Мой оборотень

Тусклый свет луны резал ржавыми лезвиями мокрый асфальт. В воздухе стоял густой привкус крови и железа – след их схватки растянулся по всей улице. Он рыкнул, пригибаясь к земле, чувствуя, как по позвоночнику перекатываются волны силы: кости трещали, когти вырывались наружу, превращая человеческие пальцы в оружие. Вампир скользнул в тень, его движения были бесшумны, как дыхание смерти.

И вдруг сквозь всё – через запах крови, гнили и пыли – пробился другой аромат. Тёплый, живой, будто солнечное утро среди зимы. Лёгкий вихрь ветра донёс до него этот невесомый след, и всё в нём застыло. Сердце, до этого бьющееся в ярости, споткнулось, словно узнало то, чего разум ещё не мог понять. Не видя её, не зная имени, мужчина знал одно: где-то рядом есть та, ради которой стоит умереть… или убить.

Поднял голову, ноздри чуть дрожали – запах становился отчётливее, ближе. Вампир зарычал из темноты, готовясь к броску, но в следующее мгновение его противник уже не слышал ничего. Мир сузился до пульса, где-то впереди – мягкого, сбивчивого, человеческого.

Из-за угла, освещённая вспышкой молнии, показалась девушка. Она прижимала к себе сумку, не осознавая, что стоит посреди поля битвы. Ветер трепал пряди её волос, и эти пряди пахли именно так – как тёплый дождь, как жизнь, которой ему всегда не хватало.

Оборотень шагнул вперёд, даже не понимая, делает ли это сам. Вампир воспользовался моментом и метнулся, сверкая глазами, но его уже перехватила лапа, ударившая с такой силой, что тело отлетело в тень. Он больше не дрался – он защищал.

Девушка вздрогнула, наконец заметив движение. Их взгляды встретились – её глаза широко раскрылись, в них был ужас, но и что-то ещё, неоформленное. Мужчина понял, что это невозможно: она не знает его, а он – не знает её, но в глубине души всё уже решено.

Она застыла всего на мгновение – глаза встретились, и время будто замерло. Но затем реальность хлестнула по нервам: за её спиной, в нескольких шагах, распростёрлось чьё-то тело, в воздухе стоял запах крови, зверь перед ней – огромный, нереальный. Сердце сорвалось с груди.

– Нет… – выдохнула она почти беззвучно и метнулась прочь.

Её шаги отдавались в его ушах громче удара сердца. Он не двинулся. Только смотрел, как она исчезает за поворотом улицы, укутанная ночным туманом. Вампир, хрипя, попытался подняться – зубы блеснули, но ответом стал хищный рык. Одно движение – короткое, точное – и тьма снова примирила противников.

Тишина. Только шум ветра и лёгкий дождь. Мужчина, который запоминал и тянулся к её запаху, стоял, нависая над обугленным асфальтом. Чувствует, как остывает кровь на когтях, и как внутри осталась только пустота… и тонкая, почти невидимая нить, тянущаяся туда, где исчезла она. Поднял взгляд в ту сторону, куда унесла её ночь. Сердце снова ударило – не от ярости, не от жажды охоты. От зова зверя внутри, что почуял свою единственную.

Он не знал ни её имени, ни причины, по которой судьба привела сюда их обоих, но был уверен в одном: расправится с вампиром и найдёт её. И тогда всё изменится. Она та, кто даст силы на восстановление. Ему лишь нужно коснуться её запаха и кожи. Ведомый своими ранами не сможет удержаться

Тишина квартиры встретила её гулким эхом капель, стучащих по подоконнику. Серый свет фонаря из-за шторы ложился на стены, делая их ещё более пустыми. Эмили опустилась на кровать не разуваясь. Пальцы всё ещё дрожали, пока она пыталась заставить себя дышать ровно.

В папахах добралась домой, оставляя весь странный ужас позади. Казалось бы, сейчас поставит чайник и снова будет готовиться к работе и к экзаменам. Но сердце до сих пор отбивает бешеный ритм. Что же она видела? Фантастика или Эмили так вымоталась за день, что воображение рисует разные и непонятные разуму образы.

Перед глазами всё время стоял тот миг – вспышка молнии, фигура в темноте, и… этот взгляд. Не просто злость или звериная ярость. Что-то другое. Так смотрят не на чужого человека. Так не смотрят вообще, как будто он знал её.

Эмили провела рукой по лицу, пытаясь отогнать навязчивую мысль. Может, это просто шок. Может, почудилось. Или она сходит с ума от усталости – университет, подработка, вечные долги, бессонные ночи. Ей бы только день прожить спокойно.

Она поднялась, налила воды, сделала глоток. Стекло стакана звонко дрогнуло в пальцах. Перед внутренним взором – всё тот же силуэт: высокие плечи, полуразорванная одежда, глаза, в которых дико плескалась тьма. Они встретились на миг – и этот миг будто прожёг её насквозь.

– Что это было? – прошептала она в пустоту.

Ответом стала тишина. Кого ей спрашивать родители живут за городом и кое-как сводят концы с концами. Иногда она очень скучала по родителям.

И вдруг – стук в дверь. Ровный, негромкий, но в этой тишине – пугающе отчётливый. Сердце Эмили вздрогнуло, как пойманная птица. Кто мог прийти в такую позднюю пору?

Она замерла. Второй удар, чуть настойчивее. И где‑то глубоко внутри, вопреки страху, что-то шевельнулось – то самое необъяснимое чувство, что вспыхнуло в тот момент, когда их взгляды встретились. Эмили стояла перед дверью, чувствуя, как каждый удар сердца отзывается в висках. Рука дрожала, когда она потянулась к ручке.

Щелчок замка прозвучал оглушительно громко. Дверь приоткрылась – и в следующую секунду воздух вырвало из её груди. Это проносило дрожь по всему телу, даже щекотно дышать. Потому задержала дыхание. Её взгляд судорожно прошёлся сверху вниз. В испуге Эмили настиг словесный ступор, девушка принялась открывать и закрывать рот.

На пороге стоял он – от самый незнакомец. Глаза – всё те же, тёмные, нереальные. Плечи – широкие, на рубашке рваные следы, по коже тянулись тёмные полосы крови. Он шатнулся, удерживаясь о косяк.

– Не бойся… – тихо прохрипел он, словно слова давались через боль.

Но она не успела ничего ответить, он же шагнул вперёд, почти падая. Его вес прижал её к стене, дыхание горячей волной обожгло шею. И вдруг он замер, вдыхая её запах – осторожно, будто боялся спугнуть.

Всё тело Эмили словно сжалось от страха, но с каждой секундой страх растворялся, уступая место странному знанию, что всё это… правильно. Не осмысленно, дико, но верно. Когда он поднял голову, их взгляды встретились. Мир стал тише.

Она не успела понять, кто первый приблизился. Губы коснулись её губ, и всё вокруг перестало существовать. С каждым поцелуем он словно оживал. Тепло от его рук стало ровнее, дыхание – спокойнее. Прямо на глазах истончаются линии его ран, исчезают следы крови. Она отстранилась на мгновение, поражённая – кожа под её пальцами уже гладкая, горячая, живая.

– Что с тобой?.. – выдохнула она.

Он открыл глаза, в которых уже не было ни звериного блеска, ни холода. Только усталость и тихая благодарность.

– Ты… исцеляешь… – прошептал он. – Даже не зная, кто я.

В комнате царила тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием. Эмили отступила на шаг, не сводя взгляда с него. Он стоял посреди её маленькой гостиной, словно чужак в мире, который к нему не принадлежал. На полу капли воды, принесённые дождём с улицы, мерцали в свете ночника.

– Кто… кто ты? – наконец выдохнула она.

Незнакомец поднял взгляд.

– Меня зовут Даркс. – Голос звучал низко, глухо, будто шёл из глубины груди. – Я оборотень.

Эмили нервно рассмеялась – слишком тихо, слишком неуверенно.

– Конечно… оборотень. А я, наверное, ведьма. Прости, но это… безумие.

– Безумие – то, что я чувствую, когда смотрю на тебя, – ответил он спокойно, почти устало. – С того мгновения, как твой запах коснулся моего сознания, я знал: ты – моя истинная пара.

Он сделал движение вперёд, но, заметив, как она невольно отступила, остановился.

– Так устроено. Наши судьбы переплетены, Эмили.

Её имя, произнесённое им, прозвучало странно правильно. Как будто он говорил его много раз раньше, когда не должен был знать его вовсе.

– Это невозможно, – прошептала она. – Нет никаких истинных пар, никаких судеб. Есть просто… жизнь. Учёба, работа… долги. А то, что произошло сегодня – это кошмар, не более.

Мужчина, что вошёл в её дом, не сразу ответил. Продолжительное время просто стоял, опустив взгляд в пол, давая ей время отдышаться.

Когда заговорил вновь, голос его стал мягче:

– Не прошу верить. Я просто не могу уйти. Ещё нет.

Эмили долго смотрела на него – на человека, который не совсем человек. В это сложно поверить, но почему-то она была уверена Даркс или как он себя назвал, не лгал. Её взгляд сосредоточился на его лице, на глазах, в которых не осталось угрозы, только усталость и непонимание. И вдруг почувствовала жалость. Ибо мужчина выглядел потерянным, почти обычным. Почти.

– Хорошо, – наконец сказала она тихо. – Только на одну ночь. Диван вон там. И, если это сон, пусть утром всё исчезнет вместе с тобой.

Она развернулась, ушла в спальню, закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной. Что за сказки? Девушка зажмурилась и потрясла головой, такого не бывает! Это точно сон или галлюцинация, но она всё ещё чувствует вкус его губ на своих губах.

За стеной послышался лёгкий вдох, как будто зверь впервые позволил себе уснуть. Но Эмили не смогла заснуть вовсе. Девушка лежала в темноте и думала о нём, о взгляде, о тех словах. И о своём первом поцелуе... такое не забыть, даже если это всё неправда.

«Истинная пара»… Звучало безумием. Но почему тогда внутри всё горело от одного только воспоминания?