На стадии развода

Как узнаешь, что тебе изменяют? Это всегда бывает неожиданно.

Муж был в кухне, а Алина ушла в комнату. Оба взвинчены, только что был непростой визит в дом ее родителей, вышла неприятность. Ей хотелось побыть одной. Когда она вышла в кухню,

Альберт стоял спиной и эмоционально говорил по телефону.

И по разговору она поняла, что у мужа, оказывается, есть на стороне кто-то.

Но это было после.

А до того было другое.

***

- Алина, твой отец хочет видеть тебя.

Неожиданный звонок. Муж знал ее расписание и никогда в такие часы не беспокоил.

- Меня? – она перекосилась недовольно. - Зачем? Ты же знаешь, у меня через час фитнес.

- Я не в курсе. Он сказал, чтобы ты приехала.

Хотелось бы знать, что случилось такого? Она раздраженно выдохнула:

- Хорошо.

- Жди, я сейчас подъеду.

Еще и ждать. Это же долго!

- А где ты сейчас? – спросила она. - На работе?

- Я… кхмм, - Альберт как-то странно замялся. – В общем, да, в офисе.

В тот момент Алина не обратила внимания на эту оговорку. Не до того было. Потому что догадывалась, зачем мог так срочно вызвать ее отец. Впрочем, деспотизм отца ей надоел тоже. В последнее время она постоянно чувствовала себя раздраженной.

На мужа, на их прохладные отношения, на постоянное лицемерие со всех сторон. Конечно, она же наследница Шамаева, все лебезят и улыбаются в лицо. И каждый первый норовит спросить, когда же она подарит мужу наследника.

Хах! Ей было смешно. Альберт Хайдаров не тот мужик, чтобы с одного выстрела сделать ей ребенка. А первого мужа, который был на это способен, она всей душой ненавидела и содрала с него все, что можно было при разводе.

Но он же умудрился втереться в доверие к ее отцу! Алишер Шамаев доверял Батурову больше, чем собственной дочери.

Сейчас это были лишние эмоции. Она заставила себя собраться.

А муж подъехал как-то подозрительно быстро. Это тоже показалось странным, но ей было не до того. Спросила только:

- Как ты успел добраться так скоро?

У него мелькнул нечитаемый взгляд.

- Не о том сейчас думаешь. Садись и поехали.

Поехали? Но она собиралась поговорить с ним об этом потом.

Альберт явно нервничал, кусал губы и вел машину дергано.

- Аккуратнее, - не выдержала она. – Не можешь сам, возьми водителя.

И уставилась в окно. В зеркале заднего вида маячила машина сопровождения, приставленная ее отцом. И это раздражало тоже.

Наверное, она просто нервничала. Предвидела, что разговор с отцом будет не самый приятный.

Но вот они подъехали.

Прислуга доложила, что отец ее ждет, а Хайдарову велено было ждать. С ним он будет говорить после. Это напрягло. Но на лице Алины, когда она входила в кабинет Алишера Шамаева, не отразилось ни одной эмоции.

Вошла и сразу напоролась на тяжелый изучающий взгляд отца.

- Ты звал меня, отец? – проговорила, сдержанно улыбнувшись.

- Проходи, дочь, садись.

Повисло молчание, густое, тяжелое, как каменная плита. Алина не выдержала первой:

- Зачем ты хотел видеть меня?

- А ты спешишь?

- Немного. Я бы не хотела опаздывать, у меня фитнес и массаж.

- Ммм, - протянул отец. – Фитнес - это важно.

Да, важно. Потому что из этого состоит ее жизнь.

- Скажи, Алина, чего тебе не хватало?

Вот только не надо этого!

Она знала все, что ей скажут. И да, она сделала это. Отомстила бывшему мужу и той женщине. И пусть кто-нибудь посмеет обвинить ее в этом.

Плевать, что она развелась с Батуровым пять лет назад.

Плевать, что вышла замуж за другого.

И не надо сейчас приплетать сюда ее дочь. У нее своих дел хватает и без дочери. А что до той секретарши, к которой побежал ее первый муж, то она не чувствовала никаких угрызений совести.

Отец смерил ее взглядом и сказал:

- Выйди. И пусть зайдет твой муж.

Ну и пожалуйста.

Алина вышла в гостиную, где ее ждал Хайдаров, и бросила ему:

- Тебя.

А сама уселась на диван.

Плевать ей было, что там отец собирался говорить ее мужу. Она и так уже безнадежно опоздала на фитнес, занятие придется пропустить.

В кабинете отца Хайдаров торчал долго. А когда вышел и стал мямлить, что отец велел ей устроиться на работу, она просто не выдержала.

- Что он сказал?

А сама рванулась в кабинет.

- Что это значит?!

- А ты еще не поняла? – Алишер Шамаев откинулся в кресле. - Ты ведь хотела работать? Будешь работать секретаршей у моего заместителя, временно исполняющего обязанности генерального, и учиться жить на свою зарплату. Надеюсь, тебе этого хватит, чтобы оплачивать абонемент на фитнес.

В тот момент она думала, что задохнется от злости.

Секунду она смотрела на него, потом стремительно вышла.

***

Домой они ехали в полном молчании.

Уже потом, когда остались вдвоем, она вспылила:

- Ты что, не мог высказать ему, что не допустишь унижения своей жены.

- Оставь меня! – взорвался Альберт. – Я сам из-за тебя пострадал! Твой папаша отстранил меня от должности и отправляет в филиал менеджером по связям с общественностью. Я что, по-твоему, должен быть доволен?!

Схватил гаджет и стал рыться в контактах.

Алина просто ушла в другую комнату и ходила там, как лев по клетке, изводясь от злости. Потом вернулась, потому что ей нужны были подробности. И застала обрывки странного разговора.

Альберт эмоционально размахивал рукой, в которой был зажат гаджет, а она успела увидеть имя на экране. Подошла и спросила:

- С кем ты говорил только что?

Альберт дернулся, глаза забегали. Не ожидал?

- С кем ты говоришь?

Алина шагнула ближе.

К мужу следует проявлять больше уважения, да? Ее так воспитывали, в ее семье было так. Не вмешиваться в дела мужа, встречать с улыбкой, создавать ему комфортные условия.

Но не после того, как тот трусливо, как тряпка, сдал ее.

Лицемерие достало! А еще больше достал Алину этот перепуганный вид мужа. Если ты мужчина, будь им до конца.

В этот момент как раз из гаджета донесся женский голос. Тихо, но Алина успела разобрать. Она скрестила руки на груди и проговорила, глядя на мужа:

- Ответь.

А тот, похоже, наконец собрался, принял неприступный вид и отвернулся, поднося к уху гаджет. Только поздно! Она уже все увидала.

- Я перезвоню позже, - сухо обронил Альберт и сбросил вызов.

Потом повернулся к ней, потрясая гаджетом, зажатым в руке.

- Это по делу. Если ты еще не поняла.

Ах, не поняла?

Она ловко выхватила у него гаджет.

- Алина! Как ты смеешь! Отдай сейчас же! – он попытался отнять.

- Попробуй тронуть, - бросила она зло. – Вмиг окажешься в кабинете моего отца.

Он осекся, потом процедил:

- Какая же ты тварь…

Но она уже смотрела список последних контактов. Там за последние пару часов было несколько звонков какой-то Наде.

- Это что? – спросила она. - Это и есть твое дело?

- Отдай сюда, - мужчина стал надвигаться на нее, сжимая кулаки.

Она и не подумала. Потому что там были и другие «дела». Надо же, и как она ни разу не удосужилась залезть в телефон Хайдарова? А там столько интересного, оказывается. Хах!

Он выругался и отшатнулся от нее в сторону, вскидывая руки.

- Зачем я только женился на тебе! Думал, попаду в хорошую семью, дела пойдут на лад. Какой я был идиот! Ты же бесполезная. Даже сына не смогла родить за столько лет!

- Не смогла родить? – язвительно переспросила Алина. – Но это не моя вина. Я не бездетная. Это ты у нас мужичонка так себе.

Секунду он смотрел на нее так, словно хотел ударить, потом качнул головой и совершенно другим тоном сказал:

- Ах, я так себе? Это ты никакая. У меня даже не стоит на тебя.

- Вот как? - усмехнулась Алина.

- Да, у меня есть любовница. И что с того? Потому что я нормальный мужик с нормальными потребностями. Это ты фригидная. Представляешь, чего мне стоило вообще ложиться с тобой в кровать? Но я был вынужден. Потому что ты у нас наследница Шамаева.

Это было гадко, неожиданно и неприятно. Да, отношения у них с самого начала были прохладными, но, мать его, узнать обо всем так?! Алина почувствовал, что задыхается от отвращения. А он продолжал наступать, цедя:

- Или уже нет? Облажалась?! А я теперь по твоей милости я еду работать зайцу стоп-сигналом в филиал. Так что пошла ты.

- Это ты пойдешь, - сказала она, внезапно успокоившись. - Я разведусь с тобой и без штанов тебя оставлю.

Отвернулась и вышла.

- Давай! – кричал ей вслед Хайдаров. – Попробуй! Посмотрим, кто останется без штанов! Я на раздел имущества подам!

Но она уже не слушала, а спокойно и методично складывала вещи в чемодан.

Когда закончила, позвонила матери.

Гудки шли, ей казалось очень долго. И как только Альбина Шамаева ответила, сразу Алина сказала:

- Мама, мне надо переехать.

Секунду стояла тишина, потом мама проговорила:

- Что случилось, дочь?

- Я развожусь с Хайдаровым.

- Алина…

- Не надо меня отговаривать!

- Хорошо, не буду. Но ты можешь рассказать, что у вас произошло?

Она всегда поражалась идеальному спокойствию матери. Интересно, Альбина Шамаева вообще способна кричать? Но сейчас она подавила рвущиеся наружу эмоции.

- У него любовница, - произнесла она ровным тоном.

Да, снаружи Алина ощущала себя неуязвимой. Из всех чувств – только злость. Но глубоко внутри было ужасно обидно. Почему ее променяли на какую-то тварь? От этого просто кислотой жгло. Ничего, она еще затолкает Хайдарову все его слова обратно в глотку.

- Ммм. Я так и думала, что этим закончится.

Алина едва удержалась, чтобы не съязвить. Знала что? Что они разведутся или что ее тряпка-муж будет изменять ей?! У нее вырвался нервный смешок. Не хватало еще, что мать начала уговаривать ее простить урода.

Однако Альбина проговорила:

- Что ты собираешься делать?

- Я? – у Алины вырвался нервный смешок. – Я собираюсь раздеть его до трусов! Сволочь. Заявил, что подаст на раздел имущества. Ничтожество.

Секунду стояла тишина, потом мама сказала:

- Хорошо. Я сейчас сообщу отцу, он пришлет…

Алина просто взвилась.

- Не надо ничего говорить отцу! Я не хочу его видеть!

На отца она была безумно зла за все. А за то, что он решил унизить ее и погнать на работу секретаршей – особенно! Она ничего не хотела принимать от него. Никаких подачек!

Но сейчас ей нужно было уехать куда-то из этой гребаной квартиры. Которую она собиралась у Хайдарова оттягать из принципа. Пусть катится к чертовой матери и приводит куда хочет свою беременную любовницу.

Она так сказала? Почему? А сама вдруг вспомнила, что слишком уж нервным выглядел муженек.

Чееееерт… От этой внезапной догадки Алине стало противно и тошно. Фууу, фууу, мерзкий! Истерически захотелось смыть с себя все. Рожу его больше никогда не видеть. Какое счастье, что она так и не забеременела от него!

Но стоило вспомнить, что Альберт не спал с ней, все прикидывался уставшим, а в это время окучивал любовницу, как иррациональная обида снова разлилась в душе кислотой.

Некоторое время висело молчание, потом мать вздохнула:

- Ладно, я поняла тебя, дочь.

Вот не надо вот этого. Понимать, жалеть, учить ее жизни.

Но Альбина сказала просто:

- Мы уезжаем. Завтра или послезавтра, я не знаю точно.

- Куда? – это было что-то новое.

- В отпуск. Поедем отдохнуть, Алсушку заберем с собой. Дом будет в полном твоем распоряжении.

Неожиданно.

- Хорошо, - устало выдохнула Алина.

Она уже знала, где остановится этой ночью.

***

Закончив разговор, Алина выкатила из спальни тяжелый чемодан и направилась к прихожей. Хайдаров возник в проеме настороженный, во взгляде отголоски страха и плохо скрытая бессильная злость.

Она специально разговаривала при закрытых дверях. Слов не разобрать, на спальне хорошая звукоизоляция. Альберт потому и нервничает - не знает, кому она звонила и что конкретно рассказала, может только догадываться. Пусть теперь трясется, так ему и надо.

Хотелось рассмеяться ему в лицо.

Как она вообще умудрилась выйти за него замуж? Где были ее глаза?!

Дверь хлопнула, она добралась со своим чемоданом до лифта и спустилась в паркинг, а потом нажала кнопку сигнализации. Ее машина моргнула фарами. Рядом стоял внедорожник мужа, была мысль продырявить покрышки, но она не стала портить «совместно нажитое имущество».

Забросила чемодан в багажник своей машины и выехала из паркинга.

Время около одиннадцати, поздний вечер, и все равно пробки. Сейчас она чувствовала себя опустошенной, но усталости не было, не наступил еще откат. И наверное, ее не отпустит до утра.

Впереди мелькнула машина людей отца, сзади тоже привычно прицепилась охрана. Хотелось вызвериться. Но она сжала руль и влилась в ряд монотонно движущихся автомобилей. Ехать примерно час, если повезет, доберется чуть-чуть раньше.

Повезло.

До элитного жилого комплекса она добралась через пятьдесят минут.

Здесь была квартира ее первого мужа. Та самая, которую он ей при разводе оставил. Он все ей оставил, даже не заикнулся! Половину бизнеса оставил, сам ушел с одним чемоданом. И за это она ненавидела Батурова.

Потому что он не любил ее.

В этой квартире Алина за прошедшие пять лет вряд ли была больше пяти раз. Но сегодня она приехала ночевать сюда.

Дом встретил тишиной.

Здесь было чисто, витал знакомый запах. В квартире никто не жил, но тут регулярно убирались, все работало, холодильник регулярно пополнялся. Алина понятия не имела, куда девались просроченные продукты, съедались кем-то или выбрасывались, ее это не интересовало.

Она оставила чемодан в гостиной, а сама прошла в кухню, открыла холодильник и вытащила из двери бутылочку минералки. Отпила немного, а потом вышла на широкую террасу. Постояла немного у ограждения, отпила минералку.

Сна ни в одном глазу.

Но если не спать, то надо же чем-то заняться. Она вернулась в гостиную, устроилась на диване и открыла банковское приложение. И застыла.

Все ее карты, кроме одной, были заблокированы.

В первый момент Алина была просто потрясена.

Этот урод Хайдаров посмел заблокировать ее карты?! У нее вырвался истерический смех.

Потом смех сменился холодной яростью.

Она стала набирать контакт мужа, но тот был недоступен. Механический мужской голос говорил:

- Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети...

Несколько секунд она смотрела на гаджет, из которого неслось все то же самое, только на другом языке. Потом прервала вызов.

Мнимого спокойствия как не бывало.

Алина вскочила с дивана и заметалась по квартире.

Трусливый мелочный подонок! То-то он запел о разделе имущества! Сработал на опережение, перекрыл ей доступ к счетам, чтобы ни копейки не могла потратить. А сам?! Она бы не удивилась, если Хайдаров кинется сейчас продавать все, что может, и выводить деньги.

Мммм! Она чуть не взвыла от досады. Да если она скажет отцу, его в асфальт закатают! И тут же оборвала себя.

Не станет она звонить отцу. Не после того, как он унизил ее, отправив работать секретаршей к его заму Камалову!

Ей было обидно. Алишер Шамаев отказал ей, когда она хотела войти в совет директоров! Она – его дочь и наследница. Почему какая-то Анна Муратова, бывшая секретарша ее бывшего мужа Батурова, может быть партнером по бизнесу, а она нет?! Она ненавидела эту Анну. Пусть уже больше пяти лет прошло, как она развелась с Батуровым, Алина простить не могла, что тот опять побежал к своей бывшей секретарше. Да, она организовала этой Анне небольшие проблемы. Она считала, что имела право.

Но сейчас самое отвратительное было в том, что весь клан еще и поддержит ее муженька. Ведь пока они не разведены, Хайдаров в своем праве. И будет еще орать, что она же ушла из семьи, оскорбила мужа, а раз так, он может предпринять определенные действия, чтобы вернуть жену. Лицемерные твари! Мама не раз предупреждала ее, что с Хайдаровыми нужно быть осторожной, а она все отмахивалась. Зря!

Но вываливать на весь свет, что у ее мужа любовница, тоже нельзя, ей будут сочувствовать в глаза, а за спиной смеяться. Смеяться над ней?! Алина ходила по комнате, сжимая кулаки.

Потом заставила себя сосредоточиться на важном. Снова уселась на диван, открыла приложение и подала заявление на развод через госуслуги. Руки дрожали, но она справилась.

А после сидела, прижав кулак к губам.

Несколько минут, чтобы успокоить дыхание.

Какая она идиотка. Почему никогда не занималась делами? Той частью бизнеса, что перешла ей после развода с Батуровым, управлял Хайдаров. Драгоценности тоже остались в сейфе на их семейной квартире… Вот сейчас точно хотелось взвыть.

Ей нужен адвокат.

И деньги, которые никогда прежде не были проблемой, дочь Алишера Шамаева их попросту не считала. Но все бывает впервые, да? Она мрачно усмехнулась и снова открыла банковское приложение.

Эту карту когда-то завел на ее имя отец, на нее шли проценты с вклада, куда перечислялись алименты дочери. Ей на мелкие расходы для Алсу, чтобы девочка ни в чем от Хайдарова не зависела.

Сейчас денег на карте было немного. Всего около двухсот тысяч. Ну что ж, если сильно ужаться, на месяц хватит.

Алина прищурилась, глядя в пространство.

Хочет отец, чтобы она вышла на работу секретаршей? Она выйдет.

***

Смысла больше не было сидеть здесь, Алина ушла в спальню.

В комнате было темно, она не стала зажигать свет. Замерла посередине и шумно выдохнула. Время – начало второго. Завтра у нее будет землистый цвет лица и круги под глазами. В таком виде в офисе появляться нельзя.

С этой мыслью она улеглась спать.

Но ведь не заснешь так быстро. Нервы... Алина смотрела в темный потолок, брови хмурились. Обида никуда не делать, бродила в крови и подтравливала ядом. Ей уже тридцать, а она еще ни дня не жила по-настоящему. Все как будто не для себя, а потому что так надо.

Она была наследницей Алишера Шамаева. Ее с детства баловали и воспитывали как принцессу. Любой каприз исполнялся. Любой жест, дурацкое стихотворение, корявый детский танец, - и тут же толпа родственников кидалась восхищаться и зализывать задницу. Все было идеально, от нее требовалось только одно – оправдывать ожидания.

Куда эта идеальность делась, стоило ей выйти замуж в первый раз? Во второй раз, после той грязи, в которой ее вывалял ублюдок Хайдаров, она слетела окончательно. Вот, кстати. Хотелось бы знать, что этот урод успел провернуть, пока она рефлексировала на эмоциях. Но ничего, узнает завтра. И завтра же найдет адвоката.

Она потерла лоб.

А состояние - как будто треснула внутри хитиновая капсула, выпуская наружу ее настоящую. Неожиданно пришедшее в голову сравнение с бабочкой казалось ей пошлым и глупым. Но да. Алина мрачно усмехнулась про себя. Все еще увидят, какая из нее вылупится бабочка!

Это хорошо, когда нет рамок, и ты можешь не оглядываться на пресловутое «что люди скажут».

Заснуть все-таки удалось.

А утром она первым делом позвонила одной из своих бывших однокурсниц. Та тоже была замужем и имела салон красоты. Обычно Алина посещала другой салон, более соответствующий ее положению. Но сейчас она не хотела ничего обычного. Ей нужны были радикальные меры.

К тому же этот салон был ближе всего. Поэтому, как только та ответила, Алина спросила сразу:

- Света, сегодня с утра сможешь меня принять?

Та была приятно удивлена.

- Что ты?! Конечно! Подходи в любой момент, если нужно, я специально под тебя мастера вызову.

- Хорошо, - сказала она. – Сейчас подъеду.

Быстро перехватила йогурт и выехала.

Спустя двадцать минут она уже сидела в кресле у стилиста.

- Что будем делать? – осведомился мастер, молодой мужчина с невероятной челкой.

Алина оглядела себя в зеркало и сказала:

- Будем менять образ. Радикально. Хочу обесцветить волосы.

- Хммм, - стилист подержал в горсти прядь ее темно-каштановых волос, а потом спросил, глядя в глаза ее отражению. – Может не хватить одного окрашивания. Если пигмент слишком стойкий.

- А вы попробуйте.

- Ладно. Тогда я бы еще немного подкоротил и иначе уложил.

Через два с половиной часа она с удовлетворением смотрела в зеркало на свои платиново-белые волосы.

Вот теперь можно было идти в офис.

Но прежде Алина вернулась домой.

В квартиру первого мужа.

Включила наконец гаджет. Надо же, сколько пропущенных от Хайдарова. Занервничал дорогой муж, будет умолять ее вернуться, или не все успел продать? Ай-ай-ай, не успел. А она успела. И сейчас ей было плевать. Пусть нервничает.

Убрала гаджет на стол, а сама ушла в кухню.

С утра она успела перехватить только йогурт. Сейчас уже хотелось есть. Но готовить что-то?

На миг вернулось прошлое. Первое время после свадьбы она готовила для Вадима, старалась, чтобы ему понравилось. Но он ел все это с каменной физиономией, наверное, даже не чувствовал вкуса. С тех пор она больше не занималась этим.

Для Хайдарова она не готовила тем более. Заказывала доставку.

Да, она не мать. Мать до сих пор своими руками готовила для отца что-то особенное, хотя Алина не помнила, чтобы Алишер Шамаев хвалил когда-то стряпню жены или как-то выражал эмоции.

Маме говорила, что в этом и есть любовь. Какая любовь? Алина криво усмехнулась и направилась к холодильнику. Большой помидор, салатные листья. Немного фруктов. Все.

Теперь надо было одеваться, время – одиннадцать сорок. И к этому Алина подошла с особой тщательностью. Она вообще никогда не выходила из дома небрежно одетой, а сейчас ей нужно было выглядеть. Строгий деловой костюм, под него корректный белый топ, лодочки ручной работы, такого же цвета сумка известного бренда.

Одного взгляда достаточно было, чтобы понять – она выглядит дорого.

Алина еще раз оглядела себя в зеркало и вышла из квартиры.

Пока ехала в офис, волнение, которое она все это время загоняла внутрь, подняло голову. Ей было страшно и дико, до слез позорно. Она дочь владельца, наследница, и будет работать тут секретаршей.

Чего стоило пересилить себя и войти. Наверное, проще было содрать с себя кожу. Ее тут знали, с ней здоровались, Алина только кивала в ответ и твердо шла через холл. Ведь пока самое страшное не произойдет… Она и потом собиралась держать лицо, чего бы ей это ни стоило. Но переступить порог приемной страшно было все равно.

- Здравствуйте, Алина Алишеровна, - увидев ее, девушка, сидевшая за столом в приемной, сразу поднялась с места. – О вас доложить?

- Доложите, - кивнула Алина холодно.

А у самой от дикой несправедливости сжималось сердце. Но она только вздернула вверх подбородок. Девушка исчезла за дверью, через минуту появилась снова и проговорила:

- Проходите, пожалуйста, Александр Тагирович ждет вас.

Этого Камалова назначили только недавно, Алина не знала его в лицо. Впрочем, это и неважно, он был ей неприятен априори.

А сейчас она сглотнула, подавляя волнение, и вошла.

Мужчина сидел за столом.

Первое, что поразило ее – глаза. Темно-синие глаза на непроницаемом смуглом лице. Его взгляд скользнул по ней, словно по пустому месту, а потом он ровным тоном негромко произнес:

- Впредь будьте любезны не опаздывать, Алина Алишеровна. Мне пришлось из-за вас отозвать сотрудника из отпуска.

Это он ей? Кровь бросилась в лицо, румянец гнева пополз от шеи к щекам.

А потом все сменилось ледяным осознанием, на что отец ее обрек. Она будет у этого типа секретаршей. Алина даже зажмурилась на миг, сцепив зубы и овладевая собой. Потом ровным тоном проговорила:

- Я учту.

Обозначить границы сразу.

Камалов не шевельнулся, лицо было так же непроницаемо, только в темно-синих мелькнула на миг досада. Он, не повышая тона, спросил:

- Вы в курсе своих должностных обязанностей?

Ох, как выкручивала Алину попранная гордость… До рези в глазах. Но если Алишер Шамаев ждет, что его дочь сейчас сдастся и приползет на коленях просить прощения – пусть ждет.

Она вскинула подбородок, чтобы ответить, но мужчина успел раньше.

- Если не в курсе или вам не хватает знаний, можете спросить у офис-менеджера в приемной.

Негромкий голос, низкий тембр и давящий взгляд.

Ее как кипятком ошпарило.

- Я. В курсе, - выдавила Алина.

- Хорошо, - проговорил он, не сводя с нее холодного взгляда. – Можете приступать к работе.

Алина через силу кивнула и уже повернулась, чтобы выйти, и тут он добавил:

- И принесите мне кофе.

Она даже замерла на месте. Глаза расширились, а дыхание сбилось от возмущения. Хотелось развернуться и бросить ему в лицо, чтобы он жене своей приказывал. Она медленно выдохнула, стирая с лица все эмоции, обернулась и кивнула. И все-таки вышла.

Такой ненависти она еще никогда не испытывала. «Не прощу» - горело алым на грани сознания. Но раз отец хочет, чтобы она работала секретаршей – она будет.

***

Девушка в приемной, увидев ее, сразу подскочила с места.

- Алина Алишеровна, я для вас все подготовила. Папки лежат на рабочем столе, вот здесь, - она показала на пластиковые файлы. – Первостепенные задачи. Выполненное я пометила зеленым стикером. Желтым то, что на подпись. Приоритет – красный. Оргтехника…

- Я разберусь, - перебила ее Алина, потом взяла себя в руки, в конце концов, девочка не виновата, и добавила: - Спасибо.

- Не за что, Алина Алишеровна, - девушка как-то смущенно улыбнулась. – Тогда… Я пойду?

- Конечно, - Алина кивнула.

Та стала собираться, подхватила сумку.

- Постойте, - остановила ее Алина.

- Да?

- Где у вас тут готовят кофе?

- А, это? – девушка заулыбалась. – Это здесь.

Она открыла неприметную дверь, которую Алина сначала приняла за шкаф.

- Это чайная комната. Тут кофемашина, чайник, плита. И турка. Посуда, чай и кофе, сахар, печенье, сливки и все остальное в шкафах. Александр Тагирович пьет… - начала с придыханием.

- Спасибо, я справлюсь, - проговорила Алина.

- Ну… - девушка захлопала глазами. – Тогда я пойду, всего вам доброго.

Девушка вышла, а Алина застыла в этой чайной комнате, перебарывая себя. Потом подошла к кофемашине. Наугад нажала кнопку, а сама отошла в сторону и, скрестив на груди, ждала, пока чашка наполнится ароматной жидкостью.

Потом выставила ее на поднос и понесла в кабинет.

Если бы сейчас кто-то из сотрудников вошел, она бы умерла на месте. Но, к счастью, никто не вошел. Алина коротко постучалась и вошла.

В нее опять уперся взгляд темно-синих глаз.

- Ваш кофе, - проговорила она сухо и подошла к столу, сгружая на него чашку, стоявшую на подносе.

Мужчина посмотрел на нее, а потом, не повышая голоса, проговорил:

- Унесите. И сварите в турке.