Мой нахальный ангел

Остап

        Вика давно спит, я же тупо пялюсь в экран ноутбука. Смотрю какой-то сериал, но смысл того что мелькает перед глазами упрямо ускользает от меня. Мой план по возвращению сестры в прежнюю жизнь практически завершен. Как бы она не брыкалась, но её чувства к Максу живы и это далеко  не ненависть. 

     Вика и Максим ещё двое несчастных молодых людей, жизнь которых похерили эгоистичные взрослые. Пока в этом мире полно вот таких родителей, работы у мне подобных будет хоть отбавляй. 

     Мой мобильный начинает орать песней Мерлина Мэнсона. Лениво протягиваю руку, беру телефон и смотрю на экран. Номер мне не знаком. Смотрю на время: начало второго ночи. Маловероятно что мне звонят с целью предложить кредит. Пока раздумываю принимать вызов или нет, звонок прекращается. Но через секунду начинает звонить вновь. Нажимаю на зеленую кнопку и подношу телефон к уху. 

— Ника, — слышится в трубке тихий женский голос. 

       От того чтобы сообщить, что я вовсе не Ника, меня останавливает интонация звонившей. В ней слышится дикая паника. Моё сердце начинает бешено биться в груди. 

— Ника, — повторяет звонившая и всхлипывает. — Забери меня, пожалуйста, мне так страшно. Артур словно сошёл с ума, мне кажется он меня убьёт. 

      Девушка говорит с трудом, практически через каждое слово она всхлипывает. Судя по звукам на заднем фоне, звонившая находится в помещении. 

— Назови адрес, — наконец подаю голос. 

— Вы не Ника, — растерянно лепечет девушка. 

— Нет, но я могу помочь. Адрес, — настойчиво говорю в трубку. 

      Девушка называет адрес своего примерного местоположения.  К счастью, я знаю где это. Минут двадцать на машине и я буду на месте. 

— Артур сейчас где? — спрашиваю чтобы узнать как обстоят дела. 

      Включаю телефон на громкую связь и бросив на кровать, открываю шкаф. 

— Я не знаю. Я убежала и спряталась в подъезде. 

       Насколько хорошее место для пряток подъезд? Думаю самое отвратительное, если знать где искать. 

— В каком подъезде? Там где живёт Артур? — тупой вопрос, но девушка в панике и в таком состоянии трезво мыслить трудно. 

— Я не знаю что это за подъезд. Это единственный, где были открыты двери. 

      А это уже плохо. Если этот урод направится на её поиски, то в подъезд с открытой дверью войдёт обязательно. Девушке нужно уходить оттуда. Но гарантии что это чмо не найдёт её на улице нет. Нужно торопиться. Взял телефон, в коридоре прыгнул в кроссовки, схватил ключи от машины и телефон и выскочил из квартиры. Проигнорировал лифт и побежал по лестнице, подгоняя себя как только мог. 

     На улице оказался через пару минут и сразу же направился к машине. Открыл её и прыгнул в салон. В машине установил телефон на подставку и завел двигатель. 

— Как тебя зовут? — спросил девушку. 

— Теона, — сказала она. 

— А я Остап. 

— Как Бендер? — спросила она. 

       Она ещё умудряется шутить, молодец. Значит она себя контролирует и это нам обоим на руку. 

— Именно. Теона, сейчас нужно чтобы ты отключила звук на телефоне и ушла из этого подъезда. Тебе нужно спрятаться в кустах как можно ближе к дороге. Можешь это сделать? 

— Д-да, — неуверенно отвечает девушка. — Я попробую. Только не вешай трубку, пожалуйста. Мне страшно. 

      Прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Мне нужно держать себя в руках. Сейчас совершенно точно нельзя поддаваться эмоциям. А очень хочется. С удовольствием нашёл бы этого Артурчика и научил жизни. 

— Я здесь, не волнуйся. Главное сделай всё как прошу. Будь очень осторожной. 

— Угу. 

      Слышу в трубке дыхание девушки и её шаги,  а затем слышен звук улицы. Гоню машину по пустынной дороге и готов благодарить всех богов этого мира, что любителей ночных гонок в данную минуту нет на дороге.  Мне хочется узнать  как дела у Теоны, но это может быть опасно для неё. Могу выдать её. 

      В трубке всё ещё слышно лишь шаги и дыхание, а значит всё хорошо. И девчонку никто не схватил. Только вопрос как мне её искать на улице, адрес ведь она дала приблизительный. 

— Я спряталась, — слышу в трубке. 

— Я уже в пути, скоро буду на месте. Скажи мне, где ты спряталась, чтобы смог тебя найти. 

— Это кусты рядом с местным заброшенным кинотеатром, — отвечает она. 

       Знать бы что это ещё за кинотеатр. Так хорошо я ещё не изучал город после своего возвращения на родину. Но говорить этого не стал, чтобы не пугать девчонку. Вбил в поисковик информацию, оторвал взгляд от дороги и взглянул на экран телефона. Это недалеко, ещё минут десять и я на месте. 

— О, боже, — произносит девчонка в трубку и я напрягаюсь. 

— В чём дело? 

— Он здесь, — в голосе звучит ужас.

— Нашёл тебя? — напряженно спрашиваю. 

— Нет. Но зовёт меня, голос звучит где-то очень близко, — половину слов не разобрать из-за всхлипов. 

— Так, соберись, — пытаюсь успокоить девушку. — Не паникуй. Сиди тихо и не высовывайся. Если повезет, он пройдет мимо. Я скоро буду на месте. 

     В трубке тишина. Теона молчит, а я боюсь первым спрашивать, вдруг этот урод услышит мой голос и по нему найдет девушку. Эта тишина меня напрягает, давлю на педаль газа со всей дури и несусь на запредельной скорости. Я не могу опоздать, не могу позволить этому ублюдку найти девушку. 

      Пара минут и я на месте. Вот этот заброшенный кинотеатр. Идеальная декорация для фильма ужасов. А всё что сейчас происходит шикарный сценарий для него. Осматриваю улицу, никого. Очень надеюсь что этот урод ушёл отсюда ни с чем. 

       А кустов то здесь прилично. Начинаю проверять те, которые ближе всего ко мне. Никого. Иду дальше и дальше и раз за разом пусто. Моё сердце сжимается от страха. Всё же опоздал. Количество кустов уменьшается с невероятной скоростью, а девушки нет. Паника, что поднимается внутри, затрудняет дыхание. Момент истины — последние кусты. 

      Считаю до пяти и подхожу к ним. Сначала я разочарованно вздыхаю, потому что мне кажется что здесь пусто. Но потом замечаю легкое движение и понимаю что там кто-то есть. Наклоняюсь ближе. 

— Теона? — шепотом спрашиваю её. 

— Остап? — спрашивает она. 

     Киваю и протягиваю руку, за которую она тут же хватается. Её пальцы ледяные и дрожат. Помогаю ей подняться и подхватываю девушку на руки. Она  словно ничего не весит. Здесь темно и её не рассмотреть. Видно только что на ней светлое платье, а ещё нет обуви.  

       Несу девушку к машине. Иду прямо по дороге наплевав на всё. Выйдя на хорошо освещенную часть дороги, вижу царапины на руках  ногах девушки. И ярость поднимается внутри меня. Какой тварью нужно быть, чтобы довести человека до того, что он прячется по кустам? 

      Усаживаю её в машину, пристегиваю и сев в машину, уезжаю. 

Может ли один случайный телефонный звонок изменить жизнь? 

Остапу предстоит узнать это на себе. Один звонок с незнакомого номера и его жизни появляется она. На счастье или на беду? 

Он её личный ангел. Залечит раны на сердце и душе, но что потребует взамен? 

Остап

        Печка в машине работает на максимум. На улице по ночам уже холодно, а на Теоне только легкое платье. Она всё ещё дрожит и всхлипывает, смотрит в окно, стараясь не смотреть на меня. 

       Наконец мы приезжаем к дому, глушу двигатель, вытаскиваю ключи из зажигания. Только сейчас она словно оживает и поворачивается ко мне:

— Куда ты меня привёз? — спрашивает с лёгкой опаской в голосе. 

— К себе домой. 

      Девушка выглядит растерянной и немного напуганной. Скорее всего в своей голове она уже нарисовала различные пугающие картины, того что её здесь ждёт. Тороплюсь успокоить девчонку. 

— Я живу с двоюродной сестрой. Думаю присутствие девушки примерно твоего возраста должно тебя хоть немного успокоить. 

— Мне нужно к Нике, — говорит она. 

— Сейчас глубокая ночь. С Никой ты сможешь увидеться завтра. Я сам тебя отвезу. А сейчас тебе нужна горячая ванна, чай и теплая постель. Приставать к тебе у меня нет в планах. 

      Теона бросила на меня быстрый взгляд, потом перевела его на дом. Закусив губу о чём-то думала.  Стянул с себя бомбер и накинул его девушке на плечи. Вышел из машины, захлопнул свою дверь и обойдя капот, открыл пассажирскую. Наклонился, отстегнул ремень безопасности и беру девушку на руки. Она молча обвивает мою шею. Поставив машину на сигнализацию, иду к подъезду. Пока ждём лифт, Теона оглядывается по сторонам, знакомится с обстановкой. 

     Захожу в лифт, нажимаю нужную кнопку и встаю спиной к зеркальной стене. Девушка на моих руках притихла. Она прижимается ко мне с каким-то непонятным мне доверием. 

      Как человеку очень любопытному от природы, мне дико хочется узнать кто тот мудак, от которого она пряталась. Что их связывает? Что она сделала и сделала ли? И какие могут быть  у неё проблемы. 

       В квартире ставлю Теону на пол, она обнимает себя руками и забивается в угол. Мне хочется закатить глаза. Неужели она меня боится? Но всё равно согласилась прийти ко мне домой. Разуваюсь и сразу же иду в ванну, включаю воду, достаю полотенце и новую зубную щетку для гостьи. Слышу за спиной лёгкие шаги, Теона вошла в ванну. 

— Так, пена, гель, шампунь всё на полке. Полотенце на машинке, зубная щетка там же. Свою одежду закинешь в машинку. Сейчас принесу чистые вещи. Купайся, только глупости не совершай. Я люблю свою ванну, не хотелось бы чтобы её осквернили утопленником. 

      Глаза девушки в шоке увеличиваются. Она шокирована, это хорошо. Хоть какие-то эмоции, а то у меня складывается ощущение что Тео потеряла связь с этим миром. Выхожу, оставив девушку одну. Конечно одежда Вики ей подошла бы лучше, но она уже спит и будить её не хочу, поэтому иду к себе, роюсь в шкафу и вытаскиваю самую длинную футболку и тренировочные штаны. 

        Стучу в дверь ванной, девушка открывает и с благодарностью забирает вещи. А я ухожу на кухню. Ставлю чайник и достаю из холодильника остатки ужина. Грею запеченную грудку с картошкой, нарезаю салат и накрываю на стол. Теона появляется на кухне когда я завариваю чай. Поворачиваюсь к ней. 

      Сейчас она выглядит намного лучше. Размазанная тушь смыта с лица и появился легкий румянец. Глаза красные, но уже не выглядят такими заплаканными. Влажные волосы откинуты на спину. Моя одежда довольно комично смотрится на ней, но мешковатые вещи не способны скрыть красивую фигуру девушки. 

      Только сейчас замечаю какие глаза у девушки. Они невероятно большие, какой-то необычной формы. Но притягательными их делает не только форма, цвет невероятный. Её глаза цвета воды в Байкале, но в левом прямо на прозрачной голубой радужке коричневое пятно. Это выглядит так, словно прямо в глаза у девушки родимое пятно. Теона стоят в дверях и переминается с ноги на ногу, а я пялюсь на неё как дурак. Сбрасываю непонятный морок и возвращаюсь к приготовлению чая. 

— Садись есть, я всё разогрел. 

      Ожидаю услышать возражения, но она молча садится за стол, и начинает есть. Я уже забыл про её мобильник, По тому как она набросилась на еду, Тео очень голодная. Когда же она ела последний раз?  Ставлю чашку с чаем перед ней, забираю свою и сажусь напротив, стараюсь её не смущать. Но про себя отмечаю как мастерски она справляется со столовыми приборами. Девушка явно хорошо знакома с этикетом. 

       Подмечаю какие у неё тонкие и изящные пальцы. Сейчас на некоторых из них сломаны ногти, но всё равно видно, что был красивый маникюр. 

      Вообще в девушке чувствуется стать и благородство, как любят говорить — порода. Её внешность необычная, но запоминающаяся и притягательная. 

      Она заканчивает есть, поднимается и относит тарелку в раковину, хочет её помыть, но я останавливаю. Не хватало ещё ей мыть посуду. Для чего у нас посудомойка? 

       Теона возвращается за стол и берет  чашку в руку. Втягивает ароматный чай и начинает его пить. Её смущает мое внимание и она ерзает на стуле. Моё любопытство берёт верх и я спрашиваю:

— Как такая девушка могла связаться с уродом, который мучает женщин? 

— Он не был раньше таким, — тихо говорит она и вызывает ухмылку у меня на лице. 

— О, нет, девочка, он всегда был монстром. Это часть натуры. Никто не заставляет человека быть уродом. Он либо урод либо нет. Просто вначале моральные уроды любят казаться хорошими. Они заманивают жертву в ловушку и когда она на крючке и ей некуда бежать, ловушка захлопывается и нутро монстра лезет наружу. 

— Ты его не знаешь, — огрызается она, но по глазам вижу что мои  слова что-то задели в её душе. 

— Так и ты, выходит, не знаешь. 

      Тео поджимает губы и смотрит на свои ногти. Ей неприятно, даю себе мысленную оплеуху, в мои планы не входило становится врагом ей. Поэтому сейчас мне лучше заткнуться. 

— Пойдём, провожу тебя в комнату. 

      Теона идёт за мной по пятам, но ступает так тихо, что её шагов практически не слышно. Завожу её в  свою комнату. Здесь всё так как я оставил перед уходом. Совсем забыл что кровать разобрана. Достал из шкафа новый комплект и перестелил постель. 

— Спокойной ночи, — говорю девушке, покидая её комнату. 

— Спасибо. А где ты будешь спать? Я тебя выселила тебя из твоей комнаты. 

— Не волнуйся, где переночевать я найду. Ложись ещё немного и начнет светать, а мы всё ещё на ногах. 

— Спасибо. 

      Забираю с кровати одну подушку, достаю из шкафа тёплое одеяло и выхожу из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. В гостиной расстилаю диван. Да я устал, но спать привык с комфортом. Поэтому постель себе стелю тщательно. Принимаю быстро душ и укладываюсь спать. 

      Мой внутренний голос вопит что я сунул свой нос туда, куда не стоило. Но как можно остаться в стороне, когда красивая девушка в беде? 

Остап

 

Теона

За несколько часов до… 

     Сегодня у Паши, лучшего друга Артура тусовка, на которую мы конечно же обязаны пойти. Артур никогда и ни за что не пропустит ни одну тусовку своего дружка. А я их терпеть не могу как и самого Пашу. Он мерзкий, противный с вечным сальным взглядом и грязными, пошлыми шуточками. И тусовки у него это обилие алкоголя и развязных девиц. На такие тусовки не принято брать своих девушек. Чтобы была возможность весело провести время. Но Артур всегда берёт меня, говорит что  ниже его достоинства зажигать с доступными девицами. 

     Мы с Артуром уже два года вместе. Но моя семья до сих пор его не приняла и я словно между двух огней. Мой  молодой человек обладает взрывным характером и плохо умеет себя сдерживать. И моих родителей это очень пугает. Мама много раз просила расстаться с Артуром. Она боится что он может мне навредить, но это не так. 

      За два года отношений я нашла подход к нему. Да и во всех его вспышках гнева виновата  сама. То сделаю что-то не так, то скажу не то, то оденусь не так как нужно. 

      Сегодня на мне бледно-голубое коктейльное платье на широких бретельках и длиной до колена, а на ногах удобные лодочки на высокой шпильке. Минимум косметики и выпрямленные утюжком волосы. Просто и очень элегантно. Смотрю на себя в зеркало и улыбаюсь, вспоминаю слова великой Коко Шанель: “Простота — залог истинной элегантности”. Именно этого я и придерживаюсь в своём стиле одежды. 

— Ты готова? — в комнату заглядывает Артур и оценивает мой наряд, морщится. 

— Да, готова, — улыбаюсь ему. 

— Ты пойдёшь в этом? — удивляется он. 

— Да, а что не так? 

— Мы же идём на тусовку, а не в театр. Надень что-то покороче и поярче, с этими, как они называются? — сводит брови к переносице и щелкает пальцами,  пытаясь вспомнить название. 

— Пайетки? — подсказываю ему. 

— Да, они. 

— Но ты же знаешь, что я не ношу такое. И потом, ты сам же будешь ругаться, если на мне будет слишком короткое платье. 

— Теона, ты хочешь поругаться? — угрожающе спрашивает Артур. 

— Нет, — отвечая, вжимая голову в плечи. 

— Вот и славно. Идём. Твоим гардеробом займёмся завтра. Сейчас уже нет времени. Мы опаздываем, потому что ты долго собиралась, как всегда. 

       Вспыхиваю от негодования, ведь это неправда. Сегодня, впрочем, как и всегда я собралась очень быстро. Но спорить с ним у меня нет желания. Свою правоту я не докажу, но поругаться мы можем очень сильно. 

      Мы приезжаем заброшенный кинотеатр, я раньше любила в него ходить с сестрой, а дальше проехав высотки, останавливаемся возле какого-то ангара. Судя по громко орущей музыке, именно здесь сегодня собралась вся тусовка. Странно что местные жители ещё не вызвали полицию чтобы разогнать всех этих тусовщиков. 

       Артур выходит из машины и сразу же идёт к дверям ангара. Я же сама выхожу на улицу. В начале наших отношений меня коробило от подобного поведения, в моей семье заведено что мужчина помогает женщине. Но со временем приняла как факт что с Артуром будет вот так. Ведь это же не самое главное в жизни. 

      Когда я попадаю внутрь, мой парень уже стоит в компании своего лучшего друга и каких-то тёлок. Мне дико не нравится это слово в отношении девушек, но глядя на этих двух незнакомок на ум пришло только оно. На них надеты микро купальники, которые больше открывают, чем закрывают. Яркий макияж, который бы моя мама назвала боевым, а еще огромные каблуки. Кажется в таких ходят стриптизерши. Девушки не позволяют себе лишнего, просто стоят рядом. 

       Подходить к Паше мне не хочется, поэтому легко кивнув ему в знак приветствия, снимаю треня, кладу его на стол, приготовленный для верхней одежды и иду к бару. Обхожу танцующую толпу и сажусь на стул у барной стойки. 

— Привет, — здороваюсь со барменом. — Можно стакан воды с лимоном. 

      Этого парня зовут на все тусовки. Вроде как он один из лучших барменов нашего города и умеет смешивать  просто невероятные коктейли. Мне нравится с ним просто болтать. Он единственный нормальный здесь человек, простой и легкий в общении. Остальные пафосные и мега крутые. Так злят эти глупые понты, большая часть здесь собравшихся существуют на деньги своих отцов, а строят из себя великих. Если бы не Артур, то сама бы я не общалась ни с кем из них. 

— Привет, Ти, — здоровается бармен. — Сейчас сделаю. Ты уверена что не хочешь мой фирменный коктейль? 

— Ты же знаешь, Зевс, что я не пью алкоголь. 

        Он кивает и уходит чтобы налить мне воды. Оглядываюсь по сторонам. Здесь всё как обычно: неприлично одетые девчонки извиваются на танцполе, столах или чьих-то коленях. Алкоголь льётся рекой, кто-то курит кальян, кто-то повёл свою подружку на этот вечер уединиться. 

       Нахожу Артура в компании самых близких его друзей за столом. Они играют в покер. На коленях у некоторых сидят девчонки. Пашина подружка сверкает голой грудью, где-то уже потеряла верх от купальника. Всем весело, они смеются и что-то кричат, мне не разобрать из-за громкой музыки. 

       Артур чувствует мой взгляд, поворачивает голову и встретившись со мной глазами, салютует мне своим стаканом. Улыбаюсь ему и отворачиваюсь. Он опять пьёт и это меня пугает. В последнее время после алкоголя он становится злым и психованным. Зевс приносит мой напиток, беру в руку запотевший стакан и благодарю парня. 

       Понимаю что должна идти за стол к Артуру, он любит когда я рядом, но мне совсем не хочется. После его придирок к моему внешнему виду я обижена на него и желания веселиться или хотя бы делать вид у меня нет. Поэтому я остаюсь у барной стойки. 

        Так проходит несколько часов. Артур продолжает играть в покер и пить виски. Каждый раз как я смотрю в его сторону, вижу как он прикладывается к стакану. Чувствую сегодняшний день закончится плохо. Зевс как может развлекает меня, рассказывает смешные истории из своей работы и просто анекдоты. 

        Мне становится душно и я выхожу на улицу немного подышать свежим воздухом. У входа стоят парни, курят и громко смеются. Захожу за угол ангара, здесь никого нет. Через минуту появляется Зевс. Он надевает мне на плечи свою куртку. 

— Куда ты пошла без одежды? — спрашивает он. 

— Мне стало душно, захотела немного подышать. 

— Нельзя так выходить на улицу, заболеешь. Куда только Артур смотрит. 

       Делаю вид что не слышу вопроса, отвечать на него мне совсем не хочется. Я считаю что Зевс несправедлив. Да Артур вспыльчивый, но он очень внимательный. Он всегда должен знать где я и с кем, что делаю, поела ли. И это так мило. Сегодня он просто хочет отдохнуть, а я обижена, и чтобы не портить ему настроение  не попадаюсь лишний раз на глаза. 

       Мы стоим на улице ещё минут пять и идем внутрь. Зевс рассказывает как ездил на Гоа, а я весело смеюсь. Он проходит на свое рабочее место, а вот мне подойти к барной стойке не дают. 

— А ну иди  сюда, — шипит на меня Артур и куда-то тащит, больно вцепившись в руку. 

       Он заталкивает меня в комнату и закрывает дверь, встаёт передо мной, загораживая дверь и рычит словно зверь:

— Ты с ним спишь? 

Теона

Теона

       От шока не могу подобрать  слов, просто молча смотрю на Артура. И его внешний вид меня пугает. Ноздри раздуваются от злости, покрасневшие глаза  пылают злостью и кажется что он сейчас совершенно невменяем. Мы сейчас с Артуром наедине в комнате с маленьким окном и огромной кроватью, больше ничего здесь нет. Путь на свободу перегородил Артур своим телом. 

    Стою обняв себя руками и нервно жую губу, а в голове как тараканы разбегаются мысли и я никак не могу хоть за что-то ухватиться. Знаю что сейчас мне нужно успокоить его, заверить что ничего плохого не делала и даже не думала об этом. Но не могу, мне страшно, меня начинает колотить и к глазам подступают слёзы. Я молчу, хоть и понимаю, что моё молчание дико бесит и ещё сильнее злит Артура. 

— Спишь? — рявкает он. 

      Я вздрагиваю от его крика и предательские слёзы всё же появляются в глазах. 

— Артур, ты что такое говоришь? — лепечу я, пытаясь успокоить его. — Мы просто общались с ним и всё. 

— Видел я как вы просто общались. Как он на тебе смотрел, а ты и рада. Как девка подзаборная потекла,  да? 

       Артур с каждым словом делает шаг в мою сторону, а я пячусь назад. Натыкаюсь на стену — идти больше некуда. 

— Н-нет,  — запинаясь говорю ему. — Мы просто говорили. Я же тебя люблю, зачем мне этот бармен? 

       Пытаюсь достучаться до парня, и наконец отмираю и ему бросаюсь навстречу, обнимаю за шею, прижимаюсь головой к его груди. Слышу как бешено бьется его сердце. 

— Артур, любимый, ты же знаешь что мне никто не нужен кроме тебя. 

        Но мои слова не производят на парня никакого эффекта, он скидывает с себя мои руки и отталкивает. Меня немного ведёт, но  каким-то чудом я смогла устоять на ногах. Только в себя прийти возможности у меня не было. Артур молниеносно подлетает и схватив меня за шею, ощутимо её сжимает. 

        Распахнула от страха глаза, вцепилась пальцами в руку Артура, пытаясь оторвать её от себя. Но он лишь сильнее надавил на горло. 

— Что ты делаешь? — просипела я. 

      Нормально говорить у меня не было возможности, мне кажется воздух не проникал в сдавленное горло, начала хрипеть. Оказывается до этого у меня всего лишь был легкий испуг, страх сковал меня сейчас. Мои ноги подкосились, слёзы что до этого всего лишь выступили в уголках глаз, сейчас потекли ручьями. Я с ужасом смотрела в стеклянные глаза своего парня.

       В данную минуту он не отдавал отчета своим действиям. Словно в него вселился злой дух. Он максимально приблизил ко мне своё лицо и рявкнул:

— Запомни, ты моя! Если хоть один мудак прикоснется к тебе я сначала убью его у тебя на глазах, а потом и тебя. Поняла? 

    Я закивала головой, продолжая смотреть на него в шоке и тихо плача. Артур не торопился меня отпускать, словно мои слезы и мой испуг доставляли ему удовольствие. Он сильнее надавил на горло, а я снова попыталась оторвать его пальцы, когда в меня ничего не вышло начала царапать его руку. Сначала получилось совсем слабо, но попробовала вновь, прикладывая больше силы. Почувствовала как ногти сдирают верхний слой его кожи. Только ему было плевать. Удерживая за шею, он встряхнул меня как тряпичную куклу. 

— Поняла, — тихо спросил он, но от его интонации мороз побежал по коже. 

— Да, — тихо ответила ему. 

      Мой голос звучал жалко и безжизненно. В следующее мгновение он  опустил меня, схватилась руками за шею. Артур осмотрел моё лицо тем же диким взглядом, высунул язык и самым его кончиком провёл по своей нижней губе. Меня передернуло, почему-то этот простой жест показался мне омерзительным. 

     Артур отошёл от меня, вытащил из кармана сигареты, прикурил и начал курить здесь же, стряхивая пепел прямо на пол. Смотрела в шоке на своего парня, я его совсем не узнавала. Да он вспыльчивый и ревнивый, но такого раньше никогда не было. 

     Парень отошёл к окну, сделал затяжку и выглянул на улицу, а потом затушил сигарету об стекло. Развернулся и направился в мою сторону. Он вытащил сотовый, повертел его в руках и бросил на кровать. Слежу за каждым его действием и боюсь даже моргнуть, но вроде бы Артур успокоился. Он садится на край кровати, широко расставив ноги. 

— Иди ко мне, — зовёт он. 

     Убираю руку с шеи и обнимаю себя за плечи. Делаю несмелый шаг, затем ещё один, а потом он наклоняется, ловит подол моего платья и тянет на себя. Через мгновение оказываюсь между его ног. Кладу руки ему на плечи и тихо прошу:

— Артур, поехали домой. 

— Нет. Мне здесь нравится. 

      Он задирает подол платья и кладет свою большую ладонь мне на ягодицу, сжимает её, а потом поглаживает. Его зрачки расширяются, а у меня перехватывает дыхание от шока, он возбудился. Как вообще можно думать о сексе после того, что тут было пару минут назад? 

— Девочка моя, покажи как ты меня любишь, — говорит он охрипшим голосом, а я мотаю головой. 

— Не хочу, не здесь. Артур, пожалуйста, поехали домой. 

      Неужели он не понимает? Заниматься любовью в этом месте, когда за стеной столько посторонних людей это ужасно. От этой мысли чувствую себя как оплеванной.  Но Артуру, похоже нормально, потому что он продолжает лапать меня. 

— Артур не надо, прекрати, — продолжала его просить остановится. 

     Но сегодня он глух к моим словам, кажется что наоборот, своими мольбами я только сильнее его злю. Он больно сжимает мою ягодицу и пытается усадить меня к себе на колени. Но я упираюсь ему в грудь руками. 

— Прекрати, — неожиданно для самой себя рявкаю на него. 

— Что не хочешь меня? — рявкает он. 

      Поднимается на ноги и я отшатываюсь от него. Чёрт, он опять злой. 

— Это из-за этого утырка? Да? Его хочешь? Так я сейчас его изуродую так, что его больше никто и никогда не захочет. 

      С этими словами  он буквально вылетает из комнаты, хочу рвануть за ним, но тут на кровати начинает звонить телефон. Артур забыл на кровати свой сотовый. Хватаю его и вылетаю следом. Но я опоздала, он уже налетел на Зевса. 

       Артур повалил на пол парня, который не вовремя вышел из своего царства коктейлей и начал наносить удары. Никто, абсолютно никто не пытается их разнять. Всем весело, зеваки собрались вокруг и снимают всё на  свои телефоны. Бросаюсь на спину Артуру и пытаюсь его оттащить. Но одной рукой это не удобно делать, я все ещё сжимаю в руке его телефон. Поэтому мои попытки его оторвать больше похожи на легкие поглаживания. 

— Пожалуйста перестань, — молю его сквозь слёзы. — Прекрати! Прекрати его бить! Он же ничего не сделал. 

— Отвали, — отталкивает меня Артур  и я лечу  больно приземляясь на пол. — С тобой я разберусь позже. 

       В ужасе смотрю как он наносит очередной удар, но в этот момент происходит не мысленное: Паша, который всё это время стоял рядом и ничего не делал, обрушивает на Артура стул, тот легко разваливается на запчасти, а мой парень падает на Зевса. 

      Бармен выбирается из-под его тела и я могу его видеть. Его лицо разбито в кровь, он вытирает губу и улыбнувшись кровавыми зубами, подмигивает мне. Меня передергивает и я вновь начинаю плакать. 

— Теона, — привлекает моё внимание Паша. — У тебя есть время пока Артур не пришёл в себя. Так что беги, как ты понимаешь, всем плевать что будет когда он тебя поймает. Сегодня на глаза ему лучше не попадался. 

       Мне требуется несколько секунд чтобы осознать, что мне сказал Паша. А осознав, сразу же разворачиваюсь и срываюсь к выходу, бегу натыкаясь на людей и даже не извиняюсь. Вылетаю на улицу и бегу, правда умудряюсь споткнуться о какой-то камень, от падения меня спасает дерево, что растет рядом. Цепляюсь за его ствол и выпрямляюсь. Делаю шаг и понимаю что сломала каблук. Приплыли. Скидываю туфли и иду босиком в направлении ближайшего жилого дома, проклиная себя за то, что не надела колготки сегодня. 

       Асфальт не просто холодный, он ледяной. Мой тренч лежит в ангаре в куче чужой одежды, моя сумка с телефоном, деньгами и ключами от родительской квартиры в машине Артура. Соответственно всё что у меня сейчас есть это его телефон. 

       Иду как можно быстрее, растирая себя руками и всё время оглядываюсь. Погони пока нет. Могу выиграть время себе и спрятаться.  Крадусь вдоль дома и дергаю ручки на дверях подъездов, в надежде найти открытый. И мне везет, четвертый подъезд открыт. Ныряю в него и бегу на последний этаж. Останавливаюсь рядом с дверью на чердак — заперта. Нужно что-то делать, не ночевать же мне в чужом подъезде. Нужно чтобы меня забрали отсюда. Родителей в стране нет, поэтому решаю позвонить старшей сестре. Повезло что номера близких я знаю наизусть. 

      Набираю номер идут гудки и ничего. Еще раз звоню, на этот раз трубку поднимают, я выпаливаю сестре всё как на духу и только потом осознаю что это не она. Хочется застонать от досады. Явно этому парню нет дела до проблем незнакомки, но он удивляет меня проявляя внимание и заботу. Парень подсказывает как мне правильно действовать и под его руководством я нахожу себе новое место для укрытия. Звук на телефоне отключила сразу же как убежала и сейчас стараюсь вести себя очень тихо. Мне нужно продержаться двадцать минут. 

      И меня заберет мой спаситель. Надеюсь он действительно приедет и это не злая шутка. Мне дико холодно, кажется клацанье моих зубов слышно на всю округу. Руки, ноги начинает щипать и я только сейчас понимаю что лазая по кустам, вся исцарапалась. 

       Остап, так зовут моего спасителя уже в пути. Осталось немного подождать. Вдруг слышу шум шагов  и перестаю дышать. 

— Хоть бы не он, — говорю шепотом и тут же закрываю себе рот ладонью. 

      Дура! Чуть сама себя не спалила. Шаги становятся громче и ближе. 

— Теона, детка, выходи, я не буду злиться. Честно, — приторно-ласковым голосом говорит Артур. 

        У меня от этого голоса всё сжимается. По лицу с удвоенной силой начинают катиться слёзы. Начинаю читать про себя “Отче наш” и молиться чтобы меня не нашли. Понимаю что шаги раздаются рядом со мной, то есть он идёт по этой стороне. Осторожно, но быстро переползаю на другую сторону зарослей кустов. Получаю новые царапины, но молчу. Всё потом. 

        Артур ходит какое-то время здесь и всё время меня зовёт, а затем шаги удаляются. Боюсь выглянуть наружу и сдать саму себя. Подтянув колени к груди, сижу вжавщись в  кусты и жду. 

      Спустя какое-то время слышу шум подъехавшей машины. “Он приехал” мелькает в моей голове. Но я продолжаю сидеть, хоть и отморозила себе попу. Слышу опять шаги, шелест кустов, а потом вижу парня. Мне кажется у меня поехала крыша, потому что мне кажется, что у парня за спиной крылья, словно он ангел. 

     А дальше все происходит как при быстрой перемотке: Остап берет меня на руки и несёт к себе в машину, осознаю что происходит когда он тормозит у себя во дворе. Внутренний голос вопит не идти домой к незнакомцу. Но я отмахиваюсь от него. Глупо спасать незнакомку среди ночи, если планируешь ей навредить. Или нет? Честно? Мне сейчас плевать. 

       Остап набирает мне ванну и оставляет одну. Подхожу к зеркалу и меня пугает что там вижу. Опухшая, зареванная и потрепанная. Рассматриваю шею, на ней видны лишь лёгкие следы от пальцев, повезёт синяков не будет. Снимаю платье, бельё, закидываю в машинку и ставлю программу. 

       Забираюсь в воду и вытягиваю ноги. Ванна огромная. Класс. Провожу пальцами по одному из многочисленных шрамов на груди и прикрываю глаза. Это был ужасный день. 

Теона

        Открываю глаза и смотрю в окно, первые секунды не понимаю где я, но память услужливо подкидывает мне картинки прошлой ночи. Голова и глаза болят от литров пролитых вчера слёз. Немного дерёт горло и свербит в носу. Скорее всего это последствия моего гуляния по асфальту. Всё же на улице уже осень. 

    Усаживаюсь на кровати и осматриваюсь. Вчера не обратила внимания на интерьер комнаты. Сейчас  же очень им заинтересовалась. Светло-серые стены, темно-графитовые плотные занавески на окнах, огромная кровать, и угловой шкаф. Вся мебель такого же графитового цвета. У кровати висят небольшие настенные бра. А в дальнем углу стоит кресло-качалка, рядом лампа на длинной ножке  и стеллаж с книгами. А на стене напротив кровати висят несколько картин. Ничего не понимаю в живописи, скорее всего это абстракционизм. Ничего непонятно, но красиво. Меня привлекают книги, вылезаю из кровати и подхожу к нему. 

         “Гегель, Кант, Спенсер” —  читаю корешки на книгах. Какой интересный выбор книг философия, психология, что-то о разуме и внутреннем я. Кем же является мой новый знакомый? Никаких детективов, фантастики или хотя бы классики. Интересные предпочтения у Остапа. На стеллажей стоят несколько рамок с фото. На них парень изображен с розововолосой девушкой. Они улыбаются и дурачатся, от фото веет теплом и каким-то особым уютом. Улыбаюсь и провожу пальцами по лицу парня. 

      Интересно, это и есть  его сестра, с которой он живёт? Вообще так необычно что взрослый парень живёт с сестрой. Кстати о сёстрах, мне нужно ехать к Нике, а из вещей у меня только платье и нижнее белье. Даже телефон Артура умудрилась вчера где-то потерять, ничего, думаю он переживет пропажу. Нужно собираться и так Остап был слишком добр ко мне. 

      Выхожу из комнаты и иду на поиски хозяина дома. Вчера я была не в состоянии вообще хоть что-то оценить, ходила словно сомнамбула, не видя ничего вокруг. Оказывается у Остапа не просто квартира, а двухуровневая со стильным ремонтом. Такие очень любят в мажорской тусовке, где вращается Артур. 

       Неужели Остапа такой же мажор? Ну да, машина у него явно дорогая. Но поведение не похоже на то как обычно себя ведут богатые детки. За два года я успела изучить манеры и повадки многих из них. Добротой и отзывчивостью их поступки никогда не отличались. А вчера Остапа меня спас, в буквальном смысле. 

      Иду на аромат свежесваренного кофе и оказываюсь на кухне. А там Остапа что-то готовит на плите. Я смущенно опускаю глаза в пол. На парне нет футболке и моим глазам во всей красе предстает его красивая, хорошо прокаченная спина. 

— Привет, — тихо говорю ему. 

— Привет, — здоровается он улыбаясь мне. 

         И я зависаю на этой улыбке. Остапа можно без преувеличения назвать красивым. Такой элегантной мужской красотой. Густые каштановые волосы, челка которых всё время свисает на лоб. Карие глаза, выразительные скулы и пухлые губы. 

— Привет, — отвечаю ему. — Сколько сейчас время? 

       Я чувствую себя максимально неловко, ведь нахожусь в доме у совершенно незнакомого парня, наедине. Было очень глупо соглашаться идти к нему домой, но вчера ночью я была словно выжатый лимон и мне было не до разумных действий. Сейчас когда опасность миновала, а разум не затуманен паникой, понимаю что сама пришла в дом к незнакомцу. 

— Час дня, — отвечает парень. — Выспалась? 

— Да, спасибо. А где моя одежда? 

       Не представляю как буду добираться до сестры в одном платье, но все же его нужно надеть. На мне до сих пор вещи парня. 

— Сейчас принесу. 

     Остап проходит мимо меня и выходит из кухни. Стою поджав губы и не знаю куда себя деть. Парень возвращается на кухню и протягивает мне два больших пакеты с этикеткой брендового магазина одежды. 

— Заказал на свой вкус. Ты вроде такая же худая как Вика, должно подойти. 

— Спасибо, — лепечу я. 

      Сказать что я в шоке это ничего не сказать. Меня удивляет этот парень. Он явно не мажор, слишком хороший и сочувствующий. Забираю пакеты и иду назад в комнату, из которой вышла. Закрываю за собой дверь и высыпаю содержимое пакетов на кровать. 

— Чёрт, я же не забрала своё бельё, — говорю, рассматривая одежду. 

       Прямые чёрные джинсы, синяя футболка, яркий бомбер, всё из очень дорогого магазина. А ещё белые носочки и комплект нижнего белья. Заливаюсь румянцем. Это так интимно, покупать нижнее бельё и пусть оно спортивное,  а не кружевное, всё равно. Во втором пакете оказались белые кроссовки. 

      Скинула одежду Остапа с себя и надела  свою новую одежду. Зашла в ванну, умылась, почистила зубы, щеткой так любезно предоставленной хозяином. На полочке увидела расческу и быстро расчетов волосы, заплела их в косу. 

      Когда вернулась на кухню Остап уже закончил готовить и сидел за столом  лазил в телефоне. Услышав мои шаги  поднял голову, осмотрел меня и удовлетворенно улыбнулся. 

— Отлично, я угадал размер. Садись завтракать. 

      На тарелке приготовленной для меня лежали сырники с каким-то соусом. Улыбнулась, сырники мне готовила мама, вкуснее чем у неё не ела больше не у кого. Села за стол, взяла столовые приборы и начала есть. 

— Ммм, как вкусно, — вырвалось у меня. — Ты сам готовил? 

— И почему в твоём голосе звучит настолько явное удивление? — с усмешкой спросил он. 

— Парни обычно не готовят, — пожала я плечами. 

— Просто я необычный парень. 

     Вот это заявление, не смогла сдержать смех. Но быстро взяла себя в руки. 

— Спасибо что помог. 

— Человек человеку друг, — ответил он. 

       И всё же этот Остап очень странный. Таких людей я в своей жизни не встречала. 

— План дальнейших действий каков? Домой под замок к чудовищу? 

         Этот подкол меня задел, стало неприятно. Похоже мой новый знакомый совсем не верил в меня. Печально. Хотелось бы производить впечатление сильной личности, а я похоже жалкая слабачка.

— Мне надо к сестре, — ответила ему. 

— К Нике? — уточнил он. 

— Да, к ней. 

— Отлично. Доедай и я тебя отвезу. 

        Он снова это делает, просто берёт и помогает. Зачем ему это? Почему он носится с незнакомой девчонкой второй день подряд? Скучно? “Какая разница?” — спрашивает мой внутренний голос и он как никогда прав. Какая разница почему, главное что он готов помочь. 

— Спасибо, — благодарю его от души. — Почему ты возишься со мной? 

— Тебе нужна помощь, а я могу помочь. Почему нет? 

      Ответить на это мне нечем, поэтому я просто возвращаюсь к еде. А затем иду в комнату, в которой ночевала, надеваю бомбер, поправляю постель, беру обувь и выхожу. Остап пропускает меня вперёд и закрывает дверь на ключ.  

     Садимся в машину, я диктую адрес, который он тут же вбивает в навигатор и мы выезжаем из его двора. До дома сестры доезжаем за полчаса. 

— Ещё раз спасибо, — говорю Остапу, держась за ручку машины и намереваясь выйти на улицу. 

— Я с тобой. Должен убедиться, что тебе ничего не угрожает. Что твоего психа здесь нет. 

     Сначала я хочу ему возразить, сказать что это глупо, но одергиваю себя, вспомнив глаза Артура и кивнув выхожу из машины. В подъезд мы попадаем легко, мастера ремонтируют домофон и поэтому дверь открыта. Поднимаемся на лифте на нужный этаж, подходим к квартире сестры. Внутри меня немного трясёт, не знаю как меня встретит Ника после нашей последней ссоры. Мысленно считаю до пяти и нажимаю на звонок. Слышатся шаги за дверью, щелчок замка, дверь распахивается. На пороге стоит моя Ника. 

— Привет, — тихо здороваюсь я. 

— Теа? — удивляется она. 

— Вероника Сергеевна? — слышится удивленный голос Остапа. 

Теона

        Удивленно перевожу взгляд с Остапа на сестру. Они знакомы это факт и теперь мне любопытно узнать при каких обстоятельствах произошло их знакомство. Ника пропускает нас в квартиру и провожает на кухню. 

— Чай? — спрашивает она, хотя сама уже ставит чайник на газ. 

— Не откажусь. Значит вы сёстры? — спрашивает Остап усаживаясь за стол. 

— Да, — отвечаю ему. — Ника моя старшая сестра. 

— Интересно, — задумчиво отвечает парень. — Вы совсем не похожи. Сводные? 

— Нет, мы родные сёстры. Я в пошла внешностью маму, Теона в папу, — поясняет Ника. 

— А вы кто друг другу? — задаю наконец-то вопрос, который меня мучал с первых секунд как мы попали в квартиру сестры. 

— Никто, — резко отвечает сестра. — Я преподаватель, Остап мой студент. 

— Ты не староват для  студента? — вырывается у меня и я сразу же прикусываю свой язык. 

— Это моё второе высшее, — спокойно говорит он. 

      А я подвисаю, этот парень нечто. Где таких делают. Рассматриваю его словно передо мной диковинное существо из сказки. 

— Копыта и хвост нашла? — интересуется он. 

     Краснею от осознания того, что всё то время что я его разглядывала, он следил за мной. Хочется провалиться сквозь землю. 

— Ну-ка цыц, детки, — говорит сестра ставя перед нами кружки с ароматным чаем. — Мне очень интересно знать каким образом вы оказались вместе в моей квартире? И где твой утырок? Когда мне ждать его появления раз уж ты здесь? 

       Моя сестра люто ненавидит Артура. Она была первая кто не просто говорил что он мне не пара, готова была кричать об этом на каждом углу. Вероника терпеть не могла мажоров, а мой парень был ярким представителем богатой молодежи. Её слова неприятно кольнули меня глубоко внутри, выходит она была права. 

— Тео позвонила мне ночью и я забрал её, — пожал плечами парень. 

      Ника поставила на стол вазочки с конфетами и печеньем и села на свой стул. 

— В смысле позвонила? Вы знакомы? — допытывалась сестра. 

— До этой ночи не были знакомы, — ответил Остап, глядя мне в глаза.  — Как я полагаю, она, набирая  твой номер по памяти, ошиблась цифрой и вместо тебя набрала мне. 

       Сестра нахмурила брови. Поднялась, открыла шкаф, достала кружку и сделала себе чай. Все действия механические, словно робот, а не живой человек. А сама о чем-то усиленно думала. 

— Не может быть, чтобы наши номера отличались лишь на одну цифру. Моему номеру уже много лет. 

— Как и моему. Только разве это может хоть на что-то влиять? Назовите  свой номер, Вероника Сергеевна. 

      Почему мне кажется, что последнее прозвучало с иронией? Сестра озвучила свой номер, Остап же ковырялся в своем телефоне, а потом где-то в квартире зазвонил телефон сестры. Она вышла из комнаты и вернулась пару мгновений спустя с гаджетом в руке.

— Действительно всего одна цифра отличается, — удивленно проговорила она. 

      Вероника села за стол, взяла кружку, сделала большой глоток чая, а потом подозрительно сузив глаза посмотрела на Остапа. 

— Хочешь сказать, Волков, что тебе ночью позвонила незнакомка и ты рванул её спасать? Серьёзно? Так никто не делает. 

— А зря, может быть этот мир стал бы лучше, если бы человек человеку был бы другом? — ответил он. — И мне позвонила не просто незнакомка, а девушка в истерике, которая в любую минуту могла перерасти в панику. 

— Ты странный, — сказала сестра, но тут же добавила. — По-хорошему странный. 

— Тебе виднее. Я просто сделал то, что должен был. 

      У меня складывалось впечатление что я здесь лишняя. Сестра специально игнорировала меня. А я ждала когда с её языка сорвется: “я же говорила”. И ведь действительно говорила, много-много раз говорила что Приводит чудовище, мудак, которые выгуливает свое эго за мой счёт. Что тешит своё уязвленное я тем, что встречается с хорошей и послушной девочкой, подающей большие надежды пианисткой. 

      Молча пила чай и слышала их разговор, словно говорят они вовсе не обо мне. Остап очень интересный молодой человек, он сейчас говорит с преподавателем, но так, словно они с Никой на равных. 

— Ты сорвался ночью на помощь незнакомке, почему не отвез её в полицию. Не привёз её ко мне? Где она была всю ночь? 

—  Полицию не вызвал потому, что не знаю кто такой этот  Артур. Вдруг он сыночка какой-то верхушки. И тогда Тео никто бы не смог помочь.

— Ладно, с полицией понятно. И логично. Но почему не привёз её ко мне? 

— Было три часа ночи, неразумно было будить сестру Тео в такой час. Да и ей самой нужно было согреться, выспаться и успокоиться. И, знаешь, глядя на тебя, я уверен в том что поступил верно. Мы здесь сколько? Минут двадцать? И что ты за это время сделала? Наехала на сестру и узнала когда ждать её чудовище. А как же элементарная забота о младшей сестре? Где вопросы: как ты, милая? Что произошло? Их нет. 

— Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о моей сестре и наших отношениях, — огрызнулась Ника. 

— Но я очень наблюдательный, — ответил Остап. — Тео, если нужна помощь звони в любое время. Мой номер есть у твоей сестры. 

— Ты уже уезжаешь? — спросила, немного расстроившись. 

        Вдруг поняла, что не хочу чтобы он уезжал. Хотя причин, чтобы он остался больше нет. Остап сделал всё что мог и даже больше. 

— Свою миссию я выполнил: ты дома у сестры и в безопасности. А я здесь больше не нужен. 

       С этими словами он встает и идёт к выходу из кухни. 

— Я провожу, — говорит Ника и идёт следом. 

       Рядом со мной Остап тормозит и слегка сжимает мои пальцы. Отпускает руку и выходит. Они о чём-то разговаривают с сестрой в коридоре, но я не прислушиваюсь, пью чай. Хлопает входная дверь — он ушёл. Через минуту на кухню возвращается сестра, садится рядом со мной, где до этого сидел Остап и продвигается ко мне. 

— Теона, что произошло? — тихо спросила сестра. 

— Артур сошёл с ума. Мы были на тусовке у его дружка. Он пил и играл в покер, а я сидела у барной стойки. И он набросился на меня. Обвинил что я сплю с барменом, схватил за шею, пытался придушить и склонить к близости прям там. А потом начал избивать бармена. Я убежала, думала что позвонила тебе, как видишь ошиблась. 

— Выходит тебя действительно спасли от твоего мудака. А когда будет примирение? 

       На последнем слове голос сестры стал ледяным, меня передернуло. Да, всё верно, я постоянно всё прощала Артуру. Но не в этот раз. Вчера мне стало страшно за себя. Что если в следующий раз он меня действительно задушит? Его друзья не встанут на мою сторону да и не будет ему ничего. 

— Никогда, — уверенно ответила ей. 

— Ой ли? — ядовито спросила она. — Ты мне не веришь и имеешь на это право. Но это правда. Я больше не хочу его видеть, я его боюсь. 

— Где твои вещи? В его квартире? 

      Я лишь кивнула. Да, все мои вещи были в квартире Артура. Именно там мы и жили уже год. 

— Я не хочу ехать к нему за вещами, — тихо ответила сестре. 

— Я сама съезжу. Но если и после этого ты вернёшься к нему, забудь про меня. Я не мама, прощать тебя постоянно не собираюсь. 

— Да, я всё понимаю. 

— Иди ложись спать, не важно выглядишь. 

— У  меня просто болит голова, — отмахнулась я. 

— Ещё что-то болит? — обеспокоено спросила сестра. 

— Горло, наверное последствия вчерашней прогулки босиком. 

— Ты ходила по улице босиком? Боже, Теона, во что ты вляпалась? Ну как же так? 

      Сестра всплеснула руками, а потом поднялась и обняла меня. 

— Всё будет хорошо. Этого козла в твоей жизни больше не будет и ты увидишь что и без него можно быть счастливой. А сейчас иди спать. 

Теона

      Раньше я часто оставалась с ночевкой в квартире сестры. Здесь даже есть моя комната, но последний раз я была в ней где-то год назад. 

       Захожу в комнату и закрываю за собой дверь. Ника ничего не поменяла. На кровати постелено плюшевое розовое покрывало, а сверху лежат мои любимые подушки. Красные, белые, розовые, разных форм и размеров. Открываю шкаф, в нём всё ещё лежат мои вещи, а на столе стопкой книги, которые любила перечитывать. На стене висит плакат любимой группы. Всё так же как я помню, сестра ничего не выбросила. Заходила сюда убирать. 

      Наши родители живут на две страны, в последнее время больше там, в теплой Испании, чем здесь в России. Поэтому я и жила у сестры, а не в семейном доме. Там мне всегда было грустно и одиноко. 

      С Вероникой мы были не просто сестрами, подругами. Мы делились секретами друг с другом и своими переживаниями. Ника всегда помогала советом. Мне кажется, она ощущала огромную ответственность за меня. И она не смогла смириться с моими отношениями с Артуром. 

       Вытаскиваю пижаму и быстро переодеваюсь, скидываю подушки на пол, откидываю покрывало и забираюсь в кровать. 

     Почувствовала себя маленькой девочкой, чьи мечты рассыпались дорожной пылью. Мне так обидно, так жаль себя, что слёзы начинают катиться по щекам. Я ведь так отстаивала наши с Артуром отношения, всегда говорила Нике   что она не знает его, что он хороший и любит меня. А в итоге это я ничего не знала о нём. 

      А ведь когда мы познакомились, он мне не понравился. Он меня злил и раздражал, выходит первое впечатление было правдивым. И почему не послушала свой внутренний голос. 

     Тогда, два года назад у входа в мою консерваторию на месте для инвалидов припарковалась мажорская крутая тачка. И из неё вышел наглый и высокомерный красавчик. Все девчонки как с ума посходили: начали визжать, шептаться и срочно красится. 

— Что это за придурок? — спросила у одногруппницы. 

— Ты что? Это же сын ректора  технического вуза нашего города. Артур Шаравин, — с придыханием проговорила она. — Такой красавчик. Я не могу. 

— Здесь он что забыл? 

— Говорят он встречается с Есенией, — доверительно заявила она. 

— Понятно. 

     Мажорами меня не удивить. Я училась в элитной школе и видела таких очень много. Не все из них охамевшие гады, но были и такие экземпляры, которых хотелось придушить. Имя Артур Шаравин мне ни о чём не говорило, поэтому я потеряла к нему всякий интерес и продолжила свой путь на остановку. Да, домой я часто ездила на автобусе. Мне нравилось находиться в обществе. Смотреть на людей, на их жизнь со стороны и придумывать какие-то истории о них. 

— Эй, большеглазая, — прозвучало мне в спину. 

       Прошла мимо не удостоив нахала своим вниманием. Меня вообще  в то время парни  не привлекали. У меня была мечта. Я мечтала чтобы мое имя вызывало такой же трепет как и имя Марты Артерих, невероятной пианистки. Для меня эта женщина легенда. Мне так хотелось чтобы она оценила мою игру что готова была отдать свою душу хоть самому дьяволу ради этой мечты. Как можно положить на одну чашу весом такую мечту и какого-то парня? Так я думала раньше. 

      Смешно, что Артур сотворил со мной? А может это я сама с собой сделала? Ведь это с моего согласия меня словно глину лепили под него. Во мне хоть что-то осталось от меня? Или теперь  я бледная тень наглого мажора? Поэтому Ника долгое время не могла общаться со мной? 

      Наглый мажор вернулся на следующий день и снова кричал мне, а я опять прошла мимо. Сама раззадорила хищника. Он принял мой вызов, который я не ведая того, ему дала. Артур чередовал красивые знаки внимания типа цветов или песни в мою честь с наглыми высказываниями типа: “ты всё равно будешь моей”, а иногда даже воровал меня с улицы. И я растаяла. Я, Теона Зайкина смогла влюбить в себя самого Шаравина, причем ничего не делая. Есения устраивала разборки и скандалы на публику, а я была в эйфории. Дура. 

      Сначала я балансировала между Артуром и дополнительными занятиями. Постепенно занятий стало меньше, а его больше. А потом мои вкусы поменялись. Уже не понимала для чего учусь в консерватории, мой куратор крутил у виска и горестно вздыхал. 

— Да они тебе просто завидуют, — говорил Артур. — Твоему таланту не нужны лишние репетиции. У тебя и так всё отлично. Это им нужны постоянные репетиции, вот они и злятся. 

      И я, дура, верила. Слушала и принимала его слова за чистую монету. Клубы и вечные тусовки полюбить не смогла, но была на них постоянным гостем. 

       Мы с Артуром были парой. Он наглый и самоуверенный, а я милая и безумно влюбленная. Мне он казался самым прекрасным парнем на свете. Даже наши ссоры меня не пугали, это я расстраивала парня. Носила то, что ему не нравится, улыбалась официанту в кафе или общалась с теми кто ему не нравится. 

      А не нравились ему все. Особенно моя сестра. Вернее он люто её ненавидел, всегда убеждал что она хочет нас рассорить. И ведь сама же с ней поругалась и перестала общаться как раньше. Зато когда прижало приехала именно к ней. 

      Я поставила на эти отношения бросив всех и в итоге проиграла. Только что делать дальше? Где я учусь Артур знает. Найти меня не составит труда, он спокойно может засунуть меня в тачку среди бела дня и никто ему не помешает. Хочется трусливо сбежать. Потому что сопротивляться Артуру я не могу, никогда не могла. 

       Сворачиваюсь клубком, натянув одеяло на голову и тихо плачу. И так и засыпаю, так и не придумав что же мне делать дальше. 

     Утром просыпаюсь совсем разбитой. Горло болит так, словно по нему хорошенько поводили наждачной бумагой. Больно глотать, больно говорить. В зеркало на меня смотрит растрепанное чудовище с красными глазами. Нос заложен и в голове гудит. 

— Быстро в кровать, — командует сестра. — Вызовем врача и откроем тебе больничный. Думаю это нам даже на руку. 

      Смотрю на сестру с недоумением. Как моя болезнь может быть нам на руку? 

— Артур по-любому будет тереться у консерватории. Не думаю что он готов тебя отпустить. Только на своих условиях. Ко мне он не придёт. Значит будет вылавливать тебя там или у твоих подруг. 

— У меня нет подруг, — тихо прошелестела я. 

— Даже подруг не осталось? — сестра приподнимает бровь. — Честно, мне хочется тебя выпороть. Ты спустила свою жизнь в унитаз. Лучшая студентка консерватории стала одной из худших. Знаю, тебя злят мои слова,  но ты меня выслушаешь. Ты отдала всё ради Артура: мечту, друзей, семьи, а что отдал он? Ты была ручной зверушкой. Любовь должна возносить под небеса, а тебя опустила на самое дно. 

     Я упрямо молчу поджав губы. Злые слёзы катятся по щекам. Всё так, Ника права. Она как всегда права. Она всегда думает головой, десять раз всё взвесит и только потом принимает решение. А я младшая сестра, привыкла что с меня требуют меньше, прощают больше и никогда не критикуют. И сейчас её слова вызывают во мне протест и желание вновь бросится на защиту Артура. Бить себя в грудь и кричать что он не такой. Но я молчу, потому что впервые понимаю что он такой, а сестра была права. Молча принимаю её условия. 

      Приезжает врач, ставит мне ОРЗ, назначает кучу лекарств и уезжает. Сестра кормит меня куриным супом и тоже уходит. Но перед этим запрещает подходить к дверям. Чувствую себя козлёнком из сказки, но лишь киваю сестра. Дверь закрывается на ключ с той стороны, а я возвращаюсь в свою кровать. 

Теона

        Пытаюсь уснуть, но сна ни в одном глазу. Поворочавшись в кровати какое-то время, окончательно понимаю что не усну. Выбираюсь из кровати, вытаскиваю из шкафа плюшевый спортивный костюм. Да, лет в шестнадцать я буквально грезила о таком и тогда Ника подарила мне его на день рождения. Мягкий, теплый и уютный костюм с милыми ушками на капюшоне. Заплетаю волосы в косу и застилаю свою кровать. 

       Выхожу из комнаты и гуляю по квартире сестры. У неё очень стильно и красиво. Квартира ей досталась в наследство от бабушки, а ремонт сделали родители. Вообще им очень хотелось, чтобы мы все жили в их огромном доме. Но так не вышло. Ника переехала в квартиру ближе к университету, в будние дни я была у неё, а потом когда родители стали часто уезжать за границу из-за папиной работы, и вовсе перебралась к сестре. 

       Знаю что там, в Испании, родители просмотрели дом. Так что скорее всего этот они продадут. Мама мечтает сидеть со своими внуками на заднем дворе своего дома под теплыми лучами испанского солнца. 

       Эти её мечты вызывают у меня улыбку. Рассматриваю фото, что висят на стенах и стоят на полочках и прочие мелкие статуэтки. Многие из них сестра привезла из своих путешествий, что-то дарили друзья. У каждой вещи в этой квартире есть своя история. 

       На темно-шоколадных обоях в коридоре висит огромный коллаж из наших детских фото. Самые яркие моменты от первой встречи Ники и меня до разбитых на стройке коленках. Каждый снимок подписан и красиво украшен. Смотрю на коллаж и сердце сжимается от боли: я ужасная сестра. Бросила Нику ради настоящего урода, а она все равно мне помогает. 

       Чувство вины меня затапливает с головой. Хочется сделать что-то такое чтобы Ника знала что я люблю её. Но как доказать что ценю её заботу и что всё что она говорит для меня не пустой звук? 

       Только я без понятия что же мне делать.  Бесцельно блуждаю по квартире не зная куда себя деть от безделья и мыслей что непрерывно лезут в голову. Захожу на кухню и заглядываю в холодильник. Продуктов полно, но готовой еды нет, кроме супа, что Ника сварила для меня. 

       Проведя инспекцию холодильника, морозилки и шкафов, решаю приготовить любимую сестрой лазанью. Это одно из немногих блюд что я умею хорошо готовить. А ещё это способ переключиться. 

        Приготовив все ингредиенты на столе, начинаю готовить. Поскольку тишина начинает меня угнетать, а телефона с моим плей листом под рукой нет, начинаю петь. У меня хороший голос и я два года ходила на хор, когда еще училась в музыкальной школе, но поняла что это не моё. 

      Закончила выкладывать слои, засыпала всё сыром и поставила в духовку. Заварила себе ромашковый чай и направилась в гостиную. Включила телевизор и принялась щелкать по каналам. Сотни разных каналов, а смотреть в итоге всё равно нечего. Остановилась на документальном фильме о правителях Великобритании. Так и сидела попивая свой чай и пялилась в экран пока не запиликал таймер на плите. 

      Подскочила с дивана и побежала на кухню, вытащила лазанью и оставила её на столе. Надеюсь сестре понравится. Только хотела уходить с кухни, как послышался звук открывающейся двери, вышла в коридор. Там стоял незнакомый мне парень, а следом за ним появилась моя сестра. 

— Привет, — неуверенно поздоровалась я. 

— Салют, — сказал парень. — Чем так вкусно пахнет? 

— Я приготовила лазанью, —— тихо проговорила. 

— Теона это Слава мой жених, Слава это Теона моя младшая сестра. 

        Ника закрыла дверь на ключ и разувшись прошла на кухню. Вымыла руки и молча достав тарелки из шкафа, начала раскладывать еду. Не понимающе смотрела на сестру, а ещё мне хотелось куда-то сбежать, так неуютно вдруг стало в квартире. 

— Идём, — шепнул мне Слава. — Она психует, дай ей пару минут и всё будет хорошо. 

       Кивнула и направилась за парнем. Села на свой стул и молча наблюдала за ними. Слава подошёл к Нике, обнял её со спины, что-то шепнул на ухо и поцеловал в макушку. Ника обхватила его руки и кивнула. За стол она уже садилась совершенно спокойная и даже немного улыбаясь. Мы молча ели. Потом сестра поставила чайник и пока он занимал, начала:

— Сегодня ночью ты уезжаешь. 

— Куда? — в шоке спросила её. 

— К родителям. Ты давно у них не была, как раз навестишь. А здесь пока всё утихнет. 

— Что происходит? 

— Твой мудак не готов тебя отпускать. Он собирается забрать тебя силой. 

— А если я не хочу идти с ним? — спросила сестру в шоке. 

— У него есть связи и деньги. Пока мы будет добиваться справедливости, он тебя спрячет. Обращаться к родителям не вариант, у папы слабое сердце. Они из страны не просто так уехали. 

— А как же я поеду? У меня нет ни документов, ни вещей, — ответила сестре. 

— Мы были сегодня дома у твоего, бывшего? — вопросительно посмотрел на меня Слава. 

       Как же стыдно мне стало. Парень, которого я даже не знала, сейчас видела первый раз в жизни, решил мои проблемы. Как же я усложнила всем жизнь. 

— Да, бывшего, — уверенно ответила ему. 

— Твои вещи, документы, телефон и косметику мы забрали, — продолжил парень. — Но он был крайне недоволен. И, Вероника права, он что-то собирается тебя вернуть. Самое правильное тебе уехать прямо сегодня.

— Хорошо. 

      Ника вздохнула с явным облегчением, а Слава поднялся со стула и вышел из квартиры. Я молча делала нам чай, сестра изучала свой маникюр. Вернулся парень минут через пять с моим чемоданом, я удивленно посмотрела на сестру. 

— Откуда я знала согласишься ты или нет. Ты давно не думаешь головой. 

       Поджала губы, что ж сестра права. Всё действительно так. 

— Возьми всё самое необходимое. Остальное купишь там. Мама совершенно точно устроит тебе шоппинг. Иди собирайся. Времени не так то и много. 

      А дальше были быстрые сборы, поездка в аэропорт и долгие объятия с сестрой. Она плакала и говорила что я “головная боль”, а я прижималась к ней как можно сильнее, пытаясь хоть так показать как ценю её помощь. 

       Месяц с родителями пролетел как один миг. Мне было тихо и спокойно. Я отсыпалась, много гуляла и очень вкусно ела. Но что-то глубоко внутри звало меня домой, на родину. И ровно через месяц я приземлилась в аэропорту родного города. Меня встречали Ника и Слава, по улыбке сестры было понятно, что мой внешний вид её очень радует. 

      Мы загрузились машину и выехали из аэропорта, но не в квартиру к Нике, а в дом родителей. 

— Так надо, — всё что услышала от сестры, но спорить не стала. 

    Дома нас ждала наша помощница Вера Петровна. Она столько лет работала на моих родителей что дом без неё казался пустым и безжизненным.

       Слава занёс мои вещи в комнату и я осталась одна. У меня была обычная девичья комната, за исключением одной детали. В моей комнате стояло пианино. Я часами играла на нём, оттачивать мастерство. Скинув куртку поторопилась к инструменту.

       На нём не было ни пылинки. Села на стул, открыла крышку и провела пальцем по клавишам. Но в душе ничего не всколыхнулось. Попробовала сыграть самую простую мелодию и снова в душе было пусто. Пальцы неприятно показывало от волнения. Глубоко вздохнула и начала играть “Лунную сонату” и на душе всё такой же штиль. Я с остервенением несколько часов играла всё что только можно, но всё бестолку. Внутри меня умерла та одухотворенная личность, которая рвалась играть на пианино и хотела сквозь музыку касаться душ людей. Музыка больше не мой смысл жизнь? Выходит и моя душа умерла? 

Остап

      Теона. Красивое имя. Очень подходит моей случайной знакомой. Таких бездонных голубых глаз я ещё не встречал. Но эта глубина пугала. Там, в их глубине был не таинственный омут, а пустота. Каким же ублюдком нужно быть чтобы у молоденькой девчонки пропал блеск из глаз? 

      Сколько ещё вот таких потерянных девчонок ходит по улицам наших городов? И в кого они потом, спустя время, превращаются? 

       Тео в хороших руках. Видно что сестра её любит и переживает о ней. Больше моя помощь ей не нужна, хотя о ней она и не просила. 

      Но ведь и Тори в свое время не просила о помощи. И её ломало на наших сеансах. А всё потому что я люблю ковырять заживающие раны, заставляю пережить всё заново, сделать выводы и не оборачиваться назад. 

      Психология спасла меня в своё время и я с удовольствием помогаю спастись тем, кто выбраться не может сам. 

       Меня не воспринимают всерьез. Считают что я балагур, весельчак и клоун и не чувствуя во мне опасности, раскрываются. Мне остается лишь наблюдать и делать выводы. 

      Так вот, моя новая знакомая Теона жертва тяжёлых абьюзивных отношений. Если капнуть глубже то выясниться что парень самовлюбленный мажор, красиво ухаживал и покорял своей заботой. Только это была никакая не забота, а прогибание под себя. 

      Читаю недавно купленную книгу по философии, делая пометки карандашом на полях. Да, я читаю именно так: с пометками, комментариями на полях, стикерами и прочим. И каждую прочитанную строчку примеряю к Тео. 

       Эта девчонка вообще разожгла во мне азарт. Пытаюсь убедить себя в том, что мне нужно  забыть о событиях этой ночи и выкинуть Теону из головы. У меня и так есть чем себя занять. В страну я вернулся с одной лишь целью — вернуть жизнь своей сестре. И сейчас как никогда нужно быть собранным,  разворошили гнездо и нас будут пробовать кусать. Отвлекаться на что-то извне просто извне и не допустимо. 

  Но вопреки своим собственным здравым мыслям, утром  следующего дня, первым делом переступив порог универа, ищу Веронику Сергеевну. Мне просто нужно знать что с Теоной всё хорошо. Что я поступил верно привезя её к сестре, а не оставив в себя. Тори была бы не против, сама бы активно помогала девчонке. 

   Как я и думал, нашей симпатичной преподши в универе не было. Что ж, подождём. Домой к ней не еду специально, чтобы оставить себе хоть какую-то возможность отступить, остаться просто сторонним наблюдателем. 

       Вероника Сергеевна появляется на следующий день. И она меня избегает. Это так явно бросается в глаза, что даже смешно. Но она плохо меня знает, я очень упрям. 

— Добрый день, Вероника Сергеевна, — здороваюсь с ней, войдя в кабинет. 

       Мы одни. Студенты, чья пара сейчас начнется, ещё не пришли. А значит у нас есть пару минут для разговора. 

— Здравствуй, Остап,  — настороженно сказала девушка. — Ты что-то хотел? 

       Вероника Сергеевна всем своим видом пыталась показать, что очень занята и времени на разговоры со мной у неё нет. 

— Как Теона? — спросил прямо, не собираясь юлить. 

— Остап, — Вероника Сергеевна сделала паузу, словно подбирала правильные слова. — С Теоной всё хорошо. Спасибо тебе за то, что ответил на звонок, приехал её забрал и не бросил. Но лезть тебе в это дело не стоит. Это семейное, а ты, прости, просто мой студент. К тому же Теону я отправила к родителям в Испанию. 

      Не могу сказать что её слова меня сильно задели, ведь она сказала всё по факту, но всё равно было немного неприятно. 

— Расслабьтесь, Вероника Сергеевна, никуда лезть я и на планировал. Это элементарное беспокойство за девушку, которой помог. Раз у Тео всё прекрасно, значит вопросов у меня больше нет. 

       С этими словами развернулся и направился к выходу из кабинета. 

— Остап, — крикнула девушка. — Спасибо за помощь. 

— Ага, обращайтесь. 

       Вышел и закрыл за собой дверь. С Теоной всё хорошо, она под присмотром близких, а значит её уроду до неё не добраться. Это, в принципе всё что я хотел узнать. Сидеть на парах у меня нет особого желания,  думаю Тори простит мне один день прогула. Покидаю стены университета, сажусь в машину и еду на набережную. 

     Паркую машину в разрешенной зоне, это довольно далеко от самой набережной и поставив на сигнализацию машину, не спеша иду в сторону реки. Днем в будний день здесь малолюдно и можно спокойно наслаждаться видом реки без лишнего шума. Засунув руки в карманы брюк прогуливаюсь вдоль парапета, глядя на воду. На встречу мне идет какой-то мужчина, но я даже не смотрю в его сторону, а зря. Мы с ним равняемся и я слышу ненавистный голос, который надеялся больше никогда в жизни не услышать. 

— Остап? Это правда ты?