Мой муж — враг. Сокровище дракона

***
***
За окном уже светало, когда муж привел меня к порталу. Весь дворец спал. У моего поспешного бегства не должно было остаться свидетелей.

Наши шаги гулко отдавались в огромной галерее фамильного замка.

Только моя служанка стояла с вещами в ожидании приказа. 

Реджинальд взял мою руку и поднес к своей груди. Мои ледяные пальцы скользнули по шелку рубашки. Я чувствовала жар драконьего сердца, что так не хотело отпускать меня.

– Мы должны доказать невиновность твоего отца. Это единственный шанс на твое спасение, – прошептал муж. 

Я кивнула. 

– Мне так много нужно тебе сказать, но сейчас на это нет времени. Тебе пора идти, – сказал он.

Чудом избежав казни, я уже была счастлива. Объяснимся в другой раз. 

В галерею с виноватым видом вошел управляющий. За те несколько дней, что мы не виделись, он осунулся и потерял привычный лоск.

– Мы с Фелиотом составили дарственную на поместье, – проговорил Герри и протянул бумагу Реджинальду.

Муж пробежался взглядом по документу и поставил печать, заверяя договор.

– Теперь это твое, – сказал он и передал бумагу мне. 

Я удивленно смотрела на перечень отписанного мне имущества. В одно мгновение я стала собственницей большого дома с землей и садом. 

– Господин, разрешите мне дерзость, – управляющий смотрел на хозяина глазами преданной собаки.

– Что такое, варт Герри? – спросил Реджинальд, недовольно поморщившись.

Управляющий слишком много ошибок совершил, ему будет непросто заслужить благосклонность хозяина.

– Умоляю вас, позвольте моей сестре сопровождать вашу супругу! Ее не оставят в покое. Вы же знаете, дракон не отдаст свою любимую игрушку, пока вдоволь не натешится. А я слишком слаб, чтобы ее защитить!

Реджинальд не ответил.

Тогда управляющий повернулся ко мне.

– Госпожа Марейна! Вы же женщина! Спасите мою сестру от позора! – Герри бухнулся на колени и схватил меня за подол платья. 

– Отойди от моей жены, ничтожество! – закричал Реджинальд и замахнулся на управляющего. – Ты сам виноват в том, что случилось с твоей сестрой!

По щекам некогда такого важного управляющего текли слезы. 

В дверной проем выглянула испуганная девушка и тотчас спряталась. Мне стало жаль бедняжку. 

Реджинальд проследил за моим взглядом. 

– Она уже здесь? Ты уверена?  – спросил он.

Я утвердительно кивнула. Мне было жаль несчастную.

– Нора, подойди сюда, – позвал муж.

Испуганная девушка снова показалась в дверном проеме.

– Подойди, не бойся! Ты отправишься вместе с моей женой в ее поместье, – мягко сказал Реджинальд. 

Девушка испуганной мышкой скользнула к моей служанке.

– Спасибо, господин! Я не забуду вашей милости, – рассыпался в благодарностях управляющий.

– Я делаю это для безопасности своей жены, – ответил Реджинальд. – Пока твоя сестра будет с ней, ты не выдашь их даже под пытками!

Внезапно утреннее небо закрыла темная тень. На мгновение в галерее стало совсем темно, лишь мерцание портала давало слабый свет. 

Обернувшись, я увидела в окне силуэт дракона, что заходил на посадку. 

– Кажется, у нас гости, – грустно улыбнулся Реджинальд. 

Я вздрогнула, но Реджинальд ободряюще сжал мои пальцы.

– Пора! – скомандовал он. – Не знаю, кто прибыл в столь ранний час. Но встречаться вам с ним не стоит. 

Служанка первой пошла к порталу. За ней неотрывно следовала наша новая компаньонка. 

Женщины уже скрылись за мерцающей завесой, а я была не в силах сдвинуться с места. 

Я боялась, что если уйду сейчас, то больше никогда не увижу Реджинальда. И если еще недавно я хотела никогда больше не видеть этого дракона, то прошедшей ночью что-то изменилось.

– А как же ты? – спросила я у мужа, оттягивая момент расставания.

– Я отправляюсь в действующую армию, – ответил он. – Уже принял назначение. Пока я в строю, то буду временно освобожден от данной отцу Равены клятвы. У нас будет время, чтобы найти выход и найти преступников.

Его голос звучал уверенно. Реджинальд справился с потрясением, и в его голове уже созрел очередной план.

Эта перемена успокаивала. И пусть соперник силен, я была уверена, что на этот раз мой маршал всех переиграет.

Муж мягко подтолкнул меня вперед. 

Но, когда до портала оставалось всего два шага, он догнал и крепко обнял меня. Прижав к груди, он уткнулся носом мне в шею и шумно вдохнул. Этот внезапный порыв привел меня в трепет. 

Никогда еще прикосновения мужа не были такими волнующими!

Я замерла, прислушиваясь к этим новым чувствам.

Послышался звон дверного колокола. Он разрушил магию момента.

– Вэлорд Картер! Господин! – позвал управляющий. 

Реджинальд отстранился. Его лицо вновь было непроницаемым.

Я поспешила к порталу, сжимая дарственную в руке. Я не тешила себя надеждами, что опасность миновала. 

Мы получили небольшую отсрочку и должны были использовать выигранное время с пользой.

Звук колокола разбудил слуг. 

– Вэлорд Картер, вам лучше пойти к себе и сделать вид, что вы только что проснулись, – предложил управляющий.

– Не стоит, – отмахнулся Реджинальд. – Все равно не поверят.

Послышались голоса, захлопали двери. Пора было уходить.

Я шагнула в портал, не оборачиваясь. 

Новое жилище казалось серым, унылым и совершенно неуютным. 

Видимо, здесь давно никто не жил. Воздух был сырым и затхлым, а по углам виднелась паутина.

За окном было уже совсем светло. Видимо, поместье находилось восточнее замка маршала. Сквозь пыльное стекло сложно было что-то разобрать.

Я прошла в гостиную на звук голосов. Неожиданно кроме двух женщин, что прибыли со мной, я обнаружила там секретаря мужа.

– Фелиот? Почему вы здесь? – удивилась я.

Мужчина поклонился.

– Я уже говорил вам, что в армии от меня толку нет, у господина там есть адъютант. Вэлорд Картер посчитал, что здесь от меня будет больше пользы.

– Но тогда варт Герри окажется совсем один и распродаст замок по кирпичикам! – возмутилась я.

В дальнем углу испуганно пискнула Нора. Я прикрыла рот, вспомнив, что сестра управляющего теперь с нами.

– Не беспокойтесь, лира Марейна, ваш муж четко дал понять, что для него имеет самую большую ценность. И поверьте, это не его родовой замок. 

Фелиот занялся камином, что было довольно кстати. Дом следовало протопить.

Нора выметала пыль и снимала чехлы с мебели. Она казалась довольно смышленой девушкой.

Спустя четверть часа горничная Сирата принесла поднос с чаем и печеньем.

– Составьте мне компанию, варт Фелиот, – предложила я. 

– Это будет нарушением правил, госпожа, – ответил он.

– Давайте сегодня забудем о церемониях, – попросила я.

Сирата принесла вторую чашку, а сама увела Нору на кухню.

Секретарь налил нам чай.

Напиток оказался терпким и обжигающе-горячим. Именно то, что было нужно в это сырое утро.

– Что это за место, Фелиот? – спросила я, когда мы немного согрелись.

– Вэлорд Картер не сказал? – уточнил он.

– Не успел, – ответила я.

Секретарь покраснел. Видимо, подумал, что мы с мужем не обсудили что-то потому, что были слишком заняты друг другом.

– Это поместье находится в Лавитории, – ответил он. – Вы у себя на родине, лира Марейна.

От неожиданности я слишком громко опустила чашку на стол. Будь бы чая внутри побольше, он непременно расплескался бы.

– Как это возможно? – с удивлением спросила я.

– Раньше это были земли драконов. Здесь и там, дальше, – Фелиот махнул рукой влево. – Позже их захватили горные кочевые племена. А после того как Империя драконов и Лавитория заключили мир, земли на этом склоне вошли в состав уже другого государства. Но это поместье все так же принадлежало вэлорду Картеру. 

– Зачем же Реджинальд отправил меня так далеко? – спросила я.

– Это же очевидно, – с улыбкой ответил Фелиот, – дракон может прибыть в Лавиторию либо на ту землю, что принадлежит его семье, либо по приглашению короля Бренора II. Никто из драконов, кроме вашего мужа, не сможет сюда попасть просто так. А он сам не сможет дать такого приглашения даже под пытками, ведь он здесь больше не хозяин.

И когда только Реджинальд успел придумать и реализовать такой сложный план? Он вышел из спальни всего на несколько минут, но тотчас придумал, как обезопасить меня от неожиданных визитов посторонних драконов.

– Раз я теперь здесь полноправная хозяйка, пожалуйста, покажите мне здесь все, – попросила я.

Прямо из гостиной можно было выйти на залитую солнцем террасу. 

Фелиот отодвинул задвижку и с трудом открыл дверь.

– Немного заржавела за пять лет, – оправдался он. – Но ничего, мы быстро приведем здесь все в порядок.

Оказавшись на улице, я замерла от восторга. Прежде я никогда не видела столько простора.

Особняк в три этажа располагался на склоне горы. Позади были непроходимые горные пики, а там, где заканчивались мои владения, начинался крутой обрыв, на котором росли лишь дикие кустарники. Далеко на горизонте синели горные хребты, уходящие своими вершинами в облака.

От красоты захватывало дух. Вокруг, насколько хватало глаз, не было ни единого селения. 

– Раньше граница с Лавиторией проходила вот по этой горной цепи, – Фелиот указал на горы позади нас. – А новая граница проходит по вон тому дальнему хребту.

Теперь он показывал, далеко вперед.

– С обеих сторон мы защищены. Никто не проникнет сюда, – успокоил меня секретарь. – Попасть в Акадию можно либо по воздуху, либо порталом.

– Вы говорили про нападения горцев, – напомнила я.

– Здесь был проход, соединяющий Акадию с Лавиторией, – Фелиот показал на горный склон, который был похож на оплавленную свечу. – Драконий огонь расплавил породу, заделав единственный путь в долину. Будьте спокойны, это очень уединенное место.

– Правильно ли я понимаю, что мы здесь совсем одни? В доме нет других слуг? – спросила я.

Фелиот утвердительно кивнул. 

Я вздохнула. Несмотря на красоту и спокойствие этого места, я понимала, что это лишь передышка.

– Кстати, вчера на ваше имя пришло письмо. Я не успел отдать раньше, – Фелиот достал из нагрудного кармана тонкий конверт и отдал мне его в руки. – Я оставлю вас.

Я присела на теплую каменную скамью и замерла, не решаясь распечатать послание.

Письмо было от моей матери.

***
Рада видеть всех добравшихся, пополняем запасы валерьянки!

Из родного дома я не получала ни единой весточки с тех пор, как уехала в ту роковую ночь.

Я и не думала, что мы сможем поддерживать связь. Продали так продали. 

Поэтому у меня даже в мыслях не было написать матери и узнать, как дела. А ведь дома остались сестра и брат. Причем если Олер был сыном отчима, то Кассия была моей родной сестрой, а, значит, над ней нависла та же опасность, что и надо мной. 

Пусть, с сестрой мы не очень дружили, но сердце сжалось от мысли, что в любой момент ее могут казнить за преступление, в котором винили нашего отца. Едва ли Реджинальд вступился бы за мою младшую сестру. 

И вот теперь у меня в руках было письмо от матери. Тонкий конверт из самой дешевой бумаги красноречиво говорил о том, что финансовое состояние моей семьи не сильно улучшилось. 

Я осторожно надорвала конверт и достала сложенный втрое лист бумаги.

“Дорогая Маричка!” – начиналось письмо.

От этого обращения я поморщилась. Мама называла меня так только в детстве и чаще всего, когда хотела показать, что я недостойна обращения по полному имени. Но оно все равно напомнило мне о доме и о беззаботном детстве, которое ушло после смерти отца.

“Как ты там, моя кровиночка? Мы здесь вдоволь наслушались про жестокость драконов и очень за тебя переживаем!”

Я возмущенно выдохнула. Наслушались они там! А я в этих ужасах жила! 

“Твой самоотверженный поступок дал Кассии шанс устроить свою судьбу с каким-нибудь дворянином средней руки. Теперь у нее есть какое-никакое приданое. Жених, конечно, будет не очень молодым и не слишком состоятельным. Не всем же так везет, заполучить себе в мужья высшего дракона!”

Знала бы мама, что это было за везение! Я горько усмехнулась. Зато моя сестра выйдет замуж и будет заботиться только о том, чтобы ее чепец был пошит по моде. 

“Но твоя упрямая сестра вбила себе в голову, что тоже должна непременно выйти замуж за дракона. Она не хочет быть ни в чем хуже тебя.

Она даже подала прошение, чтобы получить выездную грамоту. Собралась отправиться в Империю драконов, чтобы найти там свое счастье”.

Внутри меня все оборвалось. Единственное, что ждало сестру у драконов — смерть. Окажись она там, ее даже Реджинальд не пощадит. 

Я в волнении поднялась. Усидеть на месте не было возможности. 

Немного отдышавшись, я закончила чтение письма.

“Остановить я ее не могу. Надеюсь, ты не бросишь сестру и поможешь Кассии устроиться получше, познакомишь ее с друзьями мужа.”

Я перечитала письмо еще дважды. Каждый раз я надеялась, что все не так поняла.

Но нет, моя бедовая сестрица действительно собралась ехать в Империю Драконов. И ни строгая матушка, ни властный отчим не могли ей указать, что делать. 

Мне стало досадно оттого, что мне-то права выбора не давали. Даже не спросили, хочу ли я замуж.

Как бы я ни была обижена на родственников, я не могла позволить сестре отправиться на верную смерть.

Сложив письмо, я не стала убирать его далеко. Мне срочно нужен был совет того, кто был в курсе ситуации.

Вернувшись в дом и разыскала секретаря мужа.

– Фелиот, мне нужно отправить ответ на письмо, – сказала я.

– Я еще не разбирал секретер. Хотите, принесу все сюда? – спросил он.

Я кивнула. 

Через пару минут Фелиот вернулся из другой комнаты с увесистым ящиком. За откидной дверцей прятались различные отделения и ящички со всевозможными принадлежностями для письма.

– Вы привезли это с собой? – удивилась я. 

Едва ли у Фелиота было много времени на сбор вещей. Я вошла в портал лишь несколькими минутами позже него, но не видела этого ящика в гостиной. 

Секретарь улыбнулся.

– Нет, что вы. Я путешествовал налегке. Но у нас есть небольшой портал для переправки предметов из замка. Так что мы всегда можем получить продукты или что-то из вещей. 

– Портал? – испугалась я. – А может ли кто-то по нему перейти? 

Фелиот покачал головой.

– Нет, это только для перемещения неживых предметов, – успокоил он меня.

– Хорошо. У меня еще один вопрос: могу ли я пригласить кого-то в гости в свое поместье?

Лицо секретаря удивленно вытянулось. 

– Вы кого-то хотите пригласить? Еще прислугу? Думаю, мы можем вызвать сюда повара, – Фелиот достал какую-то книжечку и пробежался по записям.

– К сожалению, старший повар в замке вэлорда Картера нам не подойдет, он дракон-полукровка, ему нельзя пересекать границу без специального разрешения. Свою жену и помощницу он нам тоже не позволит забрать.

Фелиот перелистнул страницу, но так и не нашел кандидата. 

Мне в голову пришла мысль, но я не знала, как подступиться с ней к секретарю. 

У меня, конечно же, была бумага на владение этим домом, но хозяйкой я себя здесь не ощущала. 

– Фелиот, а можем ли мы позвать кого-то не из замка? – осторожно начала я.

Секретарь задумчиво посмотрел на меня.

– Мы сейчас о кухарке? – уточнил он.

Я отрицательно покачала головой.

– И да, и нет, – сказала я.

Бровь секретаря удивленно поднялась вверх.

– Я бы хотела пригласить сюда свою мать и сестру, – начала я, следя за реакцией мужчины на мои слова. – Я по ним очень скучаю. Не думаю, что мы сможем когда-либо увидеться с ними, если я буду жить в Империи Драконов. Но сейчас-то мы в Лавитории. Возможно ли организовать портал для них?

Фелиот задумчиво почесал кончик уха. Отрадно было, что он не отбросил эту затею сразу.

– Я не уверена, что Сирата или Нора смогут что-то путное приготовить, – зашла я с другой стороны. – А у матушки есть старый повар. Он отлично готовит и живет в нашей семье уже много лет. 

– Ему можно доверять? – неожиданно поинтересовался секретарь.

Этот вопрос меня удивил, но я поспешила заверить его, что старый повар — самый надежный человек на свете.

– Он еще моего отца ребенком помнит, – пояснила я. – Всю жизнь с нами прожил и не ушел ни после его смерти, ни когда денег на зарплату перестало хватать. 

– Такой старый? – удивился Фелиот. – Захочет ли он уйти с насиженного места?

– Отчим его терпеть не может, так что он с радостью отправится вслед за матушкой и сестрой.

Секретарь задумался. 

Он не говорил, какие указания ему оставил Реджинальд. Да и успел ли дать распоряжения на такой случай?

В комнату вошла смущенная Сирата. Выглядела она несколько потрепано, а лицо ее и платье были перепачканы сажей.

– Мы с Норой попытались разжечь очаг и поджарить мясо, – начала она виновато. – Но мы не смогли справиться с сильным огнем. Поэтому мяса не будет. Картофель тоже подгорел, но из овощей мы сделали салат.

Женщина продемонстрировала миску, где крупными кусками были накромсаны сырые овощи.

Фелиот недовольно скривился. 

– Я принесу еще чай и печенье, – заверила нас Сирата и поспешила уйти.

Секретарь задумчиво смотрел на тарелку с салатом.

– Кажется, без вашего повара мы здесь не выживем. Какой толк от продуктов, если из них нельзя ничего приготовить?

– А что по поводу матери и сестры? – напомнила о своей основной цели. – Их можно пригласить? Может, стоит спросить у Реджинальда?

– Вэлорд Картер попросил не отправлять ему сообщений без необходимости. Боялся, что их могут перехватить и как-то навредить вам, – сказал Фелиот. – А перемещение ваших родственников в пределах Лавитории из родительского дома в Акадию не должно привлечь чьего-либо внимания. А для большей безопасности мы поставим на портальный переход особую защиту.

Обрадовавшись такой возможности, я села за ответное письмо.

Я не стала описывать свою жизнь, сообщила только, что муж подарил мне поместье, куда я и пригласила их с Касси.

Ответное сообщение от матушки не заставило себя ждать.

В короткой записке она поздравляла меня с удачным приобретением и обещала прибыть уже на следующий день в компании младшей сестры и старого повара.

Я сообщила служанкам эту новость. 

Больше всех радовалась Сирата, ведь ей не придется больше мучиться на кухне, занимаясь непривычным делом.

– А в комнатах мы быстро порядок наведем, – радостно сообщила она. – Я вам уже подготовила большую хозяйскую спальню с балконом на верхнем этаже. А гостей разместим на втором.

– Тогда я бы хотела отдохнуть. Ночь была бессонной, – сказала я, чувствуя, как веки наливаются усталостью. 

Служанка сопроводила меня на третий этаж. Широкая лестница из белого мрамора заканчивалась большой двустворчатой дверью. А за ней начинались хозяйские покои.

Здесь была и внушительных размеров спальня с огромной кроватью, и ванная комната с панорамным окном, и будуар с гардеробом, и кабинет.

– Эта комната побогаче, чем была у вас в замке маршала, – заметила Сирата.

Я неопределенно пожала плечами. Больше всего мне хотелось сейчас вернуться в замок Реджинальда и с надеждой сидеть у окна, чтобы ждать, когда в его спальне зажжется свет. 

– Я буду долго привыкать к этой роскоши, – с улыбкой ответила я.

– К хорошему быстро привыкают, поверьте, госпожа, – Сирата выглядела вполне довольной жизнью. 

Ее можно было понять. Работы в поместье было немного, а вот опасных драконов, которых они с Норой боялись как огня здесь не водилось. 

– Разбуди меня утром пораньше, не хочу проспать момент, когда Фелиот будет открывать портал, – попросила я. – И найдите себе к ужину что-то легкое, чтобы не готовить. А завтра уже этим повар займется.

Сирата помогла мне освободиться от платья и обещала все исполнить в точности, после чего оставила меня в одиночестве.

Воздух комнаты казался мне тяжелым и пыльным. Захотелось свежести, и я решила распахнуть окно. Отдернув штору, я замерла от восторга. 

Открывшийся вид был поистине волшебным! Прямо передо мной возвышались горы, которые тянулись пиками к самым небесам. 

Огромные, во всю стену окна выходили на широкий балкон. Он был таким вместительным, что на нем можно было построить еще целый дом. 

Мне захотелось выйти и как следует насладиться видом.

Открыв тяжелую створку, я вышла на залитую закатным солнцем площадку. Ветер холодил мои босые ноги и пробирался под длинную сорочку.

Я заметила, что на этот балкон выходили только окна хозяйской спальни, тогда как все остальные смотрели на долину. 

Чудесное место для уединения! 

Окно я закрывать не стала. Вернулась в спальню и, завернувшись в огромное одеяло с головой, забылась тревожным сном.

В ночи мне казалось, что по комнате ходят какие-то люди, разговаривают и двигают мебель, но сил разлепить налитые свинцом веки у меня не было. 

Когда же я проснулась утром, то все выглядело точно так, как и накануне вечером. Лишь только ветер надувал парусом штору, да птицы щебетали за окном.

Отбросив мысли о странных сновидениях, я начала приводить себя в порядок.

К прибытию матери я собиралась не менее ответственно, чем на императорский бал. Хотелось, чтобы она порадовалась за меня. 

А еще я мечтала хорошо провести время в компании матери и сестры, как это было когда-то в детстве. Когда все еще были счастливы.

– Фелиот, а переход точно безопасен? Мы не выдадим себя? – спохватилась я, когда секретарь уже готовил портал к активации.

Мужчина только иронично бровь приподнял.

– Кажется, вы даже не подумали об этом вчера, когда отправляли приглашение? 

Я опустила взгляд. 

Мне так хотелось увидеть родных, что я позабыла уточнить все нюансы. 

– О вашем местоположении все равно вскоре будет известно и людям, и драконам. Информация о передаче права собственности на поместье отразится во всех книгах учета. Это не скрыть, – сказал секретарь меланхолично. – Вот только без приглашения сюда не смогут прийти ни те ни другие. Драконы не могут перелететь через границу, а люди могли бы разве что пешком прийти. Но со стороны Лавитории по земле больше нет дороги.

Я глубоко вдохнула и дала команду на перенос.

Портал полыхнул голубой вспышкой и повис мерцающей завесой. Я знала, что точно такой же открылся в гостиной нашего дома. 

Я улыбнулась, представив, как мама проверяет, все ли она взяла. И как сбежались поглазеть любопытные слуги, ведь в последние годы денег на путешествия порталом в нашей семье не было. 

А еще мне отчетливо представилось недовольное лицо отчима, который, может, и хотел бы добраться до богатств, которыми я теперь распоряжалась, да не мог.

За тонкой завесой показался явно мужской силуэт внушительного размера. 

Внутри меня все похолодело. 

Я беспомощно посмотрела на Фелиота. Могло ли так случиться, что по порталу, несмотря на все меры предосторожности, вместе с моими родственниками придет чужак?

Но секретаря ничто не смутило.

Еще мгновение, и в портале уже было три силуэта. А следом они один за другим вышли с нашей стороны.

– Мама! Касси! – бросилась я к ним с объятиями.

Третьим оказался наш старый повар, чей силуэт портал немного исказил и преувеличил.

После того как все трое вышли, портал схлопнулся.

Фелиот увел повара, чтобы показать ему кухню, а мы остались втроем. 

– Как здесь красиво! – сестра первым делом выбежала на балкон и, раскинув руки в сторону, с восторгом кружилась. – Как же хорошо быть драконом и летать высоко-высоко!

Мама только вздохнула.

– После твоей свадьбы у нас дома только и разговоров что о драконах, – сказала она устало. – Они красивы, они богаты, они самые смелые и сильные! А когда мы вчера узнали, что горцы восстали, и драконы отправились в поход, чтобы защитить и наши границы, так Кассия чуть с ума от восторгов не сошла.

– Не все так просто с драконами, – сказала я. 

– Но твой, как я вижу, тебя балует. Какое поместье отписал опальной жене! Я, конечно, все понимаю: высший дракон и девочка-простушка. Быстро же ты ему наскучила, раз он сослал тебя в эту дыру. Я надеюсь, забеременеть хоть ты успела?

– Мама! – воскликнула я, возмущенная словами родительницы.

Но она только руками всплеснула.

– Неужели даже на это ты оказалась неспособна? Тебя отправили к драконам с одной единственной целью: родить наследника, которому потом достанутся всяческие почести. И ты упустила такой шанс! Едва ли он теперь вернет тебя из ссылки. 

Слова матери били больно, словно я провинилась перед ней, и теперь она меня жестоко воспитывала.

– И вовсе я не в ссылке, – обиженно буркнула я. – Просто в Лавитории мне будет спокойнее, пока муж на войне. 

– Ой, знаем мы эти войны, – отмахнулась мама. – Попойки да гулянки! Заведет себе там крылатую подружку!

– Реджинальд, вообще-то, маршал! 

Мне было неприятно, что мама, ни разу не видев моего мужа, говорила про него гадости. 

Признаться, я уже пожалела, что пригласила гостей. И если бы я не хотела узнать всю правду о смерти отца, то отправила бы родственниц назад в тот же день.

Я попросила Сирату помочь сестре разобрать вещи и обустроиться на новом месте. А сама решила помочь матери. Заодно можно будет поговорить без свидетелей. 

Покои, что выделили родительнице, были самыми шикарными из гостевых и состоял из двух комнат и собственной ванной. В отделке было много золота и мрамора, а резная мебель была настоящим произведением искусства.

В замке Реджинальда моя комната выглядела куда скромнее.

– Смотри, какой большой шкаф! – восхитилась мама размерами гардероба и любовно погладила позолоченную дверцу. – Да в таком при желании можно спрятать не одного любовника!

– Мама! – я с удивлением обернулась на ту, что всегда воспитывала меня в строгости, а сама дома глаз не смела поднять на отчима.

– А что?! – удивилась мама. – Ты девочка большая уже, сама замужем. Тебя такие шутки не должны смущать. Да и вообще вместительный шкаф иной раз может и жизнь спасти!

Я горько усмехнулась, вспомнив, как пряталась в шкафу в спальне Равены. Казалось, от того дня меня отделяла целая вечность. 

Мамин гардероб заметно обновился с тех пор, как мы виделись в последний раз. Если раньше мы по приказу отчима носили одно и то же платье мышиного цвета до тех пор, пока на локтях не протрутся дыры, то сейчас я увидела в чемодане много ярких обновок.

От матери не укрылся мой удивленный взгляд.

– Мы теперь приобрели некоторый вес в обществе, нас зовут в гости. Пришлось нашему скряге потратить на обновки для меня и Касси часть денег, полученных в качестве выкупа.

– Если тебе с ним так плохо, то почему вы с ним живете? – осторожно спросила я.

Но мама только на меня руками замахала.

– Сама-то ты разве по желанию замуж выходила? Тоже ревела, из дома родительского уходить не хотела. А сейчас, посмотри на себя! Госпожой живешь в отдельном доме. Была бы умнее, так и ребенка родила своему дракону, и была бы обеспеченной уважаемой женщиной до конца дней! А там хоть кого приводи к себе, да по шкафам прячь!

Мне были неприятны такие слова.

Чтобы не наговорить лишнего, я занялась работой. Платья были развешаны на плечики и заняли внушительную часть шкафа. 

Мама подошла и тронула меня за руку.

– Выйти замуж по любви — большое счастье. А в случае потери оно обернется огромным горем, не зарастающей дырой в душе. Я не хочу тебе такой судьбы, – тихо сказала мама.

Я повернулась и посмотрела на нее: в глазах застыли невыплаканные слезы, а на губах была грустная улыбка.

– Мы с твоим отцом любили друг друга. И к чему это привело? – она пожала плечами, будто и сама не понимала, что получила в этом браке. – Когда я узнала, что он тяжело ранен, то была готова пробираться в госпиталь через поле боя, чтобы лично ухаживать за ним. Мне сообщили, что шансов нет. Но я хотела провести эти последние часы рядом. Но увидела я его лишь только на похоронах. 

Как я ни крепилась, но в носу противно защекотало. Я всхлипнула.

Мама притянула меня к себе, словно я была маленькой девочкой. 

– Если бы ты любила мужа, то сейчас сходила бы с ума от того, в какой он опасности, – прошептала она.

– Почему? Он ведь маршал. Ты сама говорила про гулянки, – я отстранилась и удивленно посмотрела на мать.

– Это чтобы Кассию не расстраивать, – ответила та. – Ведь всем известно, что твой лорд Неустрашимый — самый сильный дракон во всей армии, а может, и на всем белом свете. Он всегда лично возглавляет десант атакующих ящеров. Будь уверена, твой муж одержит победу над противником, даже если будет биться один против многотысячной армии.

Я улыбнулась. Никогда я еще не слышала столько хвалебных слов о Реджинальде. Вот только мама не знала, что я успела привязаться к нему и уже не представляла жизни без мужа.

– Откуда у тебя столько познаний о его биографии? Даже мне столько неизвестно, – поинтересовалась я.

– Герцог Пределов любит щегольнуть фактами из жизни знакомых драконов, – сказала мама.

Внутри меня все похолодело, а спина покрылась липким потом.

– Элинор Морри? – спросила я онемевшими губами.

– Да, ты должна его помнить! – оживилась мама. – Ведь это он сопровождал тебя в день свадьбы.

Я сдержанно кивнула. 

Этого мерзавца забыть было сложно. 

– И часто вы с ним видитесь? – поинтересовалась я.

– Мы уже три раза были на приеме у короля Бренора II. Его кузен всегда там. А один раз он даже заходил к нам на чай. Очень милый вельможа, – рассыпалась мама в комплиментах.

– Порой даже слишком, – буркнула я.

Я была уверена, что Элинор Морри был замешан в том, что именно я досталась Реджинальду. А теперь этот слизень подбирался к моей сестре.

Обед, который подал наш старый повар, превзошел все ожидания.

То ли Сирата готовила так отвратительно, то ли я соскучилась по блюдам, знакомым с детства. 

Обедать мы сели вчетвером. Как Фелиот не отпирался, я все же настояла на том, что он должен присутствовать за столом. 

– Это доверенное лицо Реджинальда, – объяснила я родственницам статус секретаря. – Он принимает все важные решения по поместью. 

Кассия попробовала пострелять глазками в мужчину, но, убедившись, что в нем нет драконьего величия, потеряла к нему всяческий интерес. 

Мама поначалу держалась с Фелиотом настороженно-вежливо, но постепенно расслабилась.

– Все же хорошо живут драконы! Богато! – сказала Кассия, с восторгом облизывая ложку. – У нас такого разнообразия давно за столом не было.

– Да и сейчас не стоит налегать на сладкое. Особенно тебе, Касси, – строго сказала матушка.

– Почему это? – сестра обиженно надула еще по-детски пухлые губки.

– Девушка должна быть стройна и изящна. Ну, или хотя бы просто худощава, если уж с плавными изгибами не повезло, – со вздохом пояснила мама. – Посмотри на Марейну. 

Сестра смотрела на меня, совершенно не понимая, к чему клонит мать. 

– Мужчина выбирает себе спутницу, чтобы заботиться о ней и оберегать. Хрупкую девушку проще представить в такой роли. 

Но сестра только вздернула подбородок.

– Даже если я стану в два раза толще, то все равно буду втрое стройнее любой драконицы, – заявила Кассия, не стесняясь накладывать добавку.

Фелиот спрятал улыбку за салфеткой, что не укрылось от меня.

– Думаешь, что это преимущество поможет тебе выйти замуж за дракона? – поинтересовалась я у сестры. 

Меня пугала ее зацикленность на драконах. Я прекрасно понимала, что моя капризная и недалекая сестра едва ли придется всерьез по душе кому-то из представителей этой расы. По крайней мере, в качестве постоянной спутницы.

– А кто сказал, что я хочу замуж?! – выпалила Кассия, оправдав мои самые худшие подозрения.

От этих ее слов мама едва ложку не проглотила.

– Касси! – строго сказала она. – Разве такие ценности я прививала тебе? Разве этому учила?

– Думаешь, я не знаю, почему Марейна здесь оказалась? – сестра обвела рукой, имея в виду и само поместье, и все, что вокруг.

Мне было смешно слушать ее глупые рассуждения. 

А еще я ужасно злилась.

– И почему же я здесь? – спросила я, выдавив улыбку.

– Так это же всем очевидно! Мужу ты наскучила, а Императору драконов в душу запала. Вот он и подарил тебе это поместье. И будет сюда тихонько наведываться под покровом ночи, пока его жена не видит! – выпалила сестра.

От нелепости ее слов я застыла. 

А потом вспомнила, что ночью мне отчетливо мерещилось чье-то присутствие. 

Сестра восприняла мое молчание как свою победу. 

– Говорю же, что я угадала! – Касси чуть в ладоши не захлопала. – Герцог Переделов говорил, что у драконов более свободные нравы! Они любят женщин и не жалеют на них деньги!

Слова сестры казались абсурдом и больно ранили. 

Как мог этот Морри за столь короткий срок вложить в ее голову такие мысли.

– Да! У драконов есть деньги! – сказала я излишне громко и хлопнула ладонью по столу. 

Посуда жалобно звякнула, а все присутствующие перестали есть.

– И драконы любят тратить эти деньги на женщин, – продолжила я, а сестрица расплылась в довольной улыбке. – Только вот они покупают женщин как товар, а потом выкидывают надоевшую игрушку! 

– А как же ты… – начала было Кассия, но замолчала, увидев мой разъяренный взгляд.

– А ты спроси у мамы, за сколько они меня продали!

Не имея ни малейшего желания продолжать обед, я поднялась и едва не выбежала из столовой.

Чтобы развеяться, я позвала Сирату и вышла из дома. Мы направились туда, где когда-то был сад. 

Без должного ухода он пришел в упадок. Сквозь дорожки местами пророс колючий кустарник, остатки цветов одичали, а живая изгородь превратилась в непроходимые заросли.

 – Может, нам не стоит здесь ходить? – спросила служанка. – Выглядит небезопасно.

Но мне было интересно изучить новое место, хотелось чувствовать себя здесь не случайной гостьей, а хозяйкой.

– Наверное, когда-то здесь было красиво, – заметила я. – Вон из той беседки должен был открываться чудесный вид на закат.

Сирата выглядела обеспокоенной. 

– Может, все же вернемся? – настаивала она. – Нечем здесь любоваться.

Но из беседки я увидела мраморные ступени, которые спускались по склону и терялись за искусственным гротом. От входа их не было видно.

– Неужели тебе не интересно? – во мне проснулся азарт исследователя.

Сирата уныло плелась следом, не смея оставить меня одну.

Ступени спускались по спирали, и я не видела, что ждет меня за поворотом. Тем интереснее было.

– Если мы задержимся здесь надолго, то можем привести сад в порядок, – мечтательно сказала я. – Высадим розы, выполем сорняки. 

– Ненужное это, лира Марейна! – вяло отбивалась Сирата, плетясь позади. – Давайте вернемся.

Тем временем спуск закончился, и мы вышли на широкую террасу, которую не было видно из окон дома.

Обогнув заросли, я онемела от представшего передо мной зрелища. Земляная площадка была словно лавой облита. Сначала я подумала, что так драконы решили разнообразить пейзаж, но было в этом что-то жуткое. 

В центре стоял каменный фонтан, чья чаша была наполовину расплавлена, будто огненный столб прошел прямо по ней. 

Возле нетронутой беседки была огромная черная яма, глубиной в человеческий рост. Я осторожно подошла ближе.

Кому могло понадобиться делать такое углубление?

Сердце отчаянно билось, предчувствуя, что я столкнулась со страшной тайной.

– Ты уже знала об этом месте, да? – спросила я у Сираты. – Поэтому не хотела идти?

– Фелиот вчера показал мне его и попросил не пускать вас сюда. А вы прямо сразу…

Я обернулась на служанку, чтобы спросить, почему мне не стоило идти в это место.

Сирата была бледной, словно мрамор ступеней, на которых она стояла. В глазах ее застыли слезы, а руки дрожали.

Я медленно обернулась.

Страшная догадка осенила меня.

– Это произошло здесь? – спросила я отрешенно.

Но ответ мне был не нужен.

Я каким-то образом почувствовала, что именно здесь и погибла Равена. Прямо в этой беседке. А черный оплавленный камень  — это следы боли Реджинальда, что он выплеснул вместе с огнем. 

Я подошла к беседке и коснулась ладонью теплого мрамора.

– Мне так жаль, что это произошло с вами, – прошептала я. – Как бы я хотела, чтобы Реджинальд излечился от этих ран.

Непрошенные слезы упали на поросший мхом камень беседки.

Где-то позади всхлипнула Сирата. Она так и не решилась сойти со ступеней.

Мое появление напугало большую бабочку, которая до этого момента грелась на солнце, расправив бархатистые черно-рыжие крылышки. Взлетев, она суетливо пометалась туда-сюда, а затем внезапно села на мое запястье.

– Такая красивая, – прошептала я бабочке, – совсем людей не боишься? 

Бабочка деловито пошевелила усиками и смешно поперебирала ножками. 

– Лира Марейна! – позвала Сирата жалобно.

Я вздохнула, и это напугало бабочку. Крылатая красавица улетела прочь.

Пришлось возвращаться.

На прощанье я еще раз оглядела террасу. Не оставила ли Равена здесь подсказки? 

Пришлось признаться: за прошедшие годы едва ли здесь могло остаться с того трагичного дня.

Сирата с облегчением выдохнула, когда я вернулась к ней.

– Я знала, что вэлорд Картер — очень сильный дракон, но пока мы не прибыли сюда, даже представить не могла, что он мог сделать такое, – сказала Сирата, немного сбившимся от подъема голосом.

– Ты про то те черные следы от драконьего огня? – догадалась я.

Женщина кивнула. 

– А еще там, дальше, – она махнула в сторону горы. – Из моего окна видно оплавленный горный перевал, по которому раньше сюда могли пройти люди из Лавитории или горцы, которые пасли в долине коз. 

– Это тоже сделал Реджинальд? – охнула я.

– Я давно живу среди драконов, и поняла одну вещь, – сказала Сирата, когда мы вернулись на верхнюю площадку. – Сильнее всего дракон охраняет свое гнездо. А самую сильную огневую мощь он демонстрирует, когда защищает свое сокровище. И нет более смертоносного дракона, чем тот, кто мстит за разоренное гнездо. 

Взволнованная увиденным, я хотела только одного — побыть в одиночестве. Желательно и вовсе уснуть и забыться, а проснуться, когда все хорошо. 

Вот только когда в моей жизни было такое время? 

Я горько усмехнулась. 

Папа, папа! Как же ты попал в эту историю? Был бы он жив, все бы сложилось совсем по-другому.

Мне хотелось обсудить с кем-то все, что навалилось на меня. Но никого ближе дракона, который поклялся убить меня, в этом мире не было.

В то, что мой отец коварно пробрался на территорию вполне мирного поместья и зарезал его хозяйку, мирно прогуливающуюся в саду, у меня в голове не укладывалось.

А слуги? Неужели они ничего не видели? 

Я вздохнула. 

Я лично убедилась, что место гибели Равены не просматривалось из дома. Кто угодно мог незаметно пробраться туда и совершить ужасное. Да и не осталось тут никого из тех, кто мог быть свидетелем той трагедии.

Я остановилась, как вкопанная. 

Фелиот!

Если секретарь рассказал обо всем Сирате, то он должен быть в курсе. 

Я нашла мужчину в гостиной, он что-то поспешно писал. 

– Варт Фелиот, мне нужно поговорить с вами, – сказала я тоном, не терпящим возражений, – без свидетелей. 

Секретарь невозмутимо кивнул. 

– Минуту, лира Марейна, мне нужно отправить несколько распоряжений по защищенному каналу, чтобы никто не мог перехватить их, – ответил Фелиот. 

Секретарь сложил бумаги одну за другой в специальный ящик. Как только он опускал один лист, тот вспыхивал белым огнем и исчезал. Я впервые видела такой способ отправки писем.

– Вэлорд Картер просил использовать здесь только такой способ доставки корреспонденции, – пояснил секретарь.

Спустя минуту, он закрыл ящичек и убрал его глубоко в секретер.

– Я полностью в вашем распоряжении, – с улыбкой сообщил он. – Можем поговорить в саду или на балконе.

– Спасибо, по саду я уже погуляла, – мрачно сообщила я.

Фелиот все сразу поняла по моему лицу.

– Пойдемте лучше ко мне в комнату, – предложила я.

Мы молча поднялись на третий этаж. Я чувствовала тяжелое напряжение, что разливалось в воздухе. 

Закрыв за собой дверь, секретарь накинул на комнату полог тишины.

– Что именно вы хотели спросить? – он смотрел на меня с какой-то горечью. 

– Сколько лет вы с Реджинальдом, варт Фелиот? – начала я издалека.

Судя по недоуменному взгляду, он не ожидал, что я спрошу именно это.

– Думаю, что лет восемь уже, – сказал он, немного подумав. – Да, точно. Шесть лет в статусе личного секретаря.

– И у Реджинальда нет от вас секретов? – уточнила я.

Мужчина покачал головой.

– Моя работа — знать обо всем.

Я вздохнула. Было тяжело произнести это вслух.

– Вы были здесь в тот день?

Фелиот вздрогнул.

– В какой именно? – спросил он наигранно непринужденно.

– Вы поняли, о чем я, – сказала я холодно. – В тот день, когда погибла Равена. Вы были здесь?

В глазах секретаря мелькнул ужас. Я поняла, что мне уже не нужны его слова.

– Реджинальд оставил ее на ваше попечение, как сейчас меня? А сам отправился войну? – напирала я.

Секретарь побелел.

– Я и правда был тем, кто обнаружил ее. Пошел позвать к ужину, потому что она задерживалась, – сказал он бесцветным голосом, будто ему даже говорить об этом было больно. – Я же и сообщил об этом господину. И видел… что было дальше.

Фелиоту с трудом давались слова. Я видела, как больно было ему вспоминать тот день.

Но я была решительно настроена вскрыть эту старую рану.

– Расскажи подробнее, – настояла я.

Фелиот дернулся. Он не хотел говорить, но повиновался.

– Это был первый день лета. Лира Равена пошла любоваться бабочками. Она часами могла наблюдать за ними, а они привыкли к ней и, не боясь, садились на руки и волосы. Она вся потом была в этой золотистой пыльце, – мужчина грустно улыбнулся. – Госпожа никому не разрешала сопровождать ее, потому что чужаков ее бабочки боялись. В тот день она не вернулась.

– Я была там сегодня, – сказала я. – Место закрытое, а дорога к дому только одна. Как случилось, что преступник смог пройти туда и вернуться назад незамеченным?

– По земле дорога одна, пройти мимо дома незамеченным невозможно, – подтвердил Фелиот. – А с трех сторон там высокий обрыв или отвесная скала. Пробраться было невозможно!

Я глубоко вздохнула и аж закашлялась. 

– Драконы могут летать! – выпалила я.

– Вэлорд Картер уверен, что убийца — человек. Возможно, кто-то из горцев смог подняться по отвесной скале, – неуверенно сказал секретарь. 

В волнении я схватила его за руки. Это же было так очевидно — ее убили свои!

– Еще скажите, что убийца прилетел на орле! Или на бабочке! – я истерично рассмеялась. 

Фелиот лишь смотрел на меня с сочувствием. Я видела, что ему было больно вспоминать события того дня. Из уверенного мужчины он превратился в испуганного мальчишку. 

Я подозревала, что Реджинальд был страшен в гневе. Возможно, раздавленный горем, он едва не испепелил своего верного слугу.

– Кому же понадобилось убивать беременную женщину? Да еще и лезть ради этого так высоко?! – спросила я.

– Возможно, ее хотели ограбить, – предположил Фелиот, словно выйдя из оцепенения. – У лиры Равены пропали украшения, что были на ней в тот день. 

Это был какой-то абсурд. 

Пробираться в закрытое поместье, чтобы ограбить жену маршала, когда можно залезть в дом и взять намного больше! 

– А что украли? – спросила я.

– Серьги и это… забыл, – он показал на шею.

– Ожерелье? Бусы? Подвеска? – перебирала я.

Но секретарь только головой мотнул.

А потом протянул руку ко мне и ткнул в район ключицы, обрисовав круг.

– Брошь, – догадалась я. 

Внезапно распахнулась дверь моей спальни.

– Интересно, ты, сестричка, время проводишь, пока мужа дома нет! – воскликнула Кассия, уперев руки в бока. 

Фелиот вспыхнул и отпрыгнул от меня, будто кипятком ошпаренный.

Судя по довольному лицу сестры, она приняла его реакцию за неоспоримое доказательство нашей связи. 

Ей же хуже!

– Договорим позже, – сказала я секретарю, – мне понадобится отправить письмо. 

Фелиот мелко закивал и выскользнул из моих покоев.

Кассия же вплыла в гостиную победительницей. Сложив руки на груди, она посмотрела на меня свысока, видимо, ожидая оправданий и надеясь поиметь с этого какую-то выгоду.

Но сестренку пора было приструнить.

Я посмотрела на нее прямо и строго, без заискиваний спросила:

– Что ты делала в моей спальне? Не помню, чтобы я приглашала тебя сюда! 

Мой ледяной тон заставил сестру замереть.

Кассия опешила от моего напора и даже на всякий случай оглянулась, будто ища поддержки. 

– Даже если бы ты была здесь по моему приглашению, то уж мнения твоего я точно не спрашивала!

Кассия обиженно надулась.

– Вообще, меня мама послала извиниться, – сказала она таким тоном, будто только от одного этого я должна была растаять.

Я выжидательно приподняла бровь, но сестра даже слов таких выдавить из себя не смогла.

– Ладно… извини… я не буду больше…

Звучало не очень убедительно.

Кассия же посчитала, что отлично справилась с возложенной на нее обязанностью.

– Что ты делала в моей спальне? – повторила я вопрос. 

– Хотела посмотреть, какие платья любят драконы, – ответила она. – Герцог Пределов с таким восторгом рассказывал о свободных нравах и соблазнительных платьях, а придворные дамы краснели и смеялись. Я хотела лично убедиться, что они такие… порочные.

– Ну… в чем-то твой герцог прав, – ответила я и пошла к гардеробу. – Не скажу, что они совсем неприличные, но я долго привыкала к их традициям.

Мне было неприятно, что сестра вновь упоминает вездесущего Элинора Морри. Но почему бы не удовлетворить ее любопытство?

Кассия аж подпрыгивала от любопытства.

Я распахнула тяжелые дверцы и достала несколько нарядов, которые были приготовлены для приемов в императорском дворце и соответствовали запросом драконьих модниц.

– У дракониц немного другая фигура, поэтому на них эти наряды кажутся еще более откровенными, – пояснила я. – Но даже от такого наряда наша мама упала бы в обморок: ни корсета, ни сложных юбок.

Дрожащими руками сестра перебирала невесомые наряды. Сначала она пришла в неописуемый восторг, но изучив платья пристальнее, она несколько расстроилась.

– Что такое? – удивилась я перемене настроения.

– Я думала, что это будет не более, чем пара тонких тряпиц, едва закрывающих самое сокровенное, – разочарованно протянула Кассия.

– Боюсь, такие наряды остались только в фантазиях герцога Пределов, – со вздохом ответила я. 

Сестра мотнула головой, выражая несогласие.

– Он говорил, что в утонченных человечках драконы ценят грацию и тонкость талии, поэтому многие специально оставляют ее открытой, – пояснила сестра и показала, как, по ее мнению, следовало оголиться.

– Больной извращенец, – прошептала я. – Никто так не одевается. Тем более, на твоей пояснице красуется родовая татуировка. Для драконов это — постыдное клеймо. Точно хочешь выставить эту деталь на всеобщее обозрение? 

Я начинала понимать, какую игру вел Элинор Морри. 

Поняв, что мой муж так и не увидел сокровенный знак, он решил подставить мою сестру. 

Как же я желала выцарапать глаза противному кузену короля Лавитории. Но сестра не разделяла мои мысли.

– Как же ты не понимаешь, нам оказана большая честь! При дворе вспомнили о заслугах отца, а теперь еще и ты вышла замуж за самого влиятельного дракона! Меня каждый день приглашают на приемы, королева хочет видеть меня в числе своих фрейлин. Но я достойна славы и богатств не меньше, чем ты! – сестра распалялась все больше и больше. – Я не хочу быть в чьей-то тени,  я хочу блистать! Притягивать взгляды мужчин!

Мне хотелось встряхнуть Кассию и объяснить, что герцог Пределов толкает ее к неминуемой гибели.

Сестра выглядела безумной.

– Ты должна мне помочь! Обязана! – кричала она.

Я невольно отшатнулась. 

– Мне нужны наряды! И ты познакомишь меня с самыми влиятельными драконами! С Императором! – требовала сестра.

– Я не могу тебе помочь, – я только руками развела, – здесь нет ни модисток, ни драконов. Могу лишь свое платье предложить.

Кассия была если не безумна, то одурманена. Ее совершенно точно нельзя было отпускать ни к драконам, ни к герцогу Пределов.

– Конечно, не можешь, – рассмеялась сестра, – от тебя даже муж избавился! Вот я бы точно ему так быстро не наскучила! Спорим, что как только он меня увидит, то не останется равнодушным!

Я развернулась и едва не влепила ей пощечину. 

И тут же замерла, не веря своим глазам.

Позади нее стоял Реджинальд и насмешливо взирал на беснующуюся сестричку.