— Ой, какая ягодка! — услышала я весёлый голос, со стороны автопарковки, проходя мимо супермаркета. С любопытством оглянувшись посмотреть, кому так повезло с ласковым ухажёром, у одного из автомобилей увидела мужчину, лет так сорока, с восхищением, смотревшим в мою сторону.

Вот шутник. У человека, видимо, преждевременное предновогоднее настроение. Я тоже находилась в предвкушении приближающегося праздника, но провоцировать продолжение подкола в свою сторону не собиралась. И поэтому, смерив весельчака равнодушным взглядом, пошла дальше.

В свои сорок восемь лет я трезво оценивала собственный возраст, и молодиться не собиралась. Что имела, то имела. Поэтому и шутка со стороны незнакомца, не вызвала, ни чувства восторга: «Меня заметили и оценили», ни обиду, на злую шутку.

В народе говорят: — «В сорок пять, баба ягодка опять». Я же в том возрасте, абсолютно не ощущала себя ягодкой или козочкой. Женщина не первой зрелости, это про меня. Никто влюблённых взоров уже не бросал, в любви не признавался, и за части, моего откормленного тела, не хватался.

И сейчас, несмотря на то что, став завсегдатаем тренажёрного зала и стадиона, в попытках удержать в здоровом теле здоровый дух, выглядела значительно лучше многих сверстниц, иллюзий на свой счёт не питала. Романтика, и всё её сопровождение, канули в Лету. Я и так, хорошо в молодости порезвилась.

— Конечно, я могу понять временный интервал, продолжительностью в двадцать с хвостиком лет. Да и жизнь вихрастая, со взлётами и падениями, память могла подпортить. Но, чтобы так натурально устраивать игнор старым друзьям, это уже за гранью моего понимания, — остановила меня словесная абракадабра, от водителя крутой тачки, резко затормозившего и перегородившего мне путь, когда я собиралась пройти под аркой, соединяющей мой и соседний дом.

— Мы знакомы? — нехотя задала вопрос, только бы отвязался липучий. И не лень же ему было, за мной гнаться?

— Фамилия Карташов, и имя Александр, Вам девушка, никого не напоминает? — Абзац! Сашка. Младший брат моей школьной подруги.

— Александр? Прости, не узнала. Изменился так, что только при ближайшем рассмотрении, по глазам могу признать, — искренне обрадовалась я неожиданной встрече. С его сестрой, мы уж лет двадцать не виделись. Слишком много я переезжала, меняя не только места жительства, но и номера телефонов. Вот где-то там, среди всего этого хаотичного передвижения связь между нами и оборвалась. Хотя в юности мы с Анютой были не разлей вода.

— А я тебя искал, как только приехал сюда, — сообщил мужчина с лёгкой улыбкой, не вяжущейся с внимательно-изучающим взглядом.

— Не поняла. А откуда тебе было известно, что я в этом городе живу?

— Сорока на хвосте весточку принесла, — ещё шире разулыбался он, — Как там говорится: «У женщин свои секреты». Ну а у нас мужчин — свои.

— Так ты в командировку приехал? — полюбопытствовала, разглядывая его с чувством лёгкой эйфории. У меня с ним в те давние времена, сложились довольно странные взаимоотношения. Младше нас с его сестрой на девять лет, он, будучи долговязым мальчишкой, постоянно крутился рядом с нами, стоило мне переступить порог их дома. Да и потом, при моём первом замужестве, частенько увязывался за мной, когда я со своей дочкой выходила на прогулку. Вспомнился один эпизод. Кто-то из прохожих восхитился, что столь юный папаша, такой внимательный и заботливый к ребёнку. Парень от похвалы весь зарделся и расплылся в улыбке до ушей от удовольствия, будто он и впрямь являлся отцом. А ведь ему в ту пору, было не больше шестнадцати.

— Нет. Я здесь не по работе. Хочу присмотреться к твоему городу, чтобы решить, стоит ли переезжать сюда.

— Не поняла. Ищешь новое место обитания? Надоел родной город? — удивилась я. Обычно люди играют в перекати-поле по молодости, чтобы с возрастом — остепенится. А здесь всё, наоборот.

— Но сама-то ты всю жизнь в разъездах провела. То, Курилы обживала, то — Приморье. А после, к Уральским горам поближе перебралась. Вот и я захотел что-то изменить в привычках, — удивил Саша своей осведомлённостью обо мне любимой.

— У нас с тобой, вроде как, нет общих знакомых. Кто тебе всё это рассказал? — прищурившись, посмотрела я на него с шутливой подозрительностью.

— Мэм, не забывайте, мы живём в технократическом мире, в котором вся информация в широком доступе и уже ничего утаить нельзя. Интернет нам в помощь, — ответил Александр рассмеявшись.

— Так ты давно уже здесь? И где остановился? — перешла я на деловой тон.

— Приехал неделю назад. Заселился в гостиницу. Но теперь нахожусь в поисках аренды квартиры. Может, подскажешь, на какой район стоит обратить внимание? — стал он тоже серьёзным.

— Ну, это зависит от твоих предпочтений. Если любишь уединение и природу, то смотри в пригороде. Там и травка зеленее, и тишина первозданная. А в центральной части, хотя всё находится в шаговой доступности, сильно шумно. Да и цены кусаются.

— Я работаю на дому. И мне желательны, покой и тишина.

— Дистанционная работа?

— Да, она родная, — чему-то усмехнулся он.

— А знаешь, зачем тебе тратить деньги на гостиницу? Переезжай ко мне. Осмотришься, и не спеша поищешь что-нибудь подходящее. У меня четырёхкомнатная квартира, в которой я живу одна. Согласен?

— А не боишься пускать в дом чужого человека? — хитро прищурился он.

— Я уже не в том возрасте, чтобы кого-то опасаться, — усмехнулась, скривив рот. Скоро совсем окривею от этой дурной привычки, — А тем более, какой же ты чужой, если я тебя с пелёнок знаю. Да и рядом с таким молодцом, может, и сама помолодею, — добавила жизнерадостно.

— Хочешь сказать, что уже списала себя со счетов, как женщину? — спросил как-то уж слишком напористо. Не надо было говорить, что я его с пелёнок знаю. Наверно это не совсем тактично намекать на разницу в возрасте. Мы ведь уже не дети, чтобы малявкой его обзывать.

— Никого я не списывала со счетов. Но считаю, что достаточно погуляла в жизни. Пора и честь знать. Теперь мне только одна дорога, если и не в монастырь, то, в полное уединение, это точно.

— Ну тогда я, наверное, соглашусь на твоё предложение, раз мне рядом с тобой ничего крамольного и опасного не грозит.

— В каком смысле, крамольного и опасного? — уставилась я на него ошарашенно. Это ты о чём?

— Ну, как же, ты ведь у нас была женщина-вамп? Разве не так? — рассмеялся он, но как-то не слишком искренне, — Кто мог остаться равнодушным, хоть раз повстречавшись с тобой? — интересно, на что он это намекает? — Но раз женщина-вамп теперь на пенсии, то мне можно расслабиться и не бояться её обольстительного коварства.

— Ну ты и юморист. Что-то я не припомню за тобой такого таланта.

— А что ты обо мне вообще помнишь? — странно, но прозвучало это несколько вызывающе.

— Милый малыш, таскающийся за нами девчонками, и жадно ловящий наши разговоры, — решила подтрунить над ним из-за ощущения, что у него ко мне какие-то обидки остались из прошлого. Только какие? Детишками, мы бываем не слишком тактичными, если не сказать — жестокими. Но не может же он обижаться на меня до сих пор?

— Ну спасибо и на этом, — снова озарилось его лицо весельем, — А то, я уже подумал, что ты про меня совсем забыла за все эти годы. Мало ли кто мог бегать за тобой в том возрасте. Разве всех упомнишь? — и опять эта странная усмешка, будто вспоминает о чём-то для себя ни совсем приятном, — Ладно, говори быстрее свой адрес или телефон, пока меня не оштрафовали, что тротуар перегородил, — наконец решил обратить он внимание, на то, как расположил автомобиль.

Продиктовав ему и то, и другое, я направилась домой в приподнятом настроении. Видимо, воспоминания детства были для меня светлыми и приятными.

Загрузка...