Мы выбрали тебя!

**********************************************************************************************************************************************************************************************************************************************************Лаелет**************************

— Нет! Не-е-ет! Я не хочу умирать! Папа, папа!

Но отцу было плевать на мои слезы и мольбы. Он так и сидел за ониксовым столом зала совета, где был вынесен мой приговор. Я рыдала, вырывалась из рук братьев, которые тянули меня к дверям, сопротивлялась, как могла, но против двух сильных парней я была бессильна.

— Папочка, пожалуйста!

Он любил меня. Я знала, что любил. Больше всех и каждого ребенка в нашей семье, ведь не зря же именно меня отдал самому сильному колдуну ковена. Не зря же так заботился. Не зря всегда защищал, говорил, что я его сокровище, его Лаелет.

Двери в зал совета захлопнулись.

— Папа-а-а-а!

— Да заткнись ты уже! – рявкнул Дарон, встряхнув меня за плечи так сильно, что клацнули зубы.

Я затихла, смотря на него огромными глазами и всхлипывая. Со старшими братьями у меня никогда не было теплых и хороших отношений. Они принимали только Лею. Поэтому неудивительно, что им тоже было все равно на меня, почему они так безжалостно тащили меня куда-то.

Дерон осмотрелся и, посмотрев на Дарона, сказал:

— Быстрее. У нас мало времени.

Они затащили меня в одну из комнат, и когда я снова начала бороться, накрыли комнату пологом тишины. Дарон отпустил меня, и я сразу же отбежала за шкаф, чтобы спрятаться за ним.

— Мы хотим помочь, Лаелет, не смотри на нас так. – Мягко сказал Дерон и обратился к Дарону: – Создавай.

Я не сразу поняла, что он достает из магического пространственного кармана и что делает с этими странными предметами, цветами, костями и камнями. Его магия была точной, мощной. Я даже плакать перестала, завороженная, и когда в воздухе появился черный бутылек, вышла из-за шкафа.

— Ты создал яд? – спросила тихо, посмотрев на старшего брата.

Он искусно владел этим колдовством. Так же искусно, как и мастерством создания оружия. В то время как я была обычным источником, пусть и бесконечно полным, он мог творить настоящую магию.

— Да. – Он поймал бутылек в воздухе и подошел ко мне, чтобы вложить мне его в руку. –Мажься, сейчас же!

— Но..

— Лае, у нас мало времени! Этот яд тебя не убьет, но каждого, кто тебя тронет, в живых не оставит. Пожалуйста, мажься.

Я была шокирована тем, что он мне помогал, и тем, что этот яд мог сделать. Брат выругался, вырвал бутылек из пальцев и принялся сам втирать мне его в кожу. Попадая на нее, смертельная жидкость пощипывала каждый дюйм, но не приносила ни боли, ни вреда. И пахла вкусно: розовым маслом, жасмином и ирисом.

— Почему?.. — прошептала я, посмотрев сначала на одного, потом на другого.

— Потому что ты наша сестра. – Ответил Дерон. – И потому что ты не заслуживаешь смерти. Никто из этих невинных девушек.

— Этот яд убьет его? И что тогда будет с ковеном?

— Мы уже как лет сто не нуждаемся в защите, Лае. – Ответил Дарон. – Все эти жертвы бессмысленны. Мы уже потеряли маму, тебя не отдадим.

Мама.. Ею для нас стала сестра-близнец, магический двойник, родной матери. Такой же, как мы с Леей. Свою родную мать мы никогда не видели, потому что она умерла, когда родились следующие близнецы – я и Лея. Мое рождение ее убило, как и всех тех, кто был рядом, потому что моя сила была слишком мощной.

Я –Алис, источник. Не ведьма, не человек, а просто сосуд для магии. Нас немного, но в этом поколении, которое отдадут, я единственная. Потому что Алисов вообще стараются беречь.

— Почему папа не отказал?..

— Потому что иначе всю семью изгонят. Мы..

— Время! – оборвал Дарона Дерон.

Дарон схватил меня за плечи и заглянул мне в глаза. На меня будто смотрел папа, только моложе. Они были удивительно похожи. У каждого члена семьи из рода Алестро глаза глубокого голубого оттенка, белые волосы и чистая лишенная изъянов кожа.

— Мы любим тебя, Лаелет. Когда убьешь эту тварь, не возвращайся в ковен, тебя не примут. Уходи на юг, в провинцию Адер.

— К бабушке Ванде?..

— Да! Она тебя приютит.

— Все, пора! – Дерон снял магический покров.

Когда мы вышли из комнаты, на нас натолкнулась Катара, правая рука отца. Ей не понравилось, что мы опаздывали, но она ничего не заметила, просто окинула меня взглядом и, не показав ни единой эмоции, велела мне следовать за ней. Братья не оставили меня, вышли вместе с нами на улицу, где уже ждали еще три брата и четыре младшие сестры.

На моем месте должна была быть Лея, обладавшая сильным черным даром, но она сбежала. Оставила лишь одно письмо, в котором умоляла меня простить ее. Я злилась на нее, как последняя эгоистка, ведь не я должна была умереть, а она, и когда поняла это, уже злилась на себя, потому что Леа тоже не заслуживала такой судьбы. Никто из нас не заслуживал.

Младшие девочки кинулись ко мне, чтобы обнять, но их остановили, не дали коснуться. Они умоляли и меня, и братьев, чтобы я осталась. Отца тут не было. Он как последний трус решил отсидеться в особняке. Но я увидела его, когда девочек оттащили от меня, а я повернулась и встала рядом с повозкой без окон, в которой меня повезут к Пустошам, на землях которых стояли огромные Проклятые горы, и располагалась Бездна.

— Лае! Лае!

На глазах снова выступили слезы, когда я рассмотрела отца в окне. Мне хотелось сказать, как я его ненавижу за то, как он поступил со мной, но он спасал других. Я бы не хотела, чтобы мои младшие сестры пострадали. А я.. я выживу. Мне помогли братья.

********************************************************************************************************************************************************************************************************************************************************

***********************************************************************************************************************************************************************************************************************************************************Лаелет***********************

В последний раз взглянув на каждого брату и сестру, я улыбнулась трясущимися губами и залезла в повозку, которую тут же захлопнули и закрыли на засов. К счастью, сразу вспыхнул шар света, но даже он не мог спасти от паники, которая грозилась утопить меня.

Я разрыдалась, сжавшись в комочек на холодном полу. Повозка ехала по неровной каменной дороге, и мои вопли наверняка слышал извозчик. Сколько же сегодня криков он уже услышал? Болела ли у него душа? Сожалел ли он? Я до последнего надеялась, что он поможет, но...

Время пролетело незаметно. Железная дверь со скрипом открылась, и на меня, сжавшуюся в углу, уставился слепой старческий взгляд. Мужчина жестами показал мне вылезать, но я не могла двигаться. Тогда он насильно вытащил меня оттуда магией, которая неприятно резанула мне кожу на ноге.

На землю пролилась кровь, когда я встала и обняла себя руками за плечи. Старик показал знаками, что мне нужно идти к подножию горы. Лишь в самый последний момент перед тем, как он уехал, я поняла, что он был не только слеп, но и глух, и нем. Вряд ли он даже знал, что делает.. Но попросить его о помощи я не успела.

У меня был выбор – уйти в другую сторону от гор, но стоило вспомнить о младших сестрах и братьях, как я поняла, что не могу поступить так же, как Лея. Поэтому я сделала глубокий вдох, стерла со щек слезы и пошла к высившимся вдали чудовищам-горам.

Путь был недолгим, потому что уже через минуту, меня перехватила ужасного вида тень с белыми светящимися глазами. Я закричала, кинувшись в сторону от нее, но она меня перехватила и по воздуху быстро потащила вперед.

У гор было озеро, в него и скинуло меня это существо. Всплыть я не успела, что-то ухватило меня за раненную ногу и потянуло на дно. К счастью, или, даже к сожалению, я так и не захлебнулась. На дне был портал. Из него я выпала на твердый каменный пол, больно ударившись копчиком.

— Лаелет!

— Тара?..

Я резко обернулась и увидела девушек из ковена, которых привезли сюда до меня. Они были все тут, никто не пострадал. Пока что. Тара помогла мне подняться и крепко обняла, но поговорить мы не успели – появился тот, из-за кого нас всех отдали сюда.

Я ожидала увидеть самое отвратительное, самое ужасное, самое-самое противное чудовище в мире, но.. В темный зал, лишенный окон и дверей, прямо из стены вошел молодой мужчина в черных одеждах.

У него были пшеничного цвета волосы до ушей. Лицо скуластое, красивое, поистине прекрасное. Он двигался плавно, всем своим видом источал силу и уверенность. И я бы засмотрелась на него, заворожилась бы им, если бы не увидела, как его рука меняется на когтистую черную лапу, глаза темнеют, а губы изгибаются в улыбке. Клыки.. Когда он, остановившись, провел по нему кончиком языка и облизнул губы, я заметила, что язык у него раздвоенный.

Мое сердце и без того было на грани того, чтобы просто остановиться, как через стену прошел еще один мужчина, очень похожий на первого. Такого же цвета волосы длиной до плеч, огромный, завораживающе красивый. Но его энергетика, и глаза, и клыки, и когти, и язык..

— Ты напугал их, Лоркан. – Голос у него был бархатистый, каким только соблазнять.

Я вцепилась в Тару так крепко, что ей точно было больно, но и она душила меня так же.

— Я еще ничего не сделал.

— И не сделаешь. Мне не нравится вкус страха.

— А мне – очень даже. – Промурлыкал он, пройдя вперед, и остановился рядом с рыжеволосой миниатюрной девушкой, которая тряслась, как лист на ветру.

Когда он наклонился и провел по ее бледное шее раздвоенным языком, у меня от отвращения и страха сжалось горло. Она пискнула, зажмурившись, а чудовище рассмеялся. Чувственно, красиво. Меня должно было все происходящее пугать и отталкивать, но что-то влияло на разум.. Расслабляло..

— Лоркан.

— Все-все, закончил. Я выбираю эту.

Никто не ожидал того, что произошло через пару мгновений. Он вдруг впился клыками ей в шею, схватив за волосы, и мы закричали от ужаса. Сама же девушка упала в руки чудовища, издав стон, но не полный боли, а какой-то.. томный.

Второй гад вздохнул:

— Ты не исправим.

— Что вам нужно от нас?! – вперед вышла Марита.

—Вы прекрасно знаете, что. – Промурлыкал Лоркан, осматривая Мариту с головы до ног.

По коже пробежалось покалывание. Я отвела взгляд ко второму монстру, и поняла, что так магия предупредила меня, что он смотрит. На меня. И смотрит так, будто только заметил самый аппетитный десерт из всей вкусностей на столе.

— Подойди ко мне. – Приказал он.

Я не сдвинулась с места. Мне было страшно. И.. волнительно. И в груди рос странный жар, такое же, как внизу живота. Я не хотела подходить к нему, но что-то тянуло меня.

Тук-Тук..

Тук-Тук..

Тук-тук..

Сердце зашкаливало от чувств. Его глаза вспыхнули золотом.

— Ко мне.

Сопротивляться я не смогла, ноги сами понесли меня к нему. Когда я остановилась, он убрал от шеи мои длинные белые волосы, наклонился, потому что рядом с ним я была крошечной, и провел по ней носом, выдыхая запах. От его низкого короткого стона по телу побежали мурашки.

— Ты. Я выбираю тебя.

Я не смогла вдохнуть. Не тогда, когда его клыки пронзили мне кожу между плечом и шеей, и тело наполнили такая легкость, такое удовольствие... Я лишь ощутила, как к спине прижался кто-то еще, и поняла, кто, когда Лоркан прошептал:

— Такая вкусная. Я тоже выбираю ее, брат.

Его руки нагло пробрались мне под платье, и я застонала, когда пальцы надавили мне между ног. Благо на мне было белье, но даже так касания ощущались остро..

Они касались меня, нагло сминали и сжимали мое тело, трогали там, где никто никогда не трогал. И все это на виду у других. Только мне было плевать. Отчего-то не волновало ни что, кроме того, чтобы это не заканчивалось. Они что-то сделали со мной, заколдовали.

В тот момент, когда пальцы Лоркана проникли в мое лоно, а я издала приглушенный стон, проглоченный ртом второго чудовища, они вдруг застыли. Мои губы оставили в покое, а вот пальцы в лоне продолжили двигаться. Мочку уха прихватили острые зубы:

— Такая смелая. – Прошептал Лоркан.

— И глупая, – сказал, посмотрев мне в глаза, второй.

— Думала, яд нас убьет? – он грубо вонзил в меня два пальца, заставив вскрикнуть:

— А-а-а!

— Он только приманил нас.

— Мы любим острое.

— И ядовитое.

Второй монстр, чьего имени я не знала и знать не хотела, грубо разорвал лиф платье, освободив мою пышную грудь и заставив меня вскрикнуть. Его пальцы до сладострастной боли сжали мои груди. И даже сейчас, когда они явно были злы, я не испытывала страха, а это было ненормально. Только понимать, что ненормально, могла, а сопротивляться не хотела..

— П-прошу..

— Ты чувствуешь, Дэрос?

— Да. Магия.

— Она полна ею. М-м-м, нам хватит тебя надолго, сладкая.

— Отпустите..

—Нет. – Второй, Дэрос прокусил мою грудь, вогнав клыки в плоть, и опять не последовало боли, только неправильно извращенное наслаждение.

—Ты останешься с нами.

— И уйдешь, только когда смерть тебя заберет.

— А до тех пор ты наша.

********************************************************************************************************************************************************************************************************************************************************

Их слова были подобны ушату с ледяной водой. Какая бы магия меня не околдовала, она мигом развеялась, вот только вырваться у меня не получилось. Дэрос подхватил меня на руки, перекинул через плечо и, когда развернулся, чтобы выйти из этого помещения, хлестко ударил ладонью по попе.

— Пусти! – я устремила перепуганные глаза на девушек. — Помогите мне! Пожалуйста!

Только никто из них не пошевелился.

— Отпустите меня, чудовища!

— Кричи громче, сладкая, это возбуждает.

— Гады! Монстры! Я вас ненавижу!

И снова меня шлепнули по заднице. Возмутиться и осыпать их проклятиями не успела, потому что мы прошли сквозь стену, буквально, и у меня перехватило дыхание. Девушки остались в том просторном холодном зале, и от беспомощности и осознания, что мне никто не поможет, на глаза навернулись слезы.

Однако сдаваться я не собиралась. Билась, вырвалась, кричала, проклинала. И чуть не откусила себе язык из-за очередного оскорбления, потому что меня как раз кинули на постель, на которой я подпрыгнула.

— Отдохни, успокойся. Мы скоро придем. – Дэрос наклонился, на удивление нежно отведя от моего лица прядь волос. – Красавица.

Я с трудом сглотнула.

— Пожалуйста, отпустите..

— Не можем. И не хотим.

Он выпрямился, и его глаза заволокла чернота. В мгновение его чарующая внешность изменилась на более грубую, пугающую. Он словно собирался превратиться в ужасного монстра, но не стал. Лишь от его шее к лицу протянулись черные вены, и из головы выросли два изогнутых вверх рога.

Так выглядели только одни существа..

— Демон.. — прошептала я.

Он улыбнулся, показав острые клыки. Никто из ковена не знал, с кем именно был заключен древний договор. Догадки были разные, но что это именно демон, никто даже и не думал. Демоны заперты в Нижнем мире со временем Столетней войны. Их иногда призывали сильные черные ведьмы, чтобы сделать своими прислужниками, или заключить договор на какие-то услуги, за которые платили душой, но демоны всегда возвращались в свой мир.

Что тут делали эти двое?

— Отдыхай, Hafid. Если что-то понадобится, просто произнесли, Аделис все принесет.

Они опять вышли через стены. Дверей тут, похоже, нигде не было. Я не понимала, где вообще нахожусь, но судя по обстановке, которая напоминала своды пещеры, мы были прямо внутри горы. Магические шары света разгоняли тьму и создавали немного тепла, но все равно тут было холодно. И жутко.

Я встала, чтобы пройтись и осмотреться. Мне нужно было что-то предпринять, сбежать отсюда. Яд на них не подействовал, более того, они теперь знали, что я пыталась их убить. Накажут меня за это? Зачем вообще меня сюда принесли? И почему только меня одну забрали? Что будет со всеми?

Время тянулось медленно. От вопросов разболелась голова, а от тревоги и страха я не могла найти себе место. Магическая энергия обжигала кожу, но не более того. Я не могла использовать ее, чтобы сбежать, потому что, в отличии от других, моя магия не была материальной, или стихийной.

Я предназначалась только для одного – подпитки, только такие, как я, могли даровать вечную жизнь. А демоны, такими как я, могли питаться очень-очень долго. Вероятно, вот почему они остановили выбор именно на мне. Но даже, если я буду жить еще десятилетия, все равно не согласна быть их едой. Я буду в плену, и в конечном итоге умру.

Нет! Не бывать этому!!

Кроме кровати и камина в этом помещении ничего не было. Есть я не хотела, но решила испытывать удачу.

— Аделис, мне нужен нож!

И он материализовался у меня в руке, когда порыв теплого ветерка всколыхнул мои белые волосы. Нож был обычным, не большим, но острым. Я сомневалась, что им могла убить демона, но ранить – вполне. Только куда я побегу, если раню? Тут нет дверей. А выйти без них я не смогла – уже пробовала трогать стены.

Ладно, нож уже что-то. Так же я попросила платье и воды, и все это мне дали. Я переоделась в чистое целое платье, чтобы не святить грудью, и снова попросила:

— Аделис, мне нужен кинжал из оникса!

И.. Ничего. Ну, неудивительно. Кем бы ни был эта Аделис, она бы не стала давать мне оружие, способное убить любое существо.

Я повернулась к той стене, через которую меня сюда принесли, и именно в этом момент внутрь зашел Лоркан. Я тут же спрятала нож, но он его все равно заметил.

— Что это у тебя там, ведьмочка?

— Н-ничего.

— А лгать нехорошо. Я могу за это наказать.

— Н-не надо.

— Тогда будь хорошей девочкой и отдай его. Не хочу, чтобы ты поранилась.

Я еще крепче вцепилась пальцами в рукоять, и его глаза почернели, а от ухмылки мне захотелось завизжать от страха. Я сжала губы в линию, отступая, и демон медленно пошел ко мне.

— Не подходи!

— Ну-ну, давай не будем тратить время на бессмысленные крики. Хочешь ты того или нет, но ты теперь наша. Тебя отдали нам по условиям договора, дорогая.

Договор.. Чертов договор.. Из-за войны с соседним ковеном Смерти, которые двести лет назад почти уничтожили мой, наши ведьмы обратились к могущественному существу за помощью. Не думаю, что они знали, что это.. эти существа – демоны. А, может, и знали..

Это неважно. Главное, что ковен Смерти был разбит, земли захвачены моими предками, а наше могущество на острове возросло. Только цена за это была высокая. Войн нет уже больше ста лет, никто не осмеливается посягнуть на самый большой и сильный ковен Острова Ведьм. Но из-за договора каждые 20 лет отдают слишком много одаренных сильных девушек, которые могли бы стать великими.

Я должна была стать супругой Верховного.. Верховной ведьмой ковена..

Словно услышав мои мысли, демон помрачнел. Он уже был совсем близко ко мне, а мне отступать было некуда. Когда его грудь прижалась к моей, вдавливая меня в стену, я заставила себя поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза. Так я показывала, что не боюсь, хотя мне было очень страшно.

— Забудь о своем прошлом. – Сказал он низким опасным тоном, от которого по моему телу побежали мурашки, а внизу живота потеплело. –Теперь для тебя существуем только мы.

Он был слишком близко. Его запах, твердость тела, взгляд. Это притяжение, эта магия, которая исходила от него, снова стала туманить мне разум.

—Это какое-то демоническое притяжение? – прошептала я, облизнув губы.

Мне опять хотелось, чтобы меня целовали, трогали, ласкали. Не знаю, как, но мне удалось не отпустить кинжал. Я еще не до конца лишилась рассудка. Лоркан ухмыльнулся, упершись руками в стену по обе стороны от моей головы. Так близко..

— Твоя душа не невинна, как посчитали твои старейшины. Ты такая же порочная, как и мы. Она тянется к нам. Ко мне. И, знаешь, я очень рад, что на этот раз к нам попала ты. От других не было толку.

Мысли путались. Кое-как я ухватилась за важное.

— Что вы с ними сделали? Где все девочки?

— Те 35, что были до вас, живы и здоровы. Мы никого из них не приняли, но ваш ковен тоже прогнал. Вас мы бы тоже отпустили, испив немного крови и напитавшись эмоциями, но ты.. М-м-м.. Такую магию и душу мы еще не встречали за последние 40 лет.

— 40 лет?.. – я медленно моргнула.

И без того было трудно бороться с этим притяжением, так демон еще снова забрался мне под платье. Я дернулась, когда его пальцы скользнули по гладкому лобку в трусики, но демон прижал меня к стене плотнее, и его пальцы коснулись моего влажного лона. От его действий, наглости и напора мне стало жарко. И захотелось продолжения.

— Тш-ш.. не дергайся. Я всего лишь изучаю.

— Не смей.. меня.. ах-х..! – он грубо ввел в меня один палец, и я зашипела от боли и удовольствия.

— Такая влажная. Ты же течешь на мои пальцы, зачем сопротивляешься? Нам с тобой может быть так хорошо.

Он добавил второй, растягивая меня до легкого дискомфорта. У меня никогда не было мужчины, и я надеялась, что мой первый и единственный будет нежен со мной. Но то, что творил этот демон, пугало и.. возбуждало. В этом точно виновата его натура, которая создана для того, чтобы толкать на грех, которым они и питаются. Не может моя душа быть..

— О-о очень даже может. – Прошептал он мне на ухо, двигая пальцами внутри меня и одновременно с этим лаская клитор.

Я посмотрела ему в глаза, черные, бездонные.

— Ты.. м-м-м… слышишь мои.. о, боги...

— Слышу. У меня много талантов, сладкая. Скоро я тебе все покажу.

Он отстранился, вытащив из меня пальцы, и поднес их к своим губам, чтобы облизать. От этого зрелища у меня вспыхнуло лицо, а внизу живота приятно сжались мышцы. Я не совсем понимала, почему так на все это реагирую, но догадывалась, что так проявлялось лежание.

В тот момент, когда его пальцы взялись за ремень, в мое туманное сознание пробрался глас разума. Я поняла, что он настроен на продолжение, которого не хотела – и плевать, что он говорил иначе!

В тот момент, когда он достал член и сомкнул на внушительной длине пальцы, я кинулась от демона, но сбежать не смогла. Он меня перехватил, прижав обратно к стене. Тогда я занесла руку с ножом, который все это время сжимала, и что самое удивительное, смогла ранить демона. Нож со странной легкостью вошел чуть ниже груди, и Лоркан зарычал от боли.

Он отошел от меня на пару шагов, и когда я увидела, как его рубашка темнеет от расползавшейся крови, меня замутило. В горле образовался ком. Лоркан вырвал нож и отбросил его в сторону, а затем разорвал рубашку, чтобы показать мне, что я натворила.

Он зацокал языком:

— Плохая девочка. За это я тебя накажу. – И по его ухмылке я поняла, что он ждал, когда я его ударю.

— Н-нет..

— А я предупреждал.

Скинув с плеч разорванную рубашку, он бросил ее на пол, и изменился, когда по его телу скользнули завитки тьмы. Выросли рога, от шеи к лицу потянулись вены, а на руках появились когти.

— На колени.

Я замотала головой, вжимаясь в стену, мечтая с ней слиться, чтобы исчезнуть.

— Не люблю повторять дважды.

— П-прошу..

Его магия неожиданно оплела всю меня и заставила опуститься на колени. Я больно ударилась ими о пол и тихо застонала, закрыв глаза. Страх перерос в ужас. Однако когда тьма демона коснулась моей кожи, погладив меня по шее, губам, груди и бедрам, мне это понравилось. Настолько, что меж ног запульсировало. Меня бросало из крайности в крайность. Что это, если не чужеродное воздействие?

Демон подошел, возвысившись надо мной, и его член оказался напротив моего лица. Мускусный более острый запах коснулся носа, и я заставила себя оторвать глаза от возбужденного органа, чтобы поднять их на лицо демона. Во рту скопилась вязкая слюна.

— Мне нравится, как ты смотришь на меня. С желанием и жаждой...

— Убить.

Он ухмыльнулся.

— Взять в рот мой член.

— Нет.

— Да. Открой ротик.

Я скользнула взглядом по его голому торсу. Кровь из раны уже не сочилась, и она, кажется, уже затягивалась. Демон питался моими эмоциями, чтобы исцелиться?

— Открой. Рот.

Я сопротивлялась до последнего, но он опять использовал свою тьму, но не для того, чтобы заставить меня открыть рот, а чтобы уничтожить мое платье, оставив меня полностью нагой, и обрушить ласки на лоно.

— О, боги! – я ахнула и застонала, когда чужеродная бестелесная, но очень ощутимая энергия наполнила меня, растянула и причинила легкую боль, которая росла и росла. – М-м-м…

Он не касался меня руками, но ему было и не нужно. Он мог истязать меня магией. Я снова застонала, когда боль и удовольствие усилились, и демон этим воспользовался, чтобы протолкнуть в мой рот член. Я могла его укусить, но.. не стала. Побоялась, что он убьет меня.

— Лги себе дальше, сладкая. – Он издал короткий стон. – Но ты хочешь этого сама. Открой ротик шире.

Я всхлипнула, когда его тени стали тугими кругами ласкать клитор, и против воли развела бедра шире. А так же открыла рот, позволив демону проникнуть глубже. На глаза навернулись слезы, когда его головка достигла предела, вызвав рвотный рефлекс.

— Дыши ртом. И поработай язычком.

Посмотрев на него со злостью и ненавистью, которая быстро и верно росла в моем сердце, я обхватила половину оставшегося члена пальцами и отстранилась. Демон зарычал, смотря на меня черными глазами. Он ожидал, что я продолжу противиться, но я понимала, что это бессмысленно. Так что все могло пройти менее болезненно, просто нужно потерпеть.

Только это было совсем не противно и не плохо. Я получала удовольствие от того, как его тени двигались внутри меня, как играли с сосками, ласкали кожу и мяли ягодицы, пока я сосала член демона, а он с жадностью следил за всеми моими движениями и не вмешивался.

Оргазм, обрушившийся на меня, был таким сильным, таким сладким, что перед глазами вспыхнули звезды. Я еще никогда не чувствовала ничего подобного от собственных пальцев.

Когда волны удовольствия схлынули, демон зарылся пальцами мне в волосы, выскользнул изо рта и грубо вернулся обратно. Он стал трахать мой рот жестко и без жалости. Из глаз текли слезы, когда он касался задней стенки горла, и я практически задыхалась от его толчков. Это должно было вызывать отвращение, но мне.. нравилось.

— О-о да.. Такая сладкая ведьмочка. – Он толкнулся особенно глубоко, из-за чего я закашлялась, и он был вынужден выскользнуть.

Пока я жадно глотала воздух, демон любовался мной черными глазами. С трудом сглотнув, я ощутила боль в горле. Но она была не только там, лоно тоже болело. Задуматься об этом я не успела. Он провел головкой по моим губам, шлепнул по ним, чтобы я открыла рот, и снова толкнулся внутрь, набрав прежний жесткий темп.

Когда он зарычал, запрокинув голову, мне в горло ударила тугая струя спермы, и я закашлялась, упершись руками в его бедра, чтобы отстраниться. Он крепче вцепился мне в волосы.

—Глотай!

Выбора не было. Я проглотила все, что смогла, а когда он вышел из моего рта, была вынуждена еще и облизать его член. Но и это не показалось противным. На вкус он оказался, как вино из диких ягод. Горько-сладкий, вкусный и терпкий.

Я облизнула губы, смотря в глаза своему мучителю. Меньше всего я ожидала от него нежности, но когда он встал рядом со мной на колени и губами сцеловал слезы со щек и глаз, у меня замерло сердце, чтобы секундой позже пуститься вскачь. Губ он коснулся мельком, но и это показалось мне ожогом.

— Наша жизнь будем сладкой, дорогая. – Прошептал мне он. –Вот увидишь.

— Ты закончил?

Я вздрогнула, услышав голос второго чудовища, и резко повернула голову в сторону. И как давно он там находился? Видел все?..

Он стоял, прислонившись спиной к стене и упершись в нее одной согнутой ногой. Руки были скрещены на груди, обтянутой черной рубашкой, а в области паха штаны того же цвета были натянуты. Глаза бездонные, темные, на голове рога, а по телу вьется тьма. Этот вид пугал так же сильно, как и возбуждал. Ну вот, опять их демоническое притяжение.

Лоркан бархатисто засмеялся, встав, и помог подняться мне. Только ноги казались ватными, а боль в лоне возросла.

— Слышал, брат? «Демоническое напряжение». И почему всегда виновата наша сущность, если сами души так грешны?

— Она поймет со временем. – Он оттолкнулся от стены. – Идем, нужно избавиться от остальных. Потом будем развлекаться.

— Но я же только начал.

— Сначала –работа, потом все остальное. – Он впился в меня голодным взглядом. — К тому же ты только что лишил ее невинности. Во всех смыслах. Пусть придет в себя.

Они собрались уйти, но прежде, чем это произошло, Лоркан впился в мои губы грубым поцелуем, сразу проникнув в рот языком. Туман похоти и прочих чувств чуть ослаб, но я не успела вовремя осознать то, что они сказали до этого про девочек. Спрашивать о них стало поздно, потому что демоны ушли.

А на меня обрушилась вся безысходность положения.

***Лоркан***

Я только вышел, а меня уже тянуло обратно. Вкус ведьмы ощущался на языке, и вся моя сущность тянулась к ней. Голод был таким сильным, словно я только что не напитался ее чувствами досыта, а возбуждение все так же кипятило кровь. В паху болезненно ныло.

— Мы ведь договорились, — начал недовольный Дэрос. — Сначала разберемся с девушками, а потом веселиться.

— Не нуди, я был голоден.

— Смотрю, она не справилась со своей задачей.

Мы завернули за угол, двигаясь к лестнице. Я ухмыльнулся, взглянув на брата, и облизнул губы.

— Справилась, и прекрасно. Ты же видел, как она заглатывала мой член.

Я заметил, как на его скулах забегали желваки, когда он утробно зарычал, отвернувшись от меня.

— Но, признаюсь, я снова голоден. У нее такая вкусная душа.

— Не торопись, иначе нам не хватит ее и на год.

— Ты сам чувствовал, какой у нее источник. Она сама источник, так что нам, как минимум, хватит ее на десятилетие. Даже, когда мы заберем большую часть сил, чтобы выбраться из этой тюрьмы и разорвать проклятый договор.

Он заворчал что-то под нос, взмахнув рукой, чтобы стену окутала наша магия, и мы смогли пройти.

— Кстати, братец, не хочу это признавать, но ты был прав, когда решил использовать малышку Лею. Твой план сработал идеально.

— Все самое сложное еще впереди.

Он прошел сквозь ониксовую стену, и я почти последовал за ним, но в последний момент застыл и повернулся в сторону лестницы. Я чувствовал запах ведьмы даже здесь, слышал, как бьется ее сердце, и как душа поет взаперти от отчаяния. Мне не нравился его вкус, и я пообещал себе, что когда наведаюсь к ней в следующий раз, заставлю стонать от блаженства.

С большим трудом я прошел сквозь стену, и от криков, которые издавали ведьмы, захотелось заткнуть уши, а им оторвать головы. Но я не хотел лишней крови. Особенно их крови. Мне теперь хотелось пить только из моей ведьмы. Удивительно, насколько сильной она оказалась, насколько вкусной и завораживающей.

Нам нужен был всего лишь Алис, чтобы выбраться отсюда, и мы проделали филигранную работу, лишенные возможности покидать подножия горы. Брат долго наведывался в сознание этой ведьмы, Леи, связанной душой с прекрасной Лаелет.

До последнего мы не знали, получилось ли у нас. Да даже когда всех девушек доставили, и мы не почувствовали нужной, я очень.. расстроился и уже был готов поглотить ту рыжую, что сейчас без чувств лежала на полу, но потом я уловил ее запах.

Правда, брат сделал это первым, но не важно. Мы привыкли всем делиться, без этого бы не смогли прожить эти проклятые сорок лет с тех пор, как убили ублюдка отца, который-то и заключил этот ничтожный договор, заперевший нас здесь на всю вечность.

У отца бы и мы не появились, не понеси от него одна из его жертв, которых он любил насиловать. Матери мы с братом не знали. Как выжили, до сих пор уму непостижимо, потому что отца, кроме его вечного голода, ничего не интересовало. Да его даже так называть противно.

— Тихо! – Рявкнул Дэрос, потерявший терпение.

Ведьмы закрыли рты, и от всхлипов некоторых я поджал губы. Ненавидел женские слезы. С ними ничего не сделали, не причинили никакого вреда, накормили, дали удобства, а они смотрели на нас так, будто мы собирались их трахнуть, убить и съесть. Фу. Мне этого вообще не нужно. Не от них.

— Мы вас отпустим. – Убрав руки за спину, брат гордо поднял голову, показывая свои рога, на которые они смотрели с ужасом.

Ну демон и демон. Будто мы самые чудовищные существа на планете. Это их семьи монстры, раз отдали невинных девушек на смерть.

—В ковен вы вернуться не сможете, вас не примут. Аделис!

Я едва не вздрогнул, когда за моей спиной сразу же прозвучал звонкий голос темной эльфийки:

— Да, мой господин?

Вот умеет же она появляться бесшумно и неожиданно. Иногда хотелось ее за это убить. Пока она меня до сердечного приступа не доверила. Вот умора будет, бессмертный сдох от отсановки сердца.

— Доставь их в безопасное место, проследи, чтобы разместили в храме.

— В храме?.. – самая смелая из них подала голос.

—Храм Гекаты – единственное место, где ведьм примут. После, когда сможете вернуться к привычной жизни, поступайте, как знаете, но в ковен я не советую возвращаться. Вас убьют.

—Почему? — прошептала одна из ведьм, блондинка. – Мы же ничего не сделали.

— Вы, правда, нас отпустите? — спросила другая, утирая слезы.

Брат ее игнорировал.

— Вас посчитают оскверненными. – Скривился я, когда ответил на вопрос блондинки. –Мы то все знаем, что вас не тронули, а им будет плевать.

Ведьмы не верили в наши добрые намерения. Пока брат разбирался с ними, я просто подпитывался отрицательными эмоциями и чувствами, которые были не такими вкусными, как у моей малышки Лаелет.

Ла-ел-ет.

Как же приятно ее имя перекатывалось на языке.

Наконец, этих щебечущих птичек забрала Аделис, и я оттолкнулся у стены, к которой прижимался спиной. Потянувшись, взглянув на бледного брата.

— Ты голоден. Иди к ней.

— Позже, пусть отдохнет.

Я поджал губы, остановив себя, чтобы не начинать спор. Это бесполезно. Если Дэрос что-то решил, то так и будет.

— У нее есть время до рассвета. Если к тому времени ты хотя бы не выпьешь ее крови, я сам залью ее тебе в глотку. Пока буду трахать ведьму у тебя на глазах.

Его глаза мигом почернели, когда о вскинул на меня взгляд, и оскалился, зарычав. Я ухмыльнулся.

— Ты уже попробовал ее!

— И мне не терпится погрузиться в нее снова. Но уже совсем не тенями