Моя любовь

- Я хочу с вами познакомиться, - прошептал хриплый низкий голос прямо над моей головой.

"А я хочу в космос полететь на собственном шаттле, с обслуживанием "инклюзив", где всё включено, в подарок", - усмехнулась я, не поднимая головы от работы.
Мало ли, кто чего захотел, а самое главное, где? В библиотеке! На моей законной, вот уже скоро как пять лет, работе! Это же не шуточки какие: формуляры разбери, новеньким заведи, оформи по высшему разряду, а довольное лицо читателя при таком важном процессе и свою ответную, приклеенную к ярко - красным губам - люблю такой цвет уже три месяца и другим советую - тёплую улыбку выуди, как хочешь. Читатель - наш главный поставщик работы. Мы всей нашей библиотекой работаем в угоду ему, исполняя, то есть, предлагая, все ЕГО хотелки и желалки, точнее, находя по его запросам, интересные произведения на любой вкус.
Люблю свою работу. Как пошла на практику на четвёртом курсе института в библиотеку, словно в другой мир погрузилась - тихий, свободный. Никто нервы не мотает, не кричит, не ожидает от тебя чего - то такого, о чём ты даже и сама не знаешь.

Теперь дома хотелось делать все дела в пять раз быстрее, часто поглядывая на заслуженную потом награду - томик стихов, лежащий на столе или современный любовный роман или невероятные приключения; теперь каждый мой вечер был расписан по минутам и проведён с огромной пользой, в кресле у торшера с мягкой чёрной шкуркой, кошкой Лиркой, под боком.
Читать же я любила всегда: как пришло это осознание в восьмом классе школы - книги - просто золотой клад нашего современного общества, так начала буквально "глотать" книги одной за другой. Романы, приключения, исторические, потом опять романы...
Время летело, я взрослела, а страсть к чтению всё не могла насытиться, поэтому, когда попала на два летних месяца практики в библиотеку, сделала про себя очень важное открытие - это МОЁ МЕСТО, оно меня ждёт, и я вижу себя, работая только здесь.

- Я хочу с вами познакомиться, - настойчиво повторил всё тот же голос над моей головой.

Он всё ещё здесь, неугомонный? Да что же это такое, вскипела я внутри. Ей - Богу, не тихое, укромное рабочее место, а какой - то проходной двор!

Моя внутренняя пружина раздражения распрямилась, резко подкидывая тело вверх. Со своего места я буквально сорвалась, одним слитным движением выпрямляясь:

-Послушайте, - грозно, по слогам произнесла я, впериваясь взглядом в нарушителя спокойствия.... и обомлела сама, на пару минут потеряв дар речи. 

 - Это вы мне? - растерянно пролепетал знакомящийся, отшатываясь от стойки. 

Никакой - слово будто само напрашивалось, метко характеризуя стоящего передо мной: невзрачненькие, мышиного цвета густые короткие волосы, нос с широкими ноздрями, глубоко посаженные чёрные глаза, он был одет во всё серое. Худощав фигурой и на полголовы ниже меня. 

Никакой, невзрачненький, ничем не выделяющийся внешне настолько, что пройдёшь мимо, обойдешь и не обернешься, даже не заметишь.
- Вам, - остывая внутри, но также грозно, отрезала. Понятно, дезориентировался на пару минут от моей красоты. А ты что думал, хлопчик? Тут невзрачненькие не работают, всё же, интеллигентное и приличное место, а не клуб знакомств; мы все - работники библиотеки, уважаем себя и свой внешний вид. - Читатель? - чуть тише повторила я. Читатели были на вес золота, нельзя даже одного потерять. 

 - Кто, я? - смотря на меня, как на восьмое чудо света, и всё ещё прибывая в шоковом состоянии, переспросил мужчина. 

Пожалуй, моей ответной реплики не требовалось, субъект и так пал ниц, мысленно, передо мной. Поэтому, подождём. Спустя пару минут затяжного молчания - ожидание всегда приносит свои плоды - мужчина спохватился:

- Читатель, да. Новый. Давайте оформимся? - предложил мне.

Ну вот, довольно потирая руки внутри себя, сказала уже примирительно:

- Вот с этого и следовало начинать. Давайте. Диктуйте чётко и ясно свои фамилию, имя и отчество.
- Меня зовут Виктор, - склонился опять мужчина над моей макушкой, пока я бережно брала в руки формуляр, а потом аккуратным, круглым почерком начала писать. Виктор - имя, звучащее красиво, когда его призносишь только так. Ласково же получается Витенька, Витюся, Витюша.... М - да. Я представила это себе и немного поморщилась, что не укрылось от глазастого субъекта напротив.

- Что с вами? - резво спросил тот.

- Ничего, сейчас пройдёт, - думая, что ответить, тянула я время, - рука немного побаливает, но уже лучше.

- Вы так много работаете, - благоговейно сообщили над моей макушкой.

Это было правдой. Последние годы я брала по две смены: и деньги лишними не бывают, но всё же причина была другая. Однако, отчего - то от похвалы мужчины было приятно. 

- А вас как зовут? - с придыханием переспросили над моей головой.
- Ольга, - нехотя ответила. Во - первых, мы все носили бейджики, во - вторых, если мужчина настойчиво спросит любого другого библиотекаря обо мне, ему на блюдечке с зотой каемочкой выдадут тут же и фамилию, и имя - отчество.

- Оленька, - ласково, с улыбкой в голосе, словно нежной рукой погладил по волосам, переиначил мужчина на свой манер моё имя. Нет, такой фамильярности не люблю, а на работе не потерплю тем более! Взглянув снизу вверх на улыбающегося мечтательной полуулыбкой Виктора, поправила сразу на корню, пока розовые облака не унесли серенького субъектика в даль светлую:

- Ольга Сергеевна!
Меня зовут Ольга Сергеевна Лапушкова, имею статус молодой, привлекательной женщины тридцати трёх лет от роду. Слишком правильной, слишком настойчивой и немного давящей натурой, пожалуй, это все мои заслуженные плюсы. Минус вытекал из таких плюсов только один - одиночество.
Родители мои жили далеко, в другом городе. Созванивались мы нечасто, пару раз в неделю. От этих звонков моя жизнь не менялась, оставаясь каким- то смутным, серым, неправильным пятном. И ещё...
Несмотря на кошку Лирку, я была полностью не нужна мужскому полу, как бы не кокетничала: то глазки пожирнее подведу, стрелочки почернее нарисую; да, получалось как у главных героинь бразильских сериалов, зато эффектно - мужчины долго ещё оглядывались на меня, после интересных разговоров; то поэкспериментирую с помадой: совсем неожиданно, пару месяцев назад, понравился ярко - красный цвет: "Берите, берите, не пожалеете, губки сразу станут ваши сочные, вкусные, взгляд не отвести", - на последнее я и повелась, если взгляд не отвести, то брать нужно однозначно, решила я.
Потом, ожидая томных, вкусных, глубоких поцелуев, я поняла, что выбор сделан был верный - не все целовали, не все, зато КАК мужчины смотрели на мои губки - ммм...
То наряды меняла, специально подбирая гармоничные цвета друг под друга: куртке моей было лет десять точно - зимняя, очень тёплая куртка, которую я не променяла бы ни на что; то шапочки красивых цветов под неё накуплю, начиная от любимого горчичного цвета, до нежно - голубого - вставки на куртке были яркие и разноцветные, поэтому, экспериментировать я с шапочками смело.
Наряды под курткой были стильные, модные и под настроение: если день рождения или праздник, то белую блузку под серую жилетку и тёплую серую юбку - карандаш непременно, пусть весь женский коллектив моей библиотеки видит меня при параде; если встала и настроение не очень, то любимый чёрный цвет гармонировал с серой жилеткой и тёплой серой юбкой - карандашом.
С премии удалось, помню, по распродаже купить розовую и фиолетовые блузки - повезло, остался лишь только мой пятьдесят второй размер.

Сегодня я была в черной блузке под самое горлышко, что, видимо, нисколько не смутило мужчину подойти познакомиться. 

- Ваше отчество? - переходя дальше по списку в формуляре, поинтересовалась я. 

- Игнатьевич, - просто ответили над головой. Дааа, имечко редкое. Таким нарекали наших дедушек и прадедушек. - И последнее, назовите, пожалуйста, вашу фамилию? - почему - то мне было важно это услышать. 
Я любила говорящие имена и фамилии. Например, Тимур Володин, звучит же? Или Владимир Немиров, или... 

- Лялькин, - гордясь и распрямив плечи, произнёс мужчина. Гордясь! 

Да... И пока я записывала ЭТО аккуратным, круглым почерком в формуляр, пыталась сопоставить несопоставимое, потому как Ольга Сергеевна Лялькина ну, никак - никак! - не хотело, даже мысленно, вписываться в мой новенький, чистенький, с лучшей фотографией паспорт. Представляю: вся моя работа с директрисой впридачу смеялись бы по углам над такой фамилией, весело, с ноткой сарказма в голосе, величая "Лялькой" или "Лялечкой", что меня - тридцати трёх лет, молодую женщину - вгоняло бы точно в краску. Просто вот это слово, вернее фамилия. 

 - Понравилось, да? - имея ввиду свои ФИО, решил уточнить невзрачненький. 
 - Очень, - поддакнула я, начиная мысленно разрабатывать план, как сплавить подальше от себя незадачливого ухажера - не мой тип внешности, не моего роста, я любила статных, высоких, а про фамилию с именем и говорить нечего. 
***

- Знаю, знаю, я задержалась, прости меня, - быстро скидывая сапожки, снимая куртку, я прошла на свою маленькую кухонку шесть метров, где помещались за белым, раскладным столом только два человека и третьему было бы уже тесно. Лирка мурлыкала у ног, выпрашивая вкусный себе корм. - Иди, иди, Лирочка, - насыпая кошке долгожданную еду, я осторожно погладила свою маленькую любимицу. - Знаешь, кажется, у меня появился кавалер. Только мне такие невзрачненькие не нравятся, эх, - я тяжело вздохнула, делясь подробностями этого дня со своей "подружкой". 

Виктор
Она была милой, домашней и уютной. Именно последнее слово, такое не подходящее к описанию человека, подходило к ней больше других. Не стройненькая, плоскогрудая фотомодель с накачанными губами и стройными, длинными ногами от ушей, а полненькая, с животиком, толстенькими ножками, строгим взглядом и полной грудью - мечтой всех мужчин.

"Фигуристая", про таких мы говорили сугубо в мужской компании. Оленька была фигуристой, с золотистой россыпью веснушек около вздёрнутого носика, так красиво сочетающимися с белокурыми волосами, забранными в хвост, и капризными, пухлыми губками (если стереть вульгарную ярко - красную помаду); только характер, на манер жёлтого надутого шарика - внимание, всем приготовиться! - вперёд пёр буром, затмевая, оттесняя, отталкивая уютную Оленьку на второй план. 
Понимала ли это она сама? Скорее всего, понимала, принимала, а повлиять на свой характер, смягчая его, облагораживая улыбкой, кротостью, терпением, чуткостью и внимательностью к людям, деталям, мелочам никак не могла.

Оленька! Такое имя чудесно подходило этой молодой женщине, чей протест, нежелание со мной познакомиться поближе, узнать получше, вместо отталкивания, только разжигали моего внутреннего охотника.
Назвав свои ФИО Оленьке, в ответ я увидел кислую мину на круглом, полном, милом для меня личике. Больше всего она скривилась на фамилии, чуть ниже опуская голову, пытаясь скрыть эмоции, но я увидел. Меня это даже повеселило внутри: кто же захочет знакомиться с Лялькиным.

Дело в том, многие захотят, узнав поближе, да только на определённом сближении, не подпускал к себе уже я. Вот Оленьку бы подпустил, постепенно раскрывая свою биографию и всё, попутно прилагающееся к ней.
Почему? Ответ был прост - девушка  - язык не поворачивался назвать Оленьку женщиной - сильно мне понравилась своей легкомысленностью, боевой натурой, ужасным характером и маленькими двумя белыми волосинками, сзади на жилетке, означающие предположу, у девушки дома живёт кошка, а кошек я просто обожал.

- Какие вы любите цветы, Ольга Сергеевна? - перед самым уходом решился спросить. Оленька на пару минут задумалась, выдыхая:
- Люблю розы. Очень их люблю, а почему вы спрашиваете? - нехотя спросила, я видел это, просто женское любопытство пересилило.

- Просто так, Оленька, - уже спеша откланяться, улыбнулся девушке.

- Ольга Сергеевна! - донеслось строгое сзади. На такое не отвечают, уступая даме; про себя же довольно усмехнулся: Ольга Сергеевна пусть величает себя так, как сама того пожелает, для моего же военного, жёсткого, закалённого военными кампаниями сердца, эта цветущая, вкусно пахнущая розочка будет Оленькой.