Мы больше не друзья

- Я решил жениться на Свете, - произнес самый родной и любимый человек.

И эта новость как гром среди ясного неба.

- Но ты ведь знаешь ее всего пару месяцев! - возмутилась я, слишком эмоционально, но по-другому и не могла.

- Тома! - Он раздражённо выплюнул моё имя. Я застыла. - Вот только не начинай все сначала! Я тебе уже все объяснил и больше не буду повторять! Я её люблю!

Что может быть страшнее, чем услышать, что человек, которому ты отдала свое сердце много лет назад, любит другую. Скажу со сто процентной уверенностью. НИЧЕГО!

Константин Зорин - мой лучший друг. Мы знакомы чуть ли не с пеленок. Наши мамы подружились сразу после переезда в этот тихий семейный пригород. Так называемый, частный сектор.

Мы с Костей росли вместе, учились вместе, проводили все свободное время тоже вместе. Пока не появилась она.

Светлана Уварова - местная красавица. Куда уж мне до неё!

Я высокая и стройная, но без особых женственных выпуклостей, брюнетка с черными глазами. А вот Светка - невысокая, пышногрудая блондинка.

Меня, как вы уже поняли, зовут Тома, а точнее Тамара Титова. Мне восемнадцать лет, только что окончила школу, нахожусь на жизненном распутье.

Это как в той сказке. «Направо пойдешь - юристом станешь, налево пойдешь - филологом станешь. Прямо пойдешь - вообще без образования останешься».

Моя мама давно выбрала для меня университет. Правда, находится он в Санкт-Петербурге. Но уехать туда - это значит отказаться от Кости. Для меня это сродни смерти. Я мечтала всю жизнь находиться возле него. Но Костя, похоже, хотел совсем иной жизни.

- Но тебе же только восемнадцать лет! - делаю отчаянную попытку достучаться до этого твердолобого. - У тебя даже образования нет!

- Прекрати!

От его крика на глаза навернулись слезы. Я часто захлопала ресницами, стараясь скрыть их.

Хотя могла больно-то и не напрягаться. Костя все равно их не заметил. Эти два месяца он вообще ничего не замечал. Ничего и никого, кроме Уваровой. Я перестала быть ему нужной как раз в тот момент, когда он мне необходим как никогда.

Встретив Свету, мой Костя изменился. Резко и без надежды на возвращение.

Мама уже вовсю готовила мой отъезд, а Костя даже не подозревал об этом. Он только и твердил, какая его Света замечательная.

Первый месяц я пыталась вразумить его, а второй просто избегала. Видеть их вместе, или его влюбленные глаза, когда ее нет рядом - это все было слишком больно. Но я каждый день молилась, чтобы все это оказалось кошмарным сном. Стоит только проснуться, и мой Костя вернется. Заботливый, внимательный, хоть и немного импульсивный.

Мы часто попадали в неприятности из-за его безумных идей, но никогда не бросали друг друга. За восемнадцать лет мы умудрились несколько раз побывать в больнице, один раз в полицейском участке. Но при этом смеялись, держась за руку.

Сейчас все пошло наперекосяк, чтоб её!

Сегодня последний день в школе. Последний звонок. На меня натянули древнее, как бивни мамонта, советское чёрное платье и белый фартук, которые еще моя мама носила, на голове - два высоких хвостика и огромные банты.

Что поделать? Это ведь дань традиции.

Белые гетры, черные туфельки на каблуках. И вот, я снова первоклашка. Мама чуть ли не ревела, глядя на меня. Папа фотографировал. Гармония.

Ко мне подбежали три мои одноклассницы-подружки. Наташка, Катька и Маринка. Выглядели они так же, как и я.

- Ты слышала?! - хором заорали они.

- Что?

- Какие слухи ходят о Светке?!

- Нет, а что там?

Я навострила уши. Любопытство всегда являлось неотъемлемой частью моей сущности. А уж узнать сплетни о сопернице - это святое дело.

- Пашка сказал, - забалаболила Катя, - что ему рассказал один парень, что Уварова славилась в прошлой школе местной...

Катя и Марина переглянулись, многозначно замолчали, поигрывая бровями. И стало очевидно, что именно они имели в виду.

- Типа, у неё была куча парней. И она всем изменяла.

- Как думаешь, Костя в это поверит? - спросила я Наташку. Она была мне ближе, чем Катька и Маринка.

- Скорее всего, нет, - нахмурилась подруга. - Он только больше на тебя разозлится и вообще перестанет разговаривать.

Да, она права. Костя сейчас будто помешанный. Он не видит и не слышит ничего, кроме Светы. После моих слов может стать только хуже.

- Ты решила? - спросила Наташа, когда Катя и Марина торжественно пошагали дальше рассказывать последние новости. Я сразу поняла, о чем она хочет узнать.

Переезд в другой город.

- Нет еще.

- А Косте рассказала?

- Мы вчера поругались. - Я опустила глаза. На них снова навернулись слезы. - Он сказал, что хочет жениться на Свете.

- Вот так дела! - Наташа присвистнула.

- Ему явно не до меня, - я все-таки всхлипнула.

- Ну, ладно тебе. - Она взяла меня за руку. - Встретишь ты еще своего «прЫнца».

Я кивнула. Как объяснить людям, что внутри тебя что-то умирает? Будто важная часть тебя, такая же, как сердце, покидает твое бренное тело.

Я увидела Костю. Костюм ему явно к лицу. Я улыбнулась. Он всегда был безумно красив. Высокий, худощавый, с вьющимися светлыми волосами и голубыми глазами.

И в следующий момент меня словно ударили в солнечное сплетение. Видеть, как он обнимает другую девушку, невероятно больно.

- Привет, - поздоровался он со мной, но как-то сухо. Всё еще злится на меня.

По телу пробежали мурашки. Стало как-то горько. Во рту появился странный привкус.

Прозвенел звонок, я отвернулась от него. Ученики выстроились в линию.

Прощай, школа и детские наивные мечты.

- Томочка! - крикнула мама. - Ты собралась?

- Нет еще! Я, вообще-то, еще не решила, поеду или нет.

Наша семья живёт в небольшом коттедже. Я спустилась со второго этажа, чтобы увидеть маму, готовящую праздничный ужин на кухне.

- Пора бы, - пожурила она меня, обмазывая курочку специальным соусом перед запеканием. - Почему бы тебе не позвать Константина к нам? Давно он не был у нас в гостях. Вы поругались?

- Нет, мама, все хорошо. - Маме лгать не хотелось, но не могла же я рассказать, что люблю его, а он собирается жениться на другой. - Я сейчас схожу и позову.

Благо не надо было далеко идти. Соседний дом. Такой же коттедж. Вот и появился повод поговорить, рассказать ему наконец о планах моей мамы. Может, он что-то подскажет. Я ведь всегда слушала его советы.

Я набрала код, входная дверь открылась. Внизу никого не было, но из комнаты Кости доносилась музыка. Его любимые Би-2. Я поднялась на второй этаж, резко открыла дверь. Я никогда не стучалась. И сейчас впервые в жизни пожалела об этом.

Светка лежала на его кровати полуголая. На неё навалился Костя. Без футболки. Они страстно целовались, издавая хлюпающие звуки. Света оторвалась от него на секунду, увидела меня и заверещала, как поросенок. Костя вскочил и обернулся.

- Какого хрена! - заорал он. - Тебя что, не учили стучаться?

Я замерла, точно не понимая от чего. От сцены, после которой захотелось опустошить желудок, или от его крика. Лицо Кости исказила ярость. Я никогда не видела его таким. Мой живот сжался от страха.

- Нам надо поговорить, - пролепетала я.

- А ты не могла выбрать другое время? - взбесилась Света.

- С чего это ты на меня орешь? - взбунтовалась я, защищаясь.

Крик Кости ранил меня, а вот Свету я точно не собиралась терпеть. Да кто она такая, чтобы повышать на меня голос?

- Костя, очнись! - Я приблизилась к нему. - Что ты делаешь? Ты слышал, что о ней говорят? Неужели тебе все равно? Неужели ты не видишь? Она только притворяется хорошей! На самом деле она та еще дрянь!

- Лучше заткнись! - прошипела Света. - Маленькое ничтожество! Костя, ты знал, что она влюблена в тебя?

Света засмеялась, а я побледнела. Кровь отхлынула от моего лица. Костя тоже замер. Ни одна эмоция не отражалась сейчас на его лице.

- Поэтому и бесится, - продолжила она, - что ты занимаешься сексом не с ней! Она бы с удовольствием заняла мое место в этой кровати.

- Ах ты! - Я ринулась в бой, собираясь вырвать все её поганые волосы.

Но меня поймал Костя. Он сжал мои худенькие плечи. Больно.

- Тома! Если ты собираешься оскорблять мою девушку, то лучше убирайся! - Он тщательно выговаривал слова, глядя в мои глаза, скалясь при этом. - Я никогда не любил тебя и не полюблю. Ты - просто друг.

Каждое слово отзывалось болезненным ударом моего сердца.

- Она будет тебе изменять!

Костя резко оттолкнул меня, затем снова схватил за руку.

- Я больше не хочу тебя видеть! Мы больше не друзья! - Он открыл дверь, вышвырнул меня в коридор.

- Я уезжаю, - выдохнула я, но Костя уже захлопнул дверь. Прямо перед моим носом.

Вот и все. Закончилась наша дружба.

Я бежала так быстро, что даже не успела заметить, как оказалась в своей комнате. Я не обратила внимания на маму, которая окликнула меня, спрашивая о Косте.

Из моих глаз брызнул целый фонтан. Я не могла вдохнуть. Легкие сжались, отказываясь впускать кислород. Об душу, как о когтедралку, кошки принялись точить свои когти. Я уткнулась в подушку, заглушая истеричные стоны.

Неделю спустя.

- Тома, - непривычно было слышать голос мамы исключительно по телефону, - сегодня заходил Костя. Ты что, не сказала ему, что уезжаешь?

Я уехала всего пару дней назад. Все это время я ждала его. Хотя я и заявила маме с утра, проплакав предварительно всю ночь, что решила поступать именно в этот ВУЗ, но во мне тлел уголек надежды, что Костя просто погорячился. Я не верила, что нашей дружбе и правда пришел конец.

Все же мы были неразлучны восемнадцать лет.

Не мог же он просто бросить все из-за этой особы. Я пыталась дозвониться ему, но Костя не брал трубку. Он всегда отвечал после нескольких гудков или перезванивал сразу, как освобождался. Но мой друг никогда не игнорировал меня раньше.

На четвертый день моего пребывания в одиночестве, я осознала, что Костя - это неотъемлемая часть моей жизни. И остаться без него - это как отрубить себе руку. Я уже была готова на стену лезть. Но ему, похоже, было вполне неплохо. Иначе бы он хотя бы трубку взял!

Я приехала в Санкт-Петербург и остановилась у бабушки. Я ждала результатов, наотрез отказавшись вернуться домой.

- И что?

- Милая, он был в шоке.

- Мама, сделай одолжение, не говори о нем больше.

- Да что между вами произошло? - недоумевала мама на другом конце телефона.

- Ничего.

Конечно, я очень хотела что-то узнать о нём. Но мне было слишком больно. Я не хотела слышать новостей про его личную жизнь. Костя достаточно упертый, чтобы выполнить то, что задумал. На данный момент он мечтал жениться на Свете.

Я сделала вдох и выдох, успокаивая свое сердцебиение.

Я просто начну новую жизнь, найду новых друзей, получу образование. И у меня все будет хорошо. Даже без Константина Зорина.

3 года спустя

Вот и прошли три года моей жизни в стенах престижного ВУЗа страны. Осталось всего два. И диплом, наконец-таки, окажется в моих руках.

За все эти три года я ни разу не съездила домой. Я просто не могла. Засыпая каждую ночь, я оплакивала свою несостоявшуюся первую любовь и потерянную дружбу.

Костя так и не позвонил. Мама всегда возмущалась, почему это он не спрашивает обо мне. А я этому не удивлялась. Ведь я тоже не пыталась узнать о нем что-либо. Я смирилась, ведь знала его слишком хорошо, чтобы сомневаться. Если бы он действительно хотел снова сблизиться со мной, то сделал бы это. Костя всегда был слишком упрямым. Ему бы не помешали километры и то, что я сменила номер телефона. Ради своих близких он готов горы свернуть. Но я, видимо, больше не была близким ему человеком.

- Каникулы! - заорала Машка - моя подруга, с которой я познакомилась три года назад.

Мы с ней очень сдружились. Хотя на первых порах я избегала её, как могла. Уж слишком шумной она мне показалась. И мое мнение не поменялось. Просто я привыкла к её безбашенному поведению, громкому голосу и безграничной любви к Егору Криду.

- Что будешь делать все лето? - Она кинула учебники на парту и плюхнулась на стул.

- Про все лето не знаю. - Я покачала головой. - Родители на пару недель уезжают в круиз и просят меня приглядеть за домом. Так что, мне придется ехать домой.

- Впервые за три года?

Маша знала о моей неразделенной любви. Она - единственная, кому я рассказала. И, несмотря на свою болтливость, Машка умела хранить чужие секреты.

- Да.

- И ты как? Сможешь?

- Прошло три года. - Я попыталась сама себя успокоить. - Может, он давно уже женился или уехал, или переехал, или...

- Или что? - К нам подошел Сергей - брат Маши.

- Или я откушу твой нос, - ответила Маша с самой серьезной миной на лице.

Я рассмеялась, Маша пожала плечами. Сергей заклацал зубами.

- Женщины, - он закатил глаза, - вы всегда такие странные.

Маша тоже не выдержала и присоединилась ко мне. Сергей смотрел на нас, как на ополоумевших.

- Может, сходим в кино?

Пара закончилась, Машка убежала на дополнительные занятия. Я искренне не понимала, для чего они ей в последний учебный день. Хотя что-то мне подсказывало, что у этой причины симпатичная мордашка и учёная степень.

Сергей остановил меня у выхода из кабинета. И сейчас ждал моего ответа. Я знала, что нравлюсь ему. Да и Машка всегда твердила об этом. Но я делала вид, что не замечаю. Я не хотела обнадеживать его, давать ему шанс, надежду на то, что между нами что-то может быть, когда в сердце все еще другой.

- Прости, - ответила я, он слегка опустил подбородок, - завтра я уезжаю домой, и мне нужно собрать вещи. Сходим, когда я приеду обратно?

Сергей поднял голову и улыбнулся. Ну, вот. Все-таки обнадежила. Но я ведь просто схожу в кино. Может, и Машку позову. Да, так и сделаю, чтобы это не выглядело свиданием.

Дорога домой заняла слишком много времени. Даже несмотря на то, что я любила автобусы. Когда сидишь и смотришь на мелькающие деревья, дома, саму дорогу, покрытую белой разметкой - сама кажешься таким маленьким пятнышком в этой вселенной.

И все бы ничего, да внутри под ложечкой посасывало. Странное волнение, трепет от осознания возможной встречи с ним.

А что если он все-таки женился? Может, не на Свете, а на какой-нибудь другой девушке. Что тогда? Что сказать ему при встрече? Привет? Или лучше промолчать? А что, если он сам сделает вид, что вовсе не знает меня?

Я не могла ответить на эти вопросы. Но они, словно маленькие мошки, облепили мое сердце.

Родители уехали сегодня рано утром, поэтому меня ожидал пустой дом. Пока я не знала, хорошо это или плохо.

Я не торопясь, вышла из автобуса на конечной остановке, пошла в сторону своего дома. Вещей с собой я взяла минимальное количество. Получился один чемодан на колесиках. Я легко везла его за собой.

Такие знакомые и родные улицы, дома, магазины. Как и ожидалось, все такое же чистое и зеленое. Это не каменные джунгли. Кажется, что ничего не поменялось. И в то же время, изменилось все.

Может, это я стала другой?

Раньше я любила бродить по этим улицам, смотреть на красивые, ухоженные домики. Особенно вечером. Сказочная атмосфера. Я мечтала, что вот сейчас Костя заметит меня, увидит не лучшего друга, а девушку. И мы поженимся, построим себе такой же небольшой уютный дом и будем счастливо в нем жить.

Но все эти грезы я оставила в прошлом. Больше не верю в сказки, в принцев и в то, что любовь всегда взаимна.

Первым я увидела его дом, следующий - мой. Они не изменились. Просто кое-где подкрашены, подделаны, но, в общем, остались как в моих воспоминаниях. Я не стала останавливаться, прошла к своему дому. Набрала пароль, открыла дверь, после чего вошла внутрь, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.

- Я дома, - выдохнула я.

Дома тоже ничего не переменилось. Все осталось на своих местах. Мама любила наводить порядок, но терпеть не могла, когда кто-то перекладывал вещи с привычного места. Я даже с закрытыми глазами могла перемещаться по нашему коттеджу. При этом ни разу не оступиться и ни во что не врезаться.

У мамы Кости, наоборот, была привычка раз в год делать ремонт в какой-нибудь комнате. Неважно где, главное что-то изменить. Она постоянно делала перестановку мебели и потом удивлялась, почему никто не может ничего найти. Костя все время ворчал, когда не мог обнаружить банку с кофе или сушилку с постиранными вещами.

Да, здесь всё напоминает мне о нём. Вернуться сюда - это как снова окунуться в свои от одного до восемнадцати лет. Когда я ни о чем не мечтала, ничего не хотела так, как быть рядом с ним. Я ловила каждое его слово, каждое движение, в попытке разглядеть хоть намек на то, что я могу его заинтересовать. Не как друг, которого можно разбудить в два часа ночи с вопросом: «Как ты можешь спать, когда завтра конец света?»

Да, да, и такое бывало. Я долго злилась и грозилась больше не брать трубку поздно ночью, даже если он будет умирать.

Я хотела, чтобы он посмотрел на меня с интересом, возможно, с желанием. Но он этого не делал. И никогда не сделает.

Из всех моих друзей и знакомых, живущих в этом пригороде, только с Наташей я поддерживала связь все это время. Она уже успела выйти замуж. Кто бы мог подумать? За владельца очень популярного в нашем районе кафе-бара. Название, кстати, вполне объяснимо.

«Натали».

Наташа знала, что я приеду сегодня, поэтому взяла с меня слово, прийти сразу, как доберусь. Выходить из дома не хотелось, но обещание есть обещание. Я приняла душ, вымыла и высушила волосы. Открыла чемодан.

Время пять часов вечера. Погода еще не устоялась. Все-таки июнь. Было немного прохладно, поэтому я выбрала длинное обтягивающее трикотажное платье цвета бордовой розы с рукавами.

За три года мое тело изменилось. Больше не было угловатости. Появились женственные изгибы. Оказалось, что моя фигура не «доска и два соска», а песочные часы. Грудь выросла до второго размера. Занятия в спортзале помогли накачать плоский животик, округлые ягодицы. Ноги остались такими же длинными и худыми, что, несомненно, является огромным плюсом.

Черные стрелки на глаза, тушь, матовая помада чуть темнее цвета кожи. Волосы я больше не подрезала. За три года они прилично отрасли и теперь достигали середины спины. Я не стала их закалывать или делать укладку. После макияжа на это у меня уже не хватило сил.

Я обула свои любимые черные туфли на тракторной подошве с открытым носом, не боясь устать. До этого кафе рукой подать. Выйдя из дома, я еще пару раз обернулась, чтобы посмотреть на дом Кости.

Вот блин, почему я жду его появления?

- Томка! - закричала Наташка, как только я переступила порог кафе.

Она с разбега сгребла меня в объятия. Я засмеялась и обняла её в ответ.

- Ты так изменилась! Такая красотка! Вот, что делает с нами культурная столица! Как тебя еще в Загс не затащили-то, а?

- Не преувеличивай! - Кажется, я покраснела.

- Наташа! - заорал кто-то из подсобки. - Где они? Ты говорила, что здесь! Но их здесь нет!

Подруга закатила глаза.

- Хосподииии, - протянула она, - ну ничего без меня не могут. Сейчас подойду! Садись воооон в тот угол, я сейчас вернусь.

Она указала пальцем на стол, стоящий в самом углу кафе. Я проследила взглядом Наташу, только сейчас заметив её слегка округлившийся животик. Затем повернулась и пошла, куда было сказано.

- Тома?

Я застыла. Мне это послышалось?

- Ты вернулась?

Голос. До боли знакомый. Но сейчас будто дрогнувший от волнения или удивления.

Я обернулась. Конечно, я бы узнала его голос даже спустя сто лет.

Первое, что пришло в голову. Он изменился. Плечи стали шире, худощавость сменилась рельефностью. Либо я неправильно помнила его рост, либо он стал еще выше. А вот волосы все также небрежно вьются, поэтом зачесаны вверх и слегка назад. Его голубые глаза все такие же яркие и ясные.

- Здравствуй, Костя. - Вот и все, что я смогла выдавить из себя. Браво!

Он скованно улыбнулся.

Стало очень неловко.

Я часто представляла нашу встречу. Думала, что скажет он, что я. Но я не предполагала, что появится неловкость и незнание, как продолжить диалог.

Мы просто смотрели друг на друга, изучая, вспоминая. Я почувствовала жар. На лбу появилась испарина, а по спине потекла капелька пота. Это здесь так жарко? Или я вспотела от волнения?

Он был один. Где же Света? Так хотелось спросить его об этом, но я молчала. Как и он.

Душа встрепенулась. Хватило одного взгляда на него, чтобы давно забытые бабочки вновь запорхали внизу живота.

- О, Костя, привет. - Наташа вернулась. Она перевела взгляд с меня на него, затем взяла мою руку и потянула к столу. - Пойдем, потом поговорите. Я первая.

Я благодарно сжала её руку. Она кивнула. Костя так и остался стоять.

- Прости, - сказала подруга, сев напротив меня, - он часто заходит. Они с моим Данилом друзья.

- Ничего, - выдохнула я, положив руки перед собой, - это бы все равно случилось. Так, тебя можно поздравить?

Наташка покраснела, положив руку на живот.

- Да, - улыбнулась она, - пять месяцев.

- Уже знаешь, кто? Мальчик или девочка?

- А мы решили не узнавать раньше времени. Когда родится, тогда и узнаем.

Я рассмеялась.

- Не похоже на тебя. Ты всегда была любопытной и нетерпеливой. Я даже не удивилась, что ты так рано замуж выскочила.

- А ты не приехала на свадьбу, - укорила она меня.

Я вздохнула, посмотрев в ту сторону, куда ушел Костя.

- Прости, я не могла...

- Да знаю я, поэтому и не настаивала. К тому же, Костя был свидетелем.

- Правда? - Если раньше я винила себя в том, что из-за своей трусости не поехала на свадьбу подруги год назад, то сейчас даже радовалась этому.

Все-таки свидетели жениха и невесты в день бракосочетания находятся очень близко друг к другу весь день. Я бы этого не вынесла.

Наташка резко подвинулась в сторону, рядом сел коренастый парень с короткострижеными темными волосами, черными глазами и небольшой бородкой.

- Не познакомишь меня со своей подругой? Ты же мне все уши прожужжала, что она сегодня приедет.

- Это Тамара. А это, - она указала на парня, - Данил - мой горячо любимый супруг.

- Тома, - поправила я Наташку. - Я не люблю свое полное имя.

И это чистая правда. Оно меня всегда раздражало.

Возле нас сперва появился лишний стул, затем в него уселся Костя.

- Костя, ты знаком с подружкой Наташи - Томой.

- Да, мы...

- Соседи, - закончила я за него.

Костя в упор посмотрел на меня. Он как-то грустно усмехнулся.

- Ох, ничего себе! Как тесен наш пригород! - засмеялся Данил.

Но за столом его никто не поддержал. Все напряженно молчали, будто воды в рот набрали.

- Давайте чего-нибудь выпьем? - предложила Наташка. - Саша, подойди сюда!

К нам подошел официант. Молодой парнишка. Он глянул на меня и заулыбался. Я невольно потупила взгляд. Маша частенько говорила, что я очень красивая, поэтому нравлюсь всем парням в универе. Да, я временами замечала улыбки, взгляды, обращенные ко мне. Но никогда не отвечала на них.

- Сок, пиво, - сказала Наташа, показывая на себя и на мужа.

- Минералку, - Костя как-то странно посмотрел на официанта. Тот, в свою очередь, все еще глазел на меня.

- А тебе? - обратился парнишка ко мне.

- Пиво, - сдавлено ответила я.

Я не очень часто пью. В основном тогда, когда Машке все-таки удается вытащить меня в клуб или на какую-нибудь вечеринку. И я ни разу не напивалась до такого состояния, когда не соображаешь, что делаешь.

- Значит, ты уехала в Питер учиться? - начал Данил.

- Ага, грызть гранит науки, - как можно непринужденнее ответила я, проводя безымянным пальцем по волосам.

- А на кого учишься?

Костя поставил локти на стол, скрестил пальцы и уперся в них подбородком. Я вскользь посмотрела на него. Он тоже смотрел на меня, не мигая.

- Я - искусствовед.

Брови Кости взлетели вверх. Похоже, он и правда ничего обо мне не узнавал. Внутри заскребли кошки.

- Ого! Ничего себе! - Данилу - единственному - было очень весело. Мы втроем сидели, как на похоронах.

Принесли напитки.

- Налить в стаканчик? - спросил меня Саша.

- Она сама справится. - Костя сверкнул на него глазами.

Саша недовольно скривил губы, но поспешил удалиться.

- Надолго приехала домой? - Костя обратился ко мне.

Я отпила немного пива прямо из бутылки. Не вижу смысла переливать его туда-сюда.

- Пока родители не вернутся.

Я сама не узнала свой голос. Он немного охрип от волнения. Я заламывала руки, пытаясь собраться. Присутствие Кости будоражило мою кровь. Казалось, что сердце снова научилось стучать. На последние три года оно замедлило свой бег. Временами я думала, что оно и вовсе остановилось.

- Всего на две недели?

- Да.

- А потом? Уедешь обратно?

Я кивнула. Костя воткнул взгляд в стол, будто там было что-то, требующее его срочного вмешательства.

- А чем занимается искусствовед? - спросил Данил.

- Много чем, - улыбнулась я.

Выбор профессии был спонтанным. Первоначально я ехала с твердой уверенностью поступить на филолога. Но в приемной комиссии мне посоветовали попробовать подать документы еще на несколько направлений. Я послушала. И меня приняли на факультет искусствоведения. И я ни в коем случае не пожалела об этом.

- Ну, например? - продолжал задавать вопросы хозяин кафе. Наташа ткнула его локтем в бок. - Что?

- Могу работать в музеях, галереях, антикварных салонах, делать заключение о подлинности произведения искусства, направлять на реставрацию, искать новые таланты, проводить выставки, и так далее.

- Ого, ничего себе.

- А как вы познакомились? - Я решила сменить тему. То, что я находилась в центре внимания, мне не нравилось.

Наташа поступила в местный институт. Данил переехал в наш пригород с целью открыть кафе-бар. Они встретились. И это оказалась любовь с первого взгляда. Причем, именно Данил влюбился первым. Он долго бегал за Наташкой. А она...

- ...нос воротила, - посмеялся Данил.

- Я просто думала, что я - очередная, - покраснела Наташа. - Ты же такой ловелас.

- Был. - Данил поднял указательный палец вверх.

Я смеялась. Они такая милая пара. Данил так трогательно временами дотрагивался до ее живота. Я завидовала подруге. Но не черной завистью. А, скорее, «вот бы и у меня так было». Я искоса поглядывала на Костю. Он тоже улыбался, но только губами. Хотя, может, я разучилась читать по его глазам. Раньше я всегда чувствовала, когда ему грустно. А сейчас, наверное, нет.

Данил принялся шутить, к нему присоединилась Наташка. Время шло. Кафе заполнялось людьми. Данил ушел помогать бармену. Наташа тоже принялась твердить, что надо бы помочь официантам.

- Не переживай, - заверила я её, - я все равно собираюсь домой. Дорога была слишком долгой. Я устала.

Она поцеловала меня в щеку и убежала. Я встала.

- Не хочешь посидеть со мной? - Костя тоже поднялся со стула.

- Я правда очень устала.

На самом деле я трусливо сбегала. Я точно не была готова к разговору с ним тет-а-тет.

- Еще увидимся, - кивнула я, подхватила свою сумочку и зашагала к выходу.

Я уже была на улице, когда услышала окрик.

- Тома!

Я обернулась. Ко мне спешил Костя.

- Давай, я тебя подвезу.

- Зачем? Тут идти чуть больше пятисот метров.

- Ты на каблуках. И уже темно. Здесь не очень безопасно. Бар. Много пьяных.

Я готова была нервно загоготать. Три года я прожила в огромном городе, где этих баров и «налеваек» на каждом углу по несколько штук. И каблуки не всегда помеха. Иногда и они спасают. Эти годы ему не было до меня дела. Так откуда же сейчас появилась такая забота?

- Не беспокойся, я справлюсь.

Я продолжила свой путь. Через пару минут со мной поравнялась черная Аudi.

- Садись, или я всю дорогу буду вот так ехать следом за тобой.

- Это же смешно! - возмутилась я.

- Сядь в машину. С каких это пор ты стала такой упрямой?

- Хорошо. - Он затормозил, я села в машину. - А ты все такой же упрямый.

Костя усмехнулся.

Как я и сказала, до наших домов было недалеко. Меньше чем за минуту мы оказались около них.

- Спасибо, что подвез. - Я открыла дверь.

- Не пригласишь на чай своего лучшего друга?

Я замерла.

Лучший друг? Кто? Он?

Первая реакция - желание рассмеяться, затем я помотала головой, сбитая с толку. Я сжала кулаки.

- Мы больше не друзья, - процедила я. - И уже давно. Причем, это сказал именно ты. Это последние слова, которые я услышала от тебя.

- Тома...

- Нет, Костя! - Я махнула рукой, останавливая его. - Я не знаю, что там у тебя в голове. Но ты был прав. Мы уже тогда не были друзьями. И никогда больше не будем.

Я говорила это, а внутри все переворачивалось. Не знаю, почему я согласилась приехать сюда. Присмотреть за домом могли бы и соседи. Я даже себе не признавалась, что приехала в надежде увидеть его.

Ну вот, увидела, довольна?

Прямо сейчас в моей голове отчетливо воссоздался тот вечер, когда я помешала их сексу. Сейчас легко было это сделать, глядя на Костю. Я снова услышала его голос. И фразы, брошенные им, снова эхом отдавались в голове.

Он ведь не просто совместил нашу дружбу и отношения с ней, а променял меня на другую, чужую, незнакомую. Не сделай он этого, я бы продолжала оставаться его другом, несмотря на то, что мое сердце обгорало бы с каждым днем все больше и больше. В конечном итоге, оно бы просто превратилось в пепел. Но я все равно была бы рядом, надеясь.

Но Костя отказался от меня.

Я стиснула зубы, чтобы не выдать своих чувств, и вышла из машины, не оглянувшись.

По правде говоря, я не просто так согласилась приехать домой после такого продолжительного отсутствия. У меня была цель.

Нет, не только увидеть Костю.

Я дала маме свое согласие с одним малюсеньким условием. За время их отсутствия, то есть за две недели, я сделаю ремонт в своей комнате.

Три года моя нога не переступала порог спальни. Даже сегодня я ночевала в гостиной. Хватит с меня и встречи с Костей. Еще не хватало полностью окунуться в нашу, когда-то совместную вселенную.

И вот, я сделала это. Вошла. Мама ничего не трогала. Ни один предмет не поменял своего месторасположения. Она лишь изредка убиралась, протирала пыль, мыла полы. Я застонала, опустившись на кровать.

Костя.

Он был везде.

Все стены моей комнаты были обклеены совместными фотографиями и постерами наших любимых рок-групп. Некоторые фотки были настолько большими по размеру, что могли посоперничать с постерами. Куда-бы я ни глянула, все напоминало мне о нём. Даже обычная стопка компакт-дисков с фильмами и музыкой.

Пришло время избавиться от них. Может, тогда я смогу спокойно выдохнуть, освободившись от оков прошлого. Маме я это объяснила так:

- Я уже взрослая. Как думаешь, когда я привезу домой парня, чтобы познакомить его с вами, ему понравятся мои фото с другим парнем?

- У тебя появился парень?

- Нет, - слишком поспешно ответила я, - пока нет. Но он может появиться в любое время. И что тогда будем делать?

- Но все же вы столько лет дружили. Мы же можем объяснить твоему молодому человеку, что вы почти как брат и сестра...

- Вот именно, мама. Мы были ПОЧТИ как брат и сестра. Но мы не родственники. И уже давно не друзья. Так что, нет смысла хранить эти фото!

- Но ты ведь не можешь их выкинуть!

- Я и не говорила, что собираюсь их выкидывать, - такое ощущение, что растолковываю обыкновенные вещи маленькому ребенку. - Я просто сниму их со стен, уберу с полок.

Я вытащила беленькую коробочку из-под кровати. Мой своеобразный клад. Там были фото Кости, которые я обводила сердечками, целовала, оставляя следы яркой помады.

Сердце забилось чаще. Я всегда пыталась представить себе наш поцелуй. Стыдно даже вспоминать, но перед сном я целовала предплечье, представляя, что это его губы.

Наверно, я даже сейчас покраснела.

Хотя после того, как увидела его, практически полностью поглощающим Светку, больше не представляла.

Дальше в этой коробочке лежал небольшой блокнот. Я открыла его. На первой же странице было написано моё имя и его фамилия. Тамара Зорина. Я закатила глаза.

Да, и такое тоже было.

Перелистнула страницу. Гадания.

Боже мой!

Я ведь еще гадала на него! На картах, на совместимость по ФИО, просто на суженного. И всегда все идеально сходилось. Все гадания заявляли одно: Константин Зорин - моя судьба.

Очень смешно. Но тогда я действительно в это верила. Так, наверно, и должно было быть. Я же была еще ребенком.

Еще в коробке были обертки от подаренных конфет, брошки. Даже золотая цепочка на шею вместе с кулончиком в форме сердечка. Костя подарил в мой последний совместно отпразднованный день рождения. Как раз перед появлением Светы в нашей жизни. Я сняла его в тот день и оставила здесь пылиться в этой коробке.

Я нерешительно смотрела на подарок, не зная, что с ним делать. Убрать его вместе со всеми вещами или забрать с собой?

Решение пришло само собой. Я спустилась вниз, убрала цепочку в сумочку, заодно прихватив несколько, точнее, с десяток, огромных картонных коробок. Нужно ведь еще разобрать шкаф с одеждой и книги.

С вещами все оказалось намного проще. Весь мой гардероб состоял из джинсов, футболок и свитеров. Я одевалась как парень, чтобы быть своей в его компании. Сейчас же я, наоборот, предпочитаю женственные вещи. Джинсы надеваю очень редко. В основном, платья и юбки. А также каблуки.

Я аккуратно сложила вещи и уложила их в коробку. Затем принялась за посторы, фото на стенах. Свернула в два раза, некоторые в четыре, стопочкой поместила в коробки.

Я настолько погрузилась в это занятие, что даже не сразу услышала звонок в дверь.

Кто бы это мог быть? Я ведь никого не жду.

Я побежала вниз в том же виде, в котором наводила порядок. Босиком, в короткой затертой, но очень мягкой юбке, топе с добротным вырезом на груди. Без лифчика. Мои волосы выбились из пучка на макушке, торчали в разные стороны. Я открыла дверь и разинула рот.

- Костя? Что ты здесь делаешь?

Он был в подранных джинсах и свободной футболке. Его светлые волосы беспорядочно зачесаны назад.

- Мне позвонила твоя мама. Она попросила помочь тебе. Но какая именно помощь тебе нужна, она не уточнила.

Костя вошел в дом, осмотрел меня с головы до ног. После чего он быстро отвернулся.

- Ну, так в чем тебе надо...

Костя не договорил, заметив те коробки, что я уже собрала и спустила вниз, чтобы не мешались под ногами. Но я не успела их закрыть и заклеить, так как не сумела найти скотч. Они стояли на полу, и было прекрасно видно их содержимое.

- Чем это ты занимаешься? - спросил он меня, хотя, готова была поспорить, сам уже догадался.

Костя не дождался моего ответа. Он бросился наверх по лестнице, прямиком в мою комнату. Я побежала вслед за ним.

Я успела снять все со стен. Комната сразу показалась голой и унылой. Ничего, я это исправлю, перекрасив в другой цвет.

- Ты что, выкидываешь все наши вещи? Как ты можешь так поступать? Мы восемнадцать лет занимались оформлением твоей комнаты, а ты все разрушила за день!

Я опешила от такой наглости. Он врывается в мою комнату и еще упрекает меня в том, что я навожу в ней порядок! Я же не вмешиваюсь в его жизнь!

- Во-первых, - я начала загибать пальцы, глядя прямо на него, - я не собираюсь их выкидывать, просто уберу...

- Ага, - перебил он меня, - ты отправишь их пылиться либо в гараж, либо в кладовку.

- Во-вторых, - продолжила я, будто не слышала его едкое замечание, - это МОЯ комната. И я имею право делать в ней все, что хочу. И, в-третьих, я ничего не разрушаю. Сейчас уже нечего разрушать. Все, что есть в этой комнате - это всего лишь воспоминания. А они никому не нужны, поэтому могут полежать в гараже!

Лицо Кости мрачнело с каждым сказанным мною словом.

А чего он ожидал? Что я кинусь ему на грудь со слезами, начну умолять возобновить дружбу, или что?

- Твоя мама сказала, что у тебя появился парень. Это правда? Ты поэтому все убираешь?

Мама, ну, блин. Она как всегда сделала свои выводы. Я ведь ничего подобного ей не говорила.

- А что? У меня за это время не мог появиться парень?

Вот и для чего я это сказала?

- Почему же, может, - Костя пожал плечами. - Ты очень изменилась.

- Все меняется, Костя. Время ничего не оставляет без изменения.

- Оставляет, - не согласился Костя. - Я вот по-прежнему считаю тебя своим лучшим другом.

Я опешила от такого заявления. Ага, именно поэтому ты не связывался со мной все эти три года.

Я хотела это сказать, но не стала. Разве это имеет сейчас какое-либо значение?

- Мы больше не друзья, - снова повторила я. - Ты ведь сам это сказал, разве нет?

- Я был неправ.

Костя подошел ко мне слишком близко. Я могла услышать его запах. Свежий аромат геля для душа плюс туалетная вода. Он был мне не знаком. Очень приятный, надо согласиться.

- Чего ты хочешь от меня?

Я затаила дыхание, ожидая его ответ. Костя несколько минут всматривался в моё лицо. Мне даже стало как-то неловко. Я подняла на него глаза. Хотя я достаточно высокая, но он, всё равно, выше меня.

Теперь мы смотрим в глаза друг другу. Я хотела понять, что он чувствует. Думала, что смогу прочитать это в голубом омуте, но я не понимала, что именно вижу.

- Я очень соскучился по тебе, - выдохнул он, затем обнял меня. Ноги подогнулись. Мое сердце предательски забилось. Он скучал по мне? Может он понял, что ему нужна только я? Я уже взлетела вверх, взмахивая мечтательными ресницами, когда следующие его слова, вернули меня на Землю нашу родную. - Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями.

Вот и все. Приплыли наконец.

- Я хочу, чтобы мы вновь стали самыми близкими друг другу.

Я как можно равнодушнее снимаю с себя его руки, отхожу на метр.

- А разве твоя вторая половинка не будет против такого общения? Я бы точно не была в восторге.

Костя хмуро смотрит на меня, затем делает шаг навстречу.

- Моя вторая половинка?

- Света...

- Мы давно уже не вместе! - слишком резко говорит он.

- О, вот так? - опускаю глаза в пол.

Я наконец узнала ответ. И теперь не знаю, радоваться мне или плакать. С одной стороны, я рада, что они не вместе. Но с другой, даже не смотря на то, что они не пара, Костя все равно не видит во мне девушку, с которой можно встречаться, а не дружить.

- Ты была права в тот день, - горько усмехается он. - Она изменила мне спустя месяц после твоего отъезда.

- Оу...

- Из-за неё я потерял тебя - своего лучшего друга.

- Костя...

- Нет, подожди! Я хочу извиниться перед тобой. Я поступил как последняя сволочь. Я ведь знал, что нравлюсь тебе. Поэтому не звонил. Я хотел, чтобы твоя подростковая влюбленность в меня прошла. И мы вновь смогли стать друзьями и...

- Подожди-ка, - остановила я его, пытаясь осмыслить то, что только что услышала, - ты знал, что я была влюблена в тебя?

- Ну, мы все время были вместе. Я заботился о тебе, уделял много внимания. И ты, из-за своей юности и неопытности, могла подумать, что любишь меня. Могла перепутать дружескую привязанность с любовью. А сейчас твоя мама сказала, что у тебя появился парень, значит, ты двигаешься дальше, и теперь мы можем снова дружить...

- Тебе лучше уйти. - Спокойствие, только спокойствие.

Не знаю, что из его монолога ранило меня больше. То, что он знал о моих чувствах. Или то, что посчитал их ошибкой из-за «неопытности». А я все это время думала только о нем.

Боже! Какая же я наивная дурёха!

Костя знал, что я влюблена и все равно держал меня рядом. И даже сейчас, после того, как выкинул меня из своей жизни, оставив разбираться в одиночестве со своими чувствами к нему, он, как ни в чем не бывало, снова появляется в моей жизни, предлагая дружбу. Как же я раньше не замечала, что он настолько эгоистичен?

Слезы подступили к горлу. Я думала, что Костя уже не может сделать мне больнее. Но он смог. Если Зорин и правда думает, что моя любовь к нему была ненастоящей, то пусть так и будет. Не стоит его переубеждать. Мне нужно просто поплакать в одиночестве. И все наладится.

- Мама ошиблась, мне не нужна помощь. - Я обвела комнату рукой, проглатывая ком в горле. - Как видишь, я уже практически закончила. Коробки не тяжелые, поэтому я сама потихоньку отнесу их в кладовку. Благо, времени у меня достаточно. Я же на каникулах.

- Ты не ответила мне.

- Нет, ответила. - Я повернулась к нему спиной. Незачем ему видеть, как дрожат мои руки и губы. - Ты просто невнимательно слушал.

- А ты правда стала другой. Будто совсем чужая. - Я услышала, как скрипнула дверь моей спальни. - Куда же делась моя Тома?

Костя вышел, не дождавшись моего ответа.

- Ты сам убил её, - прошептала я, медленно оседая на пол.

Громко хлопнула входная дверь. Я осталась одна. Теперь можно выплеснуть все, что накопилось внутри. Мне действительно казалось, что какая-то часть меня умирает. Та половинка моего сердца, что все еще лелеяла надежду, размером с горошинку, что Костя полюбит меня.

Я подползла к коробке, в которой хранила свои «секретики». Достала блокнот с гаданиями и стихами, фото Кости, принялась рвать все подряд на мелкие кусочки. С каждым всхлипом мелких бумажек становилось все больше, а мое сердце - все меньше. Теперь я точно его забуду. Я начну с кем-нибудь встречаться.

Как говорится, клин клином вышибает.

- Он прям так и сказал?

Сложно объяснить, каким способом Наташа вытащила меня из дома. Несколько дней я не покидала его стен. И вот сейчас я стою на городском пляже в купальнике и с ковриком в руках.

- Да, так и сказал, - хмуро кивнула я.

- Вот же козел! - вспылила Наташка. Это вполне в её духе. Я улыбнулась. - Прости, если бы я знала, что у вас так все получилось, я бы ни за что не согласилась!

- Ты о чем?

- Даня взял с собой Костю...

- Только не это, - я застонала.

- Я же не знала, что он приходил к тебе. И что... у вас... такой разговор был. - Наташа виновато потупилась. - Не злись, пожалуйста.

Как я могла на неё злиться? Я ведь не рассказала ей сразу, что случилось. Просто заперлась в чертогах своего дома, как отшельница.

- Если он тебе что-то скажет, я обещаю, что сама его поколочу!

Чтобы подтвердить свои слова, Наташа изобразила хук справа.

Я рассмеялась. Она тоже была в купальнике. Теперь уже точно был виден округлившийся животик. И, делая хуки, она напоминала переваливающегося Телепузика.

- Куда уж тебе!

- Что за пляски? - спросил подошедший Данил.

Позади него, не торопясь, шел Зорин. Я на секунду залюбовалась его фигурой. На нем были только длинные плавки, больше напоминающие шорты. Торс оголен.

Я не помню, чтобы у него были кубики пресса три года назад. Так или иначе, надо признать, что его тело изменилось в лучшую сторону. Как, собственно, и мое.

Костя поднял на лоб солнцезащитные очки, заметив меня. Мою кожу пощипывало под его взглядом. Я видела, что его глаза прошлись по моему телу снизу вверх.

Что ж, мне нечего скрывать. Я гордилась своими изменениями. Машка всегда пела дифирамбы моей фигуре. «Как у супермодели», - с завистью вздыхала она. Я смеялась в ответ, но парням определенно нравилось.

- Давайте уже пойдем на наше место, а то в тенёчке много комаров, - заныла Наташа.

- Пойдем-пойдем. - Данил взял её за руку и повел ближе к воде.

В нашем пригороде было всего одно озеро, пригодное для купания. Местные называли его «Лагуной». Почему именно так, никто не знал.

Оно небольшое. В диаметре всего метров пятьсот. И со всех сторон окружено искусственно созданным пляжем. По песчаному берегу можно спокойно прогуливаться, а в воде - плавать без страха, так как озеро очень чистое и прозрачное. Общественность и власти тщательно следили за порядком.

Раньше мы с Костей часто соревновались, кто быстрее переплывёт это озеро. Конечно, всегда выигрывал Зорин.

Вот уже два дня стояла жара и духота. Я считала, что все равно еще рано лезть в воду. Но местные думали иначе. Такое впечатление, что все жители решили поскорее насладиться прелестями лета: солнцем, теплым песочком и купанием.

- Привет, - сказал Костя, поравнявшись со мной.

- Привет, - кивнула я, натягивая очки.

- Уже сделала ремонт?

- Нет еще. - Я тут же вспомнила разорванные фото, выдохнула, стараясь не сожалеть.

- Все еще не нужна помощь? - как бы невзначай спросил Костя.

- Все хорошо. - Я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее. - Я успею.

Мне надо просто оторвать свою ленивую попу от дивана, перестать постоянно жевать всякую отраву и смотреть сериалы. Но я так давно не отдыхала, что просто не могла удержаться. Учеба отнимает слишком много времени. И вот сейчас, наконец, я могу спокойно наслаждаться любимыми сериальчиками. Вкусы у меня, конечно, странные. Но о них нельзя спорить.

- Все еще смотришь свои дорамы?

- Эй, не надо снова издеваться! - тут же вспыхнула я.

- Что я такого сказал? Я знаю, что ты любила смотреть их, и просто поинтересовался. Сейчас я даже представления не имею, что тебе может нравиться. Ты стала такой... строгой. - Кажется, Костя говорил вполне серьезно.

Он что, реально, хочет вновь подружиться?

- Да, - ответила я, ускоряя шаг, стараясь поравняться с Наташей и Даней, - я все еще обожаю дорамки.

До меня донесся смех Зорина. Он всегда издевался над этой моей страстью.

Что-то типа «скоро у самой глаза станут такими же узкими». Я злилась и старалась как можно сильнее ударить его по голове. А он только и делал, что смеялся.

- Даня, ты же не собираешься плавать? - ныла тем временем моя беременная подруга.

- А разве мы не за этим сюда пришли?

- Нет! - Она надула губы. - Мы пришли, чтобы полежать на песочке под солнышком. И чтобы вытащить Тому из дома. Она слишком буквально восприняла фразу «вернуться домой».

Они засмеялись.

- Ха-ха, очень смешно, - насупилась я.

- Но это же правда! - продолжила моя неугомонная подруга. - А на правду нельзя обижаться!

Наташа наконец выбрала место. Я расстелила коврик, легла на него. Рядом со мной через минут десять приземлился Костя. Я никак не отреагировала, лишь заметила, что он уже искупался.

- Почему ты взяла только один коврик?

- Что? - Я слегка приподняла очки.

- Ты всегда брала два: себе и мне, - он надулся как маленький ребенок.

- Вот именно, ключевое слово - «брала».

- Ты решила стать мисс Сарказм?

- Это не сарказм, это просто констатация факта.

Возможно, я и разговариваю с ним грубо, но этому можно найти тысячу и одну причину, даже не сильно напрягая извилины.

Конечно, три года назад я не позволяла себе такого, ведь тогда он был мне очень дорог. Но после всего, что я узнала, мне сложно даже просто находиться рядом с ним.

- А со своим парнем ты точно так же разговариваешь? Ему это нравится?

- Да мы вообще мало разговариваем. - Боже, я с ума сошла?

- А чем же вы тогда занимаетесь? - Костя приподнялся на локтях. Теперь он смотрел мне прямо в лицо.

Благо темные очки прикрывали мои глаза. Они бы меня точно выдали.

- А ты догадайся, не маленький уже, да и смышленый. - Я немного оскалилась.

Я изо всех сил старалась казаться непринуждённой. Будто бы не сказала ничего такого. Но, блин, зачем я это сделала? Я сама себя не узнаю. Девушка, так спокойно лгущая о несуществующем парне - это точно не я. Я никогда не лгу.

И Зорин это знает. Да он за версту чуял мою ложь! Но за это время связь между нами ослабла. И сейчас Костя смотрел как-то очень странно. Он мне поверил. И ему это не понравилось.

Зорин делает резкое движение, нависая надо мной. С его груди стекает вода, попадая на мою, нагретую под палящим солнцем, кожу. Я почувствовала себя раскалённой сковородкой, на которой вот-вот зашипит вода. Костя впивался взглядом в мое лицо. Что он пытается там разглядеть?

В следующую секунду я решила, что лучше бы он продолжал сверлить мои глаза. Костя опустил голову и теперь смотрел на мою грудь.

На мне обычный купальник с классическим лифом. Безо всяких поролонных чашечек и вставочек. Сейчас сквозь лиф проглядывались соски. Не знаю, виновата ли в этом близость Кости, или это из-за холодных капель воды, или просто от спазма, что скрутил мне живот после наглого обмана.

- Ты... - выдохнул Зорин, не отрывая глаз от моих сосков.

Я готова была сквозь землю провалиться. Вот прямо сейчас и прямо здесь.

- Что? - прервала я его, пока он не сказал что-нибудь, что еще больше унизит меня. - Ты сам напомнил мне о моем парне. И о том, чем мы обычно занимаемся.

Костя отшатнулся. На его лице четко читалось отвращение и... Что еще?

- Ну, тогда тебе срочно нужно охладиться! - зло выдохнул он.

Зорин подхватил меня, поднял на руки. Его горячие ладони находятся в опасной близости от моей попы. А грудь прижата к его груди. Я даже опомниться не успела, не то, что сопротивляться.

- Нет! Зорин! Не смей! Только попробуй!

- И что же ты сделаешь? - Губы около моей щеки. - Пожалуешься своему парню?

Он это сделал! Он швырнул меня в воду!

Правда, чтобы сделать это, ему пришлось самому по пояс войти в озеро. Я знаю, Зорин это сделал, чтобы я не ударилась о дно. Но его «заботливость» вылезла ему же боком. Я понимала, что меня ожидает, поэтому задержала дыхание.

Боже, вода ледяная. Все эти люди - моржи?

Просто выныривать я не собиралась. В моей голове за доли секунды, пока я летела в воду, зародился план ужасающей мести.

Я воспользовалась тем, что от моего плюха вода помутнела. Я резко рванула вперед, схватив Костю на ноги и со всей силы дернув на себя. Сработал эффект неожиданности. Зорин не удержался на ногах, ушел под воду. В отличие от меня он не успел задержать дыхание.

Так-то! Будешь знать, как связываться с Томой Титовой.

Я преспокойненько вынырнула, делая вид, что ни к чему не причастна.

- Что это с тобой? - спросила я, наблюдая, как он пытается откашляться.

- Тома! - зарычал Зорин. - Ты же знаешь, что я тебе это не спущу с рук!

- Я? - Я указала на себя пальцем, затем стала поправлять волосы. - А при чем тут я? Ты, значит, на ногах не держишься, а виновата я?

Я повернулась к нему спиной, направляясь к берегу, изо всех сил пытаясь сохранить спокойствие. Смех рвался наружу.

Зорин не собирался отпускать меня просто так. Два шага, и он догнал меня. Костя обхватывает меня за талию, прижимая к себе.

- Куда же ты? Мы ведь только начали!

- Костя! - Я все-таки засмеялась, хотя старалась делать вид, что жутко возмущена. - Что ты делаешь? Отпусти меня!

Мне нравилось быть прижатой к его телу. Его рука опоясала мой живот. Вода уже не казалась мне такой холодной. Костя потащил меня на глубину. Мы стали барахтаться в озере, как маленькие детки. Много смеха, брызг. Я наглоталась воды, пока пыталась его утопить. На несколько минут показалось, что этих трех лет и вовсе не было.

И вот мы уставшие выходим на берег. Я попутно пытаюсь пригладить свои волосы. Сейчас они высохнут под ярким летним солнышком, окружат мое лицо ореолом кучеряшек, и я стану похожа на одуванчик. Зорин кладет руку мне на плечи.

- Эй! - возмущаюсь я, наклоняясь, чтобы избавиться от его дружеского объятия.

- Да ладно, - хнычет он, изображая маленького ребенка, - тебе что, жалко? Я же устал...

- А вот не надо было прикладывать столько сил в попытке меня утопить!

- Понятия не имею, о чем ты говоришь.

- Ага, ну конечно!

У меня получается скинуть с себя его руку. Но Костя снова прижимает меня к себе, на этот раз схватившись за мою талию. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть ему в лицо. Он абсолютно спокоен. Моя близость его не волнует. То, что его рука лежит на моей оголенной коже, не вызывает у него какой бы то ни было реакции. В отличие от меня.

Мое сердце так больно бьется о ребра. По коже то и дело пробегают стада мурашек. Я одновременно хотела, чтобы он перестал меня так мучать. Но в то же время это все было чертовски приятно.

Стоп! Если хочешь его разлюбить, то стоит научиться либо держать себя в руках, либо сделать так, чтобы он и близко к тебе не подходил.

- Зорин!

Я торможу, зарываясь пальчиками ног в песок. Прямо перед нами оказывается Светка. Я узнаю её сразу, хотя она сильно изменилась.

Блондинистые волосы коротко острижены. Раньше Света была местной красавицей с пышной грудью. Сейчас же она просто полная. Её фигура больше не напоминает песочные часы, скорее просто бочонок. Надо же! Как время меняет людей.

- Вернулась? - Это уже обращено ко мне. - Ненадолго же тебя хватило!

- Света, - киваю я.

Она поочередно смотрит то на меня, то на Костю, затем на его руку, лежащую на моей талии.

- А ты время зря не теряешь, - Света смеется. К нам подходят Наташа и Даня. Позади Светки встают еще несколько незнакомых мне людей. - Продолжаешь его охмурять?!

- Света! - Рука Кости сжала мою талию сильнее. - Вот только давай без сцен!

- Каких сцен? Из-за неё мы расстались! И я вот так просто должна смотреть, как вы с ней зажимаетесь?

Из-за меня? Но ведь Костя говорил, что Света ему изменила. Разве нет?

Я приложила максимум усилий, чтобы освободиться из Костиного захвата. Спокойно направилась к своему месту на этом пляже. Я не хотела стать наблюдателем или, Боже упаси, участником этой сцены ревности.

- Куда это ты собралась? - закричала Света. - Что, думаешь, что лучше меня? Приехала она тут с Питера, такая деловая! И снова туда же лезет! Что, не по нраву пришлись мужики питерские? Все еще сохнешь по Косте?

- Света! Уймись! - вмешалась Наташа.

Я развернулась. Света становилась похожа на разъяренного быка. И то, что я никак не отреагировала на такую пламенную речь, бесило её еще больше.

- Что тебе от меня надо? - Проявить какую-либо эмоцию - это значит признать, что её слова задевают меня.

Она вот так запросто кричит на весь пляж о моих чувствах. Одно дела - это обмен «любезностями» в комнате, и совсем другое - публичное унижение, что Света и пытается сделать.

- А ты хитрая! - Света надвигается на меня. - Уехала, не сказав ни слова. Ты ведь сделала это специально, чтобы Костя обратил на тебя внимание. Чтобы и днем, и ночью переживал за тебя. Как ты там? Почему уехала? Злишься ли ты на него? И из-за этих переживаний уделял мне все меньше внимания, чувствуя свою вину! Он стал отдаляться от меня из-за тебя!

- Света, если хочешь поговорить, то давай уйдем отсюда и поговорим. - Зорин встал между нами. - Незачем устраивать здесь это шоу.

- Хватит её защищать! Я не хочу разговаривать с тобой! Я хочу высказать ей все, что я о ней думаю!

- Но я не собираюсь тебя слушать...

Я принялась сворачивать свой коврик.

- Ты все это сделала специально! Ты мариновала его три года, и вот сейчас вернулась вся такая похорошевшая! Думаешь, что он обратит на тебя внимание? Кинется к твоим ногам, будет признаваться тебе в любви и говорить, что ошибался?

Нет, я не настолько наивная. Костя все еще видит во мне лишь друга. И неважно, насколько я изменилась или похорошела. Это ранило меня сильнее, чем весь этот спектакль с оскорблениями.

- Но нет! - не унималась Светка. Я не люблю насилие, но сейчас готова была отрезать ей язык. - Ты навсегда останешься для него другом детства! Он выберет другую! Я-то хотя бы побывала в его постели! А ты так и будешь пускать на него слюни! И твоя любовь так и останется безответной!

В конце этой речи Света захохотала. К ней присоединилась её компания. Наташа хмурилась. Её удерживал Даня, явно не понимавший, что здесь происходит. Костя выглядел мрачнее тучи. Мне же вдруг стало очень холодно.

Меня и мои чувства к нему только что втоптали в грязь, а он стоит и молчит. Знаете, мне не было бы так обидно, если бы её слова не были правдой.

Но они были! Рано или поздно Зорин влюбится в какую-нибудь очередную красавицу. Да, он уже расстался со Светкой, но ведь не из-за любви ко мне. Костя напрямую заявил, что считает мои чувства к нему детской влюбленностью, привязанностью, и хочет забыть о ней. Костя не считался с моим мнением, даже будучи другом, и сейчас ничего не изменилось. Мое «нет» ничего для него не значит.

Я вышла из ступора, продолжила заталкивать коврик в большую пляжную сумку. Натянула платье поверх мокрого купальника.

О чем я думала, приезжая сюда? Мне и моим чувствам здесь не место. Так было тогда, когда я уехала, так есть и сейчас.

- Ты ошибаешься. - Мой голос слегка дрожал, но я сжимала кулаки, чтобы не выдать, что меня знобит. - Я уехала, потому что поступила в престижнейший университет. Хотя тебе этого не понять. - Я указала на её компанию. В их руках было слишком много алкоголя. Да и видок их, и поведение говорили о прокуренности и пропитости. - И приехала я не для того, чтобы влюбить в себя Костю. Через пару дней я уеду обратно, где меня ждет мой парень. Он богат и красив. И без ума от меня. А ты так и останешься здесь. И твой пивной живот будет расти так же, как и твое разочарование. Ты можешь и дальше плеваться в меня ядом и обвинять во всех своих бедах. Мне не жалко. Вот только я не виновата, что ты его потеряла. Это целиком и полностью твоя вина.

Я развернулась и ушла, ругая себя и свой длинный язык. Так или иначе, я собиралась превратить свои слова в правду. Я начну встречаться с кем-нибудь и перестану думать о Косте. Как я уже говорила, клин клином вышибает. Я все-таки применю это на практике.