Мы (не) женимся ректор

– Алиса, тебя хочет видеть отец, – в комнату, где я жила, вошла мама. По её лицу было сложно определить, какие новости меня ожидают.

– Да, матушка, я сейчас спущусь, – ответила я, откладывая книгу по целительству в сторону.

Кабинет главы семейства Борен находился на первом этаже родового имения. Спустившись по лестнице цвета темного граната, я прошла через светлый холл, устремившись в правый коридор. Перевела дыхание перед дверью из массива дуба, надеюсь, отец наконец-то принял решение и разрешит мне поступить в академию магии.

Тук-тук-тук.

Не дожидаясь ответа, я отворила дверь и вошла внутрь. В камине потрескивали поленья, и языки пламени отбрасывали тени на пол. Уже вечер, но отец тем не менее всё ещё был занят делами. Лорд Эдгар Борен сидел за письменным столом, а перед ним лежало какое-то распечатанное письмо. Неужели из академии?

– Вы звали меня, папенька? – спросила я, подходя ближе. Отец выглядел измученным, губы его были вытянуты в ровную тонкую линию, что не предвещало ничего хорошего.

– Я пригласил тебя, Алиса, чтобы сообщить важную новость, – сказал лорд, и сердце забилось учащённее. Неужели зачисление? Наконец-то! – Ты выходишь замуж.

– Что? – а теперь, кажется, моё сердце, наоборот, перестало стучать. – Что вы такое говорите, папенька? Вы, верно, напутали…

– Что есть, то и говорю, – громогласно сказал лорд. – Много лет назад, когда ты только родилась, я испытывал некоторые денежные затруднения, и один богатый дракон мне сильно помог. Мы заключили сделку, тогда ты и была обещана в жёны. Теперь тебе исполнилось восемнадцать, и пришло время платить по счетам.

Отец говорил так, словно всё происходящее в порядке вещей. Будто бы сейчас не ломает мне жизнь, отдавая неизвестно кому. Я слышала от прислуги, что около шестнадцати лет лорд Борен сильно увлекся карточной игрой и фактически проиграл всё – земельные наделы, кондитерские фабрики, которыми владела моя семья не одно поколение. Даже имение – и то было заложено. А потом он резко рассчитался по всем долгам, словно за один день выиграл баснословную сумму. Только вот он никогда не выходил из игры победителем. Откуда взялись те деньги, не знал никто. Но с тех пор дела семьи Борен вновь пошли в гору, и о тяжелых временах никто не вспоминал.

– Нет! – возразила я. – Этого не может быть…

– Свадьба через неделю, – сказал отец, не слушая моих возражений.

– Но, отец! Я не хочу замуж! – взмолилась я, надеясь найти хоть какое-то понимание. – Он же намного старше меня…

– Твоё мнение никого не интересует. Завтра мы начинаем подготовку к свадьбе, – чеканя каждое слово, сказал отец. – А теперь, когда я всё сказал, ты можешь пойти в свою комнату.

– Да, папенька, – произнесла я, как того требуют правила приличия. В нашем доме, как и во многих родовитых семьях, их строго соблюдали, и любое нарушение каралось наказанием. Хотя меня, наверное, уже ничем не напугать после такого объявления.   

На негнущихся ногах я вернулась в свою комнату, где тут же упала на кровать и принялась реветь в подушку. Самые близкие люди предали меня. Мои родители расплатились мною, словно вещью, чтобы получить быстрые деньги. Как они могли так поступить? Неужели для мамы и папы мои чувства совсем ничего не значат?

Сегодня ночью я сбегу из дома и поступлю в Королевскую Академию Магии без разрешения отца! Главное, чтобы меня взяли на бюджет. Я достаточно готовилась к учёбе и, думаю, смогу сдать вступительные экзамены на отлично. Да, мне придется несладко, я смогу рассчитывать лишь на стипендию. Но лучше уж так, чем замуж за какого-то неизвестного мне старика.

Поднявшись с постели, я вытерла слезы и решительно достала небольшой дорожный саквояж…
Другие истории литмоба

Королевская Академия Магии располагалась в центре столицы Адаира и не просто так носила подобное название. Дворец финансировал учебное заведение и каждый год выделял определённую сумму на образование талантливых, но бедных адептов. К последним я, разумеется, не относилась, и подобные мне учились всегда за счёт родителей или опекунов, занимая лофты и отдельные апартаменты в общежитии. Если бы отец дал мне разрешение на обучение и вступил в совет попечителей, выделяя сумму на ежемесячное содержание, то мне, вероятно, даже не пришлось бы сдавать вступительные экзамены. Но этого, к сожалению, не произошло. Папенька, вероятно, никогда даже не думал над моим прошением учиться, он задолго знал мою предопределённую судьбу.  

Я стояла возле ворот академии и смотрела на величественное здание, которое, если мне повезёт, даст защиту от брака на пять лет. Пока я буду являться адепткой Королевской Академии Магии, отец не сможет выдать меня замуж, его влияние будет ограничено, так как на этот срок я буду находиться под опекой дворца. Однако по завершении обучения я вновь вернусь под его власть. К сожалению, в Морландии у женщин мало прав, и они вынуждены подчиняться главе рода. Сначала эту роль играет отец семейства, а после замужества девушку передают уже в дом супруга, и он становится её опекуном. Однако, если, ещё будучи адепткой, смогу себя хорошо зарекомендовать и попасть на службу во дворец, органы опеки лишат папеньку права распоряжаться моей жизнью, и я буду вольна жить как захочу, пока не выйду замуж. Но уже исключительно по своему желанию. Окончить академию на отлично – мой единственный шанс избежать ненавистного брака.

Пройдя по мощеной дорожке, я оказалась перед старинными дубовыми дверьми и, глубоко вздохнув, потянула на себя чугунное кольцо. В холле академии было шумно, адепты только начали съезжаться, и если будущие первокурсники стояли по стенкам, старшие громко обсуждали прошедшие каникулы.

Я прошла к плакату, обращённому к абитуриентам, там был расписан алгоритм действий поступающего. Все правила приёма были разделены на два разных сектора: для аристократов, поступающих за свой счет, и для тех, кто будет учиться за счёт короны. Для начала я нашла необходимую мне графу: «Зачисление на бюджет». Мне следовало перво-наперво пройти в кабинет комиссии, где посмотрят мои документы после школы и оценят возможность допуска к вступительным экзаменам. Я отправилась прямо по коридору, нужную дверь нашла сразу, и даже вовсе не по табличке «Принимающая комиссия», а по столпотворению молодых людей. На их фоне я сильно отличалась, у меня было платье из дорогой парчи изумрудного цвета, отделанное белоснежными кружевами, золотые серёжки с изумрудами, перстни с сапфирами и гранатами, а в руках небольшая дорожная сумочка именитой модистки Адаира. В то время как на других девушках были куда проще наряды: рубашки из грубого сукна, прямые юбки, причем далеко не у всех доходящие даже до щиколоток! У кого-то они были по колено… а кто-то и вовсе надел брюки, подобно мужчине. Моя матушка всегда говорила, что современная молодежь очень распущена, носит странную вульгарную одежду. Меня же с детства заставляли надевать всё строго в пол, чтобы даже мыска туфельки было не видно при ходьбе. В родовитых семьях такое воспитание – обычная практика. У нас в первую очередь чтят традиции и гордятся достижениями предков. Я была здесь словно из другого мира, потому что подобные мне никогда не стоят в очереди на получение бюджетного места, и все на меня косились, отчего становилось неуютно.  

Из дверей комиссии вышел огорченный парень и, не поднимая взгляда, пошел прочь, в сторону выхода. Это означало одно: средний бал его оценок не давал возможности попасть даже на вступительные экзамены.

– Кто следующий? – спросила какая-то девушка.

– Я боюсь, – ответила ей другая. И какой-то парень крикнул, насмешливо тыча в мою сторону:

– Вон, «зефирку» пропустите! А то барышня, небось, не привыкла столько времени на ногах стоять.

В коридоре раздался смех, и мои щеки заалели от столь пристального внимания к моей персоне.

– Ещё чего! Последняя пришла – последняя и пойдёт, – сказала полная девушка в цветастом сарафане.

– Я подожду, – сказала я непонятно кому и отошла подальше к стенке, ожидая своей очереди.

К счастью, после меня пришло достаточно народу, и я уже не была в хвосте очереди. С каждым новым выходящим из дверей принимающей комиссии я становилась к ней ближе. Спустя полтора часа и я переступила порог небольшого кабинета, где за кафедрой сидела женщина преклонного возраста с гулькой на голове. Она презрительно окинула меня взглядом, а после процедила едва слышно:

– Аристократов принимают в другом месте.

– Я знаю, – ответила, протягивая папку с документами. – Я пришла пробоваться на бюджет.

– Деточка, у тебя совесть есть? Средства из королевской казны перечисляются в академию исключительно на тех ребят, кто не может позволить себе образование за свой счет. Скажи своему отцу, чтобы внес за тебя необходимую сумму, вместо того чтобы отбирать у кого-то действительно достойного шанс на нормальную жизнь, – укоризненно произнесла женщина, так и не взяв мои документы.

Значит, у кого-то должен быть шанс на хорошую жизнь, а у меня нет?

– В правилах академии нигде не написано, что аристократка не может попытаться поступить на бюджетное место, – сказала я ровным голосом. – Вы не имеете права не принимать у меня документы, если я подхожу по остальным пунктам.

– Ишь, умная какая нашлась, – огрызнулась женщина и, поправив гульку, наконец-то взяла из моей дрожащей руки папку. Она скрупулёзно рассматривала каждый листок, что-то выписывала себе, потом при помощи счёт считала и в конечном итоге выдала мне бумагу с допуском к экзаменам.

– Экзамены через два часа? – удивлённо спросила я, смотря на число и время.

– А тебе когда нужно? – вновь язвительно вопросом на вопрос ответила женщина. – Забыли скорректировать с личным расписанием?

– Нет, – пробормотала я. – Просто не думала, что он столь скоро.

– В отличие от тебя, у других есть дела, и им некогда тянуть время, – буркнула женщина. – Свободна, не задерживай очередь.

– Спасибо, – ответила я и поплелась прочь. С таким радушным приёмом неудивительно, почему отсюда все выходили с подавленным видом. Но у меня хотя бы есть в руках заветная бумага.


Проблема почти женатого дракона проста: король велел жениться, регалии украли, свидетеля надо прикрыть. Решение ещё проще — назвать меня невестой. Почти. Без платья, без поцелуев, без права на глупости. Я вижу подделку с первого взгляда, он — ложь с первого вздоха. Договоримся, найдём украденное, переживём Новогодие и разойдёмся. Наверное.

Аудитория, где должен был проходить вступительный экзамен, представляла собой амфитеатр и вмещала около двухсот пятидесяти студентов. Я заняла место на шестом ярусе, ближе к входу. Достала ручку, проверила в ней количество чернил, должно хватить, не хотелось бы заправлять на экзамене, у меня никогда не получалось сделать это аккуратно, и дома моими писчими принадлежностями занималась горничная.

– Ты что делаешь? – спросила меня сидящая слева девушка. Высокая брюнетка с пронзительно зелёными глазами, на чьей шее висели бусы с деревянными бусинами.

– Готовлю ручку, – ответила я, не понимая, зачем спрашивать, если и так видно.

– Своими нельзя писать ответы, – сказала незнакомка. – Они могут быть зачарованы, поэтому нам выдадут карандаши, как начнётся экзамен.

– Ой, я не знала. Спасибо, – я быстро убрала ручку обратно в сумку, пока никто из комиссии не видел.

– Не за что. Я, кстати, Эшли Синсин, – представилась девушка улыбнувшись. Она первая, кто заговорил со мной без насмешки, не акцентируя внимания на том, что я аристократка, идущая на общих условиях с бедняками.

– Алиса Борен, – назвала я свою имя в ответ. – Приятно познакомиться.

– Мне тоже, – сказала собеседница. – Надеюсь, мы пройдём.

Студенты всё шли и шли, мне приходилось периодически пододвигаться, и вскоре локти начали неприлично касаться других людей. Я хотела вежливо попросить их соблюдать дистанцию, но быстро поняла, что это физически невозможно. В лектории было гораздо больше людей, чем он мог в себя вместить. Как говорится, яблоку негде упасть.

За кафедрой было семь человек: четыре женщины преклонных лет и трое мужчин, один из которых седовласый, в очках и дорогом костюме, вероятно, ректор академии. Они сидели со скучающим видом, но вскоре в зал вошла ещё одна женщина помоложе, и все заметно оживились. По ушам резанул неприятный звук, вероятно, оповещающий о том, что вступительный экзамен начался.

– Девушки и юноши, вы все пришли сюда, чтобы учиться в Королевской Академии Магии. У вас прекрасные оценки по всем школьным предметам, но этого мало для поступления на первый курс. Сейчас мы проверим ваши таланты и знания, необходимые для учёбы в академии. Для некоторых из вас только что прозвеневший звонок станет первым и последним. Другие же, сдавшие экзамен, будут зачислены и продолжат обучение в нашем заведении, – начала говорить вошедшая последней женщина, и все слушали её затаив дыхание. – Меня зовут Энедзи Кломона, я секретарь ректора и буду вести у вас экзамен. В приёмной комиссии у нас участвуют декан факультета некромантии Эрнест Локси, декан факультета целительства Даяна Морст, декан … – она поочередно представляла членов комиссии, но я особо не слушала, мысленно повторяла весь известный мне материал. Я готовилась к поступлению всё лето, надеясь на разрешение отца. И, как оказалось, не зря, сейчас только выученные мною самостоятельно книги помогут остаться в стенах академии. – Я раздам вам двойные листочки и карточки с заданием. Всего у каждого будет тридцать вопросов, они направлены на различные сферы, и вам необходимо кратко ответить на все до единого. А вот на последнее задание, которое будет на обороте карточки, нужно дать развернутый ответ. Кому не хватит бумаги, можно попросить дополнительные листочки. Экзамен длится четыре часа, результат вам огласят сегодня же в семь часов вечера. Я желаю вам удачи и напоминаю о том, что академия может принять только ограниченное количество студентов, а потому пройдут лишь те, кто даст абсолютно верные ответы.

На столах перед каждым из нас из воздуха в золотом сиянии материализовались листок, карандаш и конверт. Я сразу же отложила бумагу и карандаш, распечатывая конверт. Там находилась карточка с вопросами, по которой, быстро пробежав взглядом, я поняла, что не составит труда на них ответить. А вот вопрос с обратной стороны заставил призадуматься, там было написано:

«Назовите основные постулаты каждого факультета Королевской Академии Магии. Расскажите, с чем вы ассоциируете каждый факультет.»

Я не знала ответа на этот вопрос и стала сильно волноваться, пришлось даже сделать дыхательную гимнастику, чтобы успокоиться. Взяв листок, я написала сверху своё имя и принялась отвечать на вопросы из списка. Сначала напишу то, что точно знаю, а потом уже буду думать, что делать с последним заданием.

Прочитанные мною книги сильно помогли, я знала, что в академии, несмотря на профильное образование, есть также и основные предметы, общие для всех факультетов, а потому изучала книги различного направления. А вот мои познания относительно Королевской Академии Магии непосредственно как учебного заведения очень скудны. Мне известно, что это единственная академия в столице, здесь обучают по семи основным профилям магии и что аристократы зачисляются фактически автоматом. Мне не должны были потребоваться знания, выходящие за пределы общих предметов, и я собиралась учиться, а потому особо не интересовалась, как и чем живут студенты. Да, я знала о возможности поступить на бюджет, и то только по той причине, что мамина подруга, тетушка Бомина, не единожды упоминала, что король и королева "допускают ошибку, позволяя всяким оборванцам учиться рядом с аристократами". Дескать, кроме воровства и блуда от них нечего ждать.  

Посмотрела в сторону Эшли, девушка писала едва ли не эссе, она была поглощена работой. Мелкий почерк испещрил всю страницу. Она наверняка знала, что здесь нужно отвечать, возможно, спросила у кого-то из друзей, кто уже учился в академии.

Шел четвертый час экзамена, а у меня на дополнительное задание было всего пару строчек. Я уже несколько раз заправила падающий локон за ухо, почесала тыльные стороны ладоней, потому что от напряжения они зудели, и в очередной раз громко выдохнула, понимая, что провалю вступительный экзамен на такой мелочи. Время неумолимо уходило словно вода сквозь пальцы, и я начала стремительно писать всё, что приходило в мою голову. Я уже не думала, будет это правильно или нет, мне просто хотелось написать как можно больше букв, чтобы показать комиссии, что я старалась.

Звонок прозвенел хоть и ожидаемо, но всё же неожиданно. Я только и успела поставить точку, как листок прямо под моей ладонью залился золотым светом и тут же исчез. Перед деканами на кафедре появились ровные стопки с бумагой, и они незамедлительно принялись их проверять.

– Вступительный экзамен окончен. Перерыв один час. После чего список поступивших будет вывешен в холле. Кто будет зачислен, вас вновь жду здесь для распределения по факультетам и обсуждения вашего пребывания в академии, – сказала секретарь ректора, и все засобирались прочь из аудитории, чтобы размять ноги.

У меня и самой нехило затекла спина, и я обрадованно потянулась, идя по коридору. В животе неприятно заурчало, сообщая о том, что давно пора покушать.


Проблема почти женатого дракона проста: король велел жениться, регалии украли, свидетеля надо прикрыть. Решение ещё проще — назвать меня невестой. Почти. Без платья, без поцелуев, без права на глупости. Я вижу подделку с первого взгляда, он — ложь с первого вздоха. Договоримся, найдём украденное, переживём Новогодие и разойдёмся. Наверное.

Небольшое кафе с кричащей вывеской «Сладкий пирожок» за углом академии нашлось фактически сразу, но цены на продукты ошеломляли. Это заведение хоть и находилось на территории академии, но явно было предназначено исключительно для богатых. Я достала куль с монетами и пересчитала крохи, оставшиеся от оплаты проезда на дилижансе. Каждый месяц родители выдавали мне сумму на расходы, но я никогда не считала нужным копить, потому что знала: придёт новое число, и мне дадут на личные расходы. Монеты, как правило, уходили на шляпки, туфли, сумочки и прочую женскую мелочь, вот и в этот раз я потратила практически всё. Кто бы мог подумать, что в будущем я буду так отчаянно нуждаться в средствах.

Бесплатная столовая для адептов заработает лишь завтра, с началом учебного года, и я была вынуждена отдать последние две серебряные монеты за чашку кофе и бутерброд с ветчиной. Миловидная официантка в белом переднике посмотрела на меня с непониманием, когда я фактически вытрясла перед ней свой пустой кошель. Я заняла место у дальнего столика и начала с бутерброда, очень хотелось есть, у меня во рту не было ни крошки со вчерашнего ужина. У других студентов столы ломились от еды, они все были зачислены автоматом только потому, что имеют высокое положение в обществе, а потому уже отмечали своё поступление в Королевскую Академию Магии. Я могла быть одной из них и сидеть в подобной компании, громко смеясь, наслаждаясь беззаботной жизнью, но, увы, мой отец решил иначе.

Я прокручивала в голове раз за разом, что написала на экзамене, и каждый раз начинала думать, что, вероятно, вот «тут» нужно было дать другой ответ. А может, и «тут»…

Мысли так меня поглотили, что я не заметила, как проскочило время, а потому, взглянув на часы над каминной полкой, едва не поперхнулась. Быстро дожевав бутерброд, схватила стаканчик с уже остывшим кофе и стремительно пошла в академию. Я едва ли не бежала, а потому не заметила выходящего из-за угла высокого мужчину в дорогом камзоле с длинными черными волосами. Мои ноги успели затормозить и спасти меня от столкновения, а вот стаканчик с ароматным напитком, увы, удержать не смогла. И жидкость полетела вперёд, выплёскиваясь прямо на одежду незнакомца. В зелёных глазах полыхнуло пламя, зрачки на мгновение вытянулись, и я, сжавшись, отступила на шаг назад. Пустой стаканчик с грохотом упал на пол, вокруг воцарилась полнейшая тишина.

– Советую вам не распаковывать вещи, – сказал мужчина со злостью в голосе. Он быстро обошел меня и направился прочь, с его камзола капал кофе, свидетельствуя о моём позоре.

– Ну ты даёшь!.. – произнесла непонятно откуда возникшая рядом Эшли. – Это ведь был ректор…

Она должна убить его, чтобы спасти их сына.
Он должен жениться, чтобы спасти свой народ.
Пять лет назад они любили друг друга.
Сегодня — смотрят в глаза как враги, стоя по разные стороны клятв и крови.
Он верит, что она мертва.
Она знает, что приговор подписан — и ему, и ей.
Но как выполнить приказ, если сердце всё ещё помнит огонь,
а в мире, где клятвы важнее чувств, любовь может стоить жизни?