прибьют. Ну или придушат, чтобы не пачкаться. Или наоборот — зверски зарежут. А что? Не даром ведь красную рубашку надел. Чтобы кровь видно не было…

— Ты… Ты что здесь делаешь? — наконец выдавила из себя я.

— Не рада меня видеть? — осведомился он.

— А что, не видно восторга на моём лице? — хмыкнула в ответ, притягивая колени к груди. — Давно ты здесь?

— Видел больше, чем тебе бы хотелось. Милая пижамка.

— Подарить?

— Прибереги для Астарта.

Наши взгляды схлестнулись. В его глазах я не увидела ни былой нежности, ни маломальского дружелюбия.

Лишь холод.

Тот самый, с которым он смотрел на меня в первые дни знакомства.

До чего же интересно вышло: с чего начали — к тому и пришли. 

— Если ты явился обвинить меня во всех смертных грехах, то давай перенесем это мероприятие на вечер? Сейчас у меня в планах крепкий сон.

— Нет, Юрай. Слова ни к чему.

Все-таки пришел убивать…

— Я решил стать примерным куратором. И сейчас мы пойдем делать из тебя боевого мага.

Ну я же говорила — убивать!

Я потерла глаза и покосилась на часы. Словно по заказу в этот момент из окошка вылетела прибалдевшая кукушка и отчетливо сказала: «Шли этого куратора на… гору».

На самом деле она ознаменовала пять часов утра, но в возмущенном кудахтанье я расслышала совсем другое.

Разрываясь между «Нет» и «Категорически нет», я широко зевнула и качнула головой.

— Не получится.

— Почему же, позволь спросить?

— Потому что, — заключила я. — И вообще, если ты вздумал мне мелко мстить, то не стоит. Я ни в чем не виновата.

Кайрат медленно поднялся, переложил Апчихваха на кресло и прошел к кровати. Я замерла, вцепившись пальцами в тонкое одеяло.

— Юрай, — произнес принц, склоняясь надо мной. — Я не буду мелко мстить тебе. Я мщу грандиозно. С размахом и со вкусом.

— Учту.

Его губы искривились в многообещающей усмешке.

— Я пока не разобрался, виновата или нет, но как ни крути — времени у нас немного. — Кайрат плавно нагнулся ко мне, пристально глядя в глаза. — Ты, кажется, хотела учиться у меня? Так вот он я, весь в твоем распоряжении. Вставай. Боевая магия заждалась тебя.

Это вообще нормально? Здравый смысл, который почему-то редко со мной разговаривает, поднял голову и полез в кодекс по правам сонных артефакторов, нашел нужную страницу и категорично замотал головой.

Вот-вот! И я о чем — не нормально.

— Не пойду, — хмыкнула я, откидываясь на подушку и прикрывая глаза.

В моих мечтах после этого Кайрат должен был тяжело вздохнуть и уйти.

В реальности же Кайрат тяжело вздохнул… Но не ушел! Вместо этого сцапал меня с кровати, перекинул через плечо и целеустремленно двинулся в сторону двери.

— Эй! Мы так не договаривались!

— Мы договаривались? — фыркнул принц.

— Брось каку! Тьфу! То есть положи меня на место!

— Положу, — невозмутимо отозвался он и добавил с усмешкой: — После тренировки.

Очень трудно угрожать человеку, болтаясь вниз головой у него на плече, но я все же решила попробовать:

— Я буду жаловаться!

— Флаг тебе в руки, Ева. Жалуйся! После тренировки.

Моя мягкая, манящая, возмутительно привлекательная кровать стремительно отдалялась. Вернее — меня вероломно от неё уносили.

В рукаве ещё оставался туз в виде давления на жалость, но сомневаюсь, что спина Кайрата способна на сострадание. Скрипя зубами, я прошипела:

— Твоя взяла! Дай хоть переодеться!

В то же мгновение я оказалась лицом к лицу с Его Высочеством. Он продолжал держать меня на руках, но теперь крепко прижимал к себе.

— Умница, — резюмировал он. — А теперь давай уясним кое-что. Я — твой командир. Ты — моя подчиненная. Если я говорю тебе идти — ты идешь. Я говорю тебе бежать — ты бежишь. Если я отдал приказ — ты его выполняешь.

— А команда «к ноге» будет? За палочкой сбегать не надо? Могу в обруч прыгнуть. Но это уже программа максимум, за неё взимается плата.

Под его тяжелым взглядом мне стало чуточку трудно дышать. А в объятиях, надежных и твердых, было холодно и неуютно. Поерзав, я нехотя выдавила:

— Понятно… командир.

Удовлетворенно кивнув, он опустил меня на пол.

— Переодевайся. Я буду ждать тебя за дверью.

Источая небывалый оптимизм, нерушимую любовь к раннему утру и невероятную тягу к знаниям, я плелась за Кайратом со скоростью…

Без скорости.

Просто плелась.

И где-то глубоко в душе надеялась, что сейчас принц уйдет на приличное расстояние, а я тем временем затеряюсь в коридорах академии.

Благо, человек, что строил этот замок, явно питал серьезную страсть к лабиринтам. Я спрячусь так, что сама потом не найдусь. Зато высплюсь! Свернусь калачиком под лестницей, подложу ручку под щечку, закрою глазоньки и…

— Я знаю, о чем ты думаешь, — произнес Кайрат, даже не потрудившись обернуться. — Догоню. Закину на плечо. Отнесу на тренировку.

— Изверг, — буркнула я, стараясь не вывихнуть завком челюсть.

— Ты даже не представляешь насколько.

Общаться со спиной, пусть и такой широкой, крепкой и явно безопасной, мне было неинтересно. Пришлось ускорить шаг и поровнять с ним.

— С Анаверд и остальными ты занимался по вечерам. Всего по три часа.

— Все верно.

— Может быть, и мы будем заниматься по вечерам?

— Будем, — утвердительно отозвался он. Я уж было обрадовалась, как Майерхольд добавил: — И по утрам будем. А по выходным… Впрочем, забудь об этом восхитительном слове. В ближайшее время оно тебе не пригодится.

— Погоди, я на такое не подписывалась...

— Как и я, — оборвал меня Кайрат. — День назад я не планировал обучать тебя в таком темпе. Но это было день назад. И не сравнивай себя с Анаверд. Она лучший защитник в академии.

В словах Майерхольда не было ничего, кроме правды, однако внутри меня что-то дернулось и неприятно засвербило. К собственному удивлению, я различила в этих ощущениях…

Укол ревности.

Вот до чего доводит недосып!

К этому моменту мы дошли до тренировочных залов. Кай приложил руку к первой же двери. Блокирующий символ сверкнул и исчез. Замок звонко щелкнул, открываясь.

— Добро пожаловать на первую тренировку, моя дорогая ученица, — произнес наставник, галантно пропуская меня вперед.

И почему у меня такое чувство, что сейчас «дорогая ученица» отхватит по полной?

Ох и правильно поговорила тетка Маттис: «Бойся своих желаний, Ева! Они имеют свойство исполняться». Угу. Пожалуйста. Образцовый куратор, воспылавший желанием заполнить абсолютно все пробелы в моем боевом образовании.

Получите.

Распишитесь.

И не хнычьте.

По спине невольно пробежал холодок — в зале было темно и мрачно. Идеальное место для того, чтобы разобраться со своим неприятелем.

Кайрат два раза хлопнул в ладони, и две большие люстры нехотя зажглись, рассекая мрак тусклым светом.

Н-да, разбираться с недругами Его Высочество любит при хорошем освящении.

— Разминайся, — бросил принц, а сам пошел к стене, на которой висело оружие.

Пожав плечами, я принялась делать зарядку. Голову к одному плечу раз, к другому два, присели, встали, присели, вздохнули — потому что уже устали, и так несколько раз.

Взгляд Майерхольда, наблюдающего за моими потугами, описать было довольно сложно. Так обычно смотрят на ребенка, который с радостными воплями прыгает в луже и зовет присоединиться. Зрелище, вроде как, забавное, однако стирать одежду и отмывать малыша не совсем-то и хочется.

— Что ты делаешь? — наконец произнес он.

— Танцую танец дождя, — буркнула я, кое-как нагибаясь то к одной ноге, то к другой.

— И правда — дождя. Меня так и подмывает всплакнуть, — ехидно протянул принц. — Знаешь, для чего нужна разминка?

— Чтобы подержать меня на тренировке подольше?

— Чтобы на тренировке ты не травмировала мышцы, — серьезно заявил наставник. — То, что ты сейчас делаешь, не имеет смысла. Со стороны это больше похоже на приступ.

— Не нравится — не смотри.

— С радостью, но увы не имею права на такое удовольствие, — хмыкнул Кай.

Я перестала пыжиться, выпрямилась и сказала с вызовом:

— Судить легко, учить непросто. Может быть, покажешь мастер-класс, мой дорогой куратор?

Меня наградили широкой, предвкушающей улыбкой.

— С превеликой радостью покажу, Юрай.

Запомните — никогда, ни при каких обстоятельствах не дергайте наследных принцев за самолюбие. Оно у них, как правило, большое…

— И мстительное, — шипела себе под нос я, проползая гуськом по периметру зала.

— Что-что? — раздалось приторно-довольное сразу же.

— Восхищаюсь твоим профессионализмом, маэстро, — отозвалась, пытаясь сдуть прилипшую ко лбу челку.

— Как-то вяленько.

— Небеса ещё не изобрели такую эмоцию, которая передаст весь мой… фух… восторг!

— До чего же приятно знать, что тебя любят, — сладенько изрек этот… этот куратор.

Ладно, кого я обманываю? Это не куратор. Это — монстр! Зверь, который решил извести меня моими же ногами.

— Всё! Десять кругов готовы!

— Неправда, — качнул головой принц. — Ты прошла девять. Остался ещё один. Вперед!

— Ты неправильно считаешь!

— Думаешь, было все-таки восемь?

Вот ведь га-а-а… нехороший человек, в общем.

Прикусив язык, я, чихвостя Кайрата на чем свет стоит про себя, поползла доделывать упражнение.

Попа, недовольная подобными выходками, всеми силами пыталась отстегнуться от тела. Вот только у неё не получалось, потому в отместку она горела так же, как и мой великий словарь сквернословия, который я не могла пустить в дело.

А все почему? А все потому, что кое-кто в душе нежный котик, в сторону которого никак нельзя ругаться. Иначе этот котик разозлится, выпустит когти и назначит штрафной круг.

Изначально гуськом я должна пройти два круга… Однако жизнь научила меня уму лишь с восьмого раза.

— Всё! — крикнула я, рухнув на пол в позу звезды.

— М… Да, и правда, с первым упражнением закончили. Приступим же ко второму!

Захныкать в голос мне не позволила гордость, но можете быть уверены — в душе я пустила скупую слезу.

Не знаю, какому безумцу пришло в голову назвать происходящее разминкой. Как по мне, это — натуральная пытка, которую применяют к особо опасным преступникам.

Право слово, где-то на седьмом круге Ада… Кхе-кхе! То есть упражнении мне хотелось выдать все свои сокровенные тайны, отдать деньги и поделиться секретным рецептом яблочного пирога тетки Маттис на сдачу.

— Можешь отдохнуть, — смилостивился принц, который все это время находился на прибитой к стене перекладине. Сидел, расслабленно откинувшись назад, хрустел большим красным яблоком и с усмешкой наблюдал за моими мучениями.

— Благодарю, о самый непревзойденный, великий и вредный.

— Какой-какой?

— Редкий, — буркнула, наслаждаясь мгновениями перерыва. — Самый редкий. Уникальный, можно сказать.

— О, ты меня смущаешь, — произнес он, прицельным броском отправив огрызок в бак для мусора.

Не сдержавшись, я присвистнула. Кай находился вообще на другой стороне огромного зала! У меня бы в жизни не получись столь метко попасть в цель.

Что-что, а в учителя мне действительно достался непревзойденный.

— Вставай и пой, Юрай! — объявил Майерхольд с непередаваемой радостью. — Мы продолжаем нашу тренировку.

О да. Он воистину непревзойденный.

И безжалостный.

Вставала я так, словно день назад выпила бочку браги на пустой желудок. Криво, косо, заваливаясь то в правый бок, то в левый. Благо хоть упала я удачно — около стеночки. За неё и держалась. К ней же и привалилась.

— Что дальше? — выдохнула я, утирая влажный лоб рукавом.

— Бег, — сказал принц, в руке которого вновь появилось яблоко. На сей раз зеленое. Как моё лицо в данный момент. 

Мне хотелось сесть и тихонечко завыть, но вместо этого я взяла ноги в руки и дернулась вперед, набирая скорость.

— Юрай, а что ты делаешь?

— Бегу!

— Да-а-а? Как интересно. А мне кажется, что ты идешь. Причем на встречу с кем-то крайне неприятным, — заметил Его Высочество ядовито. — Уж не на свидание с генералом Рандорром?

Я скривилась, представив лицо своего восхитительного жениха. Фу!

— Есть идея, — мурлыкнул Кай, а после щелкнул пальцами.

За моей спиной что-то сверкнуло, а после я увидела тучную фигуру генерала. Он бодро бежал за мной, размахивая фатой и куцым букетиком из ромашек.

А Его Высочество знает, как мотивировать на победу!

— Кошмар! — воскликнула я, ускоряясь. Находиться рядом с Рандорром, пусть и иллюзорном, было противно до икоты.
— Уже лучше, — хмыкнул наставник. — Но всё ещё без огонька. Давай представим, что в центральном торговом доме скидки для всех рыжих девиц с собачками, но действуют они лишь час. Ты должна успеть, иначе более шустрые рыжие разберут все модные наряды.

— Хорошая попытка, но со мной не сработает. Ты хоть раз видел меня в модном наряде?

— Скидка на шляпки?

— У тебя определенно было галлюцинации, если ты видел меня в шляпке!

— На косметику?

— Не умею краситься!

Точнее умею… Но исключительно для праздника Нечистой силы! Каждый раз, когда мои ручки добираются до туши, румян и прочих женских радостей, какой-нибудь некромант обязательно пытается упокоить меня, а прохожие крестятся и шепчут молитвы.

Короче, макияж — это для детей. Настоящие женщины делают боевой раскрас!

— На украшения?

— Не ношу украшения!

— Ты вообще девушка? — спросил Кайрат, не то изумляясь, не то восхищаясь. — В артефакторском магазине появился новый набор с инструментами, в котором есть всё-всё необходимое и даже больше. Но он всего один. Успеешь ли ты?

Вот это совсем другое дело!

— Молодец, Юрай. Уже есть шанс, что у тебя получится убежать от шакалопа, — похвалил Майерхольд. Но не успела я обрадоваться, как он добавил: — от очень старого, сонного, уставшего от жизни и хромого на обе ноги шакалопа.

Я напрягла голову, чтобы вспомнить, как выглядит эта тварюшка. В памяти вспыхнул образ уродливого зайца с оленьими рогами и непомерной тягой к мясу. Особенно к человеческому.

Н-да, жизнь меня к фауне и флоре Хрустальной пещеры не готовила. Как и к боевому факультету... Да черт возьми, академия вообще в мои планы не входила! 

— Я стараюсь изо всех сил!

— Умница. Я обязательно попрошу написать «Она старалась изо всех сил, но её всё равно съели» на твоем надгробии. Тебе какими буквами больше хочется: печатными или прописными?

Я бросила в его сторону недовольный взгляд и продолжила наворачивать круги по залу.

— Метод пряника не помог, — с тяжелым вздохом резюмировал Кай.

— Это был пряник?!

— Был. Но сейчас мы переходим к кнуту. Цель — пробежать десять кругов. За замедление будешь получать штрафной.

Ох, а принц-то у нас романтик.

— Как же трогательно ты сказал, что хочешь жить со мной вечно! Я сейчас прослезюсь.

— Я тоже, — хмыкнул он, продолжая наблюдать за мной со смесью скуки и тоски.

Дальше пререкаться не вышло. У меня банально кончились силы на это. Все мои мысли были сосредоточены на том, как бы не запутаться в ногах и не упасть лицом в пол.

— Довольно, — наконец махнул рукой принц.

Повторять дважды не было необходимости. Я тут же принялась останавливаться, по инерции пролетела через весь зал и с превеликим удовольствием плюхнулась на сваленные в кучу маты.

Его Высочество тем временем поднялся на перекладине и, судя по страдальческому выражению его лица, собирался покончить со всем этим самым радикальным образом.

— Не надо! — крикнула я несколько запоздало — Кай уже спрыгнул и летел навстречу к полу.

Долетел. Весьма удачно, на две ноги.

— Надо-надо, — хмыкнул он, приближаясь. — Продолжим экзекуцию.

— Ты хотел сказать — тренировку?..

— Ага, — Майерхольд улыбнулся, согнал меня с матов, а потом вытащил из кучи один и оттащил его на середину зала. — Ложись.

— За-зачем?

— Не спрашивай. Тебе понравится.

Забегая вперед, ответственно заявляю: мне не понравилось! Вот ни капельки!

— Ра-а-а-аз, — кое-как прокряхтела я, скручиваясь на полу. Коснуться согнутых колен локтями с первого наскока не вышло, потому пришлось напрячься и сделать ещё один нелепый рывок вперед.

— Один, — согласился принц, нависая надо мной.

— Два-а-а… — продолжила я.

— Всё ещё один.

— Два-а-а…

— Нет. Всё ещё один.

— Два?

— Если бы…

Скрипнув зубами от злости, я зажмурилась и принялась барахтаться на полу. Уверена, со стороны это походило на предсмертные конвульсии. Сосчитав в уме до десяти, я доделала упражнение и откинулась на спину, морщась от неприятных покалываний в области пресса.

— Ну как? — спросила, отдышавшись.

— Поразительно.

— Правда? — тут же воспрянула духом я.

— Разумеется.

— Что, всё настолько хорошо?

— Лучше! Официально заявляю — ты была рождена для того… чтобы сгинуть в Хрустальной пещере, — устало выдохнул Майерхольд. — Юрай, ты первый человек, который провалил все попытки выполнить это упражнение. Полагаю, нормальных отжиманий мне от тебя ждать вовсе в следующей жизни?

— А чего ты от меня хочешь? — начала заводиться я. — Что я стану защитником похлеще Анаверд за два часа?

— Защитником? — усмехнулся Кай. — Этого я от тебя точно не жду. Единственное моё желание — чтобы ты не была балластом. Мне не нужен бесполезный груз в пещере.

Внезапный прилив сил оказался очень кстати. Я подскочила с пола, качнулась из-за дрожи в коленках, но всё же умудрилась выстоять, не схватившись за принца. Нет уж! Такого удовольствия я ему не предоставлю.

— Я кто угодно, но не бесполезный груз, — проговорила твердо, обходя его.

— Пока я вижу совсем иную картину.

— Может быть, если бы кое-кто занимался своими обязанностями с самого начала, картина была бы поприятнее? — протянула едко.

— Может быть, если бы кое-кто был осмотрительнее, ему бы вовсе не пришлось идти в пещеру?

— Я не…

— Не в сговоре с Астом? Пока не могу судить точно. Но если вы всё же заодно, то я даже не представляю, что он тебе пообещал взамен.

Да. Он мне не верит. В своей голове Его Высочество уже всё решил.

И пусть у него есть весомые причины не доверять, я всё равно чувствую обиду. А ещё злость. На ситуацию. На Кая. Но ещё больше — на Астарта Райнхарда.

Последний уже значится в списке на мою грандиозную месть и занимает в нем почетное первое место. У него даже Грейлиса получилось обойти, а это, без сомнений, рекорд.

Я стояла посреди спортивного зала, сжимала кулаки от досады и жонглировала словами в голове, чтобы выбрать наиболее подходящие. Мне хотелось хоть как-нибудь продемонстрировать свои уставшие, но всё ещё острые зубы.

Но я банально не успела:

— Тренировка окончена. Можешь идти.

Остроумие в этот момент напрочь меня оставило и ушло в комнату досыпать вероломно отобранные часы. Потому мне ничего не оставалось, кроме как гордо вздернуть подбородок и фыркнуть как можно пренебрежительнее:

— С радостью.

Чеканя шаг (насколько это позволяли гудящие от напряжения ноги), я двинулась к выходу. Уже в проходе до меня донесся оклик Кайрата:

— Евангелина.

Изначально я хотела проигнорировать его и уйти, истерично хлопнув дверью, но во мне проснулся взрослый человек:

— Чего ещё?

— Не делай из меня чудовище. Хрустальная пещера — место опасное и непредсказуемое. Без подготовки тебе там будет несладко.

Несладко. До чего же деликатно он сказал: «Ты сыграешь в пещере в ящик».

Поджав губы, я кивнула и переступила порог.

Впервые в жизни я почувствовала себя туманом. Ибо до комнаты моё тело не шло и даже не ползло. Оно нехотя стелилось, обтекая все поверхности, за которые цеплялись мои руки.

До комнаты я добиралась полчаса, не меньше. За этот промежуток времени я сделала два открытия.

Первое: терпеть не могу спорт! Второе: Кайрат Майерхольд — наглый лжец.

Он обещал отнести меня в комнату. Ну ладно, не отнести… Положить. Но всё же! Так или иначе, слово не сдержано. И я ему это обязательно припомню.

Когда найду в себе силы на новые козни… Тьфу! То есть шалости.

— Мог бы хотя бы пнуть в нужном направлении, — бухтела себе под нос, забираясь под душ.

На завтрак я не пошла, а первую пару прогуляла с самой чистой совестью. За сегодня я набегалась на полжизни вперед, потому учитель по Основам Физического Воспитания может смело вычеркнуть моё имя из журнала. Может даже поставить два! Или двадцать два.

Всё равно на возражения моё хилое тельце в ближайшее время будет не способно.

Вместо всей этой мирской суеты я вновь забралась под одеяло и принялась изо всех сил делать вид, что никакой Евангелины Юрай тут нет.

Апчихвах, этот пунктуальный негодяй, разбудил меня аккурат после обеденного перерыва и вручил сумку с учебниками.

— А я думала, мы с тобой друзья, — недовольно произнесла я, зевая.

Пес остался непреклонен и выгнал меня на занятия.

Есть подозрение, что он просто хотел, чтобы я освободила кровать. Однако мне гораздо приятнее думать, что Чих всем своим собачьим сердцем беспокоится о моём образовании.

К слову, с предметами мне сегодня повезло. Никакой активности! Одни лишь лекции, которые я лениво пописывала, попутно дремая.

День прошел легко и почти приятно, если бы не одно но. Довольное такое. Улыбчивое.

— Вот ты где! — радостно крикнула завхоз так, словно я действительно от неё пряталась.

На деле же я неспешно волочила своё бренное тело в комнату и всеми фибрами своей уставшей души мечтала лечь. Хоть куда-нибудь. В целом, от «сесть» я бы тоже не отказалась. Но у судьбы были другие планы.

Вот уж не знаю, как и когда я прогневала Небеса, но они явно желали добить меня окончательно.

— Наконец я тебя нашла! — сказала женщина, вручая мне ведро, бултыхающуюся в нем тряпку и увесистую швабру. — Пошли, покажу, где надо мыть!

— До чего же вы… вовремя, — отозвалась я, нехотя плетясь за деловитой дамочкой.

Вообще отработка наказания в мои сегодняшние планы не входила. Я хотела затеряться где-нибудь в кроватно-одеяльном царстве, а после прийти к завхозу с самыми грустными глазами, хлопнуть носом, шаркнуть ножкой и заверить её, что «я больше так не буду, честно-честно!». Короче говоря, я хотела притвориться забывчивой дурочкой.

Но придется побыть услужливой горничной.

— Вот этот коридор. Отседова до седова! — сказала завхоз, а после быстренько убежала.

Оглядев длиннющий коридор, я целенаправленно двинулась к ближайшему окну.

Если вы подумали, что я решила оставить сей грешный мир и обратиться призраком, то нет! Ещё чего. Как можно бросить своих врагов? Им ведь без меня станет мучительно скучно. 

Плюхнувшись на подоконник, я принялась перебирать в голове бытовые заклинания. И плевать, что наказание предусматривает физическую активность. Я сегодня не в ресурсе!

С магией, работающей без сторонних предметов, я никогда не ладила. Каждый раз, когда меня посещало вдохновение чего-нибудь да наколдовать, рядом непременно что-то взрывалось, загоралось, лопалось или, на худой конец, исчезало.

Помню, как-то раз пролила на сестру морс на одном из многочисленных приемов. Честное слово — не специально! Просто нужно смотреть, куда идешь. И это замечание относится исключительно к Элеоноре, неуклюже наткнувшейся на меня.

Моя дорогая сестренка рассудила, что будет очень здорово унизить меня при своих подружках, а потому царственно приказала убрать пятно с её платья. Ну… Я и убрала.

И пятно.

И платье.

Убила трех зайцев разом! Откуда взялся третий? Все просто — после этого пикантного инцидента меня больше не таскали на приемы. Ура!

— Как же там говорится? — размышляла вслух, сидя на подоконнике. — Алеоморзе? Леоморзи? Алеморзиси? Точно! Алеморзиси! — крикнула я, тыкая пальцем на валяющуюся на полу швабру.

Та задорно подпрыгнула, крутанулась на месте, достала из ведра тряпку, обмотала её вокруг себя и… со злодейским смехом убежала.

— Стой, поганка! — рявкнула, попутно размышляя над крайне важным вопросом.

Как швабра может смеяться?

Короче говоря, мне вновь пришлось побегать. С пятой попытки усмирить деревянную проказницу не удалось, потому я развеяла магию и решила работать по-старинке.

Но то ли магия до конца не рассеялась, то ли в тряпку вселился бес… Так или иначе, при попытке прополоскать ветошь, та выпрыгнула из рук и снова попыталась дать деру, но уже по потолку.

Однако даже на магические предметы действует сила притяжения. Тряпка исключением не стала. Соскользнув с потолка, она с влажным чавканьем рухнула вниз.

Аккурат на голову внезапно появившейся Анаверд.