Моя (хорошая) плохая девочка

Подхожу к кухарке и она ставит на мой поднос порцию супа, кофе и пирожное. Кормят здесь и правда хорошо. Да это и неудивительно, с учётом того, сколько они берут за обучение в этом месте.

— Кто это? — слышу женский шёпот сбоку от себя.

— Новенькая, — этот голос мне знаком, и я в ужасе поворачиваюсь к девушкам. — И будь с ней осторожна.

— Почему? — скользит по мне оценивающим взглядом.

— Она извращенка, — бросает на меня высокомерный взгляд. — Вчера она наблюдала, как мы с Тимуром трахались. Не знаю, сколько раз она кончила, но выглядела довольной.

Со всех сторон раздаётся смех, потому что эта дура говорила достаточно громко, чтобы её услышало как можно больше народа.

— Неправда, — отрицательно качаю головой, пытаясь сдержать слёзы. — Я не смотрела!

— Хочешь сказать, что тебя не было в кладовке, пока мы трахались? — насмешливо переспрашивает.

— Была… — моя нижняя губа начинает дрожать от обиды. — Но я не смотрела… Я…

— У-у-у! — раздаются вопли студентов, перемежаюшиеся с ещё более громким смехом.

Не вижу смысла спорить, ведь каждый здесь уже сделал свой вывод. Резко разворачиваюсь и с подносом в руках иду к свободному столику.

Я здесь всего день, а уже поняла, что институт, в котором я училась, просто святое место, в отличие от этого.

Опускаюсь на стул и ставлю перед собой поднос.

Аппетит пропал, но я должна сделать вид, что их слова не имеют для меня никакого значения.

Беру в руку ложку, но не тороплюсь черпать суп.

— Маньячка! — выкрикивает мимо проходящая девушка.

— Больная сучка! — откуда-то сбоку раздаётся мужской голос.

Стираю предательскую слезу, которая стекает по щеке.

— Может нам стоит быть предусмотрительнее и запирать двери комнат? — кричит девушка из-за соседнего столика. — Часто ты так делаешь?

Опускаю веки и делаю несколько глубоких вдохов. Когда открываю глаза, то вижу за своим столом брюнета. Того самого, кого видела вчера в коридоре с какой-то блондинкой.

С такой вызывающейся внешностью и многочисленными татуировками его сложно с кем-то спутать.

— Она говорит правду? — кивком головы указывает на ту девку, что оговорила меня.

— Какая разница? — шмыгаю носом. — Разве ты, как и все здесь, не поверил её словам?

— Я верю в то, что вижу. У меня есть своя голова на плечах, — выгибает бровь и усмехается. — Так что?

— Я там была, — сипло шепчу. — Но я не смотрела на них.

— Что же ты там делала?

Не знаю, почему так просто говорю с этим парнем, но он единственный из всех, кто поверил не этой идиотке.

— Девушка, с которой меня поселили, выгнала меня из комнаты, — вытираю слёзы рукавом толстовки. — Мне некуда было идти, и куратор отправил меня в кладовку. Я легла спать, когда они… Было темно… Я растерялась. Боялась выдать себя. Поэтому просто накрылась подушкой с головой и ждала, когда они уйдут. А когда они закончили, включили свет… И вот что из этого вышло.

Парень внимательно смотрит на меня, но уже в следующий миг наше внимание привлекает подошедший к столику студент.

— Посмотрим, — издевательски усмехается незваный гость. — Может тебе и это понравится? — что-то бросает передо мной. — Сперма свежая, — поворачивается к нам спиной и садится за соседний столик. — Приятного аппетита.

Я узнаю в нём того парня, что был с этой девицей в кладовой. Только не понимаю, о чём он говорит.

Перевожу взгляд на свой поднос и вижу в тарелке с супом использованный презерватив.

— Господи, — слёзы уже текут по щекам с большей силой.

Внезапно мой собеседник поднимается на ноги, берёт мою тарелку и направляется к столику моего обидчика.

— Жри! — швыряет тарелку перед ним.

— Тох, — нервно смеётся тот. — Ты прикалываешься?

— На моём лице есть хоть один намёк на шутку? — с угрозой нагибает голову вбок.

— Из-за неё? — глаза этого нахала широко распахиваются. — Ты же не дебил?

— Нет, — на губах парня играет какая-то дикая улыбка. — Сам ты этого не сделаешь, верно?

Мой обидчик продолжает молча смотреть на парня. Но уже в следующую секунду татуированный хватает его за затылок и с силой окунает в тарелку с моим супом.

Приступ тошноты тут же меня настигает.

Зажимаю рот ладонью, хватаю сумку и выбегаю из столовой.

— Катюша дала мне контакты одного учреждения, — произносит Наташа, моя мачеха. — Я думаю, оно отлично подойдёт для нашей Дианочки.

— И чем же? — безучастно спрашивает папа.

Никогда не любила подслушивать, но сейчас у меня просто нет выбора.

Я должна знать, что они думают о ситуации, произошедшей в институте.

В очередной раз однокурсницы решили надо мной пошутить и изрезали мою спортивную форму.

Как назло, преподаватель был неподалёку и видел мою растерянность.

Да что говорить, о выходках этих ненормальных знает весь институт.

И мало кто может дать им отпор. Уж я точно нет.

Конечно же, все мы отправились к ректору. Родителей, соответственно, тоже вызвали.

Не передать словами, как мне было стыдно перед отцом, что я не смогла ответить этим ведьмам.

Мне кажется его больше беспокоит не моя успеваемость, а общение со сверстниками.

И да, я такая.

Мне проще закрыть на что-то глаза, чем вступать в споры и скандалы.

— Это закрытое учебное учреждение, — отвечает Наташа. — Там учатся дети успешных людей, — воодушевлённо продолжает. — Есть, конечно, и те, кого судьба закинула туда из совершенно иного общественного слоя…

— Ты сейчас об уголовниках? — с сомнением переспрашивает папа.

Неосознанно закрываю рот рукой, чтобы не проронить ни слова.

— Какие уголовники? — хихикает Наташа, пытаясь разрядить обстановку. — В двадцать два года оттуда выходят выпускниками. Какая угловщина в этом возрасте? Катюша отправила туда свою дочь, она была ещё той оторвой. Но сейчас она ведёт себя совершенно иначе.

— Не понимаю, — теперь уже слышу заинтересованность в голосе папы. — Причём здесь Диана? Она самая скромная девушка, которую я когда-либо видел. Насколько я понял, это училище для не совсем спокойных молодых людей?

— Ну да, — протягивает Наташа. — Слышал о школах для трудных подростков? Вот это то же самое, такой своего рода колледж, — торопливо щебечет, и я уверена, что она нервничает. — Там обучаются молодые люди от восемнадцати до двадцати двух. Получают экономическое образование. Что потом помешает Диане изучить курсы по той профессии, которую она хочет?

Поверить не могу, что Наташа использовала мои неудачи для своих целей.

Они с папой уже шесть лет вместе, и при любой удобной возможности она пыталась от меня избавиться. Лагеря, частные школы… Она пробовала всё.

Но папа всегда был против этого. Он всегда любил меня и относился с пониманием к тому, что я одиночка.

Мама умерла десять лет назад и её смерть перевернула наши жизни.

Я стала замкнутой. А папа… Он долго спасался в работе. Не видел ничего вокруг. За мной ухаживала домработница, которая и по сей день рядом.

Потом он встретил Наташу и в скором времени стал прежним.

Но в моей жизни ничего не изменилось. Если не считать того, что Наташа пытается от меня избавиться.

Но надеюсь, что и в этот раз папа не пойдёт на её уловки.

— Но Диана спокойная тихая девушка, — папин голос вырывает меня из мыслей. — Как ей должен помочь этот колледж?

— Она научится самостоятельности, — сразу же отвечает Наташа. — Научится давать отпор. Это место поможет ей приобрести стойкий характер и уверенность в себе.

— Я не знаю, — растерянно отвечает папа, и меня это начинает беспокоить. — Она всегда была рядом, и расставаться с ней…

— Она будет приезжать домой на выходные, — быстро перебивает Наташа, так же как и я чувствуя, что он вот-вот сдастся. — Этот колледж находится не так далеко от города.

— Сколько стоит обучение там?

— Чуть больше миллиона в год. И это с учётом того, что там отменное меню, — отвечает Наташа. — Не так много, чтобы помочь ребёнку.

Не в силах больше слушать этот разговор, я выхожу из укрытия и устремляю на папу умоляющий взгляд.

— Ты подслушивала, — возмущённо выкрикивает Наташа.

— Пап, — произношу дрожащим голосом. — Ты не сделаешь этого.

— Диана, — его тон не предвещает ничего хорошего для меня. — Этот колледж станет твоим спасением.

— Каким спасением, пап? — по щекам текут слёзы, которые я не смогла сдержать. — Я не выживу в таком месте. Я слышала всё, что говорила Наташа, — бросаю на женщину осторожный взгляд, она складывает руки на груди и недовольно закатывает глаза. — Это место не для меня.

— Этот перевод пойдёт тебе на пользу, — твёрдо произносит отец, но я вижу, что ему нелегко это принять.

— Пап, пожалуйста…

— Мне нужно на работу, — игнорирует меня, поднимаясь с места. — Приготовь на ужин что-нибудь вкусное, — обращается к Наташе. — И узнай, когда Диана сможет начать обучение в этом месте.

— Я уже всё узнала, — торопливо отвечает женщина. — Уже с понедельника она может приступить. Там как раз освободилось место.

— Ты слышала, — поворачивается ко мне отец, прежде чем выйти из дома. — У тебя три дня на сборы.

Замечаю довольную улыбку на лице Наташи, но она тут же её прячет.

Я знаю, что эта женщина из себя представляет, и мне приходится терпеть её выходки только из-за отца.

Я не хочу, чтобы он снова превратился в бесчувственного робота, который думает только о работе. И поэтому я должна смириться с его выбором.

Стираю слёзы с лица, гордо вскидываю подбородок, чтобы не выглядеть сломленной перед этой женщиной, и иду в свою комнату.

— Пап, — стискиваю челюсть, не давая слезам вырваться наружу. — Ты не передумал? Может я всё-таки вернусь в институт?

— Дочка, — отец отстёгивает ремень безопасности и поворачивается ко мне. — Ты знаешь, я тебя очень люблю. И я считаю, что это учреждение пойдёт тебе на пользу.

— Я тоже так считаю, — вставляет Наташа, и я перевожу на неё напряжённый взгляд. — Но последнее слово, конечно же, за Виктором, — одаривает папу ослепительной улыбкой.

Какая же она змея… Почему папа не встретил кого-то другого?

— Диана, — уверенно произносит отец. — Давай не будем возвращаться к этому разговору. Всё уже решено, и… — кивает на огромный забор, — мы приехали.

Ворота открываются и мы въезжаем на территорию этого колледжа.

На улице полно народа, и почти все выглядят пугающе.

Девочки с ярким макияжем. Кто-то с разноцветными волосами. Татуировки, пирсинги.

Есть люди и с обычной внешностью. Кто-то пьёт алкоголь, несмотря на то, что находятся на территории колледжа.

Замечаю одного парня с татуировкой на лице и по телу проходит табун мурашек.

— Ты сказала, — обращается отец к Наташе, — что здесь учатся обычные люди, — озадаченно переводит взгляд с одного на другого, одновременно следя за дорогой.

— Смотри, — Наташа указывает на какого-то парня. — Он ведь обычный? У них играют гормоны, и то, что они проткнули себе нос или ухо, не говорит о том, что они опасны.

— Да, — хмурится папа. — Но Диана в обществе этих людей…

— Давай поговорим с ректором, — перебивает его Наташа. — И если у тебя останутся сомнения, то ты примешь другое решение.

Отец ничего не отвечает и прибавляет скорость.

Подъезжаем к огромному зданию, и отец паркует автомобиль. Выхожу на улицу и осматриваюсь.

Большие густые деревья. Красивая ухоженная аллея. Высаженные цветы и декоративные фонтаны.

Похоже, сюда вложено немало денег.

Отец кивает в сторону входа в здание, и мы послушно следуем за ним.

— Добрый день, — у входа нас останавливает охранник. — Вы к кому?

— Мы договорились об обучении нашей дочери в этом колледже, — щебечет Наташа. — Нас ждут.

Её фраза о том, что я её дочь, режет слух. Никогда эта стерва не станет мне матерью.

Наташа называет нашу фамилию, и охранник передаёт кому-то по рации, что мы на входе. Уже буквально через считанные секунды к нам выходит женщина. На вид ей чуть больше сорока. Она ухожена и привлекательна.

— Добрый день, я Светлана Юрьевна, — протягивает руку папе, после чего Наташе. — Заместитель ректора данного учреждения, — бросает на меня короткий взгляд. — Это Диана? — спрашивает Наташу.

— Да, — наигранно улыбается. — Это Дианочка, о ней мы говорили по телефону.

— Пройдёмте за мной.

Мы проходим по коридору. Студенты снуют туда-сюда, бросая на меня заинтересованные взгляды.

Опускаю голову и смотрю себе под ноги.

Мы только приехали, а я уже чувствую себя настолько не в своей тарелке, что выть хочется.

Заходим в какой-то кабинет и секретарша приносит четыре чашки горячего чая.

Опускаемся на удобный диван, стоящий в кабинете, и Светлана Юрьевна начинает свой рассказ об этом чудесном колледже.

Из её слов можно понять, что мы приехали в волшебное место. Она нахваливает не только педагогов, но и обучающихся.

И возможно, я бы ей поверила, если бы не видела некоторых из них.

Оказывается, здесь обучается не так много людей, и мне вообще жутко повезло, что совершенно случайно освободилось одно место.

На протяжении всего разговора я мысленно молюсь, чтобы отец передумал оставлять меня здесь, но этого не происходит.

— Я переведу средства на счёт вашего учреждения, — заключает отец, и мои глаза начинает щипать от подступающих слёз. — Надеюсь, моя дочь не будет ни в чём нуждаться.

— Конечно же, нет, — довольно тараторит женщина. — У нас лучшее общежитие, отличное питание и — что немаловажно — дружный коллектив. Все ребята отзывчивые и воспитанные… — папа с сомнением смотрит на неё, и тогда она продолжает: — Есть, конечно, и сложная молодежь, но мы для этого и существуем. В итоге все выпускаются примерными. Также все обучающие могут покидать территорию колледжа во внеучебные часы. На выходные они могут уезжать домой или же остаются здесь.

— Ваши учащиеся не сбегают из этого места? — напряжённо интересуется Наташа.

— Нет, — уверенно отвечает женщина. — Кто-то зависит от родителей, кто-то от других жизненных ситуаций, — на её лице расползается довольная улыбка. — Так или иначе, они вынуждены возвращаться.

— Отлично, — папа пожимает женщине руку. — Тогда мы договорились.

— Я отправлю документы вам на почту.

Не могу поверить, что это происходит. Папа действительно решил бросить меня в этом ужасном месте. И я не могу ничего с этим поделать. Не могу огорчить его.

— Телефон у тебя, — обращается ко мне отец, когда мы выходим из кабинета. — Твою карту я буду пополнять каждую неделю, — коротко киваю, изо всех сил стискивая челюсть. — Если что-то будет нужно — сразу звони.

— Хорошо, — отвечаю дрожащим голосом.

— Всё будет хорошо, — он обнимает меня и крепко прижимает к себе. — Это место пойдёт тебе на пользу.

— Вадик, — произносит Светлана Юрьевна, привлекая наше внимание. — Это Диана, — кивает на меня.

— Привет, — молодой брюнет протягивает мне ладонь, и я осторожно пожимаю её. — Я буду твоим куратором.

— Куратором? — неуверенно переспрашиваю.

— Он будет помогать тебе осваиваться в первое время, — поясняет женщина. — В этом году он выпускается, и, как я говорила раньше, из бандита вышел отличный молодой человек.

Видно, что парень горд собой, только сейчас я готова разреветься, а не принимать помощь у кого-то, кто стал примером для подражания.

— Ну что? — мило улыбается Наташа. — Тогда мы поедем?

— А мои вещи? — прикусываю губу.

— Оставьте их у охраны, они сами принесут их в комнату Дианы.

— Хорошо, — уверенно отвечает папа, снова обнимая меня. — Удачи, дочка.

— Пока, — всё, что я могу выдавить.

Папа поворачивается ко мне спиной, и я провожаю взглядом его отдаляющийся силуэт.

Такое впечатление, что всё происходящее — какой-то ужасный кошмар.

До сих пор не могу принять то, что папа послушал Наташу и отправил меня в это место.

— Пошли? — вырывает из размышлений голос куратора, и я быстро поворачиваюсь к нему. — Ты в порядке?

— Нет, — поджимаю губы. — Не в порядке.

— Понимаю, — произносит с сочувствием. — Не встречал никого, кто был бы рад сюда попасть. Тебя за что?

— За то, что не могу за себя постоять.

— Что? — переспрашивает с сомнением, кивая в сторону.

— Они думают, что здесь я смогу научиться стойкости, — следую за парнем.

— Тебе тут не выжить, — заключает без всякого энтузиазма.

— Спасибо за поддержку, — иронично усмехаюсь. — Судя по тем студентам, что я видела на улице, именно так я и подумала.

— Постарайся не давать себя в обиду.

— Тут правда все меняются, как сказала та женщина? — внимательно смотрю на парня.

— Конечно же нет, — не прячет улыбки. — Просто со временем мы становимся немного умнее. А они, — кивает назад, — просто делают себе рекламу.

— Сколько студентов здесь обучается?

Проходим по какому-то коридору, который является переходом из одного здания в другое. Заинтересованно выглядываю в окно и вижу большое футбольное поле, которое не видно со стороны главного входа.

— По две группы на каждом курсе.

— И все живут здесь? — подхожу к окну на противоположной стороне.

Здесь есть даже большой бассейн, и я не понимаю, зачем он здесь. Ведь если это учреждение создано для исправления характеров учащихся, то здесь точно не должно быть такой роскоши как бассейн.

— Да, — спокойно отвечает. — Но к счастью, я скоро свалю на хрен отсюда. Кстати, — показывает большим пальцем руки назад. — Там учебный корпус. Веди себя в нём как можно спокойнее. Зарабатывай плюсы. А там, — кивает на здание, в которое мы направляемся, — старайся выжить.

— Это общежитие?

— Да, — утвердительно кивает головой. — Первый и второй этажи для парней, третий и четвёртый для девчонок. Но естественно, все проводят время там, где хотят.

— Звучит страшно, — хмурюсь.

— Привыкнешь.

Добираемся до здания, выходим на лестницу, и на нас тут же обрушиваются многочисленные взгляды.

Кто-то курит в окно, кто-то просто проходит мимо, кто-то обжимается у стен. Неужели нельзя за этим уйти в комнату?

— Твоя комната, — произносит Вадик, — на третьем этаже. И это не единственный вход в общагу, — кивает на дверь, в которую мы вошли. — Этим мы пользуемся только чтобы попасть в колледж. Если спустишься на первый этаж, справа будет столовая, а слева — выход.

— Хорошо, — скованно отвечаю, стараясь отвести взгляд от очередной компании девушек, что уставились на меня.

Входим в коридор третьего этажа, и я сразу же обращаю внимание на охранника, что был внизу. В его руках мои чемоданы, и я не совсем понимаю, как он успел раньше нас.

— Второй вход, — усмехается Вадик на мой удивлённый взгляд. — Спасибо, — парень обращается к охраннику, забирая мои чемоданы. — Это твоя комната, — говорит мне, кивая на одну из дверей.

Открывает её и проходит внутрь. Осторожно следую за ним и вижу ухоженную блондинку. Её юбка еле прикрывает задницу, а топ настолько маленький, что грудь вот-вот вывалится из него. Каблуки огромных размеров дополняют образ девушки лёгкого поведения.

— Ксюша, — обращается к ней парень, опуская мои чемоданы рядом с пустой постелью. — Это твоя новая соседка — Диана, — поворачивается ко мне. — Это Ксюша.

— Приятно познакомиться, — с какой-то ехидной улыбкой произносит девушка.

— Взаимно, — опускаюсь на кровать и осматриваю комнату.

— Знакомьтесь, — хлопает в ладоши Вадик. — Я зайду чуть позже, — разворачивается и выходит из комнаты.

Размер комнаты больше, чем в обычных учебных общежитиях, но чувствую я себя как-то неуютно. И не зря, потому что уже через пару минут раздаётся голос Ксюши:

— Ты не будешь здесь жить.

— Что? — растерянно хлопаю ресницами.

— Не надейся, ты не останешься здесь.

— Где я должна жить?

— Не знаю, — безразлично пожимает плечами. — Это не моя проблема.

Внезапно девушка подходит ко мне, берёт мои чемоданы и катит их к выходу. Открывает дверь и выставляет мои вещи в коридор.

— Удачи в поисках жилья, — поворачивается ко мне со злорадной улыбкой на губах. — А теперь проваливай.

— Но так же нельзя, — пытаюсь противостоять, но всё же поднимаюсь на ноги. — Меня же поселили сюда.

— Мне плевать! — повышает тон. — Проваливай!

Понимаю, что не смогу переубедить эту выскочку. Печально качаю головой и выхожу.

Мне ничего не остаётся, поэтому я сажусь на пол рядом с чемоданами и упираюсь в стену спиной. Обречённо смотрю в потолок. Это не колледж, это какой-то сумасшедший дом. И вокруг одни дикари.

Чувствую на себе чей-то взгляд и поворачиваю голову вбок.

Вижу какого-то брюнета. Он смотрит прямо на меня в то время как какая-то девушка целует его в губы.

Неприятное зрелище.

Его руки покрыты татуировками. И не только руки. На шее тоже виднеются какие-то рисунки. Взгляд ледяной и от него хочется куда-то спрятаться.

Только вот в моём положении это невозможно сделать, и я просто отворачиваюсь.

Прекрасное зачисление в новый колледж.

Надеюсь, что мне не придётся жить в коридоре.

— Что ты здесь…— слышу знакомый удивлённый голос и резко поднимаю голову. — Она тебя прогнала, — уверенно произносит Вадик, и я киваю головой. — Сука.

— Что мне делать? — умоляюще смотрю на него снизу вверх.

— Пойдём, — берёт мои чемоданы и идёт по коридору.

Быстро поднимаюсь на ноги и следую за ним.

Я просидела в коридоре часа два. Меня видели, наверное, все студенты этого колледжа. Я чувствовала себя очень неловко, но ничего не могла поделать.

Оставалось только молиться, чтобы Вадик поскорее пришёл. И вот он здесь.

— Послушай, — открывает последнюю дверь в конце коридора. — Это, конечно, не лучшее место, но всё лучше, чем спать в коридоре.

Скованно киваю. Мне хочется поскорее спрятаться. Даже если это будет туалет, я поблагодарю парня. Мне здесь не просто некомфортно, а страшно. И я боюсь представить, что ждёт меня дальше.

Прохожу в комнату и понимаю, что это…

— Это кладовка? — озвучиваю свои мысли.

— Да, — поджимает губы. — Здесь раньше жил наш уборщик, — кивает на раскладушку в конце комнаты. — Но его вконец добили издевательства здешних студентов и он уволился. Теперь два раза в неделю убирают студенты. А эта комната пуста.

— Ладно, — прикусываю губу, оглядывая комнату. — Спасибо.

— Это ненадолго, — пытается подбодрить Вадик. — Мы что-нибудь придумаем.

— Да, конечно, — отвечаю без капли энтузиазма. — Здесь есть стол и место для сна… А больше мне ничего не нужно.

— Я принесу постельные принадлежности.

Коротко киваю, и парень выходит из комнаты.

Тусклый свет нагоняет жути. Здесь нет ни одного окна… Никакого уюта…

Я уже начинаю задумываться над тем, что должна была противостоять Наташе. Не знаю, как смогу продержаться здесь хотя бы неделю, не говоря уже о четырёх годах обучения.

Провожу пальцем по поверхности стола и смотрю на слой пыли, оставшийся на кончике.

Боже…

Да здесь не убирали, наверное, год.

Вадик возвращается минут через пятнадцать с постельными принадлежностями в руках.

Я прошу его показать мне, где здесь уборная, и он не отказывает.

Более того, он решает провести мне краткую экскурсию по общежитию, чтобы в случае чего я не сидела вот так в коридоре, в ожидании его.

А ещё мы обменялись номерами.

Следующие полтора часа я изучаю здание.

На другие этажи не заходим, потому что мне это, в принципе, не нужно.

Вадик показывает мне уборную, душевую и прачечную.

Всё это находится на нашем этаже так же как и на других.

Спускаемся на первый этаж, парень показывает столовую и выход из общежития.

Теперь я точно не заблужусь.

Оказывается, за хорошее поведение здесь можно получить привилегии в виде бассейна, игры в гольф, теннис и многое другое.

А вот за плохое ты будешь наказан.

Речь идёт как раз об уборке коридоров, туалетов и столовой. Вадик говорит, что преподаватели иногда такие наказания придумывают, что даже самым небрезгливым студентам становится тошно.

Надеюсь, меня это не ждёт.

Общежитие круглосуточно под наблюдением охраны. Но если найти с ними общий язык, то жить здесь становится проще.

Но я об этом и не мечтаю…

— А почему ты здесь? — спрашиваю парня, когда мы возвращаемся к двери кладовой.

— Тратил папины денежки на алкоголь, баб и дурь, — иронично усмехается.

— Сейчас что-то изменилось?

— Сейчас я делаю это с умом, — подмигивает. — Если хочешь, научу.

— Нет, спасибо, — не прячу улыбки. — Я не употребляю алкоголь, дурь… И тем более, не путаюсь с девушками.

Вадик начинает громко смеяться, и я понимаю, что за весь день я впервые искренне улыбаюсь. Наверное, с этим парнем мы могли бы подружиться. Только он скоро покинет это место, а я нет.

— Ладно, — произносит, когда его смех, наконец, затихает. — Зайти за тобой на ужин?

— Нет, — качаю головой. — Не думаю, что у меня появится аппетит.

— Зря, — засовывает руки в карманы. — Увидимся вечером.

Не ждёт моего ответа и уходит.

Захожу в кладовую и обречённо поднимаю голову к потолку, не зная с чего начать.

Наверное, нужно застелить постель… Точнее, раскладушку. Но она в пыли. Да, господи, здесь всё в пыли.

Выхожу из кладовой и иду в прачечную. Я видела там вёдра, тряпки…

К счастью, в прачечной никого нет. Наливаю ведро воды и нахожу новые тряпки.

Следующие пару часов мне точно не будет скучно.

Как и предполагалось, уходит немало времени, чтобы хоть немного убрать комнату.

Но теперь я хотя бы не переживаю, что испачкаюсь, всего лишь дотронувшись до стула.

Конечно, чтобы здесь стало уютно, нужно будет приложить ещё немало сил. Но для начала и этого достаточно.

Чемоданы я даже не планирую разбирать. Достаю лишь одежду, которую планирую надеть завтра на занятия.

Уже в семь часов вечера раздаётся стук в дверь, после чего в комнату заходит Вадик.

Оказывается, он решил принести мне ужин, и я благодарю его за это.

Только аппетита у меня и правда нет.

Он не задерживается у меня и, предупредив, что зайдёт за мной в семь тридцать, желает спокойной ночи и выходит из комнаты.

Несколько секунд смотрю на поднос, стоящий на маленьком столике. Я всё же решаю съесть бутерброд с колбасой и выпить чай.

День был утомительный, поэтому я выключаю свет и ложусь спать.

Раскладушка ужасно неудобная и жёсткая. Но усталость берёт своё, и меня уносит в царство Морфея.

Мне удаётся провалиться в сон, но ненадолго.

Уже вскоре я просыпаюсь от постороннего шороха и женского смеха.

Открываю глаза, смотрю в темноту, но ничего не вижу.

— Так, детка, — до ушей доносится мужской голос. — Тебе нравится?

— Не тяни, — хихикает в ответ девушка. — Я вся теку.

Глаза привыкают к темноте, и я вижу два силуэта… И они… О господи!

Они собираются заняться сексом прямо здесь.

Чёрт!

Что мне делать?

Как вообще ведут себя люди в таких ситуациях? Кому-то вообще доводилось оказываться в таком положении, как мне? Вряд ли…

Жутко и непонятно.

— Ах-х, — томно стонет девушка, и мне не остаётся ничего, как накрыть голову подушкой.

Мерзко и противно.

Их стоны, вздохи и звуки совокупления заставляют мои щёки гореть.

Я готова сквозь землю провалиться. Почему именно я? Почему мне так везёт на неприятности?

Остаётся только молиться, чтобы они меня не заметили и ушли так же быстро, как и пришли.

С каждой минутой мне всё хуже, и я готова выть от своего положения. Но знаю, что если выдам себя, сделаю только хуже.

Громкий крик девушки говорит о том, что они почти закончили, и я сильнее зажмуриваюсь.

— Ты огонь, — довольно произносит парень.

— Включи свет, — тяжело дыша, говорит девушка. — Я потеряла трусики.

Боже, нет. Только не это. Если они включат свет, то увидят меня. Никогда я ещё не чувствовала себя так паршиво, как сейчас.

— Это ещё кто? — напряжённо спрашивает парень, и я понимаю, что меня обнаружили, но продолжаю притворяться спящей.

— Новый уборщик? — растерянно переспрашивает девушка.

— И походу бухой, — усмехается её спутник. — Раз продолжает спать, несмотря на то, что мы тут трахались.

— Эй, — девушка трясёт меня. — Ты кто?

Продолжаю молчать, надеясь, что они уйдут.

Но этого не происходит. Напротив. Уже в следующую секунду я лечу на пол и больно ударяюсь пятой точкой.

— Ай, — не сдерживаю крика.

— Это девчонка, — вскрикивает девушка.

— И она не спала, — складывает руки на груди парень. — Притворялась. Какого хрена ты тут делаешь? Подсматриваешь?

— Нет, — морщусь, поднимаясь на ноги. — Я спала… А вы пришли…

— И вместо того, чтобы остановить нас, — издевательским тоном произносит девушка. — Ты решила посмотреть. Ты для этого осталась здесь? Ждала, когда кто-нибудь придёт потрахаться?

— Что вы такое говорите? — задыхаюсь от возмущения. — Кому это может быть интересно?

— Извращенцам, — девушка стреляет в меня высокомерным взглядом.

— Я не извращенка! — мои ладони сжимаются в кулаки и ногти до боли впиваются в кожу. — Сегодня меня поселили в одну из комнат, но соседка выставила меня! Тогда куратор временно определил меня сюда! Я понятия не имела, что кто-то будет здесь… — не знаю, как это озвучить, поэтому замолкаю.

— Очень правдоподобно, — парень обходит вокруг меня и немного нагибает голову к моей шее, вдыхая запах. — У меня и на тебя сил хватит… Ты, должно быть, возбудилась?

— Ты с ума сошёл? — мои глаза широко распахиваются, и я делаю несколько шагов в сторону. — Уйдите, пожалуйста! — перевожу взгляд на девушку. — Я никому ничего не скажу!

Девушка начинает громко смеяться, и я не понимаю, что её так веселит. Я вообще ничего не понимаю!

Какой-то маразм!

Вместо того чтобы стыдиться, они смеются надо мной и предлагают секс. Что это за люди?

Если здесь все такие, то я просто не выдержу в этом месте.

— Ты серьёзно считаешь, что нас это волнует? — насмешливо спрашивает парень.

— Неважно, — лихорадочно качаю головой. — Уйдите, пожалуйста.

— Пойдём, — парень закидывает руку на плечо девушки и ведёт её к двери.

— Это будет весело, — игриво отвечает и они выходят из комнаты.

Запускаю ладони в волосы и от безысходности тяну их вниз. Только этот жест ничем не поможет.

Это какой-то ад.

Я здесь всего один день и уже прошла через такой кошмар.

Боюсь представить, что ожидает меня дальше.

Может быть, здесь всё-таки есть нормальные люди?

Вспоминая контингент, который видела сегодня в этом общежитии и на улице, понимаю, что вряд ли мои надежды будут оправданы.

Конечно же, уснуть у меня не получается.

Беру кошелёк и осторожно выхожу из комнаты, надеясь, что никого не встречу.

К счастью, коридор пуст, и я иду в другой конец.

Я видела там автомат с кофе.

Дохожу до него, выбираю капучино и оплачиваю.

Машина начинает шуметь, и я судорожно оглядываюсь, в надежде, что никого не разбужу.

Надеюсь, что сегодня больше не найду проблем на свою пятую точку.

Автомат издаёт сигнал, говорящий о том, что я могу забрать свой напиток. Быстро хватаю стакан и почти бегу обратно в комнату.

Захлопываю за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной и шумно вздыхаю.

Помоги мне, господи.

Подхожу к раскладушке, ставлю на стол стаканчик и обессилено падаю на подушку.

Решаю не выключать свет и спать так, если у меня вообще получится уснуть, чтобы меня сразу увидели, если кто-то ещё решит заниматься здесь сексом.

Отпиваю капучино из чашки и инстинктивно морщусь. Что за гадость?

Отпиваю ещё глоток, в надежде, что мне показалось, но мне не показалось.

Отставляю стаканчик подальше и откидываюсь на подушку.

Понимаю, что мне нужно хоть сколько-нибудь поспать, иначе в первый учебный день я буду чувствовать себя морёным тараканом.

Поворачиваюсь на бок и закрываю глаза.

Уснуть мне удалось только под утро, а уже в шесть меня разбудил будильник.

Пока все спят, я быстро прохожу в общую душевую.

Провожу все утренние манипуляции и возвращаюсь в комнату.

Собираю тетради, ручки и всё, что может мне понадобиться для занятий.

Как и предупреждал Вадик, он приходит в полвосьмого утра.

— Всё в порядке? — всматривается в моё лицо. — Не выспалась?

— Нет, — отрицательно качаю головой.

— Сегодня я подойду к руководству, — уверенно произносит. — Может получится что-то придумать.

— Дело не в комнате, — скованно произношу.

— В чём же тогда?

Рассказываю Вадику о том, что произошло ночью, и его глаза широко открываются.

— Жесть, — всё, что слышу от него. — Ты должна давать отпор. Они сожрут тебя, если ты будешь той, кем являешься сейчас.

— Не знаю, — качаю головой. — Это место не для меня.

Вадик ничего не говорит, но смотрит с сожалением.

Мы выходим из комнаты и направляемся в учебный корпус. По дороге Вадик даёт наставления, как я должна вести себя с преподавателями. И в принципе, ничего нового я не узнаю, потому что всегда уважительно относилась к учителям. И здесь, конечно же, ничего не изменится.

Заходим в один из кабинетов, где мне выдают книги для занятий.

Вадик провожает меня до аудитории и вставляет в руки листок.

— Первая пара здесь, — кивает мне за спину. — Вторая там, — указывает на соседнюю дверь. — А третья, — кивает на листок, где написаны номера кабинетов, — в конце коридора.

— Спасибо, — печально улыбаюсь.

— После занятий сама дойдёшь до общаги? — немного хмурится. — Или мне зайти за тобой?

— Нет, — быстро качаю головой. — Я доберусь. Не беспокойся.

— Хорошо, — уверенно кивает. — Тогда зайду вечером.

— Ладно.

Прохожу в аудиторию и на меня тут же обрушиваются многочисленные взгляды. Кто-то начинает перешёптываться, кто-то присвистывает.

Прохожу в самый последний ряд и сажусь на свободное место.

К счастью, вскоре приходит преподаватель и все замолкают.

Замечаю, что при преподавателе все и правда ведут себя иначе. Словно здесь собрались вовсе не избалованные мажоры, а примерные ученики.

Пытаюсь сосредоточиться на теме занятия и вникнуть в процесс. И у меня это неплохо получается.

Первая пара пролетает незаметно, и мне действительно интересно.

Направляюсь в следующую аудиторию и сажусь на идентичное место.

Только вот ещё не все студенты присутствуют. Хотя перемена длинная. Наверное, пошли на улицу.

Когда начинается занятие, все уже на своих местах, кроме преподавателя.

— Никита Сергеевич как всегда, — произносит одна из девушек.

— Наверное, чилит какую-нибудь тёлку в толчке, — выкрикивает один из парней.

Хмурюсь, не понимая, серьёзно ли они…

Уже в следующий момент дверь в аудиторию открывается и перед нами появляется молодой мужчина.

Так как все замолкают, я понимаю, что это и есть препод. Только он слишком молодой.

На вид ему лет двадцать пять, не больше.

— Ну чё? — бросает, обводя аудиторию взглядом. — Обезьяны недоразвитые, готовы заниматься?

Замираю, ошарашено глядя на мужчину. Не ослышалась ли я? Но судя по его взгляду, устремлённому на меня, и насмешливой улыбке на губах, понимаю, что мне не показалось.

— Новенькая? — коротко киваю. — За какие грехи?

— Так вышло, — хрипло отвечаю.

— Ты должна знать, — проходит к своему столу и садится на стул. — Все, кто косячат на моих занятиях, сурово отрабатывают, — молча смотрю на него, не зная, как реагировать на его заявление. — Да, Соколов? — переводит внимание на одного из парней. — Сегодня ты драишь мужской толчок.

— Никита Сергеевич, — пытается протестовать, но как-то нервно.

— Закрыл рот! — рычит в ответ, и парень замолкает. — Всё поняла? — возвращает внимание ко мне, и я снова киваю. — Отлично, — самодовольно улыбается. — Открываем тетради.

Опускаю взгляд на стол и несколько секунд смотрю в одну точку.

Мне становится ещё страшнее. Теперь я должна опасаться не только ненормальных сверстников, но и странных преподавателей.

Вообще, такое отношение к обучающимся — нормальное? Хотя… К этим обучающимся, наверное, нормальное.

Снова сосредотачиваюсь на теме, но постоянные взгляды преподавателя, то и дело сбивают меня с толку. Неужели он думает, что я такая же, как и большинство учащихся?

Надеюсь, что нет.

— Все свободны, — хлопает в ладоши, когда занятие заканчивается. — А новенькая задержится, — демонстративно подмигивает мне.

— О-о-о, — громко выкрикивает один из парней, закидывая сумку на плечо. — Кому-то сегодня вдуют.

— Свали на хер! — рычит на него препод, и парень быстро выходит из аудитории.

Мне становится жутко. Надеюсь, что парень просто пошутил. Но я не понимаю, зачем могла понадобиться преподавателю.

Постепенно все выходят, и я подхожу к столу преподавателя.

— Я сделала что-то не так? — осторожно спрашиваю мужчину.

— Всё в порядке, — поднимается с места и подходит ко мне. — Но у меня вопрос, как ты здесь оказалась?

— Мешала мачехе, — не знаю почему, но отвечаю так как есть.

— Мм, — задумчиво протягивает. — Тебе будет сложно среди этих отбросов.

— Вы не первый, кто мне об этом говорит.

— Потому что одного взгляда на тебя достаточно, чтобы понять, что ты слабая, — обходит меня и встаёт сзади.

Какое-то тревожное чувство поднимается изнутри, и я инстинктивно бросаю взгляд на дверь, которая закрыта.

— Зачем вы мне это говорите? — голос начинает дрожать от страха.

— Я могу тебе помочь, — чувствую прикосновение сильных рук к своей талии. — Не безвозмездно, конечно, — ладони опускаются ниже и перемещаются к внутренней стороне бедра. — Ты будешь в безопасности, и эти выродки тебя не тронут. Но для того, чтобы я помог тебе в этом, ты будешь моей тогда, когда я того пожелаю…

— Что вы делаете? — резко отскакиваю от мужчины, лихорадочно качая головой. — Вы… Вы…

— Что я сделал? — усмехается мужчина.

— Вы меня трогали!

— Это значит, что ты отказываешься от моего предложения? — скептически выгибает бровь.

— Конечно, отказываюсь! — истерично кричу. — Я ещё и заявлю на вас!

— И как ты думаешь? — спрашивает с вызовом. — Поверят тебе? С учётом того, где ты обучаешься?

Слышу стук собственного сердца. Злость и недоумение смешиваются в непонятное чувство.

Одновременно я понимаю, что он прав.

А ещё я понимаю, что всё, что о нём говорят — правда. Похоже, этот преподаватель ещё доставит мне проблем.

Не в состоянии ничего сделать, я выбегаю из аудитории.

Третья пара закончилась, но я до сих пор не могу выбросить из мыслей вторую. Точнее, преподавателя и его предложение.

Не понимаю… Он же обучает нас, должен быть примером… А на деле это просто ужас какой-то.

Интересно, многим он делал такие предложения?

Ведь он прав, одной девушке вряд ли поверят, но что будет, если все, кому он делала такие предложения, объединятся?

Иду в общежитие и сразу же спускаюсь в столовую.

Вадик предупредил меня, что сразу после занятий подают обед.

Столовая кишит студентами, и я снова ловлю на себе заинтересованные взгляды.

Большинство присутствующих я не видела ранее.

Вижу, как молодые люди берут с одного из столов подносы и подходят к прилавку. Кухарка ставит на них блюда, и все рассаживаются за столы.

Понимаю, что должна делать также.

Беру поднос и направляюсь к прилавку. Замечаю, что на витрине множество разнообразных десертов и блюд, которые продаются отдельно.

Думаю, что в следующий раз попробую что-нибудь. Но не сейчас.

Подхожу к кухарке и она ставит на мой поднос порцию супа, кофе и пирожное. Кормят здесь и правда хорошо. Да это и неудивительно, с учётом того, сколько они берут за обучение в этом месте.

— Кто это? — слышу женский шёпот сбоку от себя.

— Новенькая, — этот голос мне знаком, и я в ужасе поворачиваюсь к девушкам. — И будь с ней осторожна.

— Почему? — скользит по мне оценивающим взглядом.

— Она извращенка, — бросает на меня высокомерный взгляд. — Вчера она наблюдала, как мы с Тимуром трахались. Не знаю, сколько раз она кончила, но выглядела довольной.

Со всех сторон раздаётся смех, потому что эта дура говорила достаточно громко, чтобы её услышало как можно больше народа.

— Неправда, — отрицательно качаю головой, пытаясь сдержать слёзы. — Я не смотрела!

— Хочешь сказать, что тебя не было в кладовке, пока мы трахались? — насмешливо переспрашивает.

— Была… — моя нижняя губа начинает дрожать от обиды. — Но я не смотрела… Я…

— У-у-у! — раздаются вопли студентов, перемежаюшиеся с ещё более громким смехом.

Не вижу смысла спорить, ведь каждый здесь уже сделал свой вывод. Резко разворачиваюсь и с подносом в руках иду к свободному столику.

Я здесь всего день, а уже поняла, что институт, в котором я училась, просто святое место, в отличие от этого.

Опускаюсь на стул и ставлю перед собой поднос.

Аппетит пропал, но я должна сделать вид, что их слова не имеют для меня никакого значения.

Беру в руку ложку, но не тороплюсь черпать суп.

— Маньячка! — выкрикивает мимо проходящая девушка.

— Больная сучка! — откуда-то сбоку раздаётся мужской голос.

Стираю предательскую слезу, которая стекает по щеке.

— Может нам стоит быть предусмотрительнее и запирать двери комнат? — кричит девушка из-за соседнего столика. — Часто ты так делаешь?

Опускаю веки и делаю несколько глубоких вдохов. Когда открываю глаза, то вижу за своим столом брюнета. Того самого, кого видела вчера в коридоре с какой-то блондинкой.

С такой вызывающейся внешностью и многочисленными татуировками его сложно с кем-то спутать.

— Она говорит правду? — кивком головы указывает на ту девку, что оговорила меня.

— Какая разница? — шмыгаю носом. — Разве ты, как и все здесь, не поверил её словам?

— Я верю в то, что вижу. У меня есть своя голова на плечах, — выгибает бровь и усмехается. — Так что?

— Я там была, — сипло шепчу. — Но я не смотрела на них.

— Что же ты там делала?

Не знаю, почему так просто говорю с этим парнем, но он единственный из всех, кто поверил не этой идиотке.

— Девушка, с которой меня поселили, выгнала меня из комнаты, — вытираю слёзы рукавом толстовки. — Мне некуда было идти, и куратор отправил меня в кладовку. Я легла спать, когда они… Было темно… Я растерялась. Боялась выдать себя. Поэтому просто накрылась подушкой с головой и ждала, когда они уйдут. А когда они закончили, включили свет… И вот что из этого вышло.

Парень внимательно смотрит на меня, но уже в следующий миг наше внимание привлекает подошедший к столику студент.

— Посмотрим, — издевательски усмехается незваный гость. — Может тебе и это понравится? — что-то бросает передо мной. — Сперма свежая, — поворачивается к нам спиной и садится за соседний столик. — Приятного аппетита.

Я узнаю в нём того парня, что был с этой девицей в кладовой. Только не понимаю, о чём он говорит.

Перевожу взгляд на свой поднос и вижу в тарелке с супом использованный презерватив.

— Господи, — слёзы уже текут по щекам с большей силой.

Внезапно мой собеседник поднимается на ноги, берёт мою тарелку и направляется к столику моего обидчика.

— Жри! — швыряет тарелку перед ним.

— Тох, — нервно смеётся тот. — Ты прикалываешься?

— На моём лице есть хоть один намёк на шутку? — с угрозой нагибает голову вбок.

— Из-за неё? — глаза этого нахала широко распахиваются. — Ты же не дебил?

— Нет, — на губах парня играет какая-то дикая улыбка. — Сам ты этого не сделаешь, верно?

Мой обидчик продолжает молча смотреть на парня. Но уже в следующую секунду татуированный хватает его за затылок и с силой окунает в тарелку с моим супом.

Приступ тошноты тут же меня настигает.

Зажимаю рот ладонью, хватаю сумку и выбегаю из столовой.

— Ты в порядке? — вздрагиваю от мужского голоса, который раздаётся сбоку, едва я выхожу из уборной. — Прости, я не хотел тебя пугать.

Вижу всё того же брюнета, что заступился за меня.

Он опирается плечом о стену, а руки сложены на груди.

Не понимаю, почему он вступился за меня.

— Выглядишь не очень, — продолжает, не дождавшись от меня ответа.

— Моя мачеха выжила меня из дома, — направляюсь в сторону лестницы, и парень следует за мной. — В первый же день меня поселили в чулане, потому что соседка не захотела делить со мной комнату. Потом этот учитель предлагал мне… Боже! Я даже не знаю, как это озвучить, — бросаю короткий взгляд на парня. — И ко всему этому, теперь весь колледж думает, что я больная извращенка. Как ты думаешь, я в порядке?

— Никита Сергеевич? — удивлённо переспрашивает. — Уже?

— Ты хочешь сказать, что это нормально?

— Нет, — отрицательно качает головой. — Это более чем ненормально. Но никто не может повлиять на ситуацию. А кто-то просто не хочет.

— Я отказала ему, — останавливаюсь и поворачиваюсь к парню. — Как думаешь, он оставит меня в покое?

— Не могу тебе ответить на этот вопрос, но в одном я уверен, — кивает головой. — Если ты не научишься отвечать за себя, ничем хорошим этот колледж для тебя не закончится.

— Почему ты помог мне?

— Потому что я не люблю несправедливость, — проходит мимо и поднимается по лестнице.

— А у тебя не будет из-за меня проблем? — следую за ним. — Что, если они и тебя оговорят?

— Пусть попробуют, — насмешливо отвечает и входит в коридор второго этажа. — Удачи.

Парень не ждёт моего ответа и скрывается из виду.

Какой-то он странный. Внешний вид его пугает, но он заступился за меня, чего я и вовсе не ожидала.

Спросил о моём самочувствии и ушёл так же быстро, как и появился.

Я даже не знаю, как его зовут. Хотя тот парень в столовой назвал его имя. Тоха… Кажется так… Но такого имени нет, значит, скорее всего, его зовут Антон. Других предположений у меня нет.

Поднимаюсь на третий этаж и иду в конец коридора.

Не отрываю взгляда от пола и, словно невидимка, прохожу этот недолгий путь.

Не хочу видеть, как на меня пялятся. Особенно после того, что было в столовой.

Скрываюсь за дверью кладовой и бросаю сумку в сторону.

Как мне ненавистно это место, кто бы только знал…

Сажусь на раскладушку и глубоко вдыхаю воздух.

А это всего лишь сутки, проведённые здесь.

Смотрю прямо перед собой, вспоминая, как эта парочка оказалась тут. Был бы хоть замок, даже самый простой… Но его нет.

Быстро поднимаюсь на ноги, подхожу к старому комоду, и двигаю его в сторону двери.

Приходится приложить немало усилий, но я справляюсь. Может хоть так сюда никто не зайдёт.

Поднимаю свою сумку и достаю оттуда телефон. Вижу пропущенный звонок от папы и тут же перезваниваю ему.

— Привет, Диана, — сразу же отвечает. — Как твой первый учебный день в новом месте?

— Нормально, — стараюсь говорить как можно искреннее. — Непривычно, но всё хорошо.

— Нашла друзей?

Замираю от его вопроса. Нашла ли я друзей? Он правда об этом спрашивает? За всю свою жизнь я не смогла найти друзей, а в этом страшном месте должна была? Господи.

— Ты здесь? — снова раздаётся голос папы.

— Всё хорошо, — быстро произношу. — Не беспокойся за меня, — губы искривляются от обиды, и слёзы снова вырываются из глаз. — Мне пора, пока, пап, — быстро сбрасываю вызов и бросаю телефон на раскладушку.

За что мне всё это? Неужели папа действительно не понимает, что делает? И самое страшное, что я не могу открыть ему своего истинного мнения по поводу всего происходящего.

Ведь если я сделаю это, он снова может замкнуться в себе и своей работе. И тогда я буду винить в этом себя.

Опускаюсь на подушку, и позволяю себе выплакаться. Не замечаю как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от какого-то постороннего звука и резко вскакиваю.

— Здесь занято! — выкрикиваю первое, что приходит на ум.

В голове сразу же всплывает ситуация, из-за которой у меня теперь трудности.

— Я в курсе, — раздаётся знакомый мужской голос. — Что за баррикады ты здесь настроила? — спрашивает Вадик, отодвигая в сторону комод.

— Мера предосторожности, — потирая глаза, скидываю ноги на пол.

— Ты снова не ужинала, — протискивается в комнату, и я замечаю поднос в его руках.

— А ты не обедал, — пожимаю плечами.

— Я был у девушки, — всматривается в моё лицо. — Что-то случилось?

— Много чего…

Рассказываю Вадику про ночной визит этой парочки, про преподавателя и поход в столовую.

Он внимательно слушает и эмоции на его лице часто меняются.

— За тебя заступился Карпов? — удивлённо спрашивает, когда мой рассказ подходит к концу.

— Я не знаю его фамилии, — пожимаю плечами. — Но он весь в татуировках и его комната на втором этаже. По крайней мере, — задумываюсь, — он пошёл туда.

— Первый раз слышу, чтобы он за кого-то заступался, — не прячет изумления. — Скорее он сам всегда в центре самых громких скандалов.

— Как его зовут? — игнорирую последнюю фразу парня.

— Антон, — переводит на меня напряжённый взгляд. — Но тебе лучше держаться от него подальше.

— Но он единственный…

— Он уголовник, — перебивает Вадик. — И не лучшая для тебя компания.

— Уголовник? — переспрашиваю в недоумении. — Я думала, что здесь учатся только обеспеченные люди…

— Обеспеченные не значит порядочные. И миллионеры могут быть уголовниками. Но помимо этого, здесь также обучаются те, кому государство предоставило шанс на исправление.

— Как? То есть? — не понимаю, что он имеет ввиду.

— Думаешь, это место существовало бы, если кому-то оно не было бы нужно? — иронично усмехается. — У всего есть цена, — поднимается на ноги. — Мне нужно идти, — кивает на поднос. — Поешь. Я попробую что-нибудь придумать с комнатой.

— Спасибо, — благодарю парня, и он выходит из комнаты.

Теперь в моей голове ещё больше вопросов.

Следующая ночь, к счастью, проходит без происшествий.

Правда, полностью расслабиться я всё равно не смогла, поэтому просыпалась каждый час. Или чаще.

Нужно спросить у Вадика, где ближайший магазин. Нужно купить ночник, чтобы он в любое время суток освещал комнату. А ещё замок для двери.

Ну и что-то из продуктов, на случай, если я снова не смогу поесть в столовой.

Привожу себя в порядок и иду на занятия.

В этот раз мне не нужно сопровождение, чтобы попасть в нужную аудиторию. Да их и не много в учебном корпусе.

Сажусь на своё место, достаю книги и тетрадь, и смотрю прямо перед собой.

Те, кто уже на своих местах, продолжают вести обычный образ жизни. Но я, кажется, не перестала быть центром их внимания, потому что откуда-то сбоку я слышу приглушённый женский голос.

— Лохушка эта новенькая, — в её интонацию вложено столько презрения, сколько я не слышала даже в институте, где училась. — Она нам не соперница.

Даже не поворачиваю головы. Делаю вид, что не слышу их. Пусть говорят, что хотят.

— Не скажи, — усмехается её собеседница. — Карпов вчера в столовой за неё вступился и чуть не надрал задницу Тимуру.

— Подожди, — удивлённый голос второй девушки. — Я слышала об этом… Так это всё из-за неё?

— Угу.

— И что он в ней нашёл?

Ненормальные. Неужели, если кто-то за кого-то заступился, то это не может считаться поступком доброй воли? Обязательно приравнивать это к чему-то большему?

Не понимаю таких пустышек, которые думают не мозгами, а чем-то другим.

— Разговоры в сторону! — в аудиторию заходит преподаватель, и все замолкают. — На чём мы закончили в прошлый раз?

Облегчённо выдыхаю и устремляю взгляд на мужчину средних лет. Полностью погружаюсь в тему занятия.

Первая пара пролетает незаметно, вторая тоже, и к счастью, даже на перерывах меня никто не трогает.

Только вот на последней паре меня всё же ждёт сюрприз.

— Записывайте, — произносит преподаватель, и я опускаю взгляд на стол.

— А-а-а-а-а! — не могу сдержать дикого крика, когда вижу перед собой огромную крысу. — Уберите её! Пожалуйста! — резко запрыгиваю на стул и зажимаю рот ладонью.

Это ужасное создание спрыгивает со стола и быстро исчезает из виду.

— Что за крики? — строго спрашивает препод, направляясь в мою сторону.

— Здесь была крыса! — судорожно тараторю. — Прямо на моём столе!

— Девушка, вы с ума сошли? — повышает голос. — Откуда здесь взяться крысам? Это не то место!

— Я не вру, правда, — смотрю на него умоляющим взглядом, теряя надежду, что он мне поверит. — Она была огромна, и сидела прямо на моём столе.

— Похоже, вы решили сорвать моё занятие? — скользит по мне небрежным взглядом. — Вас поставили в известность о поведении во время учёбы?

— Да, но я…

— Спуститесь наконец! — рявкает, и я быстро спускаюсь на пол. — Сегодня после занятий вы останетесь и намоете каждое окно в этой аудитории!

— Я…

— Хотите поспорить? — с вызовом смотрит на меня.

— Нет, — опускаю взгляд. — Простите…

— Продолжаем, — поворачивается ко мне спиной, и я обречённо опускаюсь на стул.

Почему здесь все такие жестокие? Почему он не поверил мне? Да и вообще, не только же я видела эту мерзость? Кто-то должен был видеть и подтвердить мои слова. Но никто этого не сделал.

Больше не получается сконцентрироваться на учёбе, и всё, что я делаю, это высматриваю крысу по полу. Но оказывается, искать нужно не там.

Мой взгляд падает на парня, сидящего в соседнем ряду, и я просто замираю от изумления.

Он демонстративно поднимает воротник толстовки, откуда выглядывает голова той самой крысы.

Парень подмигивает, а меня инстинктивно передёргивает от ужаса.

Получается, что это его крыса. И он сделал это специально… Да он хуже этого мерзкого существа в тысячу раз.

Безысходность накрывает с головой, и я готова волком выть. Как я смогу здесь обучаться, если все только и делают, что издеваются?

Не понимаю, это доставляет им удовольствие? Почему они такие жестокие?

Занятие заканчивается, но я не тороплюсь, в отличие от остальных студентов. Я не забыла, какое наказание мне дал препод из-за того, что я испугалась крысы.

Школа выживания какая-то.

— Они просто пытаются самоутвердиться за твой счёт, — слышу женский голос и поворачиваю голову.

Передо мной стоит девушка, она учится со мной на одном курсе.

Высокая брюнетка с карими глазами. Её волосы собраны в высокий хвост, в носу пирсинг, и в ушах много серёжек. Яркий вызывающий макияж немного пугает.

Наверное, если бы я встретила её на улице, меня бы накрыла паника. Но здесь такой внешний вид считается нормальным.

— Меня зовут Саша, — протягивает ладонь, и я смотрю на неё растерянным взглядом. — Не бойся, я не кусаюсь.

— Диана, — пожимаю её руку.

— Я помогу тебе, — вопросительно смотрю на девушку. — С окнами, — отвечает на мой немой вопрос.

— Почему? — переспрашиваю с сомнением. — Мне казалось, каждый первый здесь хочет ужалить, но никак не помогать.

— Они забыли, как сами попали сюда, — с улыбкой отвечает девушка. — Но я помню, — кивает в сторону. — Пойдём.

Следую за девушкой, осторожно оглядываясь по сторонам. Каждую новую минуту я жду от неё какого-то подвоха. Но его нет.

Следующие два часа мы моем окна в аудитории. Саша пытается разговорить меня, но я отвечаю ей немногословно. Не считаю, что могу здесь с кем-то сближаться. Тем более, с такой девушкой, как она.

Благодарю её за помощь, беру в столовой обед и возвращаюсь в кладовку.