Муза в Академии Магии

В любой сказке, где принц спасает принцессу, должен быть хэппи энд. Принц в деловом костюме тащит за руку ничего не видящую в фате невесту. А в конце магическое «жили они долго и счастливо». Некоторые на этом и останавливаются, прочтя в детстве сказку о Золушке, а в юности, пересмотрев «Красотку».

Но не я. Я смотрела Шрека, причем все части, и знаю, что будет после «долго и счастливо». Поэтому как бы меня ни тянуло к ректору, ни замуж, ни детей я не хочу. Да и карьеру в этом мире придется начинать с нуля. С обучения в Академии. Но до этого обучения еще нужно дожить.

– Кристина, – ловлю на себе суровый взгляд, – как можно было опоздать на целый час? Конечно, я понимаю, что ты теперь невеста ректора, но ты еще и мой секретарь. А скоро будешь студенткой Академии. И как твой начальник, и как будущий преподаватель, не потерплю такого невнимательное отношения к своей работе, – не делая пауз между предложениями, наставлял все еще мой начальник, Канаи.

Дальше там было бла-бла-бла, о том, как порядочные девушки должны относиться к работе, о том, что опаздывать нехорошо, а пользоваться положением для того, чтобы получить привилегии, тем более. Но я уже не слушала. За тот год, что я работаю секретарем у заместителя ректора, к таким выволочкам я привыкла. Канаи хоть и зануда, но правильная. Даже Даррингу достается за наши опоздания. Ведь просыпаем мы теперь вместе.

После появления у меня крыльев, заговора сестры Дарринга и руководителя кафедры некромантии Освальда, оживших дипломных проектов и прохождения праведного суда, прошел довольно скучный год. Дарринг вернул место ректора, его сестру Химуру так и не нашли, а Освальда посадили. Нам дали добро на то, чтобы построить новые корпуса, которые мы спроектировали и возводили вдвоем, как творец и муза. И скоро я войду в учебные здания как студентка факультета смешанной магии и невеста ректора.

Где свадьба, спросите вы? Ведь порядочный мужчина, столько переживший со своей девушкой, должен был на ней жениться. Дарринг, как порядочный, и хотел. Только вот в невесты ему досталась я. А я в жены не спешу.

Хотя стирает Зира, а готовит Бастиан с десятком поварят, но забот для жены найдется в доме предостаточно. Например, дети. Ведь порядочная жена должна принести мужу потомство, родить, растолстеть, нянчится с детьми и не спать ночами. А вы же помните, где я теперь живу? В мире, где, щиплют гусей, чтобы сделать перьевые ручки, знать не знают ничего о подгузниках. К такому я пока не готова. Мне учиться надо. Вгрызаться в гранит, бороздить просторы, а не сидеть с кричащим ребенком. Нет, я не против детей. Но не сейчас. Поэтому целыми днями мы спорим, обсуждаем и приходим к консенсусу, к которому не сможем прийти до моего окончания Академии.

– Ты меня вообще слушаешь? – вырвал меня из раздумий голос Канаи. – Если нет, то садись и разбирай приглашения для студентов. Сегодня нужно отослать все до единого.

Недовольный, он скрылся за дверью. Я подхватила стопку бумаг, лежащих на моем столе, и принялась подписывать каждое, вкладывать в конверт, давать в лапу совам, голубям и ястребам, которые в изобилии теснились в углу кабинета. С почтой здесь тоже была напряженка. Когда последний лист с приглашением на церемонию открытия нового учебного года был отправлен, я вздохнула. Вроде ничего не сделала, а устала как лошадь. Из кабинета выглянул Канаи.

– Тебя вызывает ректор, – бросил он, тут же захлопнув дверь.

Я улыбнулась, потянулась, поправила платье и вышла в коридор. Постучала в дверь с надписью "Дарр Мастерс, ректор" и услышала: «Войдите». Дарринг сидел за столом, сосредоточенно читая бумаги. Но увидев меня, отложил их в сторону и встал.

– Рад видеть мою ненаглядную невесту, – улыбнулся он, притягивая меня к себе и даря обжигающий поцелуй, – птичка моя.

– Почему птичка? – оторвалась я от него. Терпеть не могу все эти животные прозвища.

Дарринг вытащил из моих волос перо и показал мне.

– Почта, – чихнула я.

– Все отправила? – взгляд Дарринга стал серьезным.

Я кивнула.

– Важно не пропустить никого из студентов. Особенно из нового потока для немагов и со смешанной магией.

– Все отправила, все распределила, на воротах будут стоять преподаватели и распределять потоки.

Дарринг загадочно улыбнулся.

– Ну тогда у нас есть немного времени.

Он подхватил меня на руки и усадил на край стола. Я обхватила его за шею и горячо его поцеловала.

– Готов провести с тобой весь день, – тяжело дыша, произнес он, зарываясь мне в волосы.

– Господин ректор, что вы себе позволяете на рабочем месте? – шутливо поддела я его. – Не можете потерпеть до дома?

– Не могу, – отстраняясь от меня, сознался он. – Поэтому мы закончим рабочий день и срочно едем домой.

Я выглянула в окно, солнце стояло высоко над горизонтом.

– Сейчас середина рабочего дня, – вопросительно посмотрела я на своего жениха. – Как мы объясним это Канаи? Он и так каждый день читает мне лекции про опоздания.

Дарринг ухмыльнулся.

– Я же ректор, могу уйти в любое время. А ты ведь отправила себе пригласительное на посвящение первокурсников?

– Да, непонятно только зачем, я и так знаю, когда и куда приходить.

– Каждый уважающий себя студент имеет фамильяра. Магия дракона сама выберет нужный и отправит к тебе. Поэтому после получения приглашения нужно сидеть дома и ждать его прибытия.

– Фамильяр – это кто? – с интересом спросила я. – Сова как у Гарри Поттера?

– Я не отмечаю, какой студент какой фамильяр получил. Но может быть и сова, и крыса, и даже волк. Фамильяры – это духи, они могут принимать любой облик.

– Тогда чего мы ждем? Поехали домой?

Я направилась к выходу из кабинета, но услышала за спиной звук открывающегося портала.

– Опять? – повернулась я, состроив капризную мину. Ну не люблю я порталы, можно сказать, меня в них укачивает.

– Не могу ехать на машине, это будет слишком долго.

Дарринг подхватил меня на руки и внес в светящийся круг. Я, как обычно, закрыла глаза. Через секунду мы были в нашей спальне. Опустив меня на кровать, он дернул за шнурок шлейфа, связывающего мое платье.

– Мы даже не предупредим, что прибыли? – спросила я, поглядывая на дверь. – Вдруг слуги войдут в комнату для уборки?

Дарринг повернулся к двери и припечатал ее заклинанием.

– Теперь не войдет.

Ну да, так же проще, зачем защелку придумывать.

Развязав тесемки корсета, он провел рукой по плечу, на котором была нарисована магическая татуировка. Когда я оказалась в этом мире впервые, я думала, что мне ее поставили как клеймо раба. Сейчас же она означала то, что я принадлежу только одному мужчине. Я невольно потянулась и дотронулась до плеча Дарринга, на котором была такая же татуировка – признак того, что и он принадлежит только одной женщине. Этакая помолвка на манер жителей Ауры. Да, колец здесь не носили, только татуировки. В принципе, не затратно, сохраняет семейный бюджет.

Но на татуировке Дарринг долго не задержался, провел языком от плеча до мочки уха, от чего я призывно застонала, выгибаясь ему навстречу.

– Давай зашторим окно и не будем выходить из комнаты до самого утра, – прошептала я ему на ухо.

– Ты же знаешь, сегодня прибудет фамильяр. Нельзя его не впустить.

– Может, он будет поздно вечером, – не сдавалась я, – а мы на пару часов только закроемся.

И будто слыша мои слова, что-то большое и черное мелькнуло за окном, каркнуло и с шумом приложилось об стену. Я закричала и села на кровати, зарывшись в одеяло. Дарринг встал и подошел к окну.

– Кажется, это к тебе, – весело заявил он, отлепляя от стены черную пернатую массу и кидая ее мне в ноги.

– Что это? – я еще дальше отодвинулась от копошащегося существа.

– Твой фамильяр, – заявил Дарринг, встряхивая непонятное существо и расправляя ему крылья. – Судя по всему, это ворон.

– Ты уверен? – осторожно спросила я.

Потому что лично я была совсем не уверена, что эта масса является благородной птицей, которую я видела когда-то в зоопарке. Там ворон был холеный, с гладкими иссиня-черными перьями, и смотрел величественно, будто знал намного больше, чем все люди вместе взятые. Тот комок перьев, который ворочался рядом со мной, совсем не был похож на благородную птицу.

– Варфоломей, – перьевое недоразумение развернулось, показав две большие куриные лапы и черный клюв, – фамильяр его превосходительства Кристины Мастерс.

Дарринг поднял бровь и посмотрел на меня.

– Я тут ни при чем, – тут же открестилась я от новой фамилии. – Кто-то нас поженил уже заранее.

– Фамильяров назначает сама магия Ауры, – Дарринг медленно прошелся рядом с кроватью, рассматривая незадачливую птицу, – никто не может подменить или подшутить, отправляя фамильяра.

– И что это значит? – спросила я Дарринга, не сводя глаз с птицы, которая еле держалась на ногах.

– Магия Ауры решила, что мы одна семья. Видимо, ей известно намного больше, чем нам с тобой.

– Никто не может решать за нас, когда нам жениться и делать ли это вообще, – фыркнула я.

– Просто так это не могло получиться. Ты же знаешь, что входит в обязанности мужа и жены в Ауре. Может, дракон Ауры решил мне немного помочь?

Я фыркнула. С момента, как ворон произнес мою новую фамилию, я подозревала, что к этому все и сведется.

– Я знаю, что муж и жена должны заниматься воспроизведением и воспитанием потомства. Но, вообще-то, именно этим нам и не дали позаниматься, – выразительно указала я на ворона.

– Кристина Мастерс, – повторил ворон, – с этого момента я являюсь твоим фамильяром.

Это второй том цикла “Муза”. Первый том и начало истории можно прочитать

 Обе истории читаются как отдельные книги.
Подборка магакадемии

– И что делает фамильяр? – спросила я, натягивая на себя корсет.

Хоть это и просто птица, в неглиже даже перед ней мне было неуютно.

– Фамильяр в моем лице наставляет на правильный путь, помогает в решении проблем и поиске выхода из сложных ситуаций, – важно продекламировал ворон, расхаживая по кровати и делая шаг на каждом слове.

– Ну, если в твоем лице, – многозначительно проговорила я. – На лекциях подсказывать будешь?

Ворон недоуменно посмотрел на меня.

– Мне досталась глупая госпожа, у которой нет мозгов для обучения?

Дарринг прыснул со смеху.

– Мне эта птица однозначно нравится. Хоть кто-то сможет переговорить тебя.

– Переговорить? – решила я возмутиться. – Да он просто меня оскорбляет!

– Обида на оскорбление приходит только тогда, когда сказанная фраза была правдива. Отсюда могу заключить, что мое предположение об умственных способностях госпожи верно.

Я открыла рот и перевела взгляд с ворона на Дарринга. Тот приложил палец к губам, показывая, что мне лучше помолчать. Пришлось закрыть рот и обратиться к птице с простым вопросом.

– То есть ты будешь таскаться за мной под видом моей совести и читать мне нотации?

Ворон утвердительно каркнул.

– Ну и чем он отличается от Канаи? – задала я вопрос Даррингу. – Тот тоже следит за каждым моим шагом и читает мне лекции по поведению.

– Значит теперь Канаи будет больше времени уделять своим непосредственным обязанностям, а не воспитанию своего взрослого секретаря.

– Меня не надо воспитывать, – вспылила я. – Как ты сказал, я уже большая девочка, и спокойно могу заниматься своими делами без родительского контроля.

– Ну, конечно, – Дарринг с улыбкой на меня посмотрел, – именно поэтому неделю назад мне пришлось ехать на Лесную Заимку, чтобы забрать тебя у фей. Даже представить не могу, как они могли перепутать тебя с вырубщиками леса? Разве что по форме, которую они носят, да топору в руках? Скажи спасибо, что не казнили на месте.

– Это была ошибка, – призналась я, – внедряясь в банду, нужно было предупредить. Но ты был в отъезде в Отдаленных Пустошах. А сам знаешь, что там не работает ни одна магия.

– А не поэтому ли ты решила внедряться в банду тогда, когда меня не было рядом, и предупредить меня тоже никто не мог?

– Ты был бы против, – надулась я.

– Конечно я против. Какой нормальный человек отпустит свою невесту в логово отъявленных бандитов?

Я вскочила с кровати и встала напротив Дарринга, который сложил руки на груди.

– Мне нужно было знать правду. Эльфы должны знать, кто покушается на их деревья. Я же не виновата, что у вас нет никаких средств массовой информации!

– Совы прекрасно передают сведения.

– Я не про это, ты знаешь, – крикнула я. – Надоело быть просто секретаршей, невестой и будущим студентом. Я хочу быть полезной, делать что-то, что будет приносить пользу другим людям.

– Кому бы была польза от того, что эльфы тебя казнили?

– Польза была от того, что они узнали, кто вырубает их леса. И смогли найти самих лесорубов и тех, кому они передавали волшебные деревья.

– Для этого есть охрана и полиция, – не унимался Дарринг.

– Они не могут ловить, если не знают кого. А для этого должна быть пресса. Журналистские расследования тоже, между прочим, много значат.

– Тебе мало быть секретарем и моей невестой? Ты хочешь быть журналистом?!

Дарринг рявкнул так, что даже ворон подскочил и, не удержавшись, кубарем скатился с кровати. Мы стояли и со злостью смотрели друг на друга. От романтической ситуации не осталось и следа.

– Прошу прощения, если вмешиваюсь в общение мужа и жены, но я хочу сказать, – начал он.

– Мы не женаты! – рявкнули мы оба, выбросив весь негатив на ни в чем неповинного ворона.

– Простите, но у меня ясно значится – Кристина Мастерс, жена лорда Мастерса.

– И фамильяр у тебя бракованный на всю голову, – выругался Дарринг, отходя к двери. – Не можем мы быть женаты, не обвенчавшись в магической пещере.

– Магия не может ошибаться.

Ворон встал на ноги и стал расхаживать по комнате. Ноги его заплетались, он то и дело натыкался на стулья, столы и другие предметы, стоящие на полу.

– С ним все в порядке? – шепотом спросила я Дарринга, совсем забыв про ссору.

Он подошел к птице, схватил его за крылья и поднял в воздух.

– У тебя просто косоглазый ворон, – покатился он со смеха, поворачивая птицу ко мне.

И точно, на меня смотрели два вороньих глаза: правый влево, левый вправо. Вот повезло-то.

– Поэтому он и перепутал все. Не можем мы быть мужем и женой.

– Фамильяры проходят через скалу правды. Знания, полученные мной – это магия самого дракона. Она не может ошибаться.

– Похоже, с этим нужно дополнительно разобраться.

– Разберитесь, – разрешил ворон Даррингу, вырвался из его рук и со второй попытки сел на спинку стула. – А сейчас покажите мне, где у вас детская.

– Что, прости? – уставилась я на ворона.

– Ну, да, точно, – ворон прикрыл крылом голову, – леди может не знать, но так называют место, где живут ваши дети.

– У нас нет детей, – поплевала я три раза через левое плечо, за что получила осуждающий взгляд от Дарринга.

– Как нет детей? Магия сообщила мне, что у Мастерсов есть ребенок, возрастом 1 год 3 месяца.

– У нас только 26-летний, – хмыкнул Дарринг, поглядывая на меня.

– Что за странная семья, – заволновался ворон и захлопал крыльями. – Варфоломей очень сильно возмущен.

– Если Варфоломея что-то не устраивает, он может лететь отсюда, – злобно прошипела я. Вся эта игра в матери-жены мне начала надоедать.

– Варфоломей должен разобраться, – заявил ворон с таким видом, что было понятно, что никуда улетать он не собирается. – Значит, вы не женаты?

Я кивнула.

– Обручены?

Кивнула снова.

– Хорошо. Клейма, как понимаю, у вас стоят, – он покосился на мое плечо. – Все оповещены о вашем желании вступить в законный брак, одобренный самой магией?

– А без одобрения никак? – не выдержала я.

– Желающим вступить в законный брак необходимо пройти процедуру одобрения у Магии Ауры, то есть у дракона.

Хотела спросить у Варфоломея про эту процедуру, но вовремя захлопнула рот. Иначе бы погрязла в исторических дискуссиях. За меня ответил Дарринг.

– Мы никого не оповещали. В Академии было много других дел.

– Надо оповестить, – приказным тоном заявил ворон.

– Так точно, ваше величество, – отсалютовала я, приложив руку к голове.

– Хорошо, – удовлетворенно проговорил ворон. – Сделаете это завтра. А сейчас можете показать мне место моего обитания.

– Нет, ты, действительно, не понимаешь? – подошла я к нему вплотную. – Мы не собираемся никого оповещать.

– Подожди, – остановил меня Дарринг. – Про оповещение – неплохая идея. Преподаватели должны знать, по какой причине студентка постоянно наведывается ко мне в кабинет. Иначе пойдут кривые разговоры.

– Это ты подожди. Я не хочу, чтобы ко мне относились предвзято. Студенты будут считать, что меня оценивают как невесту ректора, а преподаватели, в свою очередь, будут оценивать меня так же. А я хочу сама добиться всего, чтобы меня оценивали как личность, а не как родственницу высокопоставленного лица.

– Вред от кривотолков значительно выше, чем от разговоров за спиной, – важно проговорил ворон.

– А ты вообще молчи! – накричала я на птицу. – Ты на моей стороне?

– Моя задача – не принимать сторону своей госпожи. Моя задача – направлять вас на верный путь.

– Тогда просто помолчи! – рявкнула я и повернулась к Даррингу.

– Ты понимаешь, что я хочу быть собой?

Его серьезное выражение лица сменилось заботливым, и он притянул меня к себе.

– Конечно, понимаю. Ни смотря ни на что, тебе придется быть в нескольких ролях: студентки и невесты.

– И журналистки, – добавила я, вдыхая аромат его тела.

– Любопытной особы, я бы сказал.

– Не забывайте о роли жены и матери, – не удержался ворон.

– Мы не женаты и у нас нет детей.

– У меня другая информация, – упрямо повторил ворон.

Я вздохнула и посильнее прижалась к Даррингу. С таким фамильяром скучно не будет. Будет ооочень скучно.

– Я, наверное, сейчас вам помешаю, – ворон слетел на пол, – но мне с госпожой необходимо завершить связь. На это осталось не так много времени.

– Конечно, – Дарринг отстранился от меня и принял свой обычный деловой вид ректора.

Поцеловал меня в лоб, поправил сбившуюся прядь и вышел.

– И как завершать нашу связь? – спросила я ворона, который расхаживал по комнате, натыкаясь на разные предметы, попадая мне под ноги и, пытаясь выглядеть важным, что с косыми глазами у него явно плохо получалось.

– Сядь, – приказал он мне, и я плюхнулась на пол рядом с ним. – Вытяни руку.

– А ты точно мой фамильяр? – с неохотой протянула. – А то вдруг комнатой ошибся, и где-то плачет замужняя девушка с ребенком?

– Не сомневайся. В нашем роду никто не ошибался.

Он подошел и со всего размаха клюнул меня.

– Больно же, – отдернула я руку.

На ладони появился маленький огонек, который стал подниматься к плечу и, добравшись до сердца, медленно растаял.

– Что это было? – я потерла ранку, на которой выступила капелька крови.

– Наши магии слились. Теперь я буду знать где ты и прибуду, если тебе нужна будет помощь.

– И все?

– А ты хотела что-то еще?

– Просто ты так пафосно сказал «ритуал по слиянию», что я подумала о заклинаниях и танцах.

– Я мудрый ворон из древнего рода. Танцевать меня никто не заставит! – он гордо вздернул клюв.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Дарринг. Он на ходу снял рубашку, бросил ее на кровать и открыл шкаф.

– Пришла совиная почта, – коротко бросил он, – меня вызывают в Архаим к королю.

– Что-то случилось? – я вскочила с пола. Если ректора вызывают в столицу, хорошего от этой встречи ждать не приходится.

– Не знаю. Но уже вторую неделю говорят о набегах на границы государства.

– Но при чем тут вооруженные нападения и наша Академия? – пыталась понять я серьезность ситуации.

– Вот это я и узнаю, когда окажусь на приеме у короля. Как я выгляжу?

Он повернулся ко мне, пригладил растрепавшиеся волосы рукой. Ну как может выглядеть мужчина в самом расцвете сил, одетый в камзол, сидящий точно по его хорошо накачанной фигуре?

– Превосходно! – притянула я его к себе и чмокнула в губы. – Только поменьше болтай с фрейлинами. А то знаю я все эти королевские интриги. Оглянуться не успеешь…

– Крис, – с укором посмотрел он на меня, – ты мне не доверяешь?

– Как и ты мне.

Дарринг удивленно поднял брови.

– Я работаю секретарем у помощника ректора больше года. И прекрасно знаю, что фамильяры не нужны всем студентам. Их выбирают по желанию. В основном по желанию родителей, которые заботятся о своих детях. Ты просто приставил ко мне няньку.

Губы Дарринга недовольно сомкнулись, как и каждый раз, когда я раскрывала его маленькие обманы.

– На время сессии тебе придется быть среди людей, которых я не знаю и не могу им доверять. Я хочу, чтобы ты была в безопасности.

– Ладно, – хлопнула я его по плечу, – поговорим об этом, когда ты вернешься.

Дарринг облегченно выдохнул, но выходя из комнаты обернулся и добавил:

– И не вздумай затевать свои журналистские расследования. Этот случай точно не для тебя.

Я вздохнула. Посмотрела на ворона. Он на меня.

– Варфоломей, раз ты мой фамильяр и все равно от меня не отстанешь, то у меня для тебя есть одно дело.

Ворон тут же нахохлился.

– Дело, в котором потомственный фамильяр проявит себя как настоящий защитник и помощник своей госпожи, а также хранитель очага?

– Ну, с последним это вряд ли, – скорчила я кислую мину, – только если не расскажешь Даррингу о том, что мы будем делать.

Ворон замялся, склонил голову и черным глазом посмотрел на меня.

– Это не повредит семейной жизни?

– К семейной жизни это вообще никак не относится.

– Тогда согласен, – кивнул он. – Что будем делать?

– Будем проводить журналистское расследование!

Дорогие читатели, чтобы не потерять книгу, добавьте ее в библиотеку. Кнопка чуть ниже.
 

– Варфоломей будет следователем?

Я покосилась на косоглазую птицу.

– Помощником. Будешь подглядывать, подсматривать и оповещать меня об опасности.

Ворон утвердительно каркнул и вспорхнул мне на плечо.

Если я хочу продолжать свою журналистскую деятельность (а без нее я начала чахнуть в Ауре), то нужно собирать сведения. В бытность моей работы в «Искрах костра», я брала интервью и у шахтеров, и у доярок, и даже у осеменителя. Так что искать информацию умею. А здесь происходит что-то важное, опасное, если верить слухам, которые ходят по городу о набегах соседнего государства. Говорят, что пограничные деревни сжигают дотла, а всех жителей закапывают заживо. Конечно, это, в большинстве случаев, слухи. Верить тому, что передается из уст в уста, нельзя, делить нужно на десять. Пока слух дойдет от столовой до ректорской, изменится до неузнаваемости. Если нет официального источника информации, нужно брать сплетни и складывать, вычитать и делить, чтобы найти крупинку правды. А где сплетней больше всего? Конечно, на кухне. Вот туда мы и направились с Варфоломеем.

– Пташка моя, – приветствовал меня Бастиан, откинул поварешку в сторону и спешил мне навстречу с распростертыми объятиями.

– Опасность! – ворон взлетел с моего плеча и тут же юркнул под стол. – Госпожа, опасность!

– Почему на моей кухне неощипанная курица?

Бастиан остановился и удивленно смотрел то на меня, то на стол, под которым сидел Варфоломей.

– Это не курица. Это мой фамильяр.

Шеф-повар с подозрением заглянул под стол.

– Вылезай, курица, – добродушно пробасил он, – не трону.

Варфоломей вылез и спрятался у меня за ногами.

– Вот так ты будешь меня защищать и оберегать? – смеясь, поддела я «гордую птицу».

– Мы договаривались только об "оповещать", – нахохлился ворон. – А спасать, как я вижу, тебя не нужно.

– Курица еще и говорящая? – удивленно поднял бровь Бастиан.

– Я хранитель и спасатель госпожи Кристины, – гордо вскинул клюв Варфоломей.

– Спасать пташку мы и сами можем, – буркнул Бастиан, все еще с подозрением косясь на птицу.

– Вот только не ссорьтесь! – прикрикнула я на обоих. – Меня не нужно спасать, а вот помощь точно не помешает. Бастиан, ты что-нибудь знаешь о набегах, про которые все кругом говорят?

– Про иссаилов-то? Весь город об этом только и говорит.

– А кто такие иссаилы? – присела на стул и тут же получила пирожное из мальвийских ягод. Варфоломей повел клювом и тут же взлетел ко мне на стол, тыча клювом в блюдце.

– Наши соседи с северной стороны. Дикий народ, кочевники, не государство, а так, племенная община. Но они достаточно воинственны, чтобы постоянно нападать на близлежащие земли. У нас сильная магическая защита, до сих пор они ни разу не пытались нападать. И тут регулярно раз в неделю набеги совершаются.

– Что они хотят? – спросила я, отгоняя Варфоломея от пирожного. – Захватить нас они не смогут, у нас же армия обученных магов, прочная защита.

– Что хотят, этого понять никто не может. Так, набегут, побуянят и спрячутся обратно.

– То есть слухи про сожженные деревни, убитых жителей – вранье?

– Конечно. В приграничье такое отребье живет, что мы-то боимся туда нос казать, а уж этим кочевникам там бы точно не поздоровилось, – усмехнулся Бастиан. – Но такая активность надоедает, да и мысли всякие в голову лезут.

– Какие? – ухватилась я за его фразу.

Бастиан фартуком утер лоб, на котором появилось несколько морщинок.

– Не дети же они шкодливые, чтобы совершать мелкие пакости. Надоест это королю – он их и прищелкнуть враз может. Там взрослые люди хоть и без магии, но умом не обделенные, а такое творят. Вот и закрадывается мысль, что неспроста это все.

– А как ты думаешь, – пригнулась я к повару и перешла на шепот, – зачем это все нужно?

– Что-то нехорошее они затевают. Более крупное, а набеги для отвлечения внимания. Пока мы смотрим в одну сторону, что-то произойдет совсем в другом месте. А то, что нашего хозяина вызвали в Архаим, наводит на грустные мысли, боюсь, мы можем оказаться в самом эпицентре .

– Подожди, но что такого ценного есть в Ауре? Здесь же только Академия, горы и озеро.

– И магический источник, – добавил Бастиан.

– Но ведь магические источники есть в каждом городе. Города и строились как раз вокруг таких источников. Чем наш источник отличается от других?

Повар пожал плечами.

– Да ничем. Источник средней руки, помощнее, чем остальные, потому что у Академии запросы на магию повышены.

– Источник магии Ауры уникален, – встрял Варфоломей, вынув клюв из моего пирожного.

– Обученный? – кивнул на него Бастиан.

– Выпускник высшего учебного заведения личных хранителей. Окончил с красным дипломом.

– Дрессированный, – принял для себя решение повар.

Ворон нахохлился и, скосив глаза, пытался примериться, чтобы клюнуть обидчика в руку.

– Что насчет источника? – поймала я Варфоломея за хвост и притянула к себе.

– Странный он, – ворон щелкнул клювом, почти цапнув Бастиана за рукав, – его изучали, но ничего определить не смогли. Да и дракон в виде хранителя магического резерва есть только у вас.

Бастиан убрал руку подальше от обиженной птицы.

– Да, дракон – местная легенда. Многие приезжают посмотреть на него. Особой магии здесь нет. Если кто и захочет напасть на Ауру, так здесь и сопротивляться некому. Практически одни студенты и живут.

– Понятно, – разочарованно протянула я, – что ничего не понятно.

– Вернется господин, узнаем новости первыми, – похлопал меня по спине Бастиан и вернулся к своим обязанностям.

Я уже собиралась уходить, как почувствовала, что кто-то дергает меня за подол платья. Посмотрела вниз, у моих ног стоял гномик. Он мне махнул рукой, зовя за собой. Мы отошли за шкаф, где Бастиан не мог нас видеть, он протянул мне записку и тут же скрылся.

«Если хочешь знать о набегах иссаилов, приходи в «Веселую устрицу» сегодня в полночь».

– Интересно, – присвистнула я. – Кто-то знает больше, но боится об этом рассказать. Нужно будет обязательно сходить. Только придется сделать так, чтобы никто в замке об этом не узнал. А то достанется мне от Дарринга за ночные вылазки.

Варфоломей догнал меня уже в коридоре, уронив ведро с водой, забытое горничной, и чуть не разбив вазу какой-то там династии, которой так дорожил Дарринг.

– Я помог тебе в поиске информации? – спросил ворон, приземлившись у меня на плече.

– Даже очень, – похвалила я птицу. – После твоей помощи вопросов стало намного больше, чем было раньше.

Варфоломей опять нахохлился. Видимо, он так делал каждый раз, когда обижался.

– Но в этом есть большой плюс.

– Какой же? – осторожно спросил он, наклонив голову и разглядывая меня.

– Мы знаем, что нам нужно искать.

– И что?

– Не знаю, – я сама была озадачена. – Но сегодня ночью я это выясню.

Ночь наступила быстро. Весь вечер мы проговорили с Варфоломеем, оказалось, не такой он и занудный, если не считать его постоянных нравоучений о том как и что мне нужно делать. За свою жизнь он сменил двух хозяев, боевых магов, которые служили на границе и участвовали во многих сражениях. Поэтому и жизнь их была не такой длинной, как бы хотелось моему ворону. Варфоломей так устал от того, что теряет хозяев, что всем сердцем желал, чтобы магия Ауры выбрала для него спокойного хозяина. А магия направила его ко мне. Сидя на спинке стула около камина и поклевывая виноградинки, он был благодарен тому, что надолго нашел дом, в котором ему будет тихо и спокойно. Правда, радовался он до того момента, пока часы не пробили пол-одиннадцатого. Я взяла из шкафа теплую накидку и направилась к двери.

– Ты куда собралась? – недовольно каркнул ворон. – На дворе ночь, приличным девушкам не пристало шляться по улице.

– Шляться? – удивилась я. – Это какая-то новая фраза для тебя.

– По-другому назвать выход в такое время суток невозможно.

Ворон вспорхнул, хотел сесть мне на плечо, но промазал и угодил прямо в косяк двери.

– Мне нужно отлучиться по одному делу, – сказала я, пытаясь закрыть дверь перед его носом.

Но ворон – птица упрямая, протиснулся в узкую щелку и прошествовал за мной прямо лапами по ковру.

– Моя обязанность - тебя охранять и защищать. Я не смогу это сделать, если ты будешь ходить по ночам. Ведь мы не по аллее гулять идем?

– Не по аллее, – подтвердила я, оглядываясь по сторонам, в надежде, что никто нас не заметит и не услышит.

– В злачные места добропорядочным женам ходить не пристало, – поднял он крыло в знак убедительности.

– Вот жены пусть и не ходят, – огрызнулась я.

– То есть ты не останешься? – обреченно проговорил ворон.

Я только мотнула головой. Он махнул крыльями и взлетел мне на плечо.

– Тогда я с тобой.

– Сразу бы, – проворчала я, поворачивая ручку задней двери, ведущей на постоялый двор.

До города мы добрались быстро. Ночь была темная, даже грабители побоялись выходить, но мы смело шли вперед. Когда впереди замаячили огни района, в котором кипела жизнь в ночных тавернах и постоялых дворах, я накинула на Варфоломея накидку, и пошла, вчитываясь в названия таверн.

«Веселая устрица» нашлась не сразу. Спрятанная за коробками с отхожим мусором, в самом конце боковой улочки, она привлекала клиентов разве что надписью, выведенной мелом прямо на двери: «Пинта пива за грош». Для Ауры, где за грош можно купить разве что глоток самого дешевого пива, данное предложение наводило на размышления. Но те, кто были завсегдатаями этого заведения, над таким не задумывались.

– А ну, пошла, – раздался зычный голос, и из двери вывалились две женщины.

Волосы их были спутаны, не чесаны, местами с них капала какая-то жидкость.

– Васильки, василечки, – запела одна, другая тут же подхватила. – Вы глазами глядите…

Продефилировав мимо меня нестройным шагом, дамы скрылись за ящиком с отходами, за которым тут же раздались звуки опорожнения кишечника.

– Ты уверена, что нам туда? – осторожно высунул клюв Варфоломей.

Решимости во мне поубавилось, но выяснить подробности о нападениях мне было нужно. Тем более, если это теперь касалось моего будущего мужа.

– Пошли, – я открыла дверь.

В нос тут же ударил стойкий запах кислого пива, дешевого табака и ядреных духов. Или это было средство для борьбы с тараканами, задохнувшись, я не сразу поняла. Пробравшись к барной стойке, я присела на краешек стула. Бармен, огромного размера бородатый мужчина, повернулся ко мне. Наверное, он совмещал должность бармена с вышибалой.

– Пива?

Я кивнула. Пиво не любила, да и за качество подаваемого напитка было сложно ручаться. Но заказать чай или воду в таком заведении было слишком опрометчиво. Да и вряд ли что-то, кроме пива, здесь могли подать. Передо мной плюхнулась деревянная кружка с желтоватой жидкостью, часть содержимого вылилась на стол и, шипя, просочилось сквозь деревянную столешницу. Я кинула монету бармену и осторожно придвинула кружку. Буду сидеть в обнимку, делать вид, что пью, но в рот ни капли не возьму.

– Госпожа, так ли важна встреча, – спросил ворон, высовывая клюв из-под капюшона и поглядывая на оборванцев за соседним столом.

Те сидели, о чем-то перешептываясь и то и дело поглядывая в нашу сторону.

– Может это и есть те, кто нам нужен. Нам очень нужна информация, – убеждала я ворона, хотя понимала, что убеждаю больше себя. И по-хорошему бежать нужно отсюда быстрее.

– Дарриса, – ко мне подошел человек, с ног до головы закрытый плащом. Голос был мужской, но лица его я так и не смогла разглядеть. – Вы интересовались набегами иссаилов?

Я кивнула.

– Пройдемте за мной.

Человек развернулся и направился к выходу.

– Не ходи туда, – истошно шептал мне на ухо Варфоломей, – моя интуиция говорит, что ничего хорошего нас там не ждет.

– Погоди ты со своей интуицией, – отмахнулась я от него. – Мне информация нужна.

Мы вышли в переулок. Мужчина в плаще тут же исчез, будто его и не было. Зато передо мной стояли два здоровенных тролля, улыбались и жадно потирали руки.

– Я же говорил, – пихнул меня ворон в плечо. – Интуиция никогда не подводит.

Но я надеялась до последнего.

– Это вы готовы поделиться информацией?

Я постаралась выпрямить спину и выглядеть более уверенно. Хотя сердце уходило в пятки и дрожало там как осиновый лист. Один ухмыльнулся, дунул в свои густые усы и сказал:

– Мы можем поделить. На части.

Громкий хохот сотряс стены зданий.

– Беги, – каркнул Варфоломей, вылетая из-под моего капюшона.

Он старался попасть в лицо усатому юмористу и вонзиться острыми когтями в лицо. Но, благодаря своему косоглазию, промазал и врезался в кирпичную стену. Тролль рявкнул и сделал несколько шагов вперед, но я смогла увернуться. Мой небольшой рост доходил им разве что до колена, размеры были под стать неуклюжести, поэтому я легко проскользнула мимо них и вылетела на центральную улицу. Только не заметила мусорных контейнеров, запнулась ногой и кубарем полетела на каменную мостовую. Не успела встать, как рука схватила меня за шиворот и подняла над землей.

– Куда это ты собралась, милашка? – пробасило волосатое чудище мне в лицо.

Я барахталась в руках огромного тролля, заметив Варфоломея, который также пытался вырваться. Мы попались как мыши в мышеловку. Ловушка была мастерски сделана. В замке все знали, что любопытство и правдорубство заводит меня далеко не в самые приятные места. А когда хозяина нет в замке, то и остановить никто не может, поэтому теперь и помощи ждать тоже неоткуда.

«Остались от козлика рожки, да ножки» – вспомнилась детская считалочка. В таких лапах от меня и этого не останется. Тролль опустил руку, и я шмякнулась на землю. Не отпуская ворота, он потащил меня на улицу к кибитке развозчика угля, которая стояла неподалеку. Если я попаду в контейнер с углем, выбраться оттуда будет нереально. Я стала сильнее извиваться и кричать что было мочи. Правда, понимала, что это ничего не даст. В этот район Ауры даже полисмены заглядывать боятся.

Извернувшись и сумев достать сапогом до волосатой рожи тролля, я врезала со всей силы. Это дало секундную возможность, и я попыталась ей воспользоваться. Резко прыгнула и оттолкнулась ногами от стены дома. Что-то над моей головой свистнуло. Тролль, тащивший за хвост Варфоломея, пошатнулся, разжал руку, выпустил птицу и упал. Тот, кто держал меня, издал громогласный рык и стал оглядываться по сторонам, ища нападавшего. Но никого не было видно. Я так и продолжала висеть в его руке, вертела головой в поисках моего возможного спасителя.

Еще один свист, и тролль, вместе со мной, упал. Выбравшись из-под его руки, я встала и огляделась. Ворон ковылял ко мне, волоча по земле помятое крыло.

– Вот говорил же, что не нужно было сюда идти. Бери меня и валим отсюда.

Я подхватила ворона и хотела было бежать, но меня остановил голос:

– Даже спасибо не скажешь?

Я обернулась. На крыше дома сидела девушка примерно моего возраста. В руке она держала бумеранг, поблескивающий в свете луны.

– Это ты их? – открыла я рот от изумления.

– А кто же еще, – гордо ответила она. – Ты бы поосторожнее была, такие места не для светских кралей.

– Я и не краля, – обиделась я.

–И что же ты тогда делаешь здесь?

– Ищу информацию.

Девушка залилась заливистым смехом.

– В таких местах язык еле волочится. Не представляю информатором хоть кого-нибудь из здешней братвы.

– Вот эти, – я ткнула пальцем в тролля, валявшегося у моих ног, – зачем-то они хотели меня похитить? Выманили и ждали здесь.

– Это Бром и Дон, – девушка спрыгнула с крыши на землю, – они отлавливают глупых девчонок и отправляют их в Замирье на рабские аукционы.

– Они продают девушек в рабство? – с ужасом я отшатнулась от валяющихся тел. – Значит, у них не было никакой информации, они просто хотели меня похитить и продать?

– Да, – кивнула девушка, – и лучше бы тебе убраться отсюда до того, как они очнутся.

– Спасибо тебе, – еще раз поблагодарила я ее. – Я так и не узнала, как тебя зовут.

– Тали, – представилась та. – Но ты бы лучше уходила побыстрее.

Я посмотрела на троллей, один из них начал шевелиться.

– Пожалуй, пойду, – заспешила я, подобрала Варфоломея и побежала из этого района.

Я вернулась в замок под утро с одной мыслью – упасть в горячую ванну, доползти до кровати и не вылезать оттуда неделю. Но желание надрать уши тому гному было намного больше. Остановили меня две вещи. Во-первых, я не смогу опознать гнома, они для меня на одно лицо. Говорят, что китайцев не отличишь друг от друга, с гномами все намного хуже. Они и одеты одинаково, и говорят с хрипотцой, и борода даже у детей растет густая. Во-вторых, я увидела себя в зеркале. Из головы торчат какие-то палки, листья запутались в волосах, под глазами как рудники гномов, залегли фиолетовые мешки. Видок еще тот. Зиру тут же инфаркт хватит, если она меня в таком виде застанет. А уж о том, что влетит мне по полной за мою вылазку, сомневаться не приходилось. Зира и Бастиан как мама с папой, пекутся обо мне, оберегают. Поэтому Даррингу доложат быстро, а от того пощады не жди. Еще, чего доброго, порвет приказ о моем зачислении.

Конечно, когда все твари, сбежавшие из дипломных работ студентов, были пойманы, в городе стало спокойно. Но нравы истинных магов было не так легко усмирить, и случаи нападения или унижения немагов или студентов со смешанной магией все еще были. Поэтому каждый ребенок в Ауре знал, что шататься ночью по городу небезопасно. Но я же не ребенок, я могу шататься, потому и влипаю в разные ситуации.

Да и самой было стыдно, что повелась на рассказы о тайной информации. Аура далеко от Архаима, связи со столицей почти нет, поэтому и знать новости могут только из столичной газеты, которая и приходит-то раз в месяц. Мою голову свербила мысль, что здесь что-то неправильно. Ладно бы любую другую девчонку можно было поймать и затащить. Но невесту ректора? Дарринг хоть и смягчился после встречи со мной, но подчиненным и студентам спуску не давал. Его продолжали бояться и сторониться. А тут, можно сказать. средь бела дня похитить его невесту? Либо суицидник какой-то, напрочь потерявший страх, либо я чего-то не знаю. И вот последний вопрос меня мучил больше всего. Хоть что-то прояснить мог Дарринг, и мне оставалось ждать его возвращения.

Но удовлетворить свое любопытство я не успела. Он прислал весточку, что вернется через два дня. Когда он не вернулся через пять дней, Канаи занервничал, закидывал меня работой с утра до ночи. Близилась церемония принятия студентов, и второй год подряд без ректора она не могла пройти.

Приехал Дарринг утром в день церемонии. Скинул дорожную одежду и скрылся в ванной. Я протерла глаза и удивленно проводила его взглядом. Не поцеловал, не обнял, даже не поздоровался. Значит, дело плохо. Я вскочила с кровати, приказала Зире приготовить завтрак для господина и села, как примерная жена, ждать. Дарринг вышел из ванной, завернутый в халат. Вода стекала струями по его ногам. Вот такая дурная привычка, полотенце нам не нужно, халат сам вытрет все, что нужно.

– Как съездил?

Это единственное, на что у меня хватило смелости. Лицо его было непроницаемо. На секунду показалось, что он в курсе моей ночной вылазки. Но нет, его ответ расставил все по местам.

– Ты не пойдешь в Академию.

Или запутал. Ожидала я чего угодно, только не этого. Сам король ему наставление дал, что ли?

– Почему? – как можно спокойнее спросила я.

– Это опасно.

Мой жених, как всегда, немногословен. Да еще и торопится, ведь церемония открытия Академии уже через пару часов. Но за минуты, что он со мной, нужно выжать все до последней капли.

– С каких пор обучение стало опасным занятием? Или я чего-то не знаю?

– Ты чего-то не знаешь.

Вот ты ж, блин. Как же бесит эта привычка говорить оборванным фразами! Он мне слово кинул, а я сиди, паззл составляй, думай, что все это значит.

– Не поделишься? – Я подошла и положила руки ему на талию, откинув полы халата.

– Со дня на день сюда прибудет армия королевства и сыщики тайной канцелярии. По донесениям с приграничья эти набеги запланированы. Ходят слухи, что все организовано, чтобы увлечь армию на другую часть страны и организовать захват Ауры.

Я встревоженно посмотрела ему в глаза. Это уже попахивает началом войны или террористическим актом. А у нас куча студентов, неопытных магов, которые и отпор-то дать не смогут.

– Здесь же куча детей, – поделилась я своими соображениями.

Дарринг кивнул.

– Поэтому я и не хочу, чтобы ты была в Академии. Сиди в замке.

Я убрала руки с его талии. Губы сжались сами собой, щеки раздулись от возмущения.

– Хочешь, чтобы я из замка смотрела как будут страдать студенты? Чем я лучше других парней и девчонок, которые придут учиться в Академию?

– Ты моя невеста! – рявкнул Дарринг, вжимая меня в стенной шкаф. – Я не могу спасти всех, но не вовлекать  тебя я могу.

– Я не буду отсиживаться!

Со всей силы он ударил по шкафу, проломив дверцу.

– Так и знал! Не надо было тебе ничего говорить.

Отойдя к окну, перегнулась через подоконник и стала разглядывать траву под окном.

– Я все понимаю, но не могу оставаться в стороне. Также, как и ты. Ведь ректор не будет сидеть в замке, зная, что его студентам грозит опасность, – не спросила, а ответила за него. – Если собираешься на мне жениться, то должен помнить, что один из пунктов обязательных к выполнению, – «и в горе, и в радости».

– Тебя не переубедить, да?

Почувствовав на талии его сильные руки, я повернулась. Глаза больше не сверкали яростью, а смотрели на меня с заботой и нежностью. Потянулась и провела рукой по его волосам.

– Если я буду постоянно находиться среди студентов, я могу быть тебе полезной.

– Как шпион?

Он отстранился от меня и стал ходить по комнате. Я не вмешивалась. Значит, ситуация серьезная.

– Это неплохая идея. Но ты должна знать все, чтобы понять, откуда может грозить опасность. Где твой фамильяр?

Я огляделась по сторонам. Варфоломея нигде не было.

– Это еще и лучше. Птица слишком ненадежна, чтобы доверять ей тайны.

Он взмахнул рукой, и я почувствовала, что исчезли все звуки. Комната стала защищена от подслушивания. Дарринг взял меня за руку, посадил на кровать, сел рядом.

– Про набеги ты уже знаешь, – я кивнула. – Но прошлой ночью произошло еще одно событие, о котором знает только ограниченный круг лиц. На пещеру дракона было совершено нападение.

Я открыла рот от удивления. Дракон был вместилищем магии всей Ауры и хорошо охранялся. После прошлогодних событий охрана и самой Ауры, и пещеры была увеличена, там дежурил целый полк военной охраны.

– Они перебили всех солдат, – будто прочитал мои мысли Дарринг, – один смог выжить, поднял тревогу и вызвал помощь. Это спугнуло тех, кто пришел к пещере, и дракона они не тронули.

– Кто-то хотел убить дракона? – я была в полном шоке, понимая, что без магии Аура беззащитна.

– Мы не знаем, чего они хотели. Но скорее всего – уничтожить дракона. Тогда Аура станет полностью обесточенной от магии, и ее будет легко захватить.

– Но кому нужен студенческий городок? Здесь же только старики, да молодежь живет.

– Не знаю, – лицо Дарринга посерело. Видимо, неизвестность его страшила больше. – Но уезжая я приказал не впускать никого. Все студенты живут в своих квартирах на территории Ауры. К пещере ведет только одна дорога, и она проходит через город.

– То есть добраться до пещеры могли только жители, – закончила я за него фразу.

– Присутствие своего человека среди студентов было бы очень полезно. Ведь большая вероятность, что саботаж могли совершить первокурсники, приехавшие учиться на факультет смешанной магии или на обучение немагов.

– Иссаилы не владеют магией, – вспомнила я разговор с Бастианом.

Дарринг кивнул.

– Думаю, что среди студентов немагического факультета и стоит искать.

– Тогда мое присутствие будет оправдано.

Дарринг притянул меня к себе, накрутил на палец прядь моих волос.

– Я все равно буду волноваться. Делать вид в Академии, что ты просто студентка, будет очень сложно.

– Не студентка, я же работала секретарем Канаи. Мое присутствие в деканате будет оправдано.

– Да, и не забудь найти ему новую студентку на подмену. А то он каждый день ходит ко мне жаловаться, что не может найти достойную секретаршу.

Я с удивлением посмотрела на Дарринга.

– А мне он постоянно жалуется, что нет хуже секретаря, чем я.

Дарринг засмеялся.

– В этом весь Канаи.

Меня отвлекла тень, мелькающая около окна. Варфоломей пытался залететь в окно, запечатанное магией, безуспешно тыкаясь в невидимую защиту. По тому, как он открывал клюв, я поняла, он изо всех сил кричит, пытаясь нас дозваться.

– Ну что за птица, – огорченно произнес Дарринг, снимая защиту и ловя взъерошенного ворона. – Два недоразумения на мою голову.

– У меня важная новость, госпожа, – тяжело дыша сообщил мне ворон. – Я проверил все документы, все сопоставления. В магических книгах сочетания союзов ваша пара стоит как муж и жена. Здесь я не ошибся. Но, – он глубоко вдохнул, собираясь с силами, – напротив вашей записи не стоит дата.

– Значит, мы еще не женаты, – развела я руками, – я же говорила.

Но заметила, как по лицу Дарринга сползает улыбка.

– Или нет?

– Такого не может быть, – бросился в объяснения ворон, – запись в магической книге появляется сама в тот момент, когда магия вас венчает. За всю историю Ауры не было имен без проставленной даты.

Я посмотрела на жениха. Он был серьезен. Видимо, еще одна проблема с магией города была совсем некстати.

– Я проверил магические архивы, – решил довершить свою убийственную речь Варфоломей, – ребенок существует. Но из вас двоих родственная связь есть только у господина.

Тут уже улыбка исчезла с моего лица.

– Что это значит? – со злостью посмотрела я на Дарринга. – У тебя есть ребенок?

Гроза студентов и гром для преподавателей, ректор недоуменно смотрел на нас с Варфоломеем.

– Только не говори, что ты не в курсе, – Дарринг замотал головой. – Нельзя быть не в курсе, что у тебя есть ребенок. Тем более, если ему только год. Год ты встречаешься со мной.

– Я…, – Дарринг не мог ничего ответить, перебирая варианты ответа, которые были бы уместны. Но я знала, что таких нет.

В дверь постучали, и вошла Зира с подносом.

– Завтрак для господина, – проговорила она, ставя поднос на стол.

Пока она расставляла приборы на столе, я буравила взглядом Дарринга, давая понять, что просто так он от этого разговора не уйдет.

– Внизу вас ожидает дарр Канаи и машина из Академии. Дарр Канаи просил поторопиться, необходимо все подготовить к приему студентов.

Дарринг ухватился за эту возможность, на ходу буркнув, что завтракать не будет, выскочил за дверь.

– Господин так волнуется из-за церемонии? – недоуменно посмотрела она вслед убегающему хозяину. – Или вести из столицы были нерадостные?

– Боюсь, что все гораздо хуже, – продолжая буравить взглядом захлопнувшуюся за ним дверь, ответила я.

До Академии я добиралась сама. Подходя к Ауре, я вспоминала прошлый год, когда так же шла среди толпы студентов. Омрачило тот день встреча с мохнатой тварью, которая напала на меня, похищение ректора и выступление самовлюбленного Освальда перед студентами. Сегодняшний день должен был быть счастливым «жили они долго и счастливо». Но получилось не очень счастливо, и недолго. Сказки врут. Реальность, даже фантастическая, гораздо банальнее.

Я стану студенткой. А еще обманутой невестой, которой изменили и заделали на стороне ребенка. Впервые мне в голову закралась идея, что зря я так сильно не хотела официального брака. Не нужно было отказываться от детей, учиться, строить карьеру и становиться самостоятельной. Вот и добегалась. У Дарринга есть ребенок, о котором он так мечтал, а к ребенку явно прилагается его мать, будущая жена. А я? А я буду учиться, строить карьеру и изучать смешанную магию. Надену длинную юбку, очки с толстенной оправой и заведу с десяток громоглотов. Кажется, так ведут себя все старые девы Ауры.

Но какая-то частичка была против. Билась внутри и кричала о том, что так нельзя, так неправильно. Что нужно во всем разобраться, что за ребенок, кто мать. 

Но это все потом. Сейчас мне нужно вливаться в стройные ряды студентов, весело идущих на первый день в Академии. Выйдя на центральную улицу, я оказалась среди сотни ребят, спешащих услышать речь ректора. Они переговаривались, смеялись, радуясь тому, что впервые войдут в классы новых флигелей. Толпа вынесла меня на площадь. Там уже собралось много народа, все посматривали на балкон, с которого выступит ректор.

– Посторонись, – меня в спину кто-то толкнул и грубо отпихнул в сторону.

Длинноухий эльф, толкнувший меня, прочищал дорогу дальше. За ним следовала высокая и стройная эльфийка с белокурыми вьющими волосами, на высоченных каблуках и в очень короткой мини-юбке. Я с удивлением осмотрела ее с ног до головы. Кудрявых волос у эльфов не бывает, да и носят они хоть модную и красивую, но более удобную одежду. Значит, она не чистокровная. В душу закралось недоброе чувство: только бы она не на факультет смешанной магии. С такой фифой я точно не уживусь.

 Заиграли трубы, ввысь взметнулся флаг Ауры, и толпа замолкла. На балкон вышел Дарринг.

– Дорогие студенты! Сегодня для вас важный день. Вы вступаете в Академию, где найдете новых товарищей и получите знания, которые дадут вам преподаватели.

Студенты слушали молча, внимательно ловя каждое слово ректора. Дарринг стоял на балконе, строгим отеческим взглядом осматривая толпу. На секунду мне показалось, что он ищет взглядом меня. Надеюсь, не заметит. Хотелось спрятаться, уйти отсюда и не видеть, как он дает напутствие, желает успехов и удачи в будущем обучении. В этот раз я стою не рядом с ним, ни как секретарь Академии, ни как невеста ректора. Я стою внизу, равная среди равных. Я получила то, чего добивалась, стою там, где хотела. Сердце больно кольнуло. А нужно ли мне это? Но изменить уже ничего нельзя.

За последние недели до начала учебного года я привыкла к тому, что он был против моей учебы. Каждый день он отговаривал меня и убеждал остаться в замке. А сегодня отпустил легко. Из-за опасности, которая нависла над Аурой или из-за того, что он знал о ребенке?

Ни найти ответ, ни поистязать себя не получилось. Речь ректора закончилась, и Канаи объявил номера кафедр для каждого факультета. Свою я и так знала, сама участвовала и в строительстве, и в распределении учебных мест. Ждать оглашения моего факультета «Смешанной магии» не стала и направилась к корпусам. Проталкиваясь через толпу студентов, я задела какую-то девочку, тихо стоящую среди дворфов. От неожиданности та выронила тетради и ручки, которые держала в руках.

– Прости, – я бросилась собирать ее вещи.

Рядом стоящие дворфы дико заржали и направились к своим корпусам, пройдя по тетрадям.

– Вот же идиоты! – выругалась я.

– Ничего, они не хотели, – девочка собрала свои вещи и с грустью смотрела на сломанные карандаши, из которых целых не осталось ни одного.

– Как же, не хотели они, – я проводила парней недобрым взглядом. – Возьми, у меня есть запасные.

Я протянула ей несколько карандашей, которые носила с собой . У настоящего журналиста блокнот и карандаш всегда с собой.

– Спасибо, – она отвела взгляд, но карандаши взяла.

– Ты на какой факультет? – спросила я.

– Бытовой магии.

Она совсем смутилась. Бытовой магией мы назвали факультет, где обучались студенты, не обладающие никаким видом магии. Их собирались обучать бытовым навыкам, используя артефакты и палочки. Среди студентов он стал тут же факультетом изгоев. Хоть неравенство и было официально искоренено, но истинные маги остались при своем мнении.

– Давай я тебя провожу, – вызвалась я, чтобы загладить вину перед девочкой.

Она хотела отказаться, но осмотрелась по сторонам и не найдя нужного корпуса глазами, вынужденно кивнула.

– Ты здесь все знаешь? – спросила она, идя за мной следом.

– Да, я здесь работала секретарем, пока не создали дополнительные факультеты. Сейчас я студентка.

– Это здорово, – совсем невесело проговорила девушка.

– Меня зовут Крис, – я старалась поддержать разговор и поднять девушке настроение.

– Мара, – представилась она.

– Ты издалека приехала?

– Да, очень. Там, где я живу, нет магии. И для моей семьи большая честь получить начальное образование и умение пользоваться магией.

Я кивнула. Даже «непрестижный» факультет был сформирован за считанные дни. Не в каждом городе были магические источники, и люди, не имеющие врожденной магии, не могли ей пользоваться. Наш факультет стал первым предлагать научиться использовать ее и приносить пользу другим.

– Вот твой корпус, – я показала на большое белое здание, напоминающее винтовую лестницу. – Увидимся.

– Может быть, – Мара кисло мне улыбнулась и быстро скрылась за дверьми.

Сложно ей будет в Академии, заносчивые маги быстро возьмут ее в оборот и заставят работать на себя. Раздался удар колокола, оповещающий о начале первого урока. В здание корпуса смешанной магии я влетела и бегом припустила по коридору. Мой кабинет был в дальнем конце корпуса, и на очередном повороте я на кого-то налетела. Первые секунды я приходила в себя, отгоняя летающие звездочки у моей головы, а когда зрение полностью сфокусировалось, увидела, в кого врезалась.

– Это ты?

Крис не видела, в кого врезалась. Для устранения непредвиденных ситуаций подпишись, чтобы не потеряться. 

Напротив меня потирала ушибленный лоб, та самая девушка, которая сшибла в подворотне двух троллей.

– Ты тоже здесь? – скривилась она, глядя на меня исподлобья.

– На факультет смешанной магии?

Она кивнула.

– Тогда давай быстрее, колокол уже пробил. А дарр Иклз не любит, когда опаздывают на его лекции.

Мы заспешили по коридору к аудитории.

– А ты что, знаешь препода?

– Я в Академии работала секретарем. Это новый преподаватель, его мало кто знает. Но он вечно всем недоволен и придирается к мелочам. К нему лучше не опаздывать.

В аудиторию мы влетели одновременно, растерянно глядя на крохотную комнатку, в которой собралось от силы десять ребят. Признавать смешаннцю магию хотели не все, никто не знал, чем это может закончиться, поэтому отдавать своих детей сюда не спешили.

– Вы опоздали, – не глядя на нас, произнес преподаватель.

– Опоздали, – кивнула моя знакомая.

– Фамилии, – потребовал Иклз.

– Тали Тадалески.

– Крис, – запнулась я, не зная какую фамилию назвать. Но преподаватель опередил меня.

– А, Крис, помощница дарра Канаи? Я вас знаю, садитесь.

Мы с Тали прошли на задние ряды и сели вместе.

– Тебя знают преподы, – толкнула она меня в бок, – с тобой выгодно дружить.

– Не уверена, что это знакомство скажется положительно, – прошептала я в ответ.

– Попрошу прекратить разговоры, – дарр Иклз постучал тростью по полу. – Мы с вами будем изучать смешанную магию. Никто не изучал, на что способны смешанные магии, поэтому учиться мы будем вместе. Давайте узнаем, кто у нас кто. Тали, какие в вас смешения?

– Вампир и лиса.

Я с удивлением взглянула на подругу. Вот, значит, откуда в ней столько силы и ловкости, которые она проявила в ту ночь.

– Сочетание вампира и звероподобных интересное, – продолжал рассуждения дарр Иклз, – своему носителю оно дает невероятную силу и ловкость. Как у вас со спортивной подготовкой, дарриса Тадалески?

– На высшем уровне, – улыбнулась Тали.

– А что у вас, дарриса Иримэ, – обратился он к девушке, в которой я не без неприязни узнала ту самую эльфийку, из-за которой меня оттолкнули утром.

– Эльф и фея, – гордо задрала она свой точеный носик.

– Богиня красоты, нежности и обаяния. Какие ваши сильные стороны магии?

Иримэ встала и показала всему классу розовое облачко, которое появилось в ее руке. Она дунула, и волшебная пыльца опустилась на сидящего рядом парня. Инстинктивно я закрыла рот рукой.

– Наученная? – спросила Тали, делая то же самое. – Я тоже пару раз встречалась с феями. Удовольствие еще то.

Парнишка, открыв рот, смотрел на то, как его покрывают розовые пылинки. Через секунду он вскочил и упал на колени перед эльфийкой.

– Ваше благородное величество, муза моего сердца, я ваш раб навеки, – запричитал он, протягивая к ней руки.

Иримэ обвела взглядом класс и остановилась на учителе. Дарр Иклз снял очки и перегнулся через стол, разглядывал ученика.

– Заклятие забвения? Интересно, – протянул он, водружая очки обратно на нос. – Как долго длится?

– От часа до трех.

– Сильнее обычного. Феи могут использовать это заклятье не больше, чем на полчаса.

Иримэ еще раз обвела всех взглядом, показывая кто здесь настоящий уникум.

– Даррисса Иримэ, приведите дарра Мелеха в адекватное состояние, – попросил преподаватель, что-то записывая в своей тетради.

Иримэ махнула пару раз своими длинными ресницами и непонимающей уставилась на Иклза.

– Я не умею.

– Что значит не умеете? Все феи знают, как накладывать заклятья, и как их снимать, – Иклз повысил тон, отчего все вжали голову в плечи.

– Оно обычно само проходит, – краснея, залепетала та, – часа через три.

– Вы вывели ученика из строя, хотя я не просил показывать свои умения?

Иримэ громко сглотнула.

– Запрещаю вам использовать магию, пока я не разрешу. Как и всем вам, – обвел он нас взглядом. – Если вы не поймете природу и границу своей силы, вы не имеете права использовать ее на территории Академии.

Мы дружно кивнули.

– Ну, с молодым человеком более или менее понятно, – продолжил он урок уже спокойным тоном. – Это тифлинг, смесь злого существа и человека. Этот вид смешения магии изучен давно. Демоны, дьяволы, суккубы, ночные ведьмы и ракшасы спускались к людям и соблазняли женщин. Поэтому мы можем видеть тифлингов – результат слияния этих существ и человека. Дарр Мелех – это результат слияния ракшаса и человека. Насколько я помню, в данном случае ракшаса выбрал в качестве объекта слияния Ночную фурию. Поэтому советую всем внимательно относиться к общению с данным молодым человеком, пока мы не изучим все его способности. Тифлинги очень опасные существа.

Я смотрела на стоящего на коленях парня, целующего ножку Иримэ, и с трудом представляла жестокого звероподобного ракшаса.

– Давайте посмотрим, что можете показать вы, молодой человек, – Иклз направил трость в сторону скромного парнишки, сидящего в дальнем углу.

– Меня зовут Юрай, – поклонился он всему классу, – во мне живет оборотень и демон.

В классе начался шепот, сидящие рядом стали оглядываться и пытались отсесть подальше.

– Не волнуйтесь, – он примирительно вскинул руки, – я не опасен. Я способен контролировать свои сущности.

Дарр Иклз что-то записал в свою тетрадку.

– Сколько раз за последний год вы перевоплощались?

– Пять раз, – Юрай опустил глаза и разглядывал парту.

– Это очень хорошо, – похвалил чего учитель. – Больше половины полнолуний вы смогли себя сдержать. Какие погромы вы учинили за эти пять раз?

– Двадцать голов скота, три гектара посевов и одна мельница.

– То есть человеческих жертв не было?

– Не было.

– Очень похвально. А теперь давайте выслушаем нашу Крис. У вас ведь особый вид магии?

Я встала, как в школе, чтобы ответить. Все оставили Юрая в покое и повернулись ко мне.

– У меня магия айларов. Только я не была рождена с магией, а получила ее здесь.

– Давайте я поясню, – начал дарр Иклз, – Крис не уроженка Ауры, она пришла к нам из другого мира, с которым мы пересекаемся раз в сто лет. В том мире нет магии, здесь она не могла ее получить, потому что магия передается только по крови. Но случилось так, что она получила свой дар. Это не чистая сила айларов, которая заключена в крыльях, ее магия намного сильнее. Если я правильно помню, она работает даже в Отдаленной Пустоши?

Я кивнула, а заинтересованные глаза тут же стали удивленные.

– Но там же не работает ни одна из известных видов магии, – обиженно проговорила Иримэ. Видимо, быть обладательницей не самой крутой магии было для нее поражением.

– Ни один, кроме смешанных. Мы уже знаем о том, что там могут действовать смешанная магия айларов и нагов. Мы с вами туда съездим и проверим магию каждого. А теперь у меня есть задание для каждого из вас. На следующий урок вы принесете предмет, с которым будете работать. У кого из вас есть фамильяры?

Я, Иримэ и Юрай подняли руки.

– Приходите с ними, мы посмотрим, какой у вас уровень совместимости.

Мы поднялись со своих мест и направились к выходу. В дверях меня нагнала Иримэ и сильно толкнула в спину.

– Не думай, что ты такая особенная, – прошипела она. – Таким, как ты, не место ни в Ауре, ни в Академии.

– И где же я должна быть?

– В подземельях Криола тебе самое место, – шикнула она и бешено застучала каблучками, удаляясь.

– Забей на нее, – ко мне подошла Тали, – ее сжирает зависть, что она  не единственная с необычным даром.

– Удивительно, учитывая, что она пришла на факультет смешанной магии, – усмехнулась я.

Между лекциями был большой перерыв, и мы направились в столовую.

– Говорят, здесь подают самое вкусное пюре, – сказала Тали, беря поднос.

– Одна лекция прошла, а ты уже голодная?

– Конечно. Нелегко прокормить вампира и зверя.

– Наверное, – я пожала плечами. – А как проявляется твоя магия? У тебя вылезают клыки или на коже вырастает рыжий мех?

– Будешь задавать глупые вопросы, покажу, как работает вампир, – огрызнулась Тали. – Твоя-то как работает?

– Когда нужно, открываются крылья и закрывают меня.

– То есть управлять ей ты не можешь?

– Не пробовала, – созналась я. – Всегда, когда открывались крылья, нападали на меня или на близких мне людей.

– Это ненадолго, – Тали поставила на поднос суп, салат, картофель, две котлеты и отбивную. – Думаю, что здесь из нас все соки выжмут, определяя сильные стороны.

– Надеюсь, это будет неопасно, – поежилась я, – не хочу быть подопытной крысой.

– Это как? – не поняла Тали.

Мы сели за стол, и тут же принялись за еду.

– Когда над тобой ставят эксперименты, проверяя, сколько ты можешь выдержать. А когда превышают твою норму, и ты падешь без сил или умираешь, ставят галочку, что немного не дотянула до нужного показателя.

– Фу, – скривилась Тали, – не говори таких гадостей за столом. Ректор не для того создал этот факультет. Он же и сам со смешанной магией и знает, как к нам относятся истинные маги. И вообще, я собираюсь быть во всем на него похожей.

Я удивленно вскинула бровь, а в душе зашевелилась мышка-ревнушка.

– И не смотри на меня так. Видела, какой он красавчик? Да еще добился такого положения в обществе, что даже те, кому смешанные не нравятся, улыбаются. Вот бы мне с ним замутить, – мечтательно проговорила она и тут же засунула в рот целую котлету.

– Ничего не выйдет, – угрюмо проговорила я.

– Почему? – казалось ,Тали была искренне удивлена.

– Он тебя не прокормит.

– Ну, с этим я и сама справлюсь. Пусть только под боком такой красавчик будет.

Отставила от себя тарелку, кусок в горло не лез. Не думала, что в Академии столько поклонниц моего Дарринга. И ведь Тали не одна такая, наверное, кучи студенток сохнут по ректору, спят и видят, как быть с ним рядом.

– Девчонки, к вам можно? – рядом с нами стоял Юрай.

– Падай, – подвинулась Тали.

– Спасибо большое. Я признателен вам за то, что разрешили сесть рядом.

– Да ты прям вежливый, – хохотнула моя подруга.

– Просто все сторонятся меня. Оборотень и демон в одном флаконе – не лучшая компания.

– Это почему же? Лиса-вампир и иноземка-айлар тебя не смущают?

Юрай замотал головой.

– Тогда дай пять, – Тали протянула ему руку. – Будешь в нашей банде.

Парень весь засветился от счастья.

– Все равно непохож ты на страх фермеров, – осмотрела Тали его с ног до головы.

– Это так кажется. Когда начинается полнолуние, со мной лучше не встречаться. Я не всегда могу себя контролировать.

– То есть про пять раз ты приврал? – покосилась я на него.

Его щеки порозовели.

– Ну да. Я не могу себя сдерживать и ухожу в амбар или сарай. Там меня родители привязывают и запирают на ночь. Но не всегда и это помогает. Не все амбары такие крепкие.

Мы с Тали переглянулись.

– И когда у нас следующее полнолуние? – спросила она.

– Через три недели, – упавшим голосом проговорил Юрай и отодвинул тарелку. Видимо, и ему еда не лезла в горло.

– Когда собираешься сказать об этом дарру Иклзу?

– Скажу, – буркнул он, пододвинул обратно тарелку и воткнул вилку в котлету.

Ничто не могло перебить аппетит только Тали. Она пододвинула следующее блюдо. Чтобы отвлечься от невеселых мыслей, я стала разглядывать тех, кто сидел в столовой. Увидела Мару, которая шла по проходу и несла огромный поднос, полностью заставленный едой. Я помахала ей, но она только отвернулась и поставила поднос на пустующий столик.

– О, – проследила за моим взглядом Тали, – еще одна любительница поесть. Уважаю.

Но Мара расставила еду на столе и отошла в сторону. А к столу уже шла Иримэ со своей свитой. Самым последним шел Мелех, заплетаясь ногами и постоянно тряся головой. Видимо, заклятье стало спадать, и он пытался понять, что здесь делает.

– Можешь быть свободна, – махнула рукой Иримэ, отгоняя от стола Мару.

– Вы обещали, – пригнувшись, девушка протянула ей руку.

– Обойдешься, – та отмахнулась, как от назойливой мухи. – Я плачу за труд, а ты даже не напряглась, пока несла поднос. На тебе пахать надо, а не поощрять твое лентяйство.

Эльфийка села за стол и больше не обращала внимания на девушку, будто той и не было.

– Вот стерва, – зло бросила Тали. – Так и хочется окунуть ее смазливое личико в чан с дерьмом.

– И не говори, – процедила я сквозь зубы. Эта наглая девчонка нравилась мне все меньше и меньше.

Мелех прошел мимо них и остановился около нашего стола.

– Можно?

– Конечно, – подвинулась Тали, оторвавшись от куриной ноги, в которую вгрызалась с остервенением.

– Ненавижу, – парень потирал лоб, будто от сильной головной боли. Наверняка после заклятья фей и приходит состояние, как после похмелья.

– О, у нас появился еще один член команды ненавидящих мерзких девчонок? – хохотнула Тали.

– Долго я за ней шатался?

– Около часа, – ответил Юрай, с сожалением глядя на товарища.

– Вот же, – Мелех сжал кулаки.

– Успокойся, поешь, – я придвинула ему свою нетронутую тарелку.

– Аппетита нет, – буркнул он, – я выглядел как идиот?

Никто из нас не ответил.

– Понятно, – ударил он себя по лбу. – Ненавижу.

Он оглянулся, «уничтожил» взглядом Иримэ, скрестил руки на груди и засопел от негодования.

Я же стала рассматривать свиту «королевы смешанных». К себе она допустила немногих, только избранные могли находиться рядом. В основном были старшекурсники из боевых магов. Накачанные парни, не одаренные умом, могли прижать любого обидчика, параллельно расточая комплименты своей красавице. Пара девочек носили статус "дарриса прошлого и позапрошлого года". В самом конце стола сидели девочки, которые не имели ничего общего с элитой Академии. Но они настолько преданно смотрели на своих кумиров, что было понятно: свита без поклонников существовать не может. Наверное, я слишком откровенно пялилась, потому что один из парней заметил меня, поднялся со стула и подошел.