Мой несносный парень

ОБРИ

– Мы будем очень, очень сильно скучать по тебе! – Мама шмыгнула носом, пытаясь не расплакаться на прощание. Тщетно. Слезы уже дрожали на её ресницах. В нашей семье мама — тот ещё любитель поплакать. Но сегодня ей можно было сделать скидку. Сегодня я переехала в студенческую общагу, и мои родители, которые привезли меня в универ, вернутся домой уже без меня.
– Я по вам тоже буду.
Я улыбнулась, но, несмотря на лёгкую грусть, плакать мне не хотелось. Я ждала этого дня слишком долго. Впереди у меня четыре года в Корнелле, и по этому поводу у меня хорошее предчувствие.
– Ну всё, Энид, хватит сырость разводить, — добродушно проворчал папа, отодвигая маму, чтобы заключить меня в своих медвежьих объятьях. — Всё будет хорошо, Обри. Только не забывай нам звонить.
Мои ноги подогнулись под силой, с которой папа обнял и похлопал меня по спине. Он довольно крупный, но при этом — тот ещё добряк.
Я его обожаю.
– Не забуду, пап, — пообещала я, вздохнув всей грудью, когда он меня отпустил.
– И не забывай хорошо кушать. — Мама была сама серьёзность. — Учёба учёбой, но помни о здоровье.
– Хорошо, мам, — кивнула я со всей ответственностью.
В подростковом возрасте у меня было расстройство пищевого поведения, и, хотя с тех пор я смогла это побороть, мама была слегка помешана на моём питании.
– По тебе я буду скучать больше всего, — прошептала я, наклонившись к заднему сиденью, где уже сидела Клэр, моя старшая сестра. У Клэр с детства ДЦП, и хотя она не может жить так же свободно, как другие, она остаётся самым светлым человеком, которого я знаю.
– Ты должна быть здесь.
Клэр заулыбалась, и я знала, что её радость за меня искренняя, пусть мой отъезд и означал, что теперь мы не сможем видеться каждый день.
– Ты можешь звонить мне в любое время. – Я погладила её по голове.
Клэр была старше меня на три года, но, сколько себя помню, я о ней заботилась. Не по принуждению, а потому что люблю её больше всех на свете. И мне больно от того, что Клэр никогда не сможет получить всего того, что доступно мне и другим девчонкам её возраста.
– Я приеду на День Благодарения! – крикнула я, когда вся моя семья уже сидела в машине и готовилась к тому, чтобы начать обратную дорогу домой.
– Мы тебя любим! – Мама высунулась в окно, махая мне рукой.
Я махала им до тех пор, пока папин универсал не скрылся за углом общежития, потом развернулась и пошла к своему новому дому. Студенты и провожающие их родственники сновали туда-сюда.
Мой телефон издал звук входящего сообщения. Эндрю — мой парень, который находился в Беркли, писал, что ему достался в соседи какой-то обкуренный чувак и спрашивал, как моя соседка.
«Пока не видела. Она ещё не приехала, когда я оставляла свои вещи».
Не то чтобы я особенно сильно волновалась из-за своей соседки по комнате. Хотя, волновалась. Мне с ней жить как минимум год.
Уткнувшись в телефон, я не заметила парня с коробкой в руках, и мы с ним столкнулись. Телефон вывалился у меня из рук и шмякнулся на землю экраном вверх.
– Вот чёрт! Ты как, порядок? – послышался обеспокоенный мужской голос.
Благо, телефон остался цел, с облегчением поняла я, подняв его. Парень поморщился, выглядывая из-за коробки.
Он оказался высоким, с длинной чёлкой тёмно-русых волос, которая спадала на карие глаза.
Симпатичный.
– Порядок. Почти не пострадала. – Я потёрла лоб — ему слегка досталось.
– Боже, ты можешь сначала отнести мои вещи, а потом уже клеить девчонок?
Я перевела взгляд на рыжеволосую девушку, которая обращалась к симпатичному парню. В руках у неё была корзина для белья.
– Это я виновата. Отвлеклась на телефон и не заметила, куда иду, – поспешила объяснить я. Мне не хотелось, чтобы подружка этого симпатяги наезжала на него зря.
Рыжеволосая только закатила глаза и прошла мимо, скрывшись в здании общаги.
– Спасибо, – подмигнул мне парень и последовал за своей девушкой. Или кто она ему там.
«Напиши, когда познакомишься с соседкой. И чёрт, наша комната уже провонялась травой».
Сообщение Эндрю заставило меня улыбнуться. Я по нему скучала. Мы были вместе почти два года — с начала одиннадцатого класса. Хотелось бы думать, что наши отношения выдержат разлуку и редкие встречи.
Гадая, заселилась ли уже моя соседка, я поднялась на второй этаж и увидела, что дверь моей комнаты распахнута.
Значит, она уже на месте.
– Не думал, что эти комнаты такие маленькие. Тебе надо пожаловаться папочке.
Парень, тот, что с коробкой, сейчас лежал на кровати, закинув руку за голову и пялился в потолок. Его рыжеволосая подружка выкладывала какие-то вещи на стол.
– Не такая она и маленькая, – возразила рыжеволосая.
В этот момент они оба заметили меня.
– Привет. Полагаю, ты моя соседка. – Я сделала шаг к ней, протягивая руку. – Я Обри.
– Лиса. – Она ответила на моё рукопожатие, приветливо улыбнувшись. Может, она и не стерва.
– Хм…
Мы обе посмотрели в сторону парня. Он всё ещё лежал.
– А это Кори — мой брат, – вздохнула Лиса.
– Привет.
Кори поднял руку и, улыбнувшись, помахал мне.
Я не могла не отметить, что у него очень обаятельная улыбка. На неё запросто можно засмотреться. Что я чуть было не сделала, но торопливо перевела взгляд в сторону, напугавшись, что покраснею.
Интересно, что бы подумал Эндрю обо всём этом?

КОРИ

– Так что там с твоей соседкой? Кажется, Обри?
Я притворился, что не уверен, правильно ли запомнил её имя. Хотя я запомнил.
Она была хорошенькой. Ну, вообще-то даже красоткой. Довольно высокая, с ладной фигуркой и точёными чертами лица. Блондинка — я думаю, что натуральная, хотя кто её знает.
– В каком смысле?
Лиса перевела взгляд с меню на меня. Не знаю, чего она в него пялится — всё равно каждый раз заказывает вафли со взбитыми сливками и малиной. С тех пор как я свалил из дома два года назад, субботние завтраки в Corner Table стали нашим ритуалом.
– Она спрашивала что-нибудь обо мне?
– С чего бы это? — Сестра отложила меню и скрестила руки на груди, строго уставившись на меня.
Всякий раз, когда она так делала, я начинал беспокойно ёрзать.
– У Обри есть парень.
Я нахмурился:
– Здесь? Когда она успела? Занятия неделю как начались.
– Нет, не здесь, глупый! — закатила глаза Лиса. — Он учится в Беркли. Они вместе два года.
– Беркли — далеко, — заметил я с усмешкой.
– Ну что, ребятки, выбрали?
Мы с Лисой посмотрели на Венди — официантку, которая обслуживала нас почти каждую субботу. На вид Венди было лет двадцать семь. Она была ничего так и даже делала мне намёки — очень много намёков — но мне слишком нравилось это место, поэтому я не вёлся на них.
– Она от тебя без ума, — фыркнула Лиса, когда Венди, приняв наш заказ, отошла.
– Они все от меня без ума, — откинувшись на стуле, самодовольно изрёк я, за что получил пинок от неё под столом.
– Ты злая, — поморщившись, проворчал я.
Моя сестра всегда могла меня осадить. И она любила это.
– Возвращаясь к теме Обри, — начала она, и я знал, что за этим последует. — Не смей!
«А я говорил».
– Я и не думал.
– Ты делал заявления!
– Ты меня неправильно поняла!
– Я тебя всегда правильно понимаю!
– Я… — Я замолчал. Чёрт, она права! Мне нечего было сказать.
– Она мне нравится. — Голос Лисы смягчился. — И я хочу с ней подружиться. А ты всё испортишь, если сделаешь то, что ты обычно делаешь со всеми своими многочисленными подружками.
– Вообще-то им это нравится.
– Фу, избавь меня от подробностей! — скривилась Лиса, и я поражённо поджал губы.
– Пообещай, что не станешь подкатывать к Обри, — потребовала сестра.
Я накрыл сердце ладонью, смиренно посмотрев на неё.
– Вслух, Кори!
Я страдальчески вздохнул.
– Я не буду подкатывать к Обри.
Лиса удовлетворённо заулыбалась.
– Вот и славно! А теперь расскажи, над чем ты сейчас работаешь?

ОБРИ

– Должен кое-что прояснить. – Кори, брат Лисы, приземлился на траву рядом со мной. – Мне нельзя подкатывать к тебе, – на полном серьёзе заявил он.
Моргнув, я растерянно заулыбалась. О чём говорит этот парень?
– Поэтому, – продолжил он, обхватив колени руками, – я к тебе не подкатываю. Не потому, что ты мне не понравилась. Ты горячая. Очень.
Я не знала, как и реагировать на такую прямолинейность. Этот парень всегда говорит то, что думает?
Пока я искала, что ответить, Кори без оттенка смущения смотрел мне в глаза. Наконец-то я опомнилась, закрыла книгу, которую читала, пока не появился он, и прочистила горло, прежде чем начать говорить.
– Не знаю, что заставило тебя думать, будто я жду от тебя чего-то, но это не так. Но спасибо за оценку моей внешности.
Не удержавшись, я улыбнулась. Хотя, возможно, мне следовало возмутиться тому, что малознакомый парень назвал меня «горячей».
Но кого я обманывала? Мне льстило, что он считает меня таковой.
– Я просто не хотел, чтобы между нами было какое-либо недопонимание, – отозвался Кори.
От того, как серьёзно он об этом говорил, мне хотелось рассмеяться.
– Поверь, не будет! – быстро заверила я. – Между прочим, у меня есть парень, – сказала я, дабы прояснить ситуацию.
Кори кивнул, выглядя ничуть не смущённым.
– Да, знаю. Тот, который в Беркли.
Значит, он говорил обо мне с Лисой. Мне стало любопытно, что они ещё обсуждали. Вынув телефон из рюкзака, я нашла наше с Эндрю фото и протянула его Кори.
– Это мой парень. И вот он – очень «горячий». – Я намеренно выделила последнее слово.
Кори, чуть насупив брови, разглядывал нашу общую с Эндрю фотографию.
Я не преувеличивала: Эндрю – настоящий красавец с точёным лицом и отпадной спортивной фигурой. Темноволосый, голубоглазый «мистер Очарование». А когда он улыбается, на его подбородке проступает ямочка.
Девчонки от него без ума. И это повод для меня, чтобы волноваться о моём сексуальном парне, который сейчас за тысячи миль, в окружении похотливых студенток.
– Три месяца, – возвращая мне телефон, сказал Кори.
– Что «три месяца»?
– Столько я вам даю. Это максимум.
Он потянулся к пластиковому контейнеру и, взяв дольку моего яблока, отправил себе в рот.
– Ты не знаешь, о чём говоришь. – Отчего-то его слова меня покоробили. Это выглядело так, будто Кори каким-то образом узнал мои самые сокровенные мысли. – С нашими отношениями всё в порядке.
Но мои убеждения ничуть не тронули парня.
– Тебе так кажется. Возможно, сейчас ты в это даже веришь. Но из этого ничего не выйдет. В глубине души ты это знаешь.
Его голос звучал ровно и непринуждённо, отчего я даже не могла как следует разозлиться на него.
– Разве ты учишься в Корнелле? – Я оглядела лужайку перед учебным корпусом, в этот час полную отдыхающих студентов. Полчаса назад я устроилась под старым дубом, чтобы съесть свой ланч в приятной атмосфере и почитать. Всё было отлично, пока не появился Кори.
– Нет. – Парень мотнул головой, игнорируя мой намёк проваливать. – Но я вольный слушатель. Прихожу на лекции, которые мне нравятся.
– И что, сейчас нигде не проходит лекция, которую ты не хотел бы пропустить?
Кори склонил голову к плечу и долго на меня смотрел, о чём-то раздумывая. Мне хотелось попросить, чтобы он перестал.
– Ты на меня обиделась? – наконец спросил он. В его голосе слышалось искреннее недоумение.
– Нет, – солгала я.
Его губы растянулись в недоверчивой улыбке, а я вдруг почувствовала внутри странное, щекочущее тепло. Чувство было приятным. Похоже, этот парень мне нравится.
Этого только не хватало.
– Я тебе не верю, – весело произнёс Кори, не догадываясь о направлении моих мыслей.
– Я не обиделась, просто…
– Что? – подтолкнул меня Кори, когда я запнулась.
– Я думала о том, что ты сейчас сказал, и я вроде как боюсь, что мы на самом деле можем не справиться с этими отношениями на расстоянии, – понизив голос, смущённо сказала я.
Я опасалась, что он высмеет меня, отпустит какой-нибудь насмешливый комментарий, но он молчал, без тени иронии и чванливости глядя на меня.
– О чём ты думаешь? – не выдержала я.
– О том, что повёл себя как козёл, – признался парень, чем удивил меня. – Послушай, всё то, о чём я тут сказал… Я могу ошибаться. Скорее всего, так и есть. Я не знаю твоего парня и ваших отношений. Ты права.
Выглядело искренне, что он раскаивается за свои недавние слова.
– Но ты не веришь, что это сработает. Что мы сохраним наши отношения, не находясь рядом. Четыре года – это чертовски долго.
– Не важно, во что я верю, Обри. Важно, чего хотите вы с твоим парнем, – ответил Кори.
Я молчала, глядя на него. Дело было в том, что я и сама больше не знала, чего хочу.
– Ты хочешь быть с ним следующие четыре года? Всю жизнь? – спросил он после продолжительной паузы.
Вздохнув, я развела руками.
– Я так думала, но теперь…
– Теперь?
– Я не уверена! – выпалила я, ужаснувшись тому, что произнесла это вслух.
– Тебя это беспокоит? То, что ты сомневаешься? – Он оставался совершенно серьёзным.
Я кивнула.
– Обри, тебе восемнадцать. В твоём возрасте нормально сомневаться и не быть готовой провести всю жизнь со своим первым бойфрендом.
То, что он говорил, имело смысл.
– Почему ты выбрала Корнелл, а твой парень – Беркли? – вдруг спросил Кори. – Вы не пытались поступить в один университет?
– Эндрю получил спортивную стипендию в Беркли. К тому же Калифорния была его мечтой. Мне дали частичную стипендию в Корнелле, а Итака ближе к дому. Я не хотела далеко уезжать от родных.
Отчего-то я стала слишком откровенной с Кори, но неожиданно это было легко. Он располагал к этому.
Не то чтобы мы с Эндрю не обсуждали возможность пойти учиться в один университет. Мы говорили, но быстро стало понятно, что из этого ничего не выйдет. Университет Беркли предложил ему полную стипендию ещё в октябре прошлого года. Эндрю играл в футбол, и о том, чтобы отказаться, не шло и речи. А я даже не пыталась податься в Беркли, потому что не могла уехать на другое побережье из-за семьи.
Моя семья не богата. Обычный средний класс, даже не верхний уровень. Мы никогда ни в чём не нуждались, родители всегда старались, чтобы у нас было всё необходимое, но и лишних денег не было. Лечение Клэр стоило дорого. Я осознавала, что мои родители не смогут потянуть университет уровня Беркли на другом конце страны. Корнелл предложил мне частичную стипендию, и я была более чем счастлива. Мне всё равно пришлось взять студенческий заём, но я хотя бы не буду выплачивать его следующие тридцать лет, как это было бы, поступи я в Беркли.
– Ты близка со своими родными?
Вопрос Кори вернул меня к реальности.
– Очень. – Я улыбнулась. – Особенно с сестрой. Думаю, ты понимаешь, как это.
Кори кивнул, подтверждая мои слова. Я знала его и Лису совсем недолго, но уже поняла, что между ними крепкая связь.
– Твоя сестра всё ещё учится в школе? – спросил Кори, срывая травинки с лужайки. Его голова была опущена, поэтому он не заметил, как омрачилось моё лицо.
– Нет, Клэр, она… Она старше меня на три года.
Должно быть, он уловил что-то в моём голосе, потому что поднял голову и внимательно на меня посмотрел.
– У Клэр церебральный паралич с детства. Она не ходит и живёт с родителями. Ей нужен уход.
Обычно я не распространялась об этой стороне своей жизни, но с ним мне захотелось поделиться.
– Ты поэтому не захотела уезжать далеко от дома? – догадался Кори.
Я кивнула, обхватив колени руками.
Эндрю этого не понимал. Я много раз ему объясняла, но он не соглашался.
– Родителям ещё нет и пятидесяти, сейчас они справляются с Клэр, но однажды мне придётся взять заботу о ней на себя, – негромко сказала я, ожидая увидеть осуждение в его глазах, но его не было.
Ещё одна причина нашего спора с Эндрю. Не то чтобы я заглядывала так далеко, но однажды я обмолвилась ему, что в будущем, когда мама и папа уже не смогут этого делать, я возьму заботу о сестре на себя.
Он сказал, что это неправильно, что, как бы сильно я её ни любила, это не моя обязанность.
– Твои родители этого хотят? – Он слегка нахмурился.
– Нет. – Я помотала головой. – Они никогда ни о чём таком меня не просили, но я сама хочу. Понимаешь?
Кори кивнул, и я с облегчением увидела, что он действительно понимал меня.
– А вы с Лисой всегда были так близки?
Он усмехнулся.
– Мы сразу поладили, но я узнал о ней только три года назад.
Я в замешательстве вскинула брови.
– Ты ещё не слышала эту историю?
Сгорая от любопытства, я покачала головой. И тогда Кори рассказал мне, как Лиса попала в их семью.

ОБРИ

 – Ты разговаривала со своим братом обо мне?
По виноватому лицу соседки нетрудно было догадаться, что мои предположения верны.
– Возможно. Но ты откуда знаешь?
Лиса опустилась на свою постель, вскинув тёмно-рыжие брови. Она мне нравилась, и за те две недели, что мы были соседками, кажется, успели подружиться. Моё первое впечатление о ней оказалось ошибочным – она оказалась совсем не стервой. И всё же, я знала её недостаточно.
– Сегодня у меня была занятная беседа с Кори. Он сказал, что ему нельзя ко мне подкатывать, а ещё назвал меня «горячей».
– Вот осёл, – с досадой закатила глаза Лиса. – Послушай, не хочу, чтобы ты вдруг подумала, что я против тебя, – торопливо произнесла она. – Я сказала Кори, чтобы он держался от тебя подальше, потому что подозревала, что он захочет приударить за тобой, а ты мне нравишься. – Она улыбнулась. – И я боялась, что Кори всё испортит – я его люблю, но с девчонками он совсем не рыцарь – и ты возненавидишь его, а заодно и меня.
Казалось, её это на самом деле волнует. Я поторопилась успокоить Лису:
– Я даже не думала о твоём брате в таком плане. То есть – он симпатичный, но я люблю своего парня.
Лиса быстро кивнула:
– Я ему то же самое сказала! Значит, никаких обид? – уточнила соседка.
– Никаких обид, – тряхнула головой я, считая, что вопрос с Кори можно отправлять в архив.
Как же я ошибалась!

КОРИ

– Знаешь, когда я о чём-то тебя прошу, это не значит, что ты должен передавать детали нашего разговора третьим лицам!
Я выругался про себя, ожидая, что Лиса сейчас пройдётся по мне из-за того, что я немного поболтал с Обри.
– Что, не надо было? – Я изобразил невинное выражение лица, зная, что так ещё больше её разозлю.
– Нет, не надо было, – съязвила Лиса, забралась в мой мустанг и громко хлопнула дверцей.
– Эй, ну машина-то тут при чём?! – вскинулся я, поморщившись из-за такого отношения к моему авто. – Между прочим, я купил вам выпивку, – напомнил я, заняв водительское место. – Нельзя наезжать на чувака с бухлом.
Сегодня детки из её общаги собрались устроить небольшую пирушку. Никому из них не было двадцати одного – в Фостер Холле жили только первые и вторые курсы. Мне, надо сказать, тоже не было – совсем недавно исполнилось двадцать. Но у меня имелись поддельные права.
– Просто вот что бы ты там ни задумал – не надо этого, ладно?
Я повернул ключ в зажигании и посмотрел на сестру.
– Мы всё ещё про Обри?
Лиса коротко кивнула.
– Успокойся, ладно? Я серьёзно говорил – я не буду к ней подкатывать.
Она задержала взгляд на моём лице, словно решая, можно ли мне верить.
И её опасения не были беспочвенными. Я действительно не слишком лажу с девчонками. Точнее, сразу всё идёт хорошо, но потом…
Всё портится очень быстро.
– Ты останешься на вечеринку?
– Я купил алкоголь. Можно мне немного потусоваться с первокурсниками? – с иронией хмыкнул я.
– Если хотел тусоваться на студенческих вечеринках, надо было в универ поступать, – парировала Лиса.
Я фыркнул: она знала моё мнение по этому поводу.
– Нет, ни одна, даже самая убойная тусовка не стоит этого.

ОБРИ

Я ловила себя на том, что смотрю на Кори чаще, чем на кого-либо в этой комнате. То, что я наблюдала за ним практически весь вечер, было очень тревожным сигналом. Пару раз он даже поймал меня за этим занятием. Попавшись, я улыбалась и отворачивалась, делая вид, что заинтересовалась чем-то другим в этой комнате. Но на самом деле — брат моей соседки был всем, что я замечала сегодня вечером.

Даже то обстоятельство, что Эндрю так и не ответил на мое утреннее сообщение, в котором я писала, что люблю его и желала ему хорошего дня, отошло на второй план.

Мне определенно нравился этот парень. Его вид, манеры. Что-то в нем было. Что-то очень притягательное. Мне нравились взгляды, которыми мы обменивались. Из-за этого я чувствовала себя вроде как виноватой. Нет, я не делала ничего, что дало бы ему повод думать, что между нами что-то может быть. Или мне так казалось. Не уверена.

Но я не флиртовала с ним открыто. Абсолютно точно, нет.

А вот Сара, первокурсница, которая жила дальше по коридору, еще как флиртовала. Она делала это весь вечер. Так и липла к Кори. Не сказать, правда, чтобы он выглядел раздосадованным из-за этого.

Похоже, меня это волновало. Хотя и не должно. Это просто смешно: я его почти не знаю, и он не мой парень. Мой парень в Беркли. И игнорирует мои сообщения.

— Держи!
Лиса протянула мне баночку пива, но я покачала головой, показав, что у меня еще есть.
— Веселишься? — Она повысила голос, перекрикивая музыку.
Я пожала плечами:
— Вроде того. А ты точно веселишься, да?

Она заулыбалась, будучи уже немного пьяной, и показала мне поднятый вверх большой палец.
Я ей немного завидовала. В том плане, что у нее не было парня, и она была свободной в своих действиях. Я не тяготилась тем, что у меня есть Эндрю, но всякий раз, идя развлекаться, я думала о том, что делаю это без него. И впереди у меня еще несколько таких лет.

— Видишь того красавчика?
Лиса наклонилась ко мне, сделав движение головой в сторону парня у бильярдного стола. Он улыбался ей и глаз с нее не сводил.
Я кивнула.
— Похоже, я ему нравлюсь.
Она хихикнула, помахав ему.
— Совершенно точно нравишься, — подтвердила я.
— Наверное, мне надо к нему подойти.
— Дерзай! — подбодрила я, но Лиса в этом не нуждалась. И не успела я договорить, как она уже направлялась к этому светловолосому здоровяку.

— Пенни за твои мысли, — раздался голос Кори над моим ухом.
Я оглянулась и увидела его совсем рядом, прямо у меня за спиной. Разговаривая с Лисой, я отвлеклась и упустила его из виду. Даже не заметила, как он подошел.

Ничего не ответив, я только улыбнулась, чувствуя, как теплеет лицо.
Господи, да что со мной такое?! Самое интересное, что подобная реакция со мной происходит только из-за этого парня.
В его светло-карих, медовых глазах я видела тепло и спокойствие, и этот взгляд самым странным образом меня волновал.

— У тебя все хорошо? — после длительной паузы спросил он. Его голос был глубоким, даже немного сел.
Мое сердце заколотилось быстрее, пульс зачастил, а ладони покрылись испариной. Температура в комнате не изменилась, просто так мое тело реагировало на его близость.

— Все отлично. — Я потянулась к нему, чтобы он услышал, и Кори тут же наклонил голову в мою сторону. Мы почти касались друг друга. Это было так похоже на игру с огнем. Меня обдало жаром его тела. Отчаянно захотелось прикоснуться к нему, почувствовать под ладонями его кожу. Я прикрыла глаза на миг. — Почему ты спрашиваешь?

Он выпрямился, чтобы снова смотреть мне в глаза. Кори был высоким, поэтому мне приходилось почти задирать голову, чтобы видеть его лицо.

— Просто хочу убедиться, что ты в порядке, — хрипло отозвался он.
Не уверена, что это именно то, что он хотел сказать. Я пожала плечом, не желая ему лгать. Не знаю, была ли я в порядке.
Кажется, у меня проблемы с моим бойфрендом. Я в комнате, где полно других людей, но я могу думать только об этом сбивающем меня с толку парне.

Кори поднял голову и быстро оглядел комнату за моей спиной, потом взял меня за руку и вывел в коридор.

Здесь тоже были люди. Он стал уводить нас дальше, пока мы не оказались перед пожарным выходом. Кори толкнул дверь, и мы остались одни, вдали от шума музыки и голосов. Моя рука все еще была в его ладони: теплой и чертовски приятной на ощупь.
Это ничего не значит. Если он попробует меня поцеловать, я его остановлю.

Кори прислонил меня к стене и встал напротив так близко, что наши тела почти соприкасались. Одной ладонью он уперся в стену над моей головой, а пальцами второй руки коснулся моих скул, отчего мое сердце готово было взорваться.
Чёрт!

— Я хочу тебя нарисовать, — прошептал он. Его теплое дыхание касалось моих губ, пробуждая во мне запретные, будоражащие мысли.
Господи, что же со мной творится?!

— Что?
Я провела языком по губам, рассеянно глядя в его глаза.

— Не делай так! — выдохнул парень, отстранившись от меня на расстоянии вытянутых рук. — Когда ты так делаешь, я хочу тебя поцеловать.
Что же тебя останавливает? — чуть было не спросила я.

— Я… Я не могу, — заикаясь, отозвалась я. Слова давались мне с трудом. — Нельзя. — Я покачала головой, хотя мне отчаянно хотелось притянуть его к себе и с жадностью впиться в эти соблазнительные губы.
Мне бы понравилось. Я даже не сомневалась в этом.

Кори склонил голову к моей голове; я чувствовала его горячее дыхание.
— Нельзя рисовать тебя или целовать?

То, что мы делали, было за гранью дозволенного. Сомневаюсь, что Эндрю одобрил бы то, что тут происходит. И как бы сильно мне ни хотелось поцелуев (и не только) с Кори, я не могла поступать так.

— Ты помнишь, что у меня есть парень? — Я положила ладонь ему на грудь, заставив отодвинуться.
Он сощурился, уголки губ поползли вверх — небрежно, дерзко. И, чёрт возьми, это только усилило его притягательность.

— Похоже, тебе надо напоминать об этом самой себе. — Он сделал несколько шагов назад, отдаляясь от меня как физически, так и ментально.

— Не обязательно вести себя как козел, — заметила я, обхватив себя руками.
Я все еще прислонялась к стене, чувствуя слабость, но наш волшебный момент был упущен.
Не то, чтобы я сильно жалела об этом. Но я жалела.

— Это должно помочь.
— Помочь с чем? — не поняла я.
— Помочь тебе держаться от меня подальше, несмотря на то, что ты хочешь меня так, как никогда не хотела своего парня. — Кори взялся за ручку металлической двери, собираясь уйти.

— Ты ничего не знаешь о моих отношениях с Эндрю! — бросила я ему в спину, не желая, чтобы последнее слово было за ним.
Не вышло.

— Меньше всего меня волнуют твои отношения с твоим парнем, — через плечо взглянул на меня Кори, и на лестничной площадке я осталась одна.

ОБРИ

– Ладно, хватит. Много учиться тоже вредно, – заявила Лиса, отобрав у меня книгу по экономике.
– Вообще-то, у меня тест, – засмеялась я, глядя на неё, с грозным видом стоявшую напротив моей кровати.
– Когда?
– В среду. Ту, которая через неделю.
– Ой, всё, вставай. Ну же! – Она протянула ко мне руки. – Ты идёшь со мной, и мы будем развлекаться.
Мне не хотелось развлекаться. Похоже, мои двухлетние отношения медленно, но верно погибали, и я хотела иметь шанс посидеть в тишине своей комнаты, чтобы оплакать их.
Я знала, что отдаление между нами с Эндрю неизбежно, так как мы станем учиться в разных колледжах, но не думала, что это будет происходить так стремительно.
Тем не менее, я взяла Лису за руки и дала ей себя стянуть с кровати.
– И куда же мы идём? – без явного интереса спросила я.
– Сегодня в «Ночлежке» выступает одна классная группа. Должно быть весело.
– Кто ещё идёт?
– Уилл, Кори и его друг с девушкой. – Она открыла дверь своего шкафа, чтобы выбрать наряд на вечер. – Эй, это же не проблема? – оглянулась на меня через плечо подруга.
– Нет, если там будет твой брат. Тогда это не будет похоже на парное свидание, – шутливо отозвалась я.
Лиса вернулась к своей одежде, не видя, как поморщилось моё лицо.
Тусоваться с её братом не выглядело хорошей идеей. Хотя, наверное, мне нужно было бы подружиться с Кори, потому что он брат Лисы, и они часто зависают вместе, а Лиса мне нравится.
– Кажется, у вас с Уиллом всё неплохо. – Я тоже подошла к своему шкафу, прикидывая, что надеть в бар. Наряжаться совсем не хотелось.
– Да, он классный, – лицо подруги просияло. – Нам хорошо вместе.
– А ты не думаешь, что что-то упускаешь? – помедлив, с осторожностью спросила я.
– В каком смысле?
– Ну, ты только начала учиться в колледже и сразу же нашла себе парня. То есть – их тут так много, и разве студенческие годы не время, чтобы экспериментировать?
Она наморщила лоб, задумавшись над моими словами.
– Слушай, забудь. Это всё Эндрю. – Я покачала головой, жалея, что завела эту тему. – Он вроде как прозрел по этому поводу, начав учиться в Беркли.
– Ты очень расстроилась?
Лиса посмотрела на меня с сочувствием. Я задумалась, но вдруг поняла, что пусть я и расстроилась, но, наверное, недостаточно относительно тех двух лет, что мы провели вместе.
– Конечно. – Я не стала признаваться в своих истинных мыслях.
– Думаешь, это конец?
Я пожала плечами и схватила чёрную джинсовую юбку с белым коротким топом.
– Я не знаю. Мы ничего не решили. Вроде как поставили всё на паузу.
– Если ты не хочешь идти, я пойму, – мягко сказала подруга, но я покачала головой.
– Нет, я хочу.
И вдруг поняла, что это совсем не ложь.

КОРИ

– Подружку с собой привела? – Я забросил руку Лисе на плечо и поднёс пивную бутылку к губам, взглянув в сторону Обри. Она пыталась привлечь внимание бармена.
Люк этим вечером один не справлялся.
– Держись от неё подальше, – предупредила Лиса, метнув в меня строгий взгляд.
– Помнится, ты это уже говорила, – напомнил я, заставив себя перестать разглядывать Обри. Она что, специально вырядилась в эту свою короткую юбку с топом, который оставляет живот открытым? Чтобы мне ещё сложнее было «держаться от неё подальше»?
– С тобой никогда много не бывает, – фыркнула сестра. – Серьёзно, Кори, смотри не облажайся. У Обс сейчас непростой период, и она очень уязвима.
Я нахмурился:
– В чём дело?
Меня должно было бы обидеть, что моя собственная сестра считает меня бессердечным придурком, но не обижало. Какой смысл обижаться на правду?
– У неё с парнем проблемы. Обри переживает.
Я кивнул, ничего не ответив. А-а, значит, красавчик Эндрю постарался. Быстро же он. Быстрее, чем я предполагал.
Уилл увёл Лису, заскучав по своей девушке. Проводив их взглядом, я отметил, что рядом с ним Лиса выглядит счастливой. Это был первый парень, с которым сестра завязала отношения за то время, что я её знал.
Эта девочка как никто другой заслуживала счастья. Я сделал себе мысленную пометку поговорить с Уиллом и предупредить его, что если он вздумает обидеть мою сестру, я переломаю ему ноги.
Направившись к бару, я пообещал себе, что просто буду вежливым с ней. Не стану вести себя как козёл или пытаться забраться к ней в трусы. В любой другой ситуации, но сейчас я был связан обещанием. Мне не нужны были проблемы впоследствии. Подруги Лисы были для меня под запретом, потому что я не хотел постоянно видеть девушек, с которыми спал, а затем без сожаления расходился.
– Привет. Ещё раз. – Я привалился к стойке, посмотрев на Обри.
– Привет. – Она повернула голову ко мне, сдержанно улыбнувшись.
Я улыбнулся в ответ.
«Блин, Вейланд, угомонись! Как бы сильно тебя к ней ни влекло…»
– Пытаешься получить напиток?
«Да ты сам Капитан Очевидность».
– Таков план.
Она вновь повернулась к бару, позволяя мне глазеть на её пухлые, чувственные и слегка приоткрытые губы.
– Чего ты хочешь? – Я наклонился к её уху, потому что в этот момент музыканты вышли на сцену и начали играть. Мои губы коснулись её ушка, и, почувствовав, как Обри вздрогнула, я улыбнулся.
– В каком… смысле? – Она взглянула на меня со смесью смущения и ещё чего-то, что выглядело как желание.
Я вновь перевёл взгляд на её рот и прихватил зубами нижнюю губу, чем полностью себя выдал.
Я хотел её, она хотела меня. Притяжение между нами было сумасшедшим. И такое со мной было впервые. Даже с Роуз я не помнил ничего подобного.
– Что ты будешь пить? – Я указал на бар, услышав, как сел мой голос.
Ресницы Обри дрогнули, и она медленно пожала плечом. Кажется, мы оба плохо соображали рядом друг с другом.
– Не знаю. Воду, наверное.
– Люк, – я заставил себя отвернуться от неё и позвал приятеля, – сделаешь что-нибудь особенное для Обри?
– Без проблем, – кивнул тот.
– Что ты мне заказал? – забеспокоилась девушка.
– Не волнуйся, Люк знает, что делает. – Я подпер голову рукой, разглядывая её лицо.
– Ты пялишься.
Я вскинул брови, сделав вид, что не расслышал, и она потянулась ко мне, задев губами мочку моего уха, совсем как я недавно.
– Ты на меня пялишься, – повторила она, и я положил ладонь на её поясницу, побуждая её не отстраняться.
Мне нравилось, как от неё пахло: чем-то сладким, но не приторным. Похоже, что корица.
– Мне нравится смотреть на тебя, – признался я. Она немного отодвинулась, глядя мне в глаза. – Я художник – люблю всё красивое.
Моя рука всё ещё лежала на её пояснице. На ощупь её кожа была мягкой и тёплой. Интересно, если бы я положил ладонь ей на бедро и забрался бы в трусики, она бы позволила?
– Для тебя это игра, Кори? – Её вопрос внезапно прозвучал серьёзно и ранимо. Она застала меня врасплох, и я не знал, что ответить.
– Прошу.
Люк поставил перед Обри какой-то разноцветный коктейль, получив от неё благодарность и улыбку. Забрав напиток, девушка соскользнула со стула и вернулась за наш столик, не став дожидаться от меня ответа, который она и так знала.