Мой (не)уязвимый Монстр

Металлические стены Зала Славы звенели от возбуждённого гула. Церемония распределения в Межрасовой Звёздной Академии была в разгаре.

Я стояла в строю выпускниц психометрического факультета, стараясь дышать ровно. Безупречно прямая спина, высоко поднятая голова и расправленные плечи, но мои пальцы были ледяными.

На трибуне появился ректор и зал мгновенно затих.

— Настал момент, которого вы ждали пять лет, — голос ректора, усиленный звуковым модулем, эхом отразился от куполообразного потолка. — Первыми на места стажировки будут распределены выпускницы психометрического факультета.

Толпа родных и друзей выпускников одобрительно загудела. Но со стороны капитанов космических рейнджеров не последовало ни звука. Их строй замер. Десятки пар глаз, принадлежавших самым разным расам Альянса, сфокусировались на нас с хищным интересом. Но смотрели они не на девушек. Они рассматривали стратегический актив. Ведь мы, люди с психометрическими способностями большая редкость.

— Итак… — продолжал вещать ректор. — По сложившейся традиции на стажировку в третий сектор отправляется лучшая выпускница курса. И сегодня это...

Я задержала дыхание, думая только о том, чтобы ректор не произнёс моё имя. Стажировка на планете Альфа-Проксима, была прямым путём к высшим чинам космофлота. Но ещё она была прямой дорогой в ту самую ловушку, которой я старательно избегала.

— Талика Крайс! — объявил ректор, прервав ход моих мыслей.

Уф-ф! Я облегчённо выдохнула. А в это время стоявшая рядом со мной девушка шагнула вперёд.

— Выкуси, Гейл… — прошептала Талика. И в мою сторону полетела слабая ментальная волна превосходства, в ответ на которую я еле заметно улыбнулась.

Талика Крайс невысокая, фигуристая, с кукольным личиком и розовыми волосами, одетая, как и полагается всем псиметрикам, в светлый комбинезон с ярко-розовыми вставками.

Я уважала Талику за ум, чуткость и упорство. И мне искренне жаль, что за время учёбы дух соперничества так и не позволил нам стать подругами.

— Курсантка Талика Крайс, вы получаете звание лейтенанта и, как лучшая представительница редкого и ценного курса, уже завтра отправляетесь на планету Альфа-Проксима.

Под шквал аплодисментов со своего места поднялись двое высоких и широкоплечих мужчин лет тридцати пяти. Оба смуглые, с угольно-чёрными волосами и заострёнными ушами. Определённо, это представители расы алторов. И, судя по нашивкам на их кителях, оба маршалы. Спустившись с трибуны, алторцы встали справа от ректора.

— Благодарю, господин ректор. Рада служить Альянсу, — ответила Талика, поднявшись на платформу.

Она пожала руки своим новым командирам, и согласно регламенту, встала за их спинами.

— Продолжаем распределение… — произнёс ректор. — Следующая на очереди Лилия Гейл, показавшая неплохие результаты.

«Неплохие результаты» больно ударили по моему самолюбию. Если бы ректор только знал, чего мне стоило весь последний семестр намеренно занижать свои результаты. Но он не знал. И никто не знал. Очень надеюсь, что и не узнают. Иначе лететь мне в третий сектор вместо Талики. А туда мне никак нельзя.

— Лилия Гейл, по результатам тестов вам присваивается четвёртый пси уровень. Вы также получаете звание лейтенанта и с завтрашнего дня поступаете под командование капитана... — ректор сделал паузу и, повернув голову в сторону, где стояли лидеры космических рейнджеров, добавил, — капитана Шона Прайма с позывным Монстр.

Сверхновая! От неожиданности я чуть не произнесла это вслух. Рядом послышались испуганные возгласы моих сокурсниц.

Дело в том, что имя капитана Прайма всегда произносилось с опаской. А позывной Монстр ему присвоили далеко не за внешность. Он получил его после истории, произошедшей на планете Майтрон, где, попав в засаду, методично расправлялся с каждым майтронцем, оставляя за собой длинный кровавый след.

Говорили, что Шон Прайм оставлял свои жертвы такими обезображенными, что распознать их личность просто невозможно. Некоторые даже утверждали, что Монстр получает удовольствие от боли и страданий тех, кого истребляет. А теперь эта бездушная машина смерти — мой капитан.

Пока я осознавала масштаб проблемы, со своего места поднялся капитан одной из лучших спецгрупп космофлота.

Среди космических рейнджеров много удивительных рас, но даже на их фоне Шон Прайм выделялся своей необычной внешностью. Он выглядел очень массивным и высоким. Парадная форма выгодно подчёркивала широкий разворот его плеч и крупные руки, в которых любая привычная вещь казалась игрушечной. У капитана была фиолетовая кожа, но при этом он очень красив. Да, от одной его улыбки девушки сходили с ума.

Только сейчас капитан не улыбался. Более того, услышав о моём назначении, он с такой силой сжал челюсти, что у него заиграли желваки. Но он быстро нацепил свою любимую маску безразличия и направился к лестнице, ведущей с трибуны. Спустившись, он встал рядом с ректором.

— Благодарю, господин ректор. Рада служить Альянсу, — пробормотала я заученную фразу.

Капитан Прайм первым протянул мне руку. Пожимать её не хотелось, но я была обязана.

Его ладонь оказалась тёплой и твёрдой. Он не старался сделать мне больно. В этом не было необходимости. Сама его хватка, абсолютная и неоспоримая, была посланием. Он не сводил с меня взгляда. Взгляда с чёрными вертикальными зрачками, в которых не читалось ровным счётом ничего. Ни гнева, ни интереса, ни одобрения. Пустота.

Шон всегда умел скрывать свои настоящие эмоции. Но клянусь сверхновой, в данную минуту он хотел меня... как бы выразиться точнее... хотел меня размазать по земле, словно надоедливую букашку. По крайней мере, на это намекал его гибкий хвост, который то подрагивал, то бил по земле.

Мои ноги онемели, а по спине побежали мурашки.

Дальше тянувшееся до этого время пролетело за один миг, пока я сверлила взглядом затылок капитана Прайма и судорожно размышляла над тем, как же я умудрилась так просчитаться.

Но, видимо, капитан Монстр подал заявку на псиметрика, будучи уверенным, что я улечу на стажировку на другую планету. Как-то об этом я не подумала. Но если выбирать меньшее из двух зол, то лучше постараться не отсвечивать и отслужить положенный срок в команде капитана Монстра, чем лететь на родную планету алторцев, с которой девушки с психометрическими способностями обратно не возвращались.

Я вынырнула из мыслей, когда церемония распределения завершилась, и мой новый капитан обернулся.

Его колючий взгляд прошёлся по моему телу с ног до головы и впился в мои глаза.

— Меня тебе не провести, лейтенант, — и снова этот его холодный тон, который я терпеть не могла.

Не сказав больше ни слова, он развернулся. Но он не пошёл к главному выходу, где толпились другие капитаны. Он сделал чёткий, уверенный шаг в сторону коридора, который вёл прямиком в кабинет ректора.

Мыслей не было. Был только всепоглощающий ужас. Мой обман… столько стараний… И всё должно рухнуть вот сейчас, из-за одного его шага.

Моё тело среагировало раньше, чем я успела подумать.

— Шон! Стой! — я бросилась вперёд, распихивая других курсантов, задевая плечом ошеломлённую Талику и не видя ничего, кроме удаляющейся спины капитана Прайма и его гибкого хвоста...

Но как только я покинула главный зал и оказалась в безлюдном коридоре, меня грубо припечатали к стене.

Хотя я вполне ожидала чего-то подобного от Шона. Но всё равно он так быстро схватил меня за горло, что я не успела ничего предпринять. Он не давил, но его хватка была достаточно крепкой.

— Какой бездны ты творишь, Лили? — процедил капитан Прайм сквозь зубы.

За столько лет наш Галактический Альянс так и не выяснил, к какой именно расе относился Шон Прайм. Учёные умы Клиссара пришли к выводу, что капитан Прайм уникальная смесь рас, одной из которых являлась примитивная раса дракориан. А его сильнейшая ментальная защита могла стать результатом травмы, произошедшей с Шоном ещё в детстве. Другого объяснения тому, что никто из псиметриков не мог считать капитана Прайма, учёные Альянса не нашли.

Хотя в данный момент, даже не считывая его, я знала, что он в ярости. Его ноздри трепетали, а на скулах то и дело проступали фиолетовые чешуйки, но миг спустя пропадали. Полагаю, он прикладывал неимоверное усилие, сдерживая себя, чтобы не прикопать меня прямо здесь.

Впрочем, Шон действовал невероятным образом на меня. Стоило мне оказаться рядом с ним, как я сразу же испытывала влечение к нему. Вот и сейчас, вместо того, чтобы испугаться, мне захотелось потереться о его горячую ладонь.

Он будто прочитал мои мысли и моментально отдёрнул свою руку.

Стало обидно. Неужели я настолько ему неприятна? А ведь когда-то я нравилась ему. Он сам говорил мне об этом.

С Шоном мы познакомились, когда мне было десять, а моему родному и горячо любимому брату Даниелю пятнадцать. Именно тогда отец привёл Шона к нам в дом. О! Я отлично помнила тот вечер, как отец усадил нас с братом на диван в гостиной и сказал, что до своего официального совершеннолетия Шон будет жить вместе с нами.

Признаться, мы с Даном опешили. Но вовсе не потому, что Шон относился к другой расе. Этим жителей планеты Клиссар не удивить. Просто на тот момент Шон выглядел далеко не так, как сейчас. Тогда он действительно напоминал монстра. Он был жутким угрюмым подростком с искривлённым туловищем, перебитым хвостом и белёсым слепым глазом.

Мне стыдно вспоминать, но в тот вечер его внешний вид так сильно меня напугал, что я не могла произнести ни слова. А вот Даниель проявил характер, решившись воспротивиться воле отца. Брат вскочил на ноги и сказал, чтобы отец выбирал: либо мы его родные дети, либо этот неизвестный монстр с чужой планеты.

Наш отец, космический рейнджер в третьем поколении, поступил очень мудро. Вместо того, чтобы выставить Шона за дверь или устроить взбучку родному сыну, он отвёл нас с братом на кухню и рассказал историю Шона.

По словам отца, странный юноша с хвостом и фиолетовой кожей был сиротой и вот уже несколько лет скитался по приютам межпланетных станций, пока не попал в приют на Клиссаре. Но это далеко не самое ужасное.

Отец сказал, что во время рейда в самом отдалённом секторе галактики одна из групп космических рейнджеров обнаружила маленького Шона на борту корабля мародёров. Никто не знал, как он туда попал, но было очевидно, что в компании головорезов Шон провёл несколько лет. Всё это время преступники измывались над ним. Об этом говорили множественные шрамы на его теле. Несколько позвонков Шона были смещены, вследствие чего его туловище искривилось, а из-за повреждения определённого участка мозга Шон ослеп на один глаз.

После рассказа отца мне стало так жаль несчастного мальчика, что я расплакалась. А вот Даниель сжал кулаки и заявил, что в будущем обязательно станет космическим рейнджером и постарается избавить нашу галактику от угроз всех видов, чтобы дети, подобные Шону, могли расти в безопасности и любви.

В итоге Шон остался жить у нас. Со временем отец подключил свои связи, благодаря чему Шона включили в программу реабилитации рейнджеров. Ему провели ряд операций, восстановили зрение и вставили титановые пластины в область спины и хвоста. За это время они с Даниелем сдружились и стали неразлучны до такой степени, что оба решили поступать в Межрасовую Звёздную Академию…

— Повторю свой вопрос. Что ты задумала, Лили? — спросил Шон, выдёргивая меня из воспоминаний.

— О чём ты? — невинно захлопала глазами я.

— Не прикидывайся. Ты прекрасно понимаешь, о чём речь. Это ты, а не Талика должна лететь в третий сектор.

— С чего бы это? По результатам тестов её пси уровень выше моего.

Шон не ответил. Но чутьё на ложь у него развито довольно хорошо. Дальше тянуть было опасно. Я попыталась улизнуть. Но он неожиданно поставил руки на стену, заключив меня в ловушку.

— В самом деле? — он недоверчиво прищурился и слегка наклонился ко мне.

Он оказался близко. Настолько близко, что моё сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Прежде Шон не позволял себе ничего подобного. Он вообще старался держаться от меня на расстоянии. Но, видимо, сейчас капитан космических рейнджеров поставил себе цель докопаться до истины.

— Шон, послушай… — я вздохнула и непроизвольно облизнула губы, замечая, как его взгляд опустился к моему рту. Наверное, ему не хотелось встречаться со мной взглядом. — У Талики пятый пси уровень. У меня четвёртый. Да посмотри на нас. Это же видно по нашим волосам.

Мои слова чистая правда. Дело в том, что мы, псиметрики, наделены особым мутированным геном. Он позволял нам считывать информацию с объектов и существ, с которыми мы взаимодействовали. Помимо пси способностей, мутированный ген проявлялся в различных тканях и органах человека. Но чаще всего он просто окрашивал волосы в ярко-розовый цвет. А значит, чем больше цвета и чем он ярче, тем выше уровень пси способностей. Например, Талика Крайс с её высоким уровнем имела розовую шевелюру, а вот я блондинка с парой ярко-розовых прядей. Однако о том, что волосы легко можно окрасить краской, я предпочла не упоминать.

— Значит так, Лили… — произнёс Шон. — Сейчас мы с тобой идём к ректору и просим переназначить тебя в другую группу. В любую другую группу. В любую точку галактики. Но только не в мой отряд.

Мои глаза округлились. Получается, я даже не успела накосячить, а мой капитан уже отказался от меня. Это же вселенский позор для псиметрика! Я не могу так подвести семью...

— Ну уж нет! — решительно заявила я.

Шон вздохнул как-то тяжело и обречённо продолжил:

— Лили, ты же сама понимаешь, мы с тобой не сработаемся.

Захотелось треснуть его чем-нибудь тяжёлым. И что я вообще нашла в этом бесчувственном непрошибаемом монстре?

Но я влюбилась в Шона ещё в детстве. Не знаю, чем именно он мня покорил... Мне просто нравилось с ним общаться. Нравилась его улыбка и его нежное отношение ко мне. А ещё он оставался для меня загадкой. Ведь сколько бы я ни пыталась, но никак не смогла распознать его эмоции.

— С чего ты взял, что мы не сработаемся? — я сложила руки на груди и хмуро уставилась на него.

— Лили, мы рейнджеры. В нашей работе нет места чувствам, — ответил он.

Убиться невесомостью! Но тут скорее моя вина. Я сама допустила огромную ошибку, однажды признавшись Шону в любви. Впрочем, меня можно понять. В то время мне только исполнилось восемнадцать, а вот Шон уже был выпускником факультета стратегического командования.

Как и следовало ожидать, ни к чему хорошему моё признание не привело. В ответ Шон сказал, что мы слишком разные. Он попросил выкинуть его из головы. Я ответила, что не смогу сделать этого, потому что люблю его слишком сильно. Он ничего не сказал, но с тех пор его словно подменили.

Впрочем, это было давно. Сейчас мне уже не восемнадцать, а двадцать три. И я не собиралась идти на поводу у своего чувства первой влюблённости и какой-то странной одержимости, до сих пор занимающей место в моём сердце.

— Шон, когда-то я действительно испытывала к тебе чувства. Но это всё глупости, детская влюблённость. Знаешь, у девочек такое бывает. Мы сами придумываем себе идеальный образ, а потом влюбляемся в него. Но я выросла. Теперь у меня другие цели. И если хочешь знать… — я смерила его взглядом, как я надеялась, холодным, и добавила, — с возрастом мои вкусы сильно изменились.

Шон недоверчиво прищурился, вновь оценивая мои слова на правдивость. А я постаралась принять как можно более независимый и гордый вид.

Хотя на самом деле я понимала, что пытаюсь убедить саму себя. Но выбора у меня не было. Чтобы сохранить свою профрепутацию, я должна забыть о своих чувствах и продержаться в его команде хотя бы год.

— Лили, Шон! Вот вы где! — послышался знакомый голос с другого конца коридора.

Шон моментально убрал руки, а я воспользовалась моментом и понеслась навстречу самому лучшему мужчине на свете.

Даниель подхватил меня и закружил. Да так, будто мы не виделись несколько лет. От него исходили такие мощные волны счастья и гордости за меня. У меня даже голова закружилась.

— Поздравляю, Лили. Ты правильно сделала, что сбавила обороты на финальных тестах, — сказал он.

Затем он опустил меня и потрепал по волосам, как это делал наш отец.

Даниель тоже считал, что мне нечего делать на Альфа-Проксима. Дело в том, что алторцы, населявшую эту планету, довольно своеобразная раса. У них сложилась уникальная социальная структура, основанная на союзах, состоявших из двух братьев-близнецов и одной женщины. Такой союз они называли триадой. И чаще всего братья алторцы выбирали себе партнёршу из девушек с психометрическими способностями, так как именно мы лучше всего ощущали глубокую эмоциональную связь и резонанс.

Для меня подобный союз сразу с двумя мужчинами был более чем странным. Всё же я выросла в семье, состоящей из двух взрослых и несовершеннолетних детей. А потому, узнав, что лучшая выпускница нашего курса получит билет на планету Альфа-Проксима, я предпочла не рисковать. Я наступила на горло своему самолюбию и тщеславию, лишь бы остаться здесь, на Клиссаре.

— Шон, дружище, не знал, что ты подавал заявку на псиметрика. Прими мои поздравления. Теперь твоя группа снова укомплектована, — брат протянул подошедшему Шону руку.

Но тот не торопился её пожимать.

— Спасибо, Дан. Только я хотел попросить ректора определить Лили в другую группу.

Даниель быстро поменялся в лице. Он нахмурился и с подозрением посмотрел на меня.

Брат знал, что последнее время мы с Шоном не ладили. Но я примирительно подняла руки и помотала головой, как бы говоря, что я здесь ни при чём.

Тогда Даниель снова перевёл взгляд на друга и спросил:

— Шон, можно тебя на пару слов?

Тот согласно кивнул.

— А ты жди здесь, — это уже мне.

Стоило им повернуть за угол, как я осторожно, крадучись, направилась следом.

Подходить слишком близко не решилась. Но чтобы разобрать слова, мне пришлось напрячь слух.

— Пойми, я не смогу. Она… Это же Лили… — как-то слишком печально произнёс Шон.

— Понимаю, друг. Но и ты меня пойми. Она моя родная кровь. Кроме неё у меня никого нет. Уже нет. Я не могу доверить её кому-то чужому.

— Тогда возьми её в свою группу.

— Не могу. У нас уже есть псиметрик. Это Лунара, — ответил брат.

— Но Лили твоя сестра.

— А Лунара моя невеста и ты предлагаешь мне выбирать между ними?

Шон тихо выругался.

Я знала, что брат и Лунара встречаются, но я не знала, что он сделал ей предложение. Круто. Рада за них. Но, признаться, я расстроилась, подумав о том, что если чувства взаимны, то для них всегда найдётся место.

— Послушай, Шон… — снова заговорил Дан. — Я буду спокоен, только если Лили будет рядом с тобой. Ты и сам знаешь, что никто не позаботится о ней так, как…

Дослушать мне не дали. Внезапно кто-то тронул меня за плечо, и я едва не подпрыгнула от неожиданности…

Дорогие читатели,   

в этой истории  вас ждут  опасные  приключения в далёких  галактиках, нешуточный накал страстей, и   конечно же   неземная любовь с привкусом одержимости.

Просто не будет.  Обещаю!

А теперь посмотрим на героев:

Лилия Гейл

(выпускница МГА, обладает   психометрическими способностями, родная планета Клиссар)

  Шон Прайм позывной Монстр

(капитан   спецгруппы космических рейнджеров  )

Даниель Гейл 

(старший брат Лили и капитан группы космических рейнджеров)

Обернувшись, увидела своих девчонок. Я так старательно грела уши на чужом разговоре, что не услышала, как Саманта и Фло подошли.

— Твою антиматерю! Как же вы меня напугали!

— Извини, Ли, — сказала Фло. — Но нам велели собрать всех наших в приёмной ректора. Надо успеть подписать кучу согласий и допусков.

— Потом пройти пси осмотр, — добавила Саманта.

— А на вечер Талика заказала столик в ГиперЧастице. Мы все хотим отметить выпуск.

Я не стала дожидаться, пока Даниель и Шон закончат разговор. Ведь если Шон принял решение избавиться от меня, то его уже никто и ничто не остановит.

— Хорошо, идёмте, — вздохнув, сказала я.

В приёмной мы проторчали несколько часов. Я всё ждала, когда Шон явится к ректору, чтобы отказаться от меня. Но он не пришёл. В итоге я подписала документы о своём новом назначении в его спецгруппу.

Когда я и мои одногруппницы освободились, на улице уже стемнело.

— Так, девочки, на переодевание времени мало. Встречаемся у входа в кампус через десять минут. Время пошло! — скомандовала Талика.

Нас всех, как ветром сдуло. Влетев в свою комнату, я быстро сняла форменный комбинезон и натянула чёрные шорты с кислотного цвета майкой. Даже успела собрать волосы в высокий хвост.

Обратно я уже не бежала. На каблуках особо не побегаешь.

Мои сокурсницы тоже принарядились. Талика выбрала чёрное облегающее платье. Саманта и Фло в мини-юбках и коротких топах, а на ногах босоножки на высоком каблуке. Остальные тоже кто в чём. Вся наша шумная компания смотрелась слегка развратно, но что поделать, нам всем хотелось соответствовать модным тенденциям Клиссара.

Самый популярный клуб в городе под названием ГиперЧастица встретил нас грохочущей музыкой и голографическими проекциями. Прямо перед нами располагалась широкая лестница, ведущая вниз, откуда и доносилась музыка. На нижнем ярусе находился танцпол, сцена и огромный бар по центру, в котором толпились десяток существ барменов, шустро смешивающих и подающих напитки. На стенах мелькали проекции с полуобнажёнными танцовщицами. Абстрактные формы, свисающие с потолка, вспыхивали в такт музыки, освещая извивающуюся толпу внизу.

— Нам туда! — скомандовала Фло, пытаясь перекричать музыку. Рукой она указала в сторону вип зоны.

Разместившись за столиками, мы немного перекусили, выпили по коктейлю, обсудили распределение и планы на будущее, а также вспомнили забавные моменты учёбы. Потом отправились танцевать.

На нижнем уровне музыка грохотала сильнее, пульсируя ритмом и заполняя всё пространство вокруг.

Мы с девочками понимающе переглянулись и присоединились к танцующей толпе, позволяя музыке вести нас.

Я любила танцевать. В танце время для меня словно останавливалось, а весь мир сужался до ритма, света и движения. Я танцевала до тех пор, пока ноги не начали гудеть от усталости, а дыхание стало прерывистым. Саманта и Фло остались, а я направилась к бару.

— Один «Вселенский Экстаз», пожалуйста, — попросила, присаживаясь на высокий крутящийся стул.

В этот момент я вдруг ощутила чей-то взгляд, холодный и внимательный. Я обернулась и оглядела толпу. Но никого примечательного не заметила. Сказать по правде, это странное ощущение преследовало меня очень давно, можно сказать, с юности. Со временем я научилась его не замечать, списывая всё на пси ген, выделявший меня среди остальных жителей Клиссара.

— Ваш заказ, мисс, — краснокожий бармен с щупальцами вместо рук вручил мне бокал причудливой формы, оформленный тонким ободком из сахарной соли, имитирующей космическую пыль, и трубочкой, напоминающей спиральную галактику.

Сам напиток тёмный, почти чёрный. Внутри плавали маленькие жемчужины, сверкающие, словно метеориты.

Никогда прежде я не увлекалась алкогольными коктейлями, но сегодня решила расслабиться. Я сделала жадный глоток и обернулась.

На танцполе царило настоящее безумие. Разнообразные существа танцевали вместе, забыв о различиях и предрассудках. Воздух был наполнен запахом пота, алкоголя и экзотических ароматов.

Мои пси способности позволяли ощущать эмоции окружающих, и сейчас я буквально купалась в море радости, предвкушения и возбуждения.

Допив коктейль, я попросила ещё один. Но когда потянулась за новым, мой стакан нагло перехватили. Я повернула голову и глазам своим не поверила.

Это был Шон! Он стоял совсем рядом и смотрел прямо на меня.

Ну что сказать, броня космических рейнджеров ему шла. Она ещё больше подчёркивала

разворот его плеч. Я поспешила перевести взгляд на его лицо. Хотя в груди бешено толкалось сердце, стук которого, казалось, мог услышать и он. Своё смятение срочно пришлось скрыть за шутливой язвительностью.

— Шон, у тебя довольно оригинальный способ получать удовольствие, отбирая его у других, — сказала я и потянулась к нему. — Отдай! Это мой «Вселенский Экстаз».

Но капитан Прайм не отдал. Он поднял бокал к своему лицу и принюхался к содержимому. Уловив запах алкоголя, он скривился. Даниель не раз говорил, что Шон никогда не употребляет спиртного.

— Вообще-то, Лили, тебе хватит, — с этими словами он вернул бармену мой коктейль.

Его поступок вызвал волну возмущения. Да как он смеет?!

— Не тебе решать, хватит мне или нет, — ответила я и жестом попросила краснокожего повторить заказ.

Я видела, как челюсти Шона сжались, и честно, не смогла упустить возможность лишний раз позлить его. Я постаралась улыбнуться ему как можно ослепительнее.

В ответ его рука сжалась в кулак. А потом он сказал:

— Собирайся. Отвезу тебя домой.

— Очень мило с твоей стороны. Но я, пожалуй, останусь, — отмахнулась я и крутанула стул, вновь уставившись на танцующую толпу.

— Ты не поняла, — процедил он, наклонившись к самому моему уху и поднимая волну непрошеных мурашек. — Это не предложение. Это приказ твоего командира.

О! Святая антиматерия! Кое-кто включил свой любимый режим «Я капитан Монстр. Я тут главный. Ррр…»

— Шон, милый... — я повернулась к нему, замечая, как привычно дёрнулся его глаз. Забавно, но он всегда дёргался, когда я называла его «милым». — Ты что-то путаешь. Под твоё командование я поступаю только завтра. Так что будь добр… — я кокетливо хлопнула ресницами, — сейчас оставь меня в покое.

Затем встала, планируя вернуться к девочкам на танцпол.

— Да провались оно всё в чёрную дыру, — выругался он, хватая меня за запястье и утаскивая следом за собой к лестнице.

— Эй! Прекрати! А ну, отпусти! Или я…

Договорить не успела. Шон резко остановился, но только для того, чтобы закинуть меня на своё широкое плечо. От удара о его броню у меня весь воздух выбило из лёгких и неприятно сдавило живот. Его ладонь легла на моё бедро, а гибкий хвост надёжно обвил обе мои ноги. Прикосновение его горячих пальцев обжигало кожу, посылая электрические импульсы по всему телу. Это было так неожиданно, что я растерялась, но быстро взяла себя в руки.

— Шон, придурок, отпусти! Помогите!

Вооружённые охранники клуба бросились мне на помощь, но, взглянув на эмблему Галактического Альянса на броне Шона Прайма, усмехнулись и просто расступились, пропуская капитана вперёд. Дальше ступени замелькали пред глазами.

— Шон, пожалуйста, меня сейчас стошнит, — захныкала я, сообразив, что криками ничего не добьюсь.

Рука, лежавшая на моём бедре, ощутимо сжалась. Шон остановился. К этому моменту мы уже поднялись на этаж. Я дождалась, пока он поставит меня ноги.

— Ты что себе позволяешь? — со всей силы я толкнула его в грудь, но даже на сантиметр не сдвинула, а только больно ушибла ладони.

— Лили, успокойся. Ты выпила. Я просто хочу отвезти тебя домой.

— Вот только не надо делать мне одолжение, — с этими словами я развернулась и направилась обратно к лестнице, ведущей на нижний уровень.

— Лили, стой.

— Отвали!

— Лилия! — крикнул Шон.

Он называл меня полным именем, только когда был сильно зол. Поэтому я напряглась, но не остановилась.

Внезапно путь мне преградили двое. Один из них огромный и мускулистый мужик с синим ирокезом и тату символами на лице. Он определённо каргианец. Это раса крупных гуманоидов. А вот второй, высокий и стройный, вроде человек, только альбинос. Хотя нет. Насколько я знала, у альбиносов красные глаза, а у этого светлые и слегка светящиеся. Точно! Он праксис.

На самом деле очень странная парочка. Дело в том, что обычно представители этих двух рас предпочитали не пересекаться, а эти вели себя, словно они приятели.

— Помощь нужна? — прогремел голос каргианца с ирокезом. И меня обдало волной его раздражения.

Туманность неизведанная! Только разборок мне не хватало. А в том, что эти ребята ищут неприятности, сомневаться не приходилось…

— Так что, помощь нужна? — повторил свой вопрос коргианец и шагнул вперёд.

Отчего у меня по спине пробежал лёгкий холодок страха.

Шон за моей спиной сердито скрипнул зубами. Кажется, у нас назревает конфликт. Вот же гадство Вселенское! Надо срочно спасать ситуацию!

— Спасибо, парни, всё в порядке. Помощь не нужна, — я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее и как-то непроизвольно попятилась назад.

Громила усмехнулся, скрестил руки на могучей груди и выдал:

— Извини, цветочек, но я не тебя спрашивал.

Я даже остановилась от изумления. А он перевёл взгляд с меня на Шона и спросил:

— Так что? Помощь нужна?

— Варг, думаешь, я с пьяной девицей не справлюсь? — раздражённо процедил капитан Прайм.

— Ну мало ли... — растерянно пожал плечами громила. — На вид вроде мелкая, но, судя по волосам, одна из этих... В общем, Шон, ты бы поосторожнее. От такой чего угодно ждать можно.

А до меня вдруг дошло… Но не тот факт, что они знакомы, а кое-что другое.

— Кто это тут пьяная? — я обернулась и возмущённо уставилась на капитана Прайма.

Он устало потёр переносицу, как-то странно посмотрел на меня и сказал:

— Хватит, Лили. Уже поздно. Идём.

И прежде чем я успела что-то ответить, он снова схватил меня за руку и потащил за собой на улицу. За спиной послышался хохот того самого громилы, которого Шон назвал Варгом. Вот не зря он мне не понравился. На редкость неприятный тип. Но моя мысль резко оборвалась, когда Шон обхватил меня за бёдра и, подняв, посадил в свой левиджет.

— Ой, спасибо. Ты такой заботливый.

Он стиснул челюсти, пока забирался на соседнее сидение. Кончик его хвоста дёргался из стороны в сторону от напряжения. А сам Шон так резко нажимал на кнопки, готовясь поднять левиджет в воздух, что я не смогла удержаться, чтобы не позлить его ещё немного.

— А ещё ты сегодня очень нежный. Уверена, на моей заднице останутся синяки от твоей удивительной нежности.

Он глубоко вдохнул, прежде чем повернуться ко мне.

— Послушай, я обещал твоему брату присмотреть за тобой. Но если ты продолжишь в том же духе, я отправлю запрос самому маршалу, чтобы тебя как можно скорее перевели в другую группу.

Выражение, застывшее в его глазах, было таким напряжённым. Мне бы заткнуться, но выпитый алкоголь придал смелости. Я слегка придвинулась к нему и, наклонившись, спросила то, что уже давно желала узнать:

— Шон, милый, за что ты так сильно меня ненавидишь? Что плохого я тебе сделала?

Он тоже наклонился. Его глаза опасно блеснули, а чёрные вертикальные зрачки расширились настолько, что теперь в них была целая Вселенная, засасывающая меня вглубь.

— Ошибаешься, Лили, — тихо ответил он. — Я тебя не ненавижу. Но я думаю, Даниель слишком мягок с тобой. Будь я на его месте, то уже давно бы... — он почему-то замолчал и уставился на мои губы.

У меня возникло ощущение, будто он жаждал меня поцеловать. Хотя это было полнейшим бредом.

— И чтобы ты сделал? — я не смогла удержаться и наклонилась ещё немного.

Теперь моё лицо было в десяти сантиметрах от лица Шона.

Он рвано выдохнул.

— Выпорол бы тебя, — хрипло ответил он.

Я вдруг отчётливо представила, как он укладывает меня животом себе на колени, как срывает с меня шорты, как его ладонь со шлепком касается моей ягодицы…

Эта фантазия возбудила так сильно, что по телу прокатилась волна жара. Облизнув пересохшие губы, я ответила:

— Ну же, давай! Сделай это. Я совсем не против.

Кажется, меня понесло. Но я  ничего не могла с собой поделать. Меня тянуло к нему. Хотелось снова и снова тонуть в его глазах, ещё раз почувствовать его прикосновения.

Капитан Прайм вдруг с шумом втянул воздух, а потом задрожал и…

Дальше всё случилось так быстро и неожиданно, что я не сразу поняла, как именно это произошло. Только что я сидела, а теперь лежала прямо на сидении, и Шон возвышался надо мной.

Моё тело и разум пребывали в каком-то противоречии. Кровь во мне бурлила огненным пламенем от его близости, но мозг понимал, что ситуация далеко не эротичная. Потому что он держал меня за горло. И этот его взгляд, полный негодования.

— Лилия, клянусь Вселенной, я сделаю тебе больно, если ты сейчас же не прекратишь так себя вести, — произнёс он.

Я честно пыталась взять себя в руки, но ощущение тяжести его тела и жара его ладони... Как-то само собой с моих губ сорвался стон.

Взгляд Шона потемнел, зрачки стали вертикальными. Он наклонился так низко, что я ощутила его дыхание на своих губах. Это маленькое быстрое удовольствие заставило меня невольно податься вперед, и наши губы слегка соприкоснулись.

Из его груди вырвался хриплый стон, дыхание сбилось, а жар, исходящий от его тела, усилился. Рука на моём горле ослабила хватку. Пальцы скользнули к талии и сжали бедро.

Я чувствовала, что ещё немного, и он поцелует меня, но Шон припал к моей шее и буквально впился в неё губами. Только целовал он грубо, посасывая кожу и оставляя багровые отметины. Всё его тело стало жёстким, как гранит. Рука, сжимающая моё бедро, поползла вверх, скользнула под футболку и властно нарыла грудь.

Мне стало страшно. Потому что одно дело просто дразнить его, и совсем другое дело столкнуться с его реакцией.

— Отпусти, — пискнула я и попыталась его оттолкнуть.

Физически я гораздо слабее. Мне бы ни за что не хватило сил, чтобы хотя бы подвинуть его. Он просто позволил мне сделать это. Тяжело дыша, он отстранился и оглядел моё лицо.

Я тут же отодвинулась настолько, насколько это было возможно. Шон отвернулся и вцепился в штурвал. Некоторое время он просто сидел и тяжело дышал. А я подтянула колени прямо на сидение, обхватив их руками, и тихо всхлипнула.

Он бросил на меня недовольный взгляд.

— Боюсь, твои выходки могут плохо закончиться для тебя… — наконец произнёс он.

— Мои выходки? — потрясённо прошептала я.

— А на что ты рассчитывала, шляясь по клубам в таком виде?

Его взгляд скользнул по моим ногам, и я почувствовала, как краснею. Да, мои шорты слишком короткие, но это обычный наряд для ночного клуба.

— Хочешь сказать, я сама виновата? — огрызнулась я.

— Лили… — его голос снова стал тихим и опасным, — я просто хочу, чтобы в следующий раз ты хорошенько подумала, прежде чем отправляться на поиски приключений на свою задницу. Другой на моём месте мог бы и не остановиться. Надеюсь, ты усвоишь этот урок.

Его слова как удар под дых. Оказывается, он преподал мне урок. Осознав это, мне ужасно захотелось свернуться в клубок и заплакать, но я не собиралась лить слёзы при нём.

— Отвези меня домой, — тихо сказала я.

— Лили, послушай, я…

— Просто сделай это! — нервы не выдержали, и я рявкнула сильнее, чем хотела.

Шон тяжело вздохнул, затем потянул штурвал на себя, поднимая левиджет вертикально в воздух.

На протяжении всего пути до академии я сидела, сжав зубы и так и не сказав Шону ни слова. Он пару раз собирался заговорить. Я видела, как он приоткрывал рот, но потом закрывал его. Он так и не решился издать даже звук.

Когда он плавно опустил левижджет на площадку перед кампусом, я обулась и выпрыгнула наружу. Но, сделав несколько шагов, чуть не подвернула лодыжку.

— Лили, постой! — крикнул Шон. — Я тебя провожу.

— Оставь меня в покое, — ответила, не оборачиваясь.

— Послушай, я всего лишь хочу убедиться, что ты благополучно доберёшься до комнаты.

Вместо ответа я сняла босоножки и поспешила к жилому корпусу. Я боялась услышать шаги за спиной. К счастью, он не пошёл за мной.

Через некоторое время я услышала гул двигателей. Капитан Прайм поднял левижджет в воздух и улетел.

Оказавшись в комнате, я заблокировала дверь и прижалась к ней спиной. Сейчас я могла не сдерживать эмоции. Я закрыла глаза и позволила слезам свободно катиться по щекам, даже не пытаясь их вытереть. Как же больно осознавать, что я никто для него.

Какое-то время я так и стояла на месте, не зная, что теперь делать, окружённая почти осязаемой тишиной и полумраком. Моя соседка по комнате с факультета кибернетической безопасности съехала ещё утром, оставив после себя лишь пустые полки и несколько забытых вещей.

Мне тоже полагалось освободить комнату, но я планировала сделать это завтра утром, чтобы сразу перебраться в казармы для рейнджеров. Однако в свете последних событий я не была уверена в своём переезде. Я подумала, что теперь-то Шон точно выгонит меня.

Но, решив подумать об этом позже, я разделась и пошла в ванную. Правда, по дороге едва не споткнулась о сумку со своими вещами, которую в суматохе последних дней не успела толком собрать.

Душ не особо помог. Начала слегка кружиться голова. Всё-таки насчёт алкоголя капитан Прайм был прав. Жаль, что он не отобрал у меня и предыдущий бокал.

Пока я вытиралась, старалась не думать о нём, но тело помнило его прикосновения. Его лицо постоянно всплывало в памяти, даже и не думая спрашивать на то моего разрешения.

Из ванной я вышла, не взяв полотенце. Я планировала надеть пижаму и лечь спать. Подошла к шкафу, открыла его и в этот самый момент ощутила едва уловимое движение воздуха позади себя, словно кто-то прошёл мимо, хотя там никого не могло быть. От этого мурашки побежали вдоль позвоночника. Мне кажется, даже остатки алкоголя испарились в тот миг.

Я схватила и быстро натянула на себя первое, что попалось мне под руку. Это оказалась старая и растянутая футболка, едва прикрывавшая мой голый зад. Но мне было плевать.

Медленно я обернулась. В комнате никого не было. Мой взгляд метнулся к двери. Индикатор мигал красным, означая, что дверь заперта изнутри. Вот только ощущение чужого присутствия никуда не делось. Иногда я испытывала что-то подобное, но на этот раз это были далеко не отголоски. Сейчас я отчётливо чувствовала, что кто-то находится совсем рядом.

— Кто здесь? — не выдержала я.

Ответом мне была тишина, которую нарушало лишь моё учащённое дыхание.

Я попыталась успокоиться и прощупать пространство на предмет чужих эмоций, но постороннего присутствия не уловила. Вот только ощущение, что за мной наблюдают, никуда не исчезло.

Тогда я сделала несколько шагов в центр комнаты. Мой взгляд невольно метнулся к тёмному углу рядом с ванной. На первый взгляд там никого не было, но мгновение спустя мне показалось, будто там что-то шевельнулось. И чем дольше я вглядывалась в темноту, тем больше она приобретала силуэт существа и довольно крупного. Спустя ещё пару секунд я могла точно различить очертания головы, плеч и рук. Только лицо оставалось скрытым в глубокой тени, словно оно было лишено черт.

Я хрупкая девушка наедине с кем-то большим и неизвестным в полупустом общежитии. У меня нет оружия, и я совершенно не ощущаю эмоций и намерений незваного гостя… Понятное дело, что я испугалась и со всех ног бросилась к двери, каждой клеточкой надеясь, что успею убежать.

Но сегодня явно не мой день, это было последнее, о чём я подумала перед тем, как споткнулась, а падая, ударилась об угол кровати и потеряла сознание…