Мой призрачный дракон

Пролог

— «Проклятье, все же он хорош!» — пронеслось в моей голове, пока я дрожащими от нетерпения руками, стягивая с мужа одежду. Словно подслушав мои мысли, Дерек на мгновение замер — обнаженный торс, растрепанные волосы, падающие на лицо, глаза, горящие неприкрытым желанием — это зрелище сводило меня с ума. Шумно выдохнув, я потянулась к его ремню, но мужчина перехватил мои руки, чуть отступая на шаг. Считанные секунды и остатки его одежды полетели на пол, а мой взгляд невольно скользнул по его телу, чуть задержавшись на впечатляющей его части.

— Моя, — хриплым голосом бросил муж, вжимая меня в простыни всем своим весом. Яростно впиваясь в мои губы жадным, требовательным поцелуем, лишая меня возможности дышать. Жар его тела обжигал кожу, а сильные руки крепко сжимали мои бёдра, словно он боялся, что я исчезну. Заглушая мой крик неистовым поцелуем, Дерек одним глубоким, властным движением ворвался в меня и застыл в сладкой пытке, давая мне время привыкнуть.

Застонав от нетерпения, желая большего, я выгнулась к нему навстречу, всем телом прижимаясь к возбужденному мужчине, слегка прикусила кожу в уязвимом месте у основания его шеи. По телу мужа тотчас прошла дрожь, голова запрокинулась, а сквозь стиснутые зубы вырвался глухой рык.

Скользнув ладонями под мои бедра, он приподнял их, находя идеальный угол. На миг мужчина замер, посмотрев мне в глаза потемневшим от страсти взглядом, а затем начал двигаться. Поначалу толчки были медленными, в такт движениям его языка в моем рту, но вскоре темп нарастал, дыхание мужа стало тяжелым и прерывистым, все больше меня распаляя.

Каждое его движение приближало нас к той грани, за которой не останется ничего, кроме нас двоих. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй заставляли меня дрожать от невыносимого желания. Я растворялась в этих ощущениях, теряя связь с реальностью. С каждой секундой напряжение нарастало, жар разливался по моему телу обжигающими волнами... и наконец мир взорвался россыпью звезд, и вихрь наслаждения захлестнул меня с головой. На краю сознания, прежде чем погрузится в сладкую истому, я успела почувствовать, как тело мужа напряглось в момент наивысшего пика блаженства...

Спустя несколько минут, дождавшись, когда дыхание Дерека стало размеренным, я осторожно повернулась на бок и крепко сжала в руке амулет, заблаговременно спрятанный под подушкой.
— Прости, — едва слышно прошептала, резким движением прижимая золотую брошь к его груди. Я убедилась, что мой муж без сознания, быстро защелкнула наручники на его запястьях, притянув руки к спинке кровати, бросилась к креслу.

Его рубашка была мне велика, но сейчас не до удобства. Натянув штаны, я метнулась к комоду, где лежала проклятая шкатулка. Руки дрожали, но я заставила себя собраться — времени на эмоции не было. Затолкав шкатулку в сумку, я еще раз бросила взгляд на его неподвижное тело. На миг меня захлестнуло сожаление, но, увы, другого выхода у меня не было.

Через секунду я выскользнула за дверь, стараясь ступать как можно тише, пробежала по коридору и прежде чем покинуть дом, сжала своё запястье...

— Этанов благополучно доставили к месту назначения. Они остались весьма довольны услугами и даже заплатили сверх оговоренной суммы, — продолжил доклад Дин, положив на стол увесистый кожаный мешок. Монеты внутри него тотчас отозвались мелодичным, радостным звоном.

— Гильдия в этом месяце хорошо выручила. Скажи парням — пусть часть денег раздадут семьям, чьи отцы лишились работы. И проследи, чтобы всё до последнего тинта дошло до нуждающихся, иначе головой ответят, — сурово проговорил «дядюшка», отодвигая мешок обратно. — Что нового слышно в городе?

— Вчера ночью один из пурпурных устроил безобразный скандал в Доме роз. Девушки, естественно, за себя постояли — слегка его помяли. А сегодня утром этот наглец заявился обратно, требует компенсацию за моральный ущерб и оплату услуг лекаря.

— Кто такой? — напрягся «дядюшка», бросив в мою сторону быстрый, обеспокоенный взгляд.

— Жернар, — лаконично доложил Слыхач, признанный лучшим добытчиком информации в воровской гильдии. — Угрожает натравить констеблей и пугает Розу судебным разбирательством.

— Хм... а что с товаром? — «дядюшка» перевел разговор на другую тему.

— Доставили как положено, заказчик расплатился согласно договоренности.

— Хорошо, можешь идти...

— Бека, ты завтра к Мелли собираешься? — тут же оживился Дин, бросая на меня лукавый взгляд из-под растрепанной русой челки. — Давненько тебя там не видели.

— Загляну, — хихикнула я, смущенно опуская взгляд, теребя краешек рукава своего платья, привычно изображая себя нежной фиалкой, любимой и единственной племянницей «дядюшки» Ариса. — Только если Рона там не будет.

— На порог его не пустим, — уверенно заявил парнишка, расправляя плечи, и, покосившись на массивную фигуру «дядюшки», склонился ближе и заговорщицким тоном добавил: — На этой неделе в трактир привезли вино из Мозаита. Мелли говорит, оно ягодами благоухает, прямо как в королевских погребах.

— О, ты точно знаешь, чем порадовать девушку, — рассмеялась, плавно соскальзывая с нагретого солнцем подоконника, где провела больше часа, внимательно слушая доклады воров, щипачей и прочих «сотрудников» нашей преступной семьи. Ноги слегка затекли от долгого сидения, и я незаметно потянулась, разминая мышцы.

— Ждем, — бросил напоследок Дин, наконец покидая погруженный в сумерки кабинет вполне респектабельного дома.

— Что будем делать с Эдаром? — тотчас озабоченно спросил «дядюшка», едва мы остались наедине.

— Наказать, чтобы впредь не смел обманывать, — отрывисто приказала, взяв в руки список заказов. — Его район передай Джону. Он сговорчивее будет и лишний раз рисковать не станет.

— Как скажешь. А что с пурпурным? Как бы действительно не навредил. С констеблями-то мы справимся, но лишних разборок не хотелось бы.

— Пусть выпроводят его и предупредят — если продолжит угрожать, дорога в Дом Роз для него будет закрыта.

— Не слишком ли круто? Всё-таки лорд... — с сомнением протянул мужчина.

— Лорд — это его отец, отличный мужик, частенько заказы оставляет. А этот... так, лордишка недоделанный, — презрительно хмыкнула, поправляя выбившуюся из прически прядь. — Пусть девушки из Розы намекнут ему — может похвастаться супруге, что раны получил в бою.

— Хм... — усмехнулся Арис, задумчиво поглаживая короткую седую бороду, в которой поблескивали золотые нити-украшения.

— Придётся все же съездить к Захари, — вздохнула, бросив на стол записку от смотрящего. — Совсем берега потерял, на чужую территорию залез.

— Думаешь, стоит? — нахмурился «дядюшка», но послушно последовал за мной, привычно придерживая дверь. — Может, отправим ребят?

— Нет. Когда дело касается убийства, нужно лично... показать, что такое не прощается, — мой голос стал жестким.

— Кхм... В Лутане скоро начнется передел власти, — усмехнулся мужчина, его глаза понимающе блеснули — он прекрасно знал, что если я вступаю в игру, пощады никому не будет...

Экипаж, запряженный парой статных вороных лошадей с лоснящимися боками, размеренно катил по старой булыжной мостовой, увозя нас в порт Южного города. Я молча смотрела в окно, затянутое тончайшей кисеей, перебирая в голове тревожные события последних дней. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в мрачные кроваво-красные тона, отражаясь в темных водах гавани. Дерзкое ограбление ювелирной лавки, двое хладнокровно убитых... Такого беззакония на моей территории не случалось уже очень давно.

Люди Захари встретили нас у массивных кованых ворот — всего пятеро головорезов с обветренными, словно дубленая кожа, лицами. Двое пришлых, один из которых — хрупкая девушка в темном плаще, явно не вызвали тревоги у этих самоуверенных незваных гостей, временно обосновавшихся в моем городе. Сам главарь, грузный мужчина с двойным подбородком, облаченный в богато расшитый золотом камзол, восседал на дубовом стуле с высокой спинкой, который больше походил на королевский трон. Его маленькие, заплывшие жиром глазки жадно блеснули при нашем появлении, выдавая плохо скрываемое любопытство.

— О, сам Ворон пожаловал! — усмехнулся Захари, демонстративно поигрывая массивным перстнем с крупным кроваво-красным рубином. — Чем обязан такой честью?

— Ты знаешь, — холодно проговорил Арис, останавливаясь посреди мощеного двора. — Лавка Старого Марка была не на твоей территории — это земли Призрака.

— А я почём знаю, где чья территория? — оскалился Захари, его голос сочился ядовитым сарказмом. — Может, у тебя карта есть?

— Была карта. У Марка в лавке, — чеканя каждое слово, произнесла я, вступая в эту любопытную беседу. — Только вот и лавки больше нет, и Марка... и его жены. Их кровь на твоих руках, Захари.

— Ты мне угрожаешь, девочка? — зло прорычал толстяк, рывком вскакивая с кресла, его люди тотчас подобрались ближе, зловеще позвякивая оружием.

— Предупреждаю, — едва заметно качнула головой, и «дядюшка» бесшумно отступил на шаг назад. — Один раз. Первый и последний...

Первым бросился детина слева — здоровенный громила с изрытым оспой лицом. Глупо и предсказуемо. Его потертый нож со свистом рассек воздух, но прошел мимо цели, а мой меткий удар пришёлся точно в солнечное сплетение, заставив громилу согнуться пополам от боли. Второй и третий накинулись одновременно — близнецы с одинаковыми рваными шрамами на впалых щеках, но я уже была готова к их нападению. Подобно дикой кошке, легко нырнула под их занесенные для удара руки, развернулась змеёй, впечатала крепко сжатый кулак одному в висок, второму — нож в незащищенный живот. Оба рухнули на брусчатку с глухим стуком, даже не успев издать предсмертный хрип.

Издав полузадушеный вопль, Захари выхватил инкрустированный драгоценными камнями кинжал. Но было уже поздно. Я скользнула к нему тенью, перехватила пухлую руку, унизанную перстнями руку и с силой ударила кастетом в переносицу. Хрустнула кость, фонтаном брызнула алая кровь, и главарь рухнул, как подкошенный, роняя богатое оружие на потемневшие от времени камни.

— Ворон, прибери здесь, — процедила я сквозь зубы, брезгливо отряхивая с руки алые капли крови. — И передай нашим «друзьям» сообщение. В следующий раз я с ними церемониться не буду. Пусть выберут себе достойного главаря, если не хотят разделить участь этого самонадеянного глупца.

— Как скажешь, — невозмутимо кивнул Арис, неторопливо двинувшись к стонущему Захари, который корчился на земле, зажимая разбитое лицо трясущимися руками. 

Я же, окинув безлюдный двор цепким взглядом наёмника, отмечая каждую тень на стенах и глухой стук капель о брусчатку, поспешила раствориться в лабиринте ночных улочек. После таких «деловых встреч» кровь всегда бурлила в венах раскалённой лавой, а в голове шумело от выброса адреналина, туманя рассудок похлеще крепкого вина. Пальцы всё ещё подрагивали от пережитого напряжения, против воли сжимаясь в кулаки, а под кожей перекатывались тугие мышцы, готовые к новой схватке. К счастью, я точно знала, куда направиться в такие моменты, когда требовалось успокоить расшалившиеся нервы и привести мысли в порядок.

Всего через полчаса я уже сидела в своём любимом местечке — маленьком, уютном ресторанчике на тихой окраине города. Устроившись в отдельной нише, надёжно укрытой от посторонних глаз тяжёлыми бархатными портьерами, я с наслаждением вдыхала пряный аромат корицы и свежей выпечки.

В этом укромном уголке, освещённом лишь мерцанием свечей в бронзовом канделябре, под мелодичные переливы лютни и убаюкивающий гул приглушённых голосов, можно было ненадолго забыть о том, кто я на самом деле. Забыть о крови на руках, о жестоких законах улиц, где выживает сильнейший, о тяжком бремени власти над городским преступным миром, что давило на плечи подобно свинцовому плащу.

В этом тихом пристанище я могла просто быть собой — девушкой, которая любит музыку, вкусную еду и спокойные вечера...

День не задался с раннего утра. В доках обнаружили контрафактный товар из Алдоны, который каким-то образом миновал таможенный контроль. Пришлось сопровождать Ворона — моего угрюмого заместителя с вечно сутулой спиной — и урегулировать вопрос, заплатив немалую сумму штрафа.

После этого последовал изнурительный разговор с начальником порта. Мне предстояло убедить хамоватого, грузного и чрезмерно жадного мужчину в местном кабинете, пропахшем дешёвыми сигарами, что пятьдесят процентов — это слишком много, и не стоит ему зарываться. Его лоснившийся китель трещал на необъятном животе, пока он нервно постукивал пальцами по столу, обдумывая мои слова.

Покинув неприветливый портовый кабинет, я направилась в «Пряную гавань» — небольшую лавку специй на улице Морских ветров. Именно здесь обитал Рикард, тщедушный торговец с хитрым прищуром раскосых глаз, известный своей способностью доставать самые редкие вещи из любого уголка мира.

Колокольчик над дверью мелодично звякнул, когда я вошла в полутёмное помещение. Воздух здесь был густым от смеси экзотических ароматов — кардамон переплетался с шафраном, а терпкий запах можжевельника смешивался с нотками sare hore — редкой пряности из южных провинций.

— А, моя дорогая леди, — Рикард выскользнул из-за плотной занавески, отделявшей торговый зал от подсобки. — Какими судьбами? Неужели снова интересуют специи для вашего... особого бизнеса?

— На этот раз мне нужно кое-что посерьёзнее, — произнесла, присев на потёртый деревянный стул. — Говорят, в Лузане недавно нашли артефакт Древних. Мне нужно, чтобы он оказался здесь. В течение месяца.

— Лузана сейчас... неспокойное место. После последних событий там усилили надзор за древностями. Королевские смотрители глаз не спускают с каждой найденной безделушки. Риск очень велик.

— Риск всегда пропорционален награде, — насмешливо бросила, выложив на прилавок небольшой кожаный мешочек. Звон золотых монет в тишине лавки прозвучал особенно убедительно.

— Мне понадобятся связи среди городской стражи Лузаны. И это... увеличит расходы. — чуть запнувшись, пробормотала торговец. Его глаза жадно блеснули, но он всё ещё колебался.

— Назови цену, Рикард. Только помни — у тебя не так много клиентов, готовых платить за подобные услуги и при этом гарантирующих твою безопасность.

— Три тысячи золотом. Половина сейчас, половина по доставке. И мне потребуется доступ к вашим каналам в порту — для безопасной транспортировки. — почтительно склонил голову старик, признавая справедливость моих слов.

— Две с половиной, и можешь пользоваться северным доком. Большая скидка, учитывая сегодняшние неприятности с таможней.

— Как всегда, приятно иметь с вами дело, моя леди. Надеюсь, артефакт оправдает ваши ожидания, — проговорил Рикард, растянув тонкие губы в улыбке.

— У тебя месяц, Рикард. Не разочаруй меня, — подытожила нашу беседу, оставив на прилавке половину обещанной суммы, я, наконец, покинула порт, пропахший солью и водорослями. И направилась к дому Вельмы — старой лекарки, жившей на окраине в маленькой хижине, увитой диким виноградом. Нужно было проведать нашего новенького.

Мальчишку нашли неделю назад — грязного, избитого, в рваной рубахе, прячущегося за просмоленными бочками в доках. Мягкий эмонский акцент с характерным растягиванием гласных выдавал в нём беглеца с торгового судна. Когда его спросили, куда он направляется, мальчик лишь испуганно помотал головой — идти ему было некуда. Оставлять его в доках было опасно, и я привела его к лекарке…

— А, вот и ты! — Вельма, сухонькая старушка с добрыми морщинками вокруг глаз, встретила меня у порога, всегда безошибочно определяя время моего прихода. От её серого платья пахло целебными травами, а руки были испачканы чем-то ярко-зеленым. — Заходи скорее, Лучик только уснул.

— Лучик? — удивлённо приподняла бровь, переступая порог, пахнущий свежей выпечкой и мятой.

— Так назвала его моя внучка, — усмехнулась старая лекарка, поправляя выбившуюся из-под чепца седую прядь. — Говорит, когда он улыбается, словно солнышко выглядывает. А настоящего имени он нам так и не сказал.

— Ясно, — кивнула, проходя в маленькую комнату, освещённую мягким светом масляной лампы. Мальчик спал, свернувшись калачиком на узкой кровати, застеленной лоскутным одеялом. Светлые, почти белые волосы разметались по вышитой подушке, а на бледной щеке ещё виднелся желтеющий синяк.

— Ссадины почти прошли, аппетит к мальчонку вернулся, но уж больно он зашуганный, — проговорила Вельма, поставив на тумбочку рядом с кроватью чашку с отваром.

— Ничего, теперь он не один и мальчишке больше нечего бояться, — прошептала, осторожно поправляя цветное одеяло. — Теперь у него есть семья. Пусть и не совсем обычная. В конце концов, все мы когда-то были такими же — потерянными, одинокими, ненужными. Бродили по улицам, прячась от стражи, ютились в подворотнях, засыпали голодными. Пока не нашли друг друга и не создали свою собственную семью, пусть и живущую по особым законам.

— Пока ты не собрала нас всех, — возразила лекарка, зная гораздо больше остальных.

— Да, — коротко ответила, не отводя взгляда от лица ребенка. Я еще немного постояла у кровати мальчика, а затем тихо вышла из комнаты, стараясь не потревожить скрипучие половицы.

— Поешь, совсем исхудала! — проворчала Вельма, сунув мне в руки узелок с пирожками, от которых исходил дразнящий аромат корицы и яблок. — И не волнуйся, буду присылать ежедневные отчёты о нашем малыше. А ту траву, что ты просила собрать, я отправлю тебе завтра.

— Спасибо, — коротко поблагодарив лекарку, я поспешила выполнить обещание, данное Дину — заглянуть вечером в трактир, а заодно узнать настроение своих людей и послушать последние сплетни…

Трактир «Чёрная лилия» встретил меня привычным гомоном и теплом очага. Тяжёлая дубовая дверь с чёрной кованой лилией на притолоке плавно закрылась за спиной, отсекая вечернюю прохладу. Пробираясь между столами, я кивала знакомым лицам, то и дело ловя на себе приветливые улыбки. Здесь, в прокуренном зале, где смешивались ароматы крепкого эля, жареного мяса и свежего хлеба, собирались не только воры и карманники, но и обычные горожане. Они и не подозревали, что половина посетителей — члены гильдии, мастерски скрывающие свою истинную природу за масками простых ремесленников и торговцев.

— Бека! — радостно воскликнул Дин, взмахнув кружкой так, что пена едва не перелилась через край. Он сидел за дальним столом вместе с Онором — лучшим картежником в городе, чьи тонкие пальцы с необычайной ловкостью тасовали колоду даже сейчас. — Мы уж думали, не придёшь!

— Как я могла пропустить обещанное вино? — улыбнулась, присаживаясь рядом. — К тому же давно не видела Мелли.

— Она наверху, — подмигнул Онор, перетасовывая колоду карт своими длинными, ловкими пальцами. — С Рейчел платья примеряют. — И снизив голос до шепота, добавил, — похоже, наша рыженькая красавица решила наконец-то обратить на себя внимание неприступного Дина.

— Всё никак не замечает? — сочувственно спросила, принимая от Тима бокал с темно-рубиновым вином.

— Как слепой котенок, — вздохнул Онор. — Вчера она специально уронила платок перед ним, так он поднял и даже не взглянул в её сторону. Просто отдал и ушел.

— Пойду проведаю её, — произнесла, захватив бокал. — А потом, Дин, мы с тобой сыграем. Давно хочу отыграться за прошлый раз.

— Попробуй, — тотчас хмыкнул парень, предвкушающе оскалившись.

Отвечать ему не стала, быстро обогнув столы, я поднялась по скрипучей лестнице, и, как и сообщил Онор, нашла Рейчел в комнате Мелли. Девушка стояла перед зеркалом в изумрудном платье, которое великолепно подчеркивало её огненные волосы.

— Прекрасно выглядишь, — искренне проговорила, прислонившись к дверному косяку.

— Бека! Ты пришла! — Рейчел резко обернулась, но тут же отворачиваясь, однако я успела заметить следы слез на её щеках.

— Поговорим? — предложила, проходя в комнату, прежде плотно закрыв дверь.

— Если хочешь, — неопределенно пожала плечами девушка, но все же присела на край кровати.

Следующий час мы провели, сплетничая и жалуясь на мужчин. Рейчел изливала душу, я слушала, иногда вставляя советы, а Мелли подливала нам вино, которое действительно пахло спелыми ягодами.

— Я глупая, да? — всхлипнула Рейчел, пододвигая к Мелли пустой бокал.

— Знаешь, иногда мужчины бывают удивительно слепы. Но есть способ открыть им глаза, — задумчиво проговорила, озорно подмигнув подруге.

— Какой? — тотчас поинтересовалась Рейчел, с надеждой на меня посмотрев.

— Спустимся в зал, — лукаво улыбнулась и чуть помедлив, продолжила, — сыграем в карты на желания. Обещаю, Дин не сможет не заметить тебя сегодня.

— Хм… отличная идея, — поддержала меня Мелли, заговорщицким голосом добавив, — Онору намекну, что все сегодняшние партии непременно должна выиграть Рейчел.

В зале уже играла музыка — менестрель настраивал лютню, а несколько пар кружились в танце. Онор, завидев нас, приглашающе помахал колодой, и мы, более не задерживаясь, поспешили к столу.

— Дамы, господа, — объявил он громко, окинув собравшихся цепким взглядом, — предлагаю партию! Ставка — одно желание победителя.

— Я в деле, — улыбнулась я, подмигнув Рейчел и Мелли.

— Я тоже. — Дин, как мы и думали, не устоял перед хорошей игрой и тоже к нам присоединился.

— И я, пожалуй, сыграю, — томно протянула Рейчел, — у меня уже есть на примете парочка интересных желаний.

Вечер обещал быть захватывающим. Карты легли на стол, музыка стала громче, а в воздухе повисло предвкушение чего-то необычного. Я поймала благодарный взгляд Рейчел и улыбнулась. Иногда даже маленькое вмешательство может изменить чью-то жизнь к лучшему…

Едва забрезжил рассвет, окрасив небо в нежные розовато-серые тона. В дубовую дверь кабинета громко постучали, и как только Ворон разрешил войти хриплым со сна голосом. В погруженную в полумрак комнату ворвался взволнованный Ардо, один из самых преданных людей гильдии. Его обычно аккуратная темная одежда была слегка помята, выдавая поспешность, с которой он прибыл.

— Прошу прощения за ранний визит, но дело срочное, — заговорил мужчина, встревоженно поглядывая то на меня, то на Ворона, нервно переступая с ноги на ногу.

— Говори уже, — вздохнул Арис он же Ворон, потирая покрасневшие от недосыпа глаза. Тени под его глазами выдавали бессонную ночь, проведенную за бумагами, разбросанными по массивному столу.

— Лорд Бертран требует встречи с Призраком. Сегодня в час дня, адрес указан на карточке, — выпалил Ардо на одном дыхании и невольно сжался, опасливо озираясь, словно само упоминание этого имени могло навлечь беду.

— Ты объяснил ему, что Призрак ни с кем не ведёт личных бесед? — проговорил Арис, бросив в мою сторону встревоженный взгляд. Я, едва заметно качнув головой, замерла у окна, где привычно устроилась с чашкой горячего травяного отвара. 

— Да, сказал, что все вопросы можно обсудить с Вороном, но... — Ардо запнулся, неопределенно пожав плечами.

— Но? — В голосе Ариса звякнул металл.

— Он настаивает.

— Ладно, иди, — проворчал Ворон, устало откидываясь на спинку кресла, — и не болтай об этом.

— Конечно, — коротко кивнул Ардо, тотчас рванув к выходу. Когда за нежданным посетителем закрылась дверь, в кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь мерным постукиванием пальцев Ворона по столешнице. Эта незатейливая мелодия отражалась от стен, заполняя помещение напряжённым ожиданием.

Я же задумчиво смотрела на просыпающийся город через мутноватое стекло, рассеяно водя пальцем по тёплому краю фарфоровой чашки.

— Что будем делать? — нарушил молчание «дядюшка», складывая руки на груди. — Лорд Бертран не из тех, кто принимает отказы.

— Знаю, — ответила, бережно ставя опустевшую чашку на подоконник. — Потому и беспокоюсь. Бертран — умный человек, просто так тревожить Призрака не станет.

— Может, всё же довольствуется беседой с Вороном? — В голосе «дядюшки» прозвучала робкая надежда, но его напряжённые плечи выдавали истинные мысли.

— Нет, — возразила, выпрямляясь и расправляя складки тёмного платья. — Раз уж лорд настаивает на личной встрече, значит, дело серьёзное. Но... — невесело усмехнулась, глядя на своё размытое отражение в оконном стекле, — Призрака он не увидит и не услышит. Наверняка у него имеется артефакт, подтверждающий личность.

— Рискованно, — нахмурился мужчина, его морщинистое лицо стало ещё более озабоченным. — Если он догадается...

— Не догадается, — уверенно ответила, разворачиваясь к собеседнику. Мой голос звучал твёрдо, не оставляя места сомнениям. — Это давно утерянная магия, и о ней знал только мой отец и ты.

 Ворон медленно покачал головой, но спорить не стал. За долгие годы он привык доверять моим решениям, даже если они порой казались безрассудными и опасными. В конце концов, именно эта способность рисковать и выигрывать, балансируя на грани возможного, сделала меня главой гильдии.

— Только будь осторожна, — проговорил мужчина, и в его голосе смешались отеческая забота и тревога. — Бертран не просто так занимает свой пост.

— Знаю, — улыбнулась, потянув на себя дверь шкафа. Металлические петли тихо скрипнули, словно соглашаясь с моими словами. — Скажи Ардо, что Призрак придёт к лорду в сопровождении Ворона.

— Слушаюсь, — коротко кивнул мужчина, привычным успокаивающим жестом поглаживая седую бороду. В его глазах мелькнула искра беспокойства. — Думаешь, он что-то знает?

Я невольно коснулась запястья, где под тонкой тканью рукава скрывалась татуировка — наследие тех времен, когда последователи Древних обладали невероятной силой. По легендам, они смогли заключить частицу души Древних в особые метки, передававшиеся избранным. Старые россказни, давно минувших дней... Хотя и сейчас находятся те, кто верит, что Древние до сих пор живут среди нас, смертных.

Горько усмехнувшись, вспоминая, как не верила отцу, когда он рассказывал мне об этой метке. Казалось, что это просто красивая сказка, выдумка... Пока однажды татуировка не спасла мне жизнь. Жаль только, что её силы не хватило, чтобы спасти его и маму...

Та ночь до сих пор стоит перед глазами — внезапное нападение на наш дом, крики, звон стали. Их было слишком много — предатели, люди, которым отец доверял. Я никогда не забуду последний взгляд отца. Навсегда запомню, как сжимала его окровавленную грудь, как рыдала, не в силах остановить уходящую жизнь. «Беги», — прошептал тогда отец, — «используй метку». И я послушалась, активировав древнюю силу как раз в тот момент, когда в комнату ворвался убийца, намереваясь избавиться от последнего свидетеля.

В тот день я поклялась найти и уничтожить каждого, кто был причастен к гибели моей семьи. В тот день я в первый и в последний раз воспользовалась даром забытых предков. Отец предупреждал: пробуждая Древнего, я становлюсь рабой его чар, становлюсь зависимой, слабой. А в моем положении слабость равносильна смерти, но сейчас мне снова придется обратиться к ее силе...

— Нет, — наконец ответила я, стряхивая тяжелые воспоминания. — Если бы Бертран что-то знал — действовал бы иначе. Скорее всего, у него действительно есть важное дело к Призраку.

— А если...

— Не волнуйся, — мягко улыбнулась, положив ладонь на плечо своего верного помощника. — Я буду осторожна. К тому же ты будешь рядом.

— Надеюсь, ты и в этот раз права, — вполголоса протянул мужчина...

Кабинет лорда Бертрана поражал своей вычурной роскошью — массивные шкафы из полированного красного дерева поднимались до самого потолка, картины в позолоченных рамах смотрели на посетителей надменными взглядами изображённых на них аристократов, а тяжелые бархатные шторы цвета спелой вишни приглушали яркий закатный свет. Воздух был пропитан терпким ароматом дорогого табака и едва уловимым запахом старых книг.

Ворон остановился у порога, сдержанно ожидая приглашения войти, его тёмный силуэт казался неуместным в этом царстве роскоши. Я же, невидимая благодаря древней магии, бесшумно скользнула следом, чувствуя, как магическая вуаль окутывает меня прохладным коконом.

— Ворон? — Процедил сквозь зубы Бертран, демонстративно не поднимая глаз от разложенных на столе бумаг. В его голосе сквозило плохо скрываемое раздражение, а холёные пальцы, унизанные перстнями, небрежно перебирали документы. — Я, кажется, ясно выразился — мне нужен Призрак.

— Мой господин... — начал было Арис, расправляя плечи, но лорд резко перебил его, словно отмахиваясь от назойливой мухи.

— Не желаю слушать! — он с силой ударил ладонью по полированной столешнице, заставив чернильницу подпрыгнуть и расплескать несколько капель на дорогую бумагу. — Призрак слишком много о себе возомнил. Думает, раз держит в руках весь преступный мир этого города, может пренебрегать моими просьбами?

— Лорд Бертран, — произнёс Арис, выпрямляясь во весь рост. — Призрак здесь.

— Что за чушь... — начал было Бертран, раздражённо взмахнув рукой, но осекся, когда древний артефакт, способный определять истинную личность, внезапно вспыхнул ярким изумрудным светом, подтверждая моё присутствие, едва мне стоило коснуться прохладной грани камня.

— Это невозможно, — потрясённо прошептал лорд, резко откинувшись на спинку массивного кресла. Его лицо побледнело, а руки, вцепившиеся в подлокотники, едва заметно дрожали. — Этот артефакт нельзя обмануть...

— Вы хотели встречи, лорд Бертран, — произнёс Ворон, его спокойный голос прозвучал особенно отчётливо в повисшей тишине. — Призрак здесь. Говорите.

Нервно осмотревшись по сторонам, словно пытаясь разглядеть невидимого собеседника, Бертран прокашлялся, машинально поправляя тонкий кружевной воротник, и, наконец, заговорил, понизив тон голоса:

— Нужно забрать у лорда Эддери шкатулку. В ней находятся важные сведения. — Он сделал паузу, барабаня пальцами по столу, и с нажимом добавил: — Не пытайтесь открыть её. Это может иметь... непредсказуемые последствия.

— Да, господин, — кивнул Арис, я же терпеливо ждала продолжения, застыв у книжного шкафа, чувствуя, что главное ещё не сказано.

— Но есть одна маленькая деталь… через два часа лорда Эддери казнят на центральной площади. За измену короне.

Только выдержка и многолетний опыт всегда находиться в тени не позволили мне громко выругаться: «Проклятье, это усложняет и без того непростое дело!»

— Вы можете остановить казнь? — задал интересующий меня вопрос Арис, в его голосе звучало напряжение, но он старался сохранять спокойствие.

— Нет, и даже отсрочить, увы, не могу, — Бертран покачал головой с выражением искреннего сожаления. Его тон был ровным, я бы сказала равнодушным, но глаза выдавали раздражение. — Герцог Рон весьма заинтересован в смерти лорда, а открыто вмешиваться я не могу… политика.

— Два часа… — тихо протянул Ворон, его взгляд стал еще более хмурым. — Где держат лорда?

— В Северной башне. Но предупреждаю — охрана усилена. Герцог хочет быть абсолютно уверен, что казнь состоится.

— Ясно, — коротко кивнул Ворон. Я же, слушая их разговор, мысленно прикидывала расстояние до башни и возможные пути проникновения. Времени было катастрофически мало. Организовать побег мы не успеем, подкупить палача тоже наверняка нет, а это значит, что остался только один выход…

— Цена? — спросил Арис. В его голосе слышалась нотка безнадежности, но старался сохранять самообладание. Показывать слабость он не имел права.

— Назовите свою, — Бертран слегка подался вперед. Его глаза вспыхнули азартом, хотя он старался сохранять видимость невозмутимости. Было очевидно, что сделка нужна ему не меньше, чем нам.

— Артефакт Зорта и десять полных кристаллов, — ответил Ворон, бросив быстрый, настороженный взгляд на Бертрана. Цена была невероятно высока. Артефакт, способный поднять на ноги даже умирающего от смертельного яда, был бесценным. Если Бертран согласится, шкатулка, которую он получит, содержит в себе нечто куда более ценное...

— Хм… — Бертран моргнул, на мгновение утратив самообладание, но быстро взял себя в руки и расплылся в довольной улыбке. — Договорились. Только после того, как я получу шкатулку.

— Хорошо, — коротко кивнул Арис, прищурив глаза, — уж слишком быстро согласился на наши условия лорд Бертран. Но, к сожалению, мы были не в том положении, чтобы выказывать свое недоверие.

Спустя десять минут, покинув мрачное, серое здание, где состоялась встреча и, скрывшись в тени подворотни, я, наконец, позволила себе снять защиту Древнего. Лёгкая слабость накатила волной, к горлу подступила тошнота, но я с облегчением отметила, что его сила не завладела мной.

— Вытащить приговорённого из Северной башни мы не успеем. Палач, насколько я понимаю, не подкупен и верен лорду Рону, — заговорила, кутаясь плотней в темный плащ.

— Может организовать налёт на площади, отвлечём стражу и выкрадем… — начал Ворон, но я перебила его, устало опустившись на старую покосившуюся бочку:

— Нет. Уверена, Рон предусмотрел и это. Стражи будет слишком много, а терять своих людей я не хочу. У нас есть только один способ решить эту проблему…

— Какой? — настороженно спросил Арис, подозрительно на меня посмотрев.

— Воспользоваться древним законом о помиловании, — усмехнулась, рывком поднимаясь. — Я выйду за него замуж. А ты приготовь план отхода. На какое-то время наша свадьба дезориентирует стражу и людей. Такое событие не происходило уже многие десятилетия. Пока они будут в замешательстве, мы покинем город и спрячемся на время. Но Рон просто так свою добычу не отпустит…

— Ты не можешь этого сделать! — встревоженно воскликнул Ворон, резко поддавшись ко мне. — Мы найдём кого-то другого. Любую другую женщину. Заплатим, уговорим. Но только не тебя. Это слишком опасно.

— Ты не понимаешь, — я встретила его взгляд с вызовом. — Здесь нужен кто-то, кто сможет подобраться ближе всех. Кто станет не просто женой, но союзником.

— Почему это должна быть ты? — голос Ворона дрогнул, выдав напряжение.

— Потому что только я могу получить доступ к шкатулке, — твёрдо ответила я. — Никто другой. Ни одна другая женщина с этим не справится, и ты это знаешь.

— Это безумие, — прошипел Арис. — Ты рискуешь собой ради…

— Ради того, чтобы сохранить нашу власть и порядок, — я крепко сжала его плечо, словно пытаясь передать свою решимость. — Ты знаешь, что произойдёт, если Лортан получит контроль над городом. Если мы не выполним этот заказ, гильдия будет уничтожена.

Ворон промолчал, но в его взгляде я видела, как страх боролся с преданностью.

— У нас осталось всего чуть больше часа, — мягко напомнила я. — Сделай так, чтобы нас не поймали. Со всем остальным я справлюсь.

— Хорошо, — наконец проронил Арис после долгой паузы, словно смирившись с неизбежным. — Но пообещай, что будешь осторожна.

— Как всегда, — ободряюще улыбнулась и, немного помедлив, добавила: — Мы справимся. А теперь поспешим, времени совсем не осталось...

На площади было многолюдно. Даже ярмарка не привлекала столько людей, как жестокое зрелище — казнь. Шум толпы, смешанный с возбужденными голосами, накатывал волнами, создавая ощущение гнетущего ожидания. Приговорённого ещё не вывели, но палач уже стоял у своего орудия, лениво разглядывая толпу сквозь прорези мешка. Его спокойствие казалось зловещим, как будто это действо для него было не более чем рутиной.

Беглым взглядом осмотрев площадь. Я среди разношерстной толпы зевак заметила своих людей — они стояли среди прочих зрителей, ничем не выделяясь. Разве что не смотрели на эшафот…

— Ведут… какой красавчик, — отвлёк меня восторженный шёпот девушки, занявшей лучшее место в «зрительном зале» — поближе к плахе.

— Говорят, он едва не убил короля, — азартно добавила соседка, её голос дрожал от предвкушения.

— Нет, он его внебрачный сын. Это скрывали, но мне знакомец поведал: он на кухне во дворце служит. Говорят, нынешняя супруга короля решила избавиться от претендента на трон.

— А я слышала, что он обесчестил дочь короля, — перебила другая, подняв голову, чтобы лучше видеть происходящее.

Со всех сторон сыпались домыслы. Толпа пылала любопытством, подогреваемая слухами. Я же стояла в стороне, стараясь не привлекать внимания, не сводила глаз с мужчины, которого вывели к плахе.

Он шёл спокойно, с гордо поднятой головой, будто вовсе не был пленником. Его шаги были размеренными, а взгляд, спокойный и уверенный. Выверенные движения выдавали человека, привыкшего контролировать ситуацию. И несмотря на стальные цепи, сковывающие запястья, он двигался, словно хищник, только временно попавший в западню. Даже палач, привыкший к разным жертвам, задержал на нём взгляд чуть дольше, чем следовало.

А публика словно завороженная, поддалась вперед и затаила дыхание. Этот мужчина явно не был обычным преступником. Его присутствие на эшафоте казалось неправильным, и от этого зрелище становилось ещё более напряжённым.

Но вот глашатай развернул пожелтевший свиток и начал зачитывать обвинение. Его голос, усиленный годами практики, разносился над притихшей площадью:

— По указу его величества короля, за измену короне, заговор против престола и покушение на жизнь членов королевской семьи, лорд Александр Эддери приговаривается к смертной казни через отсечение головы...

Толпа загудела, но глашатай продолжал, не обращая внимания на шум:

— Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Приговор привести в исполнение немедленно!

— Стойте! Я требую применения закона о помиловании Святой Анны! — мой крик прорезал гул толпы подобно удару молнии. Возбужденные голоса мгновенно стихли, люди отхлынули в стороны, образуя широкий проход, а десятки изумленных глаз обратились на меня.

Собрав всю свою решимость, я шагнула вперед. Резким движением, откинула капюшон темного плаща, позволяя присутствующим увидеть меня. Я устремила взгляд на растерянного глашатая, чье лицо исказилось в комичной гримасе полного замешательства.

— Я, леди Реббека Роуз, — мой голос звенел в застывшем воздухе площади, отражаясь от каменных стен домов, — беру в мужья приговоренного лорда Александра Эддери и требую его помилования по древнему закону Святой Анны!

Тишина, воцарившаяся после моих слов, казалась почти осязаемой. Даже вечно беспокойный ветер, гулявший по площади, словно замер, боясь нарушить этот момент. Стражники, закованные в начищенные до блеска доспехи, растерянно переглядывались, их руки, до этого крепко сжимавшие древки алебард, заметно дрогнули. Массивная фигура палача застыла подобно каменному изваянию, лишь его топор медленно опустился, отражая неуверенность своего хозяина. Глашатай, суетливо перебирая дрожащими пальцами пожелтевшие свитки, создавал неуместный шорох в этой звенящей тишине.

— Закон существует, — раздался властный, глубокий голос священника, до этого молча наблюдавшего за происходящим. Его седая борода и строгая ряса придавали его словам особый вес. — Это древнее право, дарованное нам предками и не отмененное по сей день. Если благородная дева готова взять в мужья приговоренного к смерти, он получает помилование перед людьми и Властителем.

Площадь вновь наполнилась гулом голосов, словно потревоженный улей. Шепотки и возгласы смешивались в единый нарастающий гомон. Я же продолжала стоять неподвижно, высоко подняв голову, ощущая, как сотни любопытных, недоумевающих взглядов буравят меня со всех сторон, пытаясь разгадать мои мотивы.

— Какая удача, — донесся до меня пропитанный ядовитой завистью шепот одной из девушек, стоявших у самого эшафота. Это была та самая дама, что ранее так восторженно обсуждала внешность приговорённого. — Пока мы тут стояли и глазели, она успела урвать себе такого мужчину. И ведь теперь он будет принадлежать только ей...

— Лорд Эддери, согласны ли вы взять в жёны леди Ребекку Роуз? — торжественно произнёс священник, его громкий голос прервал нарастающий гул толпы, а я, наконец, взглянула на того, с кем решила связать свою судьбу навеки.

Лорд Александр стоял прямо, его высокий силуэт казался незыблемым, как скала. Он пристально смотрел на меня, и в его взоре читалось удивление и лёгкая настороженность, словно он пытался понять причину столь неожиданного поступка. Это был взгляд человека, привыкшего оценивать ситуацию, прежде чем сделать шаг, и я понимала его замешательство. Ведь не каждый день незнакомая девушка спасает приговорённого к смерти, ссылаясь на древний закон. Это выглядело безумием и вызовом судьбе.

— Лорд Эддери, — напомнил священник, с недоумением взглянув на мужчину.

Александр продолжал хранить молчание, и это молчание, казалось, длилось целую вечность. Мое сердце гулко билось, отдаваясь болью в рёбрах, а по спине стекал холодный пот. Всё зависело от одного его слова. Если он откажется, весь план рухнет, и вместо спасения я окажусь в ловушке вместе с ним.

Но, наконец голос лорда разрезал напряжённую тишину, прозвучав твёрдо и уверенно:

— Да, согласен.

Толпа тут же загудела, как растревоженный улей. Люди перешёптывались, обсуждая невероятное развитие событий. Я же едва сдержала вздох облегчения, стараясь сохранить на лице спокойное выражение. Но где-то глубоко внутри вспыхнуло беспокойство — первый шаг был сделан, и пути назад уже не было…

— Святой отец, — торопливо произнесла я, взбегая по ступеням к эшафоту, — прошу вас, начинайте обряд. Немедленно.

Священник удивлённо приподнял седые брови, его взгляд скользнул от меня к Александру и обратно, но он благоразумно промолчал. Лишь едва заметный вздох сопровождал его движение, когда старец открыл книгу на нужной странице. Краем глаза я успела заметить, как уголки губ Александра чуть приподнялись. Похоже, его забавляла моя поспешность, и эта насмешка в его взгляде только усиливала моё раздражение.

— Властью, данной мне Создателем... — начал святой отец, но я перебила его:

— Только самое необходимое, прошу вас.

На этот раз Александр не сдержал усмешки, а в его глазах мелькнуло что-то похожее на веселье. Впрочем, мне было не до его реакции — каждая секунда промедления увеличивала риск.

Слова молитвы звучали сухо и быстро, как шелест страниц, но мне казалось, что время тянется бесконечно. Наконец, священник произнёс последние слова. Кольца — простые, без излишеств, которые предусмотрительно передал мне Ворон, — были обменены. Церемония завершилась, и тяжёлые кандалы с рук Александра с громким лязгом упали на деревянный пол. Не дав ему опомниться, я схватила мужа за руку и потянула прочь с площади, в узкий проулок между домами.

— Куда же вы так спешите, леди? — донёсся вслед чей-то насмешливый голос.

— Видать, не терпится молодой жене! — подхватил другой, и площадь взорвалась смехом.

Я не обращала внимания на издёвки — было бы глупо ожидать другой реакции. Однако не успели мы углубиться в лабиринт улочек, как Александр круто развернулся, перехватывая инициативу. Его пальцы крепко сжали моё запястье, и теперь уже он потащил меня за собой, уверено сворачивая к порту.

— Постойте! — попыталась я вырваться, но его хватка была железной.

— Послушай, — лорд Эддери резко остановился, развернувшись ко мне. Его глаза потемнели от гнева, а губы искривились в усмешке. — Я не знаю, зачем ты это сделала, какую цель преследовала, выйдя за меня замуж. Но ты только что нажила себе могущественного врага. И теперь не мешай мне нас спасти.

Не успела я возразить, как он снова потянул меня вперёд, и я решила не сопротивляется, в конце концов, сейчас у нас была одна цель — скрыться от преследователей…

Мы около часа петляли по узким улочкам старого города. Шаги лорда были быстрыми и точными, словно он знал каждый выщербленный булыжник на этом извилистом пути. В тусклом свете темных переулков мы двигались в каком-то безумном, хаотичном танце, где мне оставалось только следовать за ним, едва успевая замечать мелькающие по сторонам знакомые вывески и потускневшие фонари. 

Свернув в очередной сумрачный проулок, мы пробежали вдоль серых каменных стен и резко затормозили. Из-за крутого поворота внезапно наперерез нам вышел отряд городских стражников. Их было не меньше десятка — закованные в броню фигуры заполнили всю ширину улицы. Начищенное оружие угрожающе сверкало в редких лучах солнца, пробивающихся сквозь нависшие крыши, а их решительные лица не оставляли сомнений в намерениях.

Лорд Эддери мгновенно оценил ситуацию. Одним плавным движением он оттеснил меня себе за спину, попутно подхватив с земли крепкую палку. Я лишь усмехнулась, бесшумно вытаскивая из потайных ножен отточенный кинжал.

Первый удар муж встретил своим импровизированным оружием, отчего палка загудела, но выдержала. Второй удар он ловко отвел в сторону, а третьего стражника встретил мой клинок, найдя щель между нагрудником и шеей. Захлебнувшись предсмертным хрипом, страж выронил меч, который в то же мгновение оказался в руках изумленного, но не растерявшегося Александра.

Дальше бой закружился в неистовом темпе. Мы двигались настолько слаженно, словно годами оттачивали совместные приемы. Когда один из стражников попытался зайти Александру за спину, я молниеносно метнула второй кинжал, пригвоздив его плащ к старой деревянной двери. А бросившегося на меня громилу с двуручным мечом одним точным ударом в висок вырубил лорд Эддери, не позволив тому даже приблизиться ко мне. В следующее мгновение откуда-то сверху посыпался град булыжников — мои верные люди пришли на помощь... коротко кивнув парням в знак благодарности, мы с Александром, воспользовавшись замешательством оставшейся стражи, бросились бежать по извилистому переулку, растворяясь в лабиринте городских улиц. 

А вскоре под ногами предательски захрустела прибрежная галька, и каждый наш шаг отдавался гулким эхом в прохладном морском воздухе. Крутой каменистый спуск, поросший редкими пучками жесткой травы, вывел нас к укромной бухте, где тихо покачивалась на волнах добротная рыбацкая лодка. И мне теперь стало ясно, куда так целенаправленно вёл нас мой новоиспеченный муж.

— Нет! Подожди! — Воскликнула и попыталась остановиться, но Александр, молча, не теряя ни секунды, подхватил меня на руки, словно я была невесомым пёрышком, и одним уверенным прыжком оказался в лодке.

Бросив последний тревожный взгляд на пустынный берег, я увидела замершую в тени прибрежных скал знакомую фигуру Ворона. Едва заметным движением пальцев я показала ему условный знак: «Я вернусь». Затем решительно освободилась из стальных объятий лорда Эддери и, устроившись на единственном потрепанном мешке, намеренно не удостоив вниманием удивленных взглядов мужчин, устремила взор к темнеющему на горизонте кораблю...

Мой план пошёл совсем не так, как задумывалось. Вместо того чтобы контролировать ситуацию, я оказалась в полной власти человека, которого собиралась использовать в своих целях. А где-то в городе остались мои люди... что ж, придётся импровизировать. Всё же я не зря столько лет управляла преступным миром — умение находить выход из самых безнадежных ситуаций давно стало моей второй натурой.

Украдкой взглянув на Александра, который уверенно направлял лодку к далекому кораблю, я невольно отметила, что в каждом его движении чувствовалась несгибаемая сила и решительность человека, привыкшего держать всё под своим неусыпным контролем. Что ж, посмотрим, кто кого переиграет в этой замысловатой партии. В конце концов, теперь у меня есть неоспоримое преимущество — он мой законный муж, пусть и по весьма странному стечению обстоятельств.

А, пока мне оставалось только одно — позволить событиям идти своим чередом, наблюдая и выжидая подходящего момента. Порой нужно отступить на шаг назад, чтобы потом стремительно сделать два шага вперёд. Но я умела ждать, и что куда важнее, умела виртуозно превращать любые неблагоприятные обстоятельства в свою пользу. Даже если для этого придётся немного... изменить правила игры.
#дружеская рекомендация
У Анны Романовой новинка в жанре любовное фэнтези


“Внимание! Темный Властелин разыскивает светлую целительницу!”
Узнав эту новость, я надеялась, что меня не найдут. Ведь попав во дворец, я чуть не убила его поцелуем…
Теперь на меня ведется охота, а я вынуждена скрывать свой настоящий облик. Но, кто бы мог подумать, что в одну из ночей в мой дом все-таки постучит Темный Властелин…
Так! Теперь самое главное, не выдать себя и не дать ему понять, что именно я и есть причина его недуга. Вот только он дракон, и провести его будет ой, как непросто…