Мой (с)нежный зверь

– Ты никуда отсюда не уйдёшь. Останешься. Здесь. Со мной, – отчеканил каждое слово жутковатый мужик, наступая на меня громадной фигурой из глубины комнаты.

Нет, зверь! Несколько минут назад он был большим белым медведем!

Ноги понесли меня к лестнице, едва не оступилась от страха и не полетела вниз со ступеней, рискуя сломать себе шею.

Позади раздавались его неторопливые тяжёлые шаги, словно он знал наперёд, что я никуда от него не денусь. Настигнет, найдёт.

В голове билась одна-единственная здравая мысль – бежать прочь!

Понимала, что кричать бессмысленно, никто мне не поможет. Мы с ним в доме одни, в этом глухом лесу, да во всей округе ни живой души, здесь даже не ловит сотовая связь!

Но я готова была броситься в объятия стылого мороза в одном свитере и носках, вязнуть по колено в сугробах, ползти, используя шанс спастись от преследующего меня ужаса.

– Алиса-а-а… тебе некуда бежать.

Его огрубевший, низкий голос прошёлся лезвием по натянутым до предела нервам.

Вытолкнув из горла воздух, я спрыгнула с последних ступеней и вывалилась в просторную гостиную. Заозиралась в поисках своей куртки, совершенно запамятовав, что та осталась валяться на улице.

И сапог у входной двери тоже не было.

Всё предусмотрел, верзила!

А нет про свои безразмерные валенки забыл, те сохли у растопленного камина, я сама их там скинула. Затем наткнулась на лежавший на спинке дивана плед, сгодится за одежду! Может, мне удастся добраться до какой-нибудь деревушки и вызвать помощь.

Метнулась к обуви, всунула ноги в валенки, всё-таки в одних носках в мороз далеко не убежишь.

А вот плед взять не успела – отшельник появился в проёме гостиной. Нахмурившись, пошёл на меня.

Я испуганно попятилась, пока не упёрлась спиной в дверь. Дёрнула ручку в угасающей надежде – заперто!

Мамочки… Вот попала! Паника набирала обороты, пульс зашкаливал. Я была не далека от истерики.

Медведь. Оборотень… они же существуют лишь в сказках!

Всё это не может быть правдой! Никак! Мой разум раскололся, отказываясь принимать такую реальность.

– Я же сказал, – мгновение и хозяин хижины оказался рядом. Поставил обе свои руки по бокам от моей головы, заключая в ловушку и нависая горой.

Застыла рядом с ним трусливым зайцем, пойманная в силки, и едва дышала.

– Не отпущу-у.

От пламенного взгляда сурового красавца сердце ёкнуло и рухнуло в пятки. Не выдержала и отвернулась, зажмурившись.

Он поймал моё лицо за подбородок и развернул к себе, надавил, заставив распахнуть веки и заглянуть в звериные глаза, которые пронизали золотистые прожилки, а по краям серой радужки расплылся расплавленный янтарь.

Страшно. Завораживающе. Опасно.

– П-почему? Зачем я вам?! – пискнула, храбрясь, желая слиться с дверью. А лучше исчезнуть от него подальше.

– Моя ты, – оскалился в ярости бородатый тип, словно подслушав мои мысли.

Крылья его носа шевелились. Он принюхивался ко мне!

Дыхание мужчины вдруг опалило кожу шеи, склонившись, провёл кончиком носа по трепещущей синей жилке, рассыпая гость приятных мурашек по телу.

– Зверь так решил.

Зверь, но не ОН.

Алиса

Увидеть северное сияние я мечтала с детства. Эти удивительные всполохи, разливающиеся по тёмному полярному небу цветным пожаром.

Да как-то не срослось. Выросла и не до этого стало.

Я среднестатистическая жительница Москвы, в свои двадцать пять работала медсестрой в частной клинике хирургии. Выучиться на врача не было финансовых возможностей, хотя планы я строила наполеоновские. Хотела стать нейрохирургом, однако судьба распорядилась иначе.

На моëм иждивении находилась больная мать.

Пять лет назад маму сбила машина на большой скорости прямо на пешеходном переходе, произошло это зимой в гололёд и в тёмное время суток. Ублюдок водитель сразу скрылся, хорошо, что добрые люди заметили и вызвали скорую.

Спасли. Однако врачи констатировали неутешительный диагноз – перелом шейки бедра со смещением. Для нас это стало фатальным. Маме на тот момент было пятьдесят один, вдобавок родила она меня поздно.

Операция особо не помогла, как и курс пройденной реабилитации. У неё образовался ложный сустав, обострились хронические заболевания, и как следствие к общему букету добавился посттравматический болевой синдром и зависимость от болеутоляющих препаратов.

Мне пришлось закончить колледж и выйти на работу, так как на обезболы и прочие лекарства требовались деньги. Отца я своего не помнила, этот мерзавец бросил маму, когда она сообщила ему о беременности. Так мы и жили в стандартной «хрущевке», в двушке.

В начале января у меня начался отпуск, и мои близкие друзья взяли меня в оборот, мол, пора наконец воплощать в жизнь мечты и хоть раз нормально отдохнуть.

Оказалось, что они за моей спиной  давно сговорились с матерью.

– Поезжай, родная, развлекись, а то ты всё своё время тратишь на меня старую, – сказала она мне накануне вечером за ужином. – Так и годы молодые пролетят, тебе мужа искать давно пора. Внуков хочу понянчить, прежде, чем на тот свет уйти.

– Ма! Ну что ты такое говоришь?.. – растерялась я и сжала еë в крепких объятиях. А она заплакала, и я вместе с ней.

Пришлось внять уговорам и сдаться, боялась сильнее её расстроить.

Я накупила ей полный холодильник продуктов, и на время моего отсутствия в городе попросила соседку приглядеть за ней. Тёть Маша жила одна, дети её выросли и разъехались кто и куда, поэтому она согласилась составить маме компанию с радостью.

А меня друзья толпой затолкали в самолёт.

Аргументировали выбор летающего средства передвижения тем, что не стоит терять время и силы на поезд и легковое авто. По воздуху мы доберёмся всего за какие-то два с половиной часа!

Вместе мы отправились в Хибины – самый высокогорный курорт на северо-западе России, рай для фрирайдеров, снежные деревни и таинственные леса.

Угу, учитывая то, что летать я опасалась, насмотревшись  фильмов ужасов с крушением самолётов, вся прелесть полёта прошла для меня с повязкой на глазах за прослушиванием музыки в наушниках.

– Алиса, трусишка, хватит прятаться. Ты только посмотри на эту снежную красоту! – дернула меня за локоть Маринка. – Приближаемся к Кировску.

Я стянула повязку и ахнула. Страх отошёл на второй план, в душе расцвёл непередаваемый восторг!

За окном внизу за чертой города на фоне завораживающего ясного северного неба виднелись величественные склоны горы Айкуайвенчорр, покрытые пушистым белым снегом, расчерченные маршрутными линиями трасс.

Какая красота!

В аэропорту сели в автобус, который благополучно доставил нас на к гостиничному комплексу. Дружной компанией мы вывалились на свежий воздух и сразу направились зарегистрироваться в комфортабельный домик с панорамными окнами и дизайнерским интерьером.

Отдохнули немного, перекусили, затем трансфер доставил нас к «Большому Вудъявру». Там мы обзавелись необходимым снаряжением и отправились на поиски толкового инструктора.

Воздух вокруг был свежим и морозным. Я вдохнула его полной грудью. Хорошо как! Чувствовала, как каждый вдох заряжает меня энергией от предстоящего приключения.

Тогда я даже представить себе не могла во что вскоре вляпаюсь по самое не балуй…

❄❄❄
История выходит в рамках литмоба 

Маринка с Олегом и Деном звонко смеясь укатили вниз со склона, а я всë ещё возилась с лыжами.

– Алиска, догоняй!

– Встретимся внизу! – крикнули они мне.

Закусила губу, хорошо им, не впервой катаются, а меня немного потряхивало от страха.

Опустившись на колено, я воткнула ботинок в паз держателя, закрепила каблук, отрегулировала жесткость крепления. Потом таким же образом поступила и со вторым ботинком. Затянула ремни безопасности и выпрямилась.

Мороз давил около десятки, кончики пальцев в перчатках замёрзли, и я пожалела, что не надела варежки.

Опустила очки и схватилась за палки, однако застыла в нерешительности, наблюдая за умелым скольжением друзей в разноцветных комбинезонах по белоснежному склону. Для себя я выбрала оранжевый.

– Смелее, Алиса, – раздался приятный голос инструктора рядом. За своими переживаниями, успела уже забыть о мужчине. – У вас всё получится.

Ну же, давай! Хватит трусить! Все могут, а я что?! Когда я ещё решусь на подобный экстрим?

И вздохнув, я резко оттолкнулась и покатилась вниз по трассе, оставляя инструктора позади. Держа палки в свободно вытянутых руках, я что есть сил скользила вниз с горы.

В ушах свистел ветер, щёки обжигал морозец, адреналин зашкаливал! Но тем не менее я старалась следить за тем, чтобы лыжи не соприкасались и не расходились слишком далеко, и между коленями постоянно сохраняла небольшой зазор.

У меня получалось! Вспоминая рекомендации, я заставляла себя сохранять преимущественно высокую стойку. Так мои мышцы не перенапрягались, и потом у меня не случится болей, судорог в области бёдер.

Слегка меняя наклон, пружиня обеими ногами и перенося вес тела с одной стопы на другую, я миновала других замешкавшихся лыжников. Постепенно когти страха отпускали давление, и меня затопил непередаваемый восторг, я мчалась рыжей точкой по гигантскому белоснежному листу. При резких поворотах из-под лыж вылетали фонтаны снега.

У меня словно крылья за спиной выросли! Пьянящее ощущение скорости! Свободы!

Друзья мне махали снизу, вскоре и я к ним присоединилась. Но увы, моё умение стоять на лыжах оставляло желать лучшего. На последних метрах я запнулась в движениях и потеряла палку, испугавшись, взмахнула руками и едва не слетела с трассы.

Благо Олег успел вовремя кинуться на помощь и поймал меня за локоть, однако я всё равно упала, не в сугроб, а на него.

– С боевым крещением тебя, – пропыхтел он, улыбаясь.

– С-спасибо, – промямлила, смотря на него широко распахнутыми глазами, – что поймал.

Мы встретились взглядами, а красивый он всё же.

– Не за что. Ты держалась молодцом, – похвалил он вдруг, из его рта вырывалось тёплое облачко пара.

Я стала чаще замечать, что Олег оказывал мне знаки внимания, но мне как-то было не до ухаживаний. Значит, я ему нравлюсь? Ощущая его сильные руки на спине и талии, даже сквозь комбинезон, невольно вспомнила разговор с мамой о том, что мне пора найти парня. Подумаю на досуге.

– Эй, голубки, хватит валяться, – захихикала Маринка. – На нас уже обращают внимание, вставайте, и пойдём к подъёмнику ещё раз прокатимся, а то на экскурсию не успеем.

Засмущавшись, я скатилась с Олега, Марина помогла мне подняться. С вершины мы скатились ещё два раза, а после, как начало темнеть, вчетвером мы направились на охоту за северным сиянием, присоединившись к группе с гидом.

***

Дорогие читатели, приглашаю вас в историию литмоба от Аселины Арсеньевой

“”

Над городом сгустились облака, поэтому рассевшись по машинам, мы отправились на смотровую площадку в гору.

– Красотища какая, – восторженно заметил кто-то из группы. И я была полностью с ними согласна, от местных окрестностей дух захватывало.

Над нами нависла северная ночь. Глухая, темная, морозная. Фантастически красивая. Горели мириады звезд, снежная гладь сверкала и переливалась, словно щедро посыпанная алмазной пылью. Отсюда виднелись серебристые нити канатной дороги, те убегали далеко вперед, сливаясь с ажурными опорами.

– Аврора – это сложно предсказуемое явление, которое появляется на небе через два-три дня после вспышек на солнце. Поток солнечного ветра достигает магнитного поля Земли и сталкивается с атомами кислорода в атмосфере, – рассказывал нам гид, пока многие в группе доставали штативы и устанавливали их в снег, чтобы сделать фото на память.

У нас оборудованием занимался Ден.

– Цвет сияния зависит от того, с каким газом сталкиваются заряженные солнечные частицы. Кислород дает зелёный оттенок на небе, азот – голубой или розовый, гелий – фиолетовый.

Я всё никак не могла поверить, что вот-вот своими глазами увижу это чудо!

Где-то через час наблюдений за небом мы заметили странные белые полосы, похожие на какие-то аномальные облака.

– Смотрите!

– Да, это оно. Всем внимание, сейчас начнётся! – подтвердил гид,   все разом задрали головы к небу.

Через пару минут полосы начали светиться и вскоре по всему небу появились зеленоватые всполохи, похожие на бледные искры салюта, падающие вертикально вниз.

И вдруг прямо над нами вспыхнули ярко-зелёные и фиолетовые ленты растянувшиеся по всему небу.

– Во-о-у…

Аврора прекрасна. Жаль, что мама этого не видит.

Северное сияние завораживало, увлекало за собой. Голова начала кружиться, казалось, что земной тверди под ногами больше нет, и что вот-вот все люди оторвутся от земли и упадут туда, вверх, в самое небо.

Колени мои неожиданно подогнулись, я не успела ни за кого ухватиться и кубарем покатилась вниз с горы в облака.

– Алиса-а! – крик Маринки эхом звучал в ушах. Снег лез в глаза и рот, а потом я ощутила сильный удар и потеряла сознание.

Первое, что я почувствовала придя в себя это холод, потом саднящую боль в правом боку и ноге. Судя по всему я лежала на чём-то твёрдом и стылом. Шевельнула головой и поморщилась, щеки и нос что-то защекотало, захотелось чихнуть, что я и сделала.

– Ум-м… – в виски стрельнуло.

Со стоном разлепив слипшиеся от слëз ресницы, я обомлела.

Надо мной нависло светло-голубое небо и высокие верхушки зелёных сосен, припорошённые снегом. Он и меня присыпал, пока валялась в отключке. А лицо мне щекотала меховая опушка капюшона.

Кое-как, кряхтя, мне удалось привести своё одеревенелое тело в сидячее положение. Бок при этом заныл сильнее, охнула, придавив рукой беспокоящее место, и огляделась, щурясь от яркости белесого настила.

Каким-то образом я оказалась в глухом лесу…

Бор простирался во всех направлениях насколько хватало взора. Все вокруг покрывал пушистый белый снег, он лежал на ветвях сосен и на земле, образуя высокие сугробы. Стояла такая непривычная, удивительная тишь, что было слышно, как завывал ледяной ветер в кронах, как скрипели, качаясь под его натиском рыжие стволы.

И ни одной живой души в округе. Аж страшно.

И связи в телефоне нет. Совсем. Просто прекрасно!

Что вообще, черт возьми, происходит? И, главное, где я? Где группа и гид?

Последние, что помнила, это как я смотрела на аврору, внезапно голова закружилась, я покачнулась и покатилась с горного склона… но вблизи не должно быть такого исполинского леса!

Словно я не в Мурманской области, а в тайге.

– Ничего не понимаю…

Паника медленно, но верно набирала обороты, сердце зашалило. В любом случае Маринка с остальными подняли тревогу, и меня уже ищут. Должны! Друзья не успокоится пока не заставят поисковую группу перерыть весь курорт.

Мне-то что делать? Надеюсь тут не водятся дикие звери… зря об этом подумала.

Но поборов подступившее отчаяние, решила, что оставаться прямо здесь бессмысленно. Стоит попытаться самой выйти к людям.

Осторожно поднялась на ноги, медленно двигаясь, прислушивалась к себе, проверяя тело на предмет тяжких повреждений. Вроде перелома нет, лишь сольный ушиб и то хорошо. Жить буду, хмыкнула невесело.

Отряхнулась от снега. Комбинезон у меня был что надо, тёплый. А если буду идти, то согреюсь быстрее. Но сначала я сходила по нужде, мороз слава Богу, был не большим, по ощущениям около пяти.

При первом же шаге моментально провалилась в снег почти что по колено. Здорово…

Второй делала уже осторожнее. Сколько времени я так шла, пробираясь сквозь сугробы, я не знала. Каждый шаг давался мне с трудом.

Силы потихоньку покидали. Живот скручивал голод, так что идти становилось ещё сложнее. И ничего, кроме снега и деревьев, я не видела, бесконечный этот лес что ли?!

Пока плелась, покачиваясь из стороны в сторону, сто раз успела пожалеть, что согласилась полететь на горнолыжку. Сидела бы сейчас дома с мамой, в тепле и уюте, пила горячий чай с пирожными…

И черт бы с этой мечтой! Подумаешь красочная небесная мистерия!

…Невероятная, чудесная, прекрасная. Эх.

Небо затянули серые тучи, начали падать крупные хлопья снега, благо ветер гулял не снизу, а по верху бора.

В какой-то момент почувствовала, что сил на ещё один шаг у меня просто не хватит. Я прислонилась спиной к шершавой сосне, задрала голову к посеревшей выси, прислонившись затылком к стволу, и закрыла глаза.

Заморгала, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, успокаиваясь и гоня прочь злые слезы. Они мне уж точно не помогут.

Вдруг где-то в отделении послышались звуки выстрелов. Я оцепенела.

– Чт-то за хр-р-рень? – выдохнула, стуча зубами.

Постояла, прислушиваясь, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Стылая тишина молчала. Наверное, это были всё-таки не выстрелы, а треснуло мëрзлое дерево или лопнул в водоёме лёд, облитый наледью.

И только я успокоилась и собралась продолжить путь, как вдруг уже гораздо ближе раздался утробный звериный рёв, похожий на медвежий.

…Следом снова выстрелы!

В испуге я присела в сугроб и прижалась к стволу сосны. Тело обдало ледяным потом… мало ли шальная пуля пролетит.

Рёв, треск сучьев и веток.

Мужская ругань и грозное рычание. Крики.

Лесное эхо, усиливая звуки сражения охотников с диким зверем, только ужасало моё воображение. Едва не лишилась сознания от страха.

Опять душераздирающий рëв. Выстрел, второй и… всё неожиданно прекратилось, как и началось.

В оглушающей тишине я слышала только собственный стук сердца и своё рваное дыхание. 

❄❄❄

И приглашаю вас в историию литмоба от Евгении Зиминой

""

Просидела я так ещё несколько минут для надёжности, настороженно вслушиваясь в малейшие шорохи и звуки, но больше ничего не происходило.

Ни рëва животного, ни переговоров охотников. Только ветер пугающе завывал меж стволов сосен.

Может, мне показалось, что сражение с лесным зверем развернулось близко ко мне? А на самом деле случилось вдалеке, и я просто не слышу тихие разговоры мужчин. Эхо как известно, искажает восприятие звуков.

Что я сижу?! Это же люди, а значит у них можно попросить помощи – осенила меня здравая мысль.

Поднявшись на ноги, напрочь забыв про усталость на фоне подскочившего адреналина, я стала пробираться вперёд туда, откуда меж рядов стройных деревьев ориентировочно слышала шум.

Раздвигала руками колючие ветки, комбинезон и бубон от шапки цеплялись, но я не обращала внимания на мелочи, двигалась напролом к своей цели, однако так и не услышала голосов.

Было слишком уж подозрительно тихо…

На смену первой мысли пришла другая: а вдруг это не охотники, а браконьеры?

Я даже запнулась на месте, свалившись коленями в снег, и часто-часто задышала. Паника медленно отступала, позволив мне соображать разумно. Откуда охотникам вообще взяться вблизи населённого пункта рядом с курортом, где полно людей? И вряд ли это местные с области.

А вот браконьеры в поисках ценной звериной шкуры вполне могут сновать где им угодно…

Но устраивать пальбу среди белого дня и совершенно не бояться быть пойманными? Странно.

Вряд ли нарушители закона обрадуются нечаянной свидетельнице. Скорее решат избавиться и прикопают в каком-нибудь овраге… но сперва могут пожелать ещё и поразвлечься.

И правда… Стрелявшие – кем бы они там не являлись, может, сейчас по-тихому добычу пакуют, и тут я к ним выскочу, одинокая девушка посреди леса.

Что они сделают?

От макушки до пят меня окатило волной страха, горло сдавило комом. Жить мне хотелось. Пожалуй, лучше стоит хорошенько спрятаться и дождаться поисково- спасательного отряда. Так и поступлю.

Оглядевшись, я поспешила  убраться обратно с места, где только что стояла: шуму я успела наделать прилично, пока пробиралась меж сосен. Меня тоже могли услышать.

Я сделала ровно семь шагов, когда позади меня раздался глухой медвежий рёв, будто раскат грома вдали, заставив меня оцепенеть.

Так надрывно и жалобно прозвучал…  словно зверь звал кого-то. Себе подобных наверное.

Жив, значит, мишка!..

Почему-то от этой мысли во мне затеплилась странная радость, выходит в борьбе за жизнь с противником мохнатый одержал победу либо прогнав людей, либо… расправился с ними.

Я отошла ещё на несколько шагов, как медведь снова заревел, и от этого его пробирающего до нутра рëва, полного боли и отчаяния, мне сделалось не по себе. Скорее всего он ранен и умирает.

Уйти я так не смогла. Совесть не позволила его бросить.

Меня будто магнитом потянуло посмотреть, что со зверем.  И  позабыв о чувстве самосохранения, я направилась на зов.

Всего одним глазком посмотрю и поверну назад!

…Ещё издали я увидела грязный, после возни, снег – бурые пятна крови меж белесых сугробов. Обломанные ветки деревьев, торчащие острые сучья.

Но ни ружей, ни тел людей. Ни тем более медведя.

– Никого… – выдохнула с колоссальным облегчением, а готовилась встретиться с жестоким побоищем.

Я медленно крутилась на месте, осматривая притоптанную землю вперемешку со снегом на наличие следов, те были – две пары от ботинок и медвежьи. Следы мужчин уводили от поляны в сторону, а после резко обрывались, словно охотники или же браконьеры испарились в воздухе…

Куда все подевались?

В том месте, где пропадали следы людей, валялись клочки одежды, и повсюду было множество следов от медвежьих лап.

Ну, не косолапый же мужиков сожрал вместе с костями?!

От воображаемых ужасных картин на меня накатила дурнота, голова закружилась, и меня повело в бок. Я раскинула в стороны руки, чтобы удержать равновесие, и наступила на что-то мягкое…

...как вдруг это что-то захрипело надсадно, зашевелилось. В ужасе я отпрыгнула назад, но неудачно поставила ногу и свалилась на задницу.

– А-а-амх… – подавилась собственным возгласом, во все глаза таращась на спину растущей в ширь и ввысь мохнатой туши, которую я сперва приняла за сугроб.

Только кучей снега оказался м-медведь! Белый! Что он в лесу-то забыл?!

Насколько мне известно, белые медведи предпочитают арктические просторы, их ареал обитания сосредоточен на побережье Баренцева моря, где они охотятся на тюленей.

А этого за каким-то в лес понесло…

Да не о том я думаю, мать его! А о своей шкуре надо бы.

Медведь принюхался, фыркнул и медленно развернулся ко мне. Ëпт! Сердце пропустило удар и больно ухнуло, забыв, что нужно биться дальше.

Прямо передо мной на четырёх лапах стоял, покачивался, огромный свирепый хищник с перепачканной кровью мордой!

Он тряхнул головой и сфокусировал свой взгляд на мне…

Почувствовала, как на моей шее и затылке зашевелились мелкие волоски. Неверное, и седые пряди появились в моей шевелюре.

В голове лихорадочно заметались мысли, и я в панике начала вспоминать всё, что знала о медведях. Большие. Опасные. Самые матёрые хищники.

Громко икнув от страха, я медленно попятилась, то есть стала отползать, главное, при встрече с медведем рекомендуется сохранять спокойствие, не делать резких движений и медленно отходить назад.

…Какое тут сохранять спокойствие, когда я едва в обморок от ужаса не уплываю?!

На кой чëрт, спрашивается, я попëрлась сюда любопытствовать?!! Глупая затея! Я глупая! Однако осознала я это слишком поздно…

Замерла на месте, когда увидела грозный оскал медведя. Зверюга был в плохом настроении от того, что пришлось отбиваться от стрелявших людей, вдобавок ему раны досаждали болью.

Мамочки… а взгляд у него какой плотоядный, не закусить он ещё и мной надумал?..

– Н-не ешь меня, – попросила жалобно, а сердце, тем временем, набирало ритм, разгоняясь, до сумасшедшей скорости. Разумом понимала, что пытаюсь говорить со зверем, что это абсурдно, но ничего поделать с собой не могла.

Медведь тихо рыкнул, фыркнул, вздернув нос кверху, будто мои слова его повеселили, и медленно, не спеша направился ко мне.

– Я не в-вкус-сная, – пропищала на выдохе, когда белоснежный хищник оказался вплотную и стал обнюхивать моё лицо. Что-то там себе снова рыкнул, на этот раз показалось, что довольно.

Боже! Ему понравилось, как пахнет его еда…

Запаниковав, я задержала дыхание и крепко зажмурила глаза. Ну вот сейчас откусит мне руку и голову сразу. Лучше уж голову… чтобы долго не мучиться.

Неожиданно горячий нос коснулся моей щеки. Взвизгнула и отпрянула, ожидая худшего.

Мы с арктическим зверем встретились взглядами.

Глаза в глаза.

Его серо-голубые с расплавленным янтарным ободком вокруг радужки и мои перепуганные карие. Медведь стоял слишком близко, нависал надо мной горой меха и мышц и от этого меня крупно потряхивало.

❄❄❄❄❄

Приглашаю в другую историю литмоба от Лоры Олеевой

""