На неведомых дорожках

"У Лукоморья дуб зелёный..."

"У Лукоморья дуб..."

Тьфу, надоело.

Проклятое Лукоморье засело в голове.

Бывает, привяжется мотив или фраза, не отвязаться. Вот и сегодня в автобусе мамаша упорно заставляла своё чадо выучить "стишок". Не понимаю, неужели автобус - подходящее место для изучения Пушкина? Малец крутился, пытаясь заглянуть в планшет соседа, но мамаша упорно отворачивала его голову от захватывающего зрелища, и твердила как попугай: "Повтори за мной: "У Лукоморья..." Не вынеся издевательства над ребёнком и стихами, я выскочила из автобуса за четыре остановки до дома. Пришлось тащиться пешком.

День не задался.

Началось со звонка, настигшего у двери, когда я, как всегда опаздывая, выбегала на работу. Звонила мама. Вот уж чего с утра пораньше не хватало, так звонка с выяснением отношений!

Да, знаю - не права! За несколько дней до свадьбы всё отменила. А что бы вы сделали, обнаружив, что ваш жених козёл, баран и свинья в одном лице? Да, я выкинула из квартиры и жениха, и друзей, застав этого самого жениха в спальне, лапающего смазливую девицу. Возмутило то, что её я даже не знала. Бывает со мной такое - вхожу в штопор ни с того ни с сего...

Но мама не может успокоиться. Понимаю - она постаралась, как обычно, опередить события и поделиться со своими заклятыми подругами предстоящим радостным событием. Согласна, был повод похвастаться маме и позавидовать подружкам: и хорош был жених, и образован, и не нищий студент... Почему я забыла все ценные указания мамы и умудрённых опытом подруг - не знаю. Теперь всё это позади.

После звонка всё сыпалось из рук. А если учесть, что с завтрашнего дня я в отпуске, который планировался как медовый месяц...

Самое обидное, с огромным трудом уговорила шефа присоединить к отпуску все отгулы разом... А накопилось их не мало, и вот теперь они все потеряны! К тому же Лара, заменяющая меня на работе, приставала с кучей вопросов, а шеф доставал придирками... Одно утешение - ресторан и прочие радости отменять не пришлось. Мы с Владом хотели тихий поход в ЗАГС с родителями и сразу на самолёт, на острова... Билеты покупала не я, так что слетает с той самой девицей!

В общем, причин для радости в этот день не нашлось.

Брела по парку в сторону родных пенат, перебирая неприятности, и одновременно прикидывая, стоит ли зайти в магазин. В доме шаром покати. Как стала жить отдельно от родителей обленилась.

Думы отвлекли от Лукоморья и опомнилась я только заметив, что стою на траве, между двумя дорожками, а какая-то бабулька с метлой яростно на меня орёт. Уловила только слово "газон". Посмотрела под ноги, огляделась по сторонам, и спросила, указывая на следы недавних пикников, там и сям раскиданные по "газону":

- Это вы называете "газон"?

- А тебе какая разница, -- ещё громче заорала бабулька. -- Написано - по газону не ходить!

- Где?! - изумилась я.

Если честно, такие надписи в наших парках не встречала.

- А вот, - с торжеством в голосе потрясла блюстительница порядка указующим перстом в сторону чахлого куста.

Действительно, подойдя ближе (по газону), рассмотрела полускрытую ветками, жалко склонившуюся под гнётом непогод и времени, дощечку, на которой, едва заметными письменами, просматривались буквы, более смахивающие на иероглифы: "П... о... у... ить".

- Ну, и где здесь запрет? - повернулась к скандалистке, не собираясь сдавать позиции.

- Так все знают, что...

- Нет, где написано, что нельзя ходить? Насколько вижу, тут ни слова про газон!

Меня охватил азарт скандала. Вот оно! Старость, конечно, надо уважать, но такой шанс разрядиться! К тому же она сама начала.

Бабка опешила от моей наглости.

- Но ведь все знают...

- Я не все. И вообще, если вы что-то хотели сказать, надо не орать, а спокойно, вежливо, обратиться и сообщить всё, что вам надо.

- Так ить, штраф полагается, - алчно сверкнула глазками скандальная бабка.

- Квитанцию, - согласно кивнула я, и протянула руку, изображая готовность бежать платить штраф.

- Так закончились квитанции-то, - попыталась вильнуть бабка.

Я расхохоталась:

- Бабуль, вы, что, серьёзно думаете, я поверю, что в зоне, где вот уже не один год отдыхает весь район, есть штраф за проход по некошеной траве?

Бабка поджала губы, и, сплюнув мне под ноги, развернулась спиной. Делая вид, что подметает дорожки, она направилась на поиски более сговорчивых отдыхающих, одновременно бурча себе под нос:

- Поплатишься, девка, ох, поплатишься!

Я смотрела вслед, испытывая благодарность. Честно-честно. Последнее время скука одолевала со страшной силой, и ничто не помогало её изжить. Книги надоели. Подруги, разъехались - пойти не к кому. Телевизор нагонял жуть и тоску. Сидеть в сети никогда не любила... Даже свадьба отменилась.

Пристроилась на ближайшей почти чистой скамеечке, и задумалась о сложностях бытия. Задумалась не крепко, мысли не раз обдуманные, поэтому раздавшийся неподалёку скулёж привлёк внимание сразу.

Мимо пробежала группа мальчишек, с большим надувным мячом, за которыми с жуткими угрозами промчалась чуть меньшая группа девчонок, видимо, пытавшихся этот самый мяч отобрать.

Скулёж прекратился, но едва топот затих, раздался снова...

Почему именно этот день, час и минуту, короче, именно этот момент, Судьба выбрала чтобы одарить меня вниманием и осыпать дарами (читай - преподать урок), не знаю. В тот момент ничего судьбоносного я не ощутила. Тем не менее, карающая десница была уже занесена над моей несчастной головой, разящий меч стремительно опускался на эту самую голову. Правильно говорят, прежде чем просить богов - подумай, они могут просьбу выполнить. Вот и выполнили, и теперь сидели на облаках, довольно потирая шаловливые ручки, и похихикивая - как-то я буду выкручиваться, осыпанная дарами. Скучно было? Ничего, с этой минуты стало та-ак весело! Хотя я этого сразу не поняла...

Из куста неподалёку вывалился, прихрамывая на переднюю лапу, тощий рыжий... Нет, скорее этот цвет можно назвать оранжевым, если бы не слой грязи на шерсти, слегка его приглушивший... В общем - вышел кот. А ещё точнее - кошачий подросток. Шёл, понурив голову, и ворчал. Точно-точно! То, что показалось скулежом, на самом деле оказалось банальным ворчанием, скорее подходящим склочной бабке. Прохромав несколько шагов, кот плюхнулся на зад, и принялся яростно выкусывать пузо, между делом так цветисто характеризуя блох, их предков и потомков, что у меня уши едва не свернулись в трубочку.

Возмущённо фыркнула, и поднялась со скамейки, бросив в пространство:

- Ну и хамство!

Резко развернувшись, направилась к дому. Не хватало ещё выслушивать матерящегося кота...

Ой, мамочка! Так же резко затормозила и обернулась, уставившись на рыжего, уже закончившего борьбу с блохами и бредущего в сторону стоящей неподалеку урны, продолжая ворчать:

- Не нравится ей. Ишь ты, фифа какая!

- Это я-то фифа!

Ничего себе словечки из кошачьих уст!

- Не я же! - возмущённо бросил в ответ рыжик, поднимаясь на задних лапах, и с тоской заглядывая в переполненную урну.

Вид у него стал таким жалким, что я невольно позвала:

- Киса, киса, рыжик...

Кот обернулся, окинул меня презрительным взглядом, сверкнув жёлтыми глазищами, яркими даже на оранжевой морде, и передразнил язвительно до невозможности:

-- Киса, киса... Рыжик. А сама-то... Сивая!

-- Ну, ты и хам, кошара!

Дух перехватило от возмущения. У меня роскошный пепельный цвет волос, вызывающий зависть женщин, а этот наглец...

-- Я не хам,-- отрезал кот, усевшись и уныло свесив голову.-- Есть охота, рука болит, домой хочу...-- грустно перечислил он.

Только теперь обратила внимание на ввалившиеся бока. Да, не врёт, похоже. Судя по виду, не ел, как минимум, несколько дней.

-- Ты кто такой?

-- Мирлис.

-- Очень приятно. Настя.

И тут меня ударило! Господи, стою посреди парка и беседую с драным котом! Пора лечиться!

-- Вот-вот, и все так решают. Я за эти дни к кому только ни подходил, просил помочь. Удирают. А мне что делать?!

-- А что тебе делать? -- удивлённая проницательностью глюка, спросила я.

-- Я же говорю -- есть хочу, я уже четыре дня не ел почти ничего. Домой хочу...

-- Домой это куда? -- невежливо перебила я.

С едой всё ясно, а вот с проживанием говорящего кота обязательно возникнут проблемы.

-- К учителю.

-- Ага, так у тебя и учитель есть?

-- Есть,-- ещё более уныло проговорил кот.-- Ох, и задаст он мне... Впрочем, задаст, если вернусь.

-- А ты не возвращайся...

-- Что-о?! Ничего себе, всю жизнь проходить в шкуре кота, да ещё такой отвратительной расцветки!

На глюке аж шерсть дыбом поднялась.

Мне стало смешно. Если судить по интонации, расцветка -- основная беда...

-- И нечего смеяться. Сама выкрасилась в сивую и довольна... Впрочем, на такой цвет я, может, согласился бы... - Он задумчиво сузил жёлтые глаза.

-- Прости, понятия не имею, где можно перекрасить кота. Могу, конечно, купить краску и попробовать, но за результат не ручаюсь.

Я глупо хихикнула, заметив упрёк в глазах кота. Потом, не удержавшись, рассмеялась в голос. Стою, веду беседу с котом, а прохожие обходят стороной, опасаясь приближаться к ненормальной.

Кот тяжко вздохнул. Мне тоже стало невесело -- вспомнила, что он голодный.

-- Слушай, как там тебя...

-- Мирлис.

-- Если хочешь, рыбы или мяса куплю...

-- Спятила?

Запнувшись, посмотрела на кота.

-- Ты всерьёз считаешь, я буду есть сырую рыбу или мясо? Я же не кот!

-- Очень интересно, -- очнулась я, -- и кто же ты?

-- Оборотень, кажется, у вас это так называется.

-- Оборотень? Не тумань мою голову, оборотень. Будь ты волк, или псина покрупнее, я бы поняла, а так... Уж извини. Я книжки читаю, и знаю...

-- Да что ты знаешь?! -- взвыл мой собеседник. -- Знает она, книжки она читает! Ты ещё скажи, что оборотни днём не ходят, что от укуса оборотнем станешь, что оборотни людей едят!

Он задохнулся от возмущения.

-- А разве нет?

-- Дура, -- припечатал кот.

-- Ну, знаешь,-- возмутилась на этот раз я. -- Это ещё посмотреть, кто из нас дурак. Сам-то? Шляешься невесть где. Голодный, шкура не нравится. Что же ты домой не идёшь, к учителю своему?

Кот вздохнул, посмотрел по сторонам, потом перевёл взгляд на меня.

-- Прости. Сорвалось. Этот бред уже не впервые слышу. Несёте сами не знаете что, а ещё в городе живёте, дома вон какие понастроили, машины всякие опять же. А суеверные, жуть. Хорошо, я не чёрный...

-- Ага, с чёрным никто и говорить не стал бы. Ладно, давай договоримся -- я тебя покормлю. Только откуда мне знать, что ты ешь? У меня дома кроме макарон да кетчупа, по-моему, и нет ничего. Надо в сетевой идти, - осеклась, поймав непонимающий взгляд. - В магазин, за продуктами.

-- В магазин?

Пришлось пояснить:

- Магазин - место, где продают товары.

- А-а,- понял рыжик, - лавка?

- Большая лавка.

Не стала вдаваться в подробности, про себя отметив, что мой глюк какой-то странный. Должен знать слова, раз уж завёлся в моей голове. Мне назвать лавкой магазин в голову не придёт.

-- А ты меня в сумку посади, -- глаза кота хищно сверкнули.

-- Ладно, -- смирилась я. -- Только условие -- идти далеко, залезешь в сумку перед самым входом, тащи ещё тебя. И там не очень-то высовывайся... Не спорь, -- остановила возмущение кота. -- Не объяснять же каждому встречному, что ты не кот, а оборотень. Если поверят -- тебе же хуже, ручаюсь. Не прибьют, так на изучение передадут, у нас отродясь живого оборотня не видели, сказки только рассказывают. Не поверят -- мне худо будет, лечиться заставят. Опять же останешься голодным.

Кот кивнул, хотя и половины не понял, как мне показалось. Шмыгнул за кусты, решив, видимо, спрятаться от греха подальше. Я направилась в сторону далёкого торгового центра, отметив, что жизнь-то стала веселее!

***

Потащи я домой всё, выпрошенное этим проглотом, руки вытянулись бы до колен. Конечно, орангутангам это к лицу, но меня не украсит! Поэтому направилась к укромно стоящей скамеечке, вытряхнув из сумки оттянувшего плечо Мирлиса.

Счастье, что с одной стороны - мамочки с детьми и пенсионеры уже разбрелись по домам к телевизорам, а с другой - "молодёжное время" ещё не наступило, и в парке царила городская предвечерняя тишина. Рыжий нетерпеливо запрыгнул на скамейку, и, нервно дёргая хвостом, следил за руками, вынимавшими из сумок "добычу".

Должна сказать, что к моменту, когда мы подошли к двери магазина, меня охватило предчувствие. Но охватило оно нерешительно. Даже не охватило, а, скажем так, пристроилось рядышком и робко заглянуло в глаза, спрашивая: "А что ты, вообще-то, делаешь?" На этот вопрос имелся только один разумный ответ. Едва он промелькнул в голове, и бедненькое здравомыслие поспешило открыть братские объятия проснувшемуся благоразумию, как на белый свет выглянула их блудная сестричка, имевшая привычку втягивать в неприятности - моя любимая авантюрность, немедленно растолкавшая свою подружку бесшабашность. Результатом стали мелькнувшие мысли: "С ума схожу? Ну и пусть. Кот говорящий? Кучу денег собираюсь потратить, бог его знает, зачем и на что? Вообще всё это бред? Ну и ладно! Зато не скучно!!!" Несчастное благоразумие, подхватив под локоток здравомыслие, скрылось в голубой дали. А бесшабашность хлопнула меня по плечу - дескать, так держать, и кинула в корзинку первые, отобранные Мирлисом, товары. И вообще, кто сказал, что всё это явь? А может, я вернулась домой, и, пристроившись на диване "на пару минут полежать", давно вижу сны? А если это сон, какие проблемы?

Короче, достав карточку, набрала вкусностей и на свой, и на кошачий вкус.

Мирлис отказался от консервов, выбрал копчёную курицу, которая его так покорила, что бедняга, кажется, изошёл слюной, пока я расплатилась. Колбаска тоже привлекла внимание, причём не варёная. Что ж, и я люблю погрызть кусочек хорошей копчёной колбаски... Молочные продукты, как ни странно, рыжего гурмана не привлекли, как и рыба. Зато конфеты в ярких обёртках заворожили. Я попробовала объяснить, что коты не едят подобный деликатес, но... Представьте себе картинку - стоит девица и сама себе вслух объясняет, что есть конфеты, в общем-то, вредно... Сны снами, а на такое я не отважилась. Короче, решив, что с конфетами справлюсь и сама, наплевав на фигуру (чего беспокоиться о фигуре, если с головой не порядок?), прихватила несколько упаковок. Набрав в заключение обожаемых сухофруктов, едва дотащила неподъёмную корзину до кассы.

Кассир основательно облегчила счёт. В этот момент стало тревожно... Ненадолго.

Единственным продуктом, по которому возникли разногласия, и который я положила в корзину исключительно из вредности, стала баночка цвета, как это называют, "детской неожиданности", причём столь ядовитого, что он перебивал все остальные цвета на стеллаже. Я попробовала отказаться от приобретения горчицы, но Мирлис, больше из упрямства, потребовал взять выбранный им товар, причём обосновал это моими собственными словами, заявив с наглым видом:

- Ты сама сказала, купишь всё, что захочу...

Что было возразить? Купила. Правда предупредила, что именно эту баночку заставлю опустошить в первую очередь, и только его, потому что сама горчицу в рот не беру.

Едва устроились на скамейке, стало ясно - прокормить рыжего непросто! Я не успевала подкладывать куски. Попробовано было всё, включая конфеты, вызвавшие, к моему изумлению, полное одобрение, и сухофрукты, хоть и пыталась их спасти, отговариваясь тем, что надо мыть.

Впрочем, не права - горчицу пробовать он не стал.

- Ну, как? - только и спросила, безжалостно подсунув под лоснящийся от куриного жира нос баночку.

Кот посмотрел с таким упрёком в слезящихся от ядрёного аромата глазах, что мне стало стыдно.

Через некоторое время оргия обжорства прекратилась, и Мирлис с тяжким вздохом отвернул нос от очередного куска курятины.

- Больше не могу, - с удручённым вздохом простонал он.

- Жадность фраера сгубила, - ответила я словами бабули и начала складывать остатки пиршества в пакет. - И что собираешься дальше делать?

Мирлис намёк понял, с тоской посмотрел на раздувшееся пузо. Ещё один вздох и косой взгляд, брошенный на меня, впечатления на моё безжалостное сердце не произвели.

- Уж нет, сам пойдешь. Что съел - твоё, вот и неси сам.

Рыжий кивнул.

-- А теперь, может быть, просветишь, кто ты такой? В то, что ты в городе недавно, верю.

Проведя по морде лапой, кот перевел дух и задумчиво посмотрел мне в глаза.

-- Странная ты.

Я хмыкнула:

-- Не странная. Всё просто -- у меня сегодня день неприятностей. Вот и ты подвернулся.

-- Хочешь сказать, я...

-- Угу, ходячая. Сам посуди -- где твой дом? Где учитель? Как ты, вот уже несколько дней, болтаешься в этой рыжей шубейке? Я так понимаю -- всё не совсем по твоей воле.

-- Угадала. Ладно, слушай, только очень прошу, если не поверишь, оставь немного поесть уходя...

-- Ты так просишь, словно уже имеешь опыт.

-- Имею, -- грустно сморщил нос Мирлис.-- Думаешь, ты первая, с кем я заговорил? Вы тут какие-то все дикие. Знал бы, что такое произойдет, ни за что бы...

-- Стоп! Начни сначала. Из твоих жалоб на судьбу ничего не разберу. Ого! Почти стихами. Впервые в жизни! Ты на меня неплохо влияешь!

Мирлис в ответ начал печальную повесть.

Собственно, ничего принципиально нового -- нерадивый ученик, дождавшись отбытия маэстро по экстренной надобности, влез в бумаги учителя. Что уж он там нагородил, не разберёт теперь никто. И вот результат! Несчастный голодный рыжик в чужом мире, в чужой шкуре. Главное - не представляет, что и как сделал, что и как ему надо сделать теперь. Как вернуться в первоначальный облик и в исходную точку.

История стара как мир. Не он первый, не он последний. Именно этими словами попыталась утешить маленького бродягу. Он не утешился. Тогда предположила, что он легко отделался. На что последовало возражение, мол, что могло произойти хуже? После раздумья выдала:

-- А ты мог потерять дар речи. И что бы ты тут намяукал?

Мирлис на мгновение задумался, и повеселел.

-- Действительно...

-- Вот видишь, в каждой ситуации есть хорошее. А теперь поясни, что ты мог бы сделать... Впрочем нет...

Решительно поднялась с холодной скамейки. Спина застыла так, словно просидела несколько часов.

-- Темно уже. Пошли ко мне. Только учти, соседи по парадной терпеть не могут животных. Так что, придётся, если кого встретим на лестнице, тебя прятать. И ещё -- молчишь! Не хочу лишних неприятностей. Может у вас там, откуда ты свалился, привычны говорящие четвероногие, у нас это непозволительная роскошь. Дома и дорасскажешь...

Машина пробиралась по незнакомым улицам. Казалось, далеко не уедем, старушка сдастся. Но ехали, и ездили уже не первый день.

За прошедшие дни я успела обнаружить массу интересных вещей.

Первое - Мирлис реален. Убедило его прожорство, из-за которого я невольно задумывалась, а не подстроил ли всё это его учитель, который оказался не в состоянии прокормить подопечного. Деньги таяли, чего в бреду произойти не могло. Пришлось брать из свадебных, благо, мероприятие не состоится.

Во-вторых, мой гость был не таким уж непутёвым учеником. Оказалось, он может вернуть прежний облик при наличии нужных ингредиентов для зелья.

Новость порадовала и радовала до тех пор, пока Мирлис не принялся диктовать названия компонентов. Остановила кота после первых же слов.

-- Эй, ты думаешь, что говоришь?

-- А что? -- удивился Мирлис.

-- Ну ладно, настойка корня пиона вещь широко доступная -- в аптеке без рецепта. А где я тебе возьму сверчков, засушенную лапу летучей мыши? А кровь дракона?! У нас, знаешь ли, в аптеках такого не продают. Если ещё с летучей мышью решаемо - попрошу у подруги, она в зоологическом музее работает, сверчков тоже купим, то про драконов у нас и слыхом не слыхивали. Они только в сказках водятся. Прикажешь сборнику сказок кровопускание сделать?

Мирлис ошеломлённо хлопал глазами, прижав ушки.

-- Как не водятся? Драконы везде есть...

-- Не знаю, как там везде, у нас их нет. Впрочем, есть в тропиках. Кажется. Но, по-моему, это не совсем то, так, ящерицы какие-то.

-- Ящерицы не подойдут, -- замотал головой Мирлис. -- И что делать?

Посмотрела на кота. Поверите ли, его морда была на самом деле предельно несчастна.

Вот так и не вышло ничего с превращением. А жаль, хотелось посмотреть на настоящее колдовство.

Еще одним открытием стало возвращение домой. Оказалось, и это возможно, но так же связано с проблемами.

Некоторые его соотечественники, как выяснилось, неоднократно, по разным надобностям, у нас бывали. Но, в основном те, кто в состоянии самостоятельно вызвать портал перехода из их мира и обратно. Я не стала заострять внимание на "в основном те", не до того, выясню позже. Итак, вернуться он мог. Навыки управления порталом уже имелись, и оказаться дома, казалось бы, не сложно.

Проблемой стала непоседливость этого самого портала. Оказалось он обладает способностью перемещаться с места на место, по какой-то необъяснимой прихоти. Приходящие в наш мир, обычно могут вызвать непоседу в нужное время и место. Разумеется, чтобы было веселее, мой приятель этого не умеет. Для возвращения домой ему надо отследить бродячий портал, и едва ли не изловить его. Мирлис портал ощущал, но только приблизительное направление.

Пришлось вывести из гаража мою развалюшку, потому что после первого же дня пеших прогулок мы оба обессилели. Городской транспорт плохо приспособлен для перевозки болтливых котов...

Вождение по городу не моя страсть. Да и напряжение этих дней значительно притупило реакцию, именно поэтому, когда под колеса машины кинулся здоровенный пёс, не успела среагировать. На счастье, скорость была не велика. Когда мы остановились, поцеловав ближайший столб, обошлось без жертв.

Пёс начал прыгать на дверь со стороны, где сидел Мирлис, тут же прыснувший под сиденье. Я его отлично понимала! Когда мохнатая туша вспрыгнула на капот, невольно отпрянула от лобового стекла. По счастью стекло осталось цело, и пёс до нас не добрался. Прохожие начали собираться вокруг. Через пару минут появился гаишник, и, грозно нахмурив брови, двинулся ко мне. Повезло, свидетели не разбежались. Пёс предусмотрительно исчез в неизвестном направлении. Машину теперь только в утиль.

Дождавшись эвакуатор, прихватила в сумку Мирлиса и направилась домой, снимать стресс. Удивила неразговорчивость приятеля. На вопросы и замечания он отвечал односложно и постоянно нервно оглядывался. Свернула в безлюдный переулок.

-- Мирлис, что с тобой? -- не выдержала я.

-- С ним ничего, -- раздался позади низкий порыкивающий голос.

Взвизгнув, развернулась в прыжке.

Стоявший позади пёс, от неожиданности, присел на хвост.

-- И нечего визжать, -- недовольно рявкнул он.

Огляделся по сторонам. Потом осмотрел меня и сумку, из которой теперь торчало только одно оранжевое ухо.

-- Не задуши его ненароком, он мне ещё нужен. Пошли.

Пёс мотнул головой в сторону противоположную дому.

Мирлис прошипел:

-- Придётся идти, это за мной.

Облегчённо выдохнула и двинулась за проводником, внимательно его рассматривая.

Длинная лоснящаяся тёмно-каштановая шерсть скрывала нехилую мускулатуру. Двигался пёс, несмотря на громадные размеры, легко и плавно, словно кошка. Никакого сравнения с нашими сенбернарами. Те тоже не маленькие, но этот пёсик что-то совершенно мне не знакомое.

Шли довольно долго, пришлось то и дело менять руки, грозившие оторваться -- Мирлис за эти дни округлился. Путешествие закончилось у старой многоэтажки.

Пёс уверенно направился к одной из парадных. Ловким движением лапы открыл дверь и направился к лифту. Нажал на кнопку вызова! Ему бы в цирке выступать!

Едва двери лифта открылись, от входной двери послышались неровные шаркающие шаги и скрип.

-- Подождите, пожалуйста!

Нас догнала сухонькая старушка, тащившая сумку на колёсиках. Я вежливо подождала. Старушка втащила в лифт, почти заполненный псом и мной, ещё и себя с сумкой, едва не отдавив огромные лапы. Зверюга деликатно поджала их поближе к себе.

-- Ах, ты ж, мой хороший, -- засюсюкала старушка, едва лифт тронулся. -- Вы к Павлику? -- бдительно спросила она.-- Наверно с Грантом гуляли?

Я предпочла кивнуть, поймав взгляд пса.

-- Замечательный молодой человек,-- не успокоилась старушка.-- Таких теперь мало!

Она внимательно посмотрела, оценила ли я. Оценила. Старушка довольно кивнула и полезла в сумку.

-- На, мой хороший, кушай,-- протянула псу сосиску, только что отдёленную от связки.

Пёс деликатно взял угощение, но глотать не стал. До меня донёсся смешок. Впрочем, возможно, показалось, хотя пёс выразительно посмотрел на мою сумку.

Старушка вышла на восьмом, а мы проехали до девятого. Пёс так ловко нажал на кнопку, что я опять подивилась. На площадке оказалась только одна дверь. Грант наступил лапой на железку, вделанную в пол, и дверь сама открылась.

-- Заходите, -- выплюнув сосиску, скомандовал наш проводник, скрываясь за поворотом длинного коридора.

-- Выпусти меня, пожалуйста, только далеко не уходи,-- просительно прошептал Мирлис.

-- Ты что-нибудь понимаешь?

-- А что тут понимать,-- угрюмо проговорил кот, понизив до предела голос.-- Это за мной. Ох, и достанется теперь,-- простонал он.

-- Не скули, может, и не достанется.

-- Достанется! И ещё как!

Я опять взвизгнула и опять развернулась в прыжке. Но на этот раз не смолчала:

-- Да сколько можно!

Стоявший за моей спиной парень отпрянул, ударившись о стену.

-- Действительно -- сколько можно! Я от твоего визга оглохну! -- рявкнул он в ответ.

Потрясённо смотрела на стоявшего передо мной человека. Заметив это, он рассмеялся.

-- Ладно, пошли в комнату. Да не стой столбом. Не бойся, есть вас не буду.

-- Не уверена, -- буркнула я.

Впрочем, покривила душой. Такой экземпляр мужчины мог позвать меня куда угодно, даже стать закуской на столе, и пошла бы. Господи, где таких делают? Подсказали бы адресок.

Высоченный, темноволосый, глаза, как озёра в чёрных пушистых ресницах, смуглая кожа чуть отдает синевой на щеках и подбородке, как у любого брюнета. А улыбка, медленно проблеснувшая на сочных губах, заставила бы подогнуться не одни женские колени.

Собрав себя в кучку, пошла в комнату. Что произошло за спиной, не сразу поняла, только раздался короткий всхлип. Я повернулась -- Мирлис висел, прихваченный за шкирку, а хозяин облизывал рассечённую острыми когтями руку.

Тут уж не до романтики. Как-никак с Мирлисом знакомы не первый день, а этого типа впервые вижу. Естественно, ринулась на защиту приятеля.

-- Тихо, тихо, -- удержал меня расцарапанной рукой полубог.-- Ничего я этому обормоту не сделаю. Хочу быть уверен, что ещё какое коленце не отколет. Неприятностей и так хоть отбавляй.

Мирлис, секунду назад яростно извивавшийся в воздухе, пытаясь зацепить задними лапами руку парня, замер. Посмотрел на меня, на хозяина, и прохрипел:

-- Каких неприятностей?

-- Каких? Так ты не в курсе, что натворил? Потрясающе!

Мне показалось, ещё немного, и парень вытрясет из Мирлиса дух.

-- Отпустите его, очень прошу,-- состроила самую умильную моську, на какую только способна. -- Он больше не будет. И давайте познакомимся хоть. Неловко как-то -- мы у вас, можно сказать, в гостях...

Парень усмехнулся, у меня в животе всё куда-то поехало.

-- Так тебе же сказали -- меня зовут Павел, можно Грант.

-- А собака где?

-- Вот только не строй из себя дурочку,-- спокойно посмотрев мне в глаза, проговорил Павел.-- Собака тоже я. Соседи считают, я отпускаю пса погулять одного. Я рассказал всем, что он у меня дрессированный.

-- А почему же вы не ходили в таком виде? Можете себе представить, что мы пережили, когда на машину кинулась этакая зверюга!

-- Могу. Но был так зол, что, если откровенно, не сдержался. Я ведь этого лихача, -- Павел тряхнул Мирлиса за шкирку, -- уже больше недели разыскиваю. А в образе собаки искать, согласись, легче. Нашел его следы в парке. Потом след потерял. Пришлось прочесывать весь район. А вы ещё, плюс ко всему, на машине ездить стали. Пока вычислил! Время сейчас дорого, как никогда...

-- А что произошло? -- перебила, отвлекая внимание от рыжего.

-- Произошло. Дело в том, что наш шустрый малыш, -- он опять тряхнул зажатым в кулаке котом, отчего тот жалобно мявкнул, а я дёрнулась, -- прочитал не одно заклинание. У него хватило ума, или дурости, совместить несколько заклинаний в одно, и у всех оборотней, которые находились на тот момент в своём зверином облике, отбило память.

Теперь Мирлис непроизвольно дёрнулся сам.

-- Но и это не всё. Стандартные заклинания не работают, прибегать к магии небезопасно. За время, пока я разыскивал этого охламона, дома могло произойти что угодно!

-- Ну, отбило память, заклинания неправильно действуют. Понимаю, неприятно. А оборотни...

Осеклась под взглядом Павла. Нет, он смотрел не с удивлением, не с возмущением. Это был взгляд взрослого, который видит перед собой безнадёжно больного ребенка. Жалко до слёз, но ничего поделать нельзя...

-- А что?!

-- Да ничего. Просто я и сам оборотень, если ты этого не заметила. Хуже всего, что одним из потерявших память оказался наследник нашего правителя. Его теперь найти не могут.

Мне показалось, или Мирлис действительно потерял сознание?

-- В отличие от этого охламона, природный оборотень всегда может вернуть человеческий облик. Беда в том, что происходившего с ними в человеческом облике пострадавшие не помнят. А заклинания отладят, конечно. Только вот когда -- не известно.

Сидела, слушала не слыша. "Я и сам оборотень" -- эти слова раздавались во мне колокольным звоном. Боженька, сижу в одной комнате с оборотнем, слушаю его разглагольствования! А если он меня укусит... Тут заметила, что собеседник странно на меня поглядывает. К жалости в глазах прибавилась насмешка... Прочитал мои мысли?

-- Не бойся, я не читаю мысли, но они так ярко отражаются у тебя на лице, - он задорно хмыкнул, вызвав очередной переполох в моих внутренностях. - И бояться меня не стоит. Даже если у меня возникнет желание тебя покусать, ничего, кроме долгого лечения, если останешься жива, не будет, - на последних словах он откровенно потешался.

Почувствовала, как жар заливает щёки.

С улыбкой глянув на мою алую физиономию, Павел поднялся, держа за шкирку Мирлиса.

-- Извини, -- в голосе не слышалось ни грамма сожаления, -- мне пора. Каждая минута здесь может очень дорого обойтись там. Понимаешь? Дверь захлопни. Эй, симулянт, попрощайся с подругой.

-- Подождите! -- вскочила, торопясь задать вертевшиеся в голове вопросы. -- А откуда всё это? -- обвела вокруг рукой.

Павел недоуменно взглянул.

-- Я подолгу живу в этом мире. Иногда бывают обстоятельства, вроде вот таких, -- он потряс Мирлиса. -- А бывает и хуже. Вот и наводим порядок по-своему.

Говоря, он повел в воздухе свободной рукой. Рядом возникло туманное облачко.

Мирлис приоткрыл глаза и прохрипел:

- Мамочка!..

Павел сделал шаг в облако, Мирлис дёрнулся изо всех сил, мне показалось, ему удалось выскользнуть раньше, чем они растворились в тумане.

Облачко продолжало висеть, лишь слегка побледнев с краю.

Какой бес толкнул сделать это - понятия не имею, а только я, осторожно, одним пальчиком, прикоснулась к туману. Эх, и везёт же кому-то - попадают в разные истории, а моё приключение так бездарно закончилось...

Ах, закончилось?! Меня словно в спину толкнули - чтобы не упасть, сделала шаг вперёд, и тут же трезвый голос рассудка завопил: "Дура!!!", но поздно...

Позади послышался дробный старушечий смех...

Показалось же?

Споткнулась, упала, перекувыркнулась через плечо, хорошо, шею не свернула, во что-то врезалась спиной, что-то впилось в бок...

Лежать оказалось сыро и неудобно. В голове, после удара лес шумел. Раздался скрип дерева, неподалёку что-то мягко упало... Пришлось открыть глаза.

Мама родная! Это где же я оказалась?!

Надо мной, под порывами ветра, шумят деревья, об одно из которых и ударилась. В бок впился острый как шип сучок, едва не протыкая меня насквозь. Пропитавшая мох, на котором я разлеглась, вода, быстро впитывалась в любимый жакет. Лежать неудобно ещё и потому, что ноги на пригорке. Глянув, едва не разревелась -- последние колготки! Ещё тепло, а я их по привычке, как в офис надела! Слёзы капнули из глаз. Шмыгнула носом, и прикусила губу, стараясь не зареветь в голос.

Рядом опять что-то упало. Я дёрнулась -- шишка. Подняла голову, слёзы разом просохли -- над головой вольготно расположилась птица, уже примерившаяся запустить в меня очередную шишку, которую увлечённо ковыряла. Ничего себе -- совершенно не боится. Такое видела только однажды -- в парке, обнаглевшие от подачек белки, были готовы залезть на голову, лишь бы выпросить лакомый кусочек. Ещё не хватало получить синяк от наглой сойки, или как там она называется? Сойки, кажется, шишки не едят, впрочем, бог их знает, ни разу не видела...

Одежда с одной стороны окончательно промокла, стало зябко. Осторожно подтянув ноги, перевернулась, и напоролась рукой на сучок, коварно спрятавшийся во мху. Охнув, встала на четвереньки и выпрямилась. Нахальная птица с любопытством наблюдала, оставив в покое шишку, и не собиралась улетать. Я тоже оглядела себя. Видок, словно валяли по всему лесу -- на светло-сером жакете мокрое пятно и зелёные разводы от мха, колготки в дырах, рука кровоточит. Провела по волосам. Так и думала, полно веток и сосновых иголок. Я тяжело вздохнула. Да, в таком виде только к людям идти!

И только в этот момент ударило -- к людям? Каким?! Куда?! И вообще, где я?!

Птица, оглушив пронзительным криком, сорвалась с ветки и, громко хлопая крыльями, полетела прочь.

Провожая её взглядом, чувствовала - приключение происходит как-то... Как-то не так. После моего, признаюсь откровенно, дурацкого поступка, попасть в лес не рассчитывала. Понятно, до того как влезла в туман, не задумывалась, куда бы хотела попасть, не до того было. Но сейчас ощущала - всё не правильно!

Можно побывать в старинном городе, или, на худой конец, в деревне. Или в пещере колдуна - учителя Мирлиса. Да, посмотреть на настоящего колдуна, неплохо бы. Что-то вроде экскурсии в музей мадам Тюссо. А ещё лучше, если бы колдун жил в старинном замке, где по стенам развешаны гобелены, в кладовых хранятся запасы золотых украшений и монет, а по ночам по замку разгуливают призраки прежних хозяев-колдунов...

Каблуки провалились в мох окончательно. Только не хватало ноги переломать.

Отвлёкшись от мечтаний, осмотрелась по сторонам. Надо решать, что делать с тем, что есть.

Рядом в воздухе, словно поддразнивая, всё ещё висело знакомое облачко. А вдруг подействует? И я отважно шагнула в него...

Сейчас приму ванну, Павел не обидится, уверена. Потом приведу в порядок одежду, и пойду домой. Не удалось, значит, не удалось!

И опять не удержалась на ногах.

И на этот раз спине досталось!

Хотя никаких сучков и мокрого мха поблизости - уже плюс. Но и пол, нормальный пол, отсутствовал. Причём земля, по которой меня в очередной раз прокатило, дрожала, а рядом раздавался топот. Да ещё что-то сыпалось на голову.

Испуганно глянула вверх. Надо мной раскачивался бревенчатый потолок, из щелей которого и сыпалась невесть какая гадость, запорошив мои широко открытые от удивления глаза.

Рядом что-то сильно топнуло в очередной раз. Быстро повернувшись, со сдавленным вскриком, на четвереньках, бросилась в сторону.

Едва не раздавив меня, рядом подпрыгивала огромная куриная лапа. Разодрав на коленях остатки колготок, постаралась отползти как можно дальше. Этакая "ножка" наступит и не заметит, а меня потом долго придётся откапывать или отскребать от ландшафта!

По счастью, нога запрыгала в другую сторону, и я смогла оглядеться.

Стою себе на четвереньках, почти в центре круглой, словно вычерченной циркулем, поляны. Вся она выстлана плотным ковром мелкой травы, почти не пригибавшейся под моим весом, и быстро распрямлявшей стебельки с мелкими листиками там, откуда отступала куриная нога. Кстати ног оказалось две, вторую я не сразу заметила - она поджалась под прыгающий потолок.

Собственно, не потолок, а скорее пол, или дно... Не знаю уж, как это можно назвать. В общем - бревна служили основанием небольшой по размеру, но очень шустрой избушки... Избушки на курьих ножках!

Пришлось опять отползти от скачущей избы. Повезло - скакала она уже не так азартно.

Осмотревшись ещё раз, увидела издевательски покачивающееся на другой стороне поляны облачко. Будто заметив моё внимание, оно слегка звякнуло, мол, радо вниманию, и схлопнулось мыльным пузырём, оставив после себя неяркие искорки. Пока наблюдала, как гаснут искры, накатила тоска. Похоже, дорога домой отрезана.

Со стороны избушки послышался грохот, звон. По звукам рухнуло что-то вроде посудного шкафчика. Конец посуде. Хотела бы знать - являются ли прыжки раритетного сооружения нормой? Может избушка разминается?

Над лесом разнёсся свист и показался летящий объект. Та-ак, хозяева прибыли.

Первый порыв спрятаться преодолела, хоть и плохо верится в добренькую Бабу Ягу. Не верю, что проживающая в такой шустрой избе нечисть, отличается добрым нравом. Ой, что будет!

Осмотрелась. Бежать некуда, вокруг поляны лес стеной. Интересно, как добирались сюда сказочные богатыри, царевичи и прочие гости старушки?

Пока искала пути отступления, на поляну опустилась ступа, из которой резво выскочила старушка. Вернее собиралась-то она приземлиться не на поляну. Несколько заходов бабуля сделала, пытаясь попасть в трубу. Подбитая избушка не обращала на хозяйку ни малейшего внимания и ни одна из попыток не удалась.

Баба Яга стукнула по земле ногой, тут же охнула, согнувшись в три погибели, и ухватилась за спину.

Я не удержалась от сочувственного возгласа. Хоть и смешно смотрелась скособоченная разъяренная бабка, но что такое приступ ревматизма знаю по своей бабуле. Бросилась к старушке приговаривая:

-- Бабуля, осторожнее, не двигайтесь, вам нельзя!

Каблук не выдержал спурта и застрял в земле намертво. Я упала, проехала около метра по траве, и остановилась перед самой бабкой, которая замерла, глядя на меня.

Осторожно поднявшись, посмотрела на хозяйку, потом на всё ещё подпрыгивавшую избушку...

-- А ну, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом и хватит придуриваться! -- рявкнула я и от души топнула.

Конец, увяз второй каблук!..

Изобразив руками мельницу, кое-как устояла, и попыталась в пояс поклониться согнутой хозяйке. Согласитесь, неловко получается, хозяйка стоит почти носом в землю, а я тут командую.

Избушка застыла. Теперь я рассмотрела её подробнее. А прав был Александр Сергеевич! Действительно - ни окон, ни дверей. Как же в неё попасть? Ладно хозяйка, как я поняла ей привычно пользоваться трубой, а остальные-то гости как же? Все эти царевичи-королевичи и прочие Ванечки тоже лезли через трубу? Быть не может...

Бабка присвистнула, и, охнув, притопнула ногой. Избушка, резво повернувшись вокруг себя, развернулась к нам крылечком. Самым настоящим дощатым резным крылечком, висевшим в метре от земли. Рядом поблёскивали слюдой два небольших окошка. То есть я не знаю, точно ли слюдой, но на стекло не похоже, и блестит.

-- Ты кто ж такая будешь, девица? -- подала голос хозяйка, недоверчиво рассматривая юбку мини.

-- Настя.

Старуха глянула мне в лицо острым как иголка взглядом. Хотела убедиться не издеваются ли над ней? Я приняла максимально доброжелательный вид. Ночевать на улице не хочется, а кто её знает, эту старую ведьму, откажет в ужине и ночлеге и конец. Ночевать под ёлками, это не моя мечта, да и есть уже хочется после волнений.

Бабка что-то пробормотала и заговорила громче:

-- Это что ж изба взбесилась-то. Не знашь?

Я осторожно пожала плечами. Ну что тут скажешь? Выходит, это была не зарядка для избушек. Вылетев из облака, я угодила как раз в одну из ног. Помнится, что-то там ещё под локоть подвернулось. Получается, в представлении виновата именно я. Осталось только повиниться, склонив голову.

-- Это, понимаете, случайно...Понимаете?

Бабка смотрела, кажется, ничего не понимая. Ну вот, растолковывай тут!

-- Я упала, и на ногу. Кажется. Да я чуть-чуть, а она давай прыгать, давай прыгать...

-- Значит, твоя работа! Помоги в избу-то войти.

Пришлось приподнять тщедушное тело бабки и поставить на перекошенное крыльцо. Едва хозяйка переступила порог, послышалось такое!

Я потупилась, стараясь показать, что ничего не слышу и не вижу, и вообще меня здесь нет. Но слова постаралась запомнить. Кто знает, что пригодится в жизни?

Судя по тому, как Яга выскочила на порог, приступ радикулита прошёл сам собой. Бабка после первого залпа брани, речь потеряла вообще. Она открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни слова. Ага, я всегда говорила, надо следить за собой! Нецензурные выражения даром не проходят! Тем более - старая женщина.

Обессилев, бабка опустилась на порог.

-- Креста на тебе нет!

Кажется, это самое страшное ругательство с точки зрения Яги. Чтобы доказать её неправоту, осторожно вытащила из выреза блузки свой крестик на цепочке и задумчиво осмотрела его, укоризненно посмотрев затем на хозяйку.

Ой, что тут началось! Старуху выгнуло дугой, как рассерженную кошку, она зашипела, и начала плеваться. Я быстренько запрятала крестик на место. Вот уж не ожидала! А во всех романах Яга этакая бабуля милая! Нате вам, пожалуйста!

-- Да что ж ты делаешь-то, проклятущая!- бабка со стоном опять опустилась на порог.-- И принесло ж тебя на мою голову. Мало царевичей-королевичей, теперь баб бесстыжих ко мне несёт!

-- Ну, положим, не бесстыжих!

Откровенно возмутила невежливость хозяйки. Какое мне, интересно, дело до каких-то там королевичей? Хотя... Хотя и не плохо бы было познакомиться с каким-никаким. Впрочем, о чём это я? Общение с Мирлисом явно не пошло на пользу.

- И почему баб? Я не баба!

- А кто ж ты? - заинтересовалась Яга.

- Я женщина.

Бабка некоторое время молча хлопала глазами, пытаясь осознать сказанное.

- Царевна, что ль? - нерешительно спросила она.

- Да не царевна. Просто у нас так не говорят - баба.

-- А как же ещё-то? Девка али баба. Ну, ежели батюшка боярин - боярышня, ежели царь - царевна, а ежели король - королевна, али ещё принцесса можно. А кто ж такая...-- Яга запнулась на незнакомом слове.

-- Ну, это тоже, что и баба, только вежливо.

-- Это по-иностранному что ль?

-- Будем считать, по-иностранному.

-- Так потому на тебе и сарафан такой куцый? И рожа-то раскрашена, страшнее некуда. А я-то подумала!

Выяснять, что она там подумала, я не стала. Выхватила из кармана пудреницу и глянула на себя в зеркало...

Странно, что избушка от меня не сбежала. Потёкшие тени и тушь, помада, слившаяся с румянами. Зрелище не для слабонервных. Удивительно, что Яга так спокойно к нему отнеслась. Я бросилась к журчавшему неподалёку роднику.

Вы пробовали когда-нибудь смыть водостойкую косметику без косметического молочка или, на худой конец, горячей воды и мыла? Не советую пробовать. Моя сумка осталась у Павла дома. Пришлось пользоваться подручными средствами.

Пока тёрла физиономию носовым платочком, смоченным ледяной родниковой водой, производителям косметики, досталось по первое и все остальные числа сразу. Впрочем, они не обманули - водой косметика не смывалась, она сдиралась вместе с кожей.

Закончив процедуру, осмотрела свекольную физиономию и прижмурила глаза. Прижмурила и распахнула. На какое-то мгновение, перед тем как закрыла глаза, показалось, что в зеркальце отразилось ещё одно лицо - худощавого пепельноволосого мужчины, весело скалившего зубы, посверкивая дымчатыми глазами. Померещилось. Вокруг никого, в зеркале тоже.

Вернулась к избе и продолжавшей ворчать бабке. Наше препирательство и умывание утомили. Я перешла в главному, сменив тон возмущённый на умильно-просительный.

-- Бабуля, а нельзя ли мне переночевать у вас? - И пояснила на всякий случай: -- В избушке.

-- Переночевать? А что ж не переночевать? - Яга окинула меня ещё раз взглядом, словно оценивая. -- Переночуй. Тока переоденься. Меня белки засмеют, ежели ты в моей избе будешь под куцым подолом ляжками сверкать.

Леший с ней, с юбкой этой. Уже давно холодно в промокшей одежде. А пока хожу в бабкином, приведу свой костюм в порядок. Попробую. Я согласно закивала головой.

Яга поднялась с порога и прошла в дом, сделав приглашающий жест. Подойдя к так и висевшему на высоте крылечку, попыталась забраться. Ага, как бы ни так. Попробуйте проделать подобное в узкой юбке! Швы подозрительно затрещали. Пришлось подтянуть подол. Начала закидывать ногу на первую ступеньку, и тут показалось, что крылечко стало выше, чем в первый раз. Брежу, что ли? Не знаю, что толкнуло меня заглянуть под крыльцо! Так и есть! Вредная изба нашла способ отомстить! Эта зараза встала на цыпочки! Ну, погоди!

Я ухватила валявшуюся неподалёку палку и, что было сил, двинула по ближайшей куриной ноге. От неожиданности избушка присела, а мне того и надо! Ухватившись за перила, подтянулась и взобралась на крыльцо, бог с ними, с колготками, дырой больше, дырой меньше, теперь уже всё равно!

-- Ты что творишь? Что творишь?! -- выскочила навстречу бабка.

-- Да ничего особенного, бабуля, -- осторожно поддержала хозяйку, столкнувшись с ней в дверях. - Немного гимнастики не повредит вашей избушке. Застоялась она. Давно на одном месте стоит-то?

Бабка сурово блеснула взглядом, и отстранилась.

Присмотревшись к полумраку, царившему в избе, я с трудом перевела дыхание. Да уж, интерьер тот ещё! Мало того, что натворила изба, прыгая по полянке, так и бабуся не наводила маломальского порядка лет сто, не меньше. В углах до пола свисала паутина. Некогда белёная, большая печь стала чёрно-коричневой от копоти.

Яга, что-то приговаривая, рылась в углу, в заваленном вещами сундуке.

-- Накось, одевайся, я пока приберусь.

Ко мне прилетела светло-серая тряпка, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся полотняной рубахой. Следом из сундука появилась длинная цветастая юбка, и к ней тёмненькая жилетка.

За переодеванием, не сразу обратила внимание на способ старухи наводить порядок. Но, натянув сухую, пахнувшую ароматными травами, чистую одежду, присмотрелась к действиям хозяйки.

Полка, а точнее доска, расположенная на двух колышках, вбитых между брёвен, висела уже на месте. Бабка-то сильнее, чем кажется. Доска не иначе, как дюймовая, как она такую тяжесть подняла? Теперь Яга расставляла посуду, которая уже валялась на полу в совершенно целом виде. Ничего себе! Несколько минут назад целыми были только деревянные миски да ложки! Посуда, повинуясь взгляду хозяйки, шмыгала на свои места шустрее мышек.

Пара взмахов руками и порядок! Про паутину Яга даже не задумалась, хотя, наверняка, могла убрать так же быстро. Что ж, хозяин-барин.

После команды стол встал на место без промедления, и хлебосольная хозяйка начала выставлять из печи горшки.

-- Вам помочь?

Неловко стоять, когда старый человек работает.

-- За стол садись. Эвон, тощая какая. Ешь больше.

-- Это зачем? Чтобы вкуснее стать? -- пошутила я.

-- А как ты думала? -- отшутилась Яга, сделав зверское лицо.

Я рассмеялась, и украдкой, чтобы не обидеть хозяйку, протёрла ложку и миску, предложенные мне, рушником, висевшим рядом на стене.

Готовила она отменно. Я ела за троих, а хозяйка только подкладывала, да подкладывала - то пирог с неведомой начинкой, но вкусны-ый, то кашу, то сметанку (интересно, где она её берёт?), то мёд. Мёд это отдельная песня! Такого я в жизни не пробовала, впрочем, такую сметану тоже не ела.

В общем, застолье прошло на более чем высоком уровне. Отвалилась от стола, едва не лопаясь, с единственной мыслью - как выдержит всё это обилие желудок?

На протяжении трапезы Яга расспрашивала, в положенных местах ахала, удивляясь моему рассказу, качала головой на непонятные правила нашей жизни. Короче, хорошо посидели.

Я, между едой и разговорами, рассматривала хозяйку. Странная она какая-то. Не то действительно нечисть, не то просто одичавшая в своём одиночестве старуха.

Худая, какая-то осунувшаяся. Одета в полосатые штаны из грубой ткани, в которые заправлена полотняная рубаха, и расшитую диковинными зверями жилетку из замши. На ногах мягкие кожаные ботиночки с ушками, привязанные верёвочками поверх штанин. В сущности, если бы не большой платок на голове, завязанный надо лбом, как у грелки на чайник, её можно было бы принять за деда. Пол не определялся ни по фигуре, ни по одежде.

Нос действительно крючком, да ещё и перебит, похоже. У одного приятеля моего бывшего жениха был именно такой после драки. Наверное, и бабуля получила характерный изгиб переносицы, не наткнувшись на ухват. Брови нависали, не давая рассмотреть глаза. Заметила только, как временами из-под бровей посверкивает неприятная искорка. Впрочем, могло и померещиться. Никаких клыков, торчащих изо рта, не обнаружила, правда и самих-то зубов был явный недостаток, а те, что остались на своих местах, жёлтые как у заядлого курильщика.

Заметив, что у меня после обжорства слипаются глаза, хозяйка постелила на лавке под окном большой тулуп, и бросила на него лоскутное одеяло.

-- Покемарь. Я к ночи вернусь. Проголодаешься, в печке бери. Там ещё оладушки остались и пирогов маленько. Вернусь, тогда повечеряем.

Остаток дня пролетел как один миг. Сладко выспавшись, присела на крылечко, разглядывая темнеющее небо, где-то далеко за лесом пламенеющее закатом.

Вернулась Яга затемно, но вечеряли мы долго и весело.

Бабулька оказалась хоть и суровая, но компанейская. Когда старуха скомандовала спать, я довольно вытянулась на непривычно узкой лавке.

Что ж, дворец или пещеру колдуна посмотреть не удалось, зато в гостях у настоящей Бабы Яги побывала. На работе расскажу, вот повеселимся-то.

После сытного завтрака хозяйка забралась в ступу.

- Сейчас навещу кой-кого, про твой потрал может чего узнаю. Ты меня не жди. Трапезничай, как захочешь!

Яга взмахнула растрепанным помелом и со свистом ринулась прямо в топку, где ещё тлели горячие угольки.

Я охнула, и кинулась к печи. К счастью не успела. Подскочившая заслонка хлопнула перед самым моим носом, едва не прищемив его.

Отшатнувшись, осмотрелась по сторонам - откуда ещё ждать неприятностей? Вроде всё тихо, только из-за печи сверкнули два жёлтых огонька. Осторожно пригнулась и всмотрелась в тёмный угол. Интересно, и давно там это чудо сидит? Как же я его раньше не заметила?

За печкой, обхватив ручками большой жбан, кажется со сметаной или сливками, сидел лохматый человечек с румяным круглым лицом. Одет в серую старенькую косоворотку, лапти и коричневые коротковатые штаны. Рядом, устремив пронзительный взгляд на жбан, и даже не глянув в мою сторону, пристроился большущий чёрный кот.

Заметив, наконец, что сотрапезник отвлекся, кот перевел на меня взгляд светящихся собственным светом, зелёных глаз.

- Тебе чего?

Пора бы мне уже закалиться в разговорах с племенем кошачьих, оказалось, нет! Уставилась на кота, чувствуя, как челюсть непроизвольно отвисает.

- Чего молчишь? - поддержал кота сотрапезник.

- А... А вы кто? - сглотнув комок в горле, хрипло выговорила я.

- А ты слепая? - насмешливо сверкнул зеленью в мою сторону кот.

Человечек хихикнул:

- Василий, она ж не здешняя. Я вечор её одежки посмотрел. Тьфу, пакость, - человечек повернулся ко мне: - Это кот ученый, Василием кличут. Я домовой.

Остолбенело смотрела на компаньонов.

- А чё это вы тут делаете?

Вопрос сорвался сам собой. Дураку ясно - не просто так собрались в тёмном углу, едва хозяйка отправилась за порог. Так и есть. Переглянулись, и ни один не открыл рта, ожидая реакции приятеля.

- Ну, так что? Отвечать будем?

- А ты, ваще, кто такая?! - взъерошив загривок, противным голосом занудел Василий.

- Да никто, - пожала я плечами. - Да и не спрашиваю я ничего, это я так - интересуюсь. Бабуле, наверняка, тоже будет интересно.

Домовой грустно посмотрел на жбан и медленно отодвинул его от себя, сопроводив движения таким тяжким вздохом, что я расхохоталась.

- Да ешьте вы, - махнула рукой. - Мне жалко, что ли?

- А Бабе Яге не скажешь? - подозрительно сверкнул глазами Василий, с тоской глядя на заветный жбан.

- Я не ябеда. Скучно одной сидеть, вот и заинтересовалась - что тут происходит.

- А хочешь - мы и тебе дадим? - произнес домовёнок таким голосом, что сразу стало понятно - от сердца отрывает.

- Нет, не хочу, я наелась, как удав, - сказала чистую правду.

- Это кто ж такой? - заинтересовался учёный кот.

- Не наше это дело, - тут же осадил его домовой. - А ты, девица, иди, куда шла.

Насмешливо посмотрела на придвигаемый обратно в загребущие лапки жбан, и, решив обидеться, отвернулась. Подождав несколько минут, не выдержала, и искоса посмотрела на двух нахалов. Оба уплетали сметану, не обращая на меня ни малейшего внимания. Ничего другого не осталось, как развернуться и пойти на прогулку.

День выдался замечательный, может, поискать грибов или ягод каких, всё не так будет скучно. В избе развлечений не осталось, кроме раздававшегося из-за печи чавканья и, изредка, звуков лёгкой потасовки.

В лес не попала. Ветки елей вокруг поляны переплелись настолько, что продираться среди них - себе дороже. Давно бабулю никто не навещал. Ни дороги, ни тропки.

Пришлось расположиться на полянке возле родника. Под его журчание и редкий пересвист птиц, незаметно задремала, разморённая зноем.

Проснулась от прохлады, пришедшей вместе с длинной тенью, подобравшейся избушки. Хотела возмутиться поведением мстительной бревенчатой зануды, но лень скандалить. Тишина и покой, царившие на поляне, настолько разнежили, что не хотелось не только кричать и возмущаться, даже шевелиться. Однако, голод не тётка, поднялась и побрела в избу.

Печь давно остыла. Был порыв растопить, но вспомнила утреннее происшествие с заслонкой, и не решилась. Пришлось есть холодные оладушки, сдобрив их мёдом, которого осталось на удивление мало. Сметаны, кстати, не нашла вообще. Заглянув за печь, в темноте едва рассмотрела спящего Василия, круглый живот которого смутно белел из под лохматой головы домового.

За весь день воришки так и не проснулись, сколько ни пыталась их растолкать. Единственным результатом стал мой оцарапанный, под горячую лапу, палец.

Едва солнце коснулось верхушек елей, за печкой раздался шорох. Заспанные приятели выбрались на свет и укоризненно посмотрели в мою сторону. Определённо, оба рассчитывали, что за время их отдыха я исчезну. Не тут-то было.

Потягиваясь, домовой подковылял к окошку. Последовавшее далее шоу, не поддаётся описанию!

Домовой бросился к печи, вслух придумывая, что этакое побыстрее приготовить. Кот запрыгнул на подоконник и внимательно следил за воздушной обстановкой, готовясь предупредить о появлении хозяйки. Мне неловко было сидеть, сложа руки, в такой суете, но Василий посоветовал не путаться под ногами у мастеров, и пойти нагулять аппетит перед ужином.

Возражать не стала. Опять отправилась к родничку. Мне есть о чём подумать. Похоже, Мирлис не врал, рассказывая, что некогда, в давние времена, насколько я понимаю задолго до рождества Христова (в этом мире о нём знали), единый мир Земли был разделён на два. Кто и зачем это проделал, рыжий знал смутно. Сделали и всё тут, и теперь я попала во вторую реальность, существующую на той же Земле, что и моя, в которой так привычно жила свою жизнь. В этой реальности персонажи мирового эпоса столь же нормальное явление, как в моей разные виды животных и птиц. Никого не удивляет существование черепах, или папоротников. Ну, выжили с давних времен, когда человека ещё и в проекте не было, так что? Не мешают и ладно.

Как поняла, в этой реальности точно так же относятся к людям. Здесь мир эльфов и гномов, оборотней и вампиров, гарпий и драконов, и прочей сказочной нечисти, и чисти, поделивших между собой небо, воду и землю. Люди сюда попадали делом случая, и пытались, было, взять верх, но ничего не вышло. Остались на тех же правах, что и остальные, а может, и на худших. Выделили им земли для проживания и сказали - плодитесь, размножайтесь, но на чужие земли ни ногой.

Разумеется, люди не могли усидеть на выделенном наделе. Ещё бы - цари природы. Но, по словам Мирлиса, людям в очередной раз крепко "прижали хвосты" лет триста тому назад. С тех пор люди если и воюют, то только друг с другом, остальных не трогают (боятся).

Между собой остальные расы тоже порой конфликтуют. Мне припомнился, рассказанный Мирлисом в качестве анекдота, эпизод из войны между русалками. Я не особо тогда прислушивалась. Но теперь, вспоминая, начала осознавать, что не всё так мирно и гладко в этом мире.

Из рассказанного Мирлисом ясно - помощи у людей особо искать нечего. Большинство сильных волшебников, ведьм, и прочей колдовской братии происходит далеко не из человеческой среды, а людям в этой половине мира приходится не просто. Есть, конечно, способные к колдовству и среди людей, но тягаться с решающими судьбы этой реальности они не рискуют. Вывод - надо искать кого-то кто поможет, не обращая внимания на расовую принадлежность. Вот только согласятся ли они?

На этом месте размышления прервал Василий, перепугавший змеиным шипением:

- Яга-а-а!

На этот раз нам с Ягой удалось обеим вернуться нормально. Яга со свистом влетела в трубу, я взобралась на крылечко, предупредив избушку взглядом, что не стоит проделывать вчерашние коленца. Избушка только тихонечко качнула крыльцом - из чистой вредности, не более того. Широкая юбка не так мешала, и я появилась в горнице без дополнительных синяков и ссадин.

Яга уже шуровала в печи, что-то ворча себе под нос. Ни Василия, ни домового, я не заметила. Впрочем, они прятались и вчера, я не подозревала об их существовании до утра.

Ворчание Яги перешло в бормотание, привлёкшее моё внимание, когда старуха стала шарить по всем углам:

- Ну, и куда ж, ты, проклятущий, сметану-то задевал?..

Поняв, что с минуты на минуту может разразиться гроза, я встряла:

- Бабушка, а вы что ищете?

- Сметану. Куда её энтот паразит подевал...

Не дожидаясь дальнейшего, пришлось принять огонь на себя.

- Сметану? - я как можно наивнее захлопала глазами. - А сметану я того... Съела. Понимаете, бабуля, я сметану так люблю, так люблю!..

Прижала руки к груди и закатила глаза, изображая безумную любовь к сметане.

Наградой стал потеплевший взгляд хозяйки, и прекращение поисков. Пробурчав что-то вроде: "Ладно, мёд ещё остался", -- хозяйка продолжила накрывать на стол.

Ужин прошел в молчании. Едва глянув на хозяйку, сразу поняла - не в настроении. Но после обильной трапезы (хотела бы знать, каким чудом домовой сумел приготовить ужин за каких-то полчаса?), бабка подобрела и разговорилась.

-- Ничего пока не узнала, -- огорчила она меня. -- Ну да ты не горюй, завтра ещё порасспрошу, сегодня только и успела, что поговорить с водяным да его русалками. К нему, чёрту старому, как попадёшь, целый день разговорами мучает. Девки-то его только о мужиках думают, а ему и поговорить не с кем. С утопленницами он из принципа не говорит, а если кто из мужиков потонет, так разве ж от русалок вырвется! Завтра к кикиморам слетаю. Они хоть и шебутные, а может что слышали, может, знают кого, кто этаким дивом пользовался.

С этим и устроились на ночлег. Как только бабка засопела на печке, ко мне под бок тенью забрался Василий. Стало тесновато, лавка не резиновая, но очень уютно, и я подгребла кота поближе. Где-то среди ночи подобрался и домовой. Неслышной тенью он пробрался ко мне в ноги, и, закутавшись в одеяло, пристроился тёплым боком к замёрзшим ступням. От приятного тепла совсем разморило и остаток ночи прошёл незаметно.